Феликс, Нэт и Ника и Банда невидимок

– Поражение по всем фронтам, – подытожила Ника. – Нужно придумать что-то получше.

– Идемте ко мне после уроков, – предложил Феликс. – Будем думать.

Он уселся на пол, подавленно покачал головой и спрятал лицо в ладонях. Как бы ему хотелось, чтобы тут сейчас были мама, папа и Цабан! А потом он поднялся и пошел в буфет выкупать свою монетку с вкладышем.

* * *

Последним уроком второго дня в школе была информатика. Ученики сидели перед компьютерами за составленными вместе столами. Нику урок совсем не интересовал. С румянцем на щеках она читала под партой «Английского пациента» – увлекательную книгу про большую, романтическую и несчастливую любовь. Нэт разбирался в предмете лучше, чем преподаватель. Только Феликс пытался выполнить задания, которые на большом экране демонстрировал господин Эфтипи. Учитель был высоким и худым, у него выступали передние зубы, а черные волосы на маленькой голове были коротко острижены. Красная кофта совсем не шла к его черным джинсам и туфлям, в которых только на похороны ходить.

Феликс уже успел познакомиться с большинством новых одноклассников. Самым высоким в классе был Люциан, который метил в лидеры. Темноволосый Виктор был намного ниже, почти всегда улыбался и производил впечатление человека, готового всем помогать. Зато мелкий блондин Оскар казался вечно недовольным. Феликс заметил, что он хотел иметь все самое лучшее: лучшие ботинки, часы, портфель и ручку. Но амбиции не касались его самого, поэтому он не демонстрировал большого интереса к урокам. Темноволосый, низкий и коренастый Гораций до сих пор, кажется, не произнес ни слова. В конце сидел Клеменс, такой толстый, что у него был второй подбородок. Под рукой у Клеменса всегда был батончик или пачка чипсов, и он постоянно что-то жевал или чем-то хрустел. Был еще мелкий Куба, маниакально интересующийся спортом. Из девочек эффектнее всех была Аурелия – высокая, с иссиня-черными волосами, которые завивались в мелкие локоны. Похоже, она много сил тратила на прическу. И у нее были нереально белые зубы.

Клаудия, длинноволосая блондинка, всегда держалась рядом с Аурелией и старалась во всем ей подражать.

Были еще Целина – низенькая, с пухлыми щечками, зато намного приятнее этих двух вместе взятых, и невысокая сгорбленная Зося, которая тихонечко, как мышка, сидела сзади. Она и внешне была похожа на мышь.

– Я видел, как Рубен забрал у какого-то парня мяч и утащил куда-то, – тихо произнес Нэт. Он барабанил по клавиатуре, делая вид, что выполняет задание. – Наверное, спрятал, потому что потом явился без мяча.

– Нам надо было раньше об этом подумать, – сказал Феликс. – У них в школе должен быть какой-то тайник.

– Поэтому и нельзя ничего доказать, – отметила Ника, на минутку отрываясь от чтения.

– Но можно будет, если мы найдем этот тайник, – прошептал Нэт. – С этого нужно начинать!

– Господин Белецкий, похоже, чем-то очень занят, – процедил Эфтипи, пялясь на Нэта. – О чем я только что рассказывал?

– Про способ записи информации на DVD-дисках, – без размышлений ответил Нэт, вставая.

– И какой это способ?

Нэт улыбнулся и уже открыл рот, чтобы ответить, причем со всеми подробностями, но получил удар по косточке.

– Прикинься кретином, – прошипел Феликс.

Нэт нахмурил брови, словно над чем-то задумался, и неуверенно ответил:

– Магнитный?

– Плохо, господин Белецкий, – с триумфом сказал информатик. – Оптический. Безусловно, оптический. Ты должен понять, что компьютеры – это наше будущее. Если не научишься с ними работать, ничего в жизни не достигнешь. Садись.

Он покачал головой и причмокнул, с озадаченной физиономией возвращаясь к своей лекции. Феликс заметил, что Ламберт, который сидел напротив него, играет на приставке, спрятанной за монитором, и одновременно поддакивает учителю в нужные моменты. Вот что такое разделение внимания.

– Почему я должен был прикинуться кретином? – прошептал Нэт, поправляя на носу очки.

– Чтобы никто не заподозрил тебя, когда ты что-то такое выкинешь, – ответил Феликс. – Это он, скорее всего, занимается школьными компьютерами.

– А, тогда это объясняет, почему так легко удалось обойти защиту.

– Нэт и Феликс, – Эфтипи снова повысил голос. – Последнее предупреждение!

Ребята опустили голову и занялись заданиями.

* * *

Ника оказалась на месте встречи первой и теперь, сидя на ступеньках, читала книгу. Рядом с ней лежал потрепанный велосипед, который уже немало повидал на своем веку. Переднее колесо было оранжевым, а заднее – черным и почти лысым. Ника даже на велопрогулку обулась в мартенсы, хотя и отказалась от юбки в пользу потертых штанов неопределенного цвета. Волосы были собраны заколкой с зеленым камушком.

Феликс и Нэт приехали практически одновременно, с опозданием в несколько минут. На носу Нэта блестели ярко-желтые очки.

– Я смотрел по телику передачу про НЛО над Татрами, – оправдывался Феликс, – а потом немного заблудился. Высокие здания препятствуют прохождению сигнала спутника.

Нэт усмехнулся, словно услышал шутку, и сказал:

– А мне пришлось вернуться за шлемом. Если буду кататься без него, у меня заберут велик.

– У тебя тоже должен быть шлем, – добавил Феликс, глянув на Нику.

– Он бы испортил прическу, – ответила она, пожав плечами, потом посмотрела на Феликса и подняла брови.

Нэт проследил за ее взглядом. Действительно, что-то тут было не так. Феликс сидел на велосипеде, но не опирался на землю ногой! Феликс уже не мог делать вид, что не замечает их удивленных взглядов.

– Мое изобретение, – сказал он с гордостью и постучал по небольшой полукруглой коробочке под седлом. – Датчик наклона, электродвигатель и маховое колесо. Гиростат. Аккумулятор заряжается во время торможения.

– Ты сам это сделал? – недоверчиво спросил Нэт. – Какой процессор ты используешь?

– Я же говорил, что не разбираюсь в компьютерах. Это простая электрическая система. Сначала я использовал автоматические выдвижные колеса, но… это очень глупо выглядело. Так намного лучше. Когда велосипед начинает наклоняться, датчик это замечает и запускает двигатель с маховым колесом. Это как стоять на веревке и махать руками, чтобы удержать равновесие.

– Без компьютера? – Нэт присел рядом и присмотрелся к изобретению.

– Это того стоило? – с недоверием спросила Ника. – Столько труда, чтобы не опираться ногой?

– Все зависит от того, как на это посмотреть, – ответил Феликс. – Ты тратишь столько времени на прическу!

– Локоны сами не закрутятся! – запротестовала обиженная Ника.

И Нэт, и Ника должны были убедиться, что аппарат действительно работает. Нэт детально изучил весь велосипед и обратил внимание на что-то маленькое, прикрепленное к рулю рядом с переключателями. Это было похоже на старый мобильный телефон – экран и несколько кнопок.

– Так ты серьезно про этот спутник? – удивился Нэт. – Это GPS[2]?

– Я ввел в него дорогу от дома до школы, – объяснил Феликс. – Благодаря этому я не теряюсь.

Нэт был поражен, но ничего не сказал. Они сели на велосипеды и поехали, стараясь огибать загруженные улицы.

Поездка заняла почти час. Двухэтажный дом Феликса стоял на улице Сердечной, в пригороде, где было столько места, что здания не соприкасались. Был он старым, с голубой и необычно блестящей покатой крышей и маленькой, заросшей диким виноградом верандой со стороны входа. К дому прилегал гараж, а сзади находился небольшой заросший деревьями и кустами сад. За оградой начинался лес.

Феликс нажал кнопку звонка на калитке. В доме раздался громкий лай.

На соседнем участке мужчина в спортивном костюме с небольшим животиком мыл губкой блестящий «Полонез». Феликс кивнул ему.

– Это господин Соболяк, – сказал он тихо. – Купил новую машину и теперь каждый день ее моет.

Они подождали еще минутку, но, похоже, никого не было дома. Феликс открыл калитку ключом, и они оказались на вымощенной камнем дорожке. Велосипеды оставили на газоне.

– Что это за крыша такая? – Нэт задрал голову. – Выглядит словно стекло.

– Это солнечные батареи, – объяснил Феликс. – В нашем климате они не слишком полезные, но все равно выгодно.

Когда ребята зашли на веранду, Феликс нажал на кнопку возле дверей. Рядом высунулась металлическая панель, которая открывала светящуюся клавиатуру. Феликс, делая вид, что не замечает ошарашенные взгляды друзей, набрал код, и замок открылся сам.

Они вошли в зал с высоким потолком, зеркалами в декоративных рамах и несколькими резными стульями.

– Садитесь, я выпущу собаку, – сказал Феликс.

– А это необходимо? – забеспокоился Нэт, но быстро сел, потому что Феликс уже потянулся к ручке дверей, за которыми бесновался пес.

– Его зовут Цабан, – представил Феликс и впустил в комнату черную лохматую бестию. – Это черный русский терьер.

Пес гавкнул только раз, но так, что задрожали стекла. Он настороженно подошел к Нике и Нэту, обнюхал их, после чего замахал коротким хвостом.

– Первый этап пройден, – сообщил Феликс. – Можете встать, только без резких движений.

– А я тут немного посижу, – странно пропищал Нэт.

– Он хоть что-то видит через эти патлы? – спросила Ника.

Она склонилась над собакой и почесала ее за ухом. Цабан поднял морду, подставляя для ласки наиболее чувствительные места.

– Идемте на кухню, – произнес Феликс. – Только не пугайтесь.

– Я уже ничего не боюсь, – Нэт осторожно поднялся, не сводя глаз с собаки. – Слушай, а он сейчас повернулся ко мне не кусачей стороной?

Пес помахал хвостом. Благодаря этому, по крайней мере, было видно, где у него находится зад.

– Он еще никого никогда не кусал.

– Тогда не провоцируем перемены! – ответил Нэт и осторожно двинулся за Феликсом и Никой.

Кухня выглядела необычно. Она напоминала склад полуразобранных приборов. Гости сели около стола, а Феликс включил завариватель чая. Это был аппарат величиной с переносной телевизор, который выглядел как что-то, с чего сняли часть корпуса и демонтировали половину деталей. Изнутри доносились звуки крутящихся, двигающихся механизмов. Из щели в нижней части аппарата высунулась металлическая лапа с блюдцем и поставила его на стол. Другая лапа потянулась за чашкой и подсунула ее под отверстие лейки. Послышался шум закипания воды, и за мгновение ароматная жидкость, от которой шел пар, наполнила чашку. Лапа поставила ее на блюдце и отодвинула в сторону. Завариватель сделал то же самое еще дважды.

Феликс перенес посуду на стол и поставил перед гостями. Ника первая элегантным жестом поднесла чашку к губам и сделала осторожный глоток.

– Очень вкусно, – призналась она. – Но неужели использовать простой чайник не было бы проще?

– Это самая крутая кухня, которую я видел, – оценил Нэт, оглядываясь вокруг. – Как это все работает без компьютеров?

Феликс поставил на стол миску с чипсами и сел.

– Мой папа – изобретатель, – объяснил он. – Аппараты, которые вы тут видите, никогда не войдут в массовое производство. Он конструирует их для собственного удовольствия. Все механическое. Без компьютеров.

Дети хрустели чипсами, пили чай и, рассматривая изобретения, пытались угадать их предназначение.

– Стоимость нашей операции значительно выросла, – наконец произнес Феликс. – И от этого страдает мой бюджет.

– Точно, – согласился Нэт. – Скинемся. Я уже считаю…

Он вытащил ноутбук, но Феликс остановил его:

– Я говорил про то, что мы должны придумать способ не просто их наказать, но и вернуть деньги.

– Твои деньги они уже потратили, – сказала Ника. – Мы можем только забрать у них те деньги, которые они забрали у кого-то другого.

– Разве имеет значение, кому принадлежала монета раньше? – спросил Нэт, запихивая в рот чипсы.

– Это имеет значение, – ответила девочка, – потому что это не будут деньги Феликса.

– Деньги – это условная вещь, – упирался Нэт, случайно выплюнув несколько крошек на стол. – Важнее сумма.

Раздался звонок в дверь. Цабан подскочил, начав неистово махать коротким хвостом и скулить, как щенок.

– Бабушка, – прокомментировал Феликс поведение собаки. – Бабушка Люся. Нужно исчезнуть с ее глаз, иначе она начнет нас кормить…

– Ты не любишь свою бабушку? – удивилась Ника.

– Очень люблю, – запротестовал Феликс, – но она слишком заботится обо мне и думает, что мне все еще шесть.

Он глянул на экран монитора и, нажав кнопку, открыл калитку. Цабан, радостно повизгивая, огромными скачками полетел в холл.

– Бабушка, познакомься с моими друзьями, – сказал Феликс, когда она зашла в дом. – Ника и Нэт.

Дети поздоровались. Бабушка Люся выглядела так, как и должна выглядеть образцовая бабушка: полный доброты взгляд, седые волосы, собранные в узел, и кругленькая фигура. Она толкала перед собой двухколесную тележку необычной конструкции, в которой в трех контейнерах находились сумки с покупками.

– Ну, мы пойдем в подвал, – сказал Феликс, подавая друзьям странные знаки.

– Подождите, мои дорогие, – заворковала бабушка. – Может, чего-нибудь покушаете? В холодильнике есть вкусные голубцы. А может, хотите борщика? Есть еще капустняк и курочка. Сейчас картошечку спеку…

– Большое спасибо, но мы уже поели.

– Наверное, чипсы, – вздохнула бабушка, убирая плащ на вешалку.

Дети помогли ей занести сумки на кухню и потихонечку исчезли. Цабан уже спал возле стены, ни на что не обращая внимания и тем самым признав Нэта и Нику друзьями дома. Сейчас он был похож на черную кучу лохматых волос, сметенных в угол в парикмахерском салоне.

– Когда-то у нас были соседи, собаку которых звали Вонючка, – тихо сказал Нэт. – У него так воняло из пасти, что слезы наворачивались. Они его два раза выставляли за дверь, но выгнать было жалко.

– Цабан ест «Тик-Так», – ответил Феликс, уже спускаясь по лестнице в подвал. – И отец чистит ему зубы. Что-то мы отвлеклись. Я сейчас про Марцеля и Рубена. Посмотрим сначала, что у нас тут есть.

Он привел друзей в большую мастерскую, которая размещалась в подвале.

– Вау! – с восторгом выкрикнул Нэт.

Он обогнал Нику и остановился посередине, не зная, с чего начать осмотр.

– Похоже, что тут перевернулся грузовик с металлоломом, – ужаснулась Ника.

– Ты в этом ничего не шаришь, женщина… – Нэт пренебрежительно махнул рукой.

Под несколькими маленькими окнами стоял длинный стол с самыми разными инструментами. Вдоль других стен были прикреплены солидные стеллажи, до самого потолка заставленные коробками и фрагментами всяких механизмов. Тут были модели самолетов, маленькие роботы, телевизор, голова манекена, непонятные клубки проводов, двигатели и шестеренки. Что интересно, большинство предметов выглядели как кухонные приборы, скрещенные с опрыскивателем для газонов или автомобильными деталями. Они создавали впечатление незаконченных или поврежденных. В углу опиралась на стенку металлическая рука, а рядом с ней стояло что-то, что могло быть моделью военной амфибии. В тени, у лестницы, стоял человекоподобный робот ростом со взрослого мужчину.

Ника заглянула на одну из полок, тихо пискнула и шарахнулась в сторону.

– Там огромный паук! – прошептала она.

– Это робот, – объяснил Феликс, снимая с полки черный механизм величиной с ладонь, у которого было восемь ног. – Он полезен, когда что-то падает за диван.

Сейчас стало видно, что это механизм, но девочка все равно не хотела даже смотреть на него. Рядом с «пауком» стоял небольшой гусеничный транспорт с длинной антенной, шарик из проводов, похожих на механическую змею, и пара полукруглых гофрированных блоков размером с ладонь.

– Прыгуны, – объяснил Феликс. – То есть каблуки на пружинах.

– Тут есть мыши! – пискнула Ника.

Феликс приблизился в темноте к неподвижным белым мышкам и посветил на них фонариком. Те сразу же начали пищать и кружить по полке. Когда они приближались к краю или к стене, то поворачивали.

– А что в этой черной коробочке? – спросила Ника, отодвигаясь подальше от мышей.

– Антимузыкальная шкатулка. То же самое, что музыкальная, только играет хеви-метал. Подарок для невоспитанных детей.

– А это что?

– Механический пес. Мое творение. Почти законченное.

– А твой отец не против, что ты копошишься у него в мастерской? – спросила Ника.

– Нет, если я ничего не порчу, – ответил Феликс и высыпал содержимое большой картонной коробки на пол. – Настоящая мастерская у него в институте, а тут он отдыхает от работы.

– Он – маньяк, – прокомментировала Ника.

– Есть немного, – признал Феликс. – Если он сидит на одном месте больше пяти минут, то сразу же начинает что-то конструировать из того, что попадает под руку. Когда-то ему пришлось провести ночь в аэропорту под Парижем, и он переделал два ряда кресел в качели и горку для детей. Хм… Хотя, если подумать, то он мог и выдумать эту историю. Он немного странный, и временами непонятно, когда он говорит правду, а когда шутит.

Феликс снял с полки очередную коробку и вынул оттуда маленький вертолет, который умещался на ладони.

– Это микровертолет, – объяснил он. – Дистанционно управляемый шпион. Впереди у него есть камера меньше ногтя. С его помощью можно выслеживать врагов. Если вертолет покрасить в белый цвет, он не будет бросаться в глаза во время полета.

Феликс потянулся за другой коробочкой и вынул оттуда ручку с проводом, который заканчивался маленьким наушником.

– Направленный микрофон, – пояснил он, беря следующую коробку.

– Твой отец обеспечивает агентов ее величества королевы? – спросил Нэт, впечатляясь с каждым мгновением все больше.

– Не все делается для Джеймса Бонда, – усмехнулся Феликс. – Вот это, – он вынул серый продолговатый предмет с резиновым валиком на конце, – это прибор для выведения икса за скобки. Отец сделал его, чтобы разозлить нескольких профессоров, которые критиковали его работу. Естественно, он не действует.

Феликс вытаскивал и демонстрировал очередные изобретения. Карманный солярий, кондиционер для обуви, фонарик на солнечной батарее, прибор для тушения спичек, микроохотник за комарами, электробритва, которая двигается самостоятельно, и так далее.

Нэт разглядывал гаджеты широко раскрытыми глазами.

– Аппарат для тушения спичек? – удивился он. – Это ж идиотизм.

– Возможно, – признал Феликс. – Отец часто трактует собственные изобретения как тренировку. Сначала он придумывают действие, которое надо выполнить, а потом конструирует для него прибор.

– Но тушение спичек?..

– Ну… если тушить спичку, махая ею, то она может выскользнуть у тебя из пальцев, и… пожар обеспечен.

Нэт покачал головой.

– А фонарик на солнечных батареях? – не сдавался он. – Зачем кому-то фонарик, который работает только тогда, когда есть солнце?

– Это не так. Он лишь заряжается на солнце. Потом он может светить в темноте.

– Да хватит, – перебила их Ника, значительно меньше заинтересованная гаджетами. – Давайте подумаем над тем, что может пригодиться для нашего дела?

– Во-первых, нам нужен штаб, – решил Феликс. – Я предлагаю чердак. Оттуда лучше всего будет работать дистанционное управление.

– У тебя уже есть какой-то план? – спросил Нэт.

Феликс потянулся за блокнотом с отрывными страницами, вытащил из кармана ручку, открутил колпачок и начал писать.

– Первый этап операции – это приготовление нашей штаб-квартиры. Пункт второй – локализация штаб-квартиры врага. Третий – освобождение заложников… то есть… нужно найти украденные вещи. Четвертый – урок врагу. Этот пункт требует особой проработки.

– Это уже что-то, – согласился Нэт. – С чего начнем?

– Сперва, – решительно постановила Ника, которую начала захватывать эта идея, – в понедельник после уроков реализуем пункт первый, а потом подумаем дальше.

* * *

Вечером Феликс с отцом сидели в гостиной и смотрели новости. Автоматический пылесос с тихим жужжанием возился под креслом.

– Как ты знаешь, Банда невидимок ограбила банк, где работает мама, – сказал отец, стараясь не выказывать явную радость. – Единственный свидетель – какая-то уборщица, но у нее такой склероз, что удивительно, как она еще помнит свое имя. Она сказала, что бандиты вошли в банк через каморку для швабр, а это невозможно. Главаря банды разыскивают полиция и Интерпол. Его зовут Мортен, и он чрезвычайно опасен. Невесело.

– Тогда чему ты радуешься? – спросил Феликс.

– Сегодня, через два дня после презентации, мне наконец-то позвонили из министерства специальных дел. Им нужна моя помощь. При условии, что я извинюсь перед министром и его женой. Но про двух советников они не вспомнили.

– Ты извинишься?

– Уже. Официально. И несколько раз неофициально.

– И как ты планируешь схватить грабителей?

– Это не так просто, – папа почесал затылок. – Я до сих пор ломаю над этим голову. Они действуют по всему городу. Появляются в банке из ниоткуда перед открытием, или после закрытия, или в обеденный перерыв и даже не пытаются выключить сигнализацию. Они уезжают на своем фургоне до того, как приезжает полиция. Посреди полицейской облавы фургон внезапно сворачивает в боковую улочку и… исчезает. К тому же никто не может детально их описать. И так каждый раз. Потому их и называют невидимками.

– И как они могут так просто появляться и исчезать? – удивился Феликс.

Папа пожал плечами:

– Если бы полиция это знала, ей бы не требовалась моя помощь.

* * *

Уроки в понедельник тянулись мучительно долго. К счастью, первым был английский язык. Учительница, госпожа Кристина, вместо того чтобы заставлять зубрить грамматику, старалась втянуть всех в обычный разговор. Казалось, это лучшая учительница английского из всех, что у них были.

Она почти не знала польского языка или делала вид, что не знает, поэтому самые простые вопросы одновременно оказывались упражнениями. Учительница казалась милой и терпеливой, ей было не больше двадцати, а ее черные длинные волосы неестественно блестели. Дети быстро заметили, что вдобавок у нее имелся классический британский акцент.

Большинство учеников еще не выбрали дополнительного иностранного языка. Это мог быть немецкий, французский, итальянский или испанский.

– Спорим, испанских детей не заставляют учить польский язык! – жаловался Нэт на перемене, когда они стояли перед доской объявлений. – Не знаю, что выбрать. Я бы мог учить эскимосский язык. Наверное, он очень простой.

– А еще есть дополнительные занятия, – напомнила Ника. – Давайте выберем что-нибудь, чтобы ходить вместе. Я думала про историю…

– Ты видела того историка? Заснем… – скривился Феликс. – Посмотрите на список, там ничего нормального нет. Курсы кройки и шитья, что-то с названием «Стань мастером оригами», кулинарный курс «Помоги маме», кружок народных танцев. На шахматы, скорее всего, не запишемся. Пение тоже отпадает. Может, физика?

– Я не выдержу, – быстро отказалась Ника.

– Может, матеша? – предложил Нэт. – У меня в голове вся программа по математике еще с лицея.

– Тогда зачем тебе дополнительные занятия, если ты знаешь математику? – удивилась Ника.

– Чтобы не париться. А что еще осталось? С информатики меня бы выгнали из-за припадков смеха. Ну хорошо, у нас еще есть время подумать.

Рядом с ними остановился обеспокоенный Куба. У него, похоже, имелись проблемы с принятием решений, и выбирать подходящие занятия казалось ему слишком сложным делом.

* * *

Они дождались последнего урока – географии, которая обещала быть интересной. К сожалению, в середине урока госпожа Констанция Константинопольская начала вызывать учеников к доске и просить показать города, которые она называет. Целина, которую вызвали третьей, едва вылезла из-за парты, натягивая на живот коротенький розовый свитер. Она зацепилась остроносой туфлей за ступеньку перед доской и растянулась на полу прямо перед учительницей.

– Тебе будет удобнее отвечать стоя, – произнесла госпожа Констанция, у которой на лице не дрогнула ни одна мышца.

В классе раздались сдержанные смешки.

– Вон как рвется отвечать, – тихо прокомментировала Аурелия. – Каждым килограммом своего тела.

– Один батончик оказался лишним, – драматично заметил Нэт.

Ника послала ему грозный взгляд. Целина поднялась и, несмотря на подавленное настроение, вынуждена была показать целых три города. В конце урока учительница предупредила, что через неделю будет тест, для которого нужно выучить названия всех столиц, государственные языки и количество населения всех стран Южной Америки. В классе воцарилась унылая атмосфера. Лишь Феликс и Нэт не потеряли присутствия духа. Они обменялись многозначительными взглядами и таинственно усмехнулись.

– Цифровой диктофон и беспроводной наушник, – после звонка сказал Феликс, словно это должно было что-то объяснить.

Ника поняла, что они собрались сделать.

– Вы хотите списать? – спросила она с недоверием.

– Почему бы и нет? – удивился Нэт. – Зачем мне помнить количество населения в Чили или Эквадоре? Я знаю, где про это найти за несколько секунд.