Тихо плещет Амур

Тайна желтого тумана

В кабинете комбрига висело плотное синевато-серое облако сигаретного дыма. Открытые настежь окна не помогали. Сдвинутые в середину кабинета столы, были укрыты разложенными на них картами и схемами. Офицеры штаба о чем-то спорили, совещались, доказывали что-то друг другу. Комбриг мрачно рисовал красным карандашом на карте.

– Сальков, – вдруг раздался твердый, приятный, но немного усталый голос.

– Товарищи офицеры.

– Вольно, вольно. Здорово, Игнат Фомич, – адмирал прошел к комбригу и пожал ему руку. – Ну и загадали вы тут загадку. Москва на ушах стоит.

– Товарищ адмирал…

– К черту формальности. Дай-ка мне лучше расклад. Что делаете, что планируете, какие соображения. Москва, кстати, уже отчет требует. Каша заварилась такая, что не дай бог! И откуда эти иностранные журналюги все знают? Ну, показывай, Игнат Фомич, чем обрадуешь?

– Сильно-то нечем обрадовать, но некоторые интересные данные у нас имеются.

– Так. Во-первых, давай по имени. Во-вторых, я привез специалистов и, думаю, что нет смысла отвлекать от службы весь твой штаб. Согласен?

– Согласен. Капитан-лейтенант Суворов, доложите свои соображения.

– Есть, товарищ капитан 1 ранга, – Суворов достал чистый лист и карандаш и начал набрасывать схему. – Первое, места исчезновения. Желтый туман появляется не в одном месте, а словно спускается вниз по течению. Вот смотрите по карте. Самое первое исчезновение произошло здесь, в излучине. Второе и последующие, также в излучинах, но каждый раз ровно на 10 километров ниже предыдущего. Далее, второе. Обратите внимание на даты исчезновения: 9 июля 1970, 19 июля 1990 года и 29 июля 2000 года. Между числами 9, 19 и 29 – ровно десять дней. Потом, номера катеров. У Буратинова – 121, у Извицкого – 131, у Савельева – 141. Это еще не все. Я поднял некоторые материалы, личные дела офицеров и матросов. И тут есть закономерность. Буратинов, Извицкий и Савельев родились в разные годы, но число и месяц рождения у них один и тот же – 10 октября, то есть 10.10. Каждый из них был женат. Буратинов ровно 10 лет, Извицкий ровно 10 месяцев, Савельев ровно 10 недель. Но и это не все. Посмотрите на годы: 1970, 1990, 2000. В первом случае 20 лет, но во втором – 10. Опять – 10.

– Двадцать лет, уже не десять, – перебил адмирал. – Стройность пропадает.

– Сначала я подумал также, но вот что нашел в архиве за 1980 год.

Суворов с победным видом достал из папки желтые листы с рукописным текстом.

– Это отчет бывшего командира катера №131 капитан-лейтенанта Таранова. Я прочту выдержку. «…19 июля 1980 года в излучине реки Амур, прямо по курсу, возник желтый туман, похожий на химическое облако. Попытка обойти его не удалась, нас начало затягивать в него. Попытались сделать оборот, но не рассчитали расстояние до скальных подводных пород. Вследствие чего, получили пробоину под ватерлинией с правого борта и затонули на мелководье. Потерь среди личного состава нет. Всю вину за происшедшее беру на себя. Подпись: капитан-лейтенант Таранов.

– Молодец Суворов. Уже что-то. Сальков, ты распорядись насчет моих специалистов по этим делам. Место для работы, для отдыха, а то толкутся в коридоре. Пусть приступают к работе.

– Суворов, а что означает цифра – 10? Если она так упорно везде повторяется, то она должна что-то означать.

– Пока не знаю, товарищ адмирал.

– Игнат Фомич! – в кабинет резко ворвался капитан 3 ранга Стержнев. – Сообщение с 029.

Сальков выхватил бумагу и помрачнел. Молча протянул ее адмиралу.

– Три восьмерки исчезли в тумане.

Воцарилась гробовая тишина.

– Это на нем был профессор Лендт?

– Так точно, Валерий Дмитрич, на нем. Ракетно-артиллерийский катер с бортовым номером 888, командир старший лейтенант Орлов.

– Суворов, – адмирал задумчиво взглянул на капитан-лейтенанта. – Что скажешь? Сыпется твоя теория.

– Никак нет.

– Как нет? Объясни.

– 888 катер некоторое время назад имел бортовой номер 151. А 141 проходил под номером 010.

– Ничего себе расклад.

– К тому же женился Орлов десять дней назад, – добавил Сальков.

– Так. Что же тогда означает это странное магическое число, строго кем-то выдерживаемое? Вот ведь загадка.

Лицо адмирала стало серо-желтым. Морщины сделались глубже, а скулы выступили еще сильнее.

– Игнат Фомич, надо связь с Москвой.

– Пройдем к связистам. Оттуда будет попроще, а люди пусть работают пока здесь.

– Суворов, пойдешь с нами, как специалист по десятичным раскладам, – то ли пошутил, то ли всерьез сказал адмирал и тяжело направился к выходу.

Один из учебных классов для связистов был переоборудован под работу специалистов. Капитан-лейтенант Суворов, приказом адмирала, тоже вошел в эту группу. Специалистов оказалось шесть, капитан-лейтенант стал седьмым. Работали, что называется на полную катушку. Куча информации, гипотез, догадок и предположений. Неожиданная утечка информации имела широкий резонанс. Желтый туман взбудоражил всю общественность. Хакеры сумели вытащить информацию на свет. Хоть многое и оставалось по-прежнему секретным, но бомба взорвалась. Газеты и журналы пещрили догадками и домыслами. Официальная пресс-служба флота ничего не опровергала, но ничего и не подтверждала.

Москва нервничала. Частые звонки отвлекали от работы, не давали сосредоточиться. Адмирал уже давно разговаривал на повышенных тонах. Словно растревоженный муравейник, который столько лет казался мертвым, вдруг ожил, зашевелился, все пришло в движение. Всем нужен был результат.

– Суворов, скажи, день рождения Орлова – 10 октября?

– Так точно, товарищ адмирал.

– Какие-нибудь соображения есть?

– Ничего конкретного.

– Плохо. Ну, а что по цифре десять?

– Странная цифра. Числа от 1 до 10, по теории пифагорейцев, являются главными и символизируют «все вещи», весь созданный мир. Первые четыре целых числа, определяющих музыкальные интервалы, составляют в сумме 10 (1+2+3+4=10), так как считается, что первые 4 цифры основные и лежат в основе организации Вселенной. 9 – число совершенства, 11 толкуется как Бог, прибавленный к миру 10. Получается, что 10 – число между совершенством и Богом, число повторения, цикличности, круга.

– Порочного круга… – промычал адмирал.

– Точно, – Суворов даже подпрыгнул. – Как я сам не додумался!

– Если это порочный круг, то нам необходимо разорвать его. Другой вопрос как?

– товарищ адмирал, – один из специалистов показал на монитор компьютера. – Нам нужны люди, которые уже побывали там, в тумане или за туманом.

– Из них жив только Извицкий, но он находится в психушке, недалеко от Хабаровска.

– Спасибо Игнат Фомич за информацию. Ты можешь вытащить его оттуда?

– Могу. Уже отправил людей. Через пару часов, я думаю, они уже будут здесь.

Адмирал закурил и подошел к окну. После нескольких минут молчания, он произнес:

– И все же нарушение «десяти» есть. Суворов, сколько времени прошло с момента исчезновения 141 и 888? Получается, что с четвертым катером произошел сбой. Если похищение не запланировано, если этим, конечно, кто-то управляет, то сбой серьезный.

– Товарищ адмирал, а вы правы, «десятки» тут и в помине нет.

– Но что нам это дает?

– Пока не знаю, Игнат Фомич, но сердцем чую, зацепка!

– Товарищ адмирал, – Суворов как-то неуверенно обратился к старшему по званию. – Я думаю, что нельзя столь категорично связывать число 10 с именно порочным кругом. Ведь круг – идеал, единство, законченность.

– Ну и дотошный ты, Суворов, – адмирал махнул рукой. – Работай, я надеюсь на тебя. Раскручивай. Игнат Фомич, у связистов ничего нового?

Сальков лишь помотал головой.

Орлов ощущал боль в районе грудной клетки. Пытался открыть глаза, но никак не мог этого сделать. Они словно слиплись. Вдруг чья-то рука коснулась его шеи и откуда-то сверху полилась вода. Орлов подтянул непослушную руку и вытер лицо. В открывшиеся глаза ударил яркий солнечный свет. Он зажмурился на время, открыл опять и остолбенел. За открытой дверцей переборки виднелся изрытый, черный берег реки, словно совершенно недавно ее перепахали трактора.

– Товарищ командир, у вас рассечена бровь, – услышал Орлов голос Наимова и посмотрел на свою ладонь, увидел кровь.

– Где помощник и капитан 3 ранга? – произнес Орлов и сам удивился своему надорванному голосу. – Вызови на ГКП.

Самостоятельно встал и медленно вышел на верхнюю палубу. Катер стоял на якоре. Все вроде как было как всегда, но резкий контраст берега с тем, что был до желтого тумана, вызывал тревогу и озабоченность.

– Володя, – услышал он голос Юли. – Давай перевяжу.

Тонкие нежные пальчики аккуратно стали укладывать бинт.

– Дима, ты? – Орлов спиной почувствовал присутствие помощника за спиной. – Найди Чернякова. Надо вооружить экипаж. Что-то мне не нравится все это.

– Есть, командир.

Щекочихин присел рядом и закурил.

– Боцман, ты здесь?

– Здесь, командир.

– Сигнальщика на вахту. Боевые посты подготовить к бою. Мало ли. Наимов, что на локаторе?

– Чисто.

– Какие будут мнения, товарищ капитан 3 ранга?

– Надо Лендта послушать…

– Вот и обо мне вспомнили. Благодарствую. А вам идет забинтованная голова, Владимир Аркадьич. Ну да ладно, к делу. Экстрасенсорные способности всех, кто ими обладал в нашем мире, здесь, увы, пропали. Наши датчики отмечают полную пустоту вокруг. Черную дыру, если хотите. К тому же, большая часть аппаратуры вышла из строя.

– Что вы этим хотите сказать? Вся наша подготовка, поход в туман, все это напрасно? – Щекочихин озабоченно подошел к леерам и сильно выругался.

– то и хочу сказать, что мы в другом мире, который наша аппаратура не может даже зафиксировать. Тут другие, отличные от наших, законы природы.

Орлов вдруг крепко сжал руку Юли, сильно напрягся.

– Меня никогда не подводило предчувствие.

Он встал, схватил бинокль.

– Желтый туман у нас за спиной, в излучине. Мы можем вернуться. Но, впереди, я чувствую это, кто-то ждет нашей помощи.

– Если мы пойдем на выручку, то обратно можем не вернуться.

– Согласен, товарищ капитан 3 ранга, но…

– Вы отвечаете не только за экипаж, гражданских людей, китайских союзников, но и за выполнение поставленной задачи.

– Спасибо, я знаю. Это война, товарищ капитан 3 ранга. А на войне воюют. И я буду последним гадом, если не даже не попытаюсь спасти 141.

– 141? Откуда вы знаете, что там 141?

– Не знаю, но чувствую. Они погибают. Еще немного и спасать будет некого.

Орлов выдержал долгий испытывающий взгляд Щекочихина и включил корабельную связь.

– Внимание, боевая тревога! Боевая тревога! Баковым на бак. По местам стоять, с якоря сниматься!

– Мне придется все отразить в рапорте.

– Это ваше право.

– ГКП, мостик к бою готов.

– ГКП, БЧ-4 к бою готов.

– БЧ-5.., БП-1…, БП-2…

Катер медленно подошел к высокому утесу. Из-за него река круто поворачивала на север.

– Место здесь узкое, опасное. Не спеши, боцман, на середину, держись до последнего за утесом. Где-то рядом идет бой, а ни единого звука. БП-1, БП-2, БП-5, БП-4 – боевая готовность №1. Сигнальщик, что видишь? Сигнальщик? Мостик-ГКП! Радиорубка, связь с мостиком, быстро! Наимов, что на локаторе?

– Появилась точка, это катер. На правом берегу прямо по курсу, еще несколько сигналов. Похоже, идет бой.

– Полный вперед! БП-3 – расчет цели прямо по курсу на берегу. Огонь без команды. Стреляй, как только захватишь цель. Как понял?

– Захват цели, огонь без команды.

– Выполняй. БП-1,2,4 – цель на правом берегу прямо по курсу. Огонь на поражение сразу после захвата цели. Боцман, пора, огибай утес.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.