Разведенная жена, или Жизнь после

От автора

Как известно, я всегда стараюсь писать о достоверных фактах, которые имели место быть. И в этой книге я буду держать эту планку. Только один из моментов я целенаправленно довольно сильно искажу. Это касается финансовой системы в мире. Я, по правде говоря, существенно уменьшу некоторые возможности группы лиц, чтобы уж слишком не ошарашивать читателей. Итак, поехали?!

Глава 1

– Проснись! Проснись! Проснись, – тихий шепот, что я слышу во сне, становится с каждым разом все громче.

Я понимаю, что сплю, что это мне только снится, но не могу выйти из ночных грез. Я открываю глаза и вижу над собой склонившийся белый силуэт. Это он шепчет таким пугающим голосом.

– Проснись, Мария! – рявкнул он последний раз и я открыла глаза, резко сев в кровати.

Перед глазами белый силуэт, который становится похожим на дым. Я моргаю, часто моргаю, сердце от страха ушло в пятки. Что происходит? Что за галлюцинации??? Силуэт в доли секунды исчезает.

Я встала с кровати, на которой рядом со мной спокойно спит мой любимый. Он и не подозревает, что я сейчас видела странный сон. Сказать, что сновидение похоже на кошмар, нельзя. Но оно изрядно меня испугало.

Я подошла к зеркалу и взглянула на себя. Сегодня моя свадьба. Наша свадьба. На часах всего четыре утра. А кошмар мой вполне понятен. Мне всегда снятся неприятные сны, если я замерзла. Я спала голой, после горячей ночи с любимым не стала укрываться. А лондонское апрельское утро не сказать какое теплое.

Взглянув на любимого мужчину, который также спал раздетым и даже не укрытым, я поняла, что ему совсем не холодно, он похрапывал с таким удовольствием. Кажется, моему герою снится что-то приятное.

Но я все же взяла легкое атласное одеяло и укрыла Сергея. Он в эту же секунду скинул покрывало и повернулся на другой бок. Эх, везет же некоторым. Так сладко спать перед волнительным событием. А я ведь едва смогла глаза закрыть после двух часов бдений. И проснулась всего через пару часиков. Ложится снова я не видела смысла. Лучше пойти в душ.

Странно как-то, даже моя беременность не сподвигла сегодня меня ко сну. А ведь из-за нее я еще та соня.

Я пошла в ванную, отделанную дорогим мрамором. Приятно все-таки жить в таких роскошных условиях. Это никак не сравнить с квартирой, в которой я жила ранее с бывшим мужем – изменником.

Эх, сегодня великий день, не буду думать о грустном. Хотя чего тут грустить. Из-за того, что благодаря измене Александра я все-таки нашла в себе моральные силы оставить нелюбимого мужчину? Или из-за, что сегодня выхожу замуж за самого замечательного человека на свете? Хм, а такой ли замечательный Сергей или Стивен?!

Многие скажут, что он псих. Я, наверное, соглашусь с ними. Но он мой. Сергей – мой мужчина, мой человек, моя половинка!

– Ты проснулась? – услышала я его голос.

– Да, – подмигнула я милому, выглядывая из ванной.

– Идите ко мне, без пяти минут миссис Блэк, – произнес Сергей протяжно.

– Я даже не почистила зубы, – демонстративно я надула губки. – Не приняла душ после вчерашнего, – добавила я, раскрасневшись, вспоминая, как отдавалась любимому в такой неприглядной на первый взгляд позе.

– И что? Иди ко мне! Я тебя хочу сейчас же! – сказал Сергей со взглядом волка.

Я было подчинилась, направляясь к нему. А потом решила сыграть сцену.

– Погоди! У нас сегодня свадьба! Все вечером! – вскинула я бровью и направилась снова в ванную.

Сергей не сделал попытки меня остановить и склонить к сексу, как он обычно это делал. Он лишь взял свой сотовый и стал, видимо, проверять почту. Меня это даже немного расстроило. Он что теряет ко мне страсть? Опять телефон вызывает больше интереса, чем любимая женщина? Вспомнив прошлый опыт, я разозлилась.

– Что смотришь? – задала я судьбоносный вопрос.

– Новости читаю, – произнес он, убирая телефон на тумбочку, когда я подошла к кровати.

– Какие новости? Что пишут? – вдруг осмелела я.

– Уже не помню, – улыбнулся Сергей.

Я схватила телефон, лежащий на прикроватной тумбе, и разблокировала экран. На нем был пароль! Чтобы открыть его, я должна знать эту комбинацию.

– Покажи пароль, – улыбнулась я хитро моего герою.

– Кажется, ты собиралась в душ, – вдруг сменил он тон, его брови сдвинулись, было видно, что Сергей недоволен.

Через секунду его серьезный взгляд помягчел.

– Пойдем-ка вместе в душ, – произнес мой любимый и схватил меня на руки, направляясь в ванную комнату.

Этот негодник таким явным способом попытался отвлечь мое внимание! Каков хитрец!

Он отпустил меня только в нашей огромной душевой кабине. Сильная струя воды мгновенно меня взбодрила и отвлекла от гнусных мыслей. Я подумаю об этом позже, решила я, позволяя своему герою ласкать мою промежность. Он снял душевую лейку с крепления и направил струю на мой клитор. Я вздрогнула, натиск был слишком сильным. Мой герой это сразу же понял и ослабил пыл.

– Стоп! – резко выпалила я. – Не хочу! – оттолкнув руку Сергея, добавила я.

Схватив губку, я налила на нее огромное количество геля для душа и что есть сил стала натирать свою кожу. Мой антигерой наблюдал с интересом.

– Ты позволишь?– спросил он игриво.

Я закивала. Сергей взял губку и продолжил мое омовения, нежно натирая кожу. В этом чувствовалось столько невинности, хотя мы оба были возбуждены до предела.

Я хотела его и очень сильно, тем более через несколько часов нас поженят. Мы станем супругами, настоящей семейной парой. Но в душе зрела тревога.

***

30 апреля 2015 года, полдень. Я стою перед зеркалом и мое сердце трепещит. Кажется, я уже смирилась со своей довольно заурядной внешностью и наконец поверила, что мужчина моих девичьих грез меня любит. Но нет, я все равно теряю веру, теряю веру в то, что у нас что-то получится. Весь мир был против нашего союза и мне кажется, они были правы. У нас ничего не выйдет! Я не могу быть с Сергеем!

Как он сможет быть только со мной? Этот мужчина, который имел любую, какую только мог захотеть. Он не будет верен мне! Я в этом уверена! Слезы обиды на еще не подтвержденный факт будущей измены прожгли мне глаза, я заплакала. Профессиональный свадебный макияж немного поплыл. Ресницы местами слиплись.

– Что случилось, дорогая? – услышала я взволнованный голос мамы.

Она зашла настолько тихо в комнату, что я ее не услышала. Мне не хотелось показывать слезы, я рассчитывала казаться сильной.

– Милая, я понимаю, – сказала мама. – Ты так счастлива, что не можешь сдержать слез! Я то же самое испытывала, когда выходила за Павла. Ну ты понимаешь, – улыбнулась она.

– Да, понимаю, – врала я, не краснея.

К сожалению она не сможет понять меня. Я не хочу ее расстраивать. Ее союз с Павлом это квинтэссенция любви и доверия. Мой же союз с Сергеем жалкое подобие. Я не доверяю своему будущему мужу. Просто не могу после того, что было между нами.

Да, я призналась себе. Я наконец это осознала! Как можно строить брак с мужчиной, которому не доверяешь?! Он не позволил посмотреть, что у него в телефоне. Сергей точно что-то скрывает! О, Господи, неужели это то же, что и у бывшего мужа?!

Как быть? Что делать? Это извечные вопросы, мучащие человечество. Что мне стоит сделать? Я должна выйти за Сергея? Или нет? Но столько людей сегодня будет на нашей свадьбе. Я просто не могу оборвать все махом. К тому же – зачем мне это делать? Я же так хотела нашего брака!

Может все-таки стоит с ним поговорить? Всего минутку. Я спрошу про телефон. И если Сергей скажет нет, тогда я и расстрою нашу свадьбу.

– Мама, мне нужно поговорить с будущим мужем, – улыбнулась я ей и прытью вышла из спальни, не слыша ее протесты.

– Где он? – только и спросила я Ларису, которая от удивления растерялась, увидев меня с размазанным макияжем.

– На кухне, дорогая, – ответила она, а я пулей направилась туда.

Я шла по огромному холлу, украшенному множеством цветов. Осталось только дойти до кухни, но на пути путаются под ногами бесконечные сотрудники сферы обслуживания. Все удивленно взирают на меня. Вот он Сергей, всего в 20-ти метрах. Он улыбнулся мне, продолжая разговор по телефону. Я замахала возлюбленному, чтобы привлечь его внимание. Но он был слеп к моему зову, более того, Сергей скрылся из виду, отойдя от дверного проема.

Мое сердце рвало и метало. Я хотела объяснений здесь и сейчас! Да, он мне скажет пароль на телефоне и даст посмотреть его или не бывать нашей свадьбе.

Следующие пять секунд были как во сне. Я услышала взрыв, меня сбила с ног ударная волна, рванула кухня! Комнату охватило огнем! В мгновение ока все оказалось в дыму, едком, колючем и обжигающим легкие. О, Боже, Сергей, наконец дошло до меня. Я резко вскочила с пола и побежала в облако дыма, но сильная рука остановила меня. Это был Стивен – отец моего мужчины девичьих грез.

– Не надо. Я сам, – рыкнул он, быстро снимаю со стены огнетушитель.

Стивен старший распылял его на источник огня, а я растерянно стояла в 20-ти метрах. Мне казалось, что у меня помутился рассудок. Сергей, мой любимый, что с тобой? О, Господи, прошу тебя, пусть он будет жив!

Официанты, что кругом шныряли, уже давно выбежали на улицу. Я слышала приближающийся звук сирен, кто-то вызвал пожарных. В холле была только Лариса, мама моего героя. Она медленно шла ко мне, ее шаги отражались эхом в моем сердце. Лариса безмолвно обняла меня и мы две женщины, которые больше жизни любим Сергея, ждали. Ждали неизвестности. Ждали того, что скажет Стивен старший.

Он вышел с огнетушителем в руках с серьезным лицом.

– Уведи ее, – обратился Стивен к Ларисе.

Но она не шелохнулась. Мы сцепились с ней руками, сжимая их до адской боли. Всего два слова, сказанные отцом Сергея, говорили лишь об одном. Он мертв. Он только что погиб при взрыве.

Я не могла произнести ни слова. Душевная боль пожирала меня изнутри, забирая силы. И я услышала адский пронзительный крик Ларисы. Она кричала как при самой сильной пытке. Мама моего героя упала на пол, бьясь в конвульсиях. Я последовала за ней. Мой крик, казалось, разбивал стекла. Я орала как умалишенная, но, чувствовалось, что именно этот вопль и спасал меня от сердечного приступа и облегчал боль потери.

Стивен старший не делал попыток нас успокоить, он отвлекся лишь на пожарных, которые прибыли через минуту. Еще через несколько секунд зашли полицейские и медики.

Последние подбежали в первую очередь к нам с Ларисой. Мама моего любимого все также кричала, обливаясь слезами. Это я видела сквозь поток своих слез и слышала сквозь свой крик. Мне было тяжело дышать, каждый вздох не приносил облегчения. Все виделось как в тумане, как самом ужасном кошмаре. Я почувствовала укол в плечо и отключилась.

Глава 2

Тяжелые веки с трудом открылись. Я осмотрелась. Кругом белые стены. Где я? И этот звук – тук, тук, тук. Я слышу звук своего сердца. Я что в реанимации?

– Вы проснулись? – улыбнулась мне медсестра или врач, что была в палате.

– Так. Как себя чувствуете? – говорила она по-русски, доставая из кармана фонарик. – Пересохло во рту. Возьмите, – добавила женщина, передавая мне в руки бутылку воды.

– Что произошло? – спросила я, как только утолила жажду, пересохшее горло болело.

– У вас был гипертонический криз. Когда приехала скорая, ваше давление зашкаливало. А если быть точной, то оно составляло 220 на 120.

– Что с Сергеем? – прекратила я ее отчет о состоянии моего здоровья.

– Не думаю, что я вправе вам что-то говорить. Через несколько минут к вам придут родственники, они и скажут, – скорбно улыбнулась женщина и вышла из палаты.

Казалось, секунды растянулись в минуты, а минуты – в часы. Где они? Где мои родственники, которые должны рассказать, что с моим мужем?!

Зашла мама и Стивен старший.

– Милая, – начала она максимально крепким голосом, который в конце слова стал слишком звонким.

– Мария, – поприветствовал меня отец любимого.

Вместо приветствия я задала тот вопрос, что жег меня изнутри.

– Он жив? – спросила я серьезно и услышала как подскочил мой пульс. Монитор выдавал мое состояние. Я снова была на грани гипертонического криза. Давление 180 на 90, пульс 120.

В палату заскочила медсестра. Она сразу же ввела какой-то раствор в трубку и он через катетер попал мне в вену.

– Что с ним? – только и успела сказать я, и снова погрузилась в сон.

***

Я гуляю по открытому полю, трогаю руками поросль желтой пшеницы. Голубое небо, где-то далеко чирикают птицы. Я вдыхаю полной грудью деревенский воздух. Мне приятно, спокойно. Мои босые ноги не болят от колючей травы, как-то даже нравится все это. Я оглянулась и увидела небольшую покосившуюся избушку.

Я пошла в ее сторону, как вдруг небо стало темнеть. В доли секунды из голубого оно превратилось в черное с грозовыми облаками. Сверкающие молнии еще больше нагоняли страх. И вот перед глазами вырос огромный вихрь урагана! Он в секунду смел на своем пути избушку, направляясь ко мне. Я побежала прочь, страх пожирал изнутри, ноги стали ватными. Казалось, я бежала так медленно, как будто погрузилась в зыбучие пески и я не могу из них выбраться. Вихрь подхватил меня и понес вверх, я видела кружащие перед глазами поле и небо. Ветер нес меня с такой бешеной скоростью, что я просто не успевала толком испугаться. Как вдруг ураган прекратился и я рухнула на землю.

***

Я открыла глаза, в палате никого не было. Часы на стене показывали, что уже скорее всего глубоко за полночь, хотя судить было сложно, ведь окно было закрытым. Я сорвала датчики с сердца и вырвала катетер, струйка крови брызнула на кипейно белый пол. Шаркающей походкой я направилась к двери, но мой подъем через стеклянные стены уже увидела медсестра, она бежала ко мне.

– Стойте! Вам нельзя вставать! – кричала она звенящим в ушах голосом.

– Где Сергей? – оттолкнула я ее, удивляясь своим силам, хотя минутой назад еле поднялась с койки.

– Давайте я позову врача, он ответит на ваши вопросы, – говорила она, ухватив меня за локоть и направляя снова в палату.

Моя прыть и силы исчезли, я снова стала как тряпочка, повисшая на ее руке. Поэтому я больше не сопротивлялась, а пошла к кровати.

Казалось погружение на матрас приносит столько физического комфорта, что я даже забыла на секунду о своем желании срочно узнать правду.

– Одну минуту, сейчас я позову врача, – сказала женщина, уложив меня на постель. – Хотите воды? – спросила она, передавая в руки бутылку.

Я залпом выпила глоток, освежая вновь пересохшее горло.

– Сейчас придет медсестра, она установит катетер, а также врач. Минутку, -произнесла сотрудница больницы и выпорхнула из палаты.

Я осталась, ожидая прихода врача. На часах было 3:05. Интересно, сейчас день или ночь, гадала я, ведь окна были плотно закрыты.

Через пару минут в палату вошел мужчина в белом халате.

– Мария, здравствуйте. Понимаю, у вас миллион вопросов, но сначала послушайте меня. У вашего мужа очень влиятельные враги. Его счета были арестованы одним нажатием на кнопку. Смотрите, – передал мужчина в руки лист бумаги с набором каких-то непонятных цифр.

По словам Swift, Account, Amount было понятно, что в документах речь идет о счетах в иностранных банках.

Приглядевшись, я была поражена размерами сумму. Там были миллиарды. Миллиарды долларов. И это все счета Сергея? Он миллиардер? Причем не владелец состояния в один – два миллиарда, суммы были в десятки, совокупно счета превышали отметку в 150 миллиардов.

– Слушайте, – отвлек мужчина меня от лицезрения ошеломляющих бумаг. -Видите эти цифры, сейчас там ноль! Ни одного доллара. Его враг из Всемирного Банка, тот, который входит в 20-ку самых влиятельных персон в финансовом мире. Он и еще 19 человек могут блокировать счета в любом банке мира, кроме Северной Кореи и Кубы, без суда и следствия. Такими правами не обладают даже Президенты стран. Так вот этот человек заблокировал все счета вашего мужа и направил эти деньги на другой счет. Более того, именно он организовал покушение на Стивена. Его попытка, как видите, – замолк он на секунду, – увенчалась успехом. Ваш жених мертв. Но мы должны вернуть эти деньги. Я вам объясню, как это сделать, но нам нужно срочно выбираться отсюда! Собирайте вещи, буду ждать вас внизу, машина Форд серебристого цвета, номер 023, – сказал он и выбежал из палаты.

Я уж было хотела его остановить, но не было сил. Какие на фиг деньги?! Мой Сергей мертв! А я должна думать, как вернуть эти деньги! Да катись все к чертям! Слезу брызнули рекой. Моя любовь, душа моя погибла из-за покушения какого-то влиятельного человека из сферы финансов.

Плечи сжимали тиски отчаяния, я не хотела ничего, хотелось умереть здесь и сейчас. Пусть лучше бы он мне изменял, но Сергей был бы жив! Как я вообще могла думать о нем плохо, рыдала я в подушку! Мир рушится, под ногами пропасть. Я не хочу ничего, хочу лишь увидеть своего любимого.

– Мария? Как вы себя чувствуете? – услышала я голос мужчины.

Я подняла глаза, передо мной стоял доктор.

– Вам не нужно так нервничать. Я понимаю, на вас столько навалилось. Но не забывайте, вы беременны, у вас двойня. И так свои сложности с вынашиванием, высокое давление крайне негативно для плодов. Как я понимаю, именно я должен вам сообщить плохие новости. Вам жених погиб при взрыве, но уверяю, он не страдал. Все произошло быстро. Не знаю, сможем ли мы вас выпустить на похороны вашего жениха. Если только в сопровождении медиков.

Я слушала его без доли эмоций, серость бытия не способна была вывести из ступора. Даже то, что мне только что прямым текстом врач сообщил о гибели любимого, не вывело меня из забытья. Апатия подавила все силы, тягу к жизни. Я более не способна была плакать.

– Мама и родители мужа. Где они? Я могу их увидеть? – поинтересовалась я без явного интереса.

Я должна побывать на похоронах, должна попрощаться. Ведь так? Так будет правильно? Спрашивала я себя, внимательно слушая пульс, когда доктор устанавливал датчики на сердце. Пульс был спокойным и ровным. Не было скачков давления или скорости сердцебиения. Я не нервничала, не переживала, не страдала, мне вдруг стало все равно.

– Да, они придут через несколько минут. Не переживайте, – говорил он, а сам удивлялся моему спокойствию. – Хм, может вам слишком много успокоительного дали, – произнес доктор шепотом, а потом взял медкарту и стал изучать.

Через минуту в палату зашла медсестра и установила катетер.

– Вам нужно поспать, еще ночь.

– Одним вопросом будет меньше, – произнесла я, понимая, что 3:05 это ночь, а не день.

– Да, да, но сначала Мария поговорит с близкими, они скоро придут. А потом ляжет спать. Она и так долго спала. Два дня, – добавил врач, делая записи в медкарте.

Через стеклянные стены я увидела как приближаются мама и Стивен старший. Вид у них был явно не веселый.

– Доченька, – защебетала мама, не зная, как ей вести себя со мной.

– Мария, – сжал отец моего любимого губы. – Завтра похороны. Я понимаю, что тебе сейчас тяжелее всех. И я не смею тебя просить присутствовать на них. Я бы рекомендовал тебе остаться в больнице.

Мама вопросительно взглянула на несостоявшегося свекра, она боялась сказать свое мнение.

– Я буду присутствовать, я должна, – слегка закивала я.

– Хорошо, – ответил он. – Извини, мне нужно идти, – говорил Стивен старший с серьезным видом, я понимала, мой почти свекр сдерживает слезы.

Мама присела рядом и взяла меня за руку. Было видно, что она ищет подходящие слова поддержки, но не решается их произнести. Мамуля думала, что каждая фраза, сказанная, чтобы меня приободрить, наоборот нанесет непоправимый вред психике. Но она была не права, мне все равно, эмоции отключены. Возможно мозг таким образом защищает меня от сумасшествия. Кто знает?!

Надеюсь, я смогу контролировать себя на похоронах, надеюсь, буду держать себя в руках. Это самое страшное событие в моей жизни. Теперь все переменится. Будет жизнь «до» и существование «после». Я обязана оказать уважение любимому, а не прятать голову в песок. Будет сложно. Будет невыносимо.

Но я должна пойти, должна последний раз прикоснуться к своей единственной настоящей любви, должна увидеть его прекрасное лицо и запомнить его самым красивым мужчиной на свете. Должна поцеловать в последний раз и попрощаться навсегда. Должна сказать «прости и прощай». После тебя еще останутся твои дочки. Они твое наследие. Ты теперь в истории, любимый. В моей светлой памяти о тебе. Ты для меня весь мир, который развалился два дня назад. Но для наших еще не рожденных детей я должна жить. Я обещаю!

Глава 3

Как же жаль, что свадьба на Мальдивах мне только снилась! И почему я не настояла на том, чтобы мы поженились на райском острове? Почему Сергей так уперся, почему захотел именно Лондон. Его решению была удивлена и Лариса. Он поменял все в один миг, всего не несколько дней до свадьбы. Я не думала об этом, мне хотелось скорее выйти за него замуж. А теперь его нет!

Теперь из-за его глупого решения я должна одна растить детей! Моя ярость росла. Я ненавидела его за то, что он погиб.

Сегодня похороны любимого. Я стою перед зеркалом ванной комнаты, что в моей палате. На мне черное платье и шляпа с вуалью. Я иду хоронить своего жениха. Я стала вдовой, даже не успев за него выйти замуж. Его убили за полчаса до свадебной церемонии. Как жить дальше?

Пофигизм, что был ранее, пропадал, я злилась на него. Не на убийцу, а на своего антигероя. Да, именно он виноват в трагедии.

Я сжала кулаки и вышла из ванной, в палате меня ожидала мама. Внизу стояла машина, мы вышли и поехали на кладбище. Боже! На кладбище! Я никогда не была на нем. Сердце сжималось в тиски. Что будет? Что произойдет со мной, когда я увижу его?! Когда увижу смысл моей жизни в гробу?!

Мы провели дорогу в тишине, мама тихо плакала, стараясь не выдавать своих чувств. Я же не проронила ни слезинки. Мною владела только злость. Злость на Сергей, на то, что из-за его смерти я теперь одна!

Возле престижного кладбища было припарковано множество машин. Это все те, кто пришел с ним попрощаться. Они смотрели на меня с таким сочувствием, что захотелось послать их всех к чертям. Я как первая леди Белого Дома, как Жаклин Кэннеди. Только она-то успела выйти замуж, а я нет. Я жалкая несчастная и к тому же беременная женщина. Людская жалость еще больше злила меня.

Мы прошли строем к его будущей могиле. Наш марш был молчалив. Тосклив и безысходен. Это конец. Конец моей жизни. Дальше только существование, существование для детей. Для его детей.

Я слушала речь священника, не вникая в то, что он говорит. Потом заговорил Стивен старший, его монолога я также не слышала. В ушах стоял звон, хотя кругом была тишина, доносился только тихий голос говорящего. И я услышала вдруг свое имя.

– Мария? Ты хочешь что-то сказать? – спросил меня отец любимого, он спрашивал уже в третий раз.

Мама касалась моего плеча, чтобы вывести меня из сна наяву.

– Доча, ты скажешь что-нибудь? – произнесла она максимально мягко.

– Да! Да, – ответила я, направляясь к гробу.

Он был закрыт. Закрытый гроб – что это значит?! Может его здесь нет? Мое сердце забилось чаще. Бригада скорой помощи дежурила неподалеку.

Вместо своей прощальной речи, я ухватилась за огромную крышку гроба из самого дорогого дерева. Она не поддавалась. Все наблюдали за мной с ужасом.

Стивен старший подскочил ко мне и попытался остановить, я что есть сил оттолкнула несостоявшегося свекра. Я подняла крышку. Перешептывания, что были слышны, мгновенно стихли. Все смотрели на гроб.

Внутри лежал крупный мужчина в маске. Белой карнавальной маске. Я схватила эту чертову имитацию лица. Под ней я увидела месиво. А волосы – их просто не было, они были сожжены. Я смотрела, не отрываясь, на человека в гробу.

– Это не он! – крикнула я.

– Что ты говоришь? – возмутился Стивен старший.

– Это не он! – повторила я.

– Не говори бред! – разозлился отец мужчины моих девичьих грез, отодвигая меня от гроба.

И я услышала шепот Ларисы.

– Мария, остановись, – она встала со своего стула и медленным шагом подошла ко мне.

Мама моего мужчины девичьих грез аккуратно взяла маску и положила ее на лицо покойника. Она схватила его правую руку и показала мне внутреннюю сторону запястья.

– Видишь! – смотрела Лариса на меня с ненавистью.

Там была крошечная тату английскими буквами LS.

Я лишь часто моргала. И что? Что значит это тату? Я никогда не видела ее у него на руке. Хотя Сергей всегда носил часы на правой руке, видимо, ремешок закрывал тату. Вот почему я не знала о ее существовании. Но это меня не убедило! Это не он, я чувствую! Не он. Мне хотелось кричать об этом. Я хотела завопит: «Очнитесь все! Это же не Сергей!!!»