Путь эзотерического посвящения. Теория и практика Антропософии

I

Я рад приветствовать вас. Данный цикл занятий можно обозначить как «Практическая эзотерика» или «Путь эзотерического посвящения». Второе его название – «Теория и практика Антропософии»: потому что мы будем непосредственно обращаться к Антропософии Рудольфа Штайнера.

Как я уже говорил на наших ранних занятиях, познание Мироздания, во всей его многоуровневости и многомерности, далеко не ограничивается только рассудочным познанием, то есть познанием с использованием головного мозга: это всего лишь самая поверхностная форма познания, самая нижняя ступень. Настоящее познание начинается тогда, когда пробуждаются восприятия, очу́вствования, ви́дения, предощущения нас, то есть в душе и духе. И, естественно, по мере развития этих восприятий их качество, глубина и точность увеличиваются. внутри

Данная тема весьма актуальна. Если вы наблюдали за различными современными учениями, вы могли заметить, что многие из них используют для познания высших миров именно рассудок. Соответственно, при таком подходе как такового истинного познания не происходит, ведь рассудок огрубляет, ограничивает и искажает утончённые восприятия реальности, ибо относится к самым поверхностным слоям сознания, к физическому плану.

Любому типу познания должно соответствовать использование ему инструментов. То есть, допустим, для изучения звёзд и планет, удалённых на большое расстояние от Земли, используют телескопы. Точно так же для исследования микроорганизмов используют микроскопы. Это разные типы познания, разные уровни и, соответственно, разные средства. По аналогии с этим при познании разных миров и сфер Творения также необходимо использовать инструменты, подходящие для их познания. Если для познания физического плана достаточен и даже необходим именно рассудок, потому что он – часть этого физического плана, он предназначен для него, то для познания тонких миров – эфирных, астральных и выше – нужны соответствующие инструменты. Так как эти эфирные, астральные и пр. начала содержатся в нас самих, то путём развития их мы можем прийти к познанию высших реальностей. А рассудок в данном случае будет использоваться уже для того, чтобы результаты наших высших познаний здесь, на физическом плане. Потому что если наш физический рассудок не будет понимать то, что нами было воспринято в высших мирах, он не сможет это провести сюда в качестве знаний, не сможет это объяснить ни себе, ни окружающим. Кроме этого, подготовленный к высшим познаниям рассудок даёт нам своеобразную ; ибо непонимание чего-то всегда порождает неуверенность, а когда рассудок видит логическую закономерность в каких-то высших процессах, которые были познаны путём сверхчувственного познания, то у него возникает уверенность и устойчивость. Хотя, естественно, основа этих уверенности и устойчивости – в высших познаниях, когда человек весьма основательно укоренился в них. соответствующих им изложить уверенность

Эта проблема – что многие используют чисто рассудок для познания высших миров – весьма актуальна. Большинство современных эзотерических и религиозных учений, как я и сказал, для познания высших миров используют рассудок, несмотря на то что основатели этих учений говорили когда-то о противоположном: что рассудок – далеко не главное. Возьмём, допустим, христианское богословие. Христос учил прежде всего любви к Богу, любви к ближнему, высшим откровениям. Богословы же в последующие века уже склонялись к  на темы различных откровений. То же самое произошло со многими эзотерическими знаниями, открытыми в мир. философствованию

Это, конечно, не значит, что нужно отрицать логику, но она, скажем так, должна бытьподконтрольна душе и духу, то есть действовать в меру. А когда она отрывается от духовных структур, тогда она начинает строить такие конструкции, которые для самого рассудка могут показаться прекрасными, а в реальности будут всего лишь иллюзиями в мозгу человека. В общем-то, многие философские, научные, да и религиозно-эзотерические изыскания на этом и построены. Поэтому для нас важно очень глубоко это усвоить, так как на этом понимании мы сможем двигаться дальше и вообще развиваться в нашем бытии.

Сейчас я хотел бы обратить внимание на существо человека, как оно нам предстаёт при наблюдении. Прежде всего я имею в виду наблюдение за самим собой, потому что каждый представлен сам себе непосредственно и может себя познавать без каких-либо препонов.

Из чего же состоит человек, его телесно-душевно-духовная организация, если рассматривать в целом? (Мы не будем сейчас затрагивать телесность, потому что это очевидно, а затронем, скажем так, сознание человека.) Вы знаете, что самый явный аспект сознания – как одна из составляющих человеческого существа – это мышление. В мышлении мы живём больше всего, активнее всего, оно нам более понятно, потому как непосредственно связано с нашим нынешним осознанием, с нашим существованием во внешнем мире. Мышление мы используем каждый день, от момента пробуждения ото сна до момента засыпания. Мысль работает почти весь день. Поэтому, можно сказать, мышление – это базовый, или первичный, уровень, первая ступень сознания человека. К нему относится как рассудочное, так и образное мышление.

Рассудок рассуждает, строит логические цепочки, связи, он может даже не оперировать какими-то образами, а просто понятиями, утверждениями или словами. А образное мышление уже оперирует определёнными картинами, визуализациями, в которых могут быть объединены различные рассудочные построения. И эти два типа мышления хоть и относятся к мышлению, но друг от друга весьма отличаются.

Преимущественно в нашей жизни мы используем именно рассудочное мышление – в наших бытовых, рабочих делах, в существовании в целом. Назовём его бодрственным сознанием. В промежуток времени между пробуждением и засыпанием мы пользуемся им. Думаю, для всех это очевидный факт.

Когда же мы засыпаем, это мышление пропадает. Мы уже не можем им пользоваться таким лёгким способом, как это бывает при дневном бодрствовании. Что же остаётся? С одной стороны, остаются образы, но, с другой стороны, остаются ещё эмоции и чувства. Естественно, сами эмоции и чувства присущи нам и в бодрственной жизни. Но я их хотел бы рассмотреть в связи со снами. Во снах активизируется именно эмоционально-чувственная составляющая, а из мышления примешиваются образы. Но при этом, как вы могли замечать, эти образы появляются не так, как при дневном бодрствовании, а как бы спонтанно. То есть во сне мы не контролируем образы. Они подконтрольны чувствам и эмоциям. Мы вливаемся в некоторый эмоциональный поток событий, и он предстаёт и разворачивается перед нашим взором в каких-то образах, и мы просто плывём по этому потоку, будучи не в состоянии его изменить. Все это переживали во снах и знают, что это такое. Естественно, у каждого из нас во снах были какие-то отдельные моменты, в которые мы могли частично отслеживать, осознавать их и даже как-то осознанно влиять на события, но степень сознательности во сне на порядки ниже, чем в бодрствовании. Назовём это сновидческим сознанием.

Просыпаясь, мы также сохраняем эти эмоции и чувства, но уже включая рассудочное мышление. И если до этого эмоции, чувства, переживания во сне полностью поглощали нас, то в дневном бодрствовании они как бы одеваются, окружаются вуалью этого рассудочного мышления. Таким образом, мы видим, что чувства, эмоции, страсти, переживания – менее внешние, менее открытые и очевидные и одновременно менее понятные, чем мысли, мышление. Мышление очевидно, оно всегда при нас, а эмоции уже менее очевидны, они часто спонтанно возникают и также спонтанно исчезают, спонтанно могут преобразовывать свою структуру, пульсацию, характер, и мы не можем контролировать их так легко, как способны контролировать свои мысли, хотя и контроль мысли у нас весьма примитивен. Поэтому, думаю, очевидно, что эмоционально-чувственная составляющая человека – более внутренняя, чем рассудочно-мыслительная составляющая. И этими двумя уровнями охватываются очень многие аспекты жизни человека.

Но есть ещё один уровень, ещё одна составляющая, которая, безусловно, присуща всем людям. Она ещё менее понятная, ещё более смутная, ещё более сложная для познания, в том смысле, что она не так очевидна. Это , это человека. Она движет и эмоциями с чувствами, и мышлением. движущее начало воля

Если мы окинем взором уровни снизу вверх, то сперва мы видим уровень телесности – это наши физические движения, действия. К этому же уровню можно отнести речь, хотя это чуть более тонкая составляющая, чем действия. Затем идёт уровень мыслей. А ещё выше идёт уровень эмоций. Воля же находится ещё выше. Когда воля пронизывает эмоции и чувства – формируются наши внутренние . Когда воля пронизывает мысли – формируется . Когда пронизывается речь – возникают . Когда пронизывается телесность – возникает . Воля – это человека. Это нечто внутри нас, что практически всегда остаётся для нас сокровенным. Мы видим волю только через её  – через чувства, намерения, действия. Но волю как таковую, как объективную действительность, мы не воспринимаем. Впрочем, мы также не воспринимаем и чувства с эмоциями, но они ближе к нам, к нашей телесности, поэтому они нам более понятны. Воля же нам кажется менее понятной, менее очевидной и менее конкретной. переживания намерение слова действие ядро проявления

В оккультной традиции уровень воли соотносят со сном без сновидений. Этот уровень сознания человека мало связан с нижними уровнями, и на нём не генерируются никакие образы и уж тем более никакие рассудочные конструкции, не генерируются и действия, и речь, и даже эмоции с чувствами. Остаётся нечто внутреннее, нечто вроде эссенции нашего существа, освобождённой от всех этих оболочек, от эмоциональных, мыслительных и прочих наслоений.

Эту объективную картину можно частично трансформировать, дополнять в каких-то нюансах, углублять, потому что мы сегодня её разрисовали лишь в общих чертах, но тем не менее она не претерпит принципиальных изменений. С этой схемой связаны сокровенные эзотерические истины. Это не просто какая-то удобная для нас модель, как, например, в психологии или психотерапии создают различные модели человеческой психики. Это не модель, это оттиск , то есть это . Есть реальность воли, есть реальность эмоций и чувств, есть реальность мыслей, есть реальность действий – и это всё бытие, это всё существование, это реальные миры. Просто мы обычно наблюдаем этот, телесный мир – мир действий и речи (хотя сами вибрации речи мы тоже не видим, только слышим, но тем не менее соприкасаемся с ними). Но это всего лишь телесная организация, биология. А более высокие уровни остаются для нас сокровенными. Мы лишь можем воспринимать их на физическом уровне. действительности реальность проявления

Я обозначил Антропософию как учение, с которым мы будем тесно взаимодействовать на этих занятиях. Она рассматривает человека именно таким образом. Всё, что я сейчас объяснял, – мои личные наблюдения. Просто когда-то я решил выяснить для себя, как устроен человек на самом деле, и пришёл к такому наблюдению. В Антропософии же о существе человека и уровнях его сознания говорится то же самое, и этого знания может постичь каждый, просто наблюдая за собой, за своей жизнью и переменами в ней.

Каким образом Антропософия рассматривает человека? Уровню телесности соответствует физическое тело, физический мир. Уровню мысли соответствует эфирный мир, и эфирное тело является носителем мышления, а также земной памяти. То есть вся наша память, то, что мы вспоминаем происходившее с нами в какие-то былые этапы жизни, – это всё сконцентрировано в эфирном теле. Уровню чувственных переживаний, эмоций, страстей, желаний в Антропософии соответствует астральный мир, и носителем этих эмоционально-чувственных составляющих человека является астральное тело. И, наконец, носителем воли является человеческое «Я», его ядро, принадлежащее уже миру, называемому Деваханом. Такой четырёхчленный человек рассматривается в Антропософии, и на этом в Антропософии строится познание человека.

Итак, по Антропософии человек состоит из четырёх членов. Он состоит из физического тела, являющегося телесностью, через которую проявляются действия и речь под воздействием внутренних импульсов. Далее идёт эфирное, или формообразующее, тело, которое пронизывает физическое тело и обуславливает его форму. В этом смысле без эфирного тела физическое тело распадается. Так, когда мы засыпаем во сне, из нашей телесности выходит не эфирное тело. В постели остаются лежать физическое и эфирное тела, а выходит астральное тело и «Я». Поэтому, когда мы бодрствуем, эти два уровня сознания – мышление и действия – проявляются в нашей жизни, а когда мы спим, эти два уровня остаются на земле, а астральное тело и «Я» выходят в потусторонние миры. Когда мы видим сны, в действительности они – не что иное, как наших астрально-волевых переживаний, которые проявились в эфирно-физическом мозге. То есть наш эфирно-физический мозг эти высшие переживания через то, что в нём содержится, через то, что он накопил. Поэтому очень часто те астральные или деваханические процессы, которые мы переживаем во сне (а кто-то и более высокие – но это исключения), с точки зрения образов и взаимосвязей, относящихся к эфирно-физическому плану, кажутся бессмысленными. проекции интерпретирует

Всем этим вопросам в Антропософии Рудольфа Штайнера уделено очень большое внимание. Существо человека, его духовно-космическая эволюция, связь человека с духовными Иерархиями, действующими во Вселенной, – всё это является объектами пристального исследования в Антропософии.

Рудольф Штайнер родился в 1861 году в нынешней Хорватии (тогда это была Австро-Венгрия), получил техническое образование, глубоко занимался изучением философии (особенно немецкой), изучал произведения Гёте (как научные, так и поэтические). В определённый момент он соприкоснулся с эзотерической информацией, которая начинала тогда просачиваться в общество. Но всё это было на самом деле фоном его жизни; основой же её было то, что он с самого детства обладал даром ясновидения и вообще сверхчувственными восприятиями. По мере того, как Штайнер взрослел, он понимал, что то, как видит и воспринимает мир он, очень сильно отличается от восприятия других людей. Практически все люди, за исключением единиц (которые ему попадались уже в более взрослой жизни), видели мир исключительно на уровне телесной организации, а ему были открыты сверхчувственные, сверхфизические области. Естественно, сперва он не разбирался во всех тонкостях и подробностях высших миров. Поэтому он, изучая естествознание, проникал в свои сверхчувственные восприятия логическим мышлением, чтобы понять их (а в дальнейшем чтобы донести свои познания до земного плана). И одновременно он, усиливая свои внутренние органы восприятия (структурируя то, что уже в нём было весьма сильно структурировано и дало ему первоначальное восприятие), проходил этап подготовления к полноценному ви́дению и осознанию действительности и к дальнейшей передаче своего учения (которое позже он создал и развивал).

В конце XIX века он соприкоснулся с теософской литературой, которая тогда появилась благодаря Елене Блаватской. Блаватская взаимодействовала с так называемыми махатмами – духовными учителями на востоке, хранителями древних эзотерических знаний, как она утверждала. Через Блаватскую (которая тоже обладала ясновидением, сверхчувственным восприятием и познанием), согласно её сообщениями, махатмы дали западному миру учение Теософии. Рудольф Штайнер жил в Европе и в определённый период первой половины своей жизни соприкоснулся с Теософией. Впоследствии он вступил в Теософское общество, участвовал в различных собраниях и занятиях. С определённого момента он начал читать лекции в Теософском обществе, так как этого ожидали и просили сами члены Теософского общества. Но свои лекции он базировал на собственном опыте духовного познания, который почти за сорок лет его жизни ко времени этих первых лекций он накопил.

Итак, в своих выступлениях Рудольф Штайнер опирался преимущественно на собственные познания, а не на то, что было содержанием теософского учения, хотя, естественно, использовал и понятия, и терминологию из Теософии, особенно потому, что многое в теософском учении на весьма существенную долю соответствовало тому, что он познавал сам. Но то, что было добыто им в собственном сверхчувственном познаний, в некоторых фактах весьма отличались от теософского учения. И главным образом это касалось ви́дения им существа и миссии Христа: Штайнер воспринимал Его как центральную Божественную Силу, определяющую всю духовно-космическую эволюцию Земли и человечества, а теософы – как одного из рядовых посвящённых. В итоге, в силу этих обстоятельств, Рудольф Штайнер отделился от Теософского общества и основал собственное учение – Антропософию. В 1913 году было основано Антропософское общество, и в дальнейшем деятельность Рудольфа Штайнера, как учителя Антропософии, протекала исключительно в антропософском русле, вплоть до 1925 года, когда он покинул земной план.

Что же является основой антропософского учения Рудольфа Штайнера? Например, вышеупомянутое учение о четырёхчленном человеке. Естественно, он говорил и о более тонких принципах, которые человек по мере эволюции может развить. Он сообщал, в частности, что в данный момент эволюция земного человечества как раз подошла именно к такой точке.

Другой гранью учения Рудольфа Штайнера являются его повествования о существовании в истории человечества двух потоков сознаний. Особенно это касается последних тысяч лет, так называемых послеатлантических времён. (Как вы, может быть, читали или слышали, когда-то, примерно 10—12 тысяч лет назад и ранее, на Земле была страна Атлантида, которая в результате катастрофы – всемирного потопа – была уничтожена, после чего человеческая раса радикально преобразилась. В атлантические времена люди были более знающими в душевно-духовном отношении, после потопа же они замкнулись преимущественно на физическом плане. Вместе с тем люди сильнее индивидуализировались и развили рассудок.) Рудольф Штайнер рассказывал, что почти во все послеатлантические времена существовали так называемые , которые содержали в себе эзотерическое знание; причём члены этих мистерий несли его из своего собственного опыта. Это были так называемые , которые объединяли в своём сознании несколько миров. И одновременно с этим в ходе времён была знакомая нам из истории обычная, экзотерическая, внешняя жизнь, со всеми её политическими, экономическими, социальными и культурными преобразованиями. То есть в истории существовало два потока – эзотерический (внутренний, сокровенный, неявный) и экзотерический (внешний, наружный, проявленный). Естественно, большинство людей в послеатлантические времена относились именно к экзотерическому сознанию, воспринимая преимущественно физическую реальность; высшие восприятия же у людей постепенно угасали. Эзотерические мистерии, конечно, всегда содержали в себе меньшинство и находились в тайне. В тайне высшие познания мистерий держались потому, что, с одной стороны, как считали посвящённые, будучи открытыми мирскому обществу, эти познания могут профанироваться, исказиться и потерять свою духовную ценность. Но одновременно с этим посвящённые беспокоились за обычных людей, ведь если на неподготовленное сознание лягут высшие знания, это может разрушить жизнь человека, ибо он не справится с той силой, с теми знаниями, которые получит. Особенно это касается того, что в древности была так называемая магия, и высшие знания пробуждали определённые способности людей. Поэтому, если человек, обладая какими-то высшими знаниями, неадекватно их использовал (не по назначению, не для духовного развития), то он мог разрушить себя и окружающий мир, с которым соприкасался. духовные мистерии посвящённые