Анютины глазки

Рубашку Анна упаковала в красивую коробку, написала: «Для Ашота» и положила под ёлку вместе с остальными подарками. За праздничный стол присели узким кругом – мама, бабушка и внук. Удары часов Анна отсчитывала с замиранием сердца, но в дверь никто не позвонил. Сообщение на телефон с пожеланием нового счастья пришло только от Ирины и от некоторых коллег по работе.

«И где его искать это новое счастье? – думала Анна с грустью, – отыскалось бы лучше старое».

Получив новогодние подарки, Егорка прочитал стишок, который специально разучил к празднику, кроме того он подарил маме и бабушке самодельные открытки, сделанные на уроке труда. Яркую коробку под ёлочкой первой заметила бабушка.

– А это для кого? – спросила она.

Егорка тут же достал подарок, прочитал надпись и с удивлением спросил:

– Мам, а кто такой Ашот?

Анна замялась.

– Ну, это … понимаешь… один человек…

– Это мой папа?

– Нет. Но он очень на него похож.

– Ты что, Егорка, – вмешалась бабушка, – твоего папу звали Антон. А кто такой Ашот?

Вопрос предназначался дочери.

– Я потом тебе объясню. Ладно, мам…

– А он к нам приедет? – спросил Егор.

– Не знаю, – ответила Анна. – Может быть.

– А он добрый?

– Надеюсь, добрый.

– А он будет со мной играть?

– Послушай, Егорка, – тут Анна присела на корточки и взяла сына за плечи. – Вот если Ашот к нам приедет, ты сам у него спросишь, ладно? А пока иди в свою комнату.

– А что мне делать?

– Не знаю. Поиграй во что-нибудь или порисуй.

Оставшись одни, женщины присели к столу. Анна старательно прятала глаза, но избежать разговора с матерью ей всё же не удалось.

– Ну, рассказывай, что это за Ашот, и где ты его отыскала?

Некоторое время Анна собиралась с мыслями, потом заговорила.

– Помнишь, осенью я ездила на семинар?

– Как не помнить. Приехала – вся светилась, а потом ходила мрачнее тучи, всё на телефон свой глядела. Там, что ли, познакомились?

– Там.

Анна давно хотела рассказать маме о той необычной встрече, и вот удачный случай подвернулся. Она принялась в подробностях описывать тот вечер, рассказала об удивительном сходстве Ашота с ее мужем, упомянула она и о том, что похожи они не только внешне, но и судьбы их каким-то непонятным образом пересекаются.

– Представляешь, мам, он раньше работал в салоне красоты, а три года назад его жена погибла в автомобильной аварии…

– Ну, знаешь, дочка, всё это он мог просто придумать.

– Нет-нет, мам, я ему верю. Ты знаешь, он так подробно обо всём рассказывал. Мы проговорили до самого утра, но вот потом…, потом он куда-то исчез.

Женщина посмотрела на дочь подозрительно. Однажды та уже рассказывала ей о каких-то странных потусторонних беседах.

– Послушай, дочка, а ты уверена, что действительно знакомилась с этим Ашотом?

– Понятно, опять не веришь…

Анна разлила шампанское по бокалам.

– С Новым годом, мама! – Произнесла она немного обиженно.

– Спасибо, дочка. Давай выпьем с тобой за то, чтобы новый год, принес нам много– много новых встреч, настоящих и счастливых.

Из комнаты вышел Егорка.

– Мама посмотри, что я нарисовал.

Он протянул Анне большой лист бумаги, вырванный из альбома, на котором неумелой детской рукой была изображена семья из трех человек. Папа, мама, а между ними – ребенок. Внизу печатными буквами значилось: «АШОТ + АННА».

– Очень красиво, – похвалила мальчика мама. – И для кого ты это нарисовал?

– Для Ашота.

– Ты хочешь сделать ему подарок?

– Да. Ведь он мне тоже что-нибудь подарит, когда приедет.

– Хорошо. Давай пока повесим твой рисунок вот сюда.

Анна достала булавку и прикрепила альбомный лист на стену.

– А теперь, Егорка, пора готовиться ко сну. Время позднее. Новый год уже наступил. Дед Мороз желает всем детям спокойной ночи.

На следующий день Анна проснулась к полудню. Егор уже вовсю носился по квартире, мама гремела на кухне кастрюлями. Погода на улице стояла январская. На солнце от мороза серебрился снежок, веселая детвора с криками и смехом каталась на ледяной горке, и сынишка Анны тоже запросился на улицу.

– Сходи, погуляй, – предложила бабушка дочери. – И сама развеешься, и Егорка поиграет, подышит свежим воздухом. А я пока приберусь, займусь делами.

Анна собралась с большой неохотой, однако, возвратившись спустя два часа, улыбающаяся, розовощекая, крикнула с порога.

– Мама, ты была права. Мы так чудесно погуляли, даже аппетит появился.

– Вот и хорошо, – отозвалась женщина из кухни. – У меня давно всё готово. Раздевайся, помогай накрывать на стол. Праздник все-таки.

Поздний обед начался под обязательный новогодний фильм «С легким паром». Бокалы с вином поднимали вместе с героями нестареющей комедии. До слез смеялись над незадачливым Лукашиным, попавшим в Ленинград, жалели Ипполита, который просил потереть ему спинку, а в конце, когда под песню о Москве на экране уже бежали титры, у Анны зазвонил телефон.

Номер, высветившийся на дисплее, был ей неизвестен. Наверное, кто-то хочет поздравить с наступившим, или рассылают новогоднюю рекламу. Она ответила.

Мужской голос, который она не узнала, весело спросил:

– Я у твоего подъезда, к тебе можно подняться?

Первое, о чем подумала Анна : «Ошиблись», – однако, ответила машинально:

– Пожалуйста, третий этаж.

Она вновь обратила своё внимание на экран телевизора, а через две минуты в дверь позвонили. На пороге стоял мужчина закрывающий лицо большим букетом роз.

– С Новым годом, – произнес он и протянул Анне цветы.

Невероятно, – это был Ашот.

– Ты? – только и смогла вымолвить девушка.

На помощь ей пришла мама.

– Что ж ты растерялась, доченька, приглашай дорогого гостя. Проходите, пожалуйста.

Женщина приняла из рук Ашота большой пакет, расписанный иностранными словами, помогла раздеться. Улучив момент, шепнула Анне на ухо: «Слушай, ты права – действительно очень похож!»

Анна передала ей букет, попросила поставить в вазу. Сердце бешено колотилось.

Взять себя в руки стоило ей больших усилий.

– Ашот, ты откуда? – спросила она, все еще не веря своим глазам.

– Прямо из аэропорта. Прилетел сегодня ночью из славного города Парижа. Представляешь, Новый год встречали в самолете. Все так дружно крикнули «Ура»…

– А как ты меня нашел?

– Поехал в тот пансионат, надеялся там узнать твой адрес. Приезжаю, а меня, оказывается, твоё письмо дожидается. И вот я у ваших ног, милая Анюта.

Он заглянул в комнату, убедился, что женщина занята цветами, обнял девушку за талию, привлек к себе, тихо прошептал:

– Я так по тебе скучал, вспоминал тебя каждый день, а ты?

– Я тоже…

– Извини, я тогда не пришел в ресторан. Просто проспал, хоть мне и стыдно в этом признаться.

– А потом?

– Потом мы уехали практически вслед за вами. Вечером у нас был намечен еще один корпоратив, а на следующий день – другой, а потом нас пригласили поработать в русском ресторане в Париже. Времени на размышления не дали, место могли занять другие, ну мы и сорвались.

Анна прижалась к Ашоту на несколько секунд, даже потерлась щекой о его щеку, смешную, небритую. Хотелось вспомнить давно забытые ощущения. Когда-то точно так же ее щекотал своей щетиной Антон.

– Пойдем.

Она взяла его за руку повела в комнату.

– Мама, познакомься – это Ашот. – Я тебе о нём рассказывала.

– Надеюсь только хорошее? – пошутил мужчина, раскланиваясь, а, заметив ёлку, воскликнул. – Какая у вас нарядная лесная красавица. Кто занимался украшением, ты?

– Не только. Есть тут еще один человек.

Анна посмотрела в сторону приоткрытой двери в соседнюю комнату, из-за которой давно уже выглядывал Егорка.

– Ну, и чего ты испугался? Иди сюда, – позвала она сына.

Мальчишка робко подошел.

– Ух, ты! – воскликнул Ашот, присаживаясь на корточки. – Это кто у нас тут живет?

Егор смущенно переминался с ноги на ногу.

– Можешь назвать своё имя, или ты его забыл?

– Я не забыл.

– И как же тебя зовут?

– Егор.

– А полное имя? – спросила Анна.

– Георгий, – ответил мальчик.

Ашот запрокинул голову, уставился на Анну, растерянным взглядом.

– Георгий? – переспросил он, явно сбитый с толку.

– Да, – подтвердила Анна. – За границей можно представляться как Джордж, в Грузии – Гоги, а у нас Гоша, или Егорка.

Ашот проглотил комок, подступивший к горлу. Постарался улыбнуться.

– Ну, будем знакомы, Егор, Меня зовут Ашот.

– А я знаю.

– Вот как?! Интересно, откуда?

Мальчик нырнул под ёлку, достал красивую коробку, протянул мужчине.

– Вот откуда, – сказал он, показывая на надпись.

– Это подарок, – пояснила девушка. – Для тебя. Можешь посмотреть.

Прежде чем открыть упаковку, Ашот поцеловал Анну в щечку, сказал, что он очень тронут. Он никак не ожидал, что его здесь ждут и даже приготовили подарок.

– Как ты могла догадаться, что я приеду? – спросил он у Анны.

– Не знаю. Просто почувствовала.

Рубашка Ашоту явно понравилась, и он принялся дарить свои подарки, в основном, – разные безделушки, сувениры, кухонные полотенчики, подставки, прихватки, магнитики на холодильник, мягкие игрушки – все, что ему приглянулось в парижских уличных развалах.

Егорка, немного осмелев, показал Ашоту свой рисунок.

– А вот это я нарисовал, посмотри, – объявил он не без гордости, ткнув пальцем на стену, где висел альбомный лист.

– Не может быть, – всплеснул руками Ашот. – Какой красивый рисунок. Ты собираешься стать художником?

– Я еще не решил. А ты будешь со мной играть?

– Конечно, буду.

– А во что?

– Во что? – Ашот задумался. – Я… я научу тебя играть на синтезаторе.

– На игрушечном?

– Нет. На самом настоящем.

– А он у тебя есть?

– Конечно. Ведь я же музыкант.

– Тогда и я буду музыкантом.

– Отлично. Но сначала надо выучить ноты.

– Я выучу.

– Вот и договорились.

За столом подняли бокалы за встречу, потом за знакомство, потом за Новый год. Ашот много рассказывал о себе, о родителях, о друзьях, о жизни за границей и в какой-то момент, когда речь зашла о компьютерах, Анна спросила.

– Ты разбираешься в ноутбуках?

– Разбираюсь немного. Ведь синтезатор по сути тот же компьютер, только музыкальный.

– А ты не мог бы посмотреть один ноутбук. Понимаешь, я не могу в него войти, там стоит пароль.

– Ты что, забыла свой пароль?

– Нет. Пароль поставил… мой муж.

Ашот немного опешил, но всё же постарался не подавать вида.

– Есть самое простое решение, – улыбнулся он. – Надо спросить пароль у мужа.

– Он не ответит.

– У вас плохие отношения?

Анна отвернулась и за нее ответила мама.

– Понимаете, Ашот, муж Анны погиб.

– Ой, извините. Я не знал.

Анна принесла ноутбук, подключила питание, передала Ашоту и тот, открыв крышку, уверенно запустил программу, а, спустя пару минут, дисплей засветился красочными цветами. Появилось сообщение: «Введите пароль».

Анна внимательно следила за выражением лица мужчины. Сможет ли он угадать секретное слово, известное только ее мужу.

Ашот размышлял не более пятнадцати секунд. Набрав на клавиатуре нужное сочетание букв, он нажал на «Enter» и с улыбкой повернул монитор к Анне.

В центре экрана приветливо светилась надпись: «Добро пожаловать»…

– Невероятно, – воскликнула девушка. – Как тебе это удалось?

– Сам удивляюсь, – ответил Ашот. – Я посмотрел на вот эти цветочки, вспомнил твоё имя и напечатал: «Анютины глазки».

– Так просто? Я чего только не перепробовала, и своё имя печатала во всех вариантах, и имя мужа, имя сына, а вот до анютиных глазок не додумалась. Спасибо, Ашот.

– Да не за что…

Анна принялась с интересом открывать папку за папкой, пока не замерла, вчитываясь в какой-то текст. Ашот улыбнулся.

– Что, нашла компромат?

– Нет. Это стихи, но какие-то странные. Строчки периодически повторяются, по три–четыре раза.

– Твой муж увлекался поэзией?

– Представляешь, я только сейчас об этом узнала. Он никогда ничего мне не читал.

– А мне можно посмотреть?

Анна повернула ноутбук, и Ашот, прочитав несколько творений, радостно воскликнул:

– Я, кажется, понял, что это. Это тексты песен. Скажи, твой муж сочинял песни?

– Как видишь, только тексты.

– Это же отлично. У меня музыкального материала наберется на три альбома, а вот со словами всегда была беда, и если бы ты мне позволила…

– Конечно Ашот, о чем ты говоришь. Я думаю, Антон был бы очень рад узнать, что его труд не пропал даром.

– Антон?

– Да, так звали моего мужа.

– Что же с ним всё-таки случилось?

– Я расскажу тебе, потом…

– Хорошо.

Ашот скачал альбом с текстами на флэшку, которую всегда носил с собой вместо брелока на связке ключей, и передал компьютер Анне. Ему уже не терпелось начать работу над будущим альбомом. А один из припевов так и крутился у него в голове:

«К тебе лишь одной хочу я вернуться,

Ведь наши пути не должны разминуться.

Меня ты, конечно, узнаешь при встрече,

С тобою теперь я останусь навечно».

– Мне кажется, – сказал Ашот. – Уже завтра вечером я смогу показать тебе черновой вариант новой песни.

– Она будет быстрая или медленная?

– Еще не знаю. А ты, какую бы хотела?

– Медленную, красивую, например, такую, как «Клен»

– Ладно, я попробую.

Пока Егорка и бабушка мирно спали в соседней комнате, молодые люди опять говорили всю ночь напролет. И уже под утро, прощаясь, Ашот привлёк девушку к себе, нежно обнял и неожиданно признался.

– Знаешь, все последние дни, представляя нашу встречу, я, почему-то, постоянно думал о том, что обязательно должен попросить у тебя прощения.

– За что, Ашот?

– Сам не понимаю. Может быть, за то, что не встретил тебя раньше?

– Но разве ты в этом виноват?

– В любом случае, прошу тебя, милая Анюта, прости меня. Прости за всё.

Анна облегченно вздохнула. Её взгляд случайно упал на зеркало, в котором отражался рисунок Егорки, висящий на стене. Несколько мгновений она с удивлением разглядывала его, читая перевернутые буквы: «АННА +ТОША» потом тихо произнесла:

– Хорошо. Я прощаю.