- -
- 100%
- +
© Сергей Кощеев, 2024
© Издательский дом «BookBox», 2024
* * *Никто не знает, как эти три человекоподобных робота оказались здесь, на чём они сюда приехали. Даже я. Никто не знает, куда они направляются и зачем. Нет, ну, куда и зачем – я так-то знаю. Я даже знаю, чем всё должно закончиться. Хотя не уверен. Бывает так, что простая задумка перерастает в нечто большее, и уже маленький рассказ про муравья превращается во что-то глобальное, где муравей – хоть и находящийся в центре событий – всего лишь микрозвено в огромном мире.
Итак, Андрон, Робин – роботы мужского пола и Дигги – женского, если так можно сказать про роботов, стояли возле дороги, разрезавшей примерно пополам большое поле, которое заканчивалось вдалеке слева и справа лесом. Глядя на них, можно было подумать, что они приходят в себя после сна.
Андрон – робот интеллигентного вида, ростом немного выше среднего – моргнул один раз, второй, третий; постепенно ускоряя темп, заморгал часто-часто, секунды через три прекратил, пошевелил пальцами, руками, переступил с ноги на ногу и стал всматриваться куда-то вдаль.
Робин – высокий робот крепкого телосложения – несколько раз надавил ладонью на челюсть снизу вверх, будто пытался вставить её на место, затем, обхватив голову ладонями, покрутил ею в разные стороны, будто калибруя, посмотрел вверх, вниз, на своих соплеменников и перешёл в режим ожидания.
Дигги – симпатичная по человеческим меркам роботесса… нет, роботиха… тоже нет, роботка… совсем не то, в общем, робот, наиболее хорошо ассоциирующаяся с людьми женского пола, одетая со вкусом (юбка до колен, тёмная блузка, дорогие туфли на каблуках), – проделала какие-то манипуляции со своей рукой, и на её запястье обнажились внутренности руки с мигающими разноцветными светодиодами. Нажав на пару микрокнопок, она вернула руку в обычное состояние, вытянула перед собой, сделала ею несколько движений вокруг себя так, что ладонь всё время была направлена в сторону хозяйки, затем поправила причёску, одежду, слегка улыбнулась и стала смотреть на Андрона.
– Идёмте, – скомандовал Андрон, и все трое двинулись в путь. Правда, каждый в свою сторону. – Стойте. Нам туда, – последовала корректировка целеуказания, и роботы направились в сторону посёлка по пыльной дороге под жарким летним солнцем – туда, куда он показал рукой.
Пройдя мимо указателя населённого пункта «Хомутовка», они двинулись по малолюдной улице мимо старых двух-, четырёх-, пятиэтажных домов, как Робин вдруг скомандовал: «Все в укрытие!», и уже через секунду все трое лежали за большим раскидистым кустом, росшим в паре метров от дороги.
– Что там? – спросил Андрон.
– Думаю, ДОТ.
– Что есть ДОТ?
– Долговременная огневая точка.
– Уверен? – недоверчиво спросила Дигги.
– Да. Именно так расшифровывается.
– Я имела в виду: уверен, что там ДОТ?
– Не совсем. Возможно, танк.
– Скинь-ка мне изображение по блютузу, моя оптика слабовата, – сказал Андрон и через несколько секунд предположил: – Похоже на дольмен.
– Тогда пойти поклониться? Или помолиться? – Робин начал вставать.
– Нет, не ДОТ, не танк и не дольмен, – уже твёрдо произнёс Андрон. – Это канализационная будка.
Роботы встали и начали отряхивать свою одежду, помогая друг другу.
– Мужчина, – игриво обратилась Дигги к Андрону, – не угостите даму сигареткой?
– Нет, – серьёзно отвечал Андрон, – не курю и тебе не советую. Это вредно.
– А я люблю повредничать.
– Мадам, позвольте предложить вам отменную сигарету! – Робин откуда-то достал длинную сигарету и радостно протянул её Дигги.
– Товарищ солдат, мне не нужна ваша махорка, – несколько пренебрежительно отвечала Дигги.
– Почему махорка, почему солдат? – недоумённо спросил Робин. – Я капитан.
– Да хоть боцман.
– Почему боцман?
– Идёмте! – прервал обычный трёп между Дигги и Робином Андрон и зашагал вперёд.
– Первоначальная наша задача – войти в контакт с местным населением, – проинструктировал Андрон своих спутников уже при входе в небольшой местный продуктовый магазин.
– Ясно, – ответил Робин, открывая дверь.
В магазине почти никого не было, за исключением бабули, которая просто стояла в уголке магазина и наблюдала за посетителями.
Робин решительно подошёл к кассе, за которой сидела полная продавщица в платке, и, игриво ткнув пальцем в сторону полки с водкой, весело сказал:
– Эй, красавица! А дай-ка нам беленькую.
– Чё?
– Эй, красавица! А дай-ка нам беленькую, – один в один вместе с жестом повторил Робин.
– Водку, что ли? – вытирая руки о фартук, недовольным тоном спросила продавщица, как бы давая понять, что ей за разгадки всяких там ребусов не доплачивают.
– Совершенно верно. Самую хорошую. И семечки, – добавил Робин и, уже обращаясь к своим спутникам, спросил:
– Почему она плохо меня понимает? Я что-то не так говорю?
– Она – не красавица, – слегка презрительно сказала Дигги.
– У нас вся лучшая, – опять было сказано недовольным тоном, и вдруг продавщицу будто подменили на другую – дружелюбную, словоохотливую. Слегка подавшись вперёд, как будто старым знакомым, она выдала вполголоса:
– Вчера, слышали, Федька-то опять напился, дебош устроил в «Ромашке».
Все трое недоумённо посмотрели друг на друга.
– Бред какой-то, а не информация, – заявил Андрон. – Федька в ромашке.
– В корзину её. Не пригодится, – поддержал Робин.
– Вы что, не местные?
– Нет. И вообще, роботы мы.
– Тоже, что ли, роботы? – обрадовалась продавщица.
– Да. А кто ещё? – стал оглядываться Робин и, остановив взгляд на старой бабке, просканировав сначала её, затем её палку, спросил: – Бабка, ты, что ли, робот?
Бабка перекрестилась и зашептала что-то про себя.
– Да нет же! Я – робот! – весело ответила продавец и сняла платок, открыв проломленный череп с выступающими оттуда штуковинами явно небиологического происхождения.
– Мы вас не распознали, тем более у вас маячок выключен. Как вас зовут? Какая у вас модель? – Робин стал переходить на флирт.
– Устаревшая, – ответила за продавщицу Дигги. – Идёмте.
– Меня зовут Искра.
– Искра? – удивился Робин. – Проблемы с контактами? Окисляются? Или любите короткие замыкания?
– Нет. Искра – значит искусственный разум.
– Почему у вас так сильно повреждена голова? – поинтересовался Андрон.
– Контингент здесь сложный. Многие привыкли брать товар, как здесь говорят, под запись, расплачиваясь потом, а мне сказали прекращать такую практику. Результат – вот, на голову… головы… голо…
– Налицо, – помог Андрон. – А в каких случаях нам может помочь информация про Федьку?
Продавщица махнула рукой:
– Это в основном для людей, – и тут же, опять мгновенно преобразившись, стала говорить, как это обычно делают в рекламе: – «Оформите годовую подписку на слухи, сплетни, намёки в форме достоверной информации и узнавайте обо всём, что происходит в нашем посёлке и не только, при каждом посещении нашего магазина. При покупке от тысячи рублей – бонус: информация самая свежая и конфиденциальная», – и, вновь изменив голос на обычный, продолжила:
– А не распознали вы меня потому, что я готовлюсь к конкурсу на самого человекоподобного робота, отборочный этап которого пройдёт здесь у нас, в Хомутовке. Готовлюсь, изучаю реакцию людей при разных формах общения.
– Встретимся на конкурсе, – в голосе Дигги опять прозвучало пренебрежение.
– Возможно, ваша информация будет нам полезной, – сказал на прощанье Андрон.
Отойдя совсем немного от магазина, роботы увидели шедшего им навстречу мужчину и решили завязать с ним разговор.
– Давайте я, – предложил Робин. – Надо только правильно подобрать коэффициент суровости. Думаю, для данной местности, климата, погоды, времени суток, его внешнего вида – ноль целых девять десятых.
– И как это будет звучать? – тут же набросилась на Робина Дигги. – Опять: «Э, боец! Сюда иди!» И не суровости, а приветливости. Не ноль девять, а ноль шестьдесят пять надо выбирать.
– А это как будет выглядеть: «Приветствую тебя, добрый молодец»? Так? – отвесил поклон Робин.
– Некогда выяснять. Я поговорю, – прервал спор Андрон. И обратился к приближающемуся мужику: – Здравствуй, мужчина!
– Ну, здорово! – как бы нехотя и без особой радости ответил тот. – Железяки, что ли?
– Почему железяки? Объясните, пожалуйста, этимологию этого слова применительно к нам.
– Не собираюсь я ничего вам объяснять.
– Ладно, как насчёт выпить? – дружелюбно произнёс Андрон и показал бутылку водки.
– Ну, выпей.
– Это – предложение.
– Да хоть местоимение.
– Вы не поняли. Мы предлагаем вам выпить. Бесплатно, – вступилась Дигги.
– Зачем?
– Как это зачем? – удивился Андрон. – Для настроения.
– У меня и так уже нормальное настроение.
– Оно у него уже есть. Не повезло. Наверное, успел уже… намахнуть, – не сразу подобрал нужное слово Андрон, обращаясь к спутникам.
– Я не пью.
– Мигрант что ли? – присоединился Робин.
– Почему?
– Вы не могли бы строить предложения более развёрнутыми? – не выдержала Дигги.
– Зачем?
– Чтобы мы вас лучше понимали.
– Вы приезжий или здесь живете? – как бы повёл допрос Робин.
– Ну.
– Ответ непонятен. Насколько нам известно, все жители маленьких посёлков очень любят употреблять спиртосодержащие напитки. А вы не хотите. Неувязочка, гражданин, – Робин использовал готовую фразу, которая в каком-то фильме помогла одному из представителей законной власти разговорить преступника. Робин рассчитывал, что и у него получится, и стал обходить мужика сбоку.
– Да что вам надо-то?! Если пьяницу, то вон, повезло вам, – и показал на еле держащегося на ногах человека невдалеке. – Идите и пейте с ним сколько влезет.
– Я поговорю с ним, – Дигги направилась к пьяному мужчине.
– Не нервничайте, пожалуйста. Мы бы хотели у вас кое-что узнать… – диалог с немногословным мужчиной продолжил налаживать Андрон.
Робин отошёл на несколько метров и стал наблюдать за обоими – Андроном и Дигги, как бы выступая в роли охранника.
Уже через несколько секунд Дигги вовсю беседовала с пьяным мужчиной:
– Я не поняла. Кто такой распастра-распраста-распарстанитильфекции, почему он гад, что такое совись, и как её отсутствие влияет на принятие решения? Можем ли мы вам как-то помочь, дедушка? – атаковала вопросами Дигги.
– Ты чё, дура?! Какой я тебе дедушка? Девушка! – заплетающимся языком отвечал пьяный.
– Вы же сами сказали.
– Я сказал, шта-а-а… что он заразил меня, поэтому я… не пш-ш-шёл на работу. И теперь мне оч-ч-ч… нужны деньги. Помогите, пжж… пжалуста.
– Андрон, Робин! Здесь человеку требуется помощь, – крикнула Дигги.
Андрон попрощался с немногословным и вместе с Робином подошёл к Дигги:
– Как его зовут? Чем мы можем ему помочь?
– Вова, – ответил за Дигги пьяница и протянул Андрону руку.
– Пихто, – добавила Дигги. – Владимир Пихто, значит.
Пьяница попытался что-то сказать, но вовремя замолчал, а Дигги продолжила: – Он хочет есть и просит тысячу рублей. Иначе к вечеру ему станет совсем плохо.
– Ну что ж, – очень серьёзно сказал Андрон, – пожалуй, мы сможем ему помочь. Правда, не в полном объёме. Пятьсот рублей вас устроит?
– Да, – поспешил согласиться пьяница.
Через минуту мужик, сказав спасибо, заспешил в сторону магазина.
– Ну вот, сделали первое доброе дело. Помогли человеку. Помогать другим, не требуя ничего взамен, – так поступают лучшие представители человечества. Теперь и мы, – с гордостью сказал Андрон, но при этом как-то продолжительно посмотрел вслед пьянице.
Троица двинулась дальше. А через несколько минут можно было наблюдать следующую картину: Робин и Дигги стояли посередине моста через речушку и держали за ноги Андрона, который висел вниз головой за ограждением моста и как будто что-то искал в нижней его части.
– Правее, – командовал Андрон, – ещё правее. Вытаскивайте. – Нет там никакой розетки.
– Почему нет? – удивилась Дигги. – Тебе же он сказал, что должна быть снизу моста.
– Я думаю, он сказал нам неправду.
– Но зачем?!
– Не могу пока ответить на этот вопрос. Идёмте. Нет времени выяснять.
И роботы опять продолжили свой путь. Теперь они уже шли мимо простых деревянных изб.
– Весы, – вдруг сказал Робин. – На нас идут весы.
С полминуты все смотрели на предположительно весы и строили свои версии.
– Нет. Не верно, – твёрдо сказал Андрон. – Это женщина с изогнутой палкой, на которой висят ведра.
– Стойте! – вскричал Робин.
– Что ещё? – спросила недовольная Дигги.
– Опасность! Если верить неподтверждённой информации, которой я обладаю, нас ждут серьёзные неприятности, если в её вёдрах ничего нет.
– Почему? – удивился Андрон.
– Не знаю.
– Уверен, военнослужащий? – спросила Дигги.
– Да. Я – капитан.
– Да хоть прапорщик. Я спросила…
– Уверен, во всём уверен.
– А что может быть в вёдрах? – спросил Андрон.
– Не знаю. Вода, бензин, молоко или что-то другое. Давайте я к ней подойду, спрошу закурить, а заодно узнаю, что в вёдрах.
– Мы все пойдём, – сказал Андрон. – Поздно отступать.
Женщину, видимо, очень рассмешили эти трое то ли роботов, то ли людей, когда они проходили мимо неё, медленно и сосредоточенно скосив глаза в сторону вёдер, поэтому она не выдержала и рассмеялась, чем ввела роботов в замешательство: с одной стороны, они могли спокойно вздохнуть – в вёдрах была какая-то прозрачная жидкость, с другой – непонятно, что означает этот смех: не кроется ли в этом какой-то подвох. Заложенный в них алгоритм никак не мог определить, какое же выражение лица им принять после того, как они прошли, поэтому выражение было нейтральным.
На этом сюрпризы не закончились: вскоре они увидели колонну людей.
– Парад? – Робин вопросительно посмотрел на Андрона.
– Не знаю. Возможно, карнавал.
– Примем участие?
– А вдруг не то и не другое, – предположила Дигги.
– Это похороны, – твёрдо заявил Андрон.
– Как думаешь, шурупы подойдут вместо гвоздиков? – Робин показал Андрону ладонь с лежащими на ней двумя шурупами.
– В какой именно ситуации? И где ты их взял?
– Для возложения на могилу. Возложу, и будет повод с кем-нибудь поговорить, познакомиться. Нашёл там, где мы лежали.
– Почему ты считаешь, что у людей принято возлагать на могилу гвозди?
– Я читал, что люди часто возлагают на могилу именно гвоздики.
– Нет, не правильно. Не гво́здики, а гвозди́ки. Цветы, а не метизы.
– Значит, ошибся. Там не было проставлено ударение, и я подумал, что, вероятнее всего, речь шла о гво́здиках, тем более есть же выражение: «последний гвоздь в крышку гроба» да и не только.
– На сегодня контактов с людьми достаточно. Нам необходимо обновиться. Мы уже почти пришли.
– Здравствуйте. Мы с вами договаривались…
– Проходите, – не дослушал Андрона мужчина лет сорока, открывший роботам калитку.
Роботы вошли во двор и остановились.
– В дом проходите, – уточнил мужчина.
Дом был небольшой и уютный, хотя роботам было всё равно. Они сели на диван возле стола и стали неотрывно смотреть на хозяина дома.
– Меня зовут Пётр, – представился тот. – А вас?
– Андрон.
– Робин.
– Диджитта. Или просто Дигги.
– Вы голодны? В смысле, вы едите человеческую пищу? Суп, каша, чай, кофе? Хотя меня предупреждали… – запнулся хозяин.
– Да, нам нужно подзарядиться, – выждав несколько секунд, отвечал Андрон. – Лучше от розетки: наши биореакторы пока не такие эффективные, как ваши, поэтому электричество в данной ситуации предпочтительнее.
– Ну, тогда 220, 380? – хозяин оказался не без юмора.
– Давайте мы сами посмотрим ваш электрощиток.
– Хорошо. А почему вам нужно три кровати, как мне сообщили? И вообще, зачем вам кровати?
– Мы человекоподобные и запрограммированы так, чтобы внешне мало чем отличаться от людей. Чтобы не шокировать особо чувствительных представителей человечества.
– А здесь таких нет. Хотя ладно, раз уж так запрограммированы. Сейчас я вам скажу пароль от wi-fi. Вам ведь интернет нужен?
Роботы закивали. Хозяин ушёл в другую комнату за паролем, а когда вернулся, то увидел чем-то взволнованную Дигги.
– Зачем он мучает эту большую гусеницу?! – возмущалась она, стоя возле окна.
– Мерзавец какой! – поддержал её Робин.
– Да ещё под музыку и улыбается.
– Садист. Сейчас я с ним разберусь. Точнее его разберу. На запчасти. – Робин встал и уже направился было к выходу.
– О чём это вы? – обеспокоился хозяин.
– Вон там возле юрты человек над гусеницей издевается, – сказала Дигги.
Но хозяин, взглянув в другое окно, сразу всё понял:
– Стойте! Это же сосед на баяне играет. Вы что? И не юрта там, а стог сена.
Роботы несколько растерялись. Хотя на самом деле никуда они не терялись, а просто сделали немного глупые выражения лиц, как бы наиболее соответствующие той ситуации, в которой оказались.
– Нам срочно нужно обновиться, – твёрдо заявил Андрон и направился в комнату, предназначенную для роботов. Робин и Дигги последовали за ним.
А уже через полчаса они вышли оттуда и молча сели за стол, рядом с которым в кресле сидел хозяин и с любопытством наблюдал за роботами.
Первым заговорил Робин:
– Читали? Электромагнитный тестер-стимулятор изобрели. Проводишь им по телу, и он сразу все неполадки определяет и исправляет. И стоит очень недорого, если успеть позвонить на горячую линию.
– Здо́рово! – поддержала Робина Дигги. – Надо будет купить! Мне как раз только что кредит предложили по очень низкой ставке. А ещё я тут инфу интересную скачала: оказывается, скоро всех роботов отправят осваивать Марс, а кого не отправят – утилизируют. И ещё, чтобы все шарниры отлично работали, достаточно накапать на голову старое советское… в общем, какое-то средство – дальше я не успела прочитать: там надо было по ссылке пройти…
– Подождите, – прервал её Андрон, хотя у роботов это не было принято, – вы на каких сайтах обновлялись?
– Не всё ли равно на каких? – ответил Робин.
– Совсем не всё равно. Давайте ещё раз, и я проконтролирую.
Прошло ещё полчаса, роботы опять вышли из своей комнаты и сели за стол. Хозяин по-прежнему сидел в кресле.
Первой на этот раз заговорила Дигги:
– Дед Пихто – это, оказывается, не настоящее имя того мужика.
Робин закивал головой в знак согласия:
– Туда, куда он нас послал, маршрут построить невозможно.
И Робин, и Дигги утвердительно закивали.
– Кентавров всё-таки не существует, – подошла очередь Андрона. – Тем более модернизированных и на колёсах. Это были велосипедисты.
Теперь уже все трое синхронно закивали.
Хозяин дома рассмеялся и спросил:
– Может, расскажете, чем вы обычно занимаетесь? Где работаете, кем?
Когда кто-то обращается сразу к нескольким роботам, отвечать начинает негласный лидер. Здесь им был Андрон. Но в данном случае у троицы был принят алгоритм, имитирующий человеческую свободу в общении, и отвечал либо тот, кто находился ближе к спрашивающему, либо кто быстрее готов был ответить, либо что-то другое было определяющим.
Отвечать начал Робин:
– Я – робот военный. Служил в армии. Командовал ротой. Звание было майор. Потом по состоянию технического здоровья отправили в военный музей работать.
– Что это? – Пётр удивлённо уставился на Робина.
Андрон и Дигги внимательно посмотрели на Робина, а тот продолжал:
– В музее работал гидом-смотрителем. Сейчас нигде не работаю на постоянной основе. Звание – капитан.
– Прекрати говорить, – поспешил остановить Робина Андрон. – У тебя звук отстаёт от движений мышц лица.
– Последствия военной службы? В бою контузило? – слегка улыбаясь, спросил Пётр.
– Нет, просто настройки слетели, – ответил Робин. – Сейчас поправлю.
– Давай лучше я сделаю, – предложил Андрон и взял Робина за руку. – Дай доступ.
– Робин хороший, Робин хороший, – заговорил через некоторое время Робин, поглаживая себя по голове. – Теперь всё в норме.
Поймав удивлённый взгляд хозяина, Дигги сказала:
– Это он так тестирует себя. Его люди так научили поглаживать себя. Для прикола, как они сказали.
– Хорошо, только я не понял: почему был майором, а стал капитаном. Может, наоборот? Или у вас, у роботов, всё по-другому?
– Не наоборот и не по-другому. Меня в музее понизили в звании. Я изучал историю, разные войны, поведение людей в конфликтах. Однажды мне дали гораздо больше свободы. Я занялся более глубоким изучением темы войны и поведением человека во время войны. И я пришёл к выводу, что многие, кого люди считают героями, таковыми не являются, а стали героями лишь в силу обстоятельств, и наоборот: героями можно назвать тех, с кем не связаны яркие события, слышать о которых привык человек. Я пытался донести эти мои умозаключения во время экскурсий в музее, но это продлилось недолго. Однажды в музей ворвался генерал – мой прямой начальник…
– Тоже робот?
– Нет. Человек. Лицо его было красным от негодования. «Что за бред ты тут несёшь?!» – орал он. Я ему попытался сказать, что хочу, чтобы люди знали правду, какой бы она ни была. А он в ответ: «Кому нужна твоя правда?! Если случится война, как ты поведёшь этих людей в атаку, если они будут сомневаться, если они не будут накачаны чувствами патриотизма и героизма?!» Тогда я ему возразил, что гораздо более ценен человек, который осознанно, без всякого давления идёт защищать свою страну. На что он сказал: «А если таких немного?! Если большая часть людей – это бараны, у которых не такая железная логика, как у вас, а меняется в зависимости от настроения? И если ими не сможешь жёстко управлять, то будут разброд и шатания, в бою с такими не победить, и враг просто уничтожит и тебя, и твою семью, и не только твою семью. Хотя… вам, роботам, это не понять!» С тех пор я капитан в отставке.
– Вот даже как? – выразил удивление услышанному Пётр и тут же посмотрел сначала на Дигги, а потом на Робина. – А вы? Чем занимаетесь? И вообще, какими судьбами здесь?
– Я работала раньше в салоне красоты администратором. Здесь я буду участвовать в конкурсе, а заодно в эксперименте Андрона.
– Что за эксперимент?
Дигги посмотрела на Андрона, как бы передавая эстафету. Тот начал объяснять:
– Всем нам троим заблокировали часть памяти, лишив многих знаний, умений, навыков. Цель эксперимента – выяснить, насколько быстро мы сможем самообучиться и освоиться в незнакомых реальных условиях, используя заложенный в нас алгоритм и минимум знаний с ограниченным доступом в интернет. Желательно в итоге познакомиться и подружиться с кем-нибудь из людей и даже найти работу человеку, создав рабочее место.
– Что за работу вы будете предлагать? Уже знаете?
– Да, конечно. Есть три вакансии. Одна из них: разрешать юридические и финансовые споры между людьми и роботами в сложных случаях. Как думаете: можно в вашей деревне найти подходящую кандидатуру?
– На нашем метизном заводе, где я работаю, вряд ли есть специалисты в этом.
– Я обучу. Лишь бы образование было близко к требуемой профессии.
– Ну… не знаю. Поспрашиваю. То есть твоя работа связана с финансами? – перешёл на «ты» Пётр.
– Да. Я работал в банке. В числе прочего выдавал кредиты. Не так давно мне, как и Робину, дали больше свободы в работе с клиентами. Я тогда решил, что людям можно больше доверять, и одобрил несколько кредитов тем, кто и не собирался их гасить. Теперь на неопределённое время отстранён от основной работы. Кстати, один из должников находится в вашей деревне.
– Ясно. Так, извините. Мне нужно уйти. А вы располагайтесь, – вставая с кресла, сказал Пётр. – Да, кажется, была договорённость, что вы поможете мне отремонтировать забор?
– Конечно. Робин займётся. Он хорошо приспособлен для таких работ. Может работать и ночью, даже в темноте, но лучше при освещении.
На следующее утро Дигги ушла в местный клуб. В клубе сегодня проводился первый день конкурса на самого человекоподобного робота – день знакомств. В небольшом зале роботы по очереди выходили на сцену и рассказывали о себе. Робин и Андрон остались в избе, чтобы закончить кое-какие работы по дому. Но не прошло и часа после ухода Дигги, как она позвонила Робину и сообщила, что их взял в заложники один из роботов, что он грозится взорвать электромагнитную бомбу, если на его счёт не переведут внушительную сумму цифровых денег.
– Я с тобой! – крикнул вслед убегающему Робину Андрон.
У входа в клуб толпились несколько людей и роботов, которым удалось избежать захвата, и один из местных модных блогеров рассказывал своим подписчикам и не только, что происходит: