Человеческая оболочка

Глава 13

С тобой хоть на край мира

Айзек с Ханной сидели в комнате лицом к лицу. Гробовая тишина иногда нарушалась шумом из-за окна. Ребята смотрели друг на друга и ухмылялись. Парень уже успокоился, осмыслив ситуацию. Теперь ему оставалось лишь понять настроение девушки, а дальше – решить, что делать.

– Ну ты даешь, Айзек… Тебя так кинули, а ты сидишь и лыбишься.

– Ну, знаешь, отчаяние тут тоже не сильно-то полезно. Я уже, вроде, свыкся с мыслью.

– И с какой же?

– Нам надо валить!

– Нам? Да ты смеешься надо мной?

– А что? Сама же хотела мир посмотреть! Вот и посмотришь.

– Айзек, я не думаю, что смогу вот так просто…

– Да я все понимаю… – попытался продолжить уговоры юноша.

– Нет, Айзек! Ты выслушай! Я не могу бросить родных, работу, детей. Я не готова! У меня и одежды-то такой нет. Даже маску, как у тебя, я вряд ли найду в этом городе.

– Ханна…

– Это опасно… я не умею ничего, о чем ты рассказывал. И выдыхаюсь, пройдя пару шагов…

– Да… я все понимаю…

– Айзек! Да не могу я…

– Ханна! – прикрикнул парень. – Я же сказал, что все понимаю. Я и сам не знаю, зачем это предложил. Просто хотел попробовать. Ну мало ли…

– Не умеешь ты прощупывать почву, Айзек. Ох, как не умеешь. Ты сейчас, считай, по тонкому льду ходишь! Айзек… я хочу. Но не могу.

– Да понял я, понял. Но и ты пойми – мне, в любом случае, нужно уйти. Вдруг эта штука все еще следит за нами? – Айзек потряс коробочку-интерком.

– Ты че, ее не выкинул? С ума сошел? Выбрось ее, живо!

– Нет. Она мне может пригодиться!

– Да ты издеваешься!

– Да нет…

Айзек встал и начал проверять содержимое рюкзака. Все было на месте. Он так ничего из него и не доставал, да и не было нужды. Для вылазки не хватало главного – палатки. Возможность отдыха в бескрайних снежных пустошах теперь кажется сомнительной.

Парень накидал в рюкзак готовой еды, что щедро предоставила ему Ханна, налил во флягу воды из-под крана, что пахла железом, и сложил все у выхода. Прощаться ему не хотелось.

– Куда ты теперь? – озадаченно спросила девушка. Она наблюдала за тем, как Айзек собирается, и не могла понять, как вообще с таким запасом можно куда-то идти.

– Восток, – Айзек достал компас отца. – Вот прямо туда.

– Но туда не ходят караваны…. Да и вообще ничего не ходит.

– Я же говорил! Так нельзя! Проверят все, что выходит из города, – юноша улыбнулся. – Но никто ведь не ожидает, что я уйду на своих двоих.

– А ты сможешь?

– Да. По рассказу моего старика, отсюда нужно идти на восток-юго-восток. Город недалеко. Пять дней пешего пути.

– Да ты совсем сдурел? Пять дней в пустыне из снега и льда! Сам-то понимаешь, что говоришь?

– Прозвучит странно, но… да. Я все прекрасно понимаю.

– Ладно, а дальше-то план какой?

– Снова ломанусь к главному. Только теперь я понимаю, что за этим следует. И буду аккуратнее.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Девушка озадачено поелозила на стуле. Посмотрела по сторонам, выдохнула.

– А что если ты найдешь там новую подругу?

Айзек громко рассмеялся. – Обещаю, что не буду искать новую подругу!

– Обещай, что не найдешь!

– Обещаю, что не найду!

Девушка весело хихикнула и подпрыгнула к Айзеку. Она обняла его, пытаясь продавиться через толстый слой одежды. Он вздрогнул от неожиданности, но ответил ей, обняв ее тоже.

– Странно это как-то, – сказал Айзек, крепко держа в объятиях Ханну. – Вот, вроде, знаю тебя всего два дня, а ощущение такое, что всю жизнь с тобой знаком.

– Да… Странно это. Айзек… Ты помнишь, что обещал мне показать мир?

– Помню.

– Так вот знай: свой мир я тебе уже показала. Он был маленький. Дело теперь за тобой!

Ханна поцеловала Айзека в щетинистую щеку и сделала шаг назад. Парень, не отворачиваясь от девушки, придвинулся к двери,и поднял рюкзак, кинув его поверх плаща. Он аккуратно щелкнул замком и в последний раз окинув Ханну взглядом вышел. Лишь стоило ему притворить дверь, как из комнаты, еле слышно и очень приглушенно, он услышал слова Ханны.

– Ты опять упускаешь такой идеальный шанс…

Айзек с горечью вздохнул и захлопнул за собой дверь. На прощанье он достал из кармана блестящее перо, и, бесшумно сунув его в щель двери, направился прочь. Миновав парадную, юноша оказался на ночной улице, скупо освещенной фонарями. Сверившись с компасом, быстрым шагом направился прочь, пытаясь не думать о том, что оставляет тут. Теперь он был вынужден думать и о безопасности девушки тоже.

Пройдя с десяток высоких запутавшихся в проводах домов, миновав пару скверов и мелких зданий, Айзек вышел к краю города. Заледеневшие панели строений, что были направленны в сторону пустыни, служили для города необходимой жертвой в защите от холодных ветров. А поле ветряков, что было впереди, изо всех сил махало лопастями, словно приветствуя и одновременно провожая парня, разгоняя перед ним морозный воздух.

Вот так и получилось. Один шаг. Потом другой. Ноги быстро привыкли разгребать снег, что скрывал ботинок по щиколотку и юноша нарастил темп. Идя под огромными мельницами, Айзек достал из кармана интерком, в надежде, что связь тут еще ловит, и вернул в него аккумулятор. Короткий писк просигналил, что устройство вошло в сеть. Теперь осталось лишь увести его подальше от города.

– Айзек? Айзек! Слышишь меня? – моментально раздался голос из интеркома. – Так и знал, что сядет. Ты зарядил интерком? Где ты сейчас? У меня важные новости!

– Да бросьте вы все это! – Айзек остановился прямо под лопастями, что будто пыталась снести ему голову.

– Айзек! Ты слышишь?

– Слышу!

– Если что, то на светящуюся кнопку нужно нажать. И говорить, пока она нажата.

Айзек раздраженно сжал в руке интерком, но все-же надавил на кнопку. – Слышу!

– Ну слава Богам! Я уж переживал… Где ты?

– Вы ведь и так знаете где я. Я ведь еще не вышел из зоны покрытия?

Тишина повисла в эфире, после чего раздался голос Оккера, который явно поменял манеру речи. – Нет. Не вышел.

– Раз уж мы можем поговорить честно, ответьте мне: почему вы так поступаете с людьми? Поговаривают, что это из-за денег, что платят за детей…

– С чего ты взял, что мы можем поговорить честно? Кто ты такой, чтобы я тебе что-то рассказывал?

– Справедливо… – Айзек отпустил кнопку и интерком, скользнув по его рукавице, беззвучно упал в снег. Парень сжал варежку в кулак и сунул в карман, дав плащу обнять себя. Коробочка из-под снега что-то бубнила, но отдаляясь от нее, парень уже не мог разобрать ни слова. А позже уже и вовсе ее не слышал.

– Глупо было на это рассчитывать, – говорил охотник сам себе. – Действительно… кто я такой?

Айзек вновь шел один в кромешной темноте. Темно-синее небо сверкало звездами. Долгий путь, что был впереди, вгонял в тоску. Парень, стараясь об этом не думать, начал представлять, как хорошо было бы вновь оказаться в этой темной комнатушке с Ханной. Он готов был развернуться и пойти назад, но отдавал себе отчет, что это закончится лишь его смертью. В лучшем случае… В худшем – смертью и Ханны тоже. Так что… теперь только вперед.

Бесконечные снежные просторы окружили юношу. Изредка доставая компас, Айзек двигался без единой остановки, и движение это было утомительным. Встретив рассвет, парень не увидел на горизонте абсолютно ничего. Лишь редкие клочки изодранного леса медленно проползали мимо. Монотонное движение вогнало его в некий анабиоз. Разум спал, пока ноги двигали тело вперед. Старик рассказывал, что люди умирают не от истощения или холода, а от страха оказаться посреди пустыни, без надежды на спасение. Айзеку надежда была не нужна. Он словно перешел в режим экономии энергии, и шел без единой остановки на отдых. Так прошел целый день, и вечер вновь накрывал небо темно-синим куполом, мелькнув рыжей полосой на закатном горизонте позади юноши.

И вновь темнота. И вновь Айзек вглядывался то в небо, то в компас, кладя его в теплый карман, чтобы жидкость в нем не замерзла. Звезды над головой медленно плыли. Их движение было еле заметно, и неподготовленному человеку могло показаться, что они и вовсе стоят. Но это было не так. Лишь зная это, можно было с уверенностью сказать, что для точности маршрута человеку нужен компас. Как ни крути, а магнитные поля никуда не двигаются.

Сознание в голове молодого охотника все еще дремало, не желая оказываться в полном одиночестве неизвестно где. Ни мыслей о доме, ни о людях, что там остались. Движение. Только движение.

Время в безмыслии пролетало быстро. И казалось, что это необычная способность, которую даровали Айзеку Боги. Но все было не так. Это лишь влияние старика и его дальние походы, которые выработали в Айзеке устойчивость к длительным и монотонным переходам. Парень уже давно не боялся пустошей.

Забираться далеко ради интересной и прибыльной добычи – самый лучший способ продержаться на плаву. Так все детство Айзек и проходил с Юрием по заснеженным равнинам и лесам. И пусть мяса не всегда было много – оно было ценное. Окупало себя.

И вновь небо начало светлеть. Сутки проносились безумно быстро. Постоянный шаг не давал замерзнуть. Разум вышел из оцепенения, как только по левую руку на горизонте моргнул красный огонек. Это первый раз, когда парень остановился. С трудом осознав происходящее, он вгляделся вдаль, сняв мутную маску с глаз. Почти на краю земли, что простиралась перед ним, вновь торчала зловещая башня, упираясь своим острием в небо.

– Опять ты! – охрипшим от непрерывного молчания голосом сказал Айзек, и глянув на компас сменил направление движения. Он не сильно задумывался о том, куда идет. Будут там люди и поселение, или не будет абсолютно ничего, его мало волновало. Он словно машина, двигался туда, куда наметил себе маршрут. Словно нечто манило его туда, к этой страшной, неестественной для этого мира конструкции.

Ясный солнечный день пришел на смену утреннему полумраку. По небу, впервые за долгое время, пробежали мелкие прозрачные облака. Это было необычно для мира, в котором вода не поднимается вверх, но все-таки имело место. Небо становилось светлее, а башня на горизонте все больше. Теперь уже можно было разглядеть тень, что очерчивала полукруг, медленно переползая с одной стороны шпиля, до другой.

К тому моменту, как башня всей свой громадностью нависла над Айзеком, он уже пришел в чувства, осматривая ее. Обойти ее заняло бы слишком много времени и парень просто смотрел на нее. Больше семиста шагов в диаметре. Массивное основание примыкало к земле, словно и не было никакого фундамента. Будто детскую игрушку просто поставили на снег. Будь это клинок древних Богов, то он бы точно оставил бугор из земли, когда его вонзали.

Парень стоял у самого основания, укутанный тенью, что отбрасывала башня. Вокруг ни души. Ни поселения, ни случайных людей. Тут даже нет признаков того, что кто-то пытался с этим шпилем взаимодействовать.

Совершенно один, посреди бескрайнего поля.

Айзек сделал с тридцать шагов влево, после – вправо, но ничего не нашел. Как керамический монолит, эта башня не имела ни дверей, ни окон. Постояв так пару минут, молодой охотник осознал, что зря свернул с маршрута, и начал возвращаться на прежний курс, выискивая свои же следы.

– Хоть бы дверь открыли, что ли… – бормотал Айзек, отдаляясь от шпиля.

Внезапно под его ногами нарисовалась красная сетка, на краю которой он сейчас находился, отойдя на приличное расстояние. Он тут же обернулся, но так и не смог понять, откуда проецируется этот рисунок, пробродив по ней, ловя лазеры руками, он вышел. Красный моментально сменился на зеленый.

Окинув взглядом нарисованный на земле прямоугольник с полосатой штриховкой внутри, парень не мог понять, что это все такое. Но как только башня фыркнула сжатым воздухом, на ней проступил едва различимый след. Щель. Контур невероятно высокой двери тонкой черной полоской рисовал силуэт. Высокая… Явно выше всех домов Рэд Вотер. Дверь начала двигаться. Ее верхняя часть стала отдаляться от башни, медленно приближаясь к Айзеку, который должен был оказаться чуть в стороне от нее, судя по зеленому прямоугольнику на земле.

– Охренеть! – вырвалось от удивления.

Невероятно массивный трап опускался на землю, имея свое начало на высоте человеческого роста. Верхний край был острый и больше походил на лезвие. Пласт железа приблизился к земле и ударил по ней, издав жуткий грохот. Земля задрожала и разъехалась. А трещины моментально заполнила вода.

Трап проломил лед, на котором стоял Айзек и чуть не утянул его под воду. Испугавшись, парень начал метаться от одной льдины к другой, но быстро потерял равновесие и полетел вниз. В воду.

«Это точно конец!» – промелькнуло в его голове. Юноша уже был по пояс в воде и изо всех сил держался за трап, что остановился, лишь слегка погрузив свой конец в воду.

В этот момент Айзек думал только о том, что теперь, когда он намочил свои вещи, шансов больше нет. Тем не менее, хоть его разум уже потерял надежду, тело сдаваться отказывалось. Юноша подтянул себя на металлический трап и начал на корячках карабкаться вверх по небольшому уклону. К этому моменту ледяная вода уже просочилась через штанины, натекла в ботинки. Чувствовалось, как холод поднимается вверх по кофте, обволакивая тело.

Штаны предательски примерзали к холодному металлу и отрывать их приходилось с силой. Айзек вскочил на ноги и побежал в темноту, что скрывалась за трапом. Замерзшая сталь не сулила никаких надежд, но тело неслось наверх. Внутрь башни. Сердце от выброса адреналина колотилось как бешеное, картинка в глазах вновь становилась резкой и темной. Страх смерти вновь обуздал Айзека. Но в этот раз, видимо, не зря.

Большое темное пространство. Пара механизмов, которых Айзек в жизни не видел. Открытая дверь на полу, и канатная платформа, что некогда спускалась вниз.

– Здравствуйте //НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ// и добро пожаловать! – раздался голос из глубины помещения. Холодный и бесчувственный, он явно не принадлежал человеку. Айзек вгляделся вглубь, но ничего не смог разглядеть в темноте.

– Кто ты? – испуганно озирался по сторонам юноша, замерзая насмерть от воды, что моментально забрала тепло.

– Я Интеллектуальная Система Помощи – ИСП «Финланд». Чем могу Вам помочь, //НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ//?

– Не человек?

– Я Интеллектуальная Система Помощи – ИСП «Финланд». Чем могу Вам помочь, //НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ//? – бесчувственно повторил голос.

– Черт с тобой. Тут есть где высушить вещи? Есть тепло?

– Инициировать включение тепловой завесы разгрузочной секции?

– Да.

Весь проем трапа загудел, и, фыркнув пылью, погнал воздух. Спустя пару секунд воздушная стена начала стремительно нагреваться и Айзек скинул с себя куртку, обдуваемый теплым воздухом.

Осознание происходящего было так далеко от него, и парень продолжал снимать с себя сырые вещи, стоя босыми ногами на своей куртке. Вся вода, что стекала с одежды, падала на металлический пол и моментально замерзала. Мысль об этом засела в голове юноши. Он смотрел на эти капли испуганными глазами, ясно отдавая себе отчет, что на их месте должен быть он. Солнце тонкой полоской начало закрадываться в помещение, близясь к закату.

– Ты можешь закрыть дверь?

– Инициирую закрытие основного шлюза.

Трап с грохотом поднялся и примкнулся к стене помещения. Солнечный свет больше не попадал внутрь и на минуту воцарилась полная темнота. Айзек ощущал, как сильные потоки воздуха обдувают его, но мрак начал закрадываться в него самого, и парень запаниковал.

Оранжевые огоньки загорелись на стенах, полу и потолке. Мелкие лампочки тускло светили, но этого света хватало, чтобы различать очертания предметов в помещении, и Айзек начал вглядываться вглубь.

Большой, просторный зал был сделан из металла, потерявшего свой блеск от возраста, накопившего слой пыли. Парень сел на свою куртку, не имея возможности сдвинуться с места по холодному полу, будучи без обуви. Он смотрел по сторонам, находясь в недоумении. Весь зал был завален разного рода мусором. Бумага, щепки, обломки досок. Где-то лежало битое стекло, где-то обрывки стальных канатов.

В центре комнаты находилась платформа, что, по-видимому, могла спускаться вниз, состоявшая из металлического профиля. В тусклом свете можно было разглядеть, что платформа имеет две стороны, сделанные из железа. Никаких ограждений. Толстая напольная плита, и толстая плита, стоящая вертикально, находящаяся в пазе стены и затертая явно сильнее нижней. А рядом с платформой, так же в стальном основании помещения, красовался проем похожий на дверной. Узкой стороной примкнутый к той же стене, на которой была и вертикальная часть платформы.

Проем светился словно прорубь, в которой плавают светлячки, и Айзеку жутко захотелось подойти и посмотреть, но он не мог.

– Где я?

– Вы на //ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА//, чувствуйте себя как дома.

– Что значит «данные повреждены»?

– //ДОСТУПНЫ ТОЛЬКО ЛОГИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ ИСП// – бездушно повторял голос, который, по-видимому, имитировал молодую девушку. В этот раз он не пытался создать ощущение дружелюбности. Лишь сухо констатировал свои факты.

– Ну и дела. Ладно… – Айзек подумал, как сформулировать вопрос, разговаривая с представителем другого вида разумных существ. – Почему ты меня впустила?

– //НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ// дал команду к открытию шлюза.

– Что значит «незарегистрированный пользователь»?

– //ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА// – неправильный ответ на неправильный вопрос последовал незамедлительно.

– Почему я незарегистрированный? – обдумав формулировку, спросил Айзек.

– //НЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ// не попадает под вариативность репродуктивной функции системы.

– Ни хрена же непонятно! – подскочил на своей куртке Айзек, отчаянно крича в темноту, – Ну и какого тогда черта ты впустила меня, незарегистрированного? Ты же, блядь, считай убила меня! Я без этих долбанных шмоток подохну за час!

– Приоритет доступа был изменен //ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА// дней назад. Лицо, внесшее изменения в приоритет доступа – //ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА// – механический голос сделал паузу. – До полного высыхания термоизоляционного слоя //ТРИ// часа. Ускорение высыхания разрядит резервные источники питания по причине //ПОТЕРЯ ЦЕЛОСТНОСТИ ИЗОЛЯЦИИ НА СОРОКА ПРОЦЕНТАХ ТЕПЛОНАГРЕВАТЕЛЬНЫХ ЭЛЕМЕНТОВ//

Айзек дотянулся до двух обломков досок, и, встав на них сырыми ногами, пошел в сторону светящегося люка. Парень шоркал по грязному полу двумя досочками, вцепившись в них пальцами ног, боясь потерять их и прилипнуть к железу навсегда. Выйдя из тепловой завесы, он ощутил, что в остальном помещении ничуть не теплее, чем на улице, а значит – надо быстрее вернуться к трапу. Быстрыми и резкими шажками он добрался до люка и заглянул внутрь.

Толстый слой льда был ровно на том же уровне, что и на улице. Только этот лед был прозрачным и незанесенным снегом. Под ним, в слегка мутной воде, виднелась длинная полоса маленьких рыжих лампочек, что сопровождали вертикальную лестницу, с кучей горизонтальных перекладин. Хоть лестницу через пару метров подо льдом уже и не было видно, по огонькам можно было судить, что до самого низа добирать придется чуть ли не целый день.

– Что это за помещение?

– //НЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ// находится в отсеке номер //СТО ТРИ//.

– Называй меня Айзек.

– Принято, Айзек. //ДОЛГОСРОЧНАЯ ЗАПИСЬ НЕВОЗМОЖНА/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА//

– Серверный отсек, он под каким номером?

– Серверный отсек располагается впереди. Его номер //СЕМЬ//

– До него можно добраться?

– Инициирую проверку систем, – машина вновь взяла паузу.

Тишина, стоявшая не больше минуты, гнетуще давила на Айзека, который уже во всю шоркал досочками в сторону своей сухой и теплой куртки. За то время, что машина думала, он вновь попробовал отжать остатки воды из своей одежды и постарался расположить ее так, чтобы она высохла быстрее. Парень закрепил одежду на дефлекторах тепловой завесы, отчего его штаны и кофта начали болтаться на ветру как безумные.

Вскоре машина вновь очнулась.

– Доступ к серверному отсеку невозможен, Айзек //ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА//. Доступ к коридору сообщения также невозможен //ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ КОРИДОРА СООБЩЕНИЯ//. Доступ к межсекционному травелатору закрыт //ПРИЧИНА/ВЫХОД ИЗ СТРОЯ МЕЖСЕКЦИОННОГО ТРАВЕЛАТОРА/ПРИЧИНА/ВЫХОД ИЗ СТРОЯ ТАГОВЫХ УСТОНОВОК/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ//.

– Ты говоришь, что затопление – это причина. А в чем причина затопления? – Айзек вновь стоял на своей куртке, выливая ледяную воду из рюкзака и оценивая то, что удастся спасти.

– Причина затопления //НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ КОРПУСА//, ремонт не является целесообразным в данных условиях.

– А зачем тогда строили такую башню под водой?

– //НЕ ВЕРНАЯ ЛОГИЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ/ПЕРЕАДРЕСАНИЯ/БАЗА ДАННЫХ/ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ/ПРИЧИНА/ЗАТОПЛЕНИЕ СЕРВЕРНОГО ОТСЕКА//.

Айзек раздосадовано вздохнул, поняв, что ответов на свои вопросы он не услышит. И сел на свою куртку, достав из рюкзака коробочку с лапшой. Вылив воду из коробки, Айзек достал блюдо, которое замерзло и превратилось в один большой комок длинных полосок. Полосочки из теста, которые Ханна называла лапшой, когда-то были очень сытными и вкусными. Сейчас они совсем не представляли интереса. Парень положил еду под потоки теплого воздуха, ловя себя на мысли, что все это хотя бы не придется греть под курткой.

– Я так понимаю, ловить мне тут нечего? – спросил Айзек, но голос проигнорировал непонятный вопрос.