Венера. Дьявол тоже исполняет желания

Я уже стала привыкать к похмельному утру. Белая таблетка и стакан цитрусового сока к моему окончательному пробуждению стирали следы шампанского, выпитого ночью. Утренний душ, и снова мое отражение в зеркале: темные мокрые волосы и взгляд прямо в центр души. Я видела девушку, чьи темные глаза были наполнены жизнью. Жизнью, которая заботила только ее. Простите меня, ибо я согрешила. Я поддалась искушению и совсем не жалела. Но первый раз в жизни я совершенно точно чувствовала, что нахожусь на своем месте. Неужели нужно было пустить немного греха в свою душу, чтобы почувствовать себя лучше? Может быть, людям просто интереснее жить, когда дверь в ад немного приоткрыта?

Я была в восторге от вида, что открывался моему взору при выходе на террасу. Это было одно из самых высоких зданий города, благодаря чему он умещался у меня на ладони. Сегодня начинались выходные, и пока все мирно отсыпались после рабочей недели, на улицах было тихо. В воздухе пахло выпечкой, которая прекрасно подходила для завтрака. Венера уже уплетала лакомство, и я с удовольствием к ней присоединилась.

– Чаю? – вечно улыбающаяся и счастливая, она любезно наполнила мою чашку.

– Ромашковый? Знаешь, я уже начала любить этот вкус.

Он и вправду будто бы внушал уверенность, что все хорошо. Порой я смотрела на Венеру и наслаждалась ею, мне хотелось познать ее, понять ее мысли. Вкус этого чая словно давал мне почувствовать ее энергию. И я потихоньку ступала на ее поверхность.

– Ты должна попробовать вот это. Это просто что-то неземное! – Она подала мне кусок пирога.

– Яблоко и корица, классика, – подметила я.

– Чертовски вкусная классика! Я съем еще один.

Мне нравилась эта легкость. Как здорово, что после ночи слез и переживаний мы могли просто пить чай и просто есть пирог. Без всей чепухи по типу: «Как ты? Может, обсудим?»

– Как скоро ты будешь готова, чтобы выйти? —поинтересовалась Венера, а я вопросительно взглянула на нее. – Разве ты собираешься пойти в этом?

Вряд ли мой прикид подходил для предстоящего мероприятия, поэтому к полудню мы уже были заняты выбором достойного одеяния. Мне приглянулось платье пыльно-голубого оттенка, свободное в талии и с открытыми плечами – то, что нужно, чтобы скрыть мой несовершенный животик. И, как сказала Венера, достаточно сексуальное, чтобы обратить внимание на мои ключицы. Сама же она предпочла темное красное платье, сидящее строго по фигуре, что, несомненно, делало ее в сотню раз привлекательней.

Вечером, когда настало время сборов, Венера помогала мне с платьем.

– Мы спрячем это. – Она загнула этикетку и подколола ее булавкой. – Не смотри на меня так, Софи, ты же не подумала, что мы оставим их?

– На самом деле, я даже не задумывалась об этом, – растерявшись, пробормотала я.

– Нам нужны эти деньги, ты же понимаешь?

– Да, конечно, но я раньше никогда не… – «Я не решусь на это, это не в моих правилах» –  подумала бы старая я, но новая сказала: – Хотя нет, давай сделаем это.

– Вот и здорово. Тебе оно очень идет, – она улыбнулась.

Я оказалась среди людей, имеющих ценник, среди молодых жен и огромных тайн, скрывающихся за льстивой улыбкой. Меня не отталкивала атмосфера, наоборот, это был ценный опыт, который вдобавок сопровождался несколькими бокалами дорогого шампанского. Камилла оказалась приятной девушкой с рыжими волосами. Она любезно встречала гостей и обменивалась с ними парой фраз, пока в очереди не появлялся следующий гость.

– Рада вас видеть. Как ваши дела? Спасибо, что пришли, – она улыбалась и как бы невзначай дарила жест, который настраивал на приятный лад. Обычное касание рукой плеча, а человек уже чувствовал себя легче. Так произошло и со мной. Эта отточенная система продолжалась до тех пор, пока в дверях лифта не показался последний гость. Меня это забавляло, но раз этого требовали манеры, я не возражала.

Пока шла эта нудная церемония приветствия, у меня было время хорошенько осмотреться. При выходе из лифта ты сразу же оказывался в двухэтажной квартире с высокими потолками и огромными окнами. У стены стояла барная стойка, над которой красовалась гигантская картина Джереми Манна. Я знала это. Эрик восхищался его творчеством. Как по мне, произведение совсем не выдающееся. Как и данное мероприятие. Все собрались здесь просто в честь выходных, покрасоваться своими новинками и обсудить последние сплетни. Дальше моему взору попалась фотография Камиллы с мужем и сыном, снятая на строгом сером фоне. «Как скучно!» – подумала я. В комнате все было аккуратно расставлено, была чистота, я бы даже сказала – стерильность. Лишь официанты, разносящие напитки, вносили хаос в это пространство. В центре зала пела девушка, которой подыгрывал молодой парень в шляпе. Я пригубила шампанское и приблизилась, чтобы послушать.

Пока девушка изливала свое сопрано, меня переполняло чувство восторга. У нее был удивительный голос, который проникал прямо в сердце. Он заставлял двигаться и уносил тебя мелодией, закручивая в танце. Многих покорило ее пение, поэтому мой танец не был одиноким. Я не была одинока, делая ритмичный шаг, и не была одинока, кружа в этом ансамбле. Вокруг меня были люди, зал был полон людей, которые разделяли мое состояние. И я была счастлива. Девушка начала краснеть, и в ее пении появилась стеснительность, она поперхнулась. Видимо, это являлось редкостью в обществе, когда она чувствовала благодарность за свой талант. Девушка растерялась, и музыка стихла.

– Ну же, великолепно! Продолжай! – заразив своими аплодисментами зал, Венера вернула ей уверенность, и музыка вновь зазвучала.

Все вновь стало прекрасно, и вечер обещал быть шикарным. Я чувствовала гордость за себя, что задала тон этому мероприятию. Я увидела легкость в людях, которые поначалу казались себе тяжелыми и неповоротливыми, словно весили тонну. Я почувствовала эту легкость вместе с ними, позволив себе нотку уверенности. Когда сил уже не осталось, а жажда манила обратиться к бокалу, я так и сделала. Облокотившись на барную стойку, я наблюдала за происходящим. Какая-то часть толпилась кучками, кто-то разбрелся по парам, заняв самые укромные уголки помещения. Некоторые неодобрительно кривили свое лицо, вероятно, осуждая поведение танцующих. Но Венера не отступала, она была больна, и к середине вечера зараженной оказалась большая часть зала. Вскоре все хорошенько набрались, границы были разрушены. И это культурное общество больше не казалось таким культурным. Тогда же мне довелось разговориться с Камиллой.

– Каждый раз я восхищаюсь ее стойкостью. – Не отрывая глаз, она любовалась Венерой. – Столько времени прошло, а она все такая же.

– Да, она невероятная. Меня это вдохновляет, – я поддержала разговор.

– Мы не виделись три года, и все это время я пыталась не вспоминать прошлое. Но это глупо, так ведь? Отрицать часть себя. – Ее грустный голос приободрился, и Камилла добавила: – София, ты еще не знакома с моим мужем? – он оказался напротив нас.

– Александр. – Высокий седоволосый мужчина лет сорока поприветствовал меня поцелуем руки.

Еще какое-то время меня занимала беседа о художнике, что написал ту огромную картину над барной стойкой. Я была смущена вопросом о родителях и своем достатке. А потом и вовсе согласилась еще один раз осмотреть квартиру. Но, как и следовало ожидать, интерес к моей персоне потух, и я, наконец, была предоставлена самой себе.

Люди по-прежнему отдыхали, и в центре зала все также продолжалось веселье. Расслабившись, я канула в этот поток чистой энергии, которой не давала погаснуть Венера. Она, как батарейка, продолжала отдавать свой заряд, пока не рухнула с ног, и все мы не пали вслед за ней. Вечер подходил к концу, и гостей постепенно становилось меньше. Опять та же система, только в обратную сторону:

– Спасибо за прекрасный вечер, до свидания! – восклицала пьяная и уставшая Камилла.

Алкоголь давал о себе знать, и посещение туалета стало неотложным делом. Попросив Венеру дождаться меня и не укатить с красавцем, с которым она танцевала последние минуты вечера, я поторопилась отлучиться.

– У Александра ужасный вкус. Как он вообще мог повестись на эту Камиллу? – со скрежетом в голосе произнесла одна из девиц, – тем более, с таким прошлым.

– Наверное, удобно, когда жена – шлюха. И любовницы не нужно. Хорошая экономия.

Я спряталась за дверью в коридоре.

– А я все думаю, откуда у него столько денег. Накопил, наверное, – они звонко рассмеялись и прошли мимо.

Меня сбило с толку. Стоило ли верить услышанному? Камилла – шлюха? Знала ли об этом Венера? Могла ли я рассказать это кому-то? Или я просто услышала разговор двух завистливых девиц? Мне пришлось вернуться.

– Ты выпила целый океан? Почему так долго? – Венера рассмеялась. – На тебе лица нет, тебе плохо?

– Возможно, я много выпила, но все в порядке, – я улыбнулась и любезно попрощалась с этой семьей.

Июнь. Около трех утра. Хотелось пройтись и вдоволь надышаться уже остывшим воздухом, который не высушен кондиционером. Венера плелась рядом, циклично пошатываясь из стороны в сторону. Мне необходимо было решить, что делать с полученной информацией. Камилла казалась такой милой, что я и подумать не могла об услышанном. Неужели это то прошлое, о котором ей не хотелось вспоминать? Мне не стоило строить догадок, но мой интерес не унимался. Прошлой ночью Венера упоминала что-то о больших проблемах, с которыми столкнулась Камилла, будучи еще совсем молоденькой, но все разрешилось в связи с ее замужеством. Я думала об этом всю дорогу до отеля, но так и не пришла к какому-то выводу. Во всяком случае, Венера могла знать ответ. Возможно, та история с телефоном приостановила ее рассказ, или она просто сочла это лишним.

Той же ночью, когда мы уже были готовы уснуть, приятно нежась в прохладной постели, я не сдержалась:

– Боюсь, что не прощу себя, если не спрошу, – уже сонным голосом прошептала я. – На вечеринке я услышала разговор двух девушек и теперь не могу забыть его. – Венера, лежащая напротив, нахмурила бровь. – Неужели я совсем безнадежна? Камилла была такой любезной и милой, но я совсем не разбираюсь в людях.

– Ты всего лишь услышала разговор двух девушек и уже сочла себя безнадежной? Разве после того, что ты услышала, Камилла перестала быть милой?

– Нет.

Она знала – я видела это в ее глазах.

– Ты не хочешь знать правду, ибо, когда ты ее узнаешь, интрига кончится, и все окажется совершенно неинтересным. – Она закрыла глаза и утонула в белом пуховом одеяле. Порой меня раздражают ее чересчур завуалированные ответы, саркастический смысл которых известен только ей. А мне остается лишь гадать, было ли это всерьез.

Утро наступило незаметно, запустив механизм по очистке рассудка. Стакан сока и белая таблетка. Ну вот, стало немного лучше. Венера еще спала, что позволило мне первой проскочить в душ. Встав под холодную воду, я смогла наконец сосредоточиться. У каждого свои тараканы, и стоит принимать людей такими, какие они сейчас, ведь и в моей голове не все было кристально чистым. Я решила смириться с тем, что узнала, и просто наслаждаться жизнью.

Вода громко барабанила по плитке, но не настолько, чтобы не услышать надвигающиеся на нас планы. Это был телефон, который никак не унимался. Пришлось выскочить из душа, оставив за собой мокрый след.

– Доброе утро, – в трубке раздался милый голос Камиллы. – Вчера вы обмолвились, что уезжаете. Может, пообедаем перед отъездом?

– Оу, да, конечно, с удовольствием, – я подумала, что это отличная идея, чтобы начать все сначала.

– Хорошо, давайте в два. – Я записала адрес ресторана, и наш разговор был окончен.

– О, черт! – время подходило к двенадцати.

– Можно тише? Голова раскалывается. – Прохрипела Венера. – Соня, что ты делаешь? – думаю, что после увиденного ее головная отошла на второй план.

– Я просто… черт! Я была в душе. А телефон звонил и звонил. Ты не просыпалась, вот я и выбежала ответить. – Голая, мокрая и смущенная я убежала в ванную. Хлопнув дверью, я расстелилась на холодной плитке, предательски поскользнувшись на мокром полу. – Ауч!

– Все в порядке? – Венера громко рассмеялась. – Кто хоть звонил?

– Это была Камилла, мы приглашены на обед в два. И кстати, время почти двенадцать. На твоем месте, я бы уже отправилась в душ. – Я вышла из ванной, но уже при халате.

– Что? Ты с ума сошла! Нужно было разбудить меня! – она подскочила.

– Что ты так взъелась? Я думала, ты будешь только за. – Я оказалась в небольшом недоумении.

– Ладно, – она смягчилась, – я быстро в душ, а ты пока отгладь платья, мы срочно должны их вернуть.

– Сейчас? Разве мы не можем вернуть их после обеда?

– Ты действительно собираешься идти на обед в вечернем платье? – сквозь шум воды выкрикивала Венера. – Просто сделай это!

Объяснение было весьма разумным, и я воткнула утюг в розетку. Через час мое голубое платье уже висело на магазинных плечиках. А мы были заняты выбором дневного одеяния, естественно, в другом магазине, чтобы не вызывать подозрения. Ведь мы собирались проделать этот трюк снова.

– И часто ты прибегаешь к этому?

– Только в крайних случаях. Зачем таскать за собой кучу нарядов, когда можно просто взять их в магазине? – она улыбнулась.

– Мне не по себе от этого. Ведь это обман.

– Скажи, будет ли тебе по себе, когда ты войдешь в ресторан в джинсах и футболке? Уж лучше я обману продавца, чем буду обманывать себя, что внешний вид не имеет значения, – и после уверенно добавила: – какой бы дух тебя ни наполнял, встречают всегда по одежке.

– Даже такой как ты необходимо одобрение? Я не верю.