Я упала с края Луны
- -
- 100%
- +
При создании обложки использовалась иллюстрация Дины Леоновой
© Татьяна Костарева, 2024
© Александр Кафтанов, дизайн обложки, 2024
© Издательство ООО «Перископ-Волга», 2024
Я упала с края Луны
«я упала с края Луны…»
я упала с края Луныи ушиблась о старый сон.там подснежники ждут весны,и гуляет зелёный слон.там волчок не грызёт бочок,он художник, флорист, поэт.там, уткнувшись в Луны плечо,спит, посапывая, рассвет.там ромашки плетут венкииз цветных паутинок грёз.боль реальности – пустяки,не взаправду и не всерьёз.там танцуют мои мечтына лугу в хороводе фей,зеркала отвечают: «ты!»на вопрос – кто же всех милей.и, пытаясь догнать мираж,я свалилась с края Луны…не поймала своё вчераи разбилась до слёз о сны.и ушибы болят-саднят,в темноте заплутал восход.ночь обнимет легко меня:«дай подую, и всё пройдёт».«безгрешной душою журавлик в небо…»
безгрешной душою журавлик в небобумажные крылья сильны, чистыи как бы ни ждаликогда бы, где быя с ним так хочу улететьа ты?но дел повседневных тугой клубочекуводит опять от моей мечтыдорожкой из букв, запятых и точекя кофе с корицей варюа ты?и лето сбежало по звёздным лужамиз радужных снов разведя мостыи каждый кому-то как воздух нуженя дождик осенний люблюа ты?и пусть не особо талантлив автори строчки кривы, и чернил впритыкно в наше такое простое завтрая, кажется, верю ещёа ты?«дай руку, и пойдём со мной скорей…»
дай руку, и пойдём со мной скорейотсюда прочь по утренним росинкамконечно, мы возьмём с собой зверей —кота, собаку и морскую свинкумы не захватим больше ничегоесть лёгкость душ, а значит, будут крыльяВселенная обнимет волшебствоми груз минут с ладони сдует пыльюи будет пёс наш другом и плечомпорвёт хребет злым духам, снам и людями будет кот ко всем дверям ключомну а морская свинка просто будети босиком по пышным облакамс планеты на планету в догонялкисмеясь беспечно в чёрных дыр оскали спать, укрывшись лунным одеялкоми будет свинка на лугах растиа пёс катать кометы на загривкеи будет кот из Млечного Путилакать небес ночных густые сливки«Я ничего не вижу…»
Я ничего не вижу.Я ничего не слышу.Кажется, снова осень,Птицы летят куда-то.Прожита сотня книжек.Август прочитан пришлый.Всё и легко, и просто.Просто и так легко.В ладушки клён играетС ветром неугомонным.Я со страниц рассветовПерехожу к закатам.Пыльная, неживаяМежду листов картонныхПрячется-спит реальностьВысохшим мотыльком.Пишет сентябрь сюиту. В струи дождя вплетаетПризрачно-невесомых, лёгких аккордов нить.День до конца прочитан, брошен в корзину «Память».Я открываю книгу.И начинаю жить.Девочки и мальчики
девочки и мальчики —белочки и зайчики,папы-мамы солнышки —чёртики в глазах.куколки и велики,киносказки в телике,вера в невозможное,солнце в волосах.вечные, бессмертные,обгоняем ветры мы.точно знаем – времениза глаза у нас.только жизни мельницакрутится и вертится.что дышало, мелитсяв профиль и анфас.пусть неосторожно мымеч не держим в ножнах изнаем: мойры ножницыточат, не спеша.но ведёт безбашенных,глупых и отважных насдо последней чёрточкидетская душа…Враг мой
спасибо тебе, мой заклятый врагза рыцарский бой вместо пошлых драккукожился заокеанский fuckот крепости русских споровза злость с уважением пополамза гнев, прожигающий сотней лампза жёсткий кулак вместо мягких лап«своих», на подставу скорыхза правду наотмашь всегда в лицоза ненависть, бьющую до рубцовза то, что ни разу мне вслед свинцоми в спину стилет упругийза баттл без гнилых подковёрных вракза то, что теперь как-то всё не так…спасибо тебе, мой заклятый врагты был моим лучшим другом…«Полуночная маршрутка грязно-жёлтая…»
Полуночная маршрутка грязно-жёлтая.Неказистая карета бывших Золушек.Вместо бархата сидений – ткань затёртая,на слепом окне смеётся смайлик-солнышко.Вместо кучера – субъект не первой свежестивдохновенно и отчаянно ругается.Но она почти не слышит эти «нежности»…Под шансон и мат так хорошо мечтается.И, баюкая на плоскости асфальтовой,отражающей густое небо звёздное,унесёт на время в Юность из Реальностиполуночная маршрутка – фея-крёстная…«наколдуй себе новую жизнь…»
наколдуй себе новую жизнь —поменяй в тесной старенькой кухне обои,занавески в горошек купии пузатый и важный фарфоровый чайник.и сбежит, огрызаясь, хандра,безнадёга отступит без боя,чудеса нарисуются вдруги начнут приключаться случайно.ты внезапно простишь и поймёшьту себя, что в уныние куталась зябко,подмигнёшь на бегу зеркалам,крутанувшись со смехом в обнимку с мечтою.будут дружно подружки пытать —и откуда цветов и везенья охапки?а секрет между тем очень прост —надо правильно выбрать обои.Колыбельная для внучки
Одинокая луна смотрит нам в окошко,И ночные мотыльки пляшут над свечой.Тихо дрёма в дом вошла в войлочных сапожках,Ворох сказок принеся в узелке с собой.Глазки закрывай, малыш, сны к тебе слетелисьПро драконов и ковёр, что летает сам.Стайкою волшебных птиц вьются над постелью,Унося в страну, где люди верят в чудеса.Тихо в доме, лишь шуршит таракан за печкой,Одинокий лунный луч дремлет на полу.Да слезами восковыми оплывает свечка,Тая, словно эскимо в летнюю жару.Ночь набросила на плечи звёздную крылатку,Будто чародей седой с посохом в руках.Спи, малыш, пусть сны витают над твоей кроваткойРазноцветными мечтами, замком в облаках.Тебе
В одиночку, двое ли возводили-строилиНа пескеЗапускали слаженно корабли бумажныеПо рекеЗагораясь целями, увлечённо сеялиНа камняхПраведным истерикам и ханжам не верилиТы и яЗамок-мир воздушный наш время не разрушилоИ «друзья»Корабли бумажные бороздят отважно жизньИ моряПроросли – упёртые! – через камни мёртвыеЗлой песокЯблони и вишенье в изумрудом вышитыйЛепестокВ лабиринте Вечности подберём беспечно мыУголокБудет дверь из снов цветных, из мечтаний бархатныхПотолокПусть стращает ящиком общество блестящегоВороньяБыть не перестанем мы в зеркалах и памятиТы и я«Если ты вдруг решишь, что не вышло долго и счастливо…»
Если ты вдруг решишь, что не вышло долго и счастливо,Что истории нашей страницы до дыр зачитаны,Подари мне щенка – толстолапого, умно-лобастого.Пусть он будет лохматый, подвижный, смешной, упитанный.Если ты вдруг поймёшь – труп любви не реанимировать,Поселились в душе две старухи – досада с жалостью,Не страдай. Принеси мне щенка забавного, милого,Чтобы, пряча тоску, к тёплой спинке щекой прижалась я.Ни к чему слов вода. Просто резать к чёртовой матери!Так не мучай себя – уходи. Раз уйти захочется.Только вместо «Прости…» подари щенка обязательно,Чтобы горло он смог перегрызть врагу-одиночеству…«Не трави ты душу мне, скрипка пьяная…»
Не трави ты душу мне, скрипка пьяная,Плачем жалобным нутро не выкручивай.Позабыть хочу любовь окаянную,Поцелуи ядовитые, жгучие.Твой хозяин – старый ром, брови космами,Серебрится время в гриве нечёсаной.Веки прячут глаз буравчики острые.Безответная печаль. Безвопросная.Стонет скрипка под летучими пальцами.Сердце бедное моё об пол вдребезги…Свет от ламп залапан шутками сальными,В погребке от шумных врак не видать ни зги.Твой последний всхлип с тоскою и нежностьюНочь подслушивает пыльными окнами.А цыган тебя любовно и бережно,Как хрусталь, в футляр уложит потрёпанный.Он шепнёт тебе: «Камлы моя чаюри»…Он погладит твои бёдрышки узкие…Не услышат выпивохи случайные —Две души со страстью, болью, отчаяньем,Как любовью, занимаются музыкой…Моим детям
это странно, ей-богу —вдруг забыть аромат приключений и дальних дорогэто страшно, ей-Богу —потерять васильковое детство в безликой толпеэто скучно, ей-Богу —по привычке брести, если можешь свободно паритьвсё же просто, ей-Богу —только крылья расправь, оттолкнись посильнейи лети!«а в синем небе, а в синем небе…»
а в синем небе, а в синем небетанцует ветериграют детипо-братски делят краюху солнцаи ловят звёзды сачком из сказокпускают флот кораблей бумажныхпо лунным лужам и млечным рекама слово «вечность» давно сложилииз разноцветных воспоминанийиз земляники и пляжной галькииз белоснежных снежков хрустящихиграют детив карманах ветери впереди бесконечность детстваа в синем небе, а в синем небенет лжи и смертиесть только ветер…«молчанье – твой родной язык, мой друг…»
молчанье – твой родной язык, мой другты им владеешь просто виртуознои потекут с ресниц минуты-слёзыудавкой тишины сомкнётся кругсгущается безмолвие, живёти скалит зубы подкроватным монстрома я боюсь, что будет слишком позднооно нас просто-напросто сожрёти нас не станеттолько я и ты —два одиночества в огромном миреи вот на раз и два, и три, четыреопять идём искать свои мечтыкакой невнятный и тяжёлый бред…и давит тишина плитой пудовойспаси меня!произнеси хоть словопусть даже это будет слово «нет»….Моей Катюшке
Доча, не тронь паука! Знаешь примету? Накличешь дождь.Доча, не бойся терять. Если твоё, всё равно найдёшь.Доча, болит – хорошо. Значит, живая. Страдай и плачь.Доча, гулять под дождём здорово, если есть друг и плащ.Доча, быть слабой, смешной, ветреной – это совсем не грех.Доча, тебе никогда бело-пушистой не стать для всех.Доча, не бойся воды, смерти, мышей, береги огонь.Доча… не слушай меня, глупую. Но пауков не тронь!«Когда отправит молча жизнь…»
Когда отправит молча жизньв отходы,Мы в небо навсегда сбежим…Свобода!Сломает клетку дикий зверь —и к звёздам.Нет притяжения. Теперья – Космос…«говорит – пока…»
говорит – покаговорит – пойдумне ещё с дороги прогнать бедумне ещё обид разобрать сундукда и крыльям давно пора бы в починкуговорит – самаговорит – чуть-чутьмне бы – говорит – отдохнуть-вздохнутьмне бы сладкий чай и часок вздремнутьи «Эдем» Шопена на старой пластинкеговорит – держисьговорит – смотриэта сила, власть у тебя внутрипросто будь свободной, лети, горинаплевать на страх и ехидные взглядыговорит – придуговорит – ты ждипусть звенит весна у тебя в грудия вернусь, когда застучат дождия всегда с тобойдаже если не рядом«…а мы танцевали под скрипки неслышные…»
…а мы танцевали под скрипки неслышные…кружились, друг другу уже незнакомые…и снова меж нами шарами воздушнымивзлетали признаний слова легковесные…и лопались звонко, наткнувшись нечаяннона льдистые искры хрустального кружева…мы были свободны от боли предательства,разбитых надежд, убивающей ревности…мы были полны пустотой безразличия…скользили, обнявшись, почти невесомые…чужие, свободные…и одинокие…«„и-го-го!“ – хохочет девчонка…»
«и-го-го!» – хохочет девчонка.«ты лети, мой конь златогривый!»и на стульчике увлечённов звонкий май с улыбкой счастливой.ты скачи, мой коник волшебный,прямо в жизнь из радужной сказки.мне бы воли, воздуха мне бы,омут вод и неба опасность.я бы – ууух!до донышка в счастье,об пол – эээх!беду на осколки…да коняшку липовой мастисъели, сгрызли серые волки.разлетелась стружками гривада сгорела в осени печке.и в груди сожмётся тоскливо.и залить тоску бы, да нечем.и бреду сквозь времени вьюги,и тащу кусочек Вселеннойбез подмоги верного друга.оступлюсь – мир рухнет мгновенно.«ничего, ты – сильная, сможешь», —подмигнёт девчонка на фото,в зеркала скользнёт осторожно,память-дверь захлопнув неплотно.мне бы только адрес вокзала…пусть плацкарт, пусть пьяный попутчик!я бы в отпуск в детство слетала,где для счастья надо так мало —звонкий май и маленький стульчик.«Раз-два-три, раз-два-три… старый вальсок…»
Раз-два-три, раз-два-три… старый вальсок.Аккордеон чуть заметно фальшивит.Были когда-то деревья большими,Мамы нам лёгкие платьица шили —Юбочка клёш и витой поясок.Раз-два-три, раз-два-три… вальс кружевной,Вальс неожиданный, лёгкий, спонтанныйВ летнем саду городском у фонтана.Еле заметно качают платаныКронами в такт. И весёлый, шальной…Раз-два-три, раз-два-три… пух закружил —Пух надоедливый, пух тополиный —Память мою…Я летела, раскинувРучки, как крылышки: «Я – балерина!»Мама смеялась. И папа был жив.Нормальная ненормальность
ты нормально делай, и нормально будетговорят с апломбом знающие людии со снисхожденьем по плечу рукоюмол, цени, стараюсь, вожгаюсь с тобоютрачу благородно времечко и силытолько я советов вовсе не просилатолько ваша правда для меня чужаятолько мне в ней тесно, я в ней задыхаюсьтолько как-то чахну от заботы мнимойвы уж лучше сами, вы уж лучше мимои не плюйтесь ядом в праведном угарелучше быть с приветом, чем нормальной тварью«Здравствуй, молодость моя с глазами серыми…»
Здравствуй, молодость моя с глазами серыми,с сединою на висках машина времени.Я смеялась, ты отчаянно-несмелым был,провожая к дому в сумерках сиреневых.Я игралась понарошку в обнималочки,ты бледнел, а голос хриплым становился вдруг.Говорил, что у меня глаза русалочьи,замирая от случайного касанья рук.Я была киношно-книжной и восторженной —белый конь, прекрасный принц и замок с башнями.Точно знала, что возможно невозможное,и что с принцем повстречаемся однажды мы.Мне понадобилась жизнь для понимания —я тогда наивной девочкой была ещё.Ты же мучился любовью и желанием,непривычным, непонятным и пугающим.И, мечтая о далёком неизведанном,за киношной мишурой не разглядела я —он всегда был рядом – искренний и преданныйбезлошадный юный принц с глазами серыми…«Летит дорога серой лентой в облака…»
Летит дорога серой лентой в облака,по окнам капли.Я поучаствую ещё навернякав дождя спектакле.Пусть проходной, второстепенный персонаж,на подтанцовке,но я впишусь в неброско-стильный антуражлегко и ловко.И не задумаюсь о тайнах мастерстваи сверхзадачах.Я просто слушаю, как шепчется листва,как дождик плачет.И буду вечеру шаманить- ворожить,просить подмоги:«Не разорви минут связующую нитьмоей дороги».«Негромко музыка звучала…»
Негромко музыка звучалаиздалека.Она привычно промолчала:«Ну, всё. Пока!»А он подумал: «Что за скукаи пустота…»И взяли за руки друг друга:«Не тот…»«Не та…»Тонула роза в стильном штофев реке зеркал.Грустил в фарфоре крепкий кофеи остывал.Они друг другу улыбались.Спускалась ночь.А мысли далеко витали.И не помочь.Вопрос безмолвный без ответа.Не диалог.«Я не смогла закончить это.А ты бы смог?»Ненужных встреч петля на шеедо хрипоты.И поцелуй.«Я не сумею.Прости».«И ты».Посторонним В
Я счастлива. И мне никто не нужен.Есть тишина и неостывший чай.Застыло время ртутью в лунных лужах.Кораблик снов взял курс на мой причал.Я счастлива, свободна, невесома.«Здесь и сейчас» – мой замок на скале.Зажжён камин по знаку мажордома…И ждут качалка и шотландский плед…Я счастлива. Кружат обрывки мыслей…Не друг. Не враг. Не мама. Не жена.Я. Просто Я. Без статусов и смыслов.Не знаю. Не умею. Не должна.Всё – на потом. Клубком свернулось счастьеНа пыльной гобеленовой траве.Гудит камин… мне рано возвращаться…Я счастлива.И «Посторонним В».«Мы вернёмся в однажды покинутый мир…»
Мы вернёмся в однажды покинутый мир,болтовнёй и ветрами затёртый до дыр.Как сказал бы поэт: «Мир подлунный».Будет модница-осень в шелках от кутюр.Ну, а может, январь – автор снежных скульптур.Или май – бесшабашный и юный.Этот мир был когда-то твоим и моимстарым пледом уютным – одним на двоих,тишиной между мной и тобою.Нашим тайным убежищем с крышей из звёзд.Ты, смеясь, говорил: «Не про нас, не всерьёз —пара дат, разделённых чертою».Время ливнями лиц смоет наши следы.Вечность спрячет тихонько в карман молодымМлечный Путь на удачу подковой.А когда мир спокойно забудет о нас,не останется даже казённости фраз —мы вернёмся.И встретимся снова.Бабай
сегодня ночью ко мне приходил Бабайну, тот – из детстваим мама ещё пугалаи, укрывая байковым одеялом«смотри, придёт, – мне шептала – глазоньки закрывай»и вот пришёл«привет, – говорит – ты как?там мама с папой волнуются почему-точто засыпаешь часто уже под утрои плачешь, кутаясь в предрассветный мрак»а я молчуи в горле колючий кома мне бы снова до боли прижаться к мамеи я давлюсь отчаяньем и слезамиа он вздохнул«давай, – говорит – споёмкак папа пелты помнишь ещё слова?»тонула ночь в предрассветье млечном«ещё придёшь?»«приду, – говорит – конечноты только, доча, глазоньки закрывай»Речка Талинка
Вниз по речке ТалинкеПароходик старенький,Серый дым колечкамиВьётся над трубой.День клонился к вечеру.В завтра бесконечноеЮные, влюблённые,Плыли мы с тобой.Солнца цветик аленькийОкунулся в Талинку.Отражала гладь рекиЗвёздный океан.В счастье захватили мыВсё необходимое:Стопку книг, два зонтика,Старый чемодан.Лунный лучик маленькийПроскользил по Талинке.Пароход баюкалаЛасково вода.Мы держались за руки.И по волшебству рекиПлыли в неизвестноеНаше навсегда.«В аквариуме сонных улиц…»
В аквариуме сонных улицтанцуем, не касаясь дна.В дождях осенних утонули слова.А звёзды и Лунаплывут в прохладе тёмно-синей,как межпланетные киты,на плавниках сверкает инейхолодной вечной пустоты.И тишина.Беззвучной рыбкой скользнёт случайное авто.А танец чувственный и зыбкий,замысловатый и простой,кружит под толщей снов осеннихсухой листвой ненужных фраз.Свобода, забытьё, спасенье.Лишь ты и я.Здесь и сейчас.Неважно, что случится с намипотом… когда-то…И пускай научимся дышать дождями,тоской осенней.А пока мы в пустяках не утонули,и полночь на двоих одна —в аквариуме сонных улицтанцуем, не касаясь дна…Старый фотоальбомбыли голыми, босымипо воде, аки посухуа причины и вовсе нетбыть несчастным и смертныма теперь аккуратно мыутепляемся ватнымимолью битыми правдамии любовью в конвертахто ли я, то ли кто другойс фотографий махнёт рукойскажет: что ж ты, такой-сякой!и уйдёт, не прощаясья захлопну альбом, как дверьиз живого вчера в теперьи в кривых зеркалах потерьвдруг себя не узнаю«И плывут куда-то по лужам кораблики-листья…»
И плывут куда-то по лужам кораблики-листьяИ уютно спится вдвоём под одним одеяломИ к чему пустые слова для читающих мыслиИ прошло всего-то сто лет между «было» и «стало»Как всегда, чуть-чуть подгорело печенье с корицейДомовой шуршит по-хозяйски за кухонной дверьюМы уснём, обнявшись, и сможем друг другу приснитьсяМы так долго вместе, что в вечность успели поверитьИ немного страшно, что времени мало осталосьИ немного странно поверить в бессмысленность истинИ уютно спится вдвоём под одним одеяломИ плывут куда-то по лужам кораблики-листья«за стеной хохочет ребёнок…»
за стеной хохочет ребёнокхрустальными шарикамирассыпается детское счастьенастоящее, бескорыстное, щедрое:возьмите же, мне не жалко! у меня его много!и раздражённо морщится одиночество,привыкшее засыпать рядом со мной:и что ему не спится в такой поздний час…и возмущённо поддакивает тоска,свернувшаяся кольцом у кровати:куда только смотрят родители!ночь на дворе!это невозможно! какой неприятный шум!ни минуты здесь не останусь!и они уходят…а я сжимаю в ладони неизвестно откуда взявшийсятёплый хрустальный шарик…и засыпаю под колыбельную детского смеха…и точно знаю – теперь всё будет хорошо…«а кран опять течёт…»
а кран опять течёти мерзкое кап-капуже дыру пробило в черепной коробкемолочный лунный свет игриво и чуть робколучом касается собачьих белых лапмой пёс спокойно спитмой пёс бежит во снепо лесу, по степи, по пляжному раздольюа я же в потолок – что воля, что неволя —всё пялюсь, как баранкружится мыслей снегскорей бы отпуск…кап!в деревню, в глушь…бамс!бамс!отбойным молотком по оголённым нервамда, не шешнадцать мнеконечно, не был первымно без него плеватьна здесь и на сейчасну как я без тебя?не знаю, не могуне слушается кран, и пробки выбиваетне дышится почти, и крыша протекаетни другу дела нетни лютому врагуне бог, не эталонты не был лучше всехты мне вернул меня с улыбкой и задароми безмятежно спит пушистый твой подарока я опять ревулицом зарывшись в мехОдуванчики
одуванчики, одуванчикинастроения поднимальчикитёплый смех весны приносильчикиодуванчики-желтокрыльчикиодуванчики-ясны солнышкия вдохну веснувсю, до донышкаи пройдусь по маю лебёдушкойодуванчики – феи Золушкиодуванчики, одуванчикирвут вас девочкимнут вас мальчикии целуют золотом пальчикисолнца лучики – одуванчики«А ты сегодня почему-то пришёл во сне…»
А ты сегодня почему-то пришёл во сне.Светило солнце. Пели птицы. И падал снег.Я точно знала, что такого не может быть.И продолжала почему-то тебя любить.Хоть были призрачно-туманны твои черты,Я точно знала почему-то, что это ты.Мы плыли в танце… лунной румбы текла река…Мне было страшно почему-то в твоих руках…И было жарко от холодных беззвучных слов…И взгляд… а твой ли?… больно сердце моё колол…Волчица-полночь терзала душу и жгла луной…А мне хотелось не просыпаться и быть с тобой…Почему-то…Муха
Летала муха, жужжала муха, в стекло кидалась.На волю мухе найти дорогу не удавалось.С тупым упрямством ломала крылья.А в мягком креслеСидела я. Была мне муха неинтересна.А день пломбиром на солнцепёке тихонько таял.Гудела муха. Кружились мысли лениво стайкой:Все люди – мошки… банальность эту читала где-то…Жужжим и бьёмся, пока не хлопнет судьба газеткой…А наши жизни на паутинках… таких непрочных…И незаметно слова сплетались, слагались строчки.Сверкали рифмы. Был слог отточен, как зуб акулы.Шедевр родился! Он был прекрасен…Но я заснула…Тавтограмма
То туман, то тучи, то тоска.Тишину так тяжело таскать…Тут толчками тихает «тик-так»,там трубит тревожно «тра-та-та».Точка. Точка. Твёрдое тире.То терять. То тряпками тереть.Тайна тона трогает тамтам…Тонут-тянут тени.Темнота…«Он распахнул ей в душу дверь…»
Он распахнул ей в душу дверь:– Входи и будь, как дома.Она впорхнула, оглядевпейзажик незнакомый.Брезгливо пальчиком по снам:– Узорчик старомоден.И слишком пёстро тут и там.Мне это не подходит.И простучали каблучки,слегка поранив душу…Цветные бабочки-жучкилетали непослушно,дремала память в уголке,мечты играли в прятки.Он шёл по жизни налегке,и было всё в порядке.Дорога
И будет бездонным сон,и станет бездомной грусть.Пугают со всех сторон,но я уже не вернусь.Уйду налегке легко(от ноши меня избавь!)по времени вверх бегом,по лунной дорожке вплавь.Попутчики – лишний груз,прощание – звук пустой.Ни памяти, ни обузс крестами и без крестов.Ни планов, ни «да», ни «нет».Нет «завтра» и нет «вчера».Наброшу плащом рассвет,шальным подпою ветрам…Отравой признаний мёд,навылет тоски свинец…Поддержит, простит, поймётдорога в один конец.«С какой луны ты свалился, милый?..»
С какой луны ты свалился, милый?Таких давно не рождают звёзды…Таких давно не приносят ветры…Таких давно не приводят ливни….Лучами солнца, теплом по коже…Волшебной сказкой в полночном мраке…Улыбкой детства, мечтой о чуде…С какой луны ты свалился, милый?«всё давно решено…»
всё давно решеновсё записано в книге судьбытак чего суетиться?дай мне руку! летим!пусть реальность исчезнет, как дыммы – свободные птицы!протяни же ладоньстань мне парусом алым вдалистань мне ветром попутнымпусть прохладным дождёмпо ресницам стекают легков бесконечность минутыслово «вечность» из звёздсоберём в небесах предрассветныхи растает вопросв вальсе чёрных и белых полоси задача сойдётся с ответом«Бездна смотрит на меня с удивлением…»
Бездна смотрит на меня с удивлением:«Вот кого уж не ждала. Тем не менее,чем я вам могу помочь, леди грустная?Неужели на Земле стало пусто вам?»Бездна смотрит на меня укоризненно:«Ну, допустим, всё не так в этой жизни. Ноесть любовь и есть мечты, сны со сказками.Или добрые друзья сняли маски вдруг?»Бездна смотрит на меня понимающе:«Да, с реальностью дружить – штука та ещё.Если душу рвёт в куски болью, ужасом,где укрыться от тоски и ненужности…Нет, не бойся, не смотри так воинственно.Я теперь – твой лучший друг. Друг единственный.Ну, иди же! Обниму неизбежностью».Бездна смотри на меня с тихой нежностью.Незнакомка
Косу на спину перебросилаИ с улыбкою да по осени.Не красавица, не уродина,Неприметная с виду, вроде бы.Только взглядов шлейф следом тянется,У мужчин спина распрямляется.Повседневности разорвётся круг,И геройствовать их потянет вдруг.Бесшабашничать и бесстрашничать,На руках носить жён своих и чад,Как драже, дарить звёзды россыпью…А она идёт мягкой поступью…И сентябрь к ногам таксой ластится,И ладошки клён красит в красный цвет.Будем жечь костры из листвы и фраз —До зимы ещё время есть у нас…