- -
- 100%
- +
– Ну что, котик, пора прощаться…
– Да, Серый, стало быть, – вздохнул пушистый, – ну ты это… не забывай, в гости заходи и не серчай, что я тебя блохастым псом называл… Ты, Серый – Волк! Самый настоящий!
– Да что уж там, и ты бабке на воротник не годишься. Вспылил, бывает.
– До встречи, Серый, – кот игриво подмигнул и растаял в облаке дыма, сверкнув своими вычищенными до блеска красными сапогами.
Волк задумчиво посмотрел на чистое, голубое небо. Сейчас все опасности были позади и можно было наконец насладиться теплыми летними деньками.
«Да уж, – подумал он, – не думал я, что это будет так тяжело…»
–Серый, ты ли это?! – на опушку вышла рыжая красавица лиса, – Где это ты пропадал, куманёк.
– Пропадал, Рыжая, пропадал, да не пропаду больше, – Волк перевел взгляд на лису и задумчиво покрутил в руках зеленую травинку.
– Чего это ты потрепанный такой, Серый?
– Стало быть, кончено все теперь… Пойду я, отдохну.
– Что кончено, милый? – недоуменно спросила лиса.
– Эх, – махнул рукой Волк и, хромая на одну ногу, побрел в сторону дома, – глупая ты, чего тебе объяснять.
– Нет, а ты объясни, ты же знаешь, любопытная я, – лисья морда вилась вокруг хромого Волка, – чего с ногой сделал? А Яга где? Вместе же уходили, куда подевал старуху?
– Уйди, плутовка, не до тебя сейчас. Нет больше старухи, сгорела она.
– Как это сгорела, милок? А ну рассказывай, что там у вас приключилось!
– Коль рассказ хочешь, молока мне налей, да и слушай не перебивая.
Рыжая покорно исполнила волю серого Волка и приготовилась слушать. Рассказ ожидался длинный, много чего приключилось с их последней встречи.
– Ну слушай, сестренка… – начал Серый Волк.
Яга пришла ко мне ночью, помню не спал, всё луну ждал, смотрел, смотрел, да так и не увидел.
Ввалилась старая, вся всполошенная, сказала, дело у нее ко мне есть.
– Когда ты с Ягой дела-то иметь начал? – спросила лиса.
– А ты слушай, рыжая, не перебивай! Сказал же тебе, рассказ длинный будет.
Поначалу я ее выставить хотел, обида у меня глубоко засела за те времена, когда я гончим псом ей был, но черт меня дернул, решил выслушать.
Страшные вещи она мне, лисонька, показывала. Думаю, никогда не забуду…
– Видишь, Серый, – вздохнула Яга, доставая из кованого сундука блюдечко с наливным яблочком, – сказки наши умирают. Хворь эта скоро и наш мир развалит.
Волк смотрел на блюдечко, которое одну за одной беду показывало. Поля и леса, города и сёла гибли от страшной напасти. Все меркло и угасало, люди замертво падали и рассыпались в пепел.
– Что ты мне, старая, показываешь?! – взревел Волк, – Пугать меня вздумала?!
– Да нет же, Серенький! Слышишь?
Серый Волк прислушался.
– Нет, Яга, ничего я не слышу.
– И я, Серый, не слышу! Лес тихий. Не нравится мне это. Боюсь, что и к нам скоро хворь эта доберется.
– Ерунду ты, старая, мелешь. Совсем из ума выжила.
Яга остановила наливное яблочко и крутанула его в обратную сторону.
– Взгляни, дружочек, раз не веришь, вот она, судьба наша.
Блюдце снова показывало, как гибнет сказочный мир, но на этот раз оно показывало, как прячется в избе Яга, как он сам, Серый Волк, пытается убежать от черной пустоты.
– Спасать нужно сказки наши, – сказала Яга, – не первый день, Серый, знакомы, знаешь же, я просто так тревогу бить не буду.
– Чего от меня нужно, старая?
– Птица Гамаюн ко мне прилетала, Кощей отряд собирает, говорят знает он что-то о природе напасти этой.
– Короче, Яга, я тут при чем?
– Нужен ты нам, Серый, чего не понятно?
– Чепуха. Не герой я, ты и сама это знаешь. Иди, старая, проспись, может явь к тебе вернется. Герой тебе нужен? Ивана, позови, али богатыря какого, а не Волка серого.
– Эх, волчонок, – сказала старуха, поднимаясь, – кто он, герой-то? Не осталось больше героев, только мы… Сгинули они, герои твои.
Волк посмотрел в окно и вздохнул.
– Не жди, Серый, не придет она, луна твоя – сказала старуха, заметив волчий взгляд, – хворь во всех уголках поселилась. Ты подумай, подумай. До утра тебя ждать буду…
Всю ночь не спал Серый Волк, думал. Утром к Яге пошел.
– Открывай, старая, – кричал Волк, – солнце встало!
– Чего ж ты, Серый, разорался?
– Почему ты ко мне пришла? Почему именно меня выбрала? Кто я, Яга, скажи мне?
– Угомонись, Серый! Сам все знаешь. Не так много у нас тех, кто одной ногой на стороне света стоит, а второй тьме служит. Не справиться нам без тебя. Пришло время выбирать, герой ты али злодей.
– Умеешь ты уговаривать, старая! Садись, Кощей ждать не любит, куда скачем?
– В Лукоморье! Там все наши собираются.
Дорога до Лукоморья дальняя была, но Волк с Ягой не останавливались. То тут, то там щупальца черные схватить пытались.
Лукоморье встретило их тишиной. Некогда прекрасная поляна стала безжизненной, угасло солнце, упала Луна. Словами не описать, как больно Волку было смотреть на его любимую Луну. Сколько он мечтал к ней поближе оказаться, а оно вон как обернулось. Потухшая, безжизненная она заставляла его сердце сжиматься от ужаса.
– Плохи дела, – Яга подошла к могучему дубу, – умирает. Нет никого, не понимаю…
– Вон Кощей стоит. Что это с ним?
Бессмертный стоял в стороне и неотрывно смотрел в их сторону. Черные нити окутали Кощея, глаза налились кровью.
– И до него хворь добралась… – прошептала старуха.
– Рад видеть тебя, Яга. И тебя, Серый.
– Где же отряд твой, костлявый?
– Нет никого, погибли все. Если ты здесь, Яга, то и мне уже немного осталось. Я отправил к тебе Гамаюна в момент своей смерти.
– Что это за хворь такая, способная бессмертного свалить? – спросил Волк.
– Навь темная пришла, – сказал Кощей.
– Что ты мелешь, костлявый?! Навь же…
– Окрепла. Героев сказочных уже не осталось.
– Быть не может! – закричал Волк, – Если же Навь это… Не справится нам одним, Ягуся.
– Может, Волчонок, может, – грустно улыбнувшись сказал Кощей, – на вас вся надежда. – он внимательно посмотрел на старуху, – Времени у меня мало, поэтому запоминай, старая. В замке моем среди злата есть пара яблочек из райских садов, на тысячный юбилей твой берег, но, видимо, придется отдать раньше, – Кощей улыбнулся, – твое время пришло Ягиня. Пора тебе вернуться домой.
– До встречи, костлявый, справимся мы, со всем справимся… – сказала Яга и Кощей растворился, – Скачем, серенький, к Кощею в гости наведаться надо.
Три дня и три ночи скакали они через погибшие поля и леса. Ни одной живой души не встретили, только Навь погибельная ждала их впереди.
На четвертые сутки показался замок Кощея. Он стоял одиноко, возвышаясь над погибающим лесом, кругом царствовала тишина мертвая… Вдалеке ни птичьего голоска, ни песни.
– Вот он, замок Кощеев.
Замок со скрипом отворил свои ворота, пропуская вперед путников.
– Куда мы, Ягуся? – спросил волк, оглядываясь по сторонам.
– В сокровищницу, Серенький, туда нам.
– Куда это вы, голубчики, путь держите? – громкий голос разнесся по всему залу – Злато Кощеюшкино захотели? Я вам покажу, как по чужим сокровищницам шастать!
– Чур меня! – вскрикнула Яга, – Чур! Брысь нечестивый!
– Что это сразу брысь, – обиженно протянул голос, – почему если кот, то сразу брысь? – легкой поступью к ним приближался большой, лохматый кот.
– Тьфу ты, напугал! Баюн, ты что ли?!
– Я, старая, я, – протянул кот, – давненько мы не встречались. Зачем пришла?
– Так, за подарком Кощеевым, – подмигнула старуха.
– Стало быть, проиграли они, – задумчиво протянул кот, – Умер Кощей. А ты кто такой будешь?
Кот медленно обошел Волка.
– Ты, старуха, теперь с псами блохастыми водишься?
– Яга, – рыкнул волк, поднимаясь на задние лапы, – а у тебя всегда воротник разговаривать умел, или этот особенный?
– А ну-ка, – шикнула Яга, – вот только ругани нам не хватало. Не ровен час, как Навь и до нас доберется, а вы тут в остроумии упражняетесь! Ты мне лучше скажи, ты здесь что делаешь?
– Кощей замок охранять приказал. Я и охраняю.
– А Навь черная почему сюда не добралась?
– Так Кощеюшка чары свои темные на замок навел и меня охранять посадил. Сказал в ларе золотом последняя надежда мира сказочного осталась.
– Баюн, показывай, где ларец Кощеев! – сказала Яга.
– Так там, там, пойдем, только блохастого с собой не води, не хочу псиной пропахнуть.
– А ну-ка! Серый, за мной! Баюн, веди! И поговорите мне тут!
Ларец нашелся не сразу, далеко Кощей его запрятал, чтоб бабка не нашла.
– Вот она, прелесть моя! – Яга достала пару яблок.
– Зачем ей яблоки-то эти понадобились? – спросил волк.
– Во-от вроде се-ерый, – насмешливо тянул Баюн, – вро-оде во-олк, а умишка нет нисколько. Яблоко, блохастик, символ красоты, молодости и здоровья. А яблоки из сада Жар-птицы вообще волшебные. Яга, – кот медленно прошелся по залу, – Ты где его откопала?
– Успокойся, Баюн, не до того нам сейчас, Навь черную победить нужно. Врата закрыть.
– Какую Навь, Ягуся! Она же запечатана!
– Темную, котик, темную.
Яга повернулась. Теперь перед Волком стояла дивной красоты девица в платье, сотканном из дымки ночной, на ногах у неё были золотые сапожки скороходные, а косы русые до самих пят струились, украшенные всевозможными цветами.
– Это что за чудеса такие, Яга, – спросил Серый.
– А это, Серенький, я – Ягиня. Дочь Вия, властителя мира Нави, и Макошь – богини судьбы. Али не узнал?
– Да как же тебя узнаешь-то, Ягуся?
– Вот ты какая, Ягиня, хозяйка лесов, – ахнул кот.
– Да, Баюн, силу я свою вернула, теперь и повоевать можно. – Ягиня задорно рассмеялась, – Больше не старая я, Котик?
– Что делать прикажешь, матушка? Моя жизнь – твоя воля. Вверяю тебе её. – Котик восторженно смотрел на Ягу. Кощей наказал ему перед уходом, что придет к нему сама властительница междумирья, что только она помочь сможет и как только появится она в замке, Баюн должен вверить в её шелковые рученьки всю жизнь свою, без остатка. Придет она с рыцарем темным, но душа у того рыцаря светлой будет. И только тогда мир сказочный надежду получит.
– Принимаю твой дар, Баюн. – кивнула Ягиня – Мне в Навь дверь закрыта. Вы пойдете, путь не близкий, пойдете через мир грез, дорогу вам нить моя путеводная покажет. Велеса вам найти надобно. Властитель Трёх Миров он, Тёмный Бог и борец с Тьмой, только он может Навь проклятую прогнать.
– Я пойду, – рыкнул Баюн, – не нужна мне помощь блохастого.
– Нет, – сказала Яга, – закрыт тебе путь в то царство, только Волку по силу тебя до Велеса доставить. Велес бог темный, но тьма враг его главный. Как и Волчонок наш.
– Кощей сказал, что у тебя рыцарь темный есть с душой светлой. Если весь мир в этих серых лапах, то я этому миру не завидую. Открой мне путь, Яга, сам я до него доберусь, я мир грез как свой хвост знаю.
– Нет, милок, Серый у нас Хранитель завес междумирия. Потомок Семаргла он, не пройти тебе без него, только он дорогу знает.
– Тогда я пойду, – шагнул вперед волк.
Яга засмеялась.
– А тебе Велеса без котика не найти, Серенький. Верным спутником Велеса всегда мохнатые были. Только вместе вы можете Навь одолеть, касатики, только вместе…
Я буду вас на границе Яви ждать, как только Велеса найдете, обратно вас вытяну.
– Не думай, блохастый, что я рад этому, – сказал Баюн, натягивая красные сапоги.
– Да и я в помощи не нуждаюсь, – рыкнул Серый.
– Ох, не выбраться вам живыми, – сказала Яга, – чую, не вернетесь вы. Навь место опасное, только сообща вы справиться можете, иначе вас лярвы да лиходеи за собой утащат. Вы же для них лакомство главное. Они враждой питаются.
С тропинки не ступать, нить закончится, дальше не идите, Велес сам вас найдет, скажете, что от меня пришли, про Навь тёмную скажите. Что Кощей мертв, тоже не забудьте сказать. И не ругайтесь! Пока нави вас всякие не утащили. Опасное то место.
Долго ли, коротко ли шли герои по миру Майи, сбились они со счету дней и ночей. Вела их нить путеводная вперед, все никак не заканчивалась.
– Чую я, дух Велеса, – сказал Волк, – Близко он.
–Сам знаю, – буркнул кот, – крысиным духом пахнуло, не от тебя ли, блохастый?
–Еще слово, и на воротник Ивану пущу.
Лес беспросветный вёл их все дальше и дальше, не заметили герои, как нить путеводная закончилась, заняты были. Да так, что забыли все наставления, что Ягиня им дала.
– Куда дальше? – спросил кот.
– У тебя нить путеводная, – обижено буркнул волк, – ты мне и скажи.
– Нет у меня нити! Значит у тебя она!
– Тебе Яга вести нас поручила! – Стало быть, потерялись мы? Надо нить найти, пока темнота на лес не опустилась. Темнеет здесь быстро, пока еще свет есть, темная навь не властна.
– Крысами несет, – сказал кот, – эти твари первыми в ночи выползают, торопиться надо. Разделимся!
– Разделимся – и каждая лявра нас сожрать захочет! Делиться нельзя.
– Да, прав ты Волк. Огонь нам нужен праведный. Я разжечь попробую, а ты смотри, чтобы не выполз никто.
Котик склонился над маленьким кострищем и зашептал заговор. Но не успел.
– Поздно, – волк медленно попятился назад, – бежим, котик, если кормом крысиным стать не хочешь.
– Некуда нам бежать, Серый. Стало быть, бой нас ждет ни на жизнь, а на смерть.
Крысы были везде. Тьма все ниже опускалась, пробуждая все больше монстров.
– Без боя не сдамся, – рыкнул Серый волк, откидывая первую крысу.
Это был сигнал к нападению. Крысы нападали со всех сторон, оставляя после себя глубокие царапины.
– Я не протяну так долго, котик! – закричал волк, откидывая очередную тушку.
– Знаю, волчонок, знаю, – крикнул кот, выпуская свои стальные когти. Баюн то и дело начинал шептать заговор, но крысы отвлекали его и все начиналось сначала. – Волчонок, а ты знаешь сказку о том, как кот Баюн да Серый Волк крысиное царство победили?
– Не до сказок сейчас, котик, нам бы живыми выбраться!
– Слушай, дурень, сказку мою, коли выжить хочешь! – Не знал Серый Волк, что слова у Баюна волшебные. Сильнее любой магии сказки черного кота.
Баюн начал свой рассказ. Он рассказывал про смелого кота и серого волка.
– И получилось тогда у кота разжечь огонь чистый, – Баюн снова зашептал заговор и когда появились первые искорки радостно вскрикнул. – Получилось, Волчонок! И зажег тогда волк души своей свет.
– Какой еще свет, котик? Нет у меня света никакого! Не герой я!
– Кощей сказал, что душа твоя светлая, хоть ты и тьме служишь. Только тебе выбирать, герой ты, или нет! Не порть мне сказ, Серый! Лови лучше! – Баюн кинул волку маленький тлеющий огонек.
Поймал Волк огонек и вспомнил как встречала его каждую ночь его красавица Луна. Она освещала каждый темный уголок его души, дарила надежду. Загорелся тогда в руках Серого Волка огонь.
Белая вспышка неожиданно осветила поле боя. Крысы, испугавшись яркого света, бросились в рассыпную.
Зажгли тогда герои костер, и просидели возле костра до самого утра.
– Как у тебя это получилось, Серый?
– Сам не знаю, – Волк пожал плечами, – не я это был.
– А кто?
– Луна… Она у меня вот тут, – Волк похлопал себя по груди мохнатой лапой, – представляешь, во всем мире луна погасла, а внутри меня нет. Как глаза закрываю, сразу её вижу.
– Понимаю я тебя, Волчонок. Мой дуб погибает. До него хворь до первого добралась. Больше никто не слушает мои сказки. Некому их слушать больше. А спасители из нас так себе… Нить путеводную вон потеряли.
Только коснулись солнечные лучи земли отправились путники на поиски Велеса. Шли они длинными тропинками, да короткими, широкими, да узкими, но ни Велеса, ни нить путеводную так и не нашли.
– Котик, смотри-ка, – Волк поднял с земли перо небывалой красоты.
– Жар-птица тут пролетала! Точно тебе говорю! Она точно знает где Велеса искать!
– Не найдете вы птичку вашу! – старичок качался на раскидистой ветке и задорно хохотал, – Сгинула она!
– Ты по чем знаешь, леший? – раздраженно рыкнул Баюн.
– Знаю. Все мы тут сгинули, – он посмотрел на путников своими пустыми безжизненными глазами и улыбнулся шире. Волк до ужаса испугался этого взгляда, но вида не подал, – и вы сгинете. Не выбраться вам отсюда. Только тьма черная останется. Лучше бы вас крысы к себе растащили, – крикнул старичок и хохоча свалился с ветки растворившись в воздухе.
Напугало это героев, но обратного пути не было. Только Велес может мир сказочный спасти. Только ему под силу Луну на небо поднять, да дуб животворящий в Лукоморье спасти.
– Коли Леший к нам явился, сейчас каждая лявра знает, что мы тут в лесу, да без защиты. Торопиться нам надо, Волчонок. Тьму чувствую нарастающую, не успеем – быть беде.
– Знать бы нам, где искать…
– Молодец, Волчонок! Спасай, Ягуся, не справляемся мы без тебя! – заголосил кот, – Подскажи, где нам Велеса искать!
Голос котика разносился на сотни километров, каждый в округе его слышал, но выхода не было, только так можно было до Яги докричаться.
– Ничего без меня не можете, только отвернулась, вы уже дров наломать успели. – голос Яги разносился по округе, – он сейчас у Калинова Моста, переправой через Реку Забвения управляет. Ищите, только он души ваши спасти может.
Реку забвения путники нашли без проблем, бесконечно длинная река встретила могильной тишиной.
– Вот и река забвения, – сказал Волк.
– Велес близко, – добавил кот, – смотри в оба, Серый.
– Туда нам, – кивнул волк, показывая на переправу, вдали – Яга про мост говорила.
– Не каждому тут побывать приходится, – сказал Баюн, – красота.
– Да-а уж, – протянул Серый Волк, – потом полюбуемся, сейчас у нас дело есть.
Долго шли Баюн и Волк, устали. Ночь начала опускаться на лес темный и приняли герои решение костер разводить, пока снова на них не напали.
– Серый, – спросил кот, потирая лохматые лапки у костра – когда мы мир спасем, чем займешься?
– Домой вернусь, буду на Луну выть, да Ивану служить, – Волк прикрыл глаза наслаждаясь потрескиванием дров, – А ты котик?
– А я новые сказки рассказывать буду. Про себя, – мурлыкнул Баюн, – ну про тебя тоже упомяну. Приходи, Серый, послушаешь. Я их и днем и ночью рассказываю.
– Приду, котик, коли живы останемся!
Уснули герои, потух костер на рассвете. Нашла их Навь темная.
– Просыпайся, котик! – кричал Волк, – Беда у нас!
Со всех сторон туман темный обступал путников, затягивался.
– Яга! – кричал Баюн в надежде на помощь, но никто не откликался.
– Сгинула Яга, Котик, одни мы остались. – сказал Волк, – Видишь переправу? Тебе до неё рукой подать, ты же здесь все лазейки знаешь! Беги котик, беги, а я туман попридержу.
– Зажги мне его, котик! – достал Волк последнее перо Жар-птицы оно тьму придержит.
– Не хватит его надолго, Серенький!
– Зажигай и к Велесу беги! Справлюсь я, во мне Луна моя горит, не сдамся, пока не погаснет.
Послушал Баюн Волка Серого, зажгли они перо Жар-птицы и остался Волк один с тьмой страшной бороться.
Кот же тем временем до Велеса добрался.
– Кто такой? – громом раздалось по округе, – Зачем явился?
– О, великий и могучий Велес, – сказал кот, – я Кот Баюн, мы с Волком Серым к тебе с посланием спешили.
– Кому служите? – каждое слово великого бога Велеса заставляло сотрясаться землю.
– Баба Яга нас прислала, сказала ей сюда путь закрыт. Только ты нам помочь можешь!
– Кто такая, твоя баба, раз путь ей в мир Нави закрыли?
На поляну вышел Велес. Высокий, крепкий, словно бык, мужчина появился перед ними, озаряя все вокруг.
Кот стушевался.
– Вот, Великий, – Кот протянул небольшой медальон, что Яга сунула, – Просила она тебе передать.
– Шутки у тебя, кот такие?! – гнев божий разносился по округе сваливая деревья, – Где взял ты этот медальон?! Яга твоя его украла?
– Не крала, батюшка, Ягиней Виевной, она себя назвала, хозяйкой границ и хранительница земель Явных.
– Ягиней? – переспросил Велес, шагнув вперед.
– Ей самой, Великий, – сказал кот.
– Умерла она, кот. За шутки такие жизнью поплатишься!
– Жива Яга, жива еще! Навь черная по всему миру сказочному расползается, помощь нам твоя нужна, Ягиня к тебе за помощью и отправила! Жизнь моя в её руках, не веришь – стало быть по судьбе мне здесь и остаться!
– Жива… Поверю тебе, кот, но учти, коли врешь мне, не сносить тебе головы! Говори, что Ягине понадобилось.
– Нвь темная окрепла, только ты нас спасти можешь, – начал Баюн.
Все он рассказали Велесу, и про Ягиню, которая тысячи лет жила в лесах Явных, и про Кощея, которому верную службу нес, покуда жив тот был. Про хворь страшную, на которую управы не было, как они не боролись.
Про то, как Кощей Бессмертный защитить Лукоморье пытался, армию собрал, да сгинули все. Послал он тогда весточку Яге, колдунье, что на опушке леса жила.
Пожалел тогда Велес весь род сказочный, согласился помочь. Пришел он в мир сказочный.
Вышли Волк, Баюн да Велес из леса, да страшное увидели. Опушка, на которой Яга их ждать осталась все тьмой окутана была. Одна Яга посреди поляны стояла.
Увидел Велес любимую, да обомлел.
– Прости меня, – сказала Ягиня, протягивая руку к Велесу, – долго это зло внутри меня зрело, не справится мне с ним было. Только сейчас природу зла этого понимаю. Мы эту злобу в мир выпустили.
– Я думал мертва ты, любимая.
– А я и была, злой колдуньей я в этом мире стала, ради мести жила и злобу в сердце свое пустила. Совсем про любовь нашу забыла.
– Прощаю я тебя, Ягиня!
Отступила тогда хворь темная, очистились сердца героев под натиском любви божьей. Загнал Бог трёх миров нечисть всю обратно в пекло, заковал врата, а ключ Кощею отдал на хранение.
– Думала погибнет мир наш, да только удивили вы меня, примирились. Леса грез все чувствуют, все слышат, не пустили бы они вас к переправе, да только поладили вы, а зло, оно же с каждым взглядом худым крепнет. – говорила Ягиня, – Разладилось у нас в Лукоморье что-то, перевисла чаша злобы да корысти.
Ягиня сидела возле печи и смотрела на огонь.
– Я же потому сама идти не могла, что злость в сердце моем столетиями крепла. Обидели меня боги, в старуху превратили, на смерть верную отправили да с любимым моим разлучили. Сгинула бы я в лесах тех. Спасибо вам, миленькие, что счастье мне мое вернули, да мир сказочный от беды уберегли.
Забыли скоро герои сказочные про напасть неведомую, только Волк Серый да Кот Баюн по свету ходили и сказки сказывали о злости губительной, в мирах поселившейся. Что злость та Навь темную наружу выпустила, да только дружба великая хворь эту со света обратно в пекло отправила и на замок закрыла. И что замок тот крепок, покуда дружба в сердцах жива.
Ягиня же домой вернулась, на окраину Нави и Яви, вместе они с тех пор с Велесом междумирьем правили. Нашел наконец одинокий бог любимую свою, давно потерянную жену, и никому больше в обиду не давал.