- -
- 100%
- +
В разных вариациях «Astronomy Domine» звучала на концертах группы с октября 66 года до июня 71-го, вернувшись в их программу в 94-м. В 2006 году Дэвид Гилмор впервые исполнял композицию сольно, но при участии Райта. Частым украшением сет-листа песня служила также в турне Дэвида «Rattle That Lock», когда на сцене не было ни одного из её оригинальных исполнителей. "Astronomy Domine" – обязательный номер для всех сольных сетов Мэйсона.
Полная энергии «LUCIFER SAM» музыкально построена на чёткой ритм-секции, риффе электрогитары, усиленной эхо-эффектом, и яркой органной партии. Текст, выдержанный в традиции английской поэзии абсурда, посвящён сиамскому коту Сида и содержит отсылку к популярной в своё время теории о левостороннем и правостороннем мышлении. Образ Дженнифер Джентл Барретт списал со своей девушки Дженни Спайрз. Следует заметить, что Люцифером Сэмом звали кота известного английского поэта, священника и музыковеда Томаса Перси (1729–1811).
Странно, но этот потенциальный хит с бодрым вокалом автора исполнялся группой только с весны по осень 67-го, причём не регулярно. 24 февраля 72 года Сид представил "Lucifer Sam"сольно, выступая со своей командой The Stars в здании Кембриджской зерновой биржи. Композиция является обязательной для всех сольных концертов Ника.
В ещё одном очень характерном сочинении Барретта «MATILDA MOTHER» задействованы две роли: мать рассказывает сыну сказку – их партии поочерёдно исполняют Рик и Сид. Песня представляет первый в активе группы текст в форме диалога, являясь предтечей нескольких наиболее ярких композиций Pink Floyd. Самый очевидный пример – "Mother", которую от лица сына и матери, сменяя друг друга, будут исполнять Роджер и Дэвид. Ну а картина в середине, ломающая базовый ритм, со временем станет для флойдов излюбленным структурным приёмом, особенно для Гилмора. Здесь звучит эффектное клавишное соло "под восток", разработанное Райтом. Отдельные фрагменты песни напоминают детскую считалку – одна из черт, присущих раннему творчеству группы.
Начиная с осени 66 года приблизительно в течение года выразительная «Matilda Mother» периодически входила в сет-листы группы. Некоторые источники информируют, что композиция исполнялась до осени 68-го, хотя убедительных подтверждений этому не обнародовано.
«FLAMING» – очередной хит авторства Барретта, уносящий слушателя в страну Детства, с её особыми законами и необычными образами. В названии возможна аллюзия на один из эффектов от приёма ЛСД, когда предметы кажутся обрамленными сиянием. Намёком на сомнительный, но в буквальном смысле яркий опыт «хорошего трипа» могут быть и отдельные строки, хотя текст в целом вдохновлён воспоминаниями автора об играх в прятки с его сестрой Розмари. Как бы то ни было, заряд упоительной восторженности первых лет жизни и подлинно светлого восприятия мира с лихвой перекрывает всё наносное. Слова «Travelling by telephone…» («Путешествуя по телефону…») считаются неосознанным предвидением Интернета.
Лидирующую вокальную партию исполняет Сид. Аранжировка с глубокими органными пассажами, голосовыми абстракциями, пульсирующей ритм-секцией и акустической гитарой усилена шумовыми вкраплениями (имитация голоса кукушки, шуршащий свист и звон колокольчиков), подкрепляющими только что спетые слова – этот приём Pink Floyd пронесут почти через всю свою карьеру. В картине, включающей щелчки заводной игрушки, клавишные приобретают звучание клавесина.
По не слишком убедительным сведениям «Flaming» исполнялась командой с октября 66 года до ноября 68-го.
«POW R. TOC H.» сочиняли, оттолкнувшись от дружного вокального кривляния, задавшего джему преимущественно эксцентричный и даже отвязный характер. Авторами представлены все участники группы. Ведущая роль, скорее всего, принадлежит Роджеру и Ричарду: ближе к началу и под конец представлены повествовательные аккордовые пассажи, подобные которым вернутся в таких композициях, как «Set the Controls for the Heart of the Sun» и «Main Theme».
Возможно, этот трек стал первым опытом Pink Floyd в области сатиры, хотя ещё и весьма абстрактной. По крайней мере, вторая часть странного названия имеет исторический аналог и подлежит расшифровке. Во времена Первой мировой войны в городке Поперинг, что в Западной Фландрии, союзниками был создан клуб под названием Talbot House ("Дом Тэлбота"). Все его члены считались равными вне зависимости от регалий. Согласно фонетическому алфавиту британских военно-воздушных сил того времени, буква "T" в аббревиатуре "TH" должна быть представлена как "Toc". Ещё одна параллель – христианская благотворительная организация Toc H, образованная в 1922 году. Одной из её целей была попытка сдружить молодых людей разного социального положения.
Впервые «Pow R. Toc H.» прозвучала вживую ещё в октябре 66 года и входила в сет группы, предположительно, до мая 68-го. В интерпретации под названием «The Pink Jungle» композиция станет частью концертной сюиты «The Journey», исполнявшейся до начала 70-го.
Уотерс представляет свой "сольный" выход в виде остро психоделической "TAKE UP THY STETHOSCOPE AND WALK", с энергией и триумфом закрывая первую сторону LP. Название песни – перефразировка строчки из Евангелия от Иоанна (глава 5, стих 8): "Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи". Плотное сплетение инструментов, отрывистый текст, скандируемый в стиле детской считалки, горячий вокал автора – всё это приобретает черты настоящего шквала. Приём, в котором герой описывает свои ощущения врачу, Роджер пару-тройку раз использует и спустя годы, хотя и не в столь экспансивной форме.
В период с октября 66 года по ноябрь 67-го Pink Floyd несколько раз включали композицию в сет, всегда прибегая к расширенной инструментальной развёртке.
В «космическую» перекличку с «Astronomy Domine» вступает «INTERSTELLAR OVERDRIVE» – почти десятиминутный инструментал коллективного авторства, который, предположительно, зародился с подачи Дженнера, напевшего Барретту мелодию песни Берта Бакарака в версии группы Love «My Little Red Book». (Так это или нет, говорить о плагиате нет смысла, поскольку явного заимствования не прослеживается.) Питер также взял ответственность за стереоэффекты, усилив динамику полотна и подчеркнув ощущение сумрачного, полного терний путешествия. Обычное для шестидесятых панорамирование здесь достигает радикального максимума: под конец звуки, перемещаясь в один динамик, другой оставляют в абсолютной тишине, создавая эффект заложенного уха. В репризе гитара и вовсе начинает неистово прыгать по каналам, предваряя запущенный по кругу рокот мотоцикла. "Цирковую" дробь, вводящую в финал, сыграл Смит (это был первый случай, когда на замену Мэйсону потребовался более виртуозный исполнитель).
Несомненно, сумбурные построения в духе «Interstellar Overdrive» являются апогеем завёрнутого музыкального поиска, питавшего Pink Floyd на старте. (Показательно, что уже на второй сессии в студии «EMI» (27 февраля 67 года) в ходе работы над инструменталом музыканты рискнули использовать концертную громкость, что привело к поломке четырёх микрофонов и выговору от боссов.) Но именно этот материал сыграет роль той полной жизни почвы, из которой произрастут корни, стволы и кроны гораздо более гармоничных, но уже не столь оригинальных произведений группы.
Концертная история «Interstellar Overdrive» в исполнении Pink Floyd включает срок с апреля 66 года по ноябрь 70-го. 22 июня 2000-го Мэйсон сыграет эту жемчужину психодела с Джулсом Холландом и Хью Корнуэллом на благотворительном шоу в лондонском «The Roundhouse». А начиная с 18 года композиция станет регулярным концертным номером Ника.
Заумь «Interstellar Overdrive» без паузы сменяется лёгким ритмом миниатюры «THE GNOME», Барреттом. Бодрая "акустика", ковбелл (маленький барабанчик для извлечения цокающих звуков) и "волшебная" челеста подчёркивают сказочность песни, в которой поётся про гнома по имени Гримбл Громбл. Симпатичному баритенору Сида регулярно вторит Рик. Ближе к завершению появляется вынесенный вперёд шепчущий бэк-вокал автора.
Похоже, единственное во всём альбоме отсутствие паузы указывает на смысловую взаимосвязь треков, хотя она и не очевидна. Возможно, дело в некоторой нешаблонности героя песни. Путешествуя под кронами трав, этот маленький человечек способен отвергать рутинную трактовку жизни, с особой силой – не так, как его собратья – восторгаясь окружающими красотами. И вот он уже на пороге великих открытий и побед. Такой же мятежный дух уловим и в мрачной «Interstellar Overdrive».
Несколько раз песня исполнялась группой с середины октября 66 года до конца сентября 67-го (по другим данным – до ноября включительно).
«СHAPTER 24» была написана Барреттом под впечатлением от известной книжки гаданий «И цзин» («Канон Перемен»), созданной в Китае около 3000 лет назад на базе учения Дао. Часть текста является прямой цитатой 24-й из 64-х гексаграмм, представленных в книжке. Мысль, что всё в этой жизни – неспроста и обязательно ведёт к лучшему, привносит в альбом очередную струю оптимизма, дополняя дилогию «Interstellar Overdrive/The Gnome».
Среди примечательных элементов аранжировки – повторяющаяся басовая фигура и клавишное соло, звучащее с восточным оттенком. Вокал автора снова лидирует, и лишь в конце звучит его очередной дуэт с Ричардом, в котором голоса как бы оттеняют друг друга.
Удивительно, но эта выразительная, подходящая для концертов песня была представлена вживую лишь однажды – 19 мая 67 года в Ньюкасле (Англия). (По альтернативным данным – четыре раза, в период с марта по ноябрь 67-го.)
«THE SCARECROW». Идентичная синглу версия размеренной баллады Сида, в которой рассказывается про Пугало, одиноко стоящее на ячменном поле, но не теряющее веры в будущее.
Вживую композиция впервые прозвучала в ставшем легендой шоу «Games for May» от 12 мая 67 года и приблизительно до начала 68-го была исполнена группой не более семи-девяти раз.
Закрывает альбом одна из наиболее личных песен Барретта «BIKE». Слова, звучащие под аккомпанемент несложной, частично разухабистой мелодии, полны самоиронии и ностальгии, а тяга к отчуждению разбавлена фантазией о единомышленнице. Подобно «Flaming» и «Chapter 24» голос Сида разведён на два канала, и лишь под конец вступает Рик. Кода выполнена в виде шумовой иллюстрации: стук спешных шагов по ступенькам, грохот массивной двери (вход в упоминаемую в тексте "комнату мелодий"), шумы гигантских часовых механизмов, треск велосипедных шестерёнок и звуки заводных игрушек, переходящие в "паранормальный" хор, комичный и угрожающий одновременно.
«Bike», впервые представленная в рамках вышеупомянутого шоу «Games for May», впоследствии была «забыта». И лишь спустя сорок лет Pайт, Гилмор и Мэйсон исполнят композицию вместе с остальными участниками сборного концерта, проведённого в память о Барретте в лондонском «Barbican Centre». В 18 году песня войдёт в сольный репертуар Ника.
К моменту выхода "The Piper…" неотвратимое близилось к критической точке: союз уникального взгляда на мир с изысканными психотропными мерзостями переставал удерживать иллюзию прогресса. Сознание Сида, привыкшее к образам иных измерений, мерцающим фееричным многоцветием где-то за пределами Торсионной Вселенной, становилось всё менее адекватным обыденному, всё сильнее теряло способность мириться с прессом рутины. И это, конечно, начало отдалять от безбашенного экспериментатора даже ту часть его окружения, от которой напрямую зависело творческое развитие Pink Floyd. Впрочем, на первых порах мало кто мог отрицать, что выход столь боеспособной пластинки, высоко оценённой даже некоторыми мэтрами британской рок-сцены, сулит группе большие перспективы. Тем более что надежды укреплялись успешной практикой. Как до выхода альбома, так и после Pink Floyd регулярно гастролировали в Англии и соседних странах, порою выступая по два раза на дню.
25 сентября в лондонском «Playhouse Theater» для радиошоу «Top Gear» наряду с «FLAMING», «THE SCARECROW», «MATILDA MOTHER», «THE GNOME» были исполнены и новые композиции – песня-мантра «Set the Controls for the Heart of the Sun» (исполнявшаяся с июля) и риффовый инструментал «Reaction in G», в августе записанный в лондонской студии «Sound Techniques», но официально выпущенный группой лишь спустя сорок девять лет, да и то в концертной версии. Трансляция первых четырёх композиций состоялась 1 октября и 5 ноября на радио BBC. (См. раздел «Сборники».)
На следующий день на Нью-йоркском кинофестивале впервые был показан цветной документальный фильм с монофоническим звуком «TONIGHT LET'S ALL MAKE LOVE IN LONDON», включающий три фрагмента живой версии «INTERSTELLAR OVERDRIVE», записанной Pink Floyd в «Sound Techniques» в январе 67-го.
В октябре группа мучительно корпела в лондонской студии «De Lane Lea» над новыми песнями Барретта, стараясь удержаться в уже весьма нестабильном русле авторской мысли. Тогда, ценой немалых усилий, родились знаменитые ныне «Jugband Blues», «Vegetable Man» и некоторые из инструменталов, официального релиза которых придётся ждать аж до 16 года. В те же дни в «EMI» флойды сделали несколько дублей «Set the Controls for the Heart of the Sun» и помогли сотруднику студии Уильяму Батлеру записать его ностальгическую балладу «Good Morning Henry», обречённую на десятилетия недосягаемости (ацетатный диск с треком уйдёт с молотка лишь через пятьдесят три года).
Затем Дженнер и Кинг предприняли рывок за океан, в «топовые» штатовские города Сан-Франциско, Лос-Анджелес и Нью-Йорк.
Проблемы возникли на корню: неожиданная задержка с выдачей виз продлилась целую неделю. В итоге выступление у знаменитого Билла Грэма в зале «Fillmore West» в Сан-Франциско, заявленное на 26 октября, сорвалось. Первый концерт прошёл лишь 4 ноября в другом зале Билла «Winterland Auditorium». До Восточного побережья дело и вовсе не дошло.
В Штатах флойдам пришлось работать на разогреве у небезызвестного гитариста Ричи Хэвенса, а также у групп Big Brother & Holding Company (под руководством Дженис Джоплин), Н. P. Lovecraft и Procol Harum. Но и сами Pink Floyd однажды выступили после разогревающей команды Lothar and the Hand People.
Понятно, что пресыщенных калифорнийцев не могло удивить ещё весьма наивное шоу группы. Тем более что флойды использовали местные осветительные системы, куда более совершенные, но не характеризующие их световой почерк в полной мере. К тому же отважные покорители Америки сочли возможным переправить через океан лишь гитары. Орган им пришлось арендовать, а ударную установку собирать из сегментов, предоставленных сочувствующими. Вдобавок к этому на первом же концерте роуди по незнанию благополучно спалили приборы, присоединив их к американским розеткам, напряжение в которых отличалось от европейского. Всё это не могло не сказаться на настроении музыкантов и качестве исполнения.
Тем не менее, стена предвзятости уже тогда дала первые трещины: судя по отзывам, как эстетам, так и людям попроще понравились и необычные текстовые ходы с во многом новаторской музыкой, и уже вполне накатанное мультимедиа.
Возможно, некоторую роль в этом умеренном успехе сыграл заблаговременный выпуск в США синглов «ARNOLD LAYNE» / «CANDY AND A CURRANT BUN», «SEE EMILY PLAY» / «THE SCARECROW» и «FLAMING» / «THE GNOME». Впрочем, в штатовские хит-парады попала лишь «The Scarecrow», занявшая отнюдь не рекордное сто тридцать четвёртое место.
К сожалению, в этот период тяга Cида к химической подзарядке устремилась к своему грустному апогею, причём не только из-за тривиального желания выпасть из жизни, но также из-за внутреннего конфликта, который не мог не настичь необузданную творческую натуру при столкновении с реалиями шоу-бизнеса. Например, с требованиями дисциплины. Или с необходимостью выступлений на TV, где в ту пору – будь то родной Альбион или неопознанный Новый Свет – не обходилось без фонограммы и не самых оригинальных вопросов от ведущих. Похоже, любые признаки конъюнктуры представлялись Барретту предательством идеалов высокого искусства, тогда как Уотерс и Мэйсон видели крайне важным продвижение группы всеми допустимыми средствами. Вероятно, незримо Рик как никто другой сопереживал Сиду, однако его прагматичность лишала мятежника весомой поддержки.
В течение всего мини-турне особое внимание Барретта было приковано к экстремальной настройке гитары. Точнее сказать, к её "расстройке". Не стал исключением даже в целом успешный концерт, состоявшийся 5 ноября в клубе "The Cheetah" (Венеция, Калифорния). Ситуацию усугубил сильный удар током, полученный Сидом от незаземлённого провода. Самый "важный" участник группы впал в состояние транса, и в течение первых минут выступления только тем и занимался, что самозабвенно крутил колки. Вдобавок к этому Роджер, яростно пытаясь обыграть неловкость момента басовыми пассажами, порезался о струны. Основной причиной неприятности стала сама бас‑гитара "Vox Teardrop", взятая напрокат. Каплевидная форма инструмента оказалась слишком непривычной для Роджера, так что он то и дело попадал мимо струн. И пока Барретт по ходу выступления всё чётче входил в колею, Уотерс всё сильнее раздражался. В самом конце, растеряв последние признаки самообладания, он просто взял и разнёс чужую басуху о сцену... (По какой причине пришлось одалживать бас-гитару – фактаж умалчивает. Но известно, что хозяин разбитой "слезы" к эксцессу отнёсся философски, как бы осознавая всю историчность момента.)
Обрушение личности Сида, форсированное ЛСД, проявлялось не только эпатажными выходками, но и фазами тихой невменяемости. Усугубило положение знакомство с крайне опасным психоделиком STP, вызывающим бессонницу и дезориентацию сознания. В этом "рывке на новые рубежи" Сиду помог какой-то "добрый" поклонник из Штатов… Писать записки сидящему рядом другу – несомненный перебор. но порой иного способа "беседы" с главным флойдом не представлялось. В подобные моменты Барретт практически отсутствовал, чаще всего отрешённо глядя в пустоту или же внимательно разглядывая в углу очередного (или старого знакомого) невидимку. Конечно, на таком фоне планы команды и даже сам факт дальнейшего её существования стали выглядеть сомнительно. Поэтому в "анклаве" Роджер/Ник всё активнее обсуждалась возможность кардинальных перемен.
7 ноября флойды едва не провалили своё выступление с фонограммой "Apples and Oranges" для голливудского телешоу "American Bandstand". Находясь в бездействии, едва шевеля губами, Сид глядел в камеру, полупогружённый в свои непостижимые мысленные дали. Несильно отличались от него и остальные вокалисты группы, "очарованные" этим пофигизмом: вместо того, чтобы взять основную ответственность за имитацию пения на себя, Роджер и Рик всем своим видом демонстрировали минимум желания участвовать в происходящем.
И всё же надежда, что лидер придёт в норму и покорение Штатов продолжится, сохранялась. Больше всего в это хотели верить Питер Дженнер и Эндрю Кинг, воспринимавшие участие остальных членов команды только как необходимый довесок к кипучей деятельности самого проблемного её участника.
Последние штатовские концерты 67 года прошли 10 и 11 ноября в том же "Winterland Auditorium". Затем Эндрю поспешил отправить своих измотанных подопечных обратно в Европу.
Вопреки всей клиничности ситуации, следующее шоу «настигло» группу уже 13 числа в Роттердаме (Нидерланды), на сборном концерте «Hippy Happy Fair». Одним из участников мероприятия был набирающий обороты Джими Хендрикс.
А уже на следующий день группа отправилась в британский «Jimi Hendrix Experience Tour», где наряду с другими командами разогревала публику перед выступлением хэдлайнера. Вот так выглядел регламент: The Outer Limits и Eire Apparent – по восемь минут, The Nice – двенадцать, Amen Corner (их вёл гитарист и вокалист Энди Фэйрвитер-Лоу, который через восемнадцать лет начнёт работать в сольных проектах Уотерса) – пятнадцать, Pink Floyd – семнадцать, The Move – тридцать, Джими Хендрикс – сорок. Группа каталась по Великобритании, деля сцену с этой разношёрстной компанией до начала декабря. Барретт тем временем продолжил метаться от просветов к затмениям и наоборот, лишая коллег последних надежд на стабильное будущее. Провокацией послужило всё то же: ограничение прав и возможностей вольного художника. Семнадцать минут отведённого группе времени Сид расценил как насмешку над свободой импровизации. В пику бунтарь даже мог запросто удалиться в неизвестном направлении. По этой причине его однажды пришлось заменять гитаристу Дэвиду О'Листу из The Nice. (Пожалуй, вот куда уходят корни знаменитых строк из «In the Flesh»: «Pink isn't well, he stayed back at the hotel / And they sent us along as a surrogate band». («Пинк нездоров, он остался в отеле / И нас послали как группу-суррогат».)) Случилось это 18 ноября 67 года на сцене ливерпульского «Empire Theatre». Известно наверняка, что в тот особый вечер они играли «Interstellar Overdrive». Предположительно в сет входила и «Pow R. Toc H.»
(Воспоминания О'Листа: "Флойдам нравился мой стиль игры в The Nice. По звучанию я был к ним ближе всего, поэтому они подошли и пригласили меня сыграть. Они сказали, что нужно надеть большую мягкую чёрную шляпу Сида. Мы с ним были примерно одной комплекции, и волосы были одинаковой длины, так что имидж совпал. Также мы оба играли на одинаковых сливочно-белых "Fender Telecaster", – я и в этом смысле вписался. Когда Сид всё же вернулся той ночью и узнал, что играл я, до него, я думаю, дошло, что незаменимых нет, и он сделал над собой усилие, чтобы исправиться. Но и я всегда был доступен как резерв. Это был переломный момент. Играя со мной, флойды знали, что могли бы расширять поиски своего звука. Если бы он не возвратился той ночью, то наверняка так оно и было бы. Я запомнил это навсегда. Флойды были очень довольны мной".)
18 ноября 67 года увидел свет третий сингл группы «APPLES AND ORANGES» / «PAINT BOX» (продюсирование обеих песен: Норман Смит, инженеры: Кен Скотт и Джефф Джарретт). Автор титульного трека – Сид, дополнительного – Рик. Запись и микширование проходили в октябре и ноябре в «EMI». Изначально композиции выпустили только в моно, хотя про запас подготовили и стереомиксы.
В песне Сид с наивной прямолинейностью пересказывает случай спонтанной слежки за понравившейся ему девушкой. Примечательным моментом здесь можно считать строчку «She's on the run» («Она убегает»), три последних слова из которой Уотерс в будущем не раз использует как лирическое отражение паранойи. Кроме того, «яблоки и апельсины» – идиома, указывающая на полярность. Как, например, масло и вода.
В куплетах лидирует вокал Барретта, однако в рефрене, среди многоголосия, более других прослушивается голос Райта. Скорее всего, он же исполняет фальцетную партию в интермеццо.
Технически «Apples and Oranges» звучит излишне анархично: создаётся впечатление, что участников записи особо не заботили настройка аппаратуры и достойная артикуляция.
Композиция не исполнялась на концертах.
Чёрно-белый ролик был снят уже без Барретта, но с Гилмором бельгийским каналом RTBF в феврале 68 года в Брюсселе, на складе фруктов, с имитацией живого исполнения под оригинальную фонограмму.
"Paint Box" Райта получилась гораздо более отточенной и амбициозной, даром что сторона B. Ведущий вокал исполнил автор. На бэкграунде – рваный ритм, звон гитары, напористый бас, сухие дроби ударных и бэк-вокал Смита. Часть слов в припеве звучит в соответствующей звуковой обработке, словно из абсолютно пустой комнаты.
Текст был написан в запале, после одного из концертов за периметром Лондона, когда во время исполнения грандиозной «Interstellar Overdrive» группу освистали и закидали стеклотарой. Без характерной для Ричарда недосказанности здесь не обошлось, однако отдельные строки весьма конкретны и бескомпромиссны: «Sitting in a club with so many fools / Playing to rules / Trying to impress / But feeling rather empty» («Сидя в клубе в окружении толпы глупцов / Играли по правилам / Старались угодить / Но чувствовали внутреннюю пустоту»). Или: «They all turn up with their friends / Playing the game / But in the scene I should have been / Far away» («Все приходят в окружении друзей / Играют в игру / Но лучше бы я держался / Подальше от этой тусовки»).