Однажды ты не ответишь

Дора Коуст

Глава 1. Ульяна

– С тобой я не могу, и без тебя никак, мой самый лучший друг и самый злейший враг… – подпевала я наушникам, но, в отличие от автора песни, исполняла ее не на английском языке, а на русском. И вот все бы ничего, да только находилась я сейчас во Франции.

Утонченные француженки поглядывали на меня как на сумасшедшую, коей я местами и являлась. Почему местами? Ну, вот знаете, есть у человека заветная мечта с самого детства. Например, когда-нибудь побывать в Диснейленде. Нормальный человек что? Будет работать, откладывать деньги, потом возьмет заслуженный отпуск и отправится в самый ближайший Диснейленд, чтобы потратить на него все честно заработанное и по уши погрузиться в мир волшебства. Правильно рассуждаю? Правильно.

А сумасшедший что? А сумасшедший поскребет по всем своим сусекам, влезет в долги, продаст все, что у него имеется ценного, и вместе со своими скудными пожитками отправится за своей мечтой, нередко пользуясь попутками, как это было со мной. Правда, прилетела я сюда не ради Диснейленда, в котором уже вторую неделю работала помощником помощника главного помощника, хотя увидеть его хотя бы одним глазком, конечно, хотела.

Нееет. Мечта моя была куда масштабнее, а оттого и выполнить ее было почти невозможно. Во Францию, а точнее, в ее столицу Париж, я прилетела, желая попасть на кастинг в одно из самых раскрученных модельных агентств. Но как-то не подумала о том, что меня там могут не ждать.

Волшебные осенние деньки, теплый ветерок танцует на коже, проникая под распахнутую косуху. Птички взлетают над площадью, стараясь быть вежливыми и не накакать на головы туристов. Откуда-то великолепно пахнет круассанами, а мне жестко и четко говорят:

– Простите, но вы слишком красивая. Сейчас новый тренд – иметь какой-то изъян, поэтому вы нам не подходите, – поправила зеленые треугольные очки женщина лет сорока, которая умудрялась выглядеть на все тридцать, а может быть, и на двадцать пять.

– У меня на попе уродливое родимое пятно, это считается? – с надеждой спросила я, заглядывая в маленькие надменные глазки, которые были жирно подведены желтым карандашом.

– Нет.

Дверь закрылась перед моим носом, а там, по ту сторону створки, остались все мои мечты и надежды вместе с худощавыми модельками, которым едва исполнилось пятнадцать. Взглянув на них раз, я обзавелась комплексом полноценности и желанием их поскорее накормить, и желательно впрок. Правда, с собой у меня было только печенье, которое утащили голуби.

Назад дороги для меня не было. Точнее, дорога-то как раз таки была, и я по ней даже пошла, опечаленно глядя себе под ноги, но вот вернуться в родной Мухосранск уже не имела права. Во-первых, потому что комнату свою в маминой квартире сдала Наташке, взяв у нее предоплату сразу за три месяца. Во-вторых, так, как меня провожали из родного городка, не провожали, наверное, даже Ленина в последний путь.

Целая толпа народа собралась на площади, когда я ждала междугородний автобус, который должен был довезти меня до столицы. Там и панихиду пели, а точнее, какую-то веселую песенку, которая почему-то загоняла в тоску. Наверное, дело было все же в Екатерине Ивановне, чей бас еще долго будет сниться мне в кошмарах.

Кроме того, провожатые прямо там, на площади, заранее накрыли столы, и к тому моменту, когда я буквально влетела в автобус и скомандовала водителю побыстрее рвать когти из этого безумия, они уже были вусмерть не в себе и порывались проводить меня и до самолета тоже.

В общем, как ни крути, а возвращаться мне было нельзя. Хотя бы потому, что и денег на билет на самолет обратно у меня тоже не было. Оказалось, что карманники промышляют не только в нашем захолустье, но и даже здесь, во Франции. Кто ж знал, что деньги надо было зашивать в трусы? Я вот не знала, хотя мама изо всех сил советовала.

И теперь я прожигала свою молодость в нескольких десятках километров от Парижа, в самом известном парке аттракционов – Диснейленде. И нет, вам могло показаться, что с моей привлекательной внешностью я играю здесь Белоснежку или, в крайнем случае, гнома, но, видимо, начальству этого парка я показалась недостаточно красивой, потому что единственная роль, которую я играла уже две недели, это…

Роль мойщика окон.

Например, сегодня меня запихнули чистить кафе, которое со всех сторон состояло из одних окон. У них даже дверь была из стекла, поэтому с самого утра я уже ненавидела весь мир, всех этих белочек, Винни Пуха и даже принца Эрика, который, выпив коктейль из мороженого, швырнул свой стаканчик мимо урны и попал прямо по стеклу.

Нет, конечно, были в моей теперешней жизни и положительные моменты. Например, я была очень горда за наших туристов, которые умудрялись покрыть дебильных аниматоров трехэтажным матом с ног до головы и даже не заляпаться. Не поверите, но временами я кое-что записывала. Таких перлов в нашем Мухосранске, увы, не встретишь, а уж французы с их безупречным воспитанием, по-моему, этих оборотов вообще не знают. Так что да. При трудоустройстве мне обещали незабываемый опыт, и я его честно получала.

Было и еще кое-что, что мне обломилось. Ночевать мне разрешали прямо в парке, в комнате для отдыха, чем, кстати, пользовалась не только я, но и еще с десяток сотрудников. Правда, самое лучшее время начиналось тогда, когда парк закрывался. Всем сотрудникам разрешалось немного покататься на аттракционах, пока выпроваживают последних гостей. Таким образом, я уже за это время побывала почти на всех аттракционах, на которые не боялась залезть. Ну, а остальные… Самое страшное оставляла напоследок.

Телефон зазвонил неожиданно, и я чуть не свалилась с табуретки, на которой стояла. Пошатывающаяся конструкция под моими ногами кое-как устояла, а я, наоборот, спрыгнула на землю, потому что там в разы безопаснее. Звонок оглушал барабанные перепонки, и я выдернула наушники, пытаясь прийти в себя.

Звонила мне мамина подруга – тетя Зоя. Вот кого-кого, а ее я хотела бы слышать в последнюю очередь, потому что рот у этой дамы закрывался только тогда, когда рядом была еда. А еда, кстати, имеет свойство заканчиваться.

Могла бы проигнорировать звонок, но точно знала, что она, словно таран, будет идти до победного, то есть звонить, пока я не отвечу.

– Здравствуйте, тетя Зоя. Как я рада вас слышать! – прозвучало, конечно, наигранно. Приемная комиссия при поступлении в театральный единодушно выставила бы ноль баллов, но что имеем, тем и пользуемся.

Теперь можно было спокойно убирать телефон в карман минут на пятнадцать, потому что тетя Зоя сама расскажет, сама вопрос задаст и сама на него ответит. Но уже буквально первое услышанное мною предложение заставило меня вернуть смартфон обратно к уху.

– Уличка, дорогая, у меня к тебе есть предложение, от которого ты просто не сможешь отказаться! Я нашла тебе самую лучшую работу, а не это твое голожопанье по подиуму! Ты просто не представляешь, так все сошлось! Это же чудо какое-то, что ты сейчас во Франции!

– Тетя Зоя, ближе к делу. Меня на съемки уже зовут. Что за работа? – поторопила я женщину, а пальцы от нетерпения так сильно сжимали мокрую тряпку, что она высыхала на глазах.

– Ой, ты просто не представляешь! Ты ведь знаешь, что у моего Гришеньки везде есть связи. Так вот, дядя Дима, который, помнишь, на моем дне рождения был, недавно переехал в столицу и работает теперь в посольстве. А там, в посольстве, они очень тесно между друг другом общаются, прямо все такие милые… И короче… Тьфу, что я говорила?

– Про работу, – вздохнула я, в отчаянии опираясь лбом о стекло, которое только что вымыла. Я бы еще и головой побилась, но я пока столько не заработала, сколько с меня за него сдерут.

– А, да! В общем, там, в посольстве, работает один такой представительный мужчинка, прямо-таки загляденье. Такой галантный…

– Теть Зой! – начинала выходить я из себя.

– Ага! В общем, у него какие-то родственники живут во Франции, прямо в Парижу.

– В Париже, – исправила я ее, пока мальчик за стеклом строил мне рожи и рисовал с той стороны кошечку кетчупом. Видимо, по его сюжету рядом с кошечкой произошел взрыв и ее разорвало. Хорошо так разорвало.

– Да-да, там. В общем, сыну этих родственников срочно требуется помощница. Там какая-то крутая компания…

– Делать-то что?

– Как что? Кофе там варить, бумажки распечатывать и приносить. Ты чего, Улька, фильмов не смотрела? Не знаешь, чем секретарша занимается? – попеняла мне тетя Зоя – спец в зарубежных сериалах.

Ну а чего? Конечно. В фильмах ведь всегда всю правду рассказывают. Так и скажу при трудоустройстве: «Я все знаю, я фильмы смотрела». Правда, в этих фильмах у секретарши обычно есть еще и дополнительные обязанности, которые частенько проходят у начальника под столом…

– Все понятно, ладно, спасибо, теть Зой. Мне работать надо.

Нет, ну в самом деле. Чем та работа лучше моей? Зарплата наверняка не намного выше, а если еще вычесть аренду квартиры, то я лучше здесь поработаю. По крайней мере, на трусы себе с кармашком заработаю.

– Да ты же не дослушала, дурында! Проживание за счет компании, зарплата высокая, работа не пыльная, оплачиваемые командировки в разные страны! Правда, рабочий день ненормированный, но зато там даже кормят за счет компании! – кричала в трубку мамина подруга, а в моей голове ярко мигала лампочка.

Ноги уже были на низком старте, руки бросили тряпку, а голова вспоминала о платьях, которые я видела в магазинчиках на улицах Парижа. Черт, я хочу эту работу! Ну что я, в самом деле, фильмов не смотрела? Уж кофе сварить и распечатать документы смогу!

– Кроме того, я уже замолвила за тебя словечко, – деловито добавила тетя Зоя, понимая, что клиент уже готов. – Сегодня собеседование в шесть вечера. Скажешь, что от тети Зои, и тебя без очереди пропустят. Уж я-то договариваться умею…

Я ее уже не слышала. Только переспросила адрес и записала его на салфетке, ворвавшись внутрь кафе. Посетители от моей наглости обалдели, потому что писала я прямо за чужим столиком. Официант мигом забыл французский, потому что ручку я сперла из его кармана. А мальчик, рисовавший на стекле кота, получил кетчуп на свою футболку.

А что? Увольняться – так с треском. В конце концов, я буду не я, если не получу эту работу!

А дальше мой план был полной импровизацией. Сбегав за своим рюкзаком и обедом, который полагался сотрудникам нашего дружного зверинца, я спрятала волосы под кепкой и затерялась среди туристов. Приговорив булочку с еле заметной котлетой, я запила ее самым дешевым соком и закусила горсткой салата, которой хватило только на то, чтобы прожевать все за раз.

Вот как получу работу, так сразу попирую на полную катушку на те деньги, что уже заработала, а пока экономим. Экономим, говорю! Ладно, разве что одну шоколадку.

Без шоколада я вообще не могла обходиться. Хоть кусочек, хоть крошечку, но мне нужно было его съесть хотя бы один разочек за день. Просто не могла без сладкого, и нет, наркоманией там даже не пахло. Правда, шоколадку я всегда съедала за раз.

Решив, что пора бы и честь знать, а до Парижа еще добираться полчаса на поезде и столько же искать нужный мне адрес, я отправилась в ближайшее кафе, чтобы хорошенечко так воспользоваться их туалетом.

Объявив, что я пришла мыть этот филиал ада на земле, я бессовестно заперлась изнутри и начала наводить красоту. Обтирала тело влажными салфетками, мыла голову прямо в раковине и сушила волосы под сушкой для рук. В общем, пользовалась благами цивилизации на полную катушку.

Переодевшись в приличную одежду – белую блузку и черную юбку, – намочила верхнюю часть своего гардероба и тоже подсушила ее, чтобы она не выглядела слишком мятой. На плечи лег черный пиджак. Конечно, если приглядеться, все это одна огромная китайская подделка, но навряд ли кто-то отличит обычный ширпотреб от новой коллекции от Мольче-Кольче.

Колготки натягивала с особым усердием. Ногтям-то звездец уже давно пришел, а на пилочку я как-то до сих пор не разорилась. Но в нашей работе главное что? Правильно, делать вид, будто именно так все и задумывалось. Просто это вы, дураки, не знаете, что сейчас естественность в моде.

Темные волосы объемными волнами падали на плечи, а я уже усердно красила ресницы, пытаясь не слишком широко открывать рот. Красная помада легла на губы, а я встала на каблуки, чтобы за раз вырасти сантиметров так на пятнадцать. Ну нет. Так дело не пойдет. На этих ходулях я точно опоздаю, а время-то поджимает!

Переобувшись обратно в помятые кеды, я достала миниатюрную сумочку и сгрузила в нее косметику, телефон и деньги на дорогу. Остальную наличность, включая мелочь, я запихала в лифчик. Не трусы, конечно, но тоже сгодится.

Обратно в зал кафе я выходила с видом невозмутимым и даже наглым. Мол, заперли меня там с какой-то ненормальной, а я тут вообще мимо проходила. Собственно, на долгие речи времени не было, но улепетывала я быстро еще и потому, что меня уже разыскивала охрана парка. И вот бегу я к воротам, в руках сумочка и пиджак, на спине тяжеленный походный рюкзак, волосы развеваются на ветру, а где-то позади меня матерят французы. Незабываемый опыт, да.

Особенно тот момент, когда я споткнулась.

Ахнули все и даже я, но пятая точка ни за что не хотела влипать в новые приключения, а потому я ловко сориентировалась и поймала равновесие, продолжая бежать вперед. Так быстро я до станции еще ни разу не добиралась, а билет покупала и вовсе без очереди, потому что знала волшебное заклинание, которым пользовались все сотрудники Диснейленда.

Врываешься с черного хода в кассу и говоришь спящему охраннику:

– Плачу в два раза больше!

И тут тебе и самое лучшее место в поезде у окна, и даже водички предложат, чтобы отдышаться, но время поджимало со всех сторон, а потому поболтать я не осталась. Летела на всех парах на посадку, потому что поезд отбывал уже через три минуты.

– Успела! – счастливо прокричала я, вталкиваясь последней.

Туристы, конечно, поддержали, порадовались за меня, в ладоши похлопали, а я плюхнулась на свое место и расслабилась, потому что впереди меня ждали полчаса. Полчаса наедине с галдящими пассажирами.

Головная боль одолела уже минут так через пять, поэтому на станции я выбиралась не то что помятая, а очень даже пожеванная. Смотрела в интернете, как быстрее добраться до офисного здания, и не останавливалась ни на секунду.

Оставив рюкзак в камере хранения, я поспешила на автобусную остановку. Словно ненормальная, махала руками, чтобы привлечь внимание водителя. В отличие от Мухосранка, здесь автобусы останавливались на остановках только тогда, когда видели, что ты машешь им рукой или подаешь любой другой знак, хотя бы отдаленно смахивающий на «Остановитесь, пожалуйста».

Билет можно было купить прямо у водителя, чем я и воспользовалась. Прокомпостировав билет, я растолкала пассажиров и уселась на свободное место, плюхнувшись, словно мешок с картошкой. Представляла, как сейчас выгляжу, но уже нашла в интернете кафе, в которое могла забежать и привести себя в порядок по пути к офису. Вот так в век цифровых технологий нас и спасает бездушный интернет.

Кафешка по типу Макдональдса встретила меня умопомрачительными запахами еды, но сколько бы жалобно ни урчал мой проголодавшийся желудок, а есть нам было некогда. Даже на кофе пяти минут не осталось, потому что куда важнее было привести себя в порядок.

– Ох, ежики колючие! – воскликнула я, увидев свое отражение в зеркале.

Подправив макияж, я, насколько возможно, навела божеский вид и достала из пакета туфли, чтобы переобуться. Куда буду девать пакет с кедами, я как-то не подумала, а потому спрятала его под шкаф технички в туалете. На обратном пути заберу, а заодно и поем. Сегодня я праздник точно заслужила.

Бежала вперед по узкой дорожке для пешеходов и смотрела в телефон на карту, чтобы не пропустить здание, когда столкнулась с каким-то бараном.

– Смотри, куда прешь! – гаркнула я, пытаясь выпрямиться.

Чуть не упала из-за него. Хорошо, что успел поймать меня на этих ходулях, а если бы я впечаталась носом в плитку? Звездец тогда бы пришел собеседованию, потому что дальше холла грязную меня в драных чулках навряд ли бы пропустили.

– Это я смотри? – удивленно спросили над моей головой на чистом русском, а я подняла взгляд.

И вот лучше бы не поднимала, честное слово. Пусть бы и дальше на асфальте валялся, потому что сейчас я стояла посреди улицы, а меня в объятиях сжимал мужчина моей мечты.

Широкие плечи обтягивал темно-синий пиджак. Галстук удерживал ворот рубашки, из-под которого затейливой вязью выглядывала татуировка. Легкая небритость, короткие волосы и стальные мышцы груди под моими ладонями. Черт, я будто снова оказалась в Диснейленде, только мой парк развлечений совершенно точно имел ценз 18+.

– Конечно! – не растерялась перепуганная я, быстро глянув на его правую руку, пальцы которой так крепко, так уверенно удерживали мою талию.

Обручального кольца не было, но моя дурная голова забыла о том, что здесь обручальные кольца носят на левой руке.

– Конечно! – еще раз повторила я, оглядывая другую его руку, на которой имелась печатка. Правда, не на безымянном пальце.

– То есть это я несся вперед и смотрел в телефон? – спросил он на полном серьезе, тогда как с улыбкой этот человек, по-моему, вообще не был знаком. Их еще в детстве разлучили.

– Уж не знаю, куда вы там смотрели. Может быть, даже и на мои ноги, но простите, сейчас я опаздываю на очень важную встречу.

Хотелось стукнуть себя по голове. «Улька, бери мужика в оборот!» – сказала бы мама, доставая из кладовки веревку и кляп. Но я же – это я. Нагрубила, нахамила, обвинила и осталась стоять одна, как статуя, посреди улицы, тогда как моя мечта, хмыкнув на прощанье, все дальше отдалялась от меня, даже не оборачиваясь. Вот так и проси… прока… – в общем, профукивают свою любовь.

В расстроенных чувствах я побрела к центральному входу офисного здания. Толку-то торопиться, если уже на три минуты опоздала? Правда, когда я поднялась на тринадцатый этаж здания-великана, оптимизм во мне немного и ненадолго очухался, потому что моего будущего непосредственного начальника пока еще на месте не было.

Нервничала, грызла остатки ногтей, раз пятьдесят поправляла юбку и волосы, но тот, кого я ждала, появился только через десять минут.

Сначала я узнала ботинки, потом пиджак, рубашку и галстук-удавку, а вот когда мой взгляд добрался до татуировки на шее…

– Мама, – выдала ошарашенная я, плюхаясь обратно на диван.

– Ну, скорее уж папа, – совершенно серьезно ответил мужчина, протягивая мне картонный стакан с кофе. – Будем знакомы.

Глава 2. Ульяна

Сижу. Сижу в центре просторного кабинета на неудобном стуле с невыносимо твердым сиденьем и старательно прячу взгляд. А кто бы не прятал после такого? Ну кто ж знал, что это и есть мой будущий рабовладелец? А точнее, работодатель.

Мужчина стоял напротив меня, опираясь задницей, обтянутой в брюки, на край столешницы. Одна его рука была словно приклеена к груди, а во второй он держал стаканчик с кофе. Пристально осматривал меня с ног до головы. Казалось, что сканирует и видит насквозь. Сразу стало неуютно в дешевом костюме. Хотелось пригладить волосы, поправить пиджак, но я мужественно держалась и не давала рукам быть самостоятельными.

Свой стаканчик с кофе я, кстати, поставила нетронутым на низкий столик рядом со стулом. Боялась, что могу подавиться и закашляться, поэтому предпочитала мучиться, жадно вдыхая невероятный аромат. Молчание затягивалось.

– Итак, Юлиана, ваше резюме я видел, рекомендации меня впечатлили. Правда, вы выглядите несколько моложе, чем я себе представлял, но это скорее плюс, чем минус. Служба безопасности к вам вопросов тоже не имеет, поэтому я хотел бы, чтобы мы уже сегодня подписали стандартный договор. – Обернувшись, мужчина взял со своего стола внушительную стопку документов и ручку и протянул все это богатство мне.

Машинально взяла все это и прижала к груди. Открывшийся от удивления рот закрыть никак не получалось. Это же надо, а тетя Зоя, оказывается, страшный человек. И резюме мое отправила, которое я никогда не составляла. И рекомендации дала. Очень интересно, какие именно? Что я умею варить самый лучший кофе, а принтеры у меня никогда не ломаются?

Правда, фраза о том, что я выгляжу моложе, чем начальник себе меня представлял, меня несколько насторожила. А как я, по его мнению, должна выглядеть в восемнадцать? Умудренной опытом дамой с первыми морщинками?

Ох, чувствую, Тетя Зоя приврала с три короба, когда рассказывала обо мне. Как бы мне это не аукнулось в дальнейшем.

Не ждала, что все будет так просто и легко, но, видимо, сегодня судьба решила отплатить мне добром за все восемнадцать лет, а может быть, еще и авансом накинула лет так на десять вперед. Лишь бы расплачиваться не пришлось слишком жестоко.

– Хорошо, – кивнула я и разложила листы на низком столике. – Только мое имя лучше произносить как Ульяна.

– Как скажете.

Не читала договор, переживая, что работодатель в любую секунду может передумать. Вписывала свои паспортные данные в пустые места, ставила подпись и расшифровку рядом с чужой витиеватой. Очнулась уже только на последнем документе, да и то не без помощи теперь уже начальника:

– А вы читать договор не собираетесь? – внимательно следил за моими действиями мужчина, а его брови медленно, но верно ползли вверх.

– Да я в целом все знаю, – ответила, возвращая документы обратно.

В дверь постучали, а я подпрыгнула на стуле, чуть не сбив рукой стакан с кофе. В кабинет вошел представительный мужчина в годах. Он извинился за опоздание и представился нотариусом. Сидела и вообще ничего не понимала, но уже через пять минут мне вручили мой экземпляр договора, а дверь за визитером с громким стуком захлопнулась. Как тут все серьезно…

– Ну что? – излишне весело спросила я, вставая со своего места. – Где мое рабочее место?

– Признаться, на моей памяти это первый случай, когда изначальный договор подписывается без изменений. Конечно, я рад, что переговоры завершились так быстро, но мне еще нужно закончить кое-какие дела в офисе. Буду благодарен, если вы подождете меня в приемной…

Он хотел сказать что-то еще, но из секретарской послышались голоса, будто разговаривали на повышенных тонах. Начальник нахмурился и прошел мимо меня, направляясь к двери. Едва створка приоткрылась, я смогла разобрать слова:

– Это ни в какие рамки! Я летела сюда прямиком из России! Я отказалась от выгодного контракта!

Начальник обернулся, снова смерил меня внимательным взглядом, после чего вышел в приемную. Ну а я что? Любопытство не порок, а потому я выглянула вслед за ним.

– Прошу прощения, но кто вы и кто дал вам право повышать голос на моего секретаря?

От этого жесткого, холодного голоса по моему телу пробежались мурашки. Захотелось втянуть голову в плечи и вообще забаррикадироваться за дверью. Это точно тот же человек, с которым я подписывала договор?

– Я приехала на встречу, а мне говорят, что мне нужно ждать! Мне. Нужно. Ждать. А ведь это именно вы назначили это время! – возмущалась дамочка, некрасиво размахивая руками.

Выглядела она по сравнению со мной куда презентабельнее. Бежевая юбка-карандаш обтягивала красивые ноги. Белый пиджак необычного кроя поддерживался поясом и был единственным предметом одежды поверх ее плеч. Там даже лифа не было – обнаженная полоска кожи с двумя половинками грудей. Черт, как так можно ходить?

Высокий каблук, дорогая сумка, наручные часы, от которых подделкой даже не пахло. Около двадцати пяти лет навскидку, но может быть и меньше. И вот все бы хорошо, если бы не визгливый голос:

– Я Юлиана из агентства! – вспылила девушка, делая шаг к мужчине.

– Юлиана? – переспросил он и обернулся ко мне. – А это тогда кто?

Сижу. Сижу в центре просторного кабинета, а на плечи давят не только стены, но и тяжелый взгляд. Кажется, что еще немного, и я провалюсь сквозь пол на этаж ниже. Туда, где, собственно, сейчас и должна находиться на собеседовании среди двух десятков других соискательниц на место секретаря в крутую компанию.

– Я только одного понять не могу: как можно было перепутать этаж? На кнопках лифта ведь написаны цифры. Аааа… Вы не умеете читать, я прав? Поэтому вы и договор не прочли? – он натурально издевался.

Зло, хлестко бил каждым словом, выплескивая на меня весь свой гнев. Ни капли веселья в голосе, а ведь это просто стечение обстоятельств. Я-то ведь не виновата.

Юлиану, которую мужчина ждал вместо меня, угомонили еще нескоро. Понадобилось целых полчаса, чтобы дама наконец вышла из кабинета спокойная и довольная. Видела, как она прячет в сумочку пачку хрустящих банкнот. Откупились от ее претензий знатно, но вопрос по моей персоне так и остался на повестке дня. Его-то мы сейчас и решали.