Любовник под подозрением

Глава 1

Уокер Маклейн надеялся незамеченным прошмыгнуть в здание пожарной части, в то время как вся команда уже собралась в пустом гараже. К счастью, коллеги собрались группкой, стоя спиной к нему, а все трое ворот были распахнуты.

Было ровно семь утра. Начинались двадцать четыре часа его новой смены. Он не опоздал, но, как и все пожарные, обычно отмечался за пятнадцать минут до начала смены, и ребята заметили бы, что сегодня он припозднился. Два из четырех своих выходных он посвятил тому, что его брат именовал «одержимостью».

Даже сейчас, этим сентябрьским утром, в Оклахоме было жарко и влажно. Уокер тихо вошел в помещение третьего отделения, отер пот со лба и встал подле своего приятеля, Дилана Шеперда. Он чувствовал на себе стальной взгляд Шепа, но неотрывно смотрел на капитана Йервуда и стоявшую рядом с ним темноволосую женщину. Уокер не хотел рассказывать Шепу, где был. Он не нуждался в ободряющих взглядах, не желал слушать одни и те же вопросы.

– Что у нас тут? – тихо спросил он.

Шеп кивнул в сторону женщины:

– У нас здесь она, вот что.

Вполне достойный объект внимания, тут же отметил для себя Уокер. Даже стандартная униформа пожарного департамента Пресли, темно-синие брюки и светло-голубая рубашка, не могла скрыть плавных форм ее упругого тела. Его взгляд скользнул вниз, потом замедлил ход на обратном пути: длинные ноги, стройные бедра, груди, которые поместились бы в его ладонях…

– Прошу любить и жаловать, Джен Лоусон, – прогремел капитан Йервуд, перекрикивая шум улицы, врывающийся сквозь распахнутые настежь ворота. Он подал знак группе из семи пожарных, среди которых стояла еще одна женщина, единственная в их смене, – Шелби Фокс Джессап. – Джессап, вы уже встречались.

Женщины обменялись улыбками.

– Рядом с ней стоит Фэррис, дальше Шеперд и Маклейн. – Капитан, худой седовласый мужчина с острым взглядом темных глаз взглянул на Уокера. – Маклейн, тебе стоит пообщаться с Лоусон.

С чего бы это?

– Джен перевелась из Талсы, – пояснил капитан. – Пикетт, как ты знаешь, вышел на пенсию, и она будет вместо него.

Его мышцы напряглись.

– Значит, вы медик?

– Да. Рада познакомиться.

Глаза их впервые встретились, и Уокер на миг остолбенел. Вот это да! Эти глаза завораживали чистой, яркой синевой. Такого оттенка он не видел никогда прежде.

Капитан Йервуд, перешедший работать в третье отделение чуть больше трех лет назад, тем временем продолжал свою речь, представляя нового сотрудника пожарным смены.

Уокеру и трех секунд не пришлось ждать, чтобы Фэррис, местный Казанова, показал себя. Высокий, сложенный подобно кирпичному столбу, огромный мужчина пробормотал так, чтобы расслышали его только Уокер и Шеперд:

– Я должен ее получить.

Урод.

– Посмотрим, как она будет прикрывать твою спину во время пожара.

– Если и не сможет, уверен, она отлично прикроет меня спереди.

Уокер не стал тратить время на проповедь о том, что если Фэрриса услышат, то светловолосый мускулистый красавец вполне может быть обвинен в сексуальном домогательстве. Фэррис тем временем обошел толпу, чтобы встать ближе к брюнетке.

Шеп тихо простонал:

– Думаю, я влюбился. Ты видел эти глаза?

Он видел.

– А это лицо?

Еще бы.

– А ее тело? Ты видишь?

– Нет, я ослеп пять секунд назад, – медленно, растягивая слова, ответил Уокер. Конечно, он все это видел. Но также знал, что его в этой женщине раздражало.

– Да неужели она совсем тебе не нравится? Прошло два года, приятель. И ты вроде пока не труп.

Нет, но Уокер хотел бы им стать. С тех пор как Холли умерла на его руках, он ощущал в груди лишь большой черный провал. То ограбление отняло у него не только жену – с ней погибла и их нерожденная дочь. И случались дни, когда боль возвращалась к нему с такой силой, будто все произошло только вчера.

Когда капитан отпустил всех, Уокер отделился от остальной группы и направился в кухню, пояснив Шепу:

– Моя очередь готовить. Нужно взглянуть на продукты.

После убийства Холли он пытался найти выродка, который это сделал. Но даже по прошествии двух с половиной лет все, что он имел, – это неразборчивое описание бездомного со шрамом от ножа на кисти правой руки. Некоторое время он думал, что никогда уже не продвинется в своих поисках, но шесть месяцев назад кто-то стал убивать бездомных мужчин. Сжигать их. На сегодняшний день имелось три жертвы, и все они, в свою очередь, совершили когда-то жестокие преступления. Мерзавцы, отбывшие срок и отпущенные на свободу, не желавшие меняться и непригодные к реабилитации.

Одним из убитых вполне мог оказался тот человек, которого искал Уокер. Он уделял пристальное внимание каждой из жертв. Его брат Коллиер считал расследование Уокера одержимостью, но тому было плевать.

– Маклейн?

Немного хрипловатый голос женщины заставил его обернуться и посмотреть на новую сотрудницу.

Светлая кожа Джен Лоусон имела нежно-розовый оттенок, черные, собранные на затылке пышные волосы лежали крупными волнами. Губы тронула едва заметная улыбка.

– Где мне оставить рюкзак?

– Лучше прямо на жилете. А его держите вместе с остальной амуницией.

Врачи обязаны были иметь полный комплект медикаментов при каждом выезде. И все-таки в первую очередь они были пожарными, а врачами – когда требовалось.

– Перед выездом проще, когда все лежит в одном месте.

– Спасибо.

Она стояла достаточно близко, чтобы он мог уловить ее запах – пряный цветочный аромат, от которого сердце сжалось в груди. Говорил он прохладно:

– Вы отметились в журнале медработников?

– Утром, еще перед тем, как зашла к начальству.

Ее глаза были удивительны. Их красоту подчеркивали деликатно приподнятые черные брови, а выдающиеся скулы придавали овалу лица особое изящество. Она казалась слишком хрупкой для работы в пожарной команде.

Мгновение спустя Уокер осознал, что Джен ушла, а он стоит и глупо смотрит ей вслед, будто только что врезался в стену. Тихо чертыхнувшись, он направился в кухню. Она просто задала ему вопрос, и кровь уже шумела у него в висках. С чего бы это?

Едва Уокер успел дойти до холодильника, раздался сигнал тревоги. Вместе с остальными он бросился к выходу, мгновенно оделся и забрался в пожарную машину.

За рулем был капитан Йервуд, так что до места они добрались меньше чем за десять минут. Горел заброшенный дом к северу от Бенсон-стрит, в промышленном районе города, с несколькими большими складами. Было видно, что зеваки пока не собрались. Оранжевые языки пламени взмывали к небу над обветшалым светлым зданием, часть которого уже скрылась в объятиях стихии.

Команда Уокера припарковалась за пожарной машиной второго отделения, все спрыгнули с грузовика и стали разматывать шланг. На тушение пожаров обычно выезжали два отделения, то же правило относилось и к спасательным операциям.

К счастью, ветер пока не осложнял их работу. Огонь мерно потрескивал, когда раздался щелчок клапана подсоединяемого гидранта, а затем зашумела поступающая в шланг вода.

Убедившись, что внутри здания пусто, обе команды направили воду на охваченную огнем площадь. Темно-серый дым при этом стал превращаться в белый, который на фоне голубого неба приобретал металлический оттенок.

На то, чтобы погасить пламя, времени ушло немного, и Уокер был почти уверен, что знает причину этого. Возгорание произошло вовсе не в здании. Билеты на все футбольные матчи текущего сезона он готов был поставить на то, что причиной стало горящее тело и только потом уже пламя переметнулось с жертвы на деревянное строение.

Пожары рядом с местами предыдущих убийств также тушили очень быстро и всякий раз обнаруживали сожженное тело.

Одолев огонь, они принялись искать очаг возгорания и не нашли его. Довольный тем, что огонь окончательно потушен, Уокер снял шлем и капюшон. Все его коллеги сделали то же самое.

Футболка под его плащом была пропитана потом. Всюду был резкий запах тлеющего дерева и химикалий. На всей улице лишь этот дом имел владельца – некую крупную фирму. Лучи солнца освещали дымящееся, обугленное строение, и оно выглядело совершенно пустым.

Серый дым поднимался ввысь. Вода из шлангов текла вдоль улицы, заливая неухоженную, пожухлую траву. Уокер отправился осматривать задний двор по газону, который теперь превратился в слякоть. Он ожидал увидеть обгоревший труп. И он его увидел:

– Здесь тело, капитан!

Уокер присел, разглядывая вздувшуюся плоть на лице жертвы, а также пошедшую пузырями кожу на руках. Жертвы никогда не были обезображены до неузнаваемости – лишь использованы в качестве живой спички, с которой пламя перекидывалось на ближайшее здание, что, в свою очередь, становилось причиной звонка в службу 911. Прежде чем подоспели остальные, Уокер успел проверить правую руку покойника. Шрама не было. Не этот человек убийца Холли.

Подошли Шеп и Лоусон. Йервуд бежал к ним от пожарной машины.

Оставаясь в нескольких футах от трупа, Шеп посмотрел на Уокера:

– Снова убийца-мститель?

Взгляд его упал на огневую шашку, валявшуюся рядом с жертвой. Стиснув зубы, Уокер кивнул. Лишь задняя часть дома полностью выгорела, и это лишний раз подтверждало его теорию – пламя перекинулось с горящего тела. Будь мишенью дом, злоумышленник позаботился бы о том, чтобы нанести больший ущерб.

Оставшийся каркас выглядел так, словно готов был обрушиться в любую секунду. Хорошо знакомый запах обугленного дерева и дыма навязчиво висел в воздухе. Вытирая вымазанную пеплом щеку, Уокер обратил внимание, что Лоусон тихо смотрит на Джона Доу. Она перевела взгляд на огневую шашку и нахмурилась.

К ним присоединился Фэррис, сунул бутылки с холодной водой ей, Уокеру и Шепу:

– Спорим, у этого трупа в хрустящей корочке криминальное прошлое?

– Да, как и у остальных. – Шеп опустил шлем, снял капюшон и вылил воду себе на голову, чтобы освежиться. Затем провел рукой по лицу.

Лоусон посмотрела на Уокера:

– Убийца-мститель? О чем это вы? Что за остальные? Сколько их было?

В ответ он сделал большой глоток воды.

Но Шеи ответил без колебаний:

– Если тело такое же, как остальные, то это уже четвертая жертва убийцы, и этот тип, очевидно, был рецидивистом, склонным к насилию, отбывшим срок и недавно отпущенным из тюрьмы за хорошее поведение или по какой-либо иной причине.

– Выходит, он убийца-линчеватель? – спросила она.

– Да. – Шеп указал в сторону улицы, где стояли машина второго отделения и фургон службы спасения. – Вон там маршал Берк.

Уокер проводил глазами Тома Берка, крупного темнокожего мужчину, направлявшегося к шефу батальона, который всем командовал.

Лоусон приподняла брови:

– Дело под контролем пожарного инспектора штата?

Уокер знал, что удивляло ее то же, чему удивлялись они все, когда власти Пресли передали расследование под личный контроль следственной комиссии штата. Неужели подозревали кого-то из городского департамента?

Пожарные знали, что полиция ищет подозреваемого, который, как предполагалось, охотился на бездомных. Но не похоже, чтобы у них или у шефа Уита под подозрением оказался кто-либо из пожарных.

После второго убийства были опрошены все служащие в отделении Уокера. Не заметил ли кто-либо из них поблизости чужака? Может, кого-то, кто угрожал бездомным или проявлял к ним нездоровый интерес? Правда, все эти вполне стандартные вопросы задавали каждому, кто жил или работал неподалеку от места пожара.

Скорее всего, дело забрали наверх во избежание обвинений в предвзятом отношении, что и понятно, ведь пожарные следователи Пресли некогда сами были пожарными в этом городе. Не говоря уж о том, что один из них приходился Уокеру родным братом.

– А вон Джек Спенсер. – Шеп смотрел на Лоусон, указывая на высокого детектива, выходящего из машины, только что припарковавшейся у бордюра. – По закону пожарные Пресли сразу вызывают копов, если обнаружено тело. Сначала тушим, потом сообщаем о насильственной смерти. Спенсер и еще один детектив занимаются делом мстителя. Если приехал Джек, значит, они уверены, что убийство его рук дело.

Лоусон повернулась к Уокеру:

– Думаете, убитый погиб в огне? Или он был мертв еще до пожара?

– Это выяснит судмедэксперт.

Уокер не совсем понял, с какой стати Джен спрашивает его, в то время как Шеп брызжет информацией направо и налево. Он налил себе на ладонь немного воды и провел ею по еще горячему от жары затылку.

Шеп тем временем продолжал:

– Установлено, что предыдущие жертвы умерли до пожара. А еще на каждом теле найдены следы металлической пудры.

Лоусон нахмурилась:

– Той, которую используют в огневых шашках.

Уокера не удивили ее познания. Этому учили на спецтренинге.

– То есть шашки используют в качестве катализатора?

– Да.

Шеп принялся объяснять, что шесть месяцев назад ящик световых гранат был украден из фургона спецотряда. Для того чтобы попасть в него, требовался ключ, а закрывали фургон всегда, если внутри не находился член команды. Лишь вполне определенные люди имели доступ к ключу. Весь спецотряд. И медики спецотряда.

– Почему вы применяете слово жертвы к такому отродью? – вставил Фэррис. – Эти бомжи не жертвы. Тех троих рано или поздно ожидала такая участь. Да и этот не лучше.

Глаза Лоусон расширились.

Уокер понимал, сколько ненависти сквозило в голосе Фэрриса, однако сам испытывал те же чувства. Когда все они вернулись к фасадной части здания, он поймал себя на том, что смотрит на Лоусон. Даже под слоем копоти кожа ее напоминала нежнейший шелк. С ее щеки, на которой осталась полоса сажи, взгляд его переместился на блестевшую от пота шею. Он и остальные присоединились к Фэррису, который уже начал сворачивать главный шланг.

– Трудно сочувствовать этим типам, узнавая потом, какими они были подонками, – процедил он.

– Хотя на первый взгляд все и схоже с почерком убийцы-мстителя, пока мы не можем быть уверены в том, что это рецидивист. Вполне возможно, что в данном случае мы имеем дело с имитатором. Так или иначе, сейчас не до разговоров. Нужно привести все в порядок, – сказал Уокер. – Монро установит для маршала осветительные приборы внутри здания, а сержант Джордж из третьего отделения снимет все на пленку.

Он чувствовал на себе взгляд Лоусон и понимал, что у нее есть еще вопросы. Но пусть задает их Шепу, который, похоже, сегодня прямо-таки фонтанирует информацией.

– Вы всегда делаете запись? – спросила она. – В Талсе это занимало у нас девяносто процентов времени, особенно если очаг возгорания казался подозрительным.

Фэррис что-то пробормотал, но Уокер не уловил, что именно. Шеп направился с Лоусон к машине, отвечая на ее вопрос и продолжая разъяснять политику пожарного департамента Пресли.

Уокер старался не прислушиваться к ее хрипловатому голосу. Сегодня она неплохо справилась. Ему нравилось, как она держалась, хоть он и признавал это с неохотой. Несмотря на внешность – не важно как она выглядела, – Джен работала наравне со всеми.

Она двигалась быстро, но не без изящества, а ее дружелюбная манера держаться с парнями не переходила во флирт. Было очевидно, что работу свою она воспринимает всерьез.

Внешность Джен была обманчива. За утонченной красотой скрывалось упорство.

Уокер размышлял, с чего это она переехала в Пресли. Была ли замужем или помолвлена? Он оборвал себя на этой мысли. Какое ему до этого дело? Он просто работает с ней – не более того.

Уокер Маклейн был объектом ее внимания, и куда более сложным, чем представляла себе Джен. Он был тверже, привлекательнее… Просто интереснее.

У нее имелась папка с его делом, однако ни одна бумажка не способна в деталях описать человека из плоти и крови. Ни одна фотография не передавала оттенка его темно-зеленых глаз. Или морщинок у рта – свидетельства веселого нрава. Его пышные темные волосы были немного растрепаны, а подбородок покрывала щетина. Уокер Маклейн обладал прекрасной внешностью, Джен ощутила комок в горле, когда глаза их впервые встретились. И это ее изумило.

Странное, обжигающее чувство словно пробралось ей под кожу. Оно не нравилось Джен, хотя она и могла его контролировать. Часть каждого задания – выяснить, как работает подозреваемый, и раз она знала о том, что Маклейн способен влиять на нее, ему не застать ее врасплох.

Ей не требовалась помощь и в отслеживании второго подозреваемого, Брэтта Фэрриса. Это был ложный след, и все же в ее обязанности входило подтвердить или опровергнуть его возможную причастность к убийствам.

Почти в девять часов вечера следующего дня она припарковала машину в дальнем углу стоянки парка развлечений Оклахома-Сити. Пройдя два ряда машин, она села на заднее сиденье темно-синего внедорожника и поздоровалась с теми, кто находился внутри. Рядом с ней сидел Джек Спенсер – худощавый, с приятной внешностью детектив, которого она видела на пожаре днем раньше. Водительское место занимал маршал Том Берк – Джен сделала вид, что не знает его, когда на него указал Шеп. Рядом с ним на переднем сиденье расположилась невысокая брюнетка Робин Дэйли – второй детектив, которому поручили данное дело.

Помимо шефа пожарного департамента, Уита, эти люди были единственными, кто знал о работе Джен под прикрытием. Однако шеф имел информацию лишь о расследовании – кто именно работает под прикрытием, он не знал.

Первая суточная смена Джен подошла к концу, и она была свободна до семи часов следующего утра. Несмотря на работающий кондиционер, руки ее вспотели, и Джен не знала, в чем причина – в том ли, что она рискует, или в человеке, за которым ей поручено наблюдать.

Она много о нем думала. Тонкие морщинки вокруг его глаз свидетельствовали о том, что он много смеялся, по крайней мере когда-то. За его легкой улыбкой она уловила горечь. Вполне понятно, что не так давно он потерял жену и нерожденную дочь.

Сердце Джен сжалось, и она мысленно себя одернула.

В ее работе эмоциям не было места, и она прекрасно это помнила. Помнила с тех пор, как получила свое первое назначение под прикрытием в Талсе и чересчур сблизилась с одним из коллег. Но не только работа научила ее справляться с эмоциями. Многому ее научил случай с Марком.

Когда все закончилось и бывший жених перестал ее узнавать, Джен казалось, будто у нее вырывают сердце всякий раз, когда она с ним сталкивалась.

Держать дистанцию казалось сложно, почти невозможно, однако именно это в итоге спасло ее рассудок. И те эмоции, что вчера она ощутила в отношении Маклейна, были сигналом тревоги, к которому она собиралась прислушаться.

Поняв, что маршал задает ей вопрос, она переключила все внимание на коллег.

– Пока новостей мало, – сказала она. – Устраиваюсь на новом месте.

– Но вы встречались? – осведомился Берк низким, раскатистым голосом.

– Да. Капитан представил меня всем одновременно. Маклейн явился ровно в семь, а не чуть раньше, как все остальные. Включая Фэрриса.

Спенсер прищурился:

– Маклейн пришел вовремя и тут же выехал на вчерашний пожар?

Джен кивнула. Детектив, очевидно, сам заметил Маклейна на пепелище.

– Сколько времени прошло между его появлением и сигналом тревоги? – спросила Дэйли.

– Может быть, пять, может, шесть минут. Я не знаю, где и как долго он находился, прежде чем вошел.

– То есть у него имелось время, чтобы расправиться с жертвой и поджечь тело.

– Если судмедэксперт не установит иного времени смерти, то да.

В разговор вступил Спенсер:

– Тебе будет нелегко сблизиться с ним так, как этого может потребовать дело. Будь вы оба копами – скорее бы нашли общий язык.

– Но хорошо, что вы оба медики, – возразила Дэйли. – Это значит, что на некоторые вызовы вы будете выезжать без остальной команды.

Джен решила, что справится с этим, сохраняя от Маклейна определенную дистанцию.

Положив огромную руку на руль, Берк прислонился плечом к окну:

– Ну а пока каковы твои впечатления?

– Он всецело посвящает себя работе, уважает других, ему платят тем же.

– Наши единственные улики против него пока что косвенные?

– Да, – ответили оба детектива.

Маршал обвел присутствующих пронзительным взглядом:

– Смерть жены от рук бездомного дает Маклейну больший мотив для этих убийств, чем кому бы то ни было.

– Больший, чем у тех, кого мы знаем, – подчеркнула Джен.

Дэйли кивнула:

– Верно. А без реальных улик, указывающих на его причастность, мы не имеем права его допрашивать.

– Он не скрывает того факта, что по-прежнему ищет убийцу своей жены, – произнес Берк. – И того, что заставит его заплатить.

– Не уверена в том, что он стал бы вершить закон собственными руками, – заметила Робин.

Спенсер мрачно пробормотал:

– Если бы мою жену и дочь убили и полиция за два с половиной года не нашла виновных, не знаю, что стал бы делать лично я.

Берк глянул на Джен:

– У Маклейна есть мотив, и он регулярно посещает приюты для бездомных, высматривая убийцу своей жены.

– И, посещая их, он вполне может высматривать очередную жертву, – подытожила она.

– Возможно. Нам также известно, что у него есть средства для совершения этих убийств.

– Да, но он не единственный, у кого есть доступ к световым гранатам, использованным убийцей.

– Тем не менее нам не удалось найти кого-либо с таким же веским мотивом, как у него, – возразила Дэйли. – Пока расследование не дало нам ни малейших улик, каким-либо образом связывающих других сотрудников пожарной службы с убийствами мстителя.

– Будем и дальше следить за парнями из третьего отделения, – сказал Берк.

Джен кивнула:

– Второй человек в орбите наших интересов – это Брэтт Фэррис. Еженедельно вместе с прихожанами своей церкви он помогает в приютах для бездомных в качестве волонтера, а следовательно, мог контактировать со всеми жертвами и, возможно, знать, кто были эти люди.

– Но это единственное, что у нас на него есть, – заметил маршал.

Джен нахмурилась:

– То, что у него нет официального доступа к световым гранатам, вовсе не означает, что он не сумел бы до них добраться, если бы очень захотел. Во время кражи дверцу грузовика не взломали, а просто открыли. Но ведь кто-то мог похитить ключ и сделать копию.

Глаза Берка блестели в свете проносившихся огней.

– Говоришь, ты не видела Маклейна, пока он не появился, всего за несколько минут до случившегося? А кто-нибудь другой видел?

– Я говорила с остальными. Никто не видел его до меня.

– Как он вел себя на пожаре? – спросила Дэйли.

Джен провела взмокшей ладонью по джинсам.

– Не могу сказать, что подозрительно. Фэррис и еще один пожарный рассказали мне об убийствах. Оба они считают, что мстителю нужно и дальше позволить избавлять мир от отбросов. Но Маклейн своего мнения не высказывал. Он не говорил об убийствах. Со мной он почти не общался. Единственный мой вопрос, на который он ответил, касался времени смерти, и он сказал, что ответ даст судмедэксперт.

– А предположений он не высказывал? – спросил Берк.

– Мне – нет. – Джен помялась, затем добавила: – Он направился прямо к телу, будто бы знал, где оно находилось.

Спенсер бросил на нее пронзительный взгляд:

– Он что-нибудь делал с трупом?

Она покачала головой:

– Просто смотрел.

– А теперь, проверив отпечатки жертвы по картотеке, мы знаем, что он был рецидивистом, – сказал Джек. – Так что это убийство отныне официально приобщено к делу мстителя.

Берк помолчал, затем заговорил:

– Ты неплохо начала, Лоусон. Встретимся после твоей следующей смены и узнаем, что ты еще выяснила.

Джен кивнула и вышла из внедорожника. Возвращаясь к своей машине, она думала об Уокере. Он откровенно пугал ее. Вызывал в ней чувства, которых она в своей работе не испытывала никогда прежде. Те, что женщины испытывают к мужчине.

Все инстинкты Джен буквально трубили о том, что ей нужно держаться подальше от этого парня, но такая возможность как раз у нее отсутствовала. Оставалась другая – работать над делом.

Она не сочувствовала убитым преступникам, но ей не нравилось, что наказание настигло их вне рамок закона.

Могла ли смерть жены и дочери превратить Маклейна в убийцу? В мстителя? Она обязана это выяснить.

Глава 2

Следующим вечером инстинкты Джен по-прежнему не утихали, и она сторонилась Маклейна. Но ей придется подойти ближе, и она это знала.

Она следила за ним целый день. Во время двух экскурсий школьников в их часть и во время тренинга, когда все они практиковались в вождении новой пожарной машины, купленной на деньги, подаренные городом несколько месяцев назад.