Ярость демона. Воин

На мир, в котором очутился последний потомок рода Хилл’Са’Арэш, надвигается тьма. Древний Бог, которого тысячелетия назад изгнали, вернулся. По его воле в этот мир пришли самые жестокие его создания, владеющие магией смерти, о которой здесь почти ничего не известно. Раэш с Айвинэль пытались помешать ему и попали под воздействие проклятия высшего существа, от которого нет спасения. Но…

Глава 1

Британская Империя, Стоунхендж.

Он посмотрел на место, где мгновение ранее находились те, в ком он почувствовал благословение своего злейшего врага. Там не осталось ничего живого. Но он пока еще не мог почувствовать их смерть и забрать энергию душ, опустошив их до изначальной искры. И тем более пока не мог поглотить последнюю. Он попытался прочувствовать этот мир, выискивая божественную энергию, предназначенную для него. Источники находились в разных местах планеты, но особенно много их было на одной отдаленной территории. Однако, к его огорчению, законы этой Нити Порядка пока не позволяли ему создать здесь свой эгрегор. Изгнанному, в отличие от пришедших в первый раз, для полноценного возвращения требовалось значительно больше.

Но кто бы мог подумать, что сделанная многие тысячелетия назад его страховка в итоге сработает и позволит ему вернуться сюда. Пусть пока еще не полноценно и не в полную силу, но уже это огромный плюс. Находясь в заточении, он не получал ничего от последнего оставшегося подконтрольным ему мира, и каково было его изумление, когда он почувствовал совсем маленький ручеек. Он даже не мог понять его природу и сказать, где появились его почитатели. Но спустя некоторое время он почувствовал зов жреца. Слабый, совсем слабый, но накопленной энергии ему хватило, чтобы установить, откуда тот пришел, и объяснить правильность ритуала жертвоприношения. Даже дать понять молодому жрецу, что необходимо найти артефакты, составляющие ключ и замок, с помощью которых он сможет вырваться за пределы темницы. Ручеек увеличился, и не только благодаря правильности ритуала, но и при помощи части артефакта.

Еще несколько раз жрец призывал его в особых случаях, а один раз пришлось покарать не верящих его первому и верховному вассалу в том мире. Однажды он почувствовал присутствие своего злейшего врага, и его ярость едва не забрала жизнь человека. Зато после этого случая тот смог отыскать вторую засть ключа. Сейчас, когда вся память жреца была ему доступна, он знал, что не обошлось без его верных слуг гуайчох, которым удалось выжить. Также он узнал, что драконам его другого врага тоже удалось остаться в живых. Но сейчас все три части некогда созданного им артефакта находятся у него в руках.

Да, силы веры его последователей и энергии жертвоприношений пока недостаточно для полноценного прихода, зато ее вполне хватит, чтобы призвать своих первых детей. Ктулхуты были самыми преданными, самыми страшными, самыми беспощадными, самыми опасными его созданиями. Сотворенные им многие сотни тысяч лет назад, они верно служили своему господину, и даже во времена Войны Богов показали себя во всей красе. Жаль, что единственный мир, где они отлично чувствовали себя и размножались, в те далекие времена войн пострадал очень сильно, и теперь число его последователей растет просто невероятно медленно. Его враги, объединившись, успели изменить суть, совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы ктулхуты перестали воспринимать тот мир, как свой дом. Он тогда помешал им и не дал закончить действо, которое привело бы к уничтожению его самых опасных воинов, но устранить последствия даже не оконченного ритуала было уже не в его силах. Но часть его детей остались, и о них его враги знать не должны. Именно его вмешательство помешало выдернуть всех воинов в их родной мир. Их вернули почти отовсюду, кроме одного очень удаленного мира, где ему удалось охватить своим влиянием часть территории.

Мир этот – очень слабый в энергетическом плане по сравнению с теми, за которые велась война, и там его дети чувствовали себя не очень комфортно, зато они сохранили себе жизнь. И пора призвать их сюда. Пусть это лишит его на некоторое время возможности следить за здешними событиями, но его любимые детишки очень быстро преподнесут ему этот мир. Но помимо этого он еще мог кое-что сотворить. И древний Бог потянулся к источникам, вытягивая часть божественной энергии.

– Гоорр Даарр Туурр, – прорычал он на первом языке Нити.

И в ответ на это у каждого зиккурата, посвященному ему, открылись портальные врата. Твари, хлынувшие оттуда, были настолько жуткими, что даже у многих его последователей, находящихся рядом, появился животный ужас. «Тем лучше, – подумал он. – Будут служить, боясь неудовольствия новых хозяев мира». И только сейчас обратил свое внимание на место, где он находился. Алтарь Бога Одеана, которого он отдал обитателям Хаоса за одну услугу. Совсем легкое усилие, и камни разлетелись мелкой крошкой. Теперь он перевел взгляд на мертвых людей, его последователей. Удовлетворенно оскалившись, он поднял их в качестве нежити.

– Даже два архилича получилось, – произнес он напоследок на местном языке и покинул тело жреца, которое, пробудь в нем бог еще немного, превратилось бы в прах.

Бранчох очнулся и осел на землю. А оставшиеся в живых люди в первое мгновение позавидовали мертвым, но увидев, во что те сейчас превратились, не знали, что делать. Какая-то сила заставила их держаться рядом со жрецом в ожидании приказов.

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль.

В комнату, где в кои-то веки императорская чета встретилась со своей дочерью, влетел граф Вяземский. То, что он даже не постучал и не закрыл за собой дверь, говорило о многом. Точнее, о надвигающейся опасности.

– Ваши величества, ваше высочество, – граф даже не переводил взгляд и не кланялся. – Голицыны и Бельские перешли к активным действиям, и в столицу выдвинулись их армии. По только что полученным сведениям, все их ментальные маги сосредоточены в Москве. Якобы найденный ментальный артефакт в новом поместье графов Карни́цких – не более чем уловка, чтобы выманить князя Воронцова. Род Карницких мы не подозревали, поэтому заговорщикам известно об отсутствии лучшего ментального мага. Пока еще есть время, и мы можем покинуть столицу.

– Нет, – твердо произнес император. – Если нас не обнаружат сразу, то начнут искать очень тщательно и все равно найдут. Мы останемся здесь, а вам необходимо спасти нашу дочь. Скорее всего, они не станут нас убивать сразу – есть у меня предчувствие, что мы нужны им для чего-то. Этого времени вам хватит, чтобы не только покинуть столицу, но и удалиться на безопасное расстояние.

– Мама, папа, – из глаз цесаревны брызнули слезы. – Я вас не остав…

– Граф, Катя! – прикрикнула императрица, видя, что Шувалова находится в дверном проеме. – Быстро уводите дочь.

Вдвоем они потащили плачущую девушку к выходу. Когда шум стих, Анастасия Матвеевна с любовью посмотрела на мужа.

– Ну, что, мой супруг, покажем им, чего стоит императорский род.

Магические способности – точнее, атакующие чары – у монаршей четы были невелики, но вот мечом Георгий Алексеевич владел знатно. В качестве защиты у обоих выступали артефакты, против которых бессильны даже ментальные маги, пока не исчерпается энергия накопителей. Жена его сносно владела мечом, зато была сильной целительницей. В принципе, это от нее к дочери перешел дар.

– Вот этот коридорчик, – кивнул император на небольшой, всего два метра в ширину и пять в длину, коридор, соединяющий две комнаты.

Место выбрано не зря. Второе помещение имело только один вход, даже тайные отсутствовали. Сам император владел двуручным мечом с сильными плетениями, а также мог создавать атакующие заклинания первого и второго уровня, а некоторые – и третьего. Но больше в магическом плане он надеялся на три боевых артефакта с плетениями нового исследовательского отдела, расположенного в Новосибирске. Особенно понравилось ему выпускное заклинание Раэша. «Хоть бы получилось у дочери с этим человеком! – подумал он. – С ним она будет, как за каменной стеной». Он искренне верил провидице, которая предрекла наступление тьмы, и он был абсолютно уверен, что оно уже началось. Мужчина вышел чуть вперед, прикинул расстояние, которое ему необходимо для работы со своим длинным мечом, затем начал сдвигать мебель, делая из нее как бы защитный круг. Вернулся на свое место и, поймав твердый взгляд супруги, улыбнулся, получив ответную улыбку. Развернулся к входной двери и принялся ждать предателей.

Первыми в помещение ворвались воины Бельских, сразу напоровшись на стремительный выпад двуручным мечом. Один упал, двое других отскочили в стороны. Император же сделал шаг назад, положив меч, острие которого было направлено на левого воина, на согнутую левую руку. В это время в комнату вбежали еще двое, и все четверо атаковали одновременно, перепрыгивая через баррикаду. Георгий Алексеевич движением локтя левой руки отправил меч по кругу и уже в полете подхватил его второй рукой. Двое центральных нападавших не ожидали подобного начала атаки – ведь самым быстрым движением был выброс меча вперед в направлении самого левого воина. Один из них вообще не успел ничего сделать, получив острием меча по горлу. Второй среагировал, но не успел поднять свое оружие для полноценной защиты – кончик его меча защитил от атаки, но, будучи отброшенным назад, нанес порез на щеке, откуда брызнула кровь.

Император, чувствуя прилив сил от заклинания супруги, закрутил вокруг себя меч с большой скоростью. Из-за баррикады нападавшие не могли в полной мере использовать свое численное преимущество, и вскоре один из них получил рану. Последний попытался воспользоваться этим и, прикрывшись щитом, быстро приблизился. Но правитель государства Российского, крутнувшись, почти ушел от мощного удара, а остальное отразила защита. Зато его меч разрубил коленный сустав врага. Да, плетения, наложенные в свое время Ломоносовым, пробивали почти любую защиту.

В проеме показался незнакомый маг, сходу атаковав его чем-то из огненной стихии. То ли огромный огненный шар, то ли стена огня, разошлись в стороны, обходя появившуюся мерцающую защиту. Маг отошел в сторону, и в помещение вошли еще три воина. И вот тут-то император использовал плетение Раэша. Как он и рассчитывал, маг среагировал на угрозу, рассекая основное копье, а вот к тому, что последует продолжение, никто оказался не готовым. Самого мага уберегла защита, но вот последовавшее за ним другое заклинание благополучно пробило барьер, попав прямо в лицо. Простым воинам их амулеты не помогли – видать, конструктор, создавший этот артефакт, с затратами энергии не заморачивался.

– Так-так-так, – произнес новый персонаж. – Очень неплохо для человека, почти не уделявшего внимания тренировкам. Даже очень-очень неплохо, почти великолепно.

– А я все думаю, когда же появится представитель островного государства, которое задумало в моей стране переворот, – усмехнулся Георгий Алексеевич.

Он знал этого человека – одного из лучших ментальных магов в мире. Вдобавок у него на голове был Обруч Мерлина. Пожалуй, этот сможет преодолеть его защиту разума.

– Может, сами сложите с себя полномочия правителя Российской империи? – задал он вопрос и нанес ментальный удар. – Только живьем, – процедил он сквозь зубы.

Защиту он все – таки пробил, но вот подчинить императора уже не мог. Двоих противников, совсем забывших о защите и ринувшихся к славному представителю рода Рюкиков, император все же смог зарубить, но вот следующие двое сумели его скрутить. Справиться с императрицей было проще, но все равно она сумела убить спрятанным до поры до времени ножом одного полностью расслабившегося врага, видевшего в ней безвольную куклу, роль которой она играла. Многие аристократы об этом догадывались, некоторые знали, но простые люди не могли распознать ее игру.

В тронном зале шла подготовка к очередному действу. На полу маги закончили рисовать сложную октограмму, в центр которой поместили Артефакт Империи. О нем мало что было известно, только ходили слухи, что он укажет путь куда-то за могуществом. Правда это или нет, но все члены императорской семьи «знакомились» с Артефактом. Причем совершенно точно было известно, что после их насильственной смерти подчинить это древнее изделие невозможно. И только со временем носитель императорской крови сможет это сделать. Насколько известно, в этом случае с каждым годом артефакт сам понижает планку необходимого процентного содержания императорской крови.

Но в свое время, когда отношения меду странами были дружественными, Великий Мерлин исследовал его, а позже придумал метод, как обмануть. Правда, до конца не был уверен в своей правоте, но в данный момент другого способа предложить никто не мог. Заключался он в следующем: если одновременно принести в жертву всех членов императорского рода в соответствии с придуманным Мерлином ритуалом, то имеется пара мгновений, когда можно подменить род владельца, и тогда Артефакт перестроится на новый род. В качестве замены лучше использовать женщину. А в Российской Империи издревле сохраняется установка, что тот, кого признал Артефакт, является правителем или наследником, если император жив. Она настолько укоренилась среди жителей империи, что никто и не подумает отказаться от произнесения клятвы тому, кого признал Артефакт.

Претендентка на место императрицы, княжна Марья Бенедиктовна Голицына, с нетерпением ожидала, когда приведут императорскую чету.

– Что, не терпится, сестренка? – усмехнувшись, спросил ее младший брат.

Ответить она не успела, поскольку именно в этот момент привели Георгия Алексеевича и Анастасию Матвеевну. Когда их ввели, княжна, не обращая внимания ни на что, внимательно следила за ними.

– Ты смотри, убрала рукой волосы прямо как та баронесска, – зло процедил княжич, но сестра только отмахнулась от него.

Начался ритуал, и девушка ожидала момент своего выхода. И когда два мага подняли вверх ритуальные ножи, она быстро прошла к Артефакту, разрезая себе ладонь. Ножи проткнули сердца императора и императрицы, а спустя мгновение Марья приложила окровавленную ладонь к шару. Пять секунд, пока жизнь окончательно покидала тела, показались девице вечностью. Вот шар потеплел и засветился бледно-зеленым цветом, говорившим, что остался еще один наследник.

– Как? – воскликнул представитель Британии, пленивший императора. – Где наследник? Кто он?

Сама же княжна мучительно пыталась вспомнить какую-то мысль, которая только что была вот здесь, но сумела ускользнуть. Подойдя к усмехающемуся брату, она спросила:

– Что ты только что говорил?

– Да говорю, что эта баронесска Морозова постоянно копировала императрицу. Наверное, таким образом думала поднять свое происхождение. Я не раз замечал подобное.

Эти слова брата помогли сложить мозаику в голове княжны. И так называемое затворничество баронов Морозовых, и постоянная охрана ее графиней, род которой якобы поклялся охранять своих соседей, и странная смерть цесаревны, и еще некоторые моменты.

– Идиот! – заорала она. – Тупица! Ты хоть раз мог подумать головой, а не тем местом, что у тебя между ног?! Когда последний раз ты видел ее?

– Вчера. Она, открыв рот, словно деревенщина, рассматривала Кремль.

Девушка зарычала и, резко развернувшись, встретилась нос к носу с магами Британии.

– Я знаю, кто наследница. И она только вчера встречалась со своими родителями.

Глава 2

Пространственно-ментальный мир королевы ихтанвиилайтов в боевых серпах.

– Будешь должен, – услышал я знакомый голос Белоснежки.

Попытался открыть глаза, но ничего не получилось, а у меня создалось впечатление, что к векам подвесили минимум пятикилограммовые гири. Мгновение спустя сообразил, что лежу на земле, и попытался подняться. Но даже сдвинуть руку не мог, не то чтобы опереться на нее. Тогда решил просто вспомнить происшедшее с нами – точнее, последние моменты. Помню, что Айви сообщила о своей беременности – получается, что я скоро стану отцом. А еще благодаря этому она смогла создать родовое заклинание «Водоворот Стихий». Затем почувствовал, как затрещала ткань мира из-за действий жреца Супайче, и понял, что его надо остановить. И последнее – это нахлынувшая ярость, заполонившая все мое сознание. И все – больше никаких воспоминаний после этого.

Хотя нет. Некие смутные картины битвы обрывками мелькали перед моим внутренним взором. Правда, не уверен, что именно этой битвы, поскольку случаев моего ухода в это состояние было несколько. Сосредоточился на работе мозга, понимая, что и он оказался чем-то или поражен в той битве. Кристальная ясность, наличествующая у меня всегда, отсутствовала, скорость мышления была хуже. Переходить в кил’са или гар’са (точнее, их аналоги в мире Белоснежки) даже не буду пытаться, поскольку чувствую, что ничем хорошим это не закончится. Но все равно сознание по сравнению с телом пребывало в намного лучшем состоянии. И сколько мне пребывать в нем? И где моя Айви? Раздражение само пришло изнутри.

– О! Вижу, что начинаешь восстанавливаться, – раздался все тот же знакомый голос королевы ихтанвиилайтов.

И я открыл глаза. Не без труда, но в этот раз получилось это сделать. Увидел лицо, шею и грудь, хотел приподняться, чтобы сесть, но в руках чувствовал слабость, хотя пошевелить ими смог. Посмотрел ей в глаза, замечая, как ехидное выражение лица сменяется серьезным.

– Что с Айви? – ко мне вернулась речь.

Это первая пришедшая в голову причина подобной метаморфозы. Я ведь ее совершенно не помню, и даже в тех небольших вспоминающихся фрагментах она отсутствовала.

– Жива она, жива, – и я облегченно выдохнул.

– А вообще, что произошло там, в Британии, у Стоунхенджа? – и тут я кое-что вспомнил. – Вспоминается ощущение приближения чего-то очень страшного.

– Еще бы! – воскликнула она. – Проклятие Высшего Бога, или Истинного Бога, или Демиурга – называй, как хочешь, и это поистине страшная вещь. От вас ничего не осталось бы, даже я не смогла бы остаться. Убить меня он не смог бы, а вот разрушить твое оружие и все связи, которые держат меня в этом мире, сумел бы.

– То есть тебя бы просто выбросило туда, где вы живете? – захотелось подтвердить мою догадку.

– Все верно, – она кивнула. – Вот только сколько осталось бы у меня силы, я не берусь предсказывать. Вполне может так статься, что я даже не смогу удержать свои владения.

– Так что же там произошло?

– Вы совсем немного не успели остановить жреца, – и откуда у нее в голосе взялась печаль? – Он успел призвать Бога, да еще такого! И он проклял вас. Если быть более точной, то это не заклинание, как может показаться на первый взгляд, поскольку на вид это черное облако. Оно уничтожает все формы жизни, и чтобы противостоять ему, необходимо благословение другого высшего существа. И это не тот мизер, который присутствовал на вас, а полноценный ритуал в месте поклонения. Я почти успела создать портал и толкнуть туда вас.

– То есть мы сейчас находимся не в Британии? Или все-таки там, но не рядом со Стоунхенджем?

– Я не знаю, где мы, – я заметил ее некую неуверенность, – не знаю. Я создавала его, чтобы переместиться куда-то подальше от того места.

– А меня научишь? – я постарался сделать выражение лица, которое делала Алинка, когда просила что-либо. – А то в моем мире подобные заклинания были, а здесь их не знают.

– Это не ваши порталы, – она покачала головой. – Порталы жителей миров соединяют две точки двумя способами. Межмирные порталы используют для связи миров Нити Порядка. Я же использую границу Хаоса, с которой могу оперировать. Никто из жителей любого мира не сможет его создать. Но для обуздания и удержания Хаоса необходимо очень много энергии, особенно в моем случае. Моих сил, даже с учетом последнего боя, когда я получила очень много энергии, не хватило, и если бы не моя племянница, то от вас не осталось бы ничего. Я имею в виду, что и на перерождение вы бы тоже не попали.

И она посмотрела куда-то вниз. Я на автомате приподнялся и глянул туда же. О, получилось! Но изумление у меня вызвало не такое быстрое восстановление, а маленькая девочка, которую королева держала за руку. На вид ей было не больше трех лет – по крайней мере, на мой дилетантский взгляд. Внешностью она напоминала Айвинэль: ну, у нее ушки были остроконечные, глаза имели миндалевидную форму и были такими же большими. Но цвет был точно как у ее тетки.

– И откуда она здесь взялась? – задал я резонный вопрос.

– А самому тяжело догадаться? – вопросом на вопрос ответила она, да еще и с ехидцей.

Я задумался. Она – ихтанвиилайт, значит, и девочка тоже, и тоже должна находиться в нашем мире. «Да чтоб тебя Хаос забрал!», – выругался я в адрес того Бога, что атаковал нас. Вот сейчас – лишнее подтверждение, что еще не отошел от его атаки. Раньше мгновенно догадался бы, что племянница – это «жительница» оружия Айви, а сейчас понадобилась пара секунд.

– Вижу, что понял, – усмехнулась Белоснежка, – вот я ее тоже лишила накопленной энергии, и если бы она не была, как вы говорите, моей крови, то ничего бы не вышло.

И тут я, наконец-то, осознал момент, не дававший мне покоя все это время. Во все предыдущие разы Белоснежка отвечала на один вопрос или, как она сама говорила, максимум два. А сейчас беседуем безо всяких ограничений. Что же такое произошло? Этот вопрос и задал ей, высказав свои подозрения.

– Многое изменилось, – серьезно ответила она. – Я же помню его прошлое пришествие в этот мир, и это не сулит ничего хорошего. Многое я просто не имею права рассказывать.

И тут мне пришла в голову мысль, что в реальном мире мы же сейчас просто валяемся где-то. А если на дороге или у обочины, то нас могут быстро найти и ограбить или еще что-то с нами сделать, особенно с моей эльваркой.

– А где мы лежим? – быстро задал я вопрос.

– Не переживай, никто вас не увидит, – она правильно поняла мое беспокойство. И не переживай за нее – она в лучшем состоянии, чем ты. Ты же успел закрыть ее собой за миг до того, как проклятье накрыло вас, а в следующее мгновение я создала портал. Так что не переживай. И не стремись очутиться в теле – здесь ты быстрее восстановишься.

– А ты, случаем, не знаешь, что случилось с Таэль? Ведь у нее тоже клинки непростые.

Вероятность того, что ихтанвиилайт из ее клинков является подданным королевы, достаточно велика, поэтому и существовала у меня надежда на то, что Белоснежка могла знать о судьбе нашей верной телохранительницы. Она посмотрела на меня, затем подошла и, положив мне на голову руку, произнесла:

– Смотри.

Британская Империя, мост через реку Эйвон.

Эльфийка соскочила, хлопнула по крупу свою лошадь, которая от этого действия отошла на берег и принялась жевать там травку. Пару секунд смотрела вслед удаляющимся детям, как она всегда про себя называла их, затем развернулась к приближающимся всадникам.

Начала очень быстро обдумывать различные варианты поведения: какую магию и когда применять, как атаковать, какие действия предпринимать. Направилась к началу моста, остановившись в пяти метрах от его границы. Преследователи не стали вступать сходу в бой, чем доказали свой профессионализм. Десяток разошелся, а вперед выехали три человека – наверняка, маги. Таэль уже могла их достать парочкой заклинаний, но не стала этого делать, поскольку ее основная задача – выиграть время. Присмотревшись магическим зрением, женщина увидела, что еще два мага остались позади. «Очень сильный отряд», – мелькнула у нее мысль, и в этот момент враги начали действовать.

Три огненных шара почти одновременно полетели в ее сторону, расплывшись по выставленному защитному щиту. И снова атака, и еще одна. Таэль мысленно усмехнулась, вспоминая тренировки с Раэшем и Айвинэль. Вот там слаженность атак была просто потрясающей: их заклинания всегда били в одну точку и всегда одновременно. Эти тренировки заставляли Таэль очень серьезно относиться к ним, и волей-неволей ей пришлось повышать свое мастерство в оперировании динамическими щитами. Зато сейчас это позволяло ей затрачивать меньше энергии. Хотя все равно объем ее снижался достаточно быстро.

Радовал женщину еще и тот факт, что всадники не пытались преодолеть реку – вероятно, в этом месте нет не только брода, а вообще нормального места, хотя ширина составляла всего метров сто. Сама же Таэль внимательно наблюдала за воинами, и как только заметила, что те решили спешиться, активировала негатор и, мгновенно перейдя в боевой режим, сблизилась с магами. Все трое не успели среагировать, хотя почувствовали его действие. Полностью беспечными они не были, вот только амулетная их защита предназначалась скорее для подстраховки, поэтому справиться с великолепным оружием эльфийки не могла, да и действие негатора тоже сказывалось на качестве барьера, который в отсутствие структурированных потоков тянул энергию из накопителей просто невероятно быстро. Очутившись между двумя всадниками, она нанесла два выверенных удара под их панцири, а затем под животом центральной лошади перешла на другую сторону. Еще один такой же выверенный удар, и женщина вернулась на свое место на мосту. Выйдя из ускорения, она принялась ждать дальнейших действий.