Мужчина из научной фантастики

Глава 1

Солнце вставало над горизонтом, обещая прекрасный солнечный день. Сегодня был день вступительных экзаменов в Звездную Академию. Земля гудела как растревоженный улей, отовсюду прилетали корабли, принося претендентов на обучение, ибо Академия Звездного флота только раз в три года открывала свои двери для набора студентов.

С того момента, как земляне вышли в открытый космос, прошли столетия. Их родная планета превратилась из технического мира в одну из четырех столиц космических знаний. И именно на Земле располагается Академия, единственная на многие миллионы световых лет, которая готовит кадры для Звездного флота. Существуют еще две, но они находятся в двух других, дальних секторах, образовывая своеобразный треугольник. И вот сегодня наконец настал тот день, когда лучшие из лучших будут соревноваться за место в престижнейшем учреждении, чтобы через десять лет выйти подготовленными специалистами выбранного профиля.

За полгода до этого

Феоктиста Мельник

Дзынь-дзынь.

– Умм…

– Феоктиста, пора вставать! У тебя сегодня получение диплома и медкомиссия.

– Мама, не называй меня так! Я вообще не знаю, как ты могла со мной так поступить, дав это имя!

– Вставай! Завтрак ждет!

Поднявшись с кровати, я поплелась в ванную. Спать хотелось ужасно, так как я в который раз опять легла поздно, наслаждаясь свободными часами, проведенными за всякой ерундой. Неделю назад я защитила диплом в медицинском колледже и перед этим напряженно готовилась, а теперь наступила свобода.

Взглянув на себя в зеркало, я увидела худую, заспанную землянку с пухлыми губами, большими серо-зелеными глазами и вьющимися рыжими волосами, ниспадающими до пояса. Бледное, усыпанное веснушками личико со вздернутым носом, явно указывающим на независимый характер, вносили в мой образ заметный диссонанс.

Увидев ТАКОЕ с утра в зеркале, равнодушным не останешься. Тем более косметикой я никогда не пользуюсь.

– Ну что ты там копаешься? Опоздаешь на вручение.

– Иду!

Быстро приведя себя в порядок, я пошла завтракать. В кухне меня ожидали гренки и кофе.

– Мм… как вкусно пахнет.

– Дочь, я хочу с тобой поговорить на тему дальнейшей учебы.

– Мам, опять!

Моя родительница – женщина с довольно привлекательной внешностью: у нее фигура приятной полноты, милое лицо овальной формы, большие выразительные светло-серые глаза. Свои густые русые волосы она стрижет очень коротко. А ее горделивая манера держать себя выдает в ней властную, сильную натуру.

– Да! Зачем тебе идти в эту Академию? Там конкурс запредельный!

– Зато не берут взяток.

– Ты могла бы выбрать другое учреждение. У тебя красный диплом, так продолжи обучение на врача.

– Мам, с дипломом колледжа вообще можно дальше не учиться. А я поступаю в престижное заведение. Тем более на врача можно учиться и там.

– Ты всегда бредила Звездным флотом и космосом. Но тогда ты была маленькой, и я думала, что это пройдет, но нет! Неужели ты не понимаешь, что в космосе опасно?

– И еще, я на протяжении всей учебы не буду жить под твоим крылышком, и ты не сможешь бдить за мной днем и ночью. А уж в космосе и подавно.

В глазах матери заблестели слезы.

Подойдя к ней, я поцеловала ее в щеку и сказала:

– Мам, я все равно буду поступать в Звездную Академию. На кого угодно, лишь бы туда. Это моя мечта, и я не прощу себе, если не попробую. Обещаю: не сдам – подам заявку на врача. Все, я побежала, а то опаздываю.

Пока добиралась до колледжа, думала, как решить проблему, возникшую из-за моего поступления. Такие разговоры со мной проводились практически каждый день. Чтобы и дальше не мотать нервы маме, надо что-то придумать.

Подойдя к величественному зданию, где отучилась пять лет, я увидела свою побратиму, которая, сверкая счастливой улыбкой, целенаправленно шла ко мне.

Женька была дивно хороша. Как и все представители ее расы, она отличалась черными волосами, высоким ростом и хорошим тонусом мышц, что обеспечивало прекрасное, стройное телосложение. Ее лицо – правильный классический овал – имело тонкие гармоничные черты. Но больше всего мне в ней нравились ее глаза: необыкновенного бирюзового цвета, очень лучистые. А про касту – клановую татуировку, отражающую способности своего носителя, – вообще молчу, так как нет у меня подходящих слов, одни восторженные эмоции. Ее цвет, кстати, указывает на принадлежность ракша к тому или иному клану. Поверьте, это просто нереальная красота.

– Привет, Фиса! Ты не представляешь, что случилось!

– Ты окрутила того красавчика, которого вчера присмотрела?

– Что? А, нет, он оказался геем. Лучше!

– Не представляю, что может быть лучше того, что тебе не повезло с этим геем.

– Фиса! Тебе всегда не нравились мои мужчины.

– Радуйся, это большая удача.

– Ты можешь говорить серьезно?!

– А я совершенно серьезна. Что тебе показалось смешным в том, что я сказала? Я тебе уже говорила, что все мужики, на которых ты западаешь, являются паразитирующими особями мужского пола со смазливой мордашкой и горой мускулатуры.

– Такой тип всем нравится.

– Да, но пункт про паразитов в этом случае надо убрать – такая гадость по душе только тебе. Скажу даже больше: у тебя нюх на таких особей. Видимо, именно поэтому ты пошла на психолога-криминалиста, они зарабатывают отличные деньги!

– Кто бы говорил. У тебя специализация хирурга широкого профиля и второй степени плюс красный диплом. Еще неизвестно, чья зарплата будет больше. Осталось отучиться в медицинской академии, и ты в шоколаде. Но нет, у нас же сигминские черви в голове.

– Сплюнь!

– Ага, сейчас плюну. Зачем тебе эта Звездная Академия? Это из-за «ласточек»?

– При чем тут они?

– Ну летать на них ведь можно только в Звездном флоте? А ты ими и космосом бредишь с детства.

– И ты туда же? Это моя мечта!

– Ну и мечтай себе, а учиться иди на хирурга.

– Я и там могу продолжить свое медицинское образование.

– Конечно, можешь, но ведь это уже межзвездный уровень! Не высоко ли ты метишь?

– Зато мой диплом будет котироваться во всем космосе, а не только в этой галактике.

– Ты непробиваемая.

– Я должна попытаться. И закончим на этом. Какая у тебя там новость?

– Мне купили квартиру. Папа в кои-то веки сдержал слово и к вручению диплома подарил. Завтра въезжаю.

В моей голове сформировалась мысль, но высказать ее мне помешала церемония вручения диплома, которая уже начиналась. Отстояв все громкие речи и выступления, я наконец получила свой документ и вместе с Женей вышла на воздух.

– Ты пойдешь отмечать?

– Нет, у меня медкомиссия.

Женя вздохнула.

– Это для поступления, так?

– Да.

– Значит, все-таки идешь.

– Я тоже буду по тебе скучать. Но мы в любом случае дальше будем учиться порознь – у нас разные специализации.

– Но виделись бы мы чаще. А в Академии особо не погуляешь.

Я молча признала ее правоту.

– Остальные документы уже собраны?

– Конечно, осталось только получить заключение врача о профпригодности.

– Тебя будет осматривать мамина подруга?

– Да, она отличный специалист, и у нее есть необходимая медицинская лицензия. Она прекрасно знает все требования.

– Лучше б ты пошла с нами.

– Жень, ты мне друг?

– Ну да. А что? Никакие лекарства пробовать не буду!

Моя подруга относилась к расе ракш. А чтобы ракш сделал для вас что-нибудь просто так, надо входить в его внутренний или, на худой конец, средний круг. Я была для Жени побратимой – близким, родным человеком – и конечно же всячески пользовалась этим.

Так как специализировалась я в колледже помимо хирургии на лечении ее расы, то, бывало, экспериментировала над своей подругой. И начало каждого эксперимента сопровождалось именно таким вопросом.

– Я хочу пожить у тебя до вступительных экзаменов.

– Это из-за мамы?

– Да. Ну, так как?

– Конечно. Заодно поможешь завтра вещи перенести.

Не будь я для нее во внутреннем круге, предложение вместе пожить могло бы быть рассмотрено как оскорбление.

Поблагодарив и попрощавшись, я пошла на медкомиссию, а подруга – отмечать диплом. Жене, наверное, одной идти не хотелось, так как нормально в группе она общалась только со мной, поэтому даже просто поговорить ей там будет не с кем, несмотря на то что мы проучились вместе пять лет.

Ракши отличались замкнутостью, холодностью и высокомерием. А еще они были бесстрашны, храбры, воинственны и воспитывались по кодексу чести и своду правил. Именно воинственность и необщительность им популярности и не приносила. Но, узнав Женю ближе, а потом став ее побратимой, я поняла, что это самое преданное, привязчивое, доброе и любящее существо, какое только можно представить. Такими ракши были только для внутреннего круга – он подбирался с особой тщательностью именно из-за привязчивости, которая, если возникала, то уже не проходила. Во внутренний круг входили родные, побратимы и любимые. Потом был средний круг, люди которого являлись постоянным окружением, чаще всего друзьями и знакомыми, отмеченными доверием, и в большинстве своем ракшами.

Если ракш ваш друг, то лучше друга у вас не будет уже никогда, если ракш ваш враг, то я вам сочувствую. С такими мыслями я и пришла на медкомиссию.

– Ты не подходишь.

– Что?! Почему? У меня высокие баллы и хорошее здоровье.

– Все это так, но у тебя слабая физическая подготовка, низкий тонус мышц. Ты просто не потянешь обучение.

– Но я нормально бегаю, прыгаю, и вообще у меня ноги двигаются как надо.

– Чтобы туда поступить, у тебя должно быть тренированное тело. Ты пойми, у них такая физическая нагрузка, которую твои мышцы на данный момент просто не в состоянии вынести.

– Значит, я должна сделать так, чтобы они вынесли. Составьте, пожалуйста, нагрузку.

– Фиса, чтобы за полгода достигнуть нужного уровня, тебе придется заниматься в чудовищном темпе. Оно тебе надо?

– Да. Очень. Пожалуйста.

– Ну, хорошо.

Через два часа я сидела перед Женькой в ее новой квартире и ждала, пока она ознакомится с моей физической нагрузкой на ближайшие полгода.

– Ты сошла с ума? Прыжки со скакалкой, приседания, прыжки в длину с места, вольные упражнения, акробатические упражнения. Подтягивание на перекладине, поднимание ног к перекладине, подъем с переворотом на перекладине. Сгибание и разгибание рук в упоре на брусьях, угол в упоре на брусьях, соскок махом вперед на брусьях, прыжок ноги врозь через козла в длину, отжимание двумя руками, отжимание одной рукой, пресс, кувырок вперед, кувырок назад, лазанье по канату, интенсивный бег.

Женя посмотрела на меня круглыми глазами.

– Ты что, собралась в космический десант?

– Нет.

– Ты не сможешь все это сделать.

– Сейчас да, но нагрузка будет постепенно возрастать, и все получится.

– Фиса, ты сумасшедшая! Я не знаю, какой психолог дал тебе освидетельствование, но у него надо отобрать лицензию.

– Это говоришь мне ты, ракша?

– Пойми, ракши предрасположены к физическим нагрузкам. Именно поэтому военной службой у нас занимаются шестьдесят процентов взрослых особей. Из них только одна шестая часть служит на Звездном флоте. Нашим телам с рождения нагрузки даются легче, чем землянам. То, что ты пытаешься сделать, – это насилие над собой.

– Ты меня так поддержала.

– Фиса, я тебе добра желаю!

– Сказала ракша из семьи вояк.

– Военная служба подходит нашей расе и физически, и психологически. Особенно психологически. Жесткое разграничение личного пространства в этой профессии создает комфорт. Нам гораздо легче отдавать и исполнять приказы. Все четко, понятно, а главное, без лишних эмоций и привязанностей.

– Я понимаю тебя, но и от своего не отступлюсь.

– Какая ты упертая! Я еще не встречала существа, упрямее тебя.

– Польщена. Так ты мне поможешь?

– А куда я денусь?

– Тогда слушай. В твою задачу будет входить помощь мне, а также сокрытие от мамы правды о моих тренировках. Ну и готовка. Помимо физических упражнений мне нужно будет хорошо питаться.

– Чувствую, я еще пожалею о своем решении.

На следующий день, выдержав скандал с мамой, я переехала к подруге и начала тренироваться.

Боже! Это так трудно – заниматься физическими упражнениями, когда никто не подгоняет. Но я не отступилась. Спасибо надо сказать и Женьке: она очень помогала, шпыняя меня при каждом удобном случае. Мой день начинался в пять утра и заканчивался в одиннадцать вечера. Все это время я бегала, прыгала, скакала и выполняла остальные упражнения, предложенные мне маминой знакомой.

Дзынь-дзынь.

– Мм…

– Фиса, вставай.

– У…

В этот момент побратима поднялась и, схватив меня за ноги, стащила с кровати.

– Ай, больно!

– Тогда вставай. Почему я каждый день должна стаскивать тебя с кровати?

Позавидовав подруге, которая отправилась досыпать, я поползла принимать холодный душ. Только он помогал просыпаться в такую рань. Потом пробежка и дальше – по списку.

Перерыв был только на то, чтобы поесть, и таких перерывов в день у меня было пять.

– Когда ж это закончится? У меня отец столько не ест, сколько ты. Это просто безобразие.

– Ты обещала помогать.

– Я помогаю. Знаешь, сколько времени у меня вчера ушло, чтобы убедить твою маму, что из-за расстройства желудка ее доча не может с ней встретиться? Я не говорю о том, что кто-то из ее знакомых видел тебя на улице и сказал, что ты изменилась. Списать все это на то, что ты бежала в аптеку за порошком от поноса, было еще труднее.

– Ну, Женя-а-а-а…

Тяжелее всего дались отжимания – что одной, что двумя руками. В такие моменты побратима сидела рядом со мной, читала мне вслух мои конспекты или считала:

– Восемьдесят семь, восемьдесят восемь… Так, так, одной рукой, не жульничать.

– А-а-а-а-а… Не могу.

– Звездная Академия, Звездная Академия… Ну вот, смотри, а говорила, что можешь.

– …!..!

– Сама такая. Ты там не отвлекайся.

Непросто мне далась и гимнастика. Все же не тот у меня был возраст, но, с другой стороны, и на профессионала я не претендовала. Вообще не претендовала.

– А-а-а-а-а-а…

На мой крик с кухни прибежала Женька.

– Что?

– Ногу судорогой свело и заклинило. Больно!

– Кто ж их в такие узлы завязывает? Как тебе эта поза в космосе поможет? У тебя ж непонятно, откуда ноги торчат.

– Не преувеличивай, а помоги мне!

Ногой после массажа я смогла двигать где-то через час. Тьфу! Теперь останавливаемся только на растяжке для гибкости, а то я поступлю не в Звездную Академию, а в какую-нибудь больницу.

Но помимо занятий физкультурой я еще готовилась по предметам, которые нужно будет сдавать. Вернее сказать, готовиться я начала, когда мне было одиннадцать, а сейчас вспоминала, закрепляла и углубляла знания.

Безусловно, тренировки мне дались труднее всего, и, бегая или отжимаясь, я кляла себя разными словами за то, что изначально не уточнила, в насколько хорошем состоянии должно было быть тело.

Но все рано или поздно заканчивается, закончились и эти полгода. Из-за сбалансированного и составленного специалистом плана нагрузок мое тело не выглядело мускулистым. С него просто исчез весь жир, а взамен появились мышечная масса, гибкость и сила. Внешне неплохо, но это еще надо было поддерживать тренировками. Вопрос в том, что скажет врач.

– Знаешь, я думала, ты не осилишь. Впервые встречаю такого целеустремленного человека.

– И?!

– Вот заключение. Теперь твоя физическая подготовка пусть и не прекрасная, но достаточно хорошая для поступления. Даже лучше, чем я ожидала. А это программа для поддержания тела в тонусе.

Ознакомившись, я сказала:

– Да это просто каникулы по сравнению с тем, что было.

– И тем не менее не расслабляйся – тебе еще сдавать экзамен. А твоя физическая нагрузка, если поступишь, будет определяться тем, по какой специальности ты будешь учиться.

Поблагодарив и взяв доставшийся мне с таким трудом документ, я отправилась домой.

В этот вечер мы с Женькой отмечали победу, которая была не только моей – она была нашей. Побратима мне очень помогла, и без нее я бы не достигла столь впечатляющих результатов. После четвертой бутылки мне очень так серьезно сообщили, что если я не поступлю, то могу не возвращаться. Дальше ничего не помню.

Наутро, несмотря на похмелье, тренировки я не бросила и занималась в прежнем ритме. До поступления оставалось три дня.

Глава 2

«Сегодня очень важный для меня день! Как завтрашний и послезавтрашний», – крутилась в моей голове мысль, когда я стояла перед Академией. В животе от волнения порхали бабочки, а в ожидании неизвестного становилось трудно дышать.

Но дольше медлить было уже неразумно – скоро начнутся экзамены.

Они проводились в три этапа. Первый день – проверка теоретических знаний, второй день – проверка физической пригодности, а третий – собеседование.

И сегодня мне предстояла теория.

Глубоко вздохнув, я наконец направилась в главное здание, чтобы не опоздать.

А внутри было на что посмотреть: огромные, величественные помещения, высокие сводчатые потолки, потрясающая архитектура и кругом – отполированный гранит. Читая в детстве об Академии, я узнала, что все здание было построено из этого материала какой-то особенной породы. И, судя по фотографиям, время на нем совершенно не сказалось.

Современное снаружи и такое консервативное внутри. Только встроенные в стены информационные табло напоминали, какой сейчас год.

Подойдя к одной из статуй, я легко и благоговейно прикоснулась к ней рукой.

Интересно, каково это – каждый день ходить среди этого великолепия, видеть его, прикасаться к нему?

Посмотреть все здание для меня не представлялось возможным, так как Академия являлась военным учреждением закрытого типа. Поэтому вход сюда был строго по пропускам и только для преподавателей и студентов. Или по специальным документам, которые выдавались очень, очень редко.

Осмотрев все, что только можно, в нескольких смежных помещениях, из которых состоял вестибюль, я подошла к огромной толпе людей, которая находилась рядом с атриумом. Остановившись сбоку, около стены, я стала рассматривать абитуриентов, пришедших на экзамен, ибо здесь было на что посмотреть. Во всем на данный момент изученном космосе имелись всего двадцать четыре разумные расы. Но лишь пятнадцать из них являлись гуманоидами и входили в Союз. Остальные формы жизни больше контактировали между собой и жили на своих планетах. Хоть это для нас и удивительно, но менталитет у них был совсем другой, и с Союзом они имели только деловые отношения. А жаль… Например, на планете нутов дивный субтропический климат – можно было бы прекрасно отдохнуть. Но, увы, она закрыта для посещения.

Среди поступающих были представители всех рас Союза, но больше всего было ракш, потом по численности шли земляне и авито, остальные – в меньшинстве.

Тут мои размышления прервал подошедший к нам мужчина средних лет. Он был небольшого роста, коренастый, с черной кожей и со слегка раскосыми глазами, зрачок которых имел вытянутую форму. Яркий представитель расы нугар.

Редкие перешептывания сразу стихли.

– Добрый день, поступающие. Я ваш куратор Нарук. Сейчас у вас начнется первый экзамен, так что прошу за мной.

И, развернувшись, он поспешил прочь, совершенно уверенный в том, что мы последуем за ним. И мы пошли, а куда было деваться?

Шествуя к неизвестному нам месту, он продолжал объяснения:

– Сейчас мы подойдем к аудиториям, где будет проходить проверка ваших знаний. Места рассчитаны и подготовлены соответственно полученным заявлениям. Вам на коммуникаторы придет порядковый номер, который будет соответствовать вашему месту. Смотрите не перепутайте, иначе вопросы будут другими и рассчитаны на другого гуманоида.

Завернув в незнамо какой по счету коридор, куратор остановился.

– Вот экзаменационные аудитории – какая из них нужна именно вам, подскажут первые две цифры предоставленного нами номера. На данный экзамен отводится четыре часа. Прошу проследовать в помещения.

Открыв на коммуникаторе только что пришедший файл, я стала искать нужный мне номер вверху, над дверьми, а потом и определяться с местом.

Помещения здесь, по крайней мере эти, мало чем отличались от вестибюля, разве что не такие огромные и намного светлее.

Только я успела присесть за рабочий терминал, как прозвучал сигнал, что сеть подключена и можно приступать к работе.

Включив высокотехнологичное устройство и приложив указательный палец для считывания моих персональных данных, я зашла в систему космосети и только потом во внутреннюю сеть самой Академии. Тут мне пришлось во второй раз провести считывание отпечатка пальца, после чего открылся нужный мне профиль и система попросила воспользоваться сканером.

Этим прибором являлся тонкий металлическим обруч, который нужно было надеть на голову, для того чтобы он считывал психологические потоки информации. Данный метод позволял дать исчерпывающий и быстрый ответ на вопрос, просто воспроизведя в голове нужную информацию, но и сжульничать здесь уже не представлялось возможным. Терминал улавливал малейшие фальшь и подлог.

Закрыв глаза и вздохнув, я решилась и медленно опустила обруч на голову.

Перед глазами появилась синяя заставка, и электронный голос произнес:

– Приветствую вас, Феоктиста Мельник. Сейчас будет проведена проверка знаний на соответствие требованиям Звездной Академии. Если вы готовы, то мы можем начать.

– Готова.

– Инициация голосом проведена. Вопрос первый…

Вот так и начался мой личный экзамен, во время которого я старалась не торопиться, отвечать вдумчиво и подробно. Поэтому к концу четвертого часа выкачала из своей головы, наверное, всю информацию, которая там могла быть. И, сняв с головы прибор, почувствовала себя как выжатый лимон.

Теперь осталось только ждать.

Так как все поступающие закончили проверку практически в одно время, а лавочек на такое огромное количество народа в вестибюле не было, то многим пришлось стоять, и мне в том числе.

Ожидание обещало быть долгим.

По прошествии еще трех часов, когда к нам вышел уже знакомый нугар, мое тело расположилось на полу – на сумке, прислонившись к стене, – и ничего не чувствовало.

За весь день я так устала от этой нервотрепки, что под конец ко мне пришла апатия.

Подойдя поближе, куратор Нарук стал зачитывать фамилии и номер личности, среди которых оказались и мои.

– Тех, кого я назвал, Звездная Академия ожидает завтра в девять утра на второй экзамен, остальные могут быть свободны, – после чего он развернулся и ушел, не дожидаясь реакции на свои слова. А она последовала, и какая!

Сразу видно – военный.

И уже на автопилоте, еле передвигая ногами, я отправилась домой, где меня встретила Женька с вопросом:

– Сдала?

– Да.

– Ура-а-а-а!

– Я тоже счастлива.

– По тебе заметно. Что-то случилось?

– Думаю о завтрашнем экзамене.

– А порадоваться сегодняшней победе?

– Такова человеческая натура. Преодолев одно испытание к намеченной цели, мы тут же думаем о другом. А радость подождет до тех пор, пока не будет достигнут желаемый результат.

– Странные вы, земляне.

– Есть такое. А как у тебя дела?

– У меня экзамен только послезавтра, и я готовлюсь. А то с твоими тренировками совсем забросила свои вопросы. Если не сдам, это будет на твоей совести.

– Не ищи себе оправдания, лентяйка.

– Твоя мама звонила.

Я тут же напряглась.

– Зачем?

– Спросить, как у тебя дела.

– Скажи ей, что я позвоню после того, как сдам последний экзамен.

– Может, сама ей скажешь? Это же твоя мама, а не моя.

– Если сейчас с ней поговорю, то мы только поругаемся. А я сегодня очень устала, и мне пора отдыхать!

– Но только семь часов! Я думала, ты мне расскажешь, как проходил экзамен, ну, и о самой Академии тоже.

– Жень, я правда измотана. Сейчас поем, в душ и спать. Мне нужны силы на завтра. Тем более о Звездной Академии и рассказывать нечего: нам дали взглянуть только на вестибюль и одну аудиторию.

Зато какой это был вестибюль и какая аудитория! Но подруге об этом знать не стоит, иначе меня будут пытать всю ночь, чтобы узнать даже то, чего я не знаю.