Академия Равенства. Ад
- -
- 100%
- +
Девушка до сих пор не могла поверить своим глазам, но душа пела, собираясь пуститься в пляс. Самый лучший подарок на день рождения. Самый желанный и кажущийся невозможным. Предполагал ли Лорд эль Свьен, кого нанимает на работу? Мог ли прознать заранее? Хотелось верить, что нет, иначе самая страшная тайна откроется, сломав в одночасье всю жизнь. Лишь год. Продержаться лишь год, и тогда она сможет вырваться на свободу и вернуться домой – в «Холодную Розу» – единоправной хозяйкой. Как жестока политика Киролии к женщинам! Как неравноправен этот мир, а так хотелось бы изменить его. Но кто она перед целым миром? Маленькая песчинка, которую даже ветер не заметит…
– Все-все, дамы! Не толпитесь! Уже все комплекты получены, а значит, вы напрасно тратите свое время. Лучше отоспитесь как следует перед первым учебным днем. Он всегда кажется самым сложным. Это я еще по себе помню… – нянечка выпроваживала засидевшихся адепток, в шутку погоняя их тряпицей.
Вроде бы и вот оно, сейчас случится долгожданный разговор, а отчего-то страх проскальзывает в душу, будто все это может раствориться в секунду подобно сну. Дверь, наконец, захлопнулась, отрезая их ото всех, разрешая явить настоящие чувства, но лишь перед друг другом.
Петриция кинулась в объятия нянечки, не помня себя. Казавшиеся выплаканными слезы вновь полились неудержимыми дорожками, орошая плечо Анжелики. Петра все стискивала и стискивала женщину, впиваясь руками, пальцами изо всех сил, пытаясь удержать ту, что и не собиралась убегать.
– Ну, тише-тише, моя маленькая Леди. Все хорошо. Я здесь, рядом с тобой и уже никуда не уйду. – Женщина гладила ее по волосам, спине, пытаясь успокоить, как раньше.
– Не надо, нянечка, не надо. Могут услышать… – произносила сквозь всхлипы, размазывая слезы по раскрасневшимся щекам.
– Здесь никто не услышит, но, да, так будет правильно. Чем быстрее мы привыкнем к нашим именам, тем проще будет общаться на глазах у Академии. Моя маленькая девочка, как же я скучала.
Сидели на диванчике в тишине, просто прижавшись друг к другу. Так нужен был физический контакт, чтобы оправдать веру в случившееся, чтобы удостовериться, что все это происходит в реальности. Успокоившись, Петра наконец смогла задать важные вопросы, что обвивали сердце черными лентами беспокойства.
– Что случилось на самом деле, нянечка? Почему Гори Анжелика Сей умерла?
– Когда ты только поступила в Академию Равенства, в «Холодную Розу» заявился Лорд Грон эль Свьен.
Сердце Петриции бухало где-то в ушах, отдаваясь каменным комком в горле. Так и знала. Она так и знала, что добрался до тайны, что бережно охранялась ей целый год.
– Он сразу обратился к слугам в намерении отыскать твою мать – Анжелику Сей. Лорд эль Колдроус и его треклятая супруга в тот день отсутствовали в резиденции, отправившись к кому-то из соседей, а потому мы могли говорить беспрепятственно, не пугаясь каждого шороха.
– Ты все рассказала ему про меня? – почти шепотом спросила Петра.
– Нет-нет, дитя мое. Этот секрет я не раскрою и на смертном одре. Лорд Директор попрежнему думает, что ты моя дочь – Гори Петриция Сей. Он расспросил меня о том, откуда и когда в тебе появилась Тьма. Спрашивал о том, случались ли бесконтрольные выбросы…
– Да, безопасность прежде всего.
Выходит, Грон не поверил ей на слово, а жаль. Пропасть меж ними в эти минуты то сокращалась, то расширялась, тряслась, будто вот-вот случится обвал. В этом человеке Петра была уверена намного больше, чем в себе, но, с другой стороны, совершенно не знала его.
– Лорд оставил мне адрес маг-почты на случай, если мне понадобится связаться с ним. Такой случай произошел в самом конце весны. Когда тот неприятный молодой человек явился в резиденцию с намерениями жениться на тебе, я тут же связалась с Лордом Директором и попросила его о помощи. Ведь таким людям не отказывают. Золотом в наше время меряют слишком многое, Петра. Тем более ходили слухи, что этот молодой человек – Винтер, кажется, – незаконнорожденный сын Императора Киролии. Таким, сама понимаешь, нам с тобой противопоставить нечего.
– Винтер – сын Императора? – девушка воскликнула громко, совсем не контролируя свои эмоции.
– Тише-тише. Не кричи же так. Это то, что я слышала от слуг, но не более. Новые документы давно были припрятаны в моем сундуке, ожидая момента, когда мы с тобой сможем убежать, и Лорд эль Свьен помог мне подстроить мою смерть, а затем и устроил сюда комендантом. Тот мальчишка здесь больше не учится, а Лорд Директор дал обещание, что порог Академии он не переступит. Потому для нас с тобой на сегодняшний день это самое безопасное место.
– Но ты сказала, документы для нас с тобой? Я не ослышалась? – Петра внимательно вглядывалась в черты нянечки, пытаясь поймать в ее мимике что-то неуловимое.
В душе оседало ощущение, будто Анжелика, а теперь уже Анна, что-то не договаривает или скрывает.
– Вы не ослышались, моя маленькая Леди. Документы есть и для вас, но используем мы их только в крайнем случае. Вам остался лишь год до того момента, когда вы сможете беспрепятственно вступить в права наследования, и тогда…
Нянечка все время переходила с простого «ты» на статусное «вы». Изменения в Петриции одновременно пугали и радовали ее. Так похожа на собственную мать. Так повзрослела за прошедший год в разлуке.
– Я все прекрасно помню. Но если всего этого можно избежать, так зачем же нам ожидать целый год? Уедем и вернемся, когда минует срок!
– Не все так просто. Мы должны быть в курсе всех событий, которые, так или иначе, касаются вашего родителя или резиденции. Повторюсь, золотом в наше время меряют слишком многое.
– Лорд Директор взял надо мной опеку.
– С моего разрешения. Поверь, здесь мы в безопасности, а под его опекой ты в безопасности.
– Но почему ты так уверена? – Петра никак не понимала, что именно не нравится ей в этом разговоре.
– Так говорит мне мое сердце, а оно никогда не обманывает. У меня для тебя подарок, между прочим! Угадай, что мне удалось привезти с собой?
– Не томи же, нянечка.
Поднявшись, женщина прошла к одному из шкафов и достала оттуда объемный сверток. Вручала с какой-то грустной затаенной улыбкой, понимая, что рано или поздно ее девочка узнает, кем на самом деле является Грон эль Свьен. А пока…
– Мамины дневники! Как ты достала их из тайника? Как ты вообще обнаружила тайник?
Радость, неверие, счастье – эмоции сменялись одна за другой на лице Петры, знаменуя о том, что сюрприз удался.
– Ты забываешь, моя маленькая Леди, что о тебе я знаю все. Ну, или почти все. Поделишься с няней рассказами о том, что я пропустила за этот год?
Магия полилась по комнате, заставляя предметы прийти в движение. Вода в графине вскипела, ароматный сбор трав опустился в чашки, а из-под стола вылетела коробка самых вкусных на свете шоколадных конфет – «Чарующая ночь». Но гвоздем программы стала горка румяных пирожков на подносе, что парила, постепенно подлетая к улыбающейся Петре.
Они проговорили до самой глубокой ночи. Гори и Леди. Анжелика и Петриция. Нянечка и ее маленькая девочка, что давно выросла. Петра так и заснула на диване, рассказывая о том, кем в ее жизни являлся Грон эль Свьен. Умолчала о его упертом брате, что пугал своей бесконтрольной манией. Незачем. Этот этап уже пройден. Только мысли о Гроне все так же стягивают сердце в тиски, присыпая ворохом неопределенностей. Новый учебный год начался, а с ним и новые приключения…
* * *КОГДА ИГРА НЕ СТОИТ СВЕЧ,
НЕ ЗАЖИГАЙТЕ ИХ…
(ИЗ СКАЗАНИЙ ВЕЛИКОГО СЧЕТОВОДА)Все те же стены, те же окна, те же адепты. Мали снова сидит рядом, рисуя писчим пером незамысловатые каракули на желтоватой бумаге. Шум и гам стоит в ожидании преподавателя. Все делятся впечатлениями о прошедшем лете, хвастаются поездками…
Петра рассматривала пейзаж за окном, думая о Леди эль Свьен. Куратор теперь уже второго курса на утренней тренировке явственно дала понять, что теперь будет бдеть с удвоенной силой.
– Вы мне почти родственница, Гори Сей, а значит, не можете опозорить имя нашего рода. Только высшие отметки! Вам предельно ясно? – говорила она будничным тоном, будто запугивая.
А чего ей стоило вытерпеть взгляды в столовой, которые то и дело бросали на нее Леди эль Свьен и Гори Рей. Словно сговорились, а может, и сдружились. Ощущение, что все вокруг знают намного больше, чем она, не проходило, а, наоборот, разрасталось, затмевая другие мысли.
– Итак, приветствую вас, адепты, в новом учебном году. Вы стали старше, и я надеюсь, взрослее. Расы темных земель – тот предмет, что не раз спасет ваши… хм… жизни. Конечно, вы думаете о том, что такие знания вам могут понадобиться только в том случае, если вы когда-нибудь покинете Киролию, но спешу вас разочаровать. Мы граничим с другими Империями и, увы, несмотря на то, что сейчас уживаемся с ними более-менее мирно, никто из нас не может предположить, каким будет завтра, а потому записываем первую тему урока. «Оборотни или инфицированные», как чаще всего мы их привыкли называть.
– Простите, профессор. А не связана ли наша тема с частыми прорывами на северной границе? – спросил один из адептов, приковывая к себе внимание всех остальных.
– Это закрытая информация, Горд эль Роулд. Я уверен, что за ее разглашение ваш отец вас по головке не погладит.
Адепт покраснел и засмущался, почти полностью скрывшись под партой.
– Да, адепты, так и есть. Наша Империя подвергается нападкам со стороны Лионии. Однако делается все возможное для того, чтобы исправить ситуацию. Записываем…
Делая памятки, Петриция размышляла о словах профессора. Он не упомянул о том, кто именно делает все возможное, но Петре ответа и не требовалось. Она прекрасно знала, чья магия ежедневно сдерживает границы, чья Тьма неустанно устраняет прорывы, защищая жителей империи днем и ночью. Ей вдруг подумалось, что Грон эль Свьен действительно был занят все время, а не избегал встреч с ней. Ведь являлся же во сне…
Пальцы нащупали кулон, что совсем не холодил кожу, а, наоборот, будто согревал теплом. Такой простой подарок, но такой важный. Как она могла все это время не замечать, что ее незнакомец с бала и есть Лорд Директор? Не знала. То ли любовь слепа, то ли мужчины хитры…
– Гори Сей? Вы с нами или летаете в облаках? – голос профессора разорвал ее уютный мирок, возвращая обратно в реальность.
– Конечно, я здесь.
– Тогда ответьте на вопрос. Какое оружие является самым эффективным для уничтожения оборотней? – мужчина спрашивал с ехидством, думая, что нерадивая адептка не знает ответа.
– Лорды Тьмы, – спокойно ответила Петра, заставив профессора, потеряв дар речи, нахмурить брови и нервно вернуться к записям на доске.
* * *Первый день оказался не просто тяжелым, а самым что ни на есть невыносимым. Несмотря на то, что Петра большую часть лета проводила в библиотеке учебного корпуса, многое забылось, а отдохнувшие преподаватели нападали с новой силой, задавая бескрайние горы заданий. Все будто с цепи сорвались, нагружая бедных адептов по самые макушки.
– Что читаешь? – Малиса собиралась на очередное свидание, примеряя у зеркала такое же, как и у всех адепток, черное ученическое платье.
– Да так, ничего интересного. – Петра быстро спрятала один из дневников матери под подушку, подальше от любопытных глаз подруги. – А у нас из сладкого ничего не осталось?
– Ага. Размечталась. – Мали сдула прядки с лица и принялась закреплять их заколками с драгоценными камнями. – Твой Дракон вчера, пока нас не было, не только весь торт схомячил, но и кексы нашел, припрятанные на черный день. Ууу! Прожорливая зараза! – девушка через зеркало пригрозила кулаком распластавшемуся на письменном столе Дрону.
– Пфф! – ответила эта мохнатая тушка, которой теперь снова приходилось принимать вид хомяка.
– Жаль. А я так надеялась… – вздохнула Петра.
– Он был сосем некусный! – словно в оправдание, пропищал заметно потолстевший комок.
– И именно поэтому ты съел его весь. Ну-ну… – соседка, присев на кровать, зашнуровывала ботиночки на высоком каблуке.
Стук в дверь не дал Петре ничего ответить, а лишь заставил быстро схватить хомяка и засунуть все под ту же подушку.
– Войдите, – кивнув девушке, громко произнесла Мали.
На пороге комнаты стояла комендант женского общежития. Она мило улыбалась, оглядывая заметно расслабившихся девушек, но шаг вперед делать не решалась.
– Добрый день, адептки.
– Добрый, – ответила Петра.
– Петриция, вас к себе вызывает Лорд Директор. – Руки нянечки были спрятаны за спину, что еще больше укрепляло мысли о сговоре.
– Сейчас? – уточнила девушка.
– Прямо сейчас.
Всего секунда, а в дверях уже и нет никого.
– Странно, – посмотрев на Петру, выдала соседка. – Мы вроде бы еще не успели ничего натворить.
– Я-то уж точно…
* * *Как давно она не ходила по этому коридору. Будто тысяча лет прошла с последнего ее визита в кабинет Лорда Директора. Адепты шмыгали туда-сюда, торопясь кто в библиотеку, кто по своим делам. Первая дверь, а за ней, как и всегда, недовольная секретарь. Смотрела на Петру надменно, с явной брезгливостью на лице. Их отношения делились на ненависть и безразличие. Петриция не понимала негативных чувств, но углубляться в них не собиралась. В конце концов, вреда эта дама пока не приносила, а значит, время для каверз еще не пришло.
– Вам назначено? – с ядом в голосе вопросила Риана.
– Лорд Директор вызвал меня.
– Подождите, я уточню.
– Не стоит беспокоиться. Я сама и уточню, и покажусь.
Рукава черной ученической рубашки хотелось поправить, а брюки, казалось, требовали глажки. Петра желала выглядеть перед этим мужчиной несравнимой, идеальной, гордой и… желанной. Переведя дух, она все же потянула на себя ручку и ступила на запретную территорию. Будто снова первый год обучения, словно это их первый день знакомства, да только девушка повзрослела, точно зная, чего хочет.
– Добрый день, Лорд Директор. Вы просили меня явиться. – Словам старалась придать твердости, а взгляду выразительности и спокойствия.
Не могла контролировать себя рядом с ним, отдаваясь душой, требуя редкой ласки. Обман помнился, но после сюрприза казался маловажным, незначимым. Главное, что сердце больше не разрывалось от выбора, потому что оно всегда тянулось к одному и тому же мужчине.
– Хм… Это вы, Гори Сей, желали встретиться со мной. Куратор эль Свьен передала вашу просьбу…
Петра стояла посреди кабинета в немом изумлении и не могла произнести ни слова. Все же сговорились две вредные…
– Да, я желала обсудить с вами очень важный вопрос. Я хотела бы найти в городке близ Академии подработку, но мне необходимо ваше письменное разрешение. – Сориентировалась быстро, потому что давно откладывала этот разговор из-за отсутствия самого директора.
– С чем связано такое… желание? – стоял напротив, облокотившись о письменный стол.
– Я нуждаюсь в средствах.
– Вы могли сказать мне об этом раньше и получить необходимую сумму.
Петриция была готова взорваться. Как объяснить этому упертому мужчине, что она должна иметь свободные монетки, за которые не надо ни перед кем отчитываться? Как донести, что желает оставаться независимой, а тем более от него?
– Я не нуждаюсь в вашей помощи, а потому и не прошу. От вас мне требуется лишь разрешение. Заработать я вполне могу и сама. – Старалась подбирать слова, чтобы не затевать ссору на ровном месте, но Грон считал по-другому.
– А если я не даю вам это разрешение? – подобно грациозной кошке мужчина приближался, не разрывая зрительного контакта.
– Тогда вы обрекаете меня на бедственное существование.
– Но ведь я дам вам монеты. Столько, сколько нужно. – Остановился близко-близко, так, что можно прижаться к мощному телу, спрятать лицо на груди.
– Мне… – голос охрип от волнения, от бесконтрольного желания. – Не нужны… ваши…
– Петра, да сколько можно, Дракон тебя покусай? Ваши… ваши… Я являюсь твоим опекуном, а значит, ежемесячно получаю золотые на твое содержание. Это твои монеты, понимаешь? Я все их до единой храню, ожидая, пока ты изъявишь желание за ними прийти.
– Но я не знала…
Его стон раздался оглушающе, заставив вздрогнуть, зажмурить веки. Вдыхала аромат – неповторимый, дерзкий, тяжелый. Его запах сковывал, дурманил не хуже любовного состава, приковывал прочными цепями уз.
– Я должен был тебе сказать. Прости, совсем забегался в этих проблемах.
– Не стоит беспокоиться, но, может, вы все же подпишете разрешение? – попыталась еще раз, заведомо ожидая отказа.
– Петра! Прошу тебя, прекрати!
Грон и сам не знал, чего хотел больше. Того, чтобы Петриция отказалась от своего сумасбродного желания, или того, чтобы перестала обращаться к нему на вы. Так невозможно близко, так неистово сладко…
– Но мне нужно! – стояла на своем, воинственно сжимая кулачки.
В секунду притянул к себе, завершая нелепый спор. Одна его рука удерживала шею, а вторая – крепко обнимала талию, прижимая к телу, обтянутому рубашкой. Кожа под ладонями горела, пылала, отдаваясь предвкушением в груди. Губы коснулись губ. Сминали, иссушая, снова играя «Обнаженное Франго». Страсть затмевала разум, разрешая плыть по волнам чувств. Так хотелось этого поцелуя, так желалось одинокими днями и ночами, так мечталось, вспоминая вкус губ. Горела как факел, как стихия огня, взрываясь столпами искр. Лишь бы не прекращалось забвение, лишь бы жгучий костер не погас, лишь бы ад из томлений и мучений продолжался.
Оторвались тяжело, дышали, как загнанные иптокии. Видела его темный пожирающий взгляд, чувствовала, как боль разрастается по телу, настолько сильно сжимали его пальцы. Хотелось зарыться в длинные темные волосы, убранные в хвост, прижаться щекой к шершавой щеке. Углубиться в игру, что невольно срывает покровы, ломает все выстроенные стены, давая свободу чувствам.
– Я… – начал было Грон.
– Скучала… – шепотом добавила Петра и, засмущавшись, все-таки спрятала пылающее лицо у него на груди.
– Хотел бы, но…
– Инфицированные?
– Да.
– Я понимаю.
– Если хочешь, можешь помогать в библиотеке Кристофу. Он давно просил у меня помощника. Три часа в день и оплата достойная. Не нужно тратить время на дорогу.
– Хочу.
И всего-то. Как мало нужно людям для взаимопонимания. Щепотка слов и море чувств. Прижимала ладошки к его груди, ощущая стук успокаивающегося сердца. Как мало нужно людям для счастья. Всего одна встреча, за которой холод разбивается о нерушимые скалы тепла. Вдыхал аромат ее графитовых волос, перебирая крупные мягкие локоны.
– Тогда решено. – Отстранился, и сразу стало пусто.
Поежилась, осматривая кабинет, будто видела в первый раз. Прятала затуманенный взгляд, представляя, как выглядит со стороны.
– Спасибо. Я тогда пойду обрадую Кристофа? – развернулась, чтобы бессовестно сбежать, но Грон поймал ее за руку.
– Петра. – Обернулась, ожидая дальнейших слов.
Улыбка не сходила с ее лица.
– Я тоже скучал по тебе. – Отпустил, напоследок огладив пальчики.
У самых дверей остановилась, вдыхая побольше воздуха. Сейчас проклинала себя за то, что забыла о самом главном. Могли и ссоры избежать, но тогда навряд ли бы дошли до поцелуя.
– Спасибо вам большое за самый важный подарок. Вы сами знаете какой. Я этого никогда не забуду и о вашем участии всегда буду помнить.
Как оказался так быстро у дверей, не смогла бы ответить и потом. Развернул ее, словно податливую куклу, и прижал всем телом к створкам, выбивая воздух из легких.
– Я ведь хочу признаться тебе, – говорил наигранно грустно. – Я сделал это из корыстных побуждений. Так ждал своей награды… – шальная улыбка гуляла по губам.
– Какой? – спросила в неверии.
– Поцелуя, конечно же, Петра.
Рассмеялась так по-детски, задорно и легко, тут же прижимаясь к его губам. Сама не могла насытиться и ему не давала. Им обоим так хотелось верить в сказку, но реальность не позволяла забыться.
– Награда получена, и мне нужно идти… – голос охрип под давлением эмоций.
– Конечно, только прошу ответить всего на один вопрос. – Прикасался губами к ушку, стискивая в объятиях.
– Все что угодно… – даже душу готова была заложить в этот момент.
– Кто сказал тебе, что я тебя вызывал в кабинет? Куратор? – горячее дыхание щекотало и опаляло одновременно, заставляя мурашки носиться по коже подобно целому табуну Драконов.
– Нет…
– Значит, твоя мама. Спелись… Ну, я им… – тягучий поцелуй снова оплел губы. – Беги, Петра, пока отпускаю. Иначе не вырвешься…
Глава 3
НЕКОТОРЫЕ ТАЙНЫ
ЛУЧШЕ НИКОГДА НЕ ВОСКРЕШАТЬ…
(ИЗ СКАЗАНИЙ ВЕЛИКОГО НЕКРОМАНТА)Летела, окрыленная победой. Коридоры слились в один-единственный путь – верный путь. Картины, бежевые стены, бордовые шторы. Вереница нескончаемых одинаковых ходов. Путь в самое святилище знаний, в место, которое всегда остается желанным, которое скрывает в своих недрах без счета времени. Сердцевина Академии Равенства – библиотека.
Каждый раз заходила сюда с трепетом и волнением. Теплый свет лился на нескончаемые шкафы, заполненные необъятным множеством книг. Разноцветные обложки притягивали новыми загадками. За каждым фолиантом, за каждыми записями скрывалась целая жизнь. Темно-коричневые лестницы вились, достигали всех трех этажей. Где-то там скрывался тайный кабинет, где она провела несколько ночей. Теперь Петра знала, чей он. Это знание давало силу, поднимало дух, укрепляло веру в лучшее будущее. В будущее рядом с Гроном. Даже Дрона не хотелось ругать за то, что скрывал правду о владельце тайной комнаты. Хотя на несколько дней его все же стоило лишить сладкого. Исключительно ради воспитательных целей.
– Что привело вас ко мне в этот час, милая Леди?
Кристоф – привидение, а по совместительству и хранитель библиотеки, – выплыл из одного из коридоров, что сливались в витиеватые лабиринты, конца и края которым словно и не было.
– Вы вновь смущаете меня, Кристоф, но я явилась к вам с хорошей вестью. Надеюсь, что она станет для вас именно такой. – Загадочно улыбалась, снимая учебную сумку с плеча.
– Заинтриговали. Что ж. Ожидаю с нетерпением ответа. – Поставив несколько книг на стойку библиотекаря, привидение развернулось, ожидая продолжения.
– Я – ваша новая помощница! Правда, всего на три часа в день, но и это меня безмерно радует. – Сумка расположилась на одном из стульев.
– А как это радует меня! Неужели Грон, то есть Лорд Директор, наконец-то, услышал мои нескончаемые мольбы?
– Скорее, наши общие. Так чем же мне заняться? – энтузиазм прокатывался по венам, скапливаясь зудом в кончиках дрожащих от нетерпения пальцев.
– Пожалуй, мы начнем с уборки!
Великое начинается с малого. Первый шаг еще не гарантирует победу, но является ступенью на пути к вершине башни. Бытовые сплетения лились по коридорам, изничтожая пыль и грязь, скопившиеся за лето. Твердые обложки протирались тряпками, а мягкие – лишь слегка, салфетками. Зачарованная метла плясала, собирая мелкий мусор, что оставался после нашествия адептов. Сегодня библиотека опустела на сотни книг, но никто бы этого и не заметил.
Казалось, что кто-то наблюдал со стороны. Взгляд ощущался спиной – пытливый, задумчивый. Обернувшись, Петриция увидела Кристофа. Он завис над полом и неотрывно следил за ней, будто заглядывал в недра души. Такое внимание сбивало с толку.
– У вас замечательно получается, Петра.
– Это всего лишь уборка, а не игра в магические шахматы. Здесь не нужно быть большим мастером.
– Все верно, но магия – тяжелая наука. Силы не даются просто так. Каждому даровано только то, что он может нести по жизни, преумножая впоследствии. – Он замолчал ненадолго, но снова продолжил свою речь: – Я давно хотел извиниться перед вами за то, что не смог помочь в тот день, когда Винтер напал на вас.
– Не беспокойтесь об этом. То, что прошло, уже прошло.
– Вы должны понимать, что за покушение на мага, что кровно приближен к Императорской семье, меня могли бы запереть в кристалле душ. А это – вечное заточение.
– Так все же это правда? Винтер эль Абон – внебрачный сын Императора Киролии?
– На сегодня достаточно.
– Но время еще не вышло. Вы не можете об этом говорить?
Не понимала, почему ее гонят, почему не отвечают прямо на заданный вопрос.
– Вы свободны.
Кристоф растворился в воздухе, оставляя за собой мерцающую пыль. Она оседала на только что подметенный пол, скапливаясь блестящими частицами. Слишком много странностей для одного дня. Слишком много неопределенностей, чтобы не задумываться о них.
* * *Ночь затмевала все мысли, застилала свет багряной полосой, за которой шла чернильная тьма. Светлячок бился об одеяло, освещая знакомый почерк, что витиеватыми аккуратными буквами ложился на пожелтевшие листы.