Апофеоз выбора

ГЛАВА 1

Резко поднялся ветер. Ледяной, пробивающий тело насквозь, от него стыла в жилах кровь – его порывы били все сильней, Гхолал вдруг обнаружил себя отступающим под неистовым напором ветра. Стиснув зубы, напряг мышцы, но очередной воздушный удар едва не сбил с ног, швырнул спиной на стену ближайшего дома.

Крысий Глаз что-то кричал, но его слова долетали обрывками:

– Закрой глаза! Кнарралтор не терпит…

Слова заглушил резкий свист обезумевшего ветра.

Взгляд оборотня нашел Сота. Но мгновенно оставил его, едва сбоку появилось огромное темное пятно, поглотившее свет уличных факелов…

Подавив мимолетное желание последовать совету, что дал ему Крысий Глаз, Гхолал, щурясь от ветра, повернул голову в сторону приближающегося Кнарралтора…

Острая боль ударила по глазам, вырвав из горла оборотня крик. Тело сковало жутким холодом, попытка шевельнуть рукой закончилась взрывом нестерпимой боли, на краткий миг оторвавшей внимание оборотня от собственных глаз, в которые словно вонзили раскаленные иглы. Ветер рвал тело, швыряя его из стороны в сторону, Гхолал смутно слышал, как с треском расползалась по швам одежда – лопнула кожа на отчаянно стискиваемых губах.

Холод проник в грудь, коснулся сердца…

«Если это предел, самое время шагнуть за него…»

Гхолал усилием воли заставил теряющий мысли разум сосредоточиться на собственном теле. Он практически перестал его чувствовать от жуткого холода, морозящего внутренности, но разжигаемая искра гнева к беспомощности плоти перед ударами ледяного ветра быстро превратилась в бушующий костер.

Онемевшие конечности медленно наполнялись жаром от неистово рвущегося на свободу Мортема – мышцы, едва не превратившиеся в заледеневшие деревяшки, взорвались болью, но вместе с ней в них вливалась чудовищная сила…

Глаза распахнулись, презрительно прищурившись потокам ледяного ветра.

Перед Гхолалом быстро появлялся фонтан. Его каменное основание в форме кольца возникло прямо из воздуха одновременно с множеством струй воды, льющейся вверх – туда, где мгновением позже появилась статуя неведомой птицы, широкие крылья которой и дробили вырывающуюся из камня воду. Основание фонтана стало богаче еще на два каменных кольца, от которых во все стороны хлынула аккуратно уложенная белым камнем площадка размером с маленькое футбольное поле. Ее границы быстро обозначились высокими стенами из темно-красного камня, у которых появлялись окна, двери и охранники последних. Недвижимые, подобно статуе фонтана, они держали перед собой топоры на длинных рукоятях. Незаметно появившийся потолок оброс множеством выступов и узких балконов, наполненных вьющимися растениями с ярко-желтыми бутонами неведомых цветов.

Изумленный взгляд выхватывал длинные скамьи вдоль стен, перепрыгивал с охранников у каждой из них на застывшие за окнами фигуры, но мгновенно остановился на вскочившей с одной из скамей пожилой женщине. Она была единственной частью строящегося на глазах Гхолала мира, которая двигалась – шаг, второй, тонкие, пронизанные множеством вен руки затряслись, когда женщина открыла рот. Но Гхолал не услышал ее голоса, лишь сейчас осознав, что его окружает абсолютная тишина. Она давила на уши с жуткой силой, сжимала виски пульсирующей болью…

Женщина сделала еще шаг, Гхолал попытался шагнуть ей навстречу. Издалека донесся грозный рев, оборотень почувствовал, как задрожал воздух, напрягся…

Затем услышал звук разбивающейся на множество капель воды, падающей на каменные кольца фонтана. Дыхание охранников, голоса за стенами и пораженный выдох пожилой женщины, что оказалась на расстоянии вытянутой руки от оборотня. Ее губы дрогнули:

– Кто…

– Перед тобой? Тебе этого лучше не знать!

Гхолал неожиданно почувствовал твердость пола под ногами, в ноздри проник запах пота – скосив глаза вправо, увидел могучих охранников в нескольких шагах от себя. Между ними – полуоткрытая дверь…

– Кто ты, если Кнарралтор позволил тебе открыть глаза во время перемещения?! – голос женщины обрел крепость благодаря безграничному изумлению, которое Гхолал услышал в ее словах, прочитал в глазах.

Оборотень вспомнил жуткий, убивающий холод и содрогнулся.

– Как ты проник сюда?! – грозный крик развернул Гхолала лицом к прыгнувшему на него одному из охранников. Он ударил топором с двух рук, изо всей силы, стремясь разрубить чужака надвое одним ударом – только там, где острое лезвие рассекло воздух, намеченной цели не оказалось. Гхолал, на удивление легко увернувшись от показавшегося неминуемым выпада, вдруг осознал, что теперь он полностью контролирует свое тело. Мышцы едва не рвутся от раздувающей их звериной силы, которая теперь подчиняется воле человека!

С улыбкой на губах Гхолал неожиданным и молниеносным рывком отнял у охранника топор и, заметив изумление в глазах последнего, лютым ударом разбил клинок о каменный пол. Швырнул обломок рукояти навстречу второму охраннику, презрительно сказал первому:

– Уходи сейчас, или я заберу твою жизнь!

– Остановитесь! – Гхолал обернулся на голос, сразу узнав, кому он принадлежит. Держа в поле зрения обоих охранников, коротко бросил:

– Твоя охрана никчемна! Оружия в руках удержать не могут…

Крысий Глаз недоуменно опустил глаза на пол, увидел осколки разбитого клинка и обломки раздробленной рукояти. Поднял взгляд на безоружного охранника, стиснул зубы – затем вновь посмотрел на Гхолала.

– Ты уже познакомился с моей матерью?

На этот раз оборотень услышал в голосе злость, которую Крысий Глаз тщательно старался скрыть.

Отвечать не стал, едва увидел кинувшуюся к сыну пожилую женщину.

– Кого ты привел в наш мир? Он не человек…

– Нет, Гхолал прав! – Крысий Глаз вновь взглянул на безоружного охранника, процедил с ненавистью. – Давно надо было набрать новых людей…

– Где Сот? – перебил оборотень.

* * * * *

Крысий Глаз шел вниз по узкой лестнице, Гхолал чувствовал взгляд его матери, словно клинок, в собственной спине. Ни она, ни ее сын не представляли угрозы, если только не смазали ногти смертельным ядом, который через крошечный порез на коже проникнет в кровь, медленно и мучительно убивая тело. То, что Крысий Глаз не ответил на прямой вопрос о местонахождении Сота, насторожил оборотня, но, вцепившись ему в глотку, перед этим разорвав на части его охранников, Гхолал вряд ли бы чего добился. Смутное чувство о том, что присутствие Мортема в этом, параллельном или вселенски далеком от Адолрона мире, известно лишь Соту и самому Гхолалу, подсказывало оборотню, как можно дольше держать это втайне.

Лестница закончилась дверью, открывшейся без единого звука. За ней Гхолал увидел серые стены и вырубленный в одной из них камин – пламени оборотень не увидел из-за спины Сота, сгорбившегося у железной решетки камина.

Слева – узкий стол и широкая скамья под ним…

Сота сильно трясло, он тянул руки к огню. Гхолал сделал шаг в сторону, пропуская пожилую женщину, что шла за ним, и заметил боковым зрением вставших по обе стороны закрывающейся двери огромных охранников. Эти были с мечами, чьи клинки спрятаны в длинных ножнах на поясе, но руки обоих гигантов на рукоятях – перехватив взгляд одного из них, Гхолал прочитал в нем ненависть.

– Понравилось путешествие? – голос Сота дрожал сильней, чем его руки. Повернувшись к нему, Гхолал ответил:

– Весьма необычное…

Сот резко взглянул на оборотня.

– Ты, я смотрю, не сильно замерз во время перелета из Адолрона в…

Он осекся, но в следующий миг выпалил со злостью:

– Какого черта ты притащил меня сюда? Захотел поиграть в героя, тебе вдруг стало мало Адолрона, ты решил спасти пару-тройку жизней в соседних мирах?! Это наверняка благородно, но без меня!

– Ты знаешь причину нашего появления здесь, – сказал Гхолал.

Боковым зрением поймал пристальный взгляд, который в него вонзил Крысий Глаз.

– Вряд ли нам позволят вернуться домой на Кнарралторе, – убито произнес Сот.

– Вряд ли в Адолроне вообще знают о нем, – ответил оборотень.

– О возвращении не беспокойтесь, – громко сказал Крысий Глаз, Гхолал невольно посмотрел в его сторону. Увидел его мать у стола, на котором появлялись тарелки, глубокие, исходящие паром миски, пузатые кувшины, – как только убьем моего брата, тем самым избавив моего сына от смерти из его рук, Кнарралтор вернет вас в ваш мир…

– Убьем твоего брата? – Соту показалось, будто ослышался.

– В тот мир, из которого Кнарралтор нас забрал, или в тот, который я ему назову? – прищурился Гхолал. – Ты научишь меня говорить с ним!

– Как договаривались! – едва заметно кивнул Крысий Глаз.

– Ты слышал, что он сказал? – Сот вскочил, приблизился к оборотню.

– Да, – взглянул на него Гхолал.

– И ты согласен?! – Сот выпучил глаза.

– Твоему брату пять лет? – Гхолал вопросительно обернулся. Крысий Глаз недоуменно раскрыл рот, затем отрицательно мотнул головой – в следующий миг Гхолал вновь посмотрел на Сота. – И он жаждет смерти не рожденного дитя – разве это не повод лишить жизни его?

– Да будь он хоть столетним стариком, – раздраженно отмахнулся Сот, Крысий Глаз смутился под недоуменным взглядом, – он же твой брат…

– Перестал им быть, когда решил занять трон после смерти нашего отца, – со злостью перебил он, – чуть позже он узнал, что моя жена вынашивает прямого наследника трона всей нашей страны – тогда началась охота на всех членов моей семьи, которые выжили после первого нападения Туггарта!

– Он знает об этом месте? – спросил Гхолал. – Ты держишь здесь столько охраны, потому что в любой момент ждешь…

– Вторжения? – вновь перебил Крысий Глаз. – Моя страна стала мне чужой в тот момент, когда я понял, что больше не могу ходить по улицам своих городов. Я пересекаю их, как преступник – ночью, закутанный в плащ, стараясь не выходить из тени домов, в которых меня всегда были рады видеть…

– Завязывай ныть! – морщась, оборвал оборотень. – Когда поймаем твоего брата, подвесь его на крючьях и выскажи все, что ты о нем думаешь, одновременно погружая в его тело раскаленный нож. Или убей без промедления, едва увидишь Туггарта – решать тебе, только сейчас скажи в какую сторону идти, чтобы…

– Сначала поешьте, отдохните, – Гхолал с удивлением услышал голос пожилой женщины, мягко, но властно прервавший его собственный. – То, на что отважились, за день не сделать – в одиночку тем более.

Крысий Глаз произнес:

– Туггарт собирает армию, подключает к грядущей войне всех, кто не прочь заработать мечом. Но это не простые наемники, что за высокую плату легко меняют нанимателя – мой брат ищет первоклассных убийц, воинов без страха и сожаления, чтобы учить их магии. Те, кто в одной руке держит меч, а в другой – смертельное заклинание, готовятся выступить: против меня, моей семьи и всех, кто в будущей войне будет не на их стороне.

– Насколько велика твоя армии? – спросил Сот.

– У меня нет армии, – взглянул на него Крысий Глаз, – лишь несколько верящих мне до боли в груди сотен против той толпы, что с радостью приняла предложенное Туггартом могущество…

– Среди них найдется хоть один маг? – спросил Сот с надеждой.

– Теперь – да.

Сот схватил едва поставленный пожилой женщиной кувшин, начал жадно пить. Темные струи хлынули по подбородку, залили грудь, но Сот продолжал шумно глотать, пока не закашлялся. Пожилая женщина ловко подхватила готовый упасть и разбиться об пол кувшин, бесшумно отошла, когда Сот обрушил разъяренный взгляд:

– Почему ты не сказал об этом в нашем мире?!

– А что бы вы мне ответили?! – удивился Крысий Глаз. – Я был бы послан подальше…

– На что ты рассчитываешь теперь, когда мы все знаем?! – вскричал Сот.

– На силу твоего перстня.

– Магия делает мысли реальностью! – пожилая женщина положила обе руки на плечи вздрогнувшего от ее прикосновения Сота. – Сильная воля позволяет человеку преодолевать боль, страх, противиться смерти, но эта же воля, питаемая магией, способна предотвратить все страшные события, могущие обрушиться на человека. Ты узнаешь заклинания, которые защитят тебя от стрел и клинков, научишься атаковать в ответ, не оставляя врагу ни единого шанса на спасение – каждый магический перстень стремиться сохранить жизнь своему хозяину, но не каждый хозяин может помочь ему в этом. Ты – сможешь!

* * * * *

После завтрака – или обеда? – Гхолал, так и не разобравшись, какое сейчас время суток, с трудом встал из-за стола. Желание завалиться спать крепчало…

Крысий Глаз провел его с Сотом через несколько коридоров, каждый из которых охранялся огромными воинами. Они отводили взгляд, когда на них смотрел молодой властелин все еще неизвестной Гхолалу страны, но с лютой злобой впивались глазами в следующих за ним гостей. Оборотень, оценив ширину плеч и размеры кулаков охранников, а также примерно сосчитав количество воинов, встреченных им с момента появления здесь, с досадой понял, что эти суровые гиганты и составляют всю сотню, что Крысий Глаз спрятал от глаз Туггарта в этих коридорах.

Когда свет факелов сменился солнечным, Гхолал почувствовал на лице тугие потоки горячего воздуха. Увидел невысокий каменный забор, за ним – спускающуюся к реке тропу, заканчивающуюся коротким деревянным помостом. У помоста качалась на слабых волнах узкая лодка с торчащими из нее двумя веслами, а рядом, свесив ноги в воду, сидел худой мальчишка и тыкал ножом в доски помоста.

– Бездомные, – произнес Крысий Глаз презрительно, – здешние места слабо обжиты, в основном используются для целей подобных моей – спрятаться от всего мира. Именно здесь, вдоль рек и озер, и живут эти брошенные родителями дети. Ловят рыбу, птиц в прибрежных кустах, но чаще стучатся в двери редких здесь домов и умоляют дать им работу. Готовы делать все, что угодно, за еду и крышу над головой.

Гхолал бросил взгляд дальше, миновал реку, скользнул по залитому, сверкающему в солнечных лучах ее противоположному берегу, добрался до невысокого леса. Чем дальше смотрел оборотень, тем толще и выше становились деревья, чтобы затем слиться в сплошную темно-зеленую полосу, подпирающую острые горы вдалеке.

– Скольких ты приютил? – услышал голос Сота.

– Лишь одного, – Гхолал невольно посмотрел на мальчишку на помосте, – он мне как сын, мать его любит, кормит как родного…

– И что ты заставляешь его делать? – спросил оборотень.

– Учиться драться на мечах и колоть копьем, – взглянул на Гхолала Крысий Глаз, – как только мы будем готовы уйти отсюда, мы уйдем, но я не хочу, чтобы он вернулся к прежней жизни с моим уходом.

Крысий Глаз вновь повернулся к мальчишке:

– Зная, с какой стороны браться за меч, он сможет прорубить себе дорогу в другую жизнь – или умрет, сражаясь за нее. Но не будет, как ничтожество, мыть полы в чужих домах и кормить свиней тем же, чем в тех домах будут кормить его…

Гхолал услышал, как заскрипела кожа на стискиваемых кулаках молодого властелина, затем услышал Сота:

– А ты спросил его, хочет ли он быть воином?

– У него нет выбора, – жестко ответил Крысий Глаз, – магии учиться дольше и сложнее без единой надежды на то, что она сможет тебе в чем-то помочь. Острый клинок гораздо понятнее – если ты не вонзишь его в тело врага, он вонзит клинок в тебя.

– Так почему ты так веришь в мою магию? – вновь спросил Сот, Гхолал отчетливо услышал в его голосе отчаяние. – Что будет, если после всех уроков я не смогу и мухи прикончить?

Крысий Глаз впервые взглянул на него.

– Тогда я совершил большую ошибку, переместив вас в свой мир.

* * * * *

Солнце начало клониться к земле, когда дверь, ведущая во внутренний двор, распахнулась. Через порог шагнул высокий могучий мужчина в грязной одежде, чьи длинные волосы были схвачены на затылке в пучок. На лбу – металлический обруч, с него тянулись вниз три стальные полосы, две из которых закрывали виски и уши, а третья скрывала лицо вошедшего, оставляя открытым лишь рот, что искривился в жестокой усмешке:

– Лазутчики Туггарта оказались не такими незаметными, как ты мне их описывал, Крысий Глаз. Либо меняй доносчиков, либо в следующий раз сам пойдешь искать разведотряды своего брата.

В следующий миг мужчина, скосив глаза, заметил Гхолала.

– Этот маг?

– Не похож? – спросил оборотень.

– Чем колдуешь? – хмуро ухмыльнулся вошедший. – Ложкой, которая у тебя в руке, или…

Он мгновенно смолк, уклоняясь от пущенной Гхолалом тарелки. Потратив миг на то, чтобы посмотреть, как она разобьется о стену, он развернулся с усмешкой на губах, готовясь продолжить язвительно речь, но вдруг почувствовал, как его собственный меч выскользнул из ножен на поясе. Улыбка исчезла, в голову хлынул гнев – сквозь его багровую пелену увидел того, кто мгновение назад сидел за столом, прямо перед собой.

Гхолал увидел метнувшийся к его лицу кулак мужчины, удивился скорости человека, и едва успел уклониться. За первым ударом последовал второй, третий, избежав которого оборотень ощутил стальные пальцы на собственной кисти. Незнакомец швырнул Гхолала с жуткой силой, чуть не вырвав руку из плеча, но упасть, не дал, жестко и сокрушительно врезав коленом в грудь. Оборотень взлетел в воздух, задохнувшись от острейшей боли хрустнувшего ребра, столкнулся спиной с чем-то твердым и растянулся на неожиданно появившемся полу.

Голоса, раздававшиеся над головой, искажались. Гхолал открыл глаза, увидел перевернутый стол, разбитую посуду и разлитое вино, сладкое, терпкое, которое с удовольствием пил минуту назад. Стиснув зубы, чтобы не захрипеть от режущей, словно ножом, боли в груди, медленно встал, нашел взглядом незнакомого мужчину.

– Знаешь, почему я не воспользовался мечом, что отнял у тебя?

– В противном случае ты бы не стоял сейчас передо мной, – человек, оказавшийся слишком быстрым для оборотня, лишь сейчас заметил, что его меч валяется где-то на полу в нескольких шагах от хозяина. Мгновенно найдя клинок взглядом, незнакомец взревел от ярости: с трудом поднявшийся на ноги после его удара человек одним движением схватил меч с пола, хотя только что был от него дальше, чем хозяин клинка.

– Я видел, как ты атакуешь без него, – Гхолал, взяв меч за лезвие, протянул его мужчине. Тот молниеносно рванул оружие на себя, люто заорал:

– С ним, я – сама смерть! Где твой меч?!

– Раз вы уже познакомились, – произнес Крысий Глаз, его голос дрожал от удовольствия, – я хочу, чтобы вы узнали имена друг друга. Гхолал, перед тобой начальник моей личной стражи, лучший воин из всех, кого я видел, человек, спасавший мою жизнь бессчетное количество раз, и которого я по праву считаю своим настоящим братом…

– Имя! – перебил оборотень. – Просто скажи его имя.

Он поднял скамью, на которой недавно сидел, и с облегчением опустился на нее.

– Боишься, что мои заслуги перед будущим правителем этих земель раздавят тебя, как муху, заставив чувствовать еще большее презрение к самому себе? – хмыкнул мужчина, со стуком кинув меч в ножны.

– Снова хочешь лишиться клинка? – поднял на него глаза оборотень.