Дерзкая для короля
- -
- 100%
- +
Несколько человек здороваются, в голосе нет ноток ненависти и превосходства. При том что должны быть, больше, чем вчера. Абрамова ведь обещала растрезвонить о моей работе всем, кому не лень.
Но нет. Ни слова об этом ни от кого, даже от самой королевы школы.
Она просто прошла мимо, когда мы столкнулись у раздевалки, никак не выдав своей неприязни.
Королев сказал, что поговорит со всеми. Неужели он сделал? Из-за него все так себя ведут? Но когда успел?
Тут же вспоминаю про электронные средства связи и все встает на места. Сейчас не обязательно встречаться лично для того, чтобы что-то обсудить, а я туплю.
Ловлю себя на том, что все время кошусь на дверь. Ожидаю его прихода? Да, возможно. Мне хочется убедиться, что вчерашнее помешательство прошло, что я ничего не чувствую к парню. Вот сейчас войдет, я посмотрю на него и не испытаю ничего, кроме обычной неприязни. Никаких мурашек в животе, никакой дрожи в коленях.
Он появляется в классе за несколько секунд до звонка. Весел и доволен жизнью. Проходит мимо пружинистой легкой походкой, мазнув по мне лишь мимолетным взглядом, усаживается на свое место.
Класс оживляется, вокруг парня тут же собирается его обожаемая свита. Абрамовой только не хватает, потому что она учится в другом классе. Но и здешние девчонки не уступают главной королеве в наглости.
Подсаживаются рядом, одна даже закидывает руку с тщательно наложенным маникюром на плечо.
– Варя, можно я сяду с тобой?
– Что?
С трудом отлепляюсь от созерцания того, как цепкая рука заползает в волосы Королева, а девчонка что-то шепчет ему на ухо.
– Можно мне тут сесть?
Парень из нашего класса. Ммм, Медведев, кажется, а вот зовут не помню.
Занятая только тем, чтобы выстоять, плохо запомнила имена одноклассников, особенно тех, которые ничем не выделяются.
Так и этот парень.
Фамилии своей не соответствует. Ростом, наверное, чуть выше меня, не толстый, скорее худощавый, чуть сутулый. С тонкими чертами лица и в очках. Чем-то напоминает того скромного соседа, что засматривался, но боялся подойти. Как раз недавно вспоминала.
Одноклассник в нерешительности ждет ответа.
– Да, садись, – отвечаю.
Сам факт, что меня в этом классе о чем-то спрашивают, а не просто ставят перед фактом, уже много значит.
Сдвигаю свои вещи поближе к краю парты, освобождая парню больше места.
Он садится, и я отмечаю, что от него пахнет мятной жвачкой. Что ж, по крайней мере не противно.
Вновь перевожу взгляд на Королева и вздрагиваю. Он сидит, чуть развернувшись, и смотрит прямо на меня, на нашу парту.
Холодок тут же пробегается по позвоночнику, заползает в вены. Потому что его взгляд сейчас очень напоминает вчерашний. Так смотрел перед тем, как поцеловал. Или мне только кажется?
Не успеваю додумать мысль. В класс входит Альбина Львовна, учитель физики, а также наш классный руководитель, и нам всем приходится перевести внимание на ее тучную фигуру, затянутую в платье-карандаш.
– Класс, внимание! – произносит женщина и несколько раз ударяет указкой по столу, дополнительно призывая всех к вниманию.
– У меня для вас два объявления. Первое – в эту субботу у нас субботник. Убираем территорию, готовим ее к лету.
– Альбина Львовнаааа, – тянут парни из окружения Королева, а особенно Мухин, – че за бред???
– Выбирай выражение, Мухин! Данное мероприятие освещалось на собрании и его поддержали все родители без исключения! Несмотря на то, что у нас, так скажем, не совсем обычная школа, а элитная, не побоюсь этого слова, все же и мы обязаны приобщать детей, то есть вас к труду.
– Ну, ё, планы же были, – снова недовольные возгласы.
Альбина Львовна снова ударяет указкой по столу.
– Не обсуждается, всем быть. Внимание! И вторая новость. Думаю, она вам больше придется по душе. Нам предстоит выпускной, как все вы знаете, и его мы еще будем обсуждать отдельно. Но помимо этого нам предстоит сфотографироваться на классный альбом. Пожалуйста выберете за сегодня вариант и сообщите мне.
Тут она подходит к шкафу, достает два альбома и пускает по рядам.
– Итак, выберете, какой вам больше нравится, и тут же сообщите. Фотограф будет в школе в самое ближайшее время. Класс будет снят с нескольких уроков специально для того, чтобы провести фотосессию.
Все тут же зашумели.
– Давайте, вот этот, он круче, – восклицает тонким голосом та девчонка, что на перемене жалась к Королеву и я вспоминаю ее фамилию, Синицина.
– Да, – поддерживает парень, сидящий за ней, – здесь места для групповых больше, поприкалываемся.
– Я пускаю по рядам бланк. Голосуйте, кто за какой альбом только молча. А сейчас начинаем урок! – прерывает нарастающий гомон голосов Альбина.
С физикой у меня большие проблемы и я стараюсь слушать внимательно. Это единственный предмет, за который волнуюсь. Да еще Альбина Львовна сообщает, что на следующей неделе пробник. Боюсь провалить. Не хочется, чтобы в аттестате красовалась двойка или тройка по предмету. Я даже не уверена, выдадут ли аттестат с двойкой.
– Савельева, к доске, – разрывает помещение новый приказ Альбины.
Вздрагиваю. Но делать нечего.
Поднимаюсь, вылезаю из-за парты и иду, готовая по привычке к смешкам и перешептываниям. Но ничего такого, все перешептываются, но исключительно по поводу альбомов.
– Решаем задачу, надеюсь, ты подготовилась к сегодняшнему уроку?
Киваю.
– Отлично, тогда бери мел и решай.
Школа оснащена по последнему слову техники. Казалось, вызовы к доске, рисование на ней мелом должны отойти на второй план. Даже в нашей старой школе новые порядки постепенно вытеснили старые. Но собрание учителей и родителей постановило, пусть дети выходят к доске. Это укрепит их навыки выступления перед публикой.
У меня таких навыков точно нет, не в этой школе. Особенно если знаю, что плаваю в предмете. Я честно пыталась готовиться, но до задач так и не дошла, уснула.
Вывожу условие, под бдительным взглядом классной, и замираю.
– Ну, дальше, дальше, Савельева, – торопит она, – у тебя совсем нет оценок.
Понимаю, что придется сдаваться.
– Извините, Альбина Львовна, я…
– Не учила? – перебивает она и впивается взглядом.
У нее маленькие глазки-щелочки, но смотрит так, что хочется провалиться сквозь землю.
– Как ты можешь, Савельева, так наплевательски относиться к учебе? Итак, перевелась к нам в самом конце, еще и хочешь подорвать престиж класса?
Отчитывает при всех, будто мне пять лет. А тишина такая, что воздух звенит. Оставили обсуждение альбома и слушают. Многим нравится, когда при них кого-то ругают, потому что тогда они начинают казаться сами себе более умными, удачливыми.
– У тебя весь вечер был, чтобы подготовиться, Савельева. Тем более теперь, когда все можно найти в интернете! А ты чем занималась? С мальчиками гуляла?
Несколько человек прыскают, с моей груди поднимается гнев.
Какое право она имеет вот так говорить, унижать, да еще при всем классе? Я ведь отлично знаю, что далеко не все удосужились сделать домашнее задание, несмотря на всю доступность информации в интернете.
Открываю рот. Слова протеста готовы сорваться с губ, несмотря на то, что это может повлечь большие проблемы, вплоть до вызова в школу опекуна, но вдруг тишину класса взрывает знакомый уверенный и чуть насмешливый голос.
– Альбина Львовна, а можно я решу задачу?
Альбина перестает просверливать дыру и поворачивается к говорящему. На ее губах расплывается улыбка, вполне искренняя. Королев ее любимчик и слабость.
– Конечно, Ярослав, пожалуйста.
Королев легко поднимается с места и идет к доске. Встает рядом со мной. Чувствую легкий аромат его парфюма. Мозг мгновенно выдает картины, связанные с этим запахом. Сильные руки на талии, настойчивые губы на моих губах. Боже, когда я уже перестану об этом думать.
– Ярослав, объясни, пожалуйста, всем нам, – голос Альбины доносится теперь как сквозь вату, – а особенно Савельевой, решение. Раз она сама была не в состоянии палец о палец ударить.
– Сейчас.
Дотрагивается до моей руки. Я вздрагиваю, но он всего лишь берет у меня мел.
– Итак, – произносит бодрым голосом, – первое, что нам нужно сделать…
Он объясняет, а я откидываю воспоминания и внимательно слушаю. Так вот как надо было!
Мне нравится его слушать, больше, чем объяснения по интернету. Там я тоже пыталась смотреть. Но как правило в бесплатном доступе есть только разъяснения самых простых типовых задач. За все остальное, за хорошие семинары, нужно вносить, пусть и небольшую, но плату. А я не сделала, не стала тратить ценный ресурс на это, ведь я не собираюсь поступать туда, где нужна физика.
– Понятно? – обращается ко мне Королев после очередного пояснения к задаче.
– Да, – киваю.
Он и правда хорошо объясняет.
– Отлично.
Не проходит и пяти минут, как задача оказывается решенной.
– Что ж, Королев как всегда отлично, Савельева два, – припечатывает Альбина, – можете садиться на места.
– Альбина Львовна, – вдруг говорит Королев, – а может не будем так строго с Савельевой? Портить успеваемость класса в конце года, оно нам надо? Я могу с ней позаниматься после уроков, и она все сдаст, хотя бы на три.
– Хмм, что ж, если ты согласен. Но мне нужно выставить оценки сегодня до четырех.
– На седьмом позанимаемся, вместо труда и она все сдаст.
– Ладно, уговорил. На седьмом приходите сюда, предупрежу учителей. Слышала, Савельева?
– Киваю.
Возвращаюсь на свое место, плюхаюсь на стул, полностью лишенная сил. Как выжатый лимон. Целый урок с ним наедине? Да я с ума сойду.
Глава 10
Ярослав
Несмотря на принятое решение, первое что делаю, как только подъезжаю к школе, это ищу глазами Савельеву.
Меня бесит эта ситуация, но ничего не могу поделать.
Как только захожу в класс, сразу понимаю – она здесь. Каким-то шестым чувством, даже не глядя в ее сторону. Впрочем, все же не удерживаюсь, кидаю мимолетный взгляд.
Бледная, круги под глазами. Смотрит, словно загнанный зверек. Помнит ли еще о поцелуе? Я так полночи не спал из-за этого.
Синицина липнет, этой-то что надо? Сидя рядом с ней можно задохнуться, похоже, что вылила на себя полфлакона.
Уворачиваюсь от приторного запаха и замираю. Медведев подсаживается к Савельевой. Нагло и беззастенчиво. Даже не Муха или Макс. Хлюпик Медведев!
Такого приказа не было. Сказал, чтобы перестали цепляться, но не набиваться в друзья.
Захотелось вскочить и схватить делового за шкирку, оттащить от парты и закинуть в противоположенный угол.
Рядом – с-ней-не-должно-быть-ни-одного-парня.
– Ярик, у меня сегодня вечеринка, придешь?
– Лер, обязательно было так душиться? У меня сейчас голова треснет, – не выдерживаю.
– Это из новой коллекции, Яр. Но если тебе не нравится, я сменю.
Ее рука проворно зарывается в волосы. Не торкает.
– Да мне плевать, главное подальше держись, когда душишься, – говорю и она тут же убирает руки.
Жаль ненадолго. Снова тянется. Хорошо, Альбина приходит и Синицина вынуждена убраться на свое место.
Альбина достает нравоучениями, как с цепи сорвалась сегодня. Я-то знаю к ней подход, но вот Савельева! Наблюдаю, как ее лицо постепенно, по мере увеличения обвинений, заливается краской. Только это не стыд. Я уже видел, как могут загораться ее глаза. Она спорить собирается, отстаивать себя.
Только Альбина этого не любит, совсем заклюет тогда девчонку. Не успеваю как следует подумать, а уже встреваю, чтобы разрядить обстановку.
А когда беру из ее дрожащих пальцев мел, еле сдерживаюсь. Мощнейший удар тока. От одного только мимолетного касания.
Абрамова или Синицина могут жаться, пытаться лапать и мне плевать. Даже поцелуи их кажутся безвкусными. А тут, от одного только касания словно взрыв.
Я как дурак, ни о чем не могу думать. Жду седьмой урок и подгоняю время. Все мои обещания, данные самому себе, не работают.
Ничего не могу делать, ни о чем думать, кроме этого чертова урока с ней наедине.
Впрочем, одно дело все-таки делаю.
Подкарауливаю Медведева при выходе и столовой, хватаю за шкирку и тащу под лестницу.
– Ярик, ты чего! – возмущается тот, но не сопротивляется. Трусоват.
Тащу дальше, пока мы не оказываемся в темном углу.
– Ярик?
– От Савельевой тебе чего надо? – решаю не ходить вокруг да около.
– От Вари?
– От Вари, от Вари.
Врезать, врезать ему и дело с концом. Она уже и Варя для него.
– Ннн ничего не надо.
– Нафига тогда к ней липнешь?
– Ты же сам сказал, что можно. Ну, общаться нормально и все такое.
– Можно не злословить, не подкалывать и не распускать сплетни. Все на этом. Сидеть рядом нельзя!
– Но почему?
Медведев нервно поправляет очки.
– Потому что я сказал.
Хватаю его снова и приближаю испуганное лицо к своему. Он болтается в моем захвате, словно мешок. Такому даже по роже нормально не дашь.
– Больше ты с ней не разговариваешь, держишься на расстоянии. Уяснил?
– Дддда.
– Отлично.
Ставлю на место, поправляю сбившийся пиджак, хлопаю по плечу.
– Молодец.
Потом выныриваю в коридор и иду в класс. Что ж, с этой проблемой разобрались. А если не послушает, набью морду.
Все оставшиеся уроки Савельева сидит одна, Медведев пересел. Не смотрит в мою сторону, склоняется над тетрадями. Не смотрит от слова совсем, реально, а не делает вид, что не замечает. Это нервирует. О чем она думает?
Когда звенит звонок с шестого, она срывается с места. Просто таки вылетает из класса. Придет на занятие или придумает причину для отказа?
Варя
Мысль, что совсем скоро мы будем сидеть рядом, а он объяснять, выбивает из колеи. Не знаю, как я выдержу.
Как только заканчивается шестой урок, вылетаю из класса и бегу в туалет. Мне нужно остудиться, немного прийти в себя. Приложить ко лбу что-то холодное и ледяная вода вполне подойдет.
Но не успеваю закрыть за собой дверь, как в туалет следом за мной просачивается Абрамова и две ее верные подруги.
– Савельева, – цедит она.
Я замираю.
– Не думай, что раз Ярослав тебя защищает, ты что-то стала значить для нас всех.
Выходит, я оказалась права. Благодаря ему отношение всех одноклассников ко мне переменилось.
– Абрамова, мне некогда с тобой разговаривать.
Ее губы дергает нервная полуулыбка.
– Я знаю, что произошло на физике. К нему побежишь?
– Не твое дело.
– Значит, к нему.
Она делает шаг вперед, ее молчаливые послушные подруги окружают с двух сторон, отрезая путь к бегству.
– Только попробуй, Савельева. Только попробуй прийти туда сейчас! Потом пожалеешь. Скажи, что не смогла и мотай домой.
– Не тебе мне указывать, Абрамова.
– Ты еще не знаешь, на что способны я и моя семья!
– Дай пройти.
– Я не забыла, как грубо ты разговаривала со мной в кинотеатре. Но решила простить тебя, убогую. А с Королевым ты перегибаешь палку. Он мой. Если перейдешь дорогу в этом, я ни перед чем не остановлюсь. Уясни это. Ни-перед-чем!
Мне вдруг становится страшно, но только на секунду. В следующую я уже беру себя в руки. Тем более ее слова звучат абсурдно.
– Ты о чем? Где я и где Королев?
– Вот именно. Поэтому сейчас ты-идешь-домой!
– Извини, но я не хочу получить двойку в конце года. А теперь дай пройти.
– Лучше двойка, чем… чем…
– Даша, – предостерегающе шипит одна из подруг.
– Чем все другое, – заканчивает Абрамова и вдруг отступает на шаг, пропускает.
Вылетаю из туалета, несусь по коридору к кабинету физики. Меня всю трясет.
Что она хотела сказать? Что она обо мне знает, что может так угрожать?
Она напугала. Мне и правда хочется развернуться, и бежать сломя голову домой. Но уже поздно. Королев вывертывает из коридора, замечает меня.
Одновременно с этим из кабинета выходит Альбина Львовна.
– Ребята, не забыли, молодцы. Ну, заходите в класс, занимайтесь. Я пока схожу к Карине Артуровне, она вызвала.
При Ярославе Альбина на несколько порядков любезнее со мной, чем в остальное время.
Замираю перед кабинетом, не в силах сделать первый шаг.
– Варя, заходи, – говорит Королев и держит передо мной дверь.
Вздыхаю. Делаю шаг вперед, потом еще один. Слышу, как за моей спиной закрывается дверь.
Глава 11
Хоть я и готовилась морально все уроки, сейчас мне не по себе. Королев не тот человек, с которым я хотела бы остаться наедине. Скорее он тот, от кого следует держаться подальше. Максимально далеко, как только возможно.
– Варь, а в старой школе что у тебя было по физике? – спрашивает он непринужденным тоном.
Потом обходит меня и садится за первую парту среднего ряда, где уже лежат учебник, чистые листы А4 и пара ручек.
Кажется, и правда намерен провести урок.
Четыре, – говорю ему, – там… программа была легче, а времени на занятия, наоборот, больше.
– Ясно. Что ж. Наша цель на сегодня сделать так, чтобы ты получила хотя бы тройку, все верно?
Киваю и подхожу к парте.
– Садись.
Но я почему-то медлю.
Слишком живы воспоминания о его близости и поцелуе. Может для него это и обычное дело, вот так целоваться с подвернувшимися под руку девчонками, но для меня это был первый опыт.
– Да не съем я тебя, садись уже.
Медленно опускаюсь на стул. Сдвигаюсь на самый краешек подальше от него.
– Итак, первая задача. Прочитай вслух условие и расскажи, как ты рассуждаешь при начале решения.
Выполняю его просьбу. Механически зачитываю текст, смотря только в учебник и никуда больше, замолкаю.
– Так, дальше, – подгоняет он, – что думаешь про решение?
– Я не знаю.
– Даа, тяжелый случай.
– Я плохо понимаю физику, к тому же в будущем мне она вообще не понадобится.
– Допустим, что так, однако без оценки тебе не выдадут аттестат. Так что… В общем слушай и запоминай.
Он начинает объяснять, точно так, как на уроке, я сосредоточенно слушаю.
– Пока понятно?
Киваю.
– Отлично, значит продолжаем.
– Мне нужно записать.
– Конечно.
Пододвигает ко мне лист бумаги и ручку.
Дожидаюсь, когда его рука вернется на место и только после этого сама тянусь к ручке.
Начинаю записывать.
Мне не по себе буквально каждую секунду и жутко неудобно, что он тратит на меня свое время, но я стараюсь думать о том, что мне нужно получить оценку.
Когда в класс заходит Альбина, я более или менее поняла несколько задач.
– Ну, что? – говорит учительница и пристально смотрит на меня.
– Все в порядке, Альбина Львовна, – отвечает за меня Королев, – Савельева способная ученица.
– Это мы сейчас проверим. Ты можешь идти, Ярослав, а ты, Варвара начинай выполнять вот этот вариант.
Она подходит и кладет передо мной лист с задачами.
Королев поднимается с места и выходит из класса. Я принимаюсь за решение.
Спустя тридцать минут встаю и протягиваю учительнице исписанный лист.
– Тааак, посмотрим, – тянет она и впивается глазами в написанные мной решения.
– Таааакс.
Морщит лоб, хмурится.
Я стою, замерев.
– Ну, – тут она откладывает лист и косится на меня, – что ж, решено все правильно. На удивление. И вроде бы ты даже не списывала.
Выдыхаю от облегчения.
– Нуууу, ладно Савельева, поставлю четыре, так и быть. Скажи спасибо Ярославу. Но имей в виду, что больше я не пойду тебе навстречу. Можешь идти.
– Большое спасибо.
Вылетаю из кабинета с улыбкой на губах. Спешу на улицу. Сейчас навещу Марусю, а потом к себе. Передохну немного и снова на работу.
У ворот замечаю машину Королева. Сам он стоит, прислонившись к капоту и зависает в телефоне.
Нерешительно останавливаюсь, а потом иду к нему.
Он отрывается от экрана айфона, смотрит на меня.
– Ну, что?
– Ярослав, спасибо тебе. Я все решила правильно, и Альбина поставила четыре.
– Поздравляю.
– Если бы не ты, я бы не справилась.
– Ты сейчас куда?
– Зайду по одному делу и домой. То есть к Молчанову.
– Я могу подвести.
– Э… нет, спасибо.
– Что так?
– Извини, но у меня встреча.
– С твоим парнем?
– Что?
– Я спросил, что за встреча. Хочу знать, есть ли у тебя парень.
Я не привыкла врать, но мне не по себе от его внимания. Чего он добивается этим?
– Да, есть парень, – киваю раньше, чем успеваю подумать.
Он хмурится.
– Ярослав, я… пойду.
– Давай.
Отворачиваюсь и иду по дороге привычным маршрутом, не подозревая что крутая иномарка трогается с места и начинает медленно ползти за мной.
Ярослав
Если у Савельевой есть парень, я должен об этом знать. Кто он, что.
Из ее старой школы? Как долго они встречаются? Любит она его? А он?
Трогаюсь с места и следую за ней на некотором расстоянии.
Обещание, данное самому себе, снова игнорирую. К черту обещания. Если бы я не помог ей сегодня, у нее были бы огромные проблемы.
А с парнем тоже решим. Может она вообще мне соврала. Слишком уж неуверенно отвечала, будто только что выдумала.
Савельева заворачивает за угол, я включаю правый поворотник.
Хмурюсь, потому что рядом с девчонкой нарисовывается вдруг какой-то бритый амбал.
Неужели и правда есть парень? Этот? Такие ей нравятся?
Савельева останавливается, и они начинают разговаривать. Прижимаюсь к обочине.
Происходящее мне не нравится. Очень сильно не нравится.
Варя
Спешу к Марусе, как вдруг откуда ни возьмись на моем пути вырастает накачанная фигура Дениса.
Тот самый сын маминой подруги, что при встречах подкатывал с непристойными предложениями.
Не думала, что мы когда-нибудь с ним встретимся, все же живем в разных районах.
– Привет, Варька, – говорит он и нагло ухмыляется.
– Денис? Ты как тут? Откуда?
– Да вот, проезжал по делам, смотрю, старая знакомая чешет.
– Да, я очень тороплюсь. Рада была повидать.
Делаю шаг мимо него, но парень преграждает дорогу.
– Поехали ко мне, Савельева? Отметим, посидим.
Парень немного изменился с нашей последней встречи. Накачался, раздался в плечах. Стрижка почти наголо. Но взгляд маленьких глаз из-под густых белесых бровей точно такой, каким был всегда: масляный и неприятный. Ощупывающий.
Опасный противник, особенно когда нет сдерживающего фактора в виде родителей.
Мне нужно избавиться от него как можно скорее.
– Нет, Денис. Это исключено.
– А че?
– В каком смысле? Я просто не хочу никуда ехать с тобой. Мне это неинтересно.
– Шмоток тебе куплю, Варька. Что хочешь?
И тут же приближает свое лицо к моему.
В нос ударяет запах зеленого лука. Мне хочется зажать нос.
– Я знаешь, неплохо зарабатываю.
Вспоминаю, что Денис старше меня на два или три года. Вполне может быть, что зарабатывает. Только мне эта информация ни к чему.
– Извини, Денис, мне это неинтересно.
– Я знаю вашу ситуацию, Варька, от матери. И судя по твоему виду, опекун не дает ни копейки. Тебе со мной лучше дружить.
Он ухватывает за локоть.
– Красивая ты девка и давно мне нравишься. Поехали.
Сцепляет пальцы на запястье, тянет в сторону обочины.
Я начинаю вырываться.
– Нет, нет, Денис.
– Лакомый кусочек. И ножки ничего так, и остальное. Когда сопротивление, так даже лучше.
– Нет, отпусти.
Упираюсь, пытаюсь вырваться. Отцепить от себя его пальцы.
– Отпусти ее, – раздается за спиной голос.
Королев. Откуда?
– Че за хрен? Вали давай.
Парень отпускает меня и встает перед Королевым, уперев руки в бока.
– Сам сейчас свалишь, – спокойно произносит Королев, – если она скажет.
– Че? Серьез? А в рожу не хочешь? Моя девчонка и как я сказал, так и будет.
Королев переводит взгляд на меня.
– Варя?
Отрицательно мотаю головой. Нет, совсем не его, нет.
Только как он собирается справиться с таким бугаем?
По росту они практически одинаковые. Королев тоже высокий и довольно широк в плечах. Только он стройный, я бы сказала даже, худощавый. И пальцы у него тонкие, словно у пианиста, хоть кисть и широкая. У Дениса же руки-кувалды. Пальцы, как толстенная сосиска каждый. И мышечная масса, наверное, килограмм под сто.
– Моя девчонка, – повторяет Денис и склабится.
– Девушка говорит, что нет. Так что…
Денис вдруг делает выпад, замахивается этой своей кувалдой, целит в лицо Ярослава. Я бы уже умерла со страха. Но тот и бровью не ведет. Подныривает вдруг под руку нападающего, а потом бьет точно рассчитанным ударом.
– Ааа, с*ка, – шипит Денис и пытается развернуться.