Старый дом рыбака

Пролог

На приморский поселок опустилась ночь, и звезды сияли ярче, чем обычно. Мощные волны бились в борт одинокой лодки, привязанной у причала. Ни одно окно на побережье не светилось: часы показывали почти двенадцать.

В просторной гостиной одного из домов у стены, вытянув ноги, сидел мужчина. Его плечи дрожали от рыданий. На его коленях покоилась голова жены, чье тело лежало на полу. В распахнутых глазах женщины застыл ужас, темно-оранжевое платье на груди промокло от крови.

Мужчина погладил жену по волосам.

– Прости меня, любимая, – произнес он хрипло. – Прости. Я не мог иначе.

Он снова провел ладонью по ее волосам, наслаждаясь их шелковистостью и густотой. Осторожно приподнял голову жены, опустил ее веки, склонился и поцеловал в последний раз ее губы – пока еще теплые и мягкие.

Затем, выпрямившись и глубоко вздохнув, потянулся за пистолетом Brescia, доставшимся ему от отца. Именно из этого пистолета он только что застрелил жену.

Руки мужчины дрожали. Он посмотрел на пылающий камин, окинул взглядом гостиную, словно прощаясь с домом. Опустил глаза на красивое лицо жены.

Поднес пистолет к виску. Крепко зажмурился.

Вдох. Выдох.

Вдох. Выдох.

Выстрел.

Огонь в камине дрогнул, и тяжелый пистолет выпал из ослабевших рук. Громкий звук его падения – последнее, что потревожило покой опустевшего дома.

Глава 1

Мила вышла из подъезда и поежилась от резкого порыва холодного ветра. Тот ледяной змеей проник под куртку, вызывая мурашки.

Первое января. Улица окутана тишиной. От празднования Нового года остались лишь воспоминания, разноцветные конфетти, застрявшие в снегу, и обугленные коробки от салютов.

Глубоко вдохнув морозный воздух, Мила шагнула к ожидающему ее такси. Водитель предупредительно вышел на улицу, забрал у пассажирки небольшой салатовый чемодан и убрал его в багажник.

После увольнения из полиции Мила впервые в жизни решила поехать в отпуск. Она это заслужила. Громов дал ей отсрочку в «Око», не спеша указывать дату, когда приступать к новым обязанностям. Вчера, тридцать первого декабря, Мила навестила брата, поздравила его и вручила подарок.

Саша настолько погрузился в работу, что на сестру у него попросту не оставалось времени. «Око» полностью поглотило его, но Александру, похоже, это нравилось. В отличие от Милы. К тому же ее душило чувство собственности. Когда Саша жил в психиатрической клинике, они могли говорить часами, а теперь у него не находилось и десяти минут. Вчерашняя встреча прошла довольно быстро. Мила сидела за столом, пила чай, приготовленный братом, а он что-то искал в толстой книге под названием «Мифология древнего Китая» и совершенно не слушал. Мила подозревала, что он вообще не услышал ее сообщение об отъезде из столицы на целый месяц.

По дороге от брата она заскочила на бывшую работу – в отделение полиции, где застала Ивана и Федора. Громов снова снабдил их совместным делом. Отдала им подарки, выпила чашечку кофе, поболтала о том о сем и поехала собирать чемодан.

Неделю назад Мила нашла уютный двухэтажный домик на берегу Балтийского моря, в крохотном поселке в Калининградской области, где проживало всего четыреста человек. Но, несмотря на малое количество жителей, там были детский садик, школа, магазины, больница, отделение полиции и пожарная часть.

«Нормальные люди полетели бы в теплые страны на море, а я выбрала зиму с ледяными ветрами и практически необитаемое место», – усмехнулась Мила, изучая карту.

Сперва она сомневалась, снимать ли этот дом. Он располагался на первой береговой линии, и Ардо представляла, какие там дуют ветра. Да и цена стояла подозрительно низкая. Ей пришло в голову, что это мошенники. Но благодаря связям с бывшей работы она быстро проверила агентство, занимающееся сдачей дома, и убедилась, что все в порядке. Цена низкая из-за того, что дом давно не сдавали, а район не слишком туристический.

Хозяева живут за границей и передали все права агентству, которое и следило за домом. Еженедельно приезжал человек, зимой протапливал дом и при необходимости чистил снег, а летом косил траву.

В агентстве Миле сообщили, что ее никто не встретит, и до поселка придется добираться самой. Что в доме, скорее всего, понадобится уборка, так как последний раз его сдавали десять лет назад. Что снег на территории чистили на прошлой неделе, но на время проживания это ложится на ее плечи.

Таким образом, перспективы отдыха именно в этом месте открывались не слишком радужными. Но желание уехать подальше от шумного, суетливого мегаполиса победило рационализм. Ей хотелось уединения, передышки от людей и служебных дел, и этот небольшой старинный дом подходил идеально.

Такси плавно двигалось в сторону аэропорта Шереметьево. Мила сидела на заднем сиденье и смотрела на мелькающий за окном темный город. Семь часов утра, еще не начало светать. После празднования Нового года Москва замерла. По дорогам ездили только такси, и на улице не было ни одного пешехода.

Прикрыв глаза, Мила попыталась унять волнение. После того как она положила на стол начальника отдела полиции заявление об увольнении, ее постоянно одолевали вопросы: а что дальше? как ей жить? За последний год столько всего случилось, что не собрать воедино.

Она согласилась работать на общество «Око бесконечности», куда ее, Федора и Ивана позвал Евгений Валерьевич. Ей обещали хорошую зарплату, а также полный соцпакет, включая оплату больничных. Но пока что Мила не видела своего будущего. И не без причины сняла домик на целый месяц. Она планировала научиться управлять даром. Если не получается избавиться, то придется приручать.

Два с половиной часа перелета, двадцать минут ожидания багажа – и вот очередная машина. Предстояло проехать чуть больше ста километров. Транспорт, кстати, оказалось найти нелегко. Дважды она делала заказ на Яндекс-такси, и поездку дважды отменяли. Никто не хотел ехать в такую даль. Пришлось нанять частника.

Тот со скучающим видом сидел в машине у здания аэропорта, ожидая клиента. Услышав, куда требуется девушке, крайне удивился и на долгую минуту задумался. Мила уже испугалась, что и он откажется, когда мужчина все же согласился.

Спустя полтора часа они свернули с трассы на неширокую асфальтированную дорогу. Еще минут через десять появился первый дом.

Машина двигалась по узкой улице вдоль домиков в европейском стиле с красными крышами, и Миле почудилось, что они едут по поселку-призраку. Никого. Ни единой души, даже бродячая собака не пробежала. И везде сверкает нетронутой белизной снег.

Таксист остановился у нужного дома. Мила вышла на улицу, и порыв сильного ветра тут же чуть не сбил ее с ног. Пошатнувшись, она достала из кармана куртки вязаные варежки, натянула их, забрала чемодан у водителя. Распрощавшись с таксистом и проводив удаляющийся автомобиль взглядом, обернулась к дому.

Двухэтажное здание из красного кирпича, с красной черепичной крышей, деревянными окнами и дверью смотрелось покинутым. В окнах соседних, ухоженных и жилых домов горел свет, из труб поднимался густой серый дым, дорожки возле них блистали чистотой. У одного дома стояла снежная фигура. В этом коме с ушами Мила опознала зайца. Второй дом украшала гирлянда, и он сиял как новогодняя елка. Впрочем, и небольшая елочка там имелась – росла у крыльца и тоже была наряжена.

Мила снова перевела взгляд на свой невзрачный домик, отмечая сбоку пристройку из такого же красного кирпича. На фото дом казался намного симпатичнее, чем вживую.

Устало вздохнув, она пошла на штурм сугробов, таща за собой чемодан. Пока добралась до крыльца, в сапоги набился снег, а от сильного ветра лицо жутко замерзло. Преодолев ступени каменной лестницы и остановившись у входной двери, она уже жалела о приезде сюда. А ведь еще искать ключ. Как сказал риелтор, тот должен лежать под цветочным горшком.

Горшок был один-единственный, заваленный снегом и примерзший к земле. С огромным трудом Мила сдвинула его и извлекла ключ. К счастью, дверь открывалась внутрь дома.

Отперев замок, она перешагнула порог и застыла, осматривая квадратный холл. Заметила, что снег залетает в дверной проем, быстро затащила чемодан и захлопнула дверь. После чего осмотрелась внимательнее.

Здесь все буквально дышало стариной. По правую руку находилась массивная двухстворчатая деревянная дверь, украшенная цветными стеклянными вставками в виде ромбов, мерцающими на свету. Чуть в стороне убегала на второй этаж крутая лестница. Арочный проем вел на кухню, об этом говорил видневшийся край массивного деревянного обеденного стола. Слева располагались еще три двери, все закрытые. Мила предположила, что это ванная, туалет и котельная.

Стены, некогда светло-оливковые, потускнели, словно храня воспоминания прошедших лет. Потолок поддерживали массивные деревянные балки, дощатый пол покрывал темно-красный лак, отражавший теплый свет. Справа от входной двери висело ростовое зеркало, рядом с ним – вешалка с полочкой для мелочей. Окно на противоположной стене украшала вышитая люневильским крючком белая штора в стиле кантри, с изящно изображенными цветами.

Оставив чемодан у порога, Мила прошла на кухню. И первое, что отметила, – дверь, ведущую на уличную террасу. Вид оттуда открывался на Балтийское море, восхищающее своей суровой зимней красотой. На мгновение девушка оцепенела, пораженная величием пейзажа. Насколько же тут должно быть красиво летом, когда природа оживает и наполняется яркими красками!

Окна на кухне были деревянные, широкие, с почти такими же шторами, как и в прихожей. Отличались они лишь узором, перекликающимся с ромбами на дверных вставках. Кухонный гарнитур из светлого дерева создавал в помещении уют. На плите стоял металлический чайник, рядом с раковиной находился старый белый холодильник. Прямоугольный стол с резными ножками из темного дерева и массивные деревянные стулья завершали обстановку. Стол располагался на квадратном аляпистом ковре из разноцветных полос, сплетенных из грубой толстой нити – единственной яркой детали в тусклой кухне, привносящей в нее каплю жизни и тепла.

Взгляд Милы остановился на стационарном сером телефоне в виде трубки с кнопками, напоминающем о прошлом. Рядом на стене, как предупреждение, висела бумага с номерами местной полиции, скорой помощи и пожарной службы. С любопытством она подошла к аппарату, взяла трубку. К удивлению, телефон работал. Немного послушав длинный гудок, Мила положила трубку обратно.

Завершив осмотр кухни, вышла в холл. Как она и предполагала, за теми тремя дверьми скрывались ванная, туалет и котельная. Вынув мобильный из кармана куртки, Мила прочитала инструкцию по запуску котла и успешно справилась с этой задачей. Она ожидала, что дом будет прогреваться медленно, потому очень радовалась наличию камина. Увидела его, рассматривая фотографии, присланные агентом, и сразу же о нем спросила. Ее уверили, что для него припасены дрова. Правда, чтобы добраться до них, ей предстояло расчистить заснеженную дорожку к постройке.

Мила прошла к закрытой двухстворчатой двери с изящными цветными стеклянными вставками и толкнула ее. За ней оказалась просторная гостиная, где и располагался камин – старинный, выполненный из природного камня. Напротив стоял темно-коричневый диван-книжка, по бокам, как стражи, – два массивных кресла. На журнальном столике лежало несколько книг. Два окна, между которыми висела картина из песка, пропускали мягкий свет. На окнах все те же вышитые люневильским крючком шторы, а поверх них – тяжелые темно-коричневые ночные занавески. Над диваном висела многослойная люстра-каскад желтоватого цвета, покрытая паутиной, добавляющая комнате таинственности.

Закончив с осмотром первого этажа, Мила сняла с крючка на вешалке у входа длинный ржавый ключ. Натянула варежки, вышла на улицу. Ледяной ветер сразу же ударил в лицо, обжигая кожу. Спустившись по ступеням, она начала пробираться через сугробы к пристройке. Добравшись до цели, вставила ключ в замочную скважину и повернула его. Замок щелкнул, но дверь не поддалась. Пришлось расчищать руками снег.

Наконец справившись с дверью, Мила достала телефон, активировала фонарик и вошла внутрь. Яркий луч прорезал густую темноту. Водя фонариком и осматривая каждый уголок помещения, Мила обнаружила лопату для уборки снега, а также аккуратно сложенные березовые дрова.

Схватив лопату, Мила вышла на улицу. С серого неба тихо и плавно падали снежинки, превращая все вокруг в белую сказку. Снег ложился на землю, создавая мягкую, хрустящую поверхность. Почти целый час Мила с усердием расчищала дорожки, ведущие к дому и пристройке. Вскоре она вся взмокла, а усталость начала ощущаться в каждой мышце, хотя для нее было не в новинку чистить снег. Мила с приемными родителями часто ездила в загородный дом, а позднее мачеха и вовсе туда перебралась из-за проблем со здоровьем. Ардо, когда навещала ее зимой, всегда помогала расчищать дорогу.

Победив сугробы, Мила вернула лопату в пристройку, набрала охапку колотых дров и отправилась обратно в дом. У нее оставались еще дела: навести порядок и дойти до магазина, чтобы заполнить холодильник едой.

Захлопнула входную дверь и поспешила в гостиную. Разуваться не стала. Снег не успел растаять на ее сапогах, и она оставляла за собой следы, но не особо переживала: все равно убираться. Осторожно уложила дрова в камин.

Сняв куртку и повесив ее на вешалку, нашла в чемодане домашние тапочки, с облегченным вздохом переобулась. Второй этаж дома оставался неисследованным, и она собиралась это исправить.

Таща по крутой лестнице чемодан, Мила поднялась на второй этаж, где обнаружилось две комнаты. В первой, рядом с лестницей, стояли две односпальные кровати и комод, а во второй – одна двухспальная кровать посередине и деревянный платяной шкаф.

Себе Мила выбрала вторую. Два больших окна, выходящих на бескрайнее море, позволяли любоваться фантастическим видом бушующих волн. Она дотронулась до массивных чугунных батарей. Те, уже хорошо прогревшиеся, порадовали приятным теплом.

Мила вытащила из чемодана упаковку спичек, которые захватила из дома на всякий случай. Неспешно спустилась в гостиную, намереваясь затопить камин. Сухие дрова загорелись с первого же прикосновения. Дав им немного разгореться, Мила протянула к огню замерзшие руки.

В кармане куртки настойчиво зазвонил мобильный телефон. Подойдя к вешалке, Мила достала смартфон. А прочитав на экране имя звонившего, нахмурилась. Меньше всего она ожидала звонка именно этого мужчины.

– Алло, – произнесла в трубку мягко, но настороженно.

– С новым годом! – поздравил Громов. Его глубокий, уверенный голос прозвучал как эхо в пустом зале.

Евгений Валерьевич был ее начальником, когда она работала в полиции. Теперь он стал ее наставником в загадочном обществе «Око бесконечности». Мила старалась держаться от Громова на расстоянии. Он пугал ее своей непредсказуемостью и скрытностью. Сам же Евгений охотно шел на контакт: часто звонил, интересовался ее делами и даже пытался шутить, правда, получалось не очень.

– И вас с новым годом, – ответила Мила. И осознала, что не отправила ему СМС с поздравлением.

Она поздравила всех, кроме него, а ведь им предстоит работать вместе не один день. Совесть легонько кольнула. Как она могла забыть про Евгения Валерьевича?

– Как дела? Добралась уже? – спросил он. Судя по бодрому тону, наставник был в приподнятом настроении. На заднем плане слышался лай собак.

– Да, и вовсю обживаюсь.

– Это хорошо. Но не забывай, что мы тебя ждем. Как первые впечатления? – в его голосе звучало неподдельное любопытство.

Мила задумалась, пытаясь разобраться в своих эмоциях.

– Пока не поняла. Но рада, что выбралась из столицы, – призналась она, ощущая, как с плеч сваливается груз суеты большого города.

– Надеюсь, ты хорошо проведешь время. Отдохни как следует, силы тебе понадобятся для новой работы, – посоветовал он с неожиданной заботой.

– Спасибо, что позвонили, – искренне поблагодарила Мила.

– Не за что. Если потребуется какая-то помощь или просто захочется поболтать, звони, – предложил Громов.

– Спасибо, – повторила Мила.

Ей были приятны эти слова, пусть она и не воспринимала Громова как друга или приятеля. Для нее он оставался тем же строгим, немного пугающим и загадочным начальником.

– Ну ладно. Хорошего дня.

– И вам, – тихо ответила Мила и сбросила вызов, чувствуя тепло на душе.

Несмотря на нежелание, ей предстояло заняться уборкой. Моющие средства, как и спички, она взяла с собой из дома. Кто-то назовет это глупостью – тащить бытовую химию на другой конец света, но зато не нужно бегать в ее поисках. Включив в наушниках любимый плейлист, Мила нашла в ванной таз, тряпку, швабру и приступила к делу.

Она предполагала, что уборка дома займет ее надолго, но грязи обнаружилось не слишком много. Мила вымыла полы, заменила постельное белье на чистое, привезенное из дома, и разложила вещи в шкафу. Из одежды она взяла с собой пару теплых штанов, столько же свитеров, домашний спортивный костюм и несколько футболок.

Сейчас, сидя в кресле перед камином, она смотрела на угасающие угли и вспоминала прошедший день. Евгений Валерьевич – единственный, кто позвонил ей сегодня. Ни брат, ни бывший муж, ни лучший друг Иван Стеклов с ней не связались. Мила так привыкла к этим людям, что не сомневалась: кто-то из них обязательно позвонит, как только она уедет. Но нет, она осталась одна. И теперь впервые остро ощутила одиночество. Раньше она иногда его чувствовала, но на этот раз оно было удушающим. Словно вокруг ее шеи обвился невидимый шарф и сжимал все сильнее. И пусть Мила привыкла быть одна, но и ей необходимо общение. Хотя она никогда этого не признает вслух.

Устав от сидения в кресле, Мила переоделась из домашнего спортивного костюма в теплые штаны, свитер, сапоги и накинула куртку. Важной задачей на сегодня оставался поход за продуктами. Ближайший магазин находился чуть более чем в полутора километрах, но, хочешь не хочешь, а идти придется.

Повязав шарф и надев шапку, она взяла небольшой кожаный рюкзак и вышла на улицу. Заперла дверь, сбежала по лестнице. Ненадолго задержалась, услышав детский смех и заметив возле самого дальнего дома играющих детей. С минуту понаблюдала за ними, а также за убирающим снег мужчиной, вставила в уши наушники и пошла по дорожке.

На улицу опустились сумерки. Ардо заранее посмотрела на карте маршрут до магазина и шла, полагаясь на память. Ее сапоги с толстой подошвой скрипели по снегу. Слегка напрягало, что на улице никого не было: ни машин, ни людей. Мила привыкла к постоянному движению и шуму, а здесь – лишь вой ветра. Благо музыка в наушниках поднимала настроение.

Пройдя не более двухсот метров, Мила устала: по практически не расчищенному тротуару идти тяжело. Она остановилась, проверила в навигаторе маршрут. Убедившись, что идет в правильном направлении, убрала телефон в карман и повернула на первом повороте.

Ее внимание привлекла странная постройка. Судя по куполам – церковь, но весьма необычная. Здание напоминало длинную трубу из красного кирпича, похожую на водонапорную башню. На разных уровнях имелось множество маленьких круглых окон, разбросанных хаотично. Стена высотой в два или даже три этажа упиралась в плоскую крышу, украшенную серебристыми шатровидными куполами. Железную двухстворчатую дверь покрывали кованые узоры в виде обвивающих полотно лиан.

Мила подошла ближе и заметила стеклянную табличку, прикрепленную к стене тонкой цепочкой. На табличке было указано расписание работы церкви. Она запомнила график и решила обязательно прийти в будний день, чтобы посмотреть, как там внутри.

Сквозь негромко играющую в наушниках музыку послышался шум автомобиля. Мила обернулась, разглядывая морковного цвета Ниву. Водителя увидеть не удалось, так как машина быстро промчалась мимо. Бросив взгляд на церковь, Ардо продолжила путь.

Ассортимент товаров продуктового магазина самообслуживания не впечатлял, но все необходимое нашлось. Набрав полную корзину и оплатив покупки, Мила задержалась на кассе поговорить с продавщицей. Выяснилось, что по выходным в поселке работает рынок, где можно купить мясо, рыбу, молочные и морепродукты, овощи, фрукты и свежий хлеб. Продавщица удивилась, когда Мила сказала, что приехала на отдых, ведь туристы посещали поселок редко.

Дорога домой заняла гораздо меньше времени, чем путь до магазина, но на улице уже совсем стемнело. Закрыв входную дверь, Мила с удовольствием окунулась в теплый воздух: дом полностью прогрелся. Разложила продукты в холодильник и по шкафам, приготовила себе пенную ванну.

Погрузившись в воду, она ощутила блаженство. Это был, несомненно, самый приятный момент за весь день. Горячая вода расслабила, неимоверно потянуло в сон. И стоило ей выйти из ванной и лечь в кровать, Мила сразу же уснула.

Глава 2

По привычке Мила проснулась в семь утра без помощи будильника. Открыв глаза, посмотрела на балочный потолок, ощущая, что выспалась. Она обычно плохо спала в незнакомых местах. После переезда к Федору, когда они расписались, долго привыкала к новому жилью. В итоге так полностью и не освоилась, часто просыпалась по ночам и наутро чувствовала себя ужасно.

Но не в этом доме. А может, причина и не в доме. Просто вчерашний день был слишком утомительным. Долгая дорога, уборка и длинная прогулка до магазина сделали свое дело.

Отбросив все мысли, Мила медленно встала с кровати и подошла к окну. Над Балтийским морем занимался рассвет. Солнечные лучи пробивали ночное небо, знаменуя наступление утра. Насладившись этой красотой, она накинула махровый халат, заправила постель и спустилась на первый этаж.

Проходя мимо вешалки, заметила на полу варежки. Подняла их, положила в карман куртки. А ведь она отчетливо помнила, что убрала их в карман, когда вернулась из магазина.

Однако долго размышлять об этом не стала. Ей хотелось выпить кофе.

Быстро умывшись и почистив зубы, прошла на кухню, наполнила чайник водой и поставила его на плиту. Пока вода нагревалась, занялась приготовлением любимого завтрака: бутербродов из тостов. Тостера в доме не обнаружилось, а в магазине не продавался тостовый хлеб, поэтому пришлось импровизировать с обычным батоном.

Поджарила белый хлеб на сковороде, положила еще горячий на тарелку, нарезала тонкими ломтиками копченое мясо и сыр, разложила их сверху. Как раз закипела вода, о чем оповестил громко засвистевший чайник. Мила залила растворимый кофе кипятком, добавила три ложки сахара и села завтракать. С кухни тоже открывался вид на море и потрясающий красный рассвет. В городе такого не увидишь.

После сытного завтрака Мила решила прогуляться по широкому берегу. Тепло одевшись, вышла на улицу через дверь на кухне, ведущую на открытую террасу. Заперла дверь, проверила, что та закрыта, и, держась за шаткие перила, спустилась по деревянным ступеням.

Берег покрывал слой снега, а кое-где – и льда. С моря дул холодный, резкий ветер. Надев капюшон поверх шапки, девушка спрятала руки в карманы и медленно пошла вдоль линии воды. И неожиданно поняла: ей совершенно нечем заняться в этом поселке. О чем она думала, когда снимала домик? Сегодня лишь второй день отпуска, а она уже начала скучать. Все же стоило выбрать более туристическое место. Там хотя бы можно походить по музеям, а здесь что? Впрочем, никто не мешает взять такси и доехать до ближайшего города. Далековато, правда. Но, может, она и съездит, делать-то все равно нечего. А еще вариант – спросить у местных о развлечениях. Вдруг есть что-то интересное, а она просто не знает. Ну не смотреть же весь месяц фильмы на ноутбуке!

Периодически Мила останавливалась, чтобы насладиться пейзажем: из-под толстого слоя снега торчала длинная желтая трава, выступали крупные камни, а по темной глади воды медленно скользили массивные льдины.

Вдоль берега на небольшой возвышенности стояли дома, напоминающие тот, который сняла Мила, только празднично украшенные и более обжитые. Вскоре она дошла до четырех лодок, выставленных на досках. Три из них укрывал серый брезент, а четвертая оказалась такой необычной, что Мила залюбовалась. Нет, она и раньше видела рыбацкие лодки: в детстве с приемным отцом они иногда ходили на рыбалку. Но эта отличалась. Как будто кто-то взял деревянный лист, искусно его сложил, покрыл лаком, а по внешнему борту мастерски вырезал картины.

Мила пошла вдоль борта, изучая рисунки. Первый изображал мужчину, толкающего судно в море; на втором он запрыгивал в лодку; в третьем греб по волнам; в четвертом закидывал удочку в воду; а в пятом вытаскивал огромную рыбину.

– Нравится? – раздался сзади глубокий мужской голос.

Мила мгновенно обернулась. Перед ней стоял мужчина лет шестидесяти или семидесяти, одетый в черную шапку-ушанку, куртку цвета хаки, ватные штаны и валенки с галошами. Лицо мужчины было загорелым, сухим и испещренным морщинами, с широким носом и круглыми янтарными глазами. Незнакомец внимательно изучал Милу, что заставило ее смутиться.