Человеческая оболочка
- -
- 100%
- +
– Ты омерзителен, Хайле, – руки парня тряслись от тяжести направленного прямо в голову Уиллиса карабина.
– Да, брось! Это не я находился в полном здравии, прикидываясь бравым рядовым организации, что своим долгом считает истребление всех, кто не похож на них. Ну и еще выгоден, – Уиллис раскинул руки, не выпуская из них карабин. – Не я убивал всех этих людей, которых признали неугодными. И ладно бы ты был в беспамятстве… я бы принял мертвых на свой счет… Нет! Оказывается, ты действительно отдавал отчет своим действиям. Сколько их там, на твоем счету? Десять? Двадцать? Или уже за сотню перевалило? Запишешь на свой счет погибших в Яме?
– Ахаха! Что за чушь ты несешь? Их убил отнюдь не я. Это был ты!
– Прикидываться всего лишь инструментом – не честно, ты в курсе?
– На моем счету лишь двое. И то… авансом.
– Оккер, и, дай угадаю, я?
– Верно мыслишь, ублюдок.
– Не обзывай своего брата, Марк. Прости…. Айзек, – Хайле вновь начал безумно улыбаться. – Ты реально думал, что я не распознаю подделку в том приказе? Я же не такой тупой, как Токарев. Ты ведь это не забыл?
– Почему не сдал меня?
– Не знаю. Хотел дождаться этого момента. Напряжение оно такое… лучшее. Это лучший момент в моей жизни. Лучший! Я даже не знаю кто из нас больше похож на загнанного в угол зверя. Я? Или ты? Ты ведь не думал, что все пройдет как по маслу? Я же учил тебя продумывать наперед все возможные варианты и ответвления плана? Учил ведь? Иначе меня не одолеть, парень.
Руки Айзека начали дрожать и оружие еле заметно опустилось ниже. Хайле поймал этот момент и вскинул свой карабин, не успев забить свои мышцы весом металла. – Можешь взять на свой счет еще и умерших в Повале. Будет честно.
Хайле нажал на спусковой крючок, но вместо привычного выстрела палец лишь продавил железо, так и не иссечя искру из капсюля. Айзек успел испортить оружие за долгие дни пути.
– Вот и все, Хайле, – Айзек вернул карабин наизготовку и продавил крючок. Но ничего не произошло.
– Вот ты, неужели думал, что будет так легко? – говорил Уиллис, давая Айзеку время отстегнуть сломанный карабин, пока сам выкидывал свой с высоты трапа.
Айзек рванул вперед, остервенело готовясь вцепиться в шею своему заклятому врагу. Уиллис лишь успел достать пистолет из поясной кобуры. – Капитанский! Смотри!
Но Айзек тут же сбил его с ног, ухватившись за затворную раму левой рукой. Оба покатились вниз по наклону пандуса. Айзек не успевал считать сколько раз он уже ударил Уиллиса головой об метал, но тот все еще улыбался, гладя ему прямо в глаза.
И вот Айзек впервые в жизни оказался сверху, крепко придавив коленом шею своего врага. Он готовился к этому целых два года, каждый день перед сном представляя этот момент.
– Эй, Айзек. Хочешь знать, что случилось с Иннес?
– Мне наплевать! – Айзек колотил руку Хайле, что держала пистолет о рифленое железо около которого они приземлились. Рука Уиллиса уже кровоточила от количества ударов, но он смеялся через придавленное горло, не желая отпускать оружие.
Айзек придавил пистолет, поняв, что выбить его не выйдет. Он с трудом просунул свой палец между пальцем «брата» и спусковой скобой, и начал нажимать на курок, превозмогая усилия, что прикладывал Уиллис явно переломанной ладонью.
Выстрел отрикошетил от трапа. Второй. Третий. Звон и грохот продолжались до тех пор, пока затворная рама не застыла в отведенном состоянии. Айзек расслабился и в этот момент Уиллис перехватил инициативу.
– Задолбал уже! – Хайле вывернул левую руку и со всей ярости опрокинул Айзека на снег, усевшись на него сверху. Коленями он придавил руки парня выше локтей так, чтобы он не мог дотянуться до него в попытке опрокинуть. Айзек запутался в своем плаще, чувствуя, что вот-вот проиграет. Цена победы – жизнь, но Хайле словно получал от этого удовольствия. Он протянул руки к шее мальчишки и принялся его душить. Кислород моментально перестал поступать в легкие Айзека.
Парень с трудом сунул руку к своей пояснице, борясь с собственным весом, дополненным весом Хайле. Он принялся ковыряться под собой, раскапывая в спешке снег под поясом в попытке не упустить свой последний шанс.
– Ты не забыл, что хреного держишь нож? Пальцев-то маловато! – хохотал Уиллис.
Айзек шевелил губами в надежде сказать какую-то грубость, и пока Хайле отвлекался на чтение по губам фразы «ты сейчас сдохнешь, мразь», мальчишка-охотник вытащил руку из-под плаща и сунул ее к ножнам. Рука моментально скользнула обратно, летя в противника.
Хайле убрал левую руку от шеи в попытке поймать нож. Но то, что он увидел, никогда ножом и не было. Айзек успел забрать из Повала свой двуствольный пистолет, спрятав его там давным-давно, как личную реликвию. Тогда он даже не знал, что однажды вернется в это умершее для него место.
План Айзека был просчитан ровно до этого момента. Хайле выставил левую руку, планируя остановить нож, но остановил огнестрел, что теперь пристально смотрел своими дулами прямо в его лицо. Айзек отвел курки, зажмурив глаза чтобы кровь в них не налетела. Мальчишка перед самым выстрелом почувствовал, как шея освободилось, а пистолет слегка отклонился.
Грохот немереной силы раздался на всю округу. Патрон, не рассчитанный под такой короткий ствол, моментально выбил оружие из руки Айзека. Кровь брызнула на лицо, но когда Парень открыл глаза он увидел не совсем то, что ожидал.
– Ах, ты ж блядь! – Уиллис разглядывал месиво, что осталось от его руки, пытаясь проморгать налетевшую в глаза кровь. В самый последний момент он толкнул правой рукой оба дула, отведя линию поражения от своей головы. Цена такого маневра – ладонь целиком. Пальцы разбросало по округе, окрасив снег в красный. Словно фейерверк, из повсюду начали летать не успевшие упасть капли крови.
Вот только Уиллис, кажется, не сильно расстроился. Его улыбка не сходила с лица даже тога, когда Айзек перевернул ошарашенного Хайле на спину, придавив его точно так же, как был придавлен он сам секунда назад.
Душить Айзек не стал. Он один за другим наносил тяжелые удары сбитыми кулаками по лицу Уиллиса, пытаясь нащупать момент, когда кости черепа сломаются и Хайле потеряет сознание. В считаные секунды лицо превращалось в фарш, а руки самого парня начинали ныть, теряя тяжесть ударов. Сопротивление пропало. Уиллис обмяк.
Айзек опрокинулся на бок и перекатом отдалился от своего врага, чувствуя, что руки его теперь тоже сломаны. Пальцы, хоть и не все, практически не двигались, моментально увеличившись в размере.
Парень поднялся на ноги и спотыкаясь пополз по трапу вверх. Воздуха категорически не хватало. Мало того, что Уиллис передавил ему кадык, так и все это действие продолжалось невероятно долго. Пусть даже и целую минуту, но она тянулась словно вечность. Отдышаться не получалось.
Передавленное горло еле произнесло слова. – Закрывай, ИСП.
Платформа начала подниматься, и из щели раздался голос Уиллиса. Айзек испугано метнулся к закрывающемуся трапу, и в последние секунды перед смыканием двери, в небольшой вертикальной щели, он увидел Уиллиса. Тот уже успел подняться на ноги и беззубо улыбался, вытянув вперед культю, с торчащим вверх большим пальцем, единственным уцелевшим на всей руке.
– Было круто! Я подожду тебя здесь! Готовься ко второму раунду! – набитым кровью и зубами ртом кричал Хайле.
Дверь плотно закрылась и Айзек, прижавшись к ней спиной, медленно скатился вниз. Так страшно ему еще никогда не было. Трюки закончились, а этот ублюдок до сих пор не умер.
– Какая живучая блядь! – впервые за долгие годы Айзек позволил себе высказать свои мысли. – Насрать. Все равно сейчас сдохнет.
Два года Айзек жил рядом с маньяком, понемногу осучиваясь, превращаясь в подобного. До той проклятой пули, что лишь расколола его череп, так и не убив, он и представить не мог, что сможет желать кому-то смерти так сильно. Тем более, он не мог представить, что сможет кого-то убить. Все когда-нибудь случается в первый раз, и дойдя до этой решающей минуты парень был готов. Для Айзека такое было уже не впервой. Он было готов, что морально, что физически.
Вот только тяжесть от всех предыдущих смертей никуда не делась. Парень по привычке записывал абсолютно всех на свой счет. И тех, кого убил, и тех, кого не смог спасти.
– Сто тридцать один, ублюдок. Их было сто тридцать один, – запоздало отвечал на вопрос Уиллиса Айзек. – Считай, что сто тридцать два.
Парень с трудом поднялся на ноги и побрел к люку, что вел вниз. К бывшему капитану МакКрею.
Глава 45
Конец долгого пути
– Рассмотрение протокола «Сближение» было отложено на семьсот девяносто восемь дней. Желаете продолжить? – по кораблю разносился голос ИСП.
Айзек скользил вниз, держась больными руками за лестницу, терпя невыносимую боль. Там внизу его ждало незавершенное дело. Он больше не был тем трусливым ребенком, что ждать чьей-то помощи или совета, остановившись перед трудным выбором. Если есть варианты – нужно выбирать. Стоять на месте – не принесет никакого решения.
– Капитан Орлов, я зафиксировала входящую передачу сигнала. Принять?
– Да.
Шипение в железном пространстве заставило Айзека отвлечься от своих мыслей. – Эм… Здраствуйте! Меня зовут Роберт! Система сказала, что установила связь!
– Откуда ты? – но отвлекаясь от спуска вниз спросил Айзек.
– Эдем. Мы тут…
– Как называется корабль класса «Колонист», в котором ты сейчас находишься? ИСП всегда представляется для нового пользователя.
– «Канада-01», – ответил дрожащий голос парнишки. Было слышно, что он молод и напуган, но Айзек не собирался делать ему поблажку, и лишь продолжил его слушать. Пока не надоест. – Мы совсем недавно сюда попали, тут очень длинная история. Вам интересно?
– Нет. Я видел дым над твоим «Эдемом».
– Вы же капитан Орлов, верно?
– Да.
– И что теперь будет? – звучал полный надежды голос.
– А на что ты рассчитывал, устраивая захват власти?
– Выйти наружу. Прекратить убийства людей. Много чего…
– Вот то и будет, – Айзек приземлился на нужную ему переборку. – ИСП, отключай связь. Не принимай входящий сигнал.
– Эдем у них там… Райский город. Мои варианты были лучше…
Парень успел отдышаться и уже ровным шагом шел к капитану МакКрею. Карточка, которая была ключом доступа ко всей системе Колонистов лежала на столе. Не в том месте, где Айзек бросил ее пару лет назад.
Пальцы с трудом отковыряли пластиковый прямоугольник железного стола. В воздухе вновь повисла голограмма с симуляцией работы Сближения.
– Расчет последовательности закончен. Средняя температура на экваторе установлена на плюс сорок градусов, – звучал электронный голос. – Подтверждаете?
Палец Айзека приближался к кнопке «запуск», но вдруг дрожа замер. Парень встал в ступоре, вновь боясь принять свой собственный выбор. В голову лезли слова Ханны, которая никогда бы не простила разрушение десятков больших городов. Даже Пан Оптикум вышел на связь, вставая с колен. А вот у них-то как раз и не было шансов. «Канада-01» загорелась на симуляции, как активный элемент системы. Значит он тоже будет включен в работу.
– ИСП. Есть в хвостах кораблей система оповещения? Мы можем предупредить людей? – пытался уменьшить свой грех Айзек.
– Только та, что в разгрузочном отсеке. Она достаточно громкая, охват будет, примерно, в двести метров.
– Одна пятая от нужного. Сойдет.
– Нажмите на кнопку запуска для активации Системы.
– ИСП. Предупреди людей с помощью переговорного устройства. Транслируй просьбу покинуть территорию в течении десяти минут. А потом запускай.
– Меняю параметры запуска. Включен //ОТЛОЖЕННЫЙ// запуск.
Кнопка тут же изменила форму и содержание, и Айзек недолго думая нажал, проткнув пальцем голограмму. Громкий голос раздался снаружи, передаваясь по корпусу корабля вибрации.
Айзек побежал обратно к лестнице и начал карабкаться вверх, кладя запястья на перекладины. Осталось незаконченное дело, а значит теперь только вверх.
Однажды, когда раненный Айзек очнулся на заднем сиденье грузовика, весь переляпанный кровью и с пробитой головой, Уиллис спросил его. – Ты помнишь меня?
Это дало парню шанс. Маленький, глупый шанс. Шанс притворится кем-то другим. Притвориться, что у него есть семья. Притвориться, что у него появилась любовь и спокойствие в жизни. Головные боли, что часто донимали парня, не давали ему забыть кто он есть ни на секунду, заставляя притворяться каждый день. И чем дольше времени Айзек проводил в чужой шкуре, тем сильнее понимал, что он взращивает этот маленький шанс до приличных размеров.
Он знал, что однажды станет своим для этих чужих людей. Он ходил к родителям, ходил к Иннес, выполнял тяжелые миссии на благо города, с каждым днем получая все больше доверия к себе. Внутри он остался чужаком, чувствуя ненависть к каждому, кого встречал на своем пути. Уиллис дал ему мимолетный шанс выжить.
– Тебе я шанса не предоставлю, – бормотал Айзек, считая ступени.
Юноша выбрался на твердую поверхность разгрузочной секции. Разрывающий перепонки голос ИСП гремел в приоткрытую дверь корабля.
– Открывай! – Айзек разбежался, на ходу отцепив от карабина магазин и достав из него два синих патрона.
– …РАДИУС ПОРАЖЕНИЯ /ОДИН/ КИЛОМЕТР…
Айзек скатился с опустившегося трапа на снег.
– //ПОВТОРЯЮ/ПОКИНЬТЕ ЗОНУ АКТИВАЦИИ /ИОННЫХ ДВИГАТЕЛЕЙ/…
Он на бегу подхватил свой пистолет, что выбило из рук выстрелом.
– …РАДИУС ПОРАЖЕНИЯ /ОДИН/ КИЛОМЕТР…
Уиллис смиренно ждал его, вслушиваясь в грохот голоса ИСП.
– …ЗАПУЩЕН/ПРОТОКОЛ/СБЛИЖЕНИЕ…
Земля была исполосована лазером, отмечающим опасную зону. Куда ни глянь, весь снег был красным, словно от крови.
– …НАЧИНАЮ ТРИДЦАТИ СЕКУНДРЫЙ/ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ…
Уиллис поднял посиневшую обескровленную руку в сторону Айзека. Тот, не обращая на него внимания, бежал вперед, уже вставив оба патрона в стволы своего оружия. Хайле даже не пытался сбежать, слушая голос «Колониста». Айзеку не нужно было стрелять в спину.
– …ДВАДЦАТЬ ВОСЕМЬ…
– Если я дам тебе шанс, ты успеешь?
Уиллис посмотрел на отмеченную зону. – Да.
– …ДВАДЦАТЬ ДВЕ…
Голос ИСП заглушил грохот выстрела. Две тяжелые пули вылетели из оружия, вновь выбив его из руки. Два шарика прошли насквозь правой ноги хайле, превращая кости в труху. Уиллис упал как подкошенный, даже не взвизгнув от боли. Колено раздулось, словно по нему ударили кувалдой и сочилось горячей кровью, которой после раздробленной руки должно было оставаться намного меньше, чем сейчас выходило.
– …ПЯТНАДЦАТЬ…
– Я дам тебе возможность увидеть начало нового мира, – Айзек обращался к Хайле, уже возвращаясь на корабль.
– Ну спасибо! Тут крови как раз на минуту осталось! – Уилл поднял указательный палец левой руки вверх, целясь в секунды отчета системы.
– …ДЕСЯТЬ…
Айзек шагнул на трап, подняв палец вверх. Тоже показывая на обратный отсчет.
– …ПЯТЬ…
Парень залетел в черноту разгрузочной секции.
– …ДВА…
Дверь плотно закрылась, забрав с собой проблески солнечного света.
– …ОДИН…
Айзек подогнул колени, представляя, какой грохот и тряска сейчас начнутся, но простояв так пару секунда понял, что ничего не произошло.
– //ИНИЦИИРУЮ ЗАПУСК РЕАКТОРА//.
– ИСП, почему не работает? – ошарашенно спрашивал Айзек, утопая в свете искусственных ламп, что начали гореть с новой силой.
– Очередь «Надежды Человечества» еще не наступила. «Колонисты» на противоположном полушарии успешно активировали свои ионно-импульсные двигатели.
– Точно… Солнце же над головой! – приложил запястье ко лбу парень. – Значит они успеют.
– Не могу ответить на это утверждение положительно.
– Блин! Уиллис же ничего не увидит… А, да и хрен с ним!
Айзек отправился к платформе, назвав нужную остановку. Ему самому казалось странным, что он беспокоится о таких мелочах. Уиллис был больным маньяком, и, по-видимому, немного его безумия просочилось и в Айзека.
Понимая, что день за днем Хайле подыгрывал, парню становилось не по себе. Вся эта двухлетняя чушь с трудом поддавалась какому-то объяснению, доступному лишь этим двоим. Хайле из последних сил старался прочувствовать страх и ужас, который исходил от Айзека. Безумный капитан до последнего подыгрывал. До самого конца. Он словно ждал, когда охотник приведет его на поле боя, которое будет удобно лишь ему. Уиллис изначально хотел оказаться в равном положении с парнем, желая сражаться насмерть с равным, достойным противником.
– Вот же больной ублюдок, – переосмыслил все юноша. – Как таких земля вообще носит?
– Не могу ответить на этот вопрос.
– Да и не надо. Сколько длится весь процесс сближения? – спрашивал Айзек, плавно спускаясь в освещенные, но заваленные мусором складские отсеки.
– Шестьдесят восемь часов.
Грохот системы сближения и тяжелые удары импульсных двигателей застали Айзека врасплох прямо посреди ночи. Каждый удар Сближения на пару миллиметров выбивал пол из-под ног юноши, все глубже осаживая корабль в землю.
– Началось…
В эту минуту Айзек осознал, что все корабли на линии меридиана вместе с этим синхронно разрушают землю. Грохот камней по корпусу быстро закончился, и остались лишь равномерные грубые рывки корабля вглубь планеты. Чувствовалось, как сотни метров земли вокруг превращаются в пыль. Чувства унесли Айзека дальше, ведь тут была лишь земля, но где-то в глубине ночи разрушаются дома, заводы, фабрики по производству детей. В пыль истираются и людские жизни, что не послушались и остались на своих местах.
Айзек попросил вывести голограмму с работой. Шар возник в воздухе и десяток кораблей в эту минуту почти синхронно отправляли планету в сторону солнца этой системы. Всего десять минут, и гул двигателей стих. Точная работа компьютера рассчитала все до секунд, оставив роль толкающих следующей линии Колонистов.
Красные точки горели на карте, показывая какие из кораблей сейчас находятся в состоянии импульсного разгона. Но это было уже не важно. Далеко на севере, у кроваво красных берегов, набережная превратилась в пыль, затапливая водой воронку, что осталась после Колониста. Теперь там сгорело все, превратившись в пепел. Штаб. Ангар с кучей машин. Мертвое тело Оккера, где бы оно не находилось. Айзек упал на кровать от осознания масштаба произошедшего. Вот только теперь он не мог заплакать от обиды. Звание не позволяло.
Закрывая глаза Айзек слышал, как тысячи жизней с пронзительным криком толкают его счет смертей вперед. Это была очень тяжелая ноша.
Глава 46
Будущее
Айзек стоял посреди бескрайнего зеленого поля. По небу плыли редкие пушистые облака, которых он никогда не видел ранее. Мир пришел в движение. Вода теперь падала на землю крупными каплями, а потом паром поднималась обратно вверх. Парень шел босяком по мягкой зеленой траве. Совсем еще молодой. Трава спала сотни лет, ожидая часа проснуться. За кронами зеленых деревьев было слышно, как журчит ручей, полный чистой талой воды.
В одной лишь кофте Айзек стоял, обдуваемый самым теплым в жизни ветром. Птицы радостно парили, они были так высоко, что даже не отбрасывали тень, пересекая солнечный круг. Лучи нежно ложились на истерзанное войной лицо парня. И грели.
– Ну и долго ты будешь тут стоять? – раздался голос из-за спины.
Айзек повернулся и посмотрел в светлое лицо Ханны. – Еще чуть-чуть. Тут так красиво.
– Эх… Никогда не думала, что так все и выйдет, – Ханна села на мягкую чуть влажную траву и начала водить руками, расчесывая зеленые нити. – Не забывай, нам надо на север! Ты же сам хотел найти всех живорожденных!
– Да подождут они, никуда не денутся…
Ветер трепал волосы на голове девушки, нагло раздувая их в разные стороны. Светлые, отросшие до лопаток, они путались и лезли в глаза, от чего Ханна постоянно их поправляла рукой.
Листья колыхались на ветру, создавая нескончаемый шум.
Замерзший мир всегда молчал. Не было ни щебета птиц, ни кряканья прыгалей у ручья. Сейчас мертвая тишина сменилась шумом жизни. Этот звук заполнял все пространство. И даже закрывая глаза, Айзек видел этот красивый мир своими ушами. Он часами мог стоять посреди поля или леса, чувствуя каждое мгновенье этой красоты.
– Ханна, – подошел к сидящей на траве девушке Айзек.
Он протянул ей свою левую руку, помогая встать. Парень практически не показывал свой правый кулак, пытаясь не давать повода вспоминать тяжести пути, которые были отмечены на нем лучше всего. Ханна постоянно упрекала его за это, говоря, что забывать произошедшее неправильно. Она радовалась этому новому миру каждый день своей жизни, словно несла в себе всех тех, кто погиб на пути сюда.
– Едем? – весело спросила девушка, указывая на перемазанный землей грузовик с забитыми торфом гусеницами.
– Нет. Подожди, – Айзек встал перед ней на одно колено, сунув руку в карман.
– Только не говори мне…
– Ханна. По старому обычаю моего народа, позволь мне надеть кольцо на твою руку. В знак того, что мы будем бесконечно долго связаны. Пока… пока смерть не разлучит нас, – парень поднял правую кисть девушки и уже было готов был надень золотое кольцо, в ожидании заветного ответа.
– Нет. Так не пойдет!
– Что? Но почему мы же столько всего… Ханна…
– Айзек, а ну перестань трястись! Ты же капитан целой колониальной экспедиции, веди себя по-взрослому! Дай договорю! – выдернула руку девушка.
– Прости…
– Почему это по обычаю твоего народа? Напомню: у нас всего один правый безымянный палец на двоих! – девушка радостно протянула другую руку. – Левых два. Так что будем действовать по обычаям моего народа!
Айзек почти поднес кольцо к пальцу. – Так какой ответ?
– Ты же не снял его с бедного капитана МакКрея?
– Нет.
– Тогда мой ответ «Да». Да, Айзек.
Парень, закрыв глаза, сделал самый волнительный шаг в своей жизни. Он почувствовал своей перебитой правой рукой, как кольцо идеально устроилось на пальце девушки. Улыбка невольно растянулась на покрасневшем лице.
– Айзек. Где второе? Теперь я надену его на тебя
– Нет второго.
– В смысле?
– Ну пальца же нет, вот я и подумал…
– О, Боги, Айзек! Они вместе обозначают бесконечность! Бесконечность, Айзек! Их должно быть два! – нахмурилась Ханна, надув щеки. – Опять ты в своем репертуаре. Ладно. Купим его по пути. Или сделаем.
– Ага. Вот теперь можем ехать! Я насладился моментом.
– Быстро ты…
Айзек взял Ханну за окольцованную руку и выверяя шаг, подстраиваясь под девушку, повел ее к большой машине, бочка с топливом в которой еще не опустела.
– Айзек, а, Айзек. А дети у нас будут? Как думаешь, получится?
– Будут… – краснея отвечал парень, понимая, что пора вырваться из своей фантазии.
И вырвался.
Айзек открыл глаза как только трап начал опускаться.
Выжженная земля. Куда ни глянь – расплавленная до состояния стекла порода. Раскаленные камни. Невероятный жар хлынул в лицо уставшего юноши. В поле зрения не осталось ничего живого, да и дотянутся до нормальной земли теперь практически нереально, пока весь этот Ад не остынет.
С тяжелым скрежетом, трап принял горизонтальное положение. Звуки заклинивших механизмов вернули капитана в суровую реальность. ИСП только что закончила сближение.
Трап висел над пропастью, в которой все еще светились раскаленные сопла двигателей Надежды Человечества. Корабль оголил свое тело, показав Айзеку самые скрытые части. Огромные, массивные прыжковые установки лежали на дне глубокой ямы, что отделяла корабль от земной тверди.
– Ад… – прошептал Айзек.
Дым и раскаленный пар стелились пред лицом, создавая ощущение, что весь мир теперь стал таким. Теплый воздух моментально начал подниматься наверх, к закрытому от земли солнцу. Несколько минут, и видимость улучшилась. Перед глазами предстал новый мир. Он ничем не отличался от предыдущего. Такой же мертвый, только теперь еще и с выжженными проплешинами. Но за обманчивостью взгляда скрывалось то, что Айзек моментально почувствовал.
Скоро придет весна.
– Сближение прошло успешно, – раздался голос ИСП. – В течении месяца температура воздуха поднимется в этом региона на двадцать градусов.
Ветер унес дым, и солнце бросило на парня свои лучи. Айзек потрогал короткие волосы, почувствовав, что они моментально нагрелись. И улыбнулся.
– Так вот он какой… новый мир.
– Да, Капитан.
– У этой планеты, вообще есть название?
– Вторая планета звезды Проксима Центавра.
– Вторая планета, значит…
Айзек вернулся на корабль и бросил пластиковую карту в глубокую шахту подъемника, желая навсегда распрощаться с этой должность. Он никакой не капитан. Он самый обычный охотник с подножья горы близ Повала.
Каждый день своей новой жизни Айзек спрашивал себя, сможет ли человек, находясь без сознания, получить два сквозных ранения в спину и выжить?