- -
- 100%
- +
Пролог
Ральф Асвид хмуро смотрел на дочь, в её чистые невинные фиалковые, как у матери глаза и думал, что ослышался.
– Что ты решила? – вкрадчиво переспросил он.
Дочь облизала губы и глубоко вдохнула.
– Я хочу учиться, пап. В Драгхаре. Ты же всегда мечтал, чтобы твой сын…
– Но ты не сын, – фальшиво улыбнувшись, напомнил Ральф. В груди поднималась ярость. – Ты девушка, Мэй. И я спешу напомнить, что сила драконорожденных передаётся по мужской линии, не по женской. Так что ты забыла в Драгхаре?
Дочь обиженно выпятила губы, наморщив свой хорошенький нос.
– Тут ты прав, мальчиком я никогда не стану. И силы во мне капли три, не больше. Но! – выразительно воскликнула она, подняв вверх указательный палец. – В Драгхаре, наконец, открыли факультет для девушек-драконорожденных. Алхимический. Разве не здорово? Я могу поступить.
У Ральфа дёрнулось веко.
– Ты с ума сошла? – спросил он глухо. Сила рванулась наружу, желая смести нахалку вместе с креслом. Что она себе позволяет? Откуда эти бредни в её хорошенькой головке?! – Моя дочь. Никогда. Не станет. Алхимиком. – Выплюнул он по словам и сжал гранёный стакан в руке с такой силой, что треснуло стекло.
– Но почему?! – обиженно воскликнула Мэй. – Ты всегда мечтал о сыне, а я чувствовала себя бесполезной и никчёмной. И тут у меня появился шанс принести пользу империи, и ты против?!
Ральф выпустил стакан из хватки и брезгливо отряхнул руки.
– Ты… красивая и умная, из благородного древнего рода. Тебе не нужно учиться. Дочь-алхимик… какой позор… – обречённо простонал он, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза ладонью. – Я слишком сильно баловал тебя… предоставил свободу… и вот результат. Это наказание мне за слабость…
– Да что ты такое говоришь… – недовольно проворчала Мэй. – Ты не думаешь, что мне неприятно слышать подобное? Я хочу учиться. Хочу быть… не просто красивой и умной из знатного рода. Хочу стать кем-то… Кем-то большим.
Ральф убрал от лица руку, впился в несносную дочь мрачным взглядом.
– Это всё влияние Люси. Её сказки задурили тебе голову! А я… глупец!.. позволял ей пудрить тебе мозги. Единственный ребёнок, как же… Нужно было выдать тебя за графа Олвуда, когда тот просил тво… точно! – воскликнул он, подпрыгнув в кресле и звучно шлёпнув ладонями по столу. – Я выдам тебя замуж! Ты уже как три года достигла брачного возраста. Больше я не стану идти у тебя на поводу, – пригрозил красноречиво. – На днях приходил мой давний ученик, мой добрый друг. Уж у него-то и выправка военная и… а я ещё сомневался, давать согласие на ваш брак или нет. Вот старый осёл! Нужно было немедля составить брачный договор!
Мэй побледнела.
– Ты… ты не поступишь так со мной.
– О! Ещё как поступлю! – разгорячённо воскликнул герцог Асвид, подскакивая с места. – Через неделю устроим помолвку и сообщим всему высшему свету, что моя несносная дочь, наконец, выходит замуж!
В глазах Мэй задрожали слёзы.
Герцог выпрямился, расстегнул верхнюю пуговицу камзола…
Слезы дочери всегда вызывали в нём жалость и чувство вины. И Ральф Асвид прекрасно знал об этом. Знал, но пытался бороться со своей слабостью. Со своей чрезмерной любовью к дочери, которая и привела его к беде…
Ещё одного алхимика он не переживёт. Потерять не только супругу, но и дочь… За что Пресветлые так несправедливы к нему?
– Разговор закончен. Больше никаких дискуссий на эту тему. Отправляйся в покои, приведи себя в порядок и можешь начинать готовиться. Дам приём на следующей неделе. Озаботься, чтобы модистка успела пошить платье. Ты должна блистать и вызвать восхищение в глазах жениха, стать ему достойной партией, – как можно строже произнёс он, внутренне борясь с самим собой.
Так хотелось обнять дочь. Как раньше. Покачать на коленях, почитать о похождениях Глупого рыцаря или отправиться на конную прогулку. Вместе…
Ну вот зачем ей учиться? К чему подвергать себя опасности?
– Это моё последнее слово. Ступай, – велел нахмурившись, и указал на дверь.
– Будь мама жива, она бы не одобрила твоего самодурства… – внезапно зло выпалила Мэй, вставая с кресла.
– Что?! – изумлённо воскликнул Ральф. – Ах ты!.. – он схватил со стола пачку документов и замахнулся ими. – Нахалка! Убирайся к себе! Что б глаза мои тебя не видели!
– Как прикажете, папенька, – едко процедила негодница и бросилась за дверь кабинета.
Ральф обессиленно рухнул в кресло, хватаясь за грудь. На лбу выступила испарина.
– Вот дурная… – выплюнул в сердцах. – В могилу меня сведёт…
Налил себе воды в треснувший стакан, а после достал из ящика бумагу и принялся составлять письмо для Виктора.
Ральф не хотел выпускать дочь из-под родительского крыла, не видел её примерной чей-то женой и не думал о том, чтобы выдавать её замуж. Ещё пару лет можно было потянуть, потом бы всё равно за ней выстроилась вереница желающих сродниться с великим герцогом. Но…
… негодница решила учиться.
– Только через мой труп… – процедил он, облизнув кончик пера.
И, если уж речь зашла о браке, то лучшей кандидатуры, чем Виктор Гард не найти во всей Флорарии. Какая удача, что он сам явился по этому поводу.
Бывший ученик, подающий большие надежды, великий драконорожденный… И как замечательно сложилось, что именно он является ректором академии Драгхар. Уж он-то не допустит, чтобы его невеста обучалась в его же академии. Ещё и на ахлимика. Какой удар по репутации…
***Мэй прижалась к двери, ощущая себя загнанной птицей. В висках колотился пульс, оглушая, из груди вырывалось частое прерывистое дыхание… Казалось, будто сейчас в обморок грохнется.
Впервые отец был так зол. Настолько зол, что на мгновение стало страшно.
«Он точно сдержит своё обещание. На этот раз точно…»
Мэй зажмурилась, с силой закусывая губу, и, только ощутив боль, выдохнула.
«Нужно немедленно успокоиться…» – мысленно приказала себе и, оглядевшись по сторонам, достала из кармана прогулочного платья конверт с гербом академии…
… приглашение на собеседование жгло пальцы. Осталось только подписать согласие.
Согласие, которое отец скорее сожжёт в камине, чем поставит на нём свою подпись.
В этом Мэй не сомневалась. Не после того, что произошло в кабинете.
Сжала пальцы, смяв конверт, и решительным шагом отправилась к себе. Отец ведь велел, а отцовскую волю нужно исполнять неукоснительно и со всей ответственностью.
Только вот… Мэй не собиралась замуж. Ни сейчас, ни потом. Уже много лет она грезила мыслями об учёбе, корпела над книгами, истязала свой не очень-то податливый ум сложными науками, в то время как её заставляли вышивать и музицировать.
Стоило войти в покои, как навстречу поднялась камеристка.
– Подготовьте платье. Едем в ателье мадам Шаттэм, его светлость велел подготовиться к приёму по случаю моей помолвки, – улыбнулась обворожительно и поспешила скрыться в туалетной комнате.
В голове зрел план.
Мэй, может, и засыпала на уроках музыки, но с большим рвением и усердием поглощала детективные романы и в тайне от отца увлекалась экономикой. Юриспруденцией.
Если и подделать подпись отца… ему потом долго придётся доказывать руководству академии, что он ничего не подписывал. А без согласия адепта, его уже не смогут так просто отчислить (если, конечно, не будет проблем с учёбой). По закону, ректор академии должен будет созвать комиссию для проверки. Процедура затянется не на один месяц, а уж там…
«Я смогу убедить упрямого старика, что достойна учиться…» – не сомневаясь в себе, подумала Мэй, и улыбнулась своему отражению.
Дело за малым: убедить законника герцога помочь и украсть родовую печать.
«Не так и сложно, – полностью успокоившись, подумала Мэй. – Я смогла подать заявление на поступление в Драгхар, значит и с этим справлюсь.»
Хитро подмигнув самой себе, она покинула туалетную комнату…
Глава 1. Такие уж обстоятельства
Виктор Гард
«Какое удивительное стечение обстоятельств…» – подумал Виктор, провожая прямую спину дочери герцога задумчивым взглядом.
Меньше недели назад он имел честь вести с герцогом Асвидом разговор о женитьбе и всего несколько дней назад получил от него положительный ответ, а сегодня… прелестная леди Асвид разгуливает по коридорам Драграха, а не готовится к предстоящей помолвке…
– Как интересно… – протянул Виктор и скользнул следом за девушкой в зал приёмной комиссии.
Ректору необязательно было присутствовать на собеседовании будущих адепток, но… речь шла о его невесте. Почти невесте…
– Не обращайте на меня внимания. Продолжайте, – вежливо произнёс он, кивнув декану алхимического факультета и, заложив руки за спину, отошёл к стене.
Дочь герцога обернулась, мазнув по Виктору раздражённым взглядом, будто бы говоря: как ты посмел прерывать меня в такой важный момент?
Виктор усмехнулся про себя и привалился плечом к стене, скрестив руки на груди.
Похоже, герцог сдержал слово и не назвал дочери имя жениха. Иначе «невеста» вряд ли бы решила подать документы в его академию.
Виктор хотел представиться лично. Хотел сделать это официально, в подходящей обстановке. Хотел, чтобы Мэй Асвид узнала его лично, а не по слухам. Хотел, чтобы вспомнила…
– Продолжайте, леди Асвид, – учтиво произнесла госпожа Уорэн – куратор отделения для девушек. Она украдкой взглянула на Виктора и её бледные щёки тронул нежный румянец…
– Как вам известно моя мать – Люсильда Асвид, была имперским алхимиком. Она верой и правдой служила империи, благодаря её зажигательным взрывным смесям и эликсиру быстрой регенерации армия Флорарии одержала победу над Перуамом и смогла отвоевать присвоенные головорезами территории. – Бесстрастно, с некой безучастностью, рассказывала дочь герцога. – Я с детства мечтала пойти по её пути. Не стану лукавить, я восхищалась матерью и… жутко ненавидела императора за неспособность защитить преданных ему людей, приносящих огромную пользу…
Виктор хмыкнул.
Какое смелое, однако, заявление. Не каждый бы отважился прилюдно говорить о своей ненависти к императору.
«Похоже… Мэй Асвид не так умна, как казалась…»
– Но позже… когда по всей Флорарии факультеты алхимии прекратили своё существование, я поняла, как сильно наш император скорбит. И если траурная церемония погребения всех погибших на Дне Свободы алхимиков показалась мне напускной, лицемерной, призванной успокоить взвинченный, недовольный народ, то личное появление императора в нашем имении всё расставило по своим местам…
– Гм… – Севар Хальд – декан факультета алхимиков неловко прочистил горло и потянулся к графину. – Леди Асвид… вы имели честь лично общаться с его величеством по поводу той трагедии?
Дочь герцога уверенно кивнула. Её глаза светились внутренней непоколебимой силой, в них не было слёз, не было обиды… Только вера в собственные слова и правду, которую она отстаивала.
– Я сохраню в тайне подробности той личной беседы, в ходе которой я пообещала его величеству, что однажды стану такой же талантливой и выдающейся как мама. И его величество ответил, что будет с нетерпением ждать этого дня, – с вызовом в голосе вымолвила она. Складывалось впечатление, будто леди Асвид готова прямо сейчас броситься в бой доказывать, на что она способна. – За столько лет я ни разу не пожалела о своих словах и своём обещании. Вот поэтому я и хочу обучаться в Драгхаре на факультете алхимиков.
– Что ж… – в лёгком замешательстве протянула куратор, неловко заправила за маленькие ушки рыжие пряди и улыбнулась. – Ваше желание и стремление очень похвальны, но… мы всё же должны спросить, леди Асвид… вы уверены?
– Вы ещё сомневаетесь в моих словах, мисс Уорэн? – приподняв бровь, холодно поинтересовалась дочь герцога.
«Ну надо же… А характер-то остался прежним…» – подумал Виктор, отталкиваясь от стены.
– Не поймите нас неправильно, леди Асвид… – куратор взволнованно облизала губы и переглянулась с деканом. – Только недавно прошёл слух о вашей скорой помолвке…
– Мой отец передумал выдавать меня замуж, как только узнал о моём желании учиться, – гордо произнесла девчонка, расправляя плечи. – Вы же своими глазами видели подписанное его светлостью согласие…
«Вот как… Интересно, что я узнаю об этом только сейчас…» – мелькнула ироничная мысль.
Виктор стёр с лица улыбку и подошёл к столу приёмной комиссии.
– Прошу прощения, что вмешиваюсь, леди Асвид, я ректор этой академии. Виктор Гард. Позвольте лично взглянуть на согласие, подписанное его светлостью, – не жалея очарования, попросил он.
Дочь герцога вскинула прямой немигающий взгляд, изящно поднялась со стула и исполнила подобающий безупречный реверанс.
– Как вам будет угодно, господин ректор, – произнесла она, извлекая из сумочки свёрнутый трубкой документ. – Прошу.
Виктор развернул бумагу, проверил родовую печать герцога и непринуждённо улыбнулся.
– Благодарю, леди Асвид, – произнёс, возвращая документ. – Если приёмная комиссия посчитает вас достойной кандидаткой, академия Драгхар с радостью откроет для вас свои двери.
– Почту за честь, – не дрогнув, отозвалась дочь герцога, ничем не выдавая волнения.
Виктор позволил себе задержать внимание на светло-фиалковых глазах девчонки, после чего поклонился и покинул зал.
… в груди загоралось давно забытое чувство. Чувство предвкушения, чувство азарта.
Казалось, дочь герцога будет лёгкой добычей, но похоже… девочка изменилась лишь внешне. Стала женственнее, оформилась фигура, отросли светлые шелковистые локоны, но нрав… упрямый гордый нрав остался прежним.
Виктор толкнул дверь своего кабинета и обратился к своему подскочившему секретарю:
– Рив, мне нужна карета через пятнадцать минут. Пусть подгонят к запасному входу, я ненадолго отлучусь в столицу, – произнёс и направился к своему столу.
Не исключено, что герцог ничего не знает о том, что его дочь вдруг возжелала учиться, поэтому следовало немедля встретиться с ним и внести некоторую ясность.
Но даже так… Виктор не собирался отказываться от своего первоначального замысла. Жениться на Мэй Асвид и ни на ком другом…
***Герцог принимал в гостиной и, несмотря на то, что был немало удивлён внезапным визитом, велел подать чай. Его обескураженный вид красноречиво говорил о том, что он понятия не имеет, где на самом деле находится его дочь.
Виктор усмехнулся, расстегнул сюртук и сел, прислонив к софе трость.
– Прошу меня простить, ваша светлость, что явился без предупреждения… но я бы хотел встретиться со своей невестой до объявления о помолвке.
Густые брови герцога сошлись в переносице.
– Друг мой любезный… разве не ты говорил об обратном? Почему твоё мнение внезапно изменилось?
Виктор откинулся на спинку, обитую красным бархатом, вольготно устраиваясь, закинул ногу на ногу.
– Разве вы против? Мне показалось, всё-таки стоит сначала представиться вашей дочери, чтобы во время приёма она чувствовала себя более уверенно.
– Вот как… – задумчиво протянул герцог. – Дело в том, что Мэй ещё утром умчалась в столицу в ателье мадам Шаттэм – забрать готовый заказ, а потом она планировала прогуляться со своей верной подругой по ювелирным лавкам. Боюсь, вернётся только к вечеру.
Виктор едва сдержал ироничный смешок. Вроде бы герцог никогда не был глупцом, так почему он так слеп и глух, когда дело касается его ненаглядной, но чересчур своенравной дочурки?
– Тогда… не знаю даже, как лучше донести до вас… Но буквально час назад я был свидетелем удивительной сцены. Ваша дочь, господин Асвид, проходила собеседование на факультет алхимии в моей академии, – невозмутимо закончил Виктор.
Герцог стремительно побледнел.
– Это какая-то ошибка… я не давал своего согласия, – хрипло вымолвил он и, нервно сглотнув, потянулся за чашкой с ароматным корсианским чаем.
Виктор фальшиво улыбнулся.
– Я видел подписанное согласие, отмеченное родовой печатью своими глазами. Полагаю, Мэй не сильно-то стремится выйти замуж и решила взять жизнь в свои заботливые руки, – иронично произнёс он, хоть и давал себе зарок не потешаться над таким честным и открытым драконорожденным, как Ральф Асвид.
… только годы, проведённые на военной службе, а потом и в стенах Драгхара на должности ректора оставили свой неизгладимый след. И без того непростой характер Виктора испортился окончательно, став скверным.
– Ты же не думаешь, что я специально устроил это с целью одурачить тебя? – недоумённо крякнул герцог, едва не расплескав чай.
Видимо, ему очень тяжело поверить в то, что его очаровательная и невинная, будто ангел, дочь решилась на обман. Не просто обман, на воровство родовой печати.
Виктор был готов проститься с тысячью флоров, только бы увидеть, как нахалку накажут. Но… сейчас у него совершенно иные цели.
– Вам нет никакой выгоды дурачить меня, ваша светлость, – учтиво произнёс он. – Тем более таким образом.
Герцог поставил чашку на блюдце и взволнованно облизал губы.
– Тогда… могу я рассчитывать, что ты не примешь заявление моей глупой дочери? В знак нашей многолетней дружбы…
Виктор бесшумно втянул воздух носом. Он бы хотел отплатить герцогу добротой на добро, но… речь шла о его будущем. Один неосторожный шаг, и он потеряет несмышлёное, но безумно упрямое белокурое создание.
«Я и так тянул до последнего…» – подумал, успокаивая себя и свою не вовремя проснувшеюся совесть.
– Вы знали моего отца, господин Асвид… и были моим наставником в период становления. Вы помогли мне не «сгореть» от силы драконорожденного и даже ваша супруга была добра ко мне… Я был бы рад заверить вас, что не допущу поступления Мэй в Драгхар и верну её домой, но…
– Что «но»? – глаза герцога обеспокоенно сверкнули.
– Но я не могу… – глухо вымолвил Виктор и виновато улыбнулся. Вполне искренне. – Я знаю, как вы боитесь потерять дочь, и у вас есть все основания переживать за её судьбу, но… мы не можем быть уверены, что беда не случится с ней дома. На улице, в саду, на обычной прогулке. Беда, ваша светлость, подстерегает не только на факультете алхимиков… – лицо герцога побагровело от едва сдерживаемого гнева, и он поторопился закончить свою пронзительную речь, которая вышла не такой уж и пронзительной, как хотелось бы. – Если бы вы слышали Мэй во время собеседования, вы бы всё поняли…
Герцог шумно сглотнул, вытащил из нагрудного кармана платок и утёр им лоб.
– Но ты же ректор… как же твоя репутация? Ты по-прежнему намерен жениться на моей непутёвой дочери?
Виктор едва заметно облегчённо выдохнул. Герцог не спешил хвататься за сердце, да и затевать драку вроде не собирался, что несказанно радовало. Драться с будущим тестем такое себе удовольствие…
– Я намерен набраться терпения и вам советую, – произнёс осторожно. Взял чашку и отпил восхитительный жасминовый чай. – Увидев Мэй в зале приёмной комиссии, я понял, что она ещё не готова выходить замуж, а услышав её речь, я осознал насколько она серьёзна в своём стремлении стать алхимиком. Надавим на неё сейчас и сделает только хуже… Вы лучше других знаете свою дочь, ваша светлость. Она и маленькой была своенравна, всё делала по-своему. Вспомните хотя бы её страсть к стрельбе из рогатки? – многозначительно напомнил Виктор, не скрывая лукавой улыбки.
Герцог непроизвольно усмехнулся.
– Ты прав… – печально вздохнул он. – Я всё время забываю, в кого моя дочь пошла характером. Точная копия Люсильды… – он задумчиво пожевал губу, но, кажется, наконец смог оправиться от шокирующего известия. – Если сейчас поднять шумиху вокруг фальсификации согласия, то я нанесу ущерб и своей, и твоей репутации. Ничего хорошего из этого не выйдет. Более того, если верну дочь домой… она снова сбежит. Но на этот раз я могу потерять её навсегда…
«Слава Мудрой Эллене… это оказалось не так сложно…» – облегчённо подумал Виктор и поспешил направить мысли герцога в нужное русло.
– В академии ваша дочь будет под моим надёжным присмотром, я смогу позаботиться о ней и тем самым отплатить вам за доброту.
Герцог грустно улыбнулся.
– А после того, как Мэй выпустится? Кто за ней присмотрит?
– Я, – уверенно произнёс Виктор. – Ведь всё ещё собираюсь жениться на ней. А в академии у меня будет больше возможностей получить расположение невесты и её согласие на брак. Нет желания принуждать Мэй, пусть сделает свой выбор самостоятельно.
Взгляд герцога заискрился весельем.
– А если моей дочери приглянётся какой-нибудь одарённый адепт?
Губы Виктора растянулись в хищном оскале.
– Будьте уверены, ваша светлость… Я не оставлю Мэй и шанса выбрать кого-то другого…
Герцог приглушённо рассмеялся.
– Тебе уже за тридцать, а ты всё такой же юнец, Виктор. Не зря говорят, что драконорожденные взрослеют гораздо медленнее обычных людей.
– Мы и живём дольше, – не растерявшись, парировал Виктор.
– Твоя правда, – согласился герцог, вернув себе непринуждённый собранный вид. – Но меня волнует один момент… Если честно, я не ожидал, что предложение жениться на моей непутёвой дочери поступит именно от тебя.
Виктор вопросительно вскинул бровь.
– Почему же, ваша светлость? Я произвожу впечатление не очень серьёзного и надёжного мужчины?
Герцог хитро улыбнулся.
– Вовсе нет. Но разговоры… ты не подумай, что я слушаю сплетни, но в высшем свете вокруг твоей персоны множество разговоров. Слышал, от приглашений на приёмы отбоя нет? Кажется, каждая уважающая себя аристократка Флорарии мечтает заполучить тебя в мужья, но ты выбрал… Мэй? В чём подвох?
Виктор усмехнулся в кулак.
– Ваша светлость, вы говорите так, словно Мэй из низшего сословия или из семьи наёмников. Разве она не дочь герцога из древнего рода?
Герцог неожиданно вздохнул.
– Не пойми меня неправильно… Как ты верно заметил, я безумно дорожу своей дочерью и мне бы не хотелось… чтобы ты женился на ней из-за чувства долга передо мной или каких-то корыстных соображений, если говорить прямо. На самом деле, я всегда желал для дочери самого лучшего, ведь сам женился по любви. По очень большой любви, друг мой…
«Удивительно, что именно этот человек верит в любовь…» – усмехнулся про себя Виктор.
– Я прекрасно понимаю ваши сомнения и тревоги, но вы же дали своё согласие на наш брак, – красноречиво заметил он. – Я лишь могу заверить вас, что никогда не обижу Мэй, не причиню ей вреда. Причина, по которой я выбрал её… несколько личная и может показаться вам смехотворной. Я бы не хотел выглядеть полнейшим дураком в ваших глазах… – уклончиво произнёс Виктор.
– Хорошо, – сдался герцог. – Пусть Мэй лучше учится в Драгхаре под твоим присмотром, чем сбегает из дома и шатается неизвестно где и неизвестно с кем. Но Вик… – проникновенно вымолвил герцог, вмиг перевоплотившись. В глубине голубых глаз сверкнуло алое пламя силы драконорожденных. – Я доверяю тебе свою дочь и не позволю над ней насмехаться. Если твои помыслы нечисты… то лучше откажись от своей затеи сейчас.
Виктор непринуждённо усмехнулся.
– Вы были рядом в самый сложный период моей жизни, обидно, что я всё ещё не заслужил ваше доверие… – Герцог даже бровью не повёл, тогда Виктор продолжил. – Вы, наверное, запамятовали… но я приходил к вам и раньше. Три года назад. Когда Мэй только достигла брачного возраста. Тогда вы сказали мне, что не хотите спешить с замужеством дочери и желаете дать ей возможность насладиться свободой, подурачиться. Верно? Это ведь были ваши слова?
Герцог неуверенно кивнул, подозрительно сощурившись.
Виктор ухмыльнулся.
– С того момента мои намерения не изменились. Я всё так же хочу Мэй… сделать своей супругой, – исправился он, осознавая, что едва не позволил истинным чувствам прорваться наружу. – Будь мои помыслы нечисты, как вы выразились, я бы сильно спешил, но я готов ждать столько, сколько потребуется.
Герцог вздохнул, потирая пальцами переносицу.
– Прости… я сильно перенервничал, услышав от тебя, что Мэй прошла собеседование. Не ожидал от неё такого… предательства. Не думал, что она пойдёт против моей воли…
– Она хотела исполнить мечту, – улыбнувшись, заметил Виктор. – И поэтому я буду рядом.
«Всё из-за глупого обещания…» – закончил мысленно…
Глава 2. Слабоумие и отвага
Мэй Асвид
Списки поступивших огласят вечером, но у меня не хватило бы никаких душевных сил и нервов сидеть под дверями зала приёмной комиссии в ожидании «чуда». Извелась бы вся…