Артефакт за стеной Антарктиды

Глава 1

Сильвестр Андреевич замахал стопкой бумаг.

– А я думал тебе новое дело предложить. То, чего ты никогда не делала. Привезти из Антарктиды осколок метеорита. Тоже артефакт, – пожал плечами. – Но раз ты увольняешься, тогда отдам кому-нибудь другому.

Я схватила кипу бумаг, которой он тряс перед носом и посмотрела информацию, занесенную в них. Черт! Дело такое интересное! Всегда мечтала побывать в Антарктиде! Артефакт, сделанный из метеорита! Историческая ценность и магическая сила. Все как я люблю!

А мой шеф плут! Умеет заинтриговать.

– Ладно, после этого дела буду увольняться. Рассказывайте, что нужно делать…

Начальник, не сдерживая самодовольной улыбки, пригласил рукой к окну, возле которого стоял огромный глобус.

– Что ты знаешь о форме Земли? – вскинув бровью, произнес.

– Что? – немного опешила от смены темы.

Проведя рукой по внушительному глобусу золотистого цвета, остановил палец на Москве.

– Форма Земли – шар. Это знает даже школьник! – говорила спокойно, хотя такой глупый вопрос немного разозлил.

Сама не знаю, почему он вызвал такую реакцию. Может, «обидно», что шеф спрашивает о таких вещах, которые всем известны. Неужели думает, что я глупа.

– Ты уверена? – казалось, подтрунивает надо мной.

– Не совсем шар, геоид, – изобразила скучающий вид.

У нас лекция по географии, геологии и астрофизике одновременно? К чему эти глупые вопросы?!

Сильвестр Андреевич подошел к столу и взял две булавки. Одну воткнул в Москву, вторую – в Дубай. Я наблюдала за ним с нескрываемым раздражением. О, класс… Испортил такой крутой глобус. Ну ладно, это его «безделушка», пусть делает то, что хочет.

– Какова скорость вращения Земли?

– 24 часа в сутки, – усмехнулась.

– Остроумно, Кристиночка. Но скажи-ка мне скорость в километрах.

Закусив губу, уже не выглядела такой «остроумной». Да кто его знаете, какая там скорость. Разве это важно? Видные ученые уже давно все посчитали.

– Точно не помню, – ответила, словно, на экзамене.

– Ты еще скажи, я учила, но забыла, – снисходительно улыбнулся.

– Сильвестр Андреевич, я думала, вы меня будете вводить в курс дела по поводу Антарктиды.

– Так я этим и занимаюсь! – улыбнулся как-то не добро. – Напомню тебе, раз ты забыла. Скорость вращения Земли 1600 км на Экваторе и приблизительно 900 км в районе Москвы. Правильно? – смотрел на мое лицо, на котором отражалось активная работа мозга в разделе «памяти». – Загугли, – передал в руки свой телефон.

Открыв браузер, ввела запрос: «скорость вращения земли на экваторе»…

Перед глазами всеми любимая Википедия со статьей «Суточное вращение Земли».

Скорость на Экваторе – 1674 км в час. Линейная скорость вращения на широте 60 градусов – вдвое меньше. Москва располагается на 55°45′07″ северной широты. Значит, скорость вращения «Москвы» приблизительно вдвое меньше, чем 1674 км в час. А это около 900 км в час. Более того, есть даже специальная формула, по которой можно рассчитать ту самую скорость более точно.

Да… Он был прав. Ок. Что дальше?

Посмотрев уже заинтересованным взглядом в глаза начальнику, почувствовала себя на какой-то жутко интересной лекции по географии. Видно, в Антарктиде есть свои геологические особенности, которые не общеизвестны, но без знания их невозможно найти артефакт!

– Иди-ка сюда, – шеф обошел глобус с нужной ему стороны. – Смотри, какая кнопка появится перед твоими глазами раньше, – улыбнулся, напоминая про «Москву и Дубай».

Усадив меня на стул, чтобы глаза смотрели строго посередине глобуса, сам подошел к нему.

– Сегодня 23 июня. Что за день? – вновь снисходительно улыбнулся, словно, обучал нерадивого дошкольника.

– День летнего солнцестояния, – вскинула бровью.

– Надеюсь, ты знаешь, что это означает?

– Да. Для северного полушария в этот 23 июня самый долгий солнечный день. Все благодаря наклону оси в 23 градуса.

– Умница! Ну давай что ли ставить эксперимент!

Встав за глобусом, начал его вращать. «Дубай» появились перед глазами на несколько мгновений раньше «Москвы». Учитывая линейную скорость вращения глобуса, такие «мгновения» ровнялись приблизительно 30 минутам для масштабом Земли.

– Загугли, во сколько восход в Дубае 23 июня.

– В 5.30.

– А в Москве?

– В 3.46.

– А разница в часовых поясах?

– Один час.

Прокручивая дальше глобус, застыл, когда первым из вида пропал Дубай. А потом через две секунды – Москва.

– Во сколько закат в Москве 23 июня? – тихо произнес.

– В 21.19.

– А в Дубае?

Посмотрев на телефон, видела ошеломляющие цифры…

– В 19.13.

– А теперь скажи, пожалуйста, какова длина суточного дня в Москве и в Дубае.

Глядя на четкие таблицы, хлопала глазами. Блин. Что-то не так…

– В Москве 17.33, в Дубае – 13.42.

– А теперь, скажи-ка мне. Почему у них разная длина дня? Если они оба находятся на шаре, который вращается 24 часа в сутки. Половина шара находится 12 часов в темноте благодаря разной скорости линейного вращения по параллели. А другие 12 часов при свете. Почему тогда в Москве световой день не 12 часов, а 17.33?

– Говорю же, это из-за наклона оси! – начала раздражаться еще сильнее.

Чего пристал! Не интересно мне это!

Мозг лихорадочно работал, но никак не мог свести полученную информацию в логическую цепочку. По глобусу восход в Дубае раньше на полчаса. И заход тоже раньше приблизительно на 2 часа. По таблице восходов-закатов данные совершенно другие! В Дубае восход с учетом часового пояса +1 к Москве почему-то позже более, чем на час… Если вывести это к таблице, то вместо восхода в 5.30, в Дубае он должен быть… в 4.16 по местному времени в соответствии с глобусом! Что касается заката… То он должен быть на два часа раньше, чем в Москве. И если свести часовой пояс +1 к общему знаменателю, то закат, вместо 19.13, должен быть в 20.19 по местному. Дубай теряет в солнечном дне более двух часов к ряду, а именно 2.20…

– Может, эта разница из-за того, что форма Земли не идеальный шар, а геоид? – сделала логичное предположение.

– Разумно мыслишь! Давай возьмем глобус геоида? – подошел к шкафу и достал оттуда небольшую модель Земли.

Я немного напряглась в предвкушении «новых открытий». Да, это все не приключения, но все же в таком ракурсе познание информации и фактов происходит самостоятельно. Чувствуешь себя каким-то исследователем, причастным к науке. Необязательно, читая книги, верить автору и ученому дословно, нужно всегда проверять все опытным путем!

Поставив глобус-геоид передо мной на стол, закрепил на него кнопки-метки городов, подвинул мое кресло и указал рукой на него.

– Садись!

Усевшись, впилась глазами в модель Земли. Казалось, я, словно, на космическом корабле отлетела от родной планеты и бросила на нее взор из хорошо защищающего глаза от радиации иллюминатора.

Мое сердце остановилось, когда Сильвестр Андреевич начал вращать наклоненный ко мне на 23 градуса глобус…

Глава 2

– Не может быть! – воскликнула я.

– Что не может быть? – глаза шефа горели, казалось, он какими-то маленькими шажочками направляет меня в ту область науки, которая ему известна, а мне-дуре нет.

Дубай появился раньше перед глазами на целый час, если учитывать линейную скорость вращения. Прижав руки ко рту, не знала, что и думать. Нет, Земля не шар. Но точно не геоид! А что же тогда? Ну не плоская же!

– Так. На этом все. Что касается Антарктиды, то ты полетишь на поиски в составе команды. Главным будет вояка. Он проведет инструктаж через час. Вылетаете сегодня вечером. Сначала летите в Сантьяго, Чили. Оттуда на грузовиках на Огненную Землю, а уже с нее на корабле, полностью экипированном, отправляетесь к Антарктиде, – улыбался шеф.

– Какая у нее форма? – червь тяги к познанию стал грызть меня. – Скажите!

– Не могу, дорогая. Если я это сделаю, мне придется тебя убить! – его взгляд стал серьезным.

– Зачем тогда вообще этот вопрос подняли? Она что плоская? – сжала губы в кривой усмешке.

– Я тебе просто показал то, что на виду. Ты сама на это не хотела смотреть. Не хотела знать. Она не шар, не геоид и не плоскость. Это все, что тебе нужно знать. Бери бумаги, – вновь всучив мне в руки материалы по поездке, указал рукой на дверь. – Кристина, задание очень сложное. Лучше всего тебя проинструктирует ваш командир, ступай в переговорную на этаже. Аванс бухгалтерия закинет тебе сегодня еще до вылета. Остальное – после успешного возвращения.

Подошел ко мне и плотно пожал руку.

– Удачи! До встречи!

– Спасибо. До свидания, – произнесла и вышла из его кабинета.

Покинув приемную, села на диванчик в фойе. Не понимаю. Не могу сообразить! Как такое возможно?! Посмотрев на часы, висящие на стене и оповещающие громким тиканьем о времени, поняла, что буду делать. Схватив сумку, побежала на улицу, в ближайший магазин канцтоваров. Там-то точно должен быть глобус! До инструктажа у меня есть почти час, я обязана поставить еще пару экспериментов!

Нужно посмотреть город в том же часовом поясе, что и Москва, но в южном полушарии! Выскочив из здания, побежала быстрым шагом в магазин, что был всего в полсотни метров. Запыхавшись ни сколько от пробежки, сколько от переполнявших меня непонятных чувств, схватила первый попавшийся глобус и, заплатив на кассе, вышла на улицу.

Стараясь отдышаться и мыслить здраво, удобно расположилась в кафе неподалеку. Стоявший на столе небольшой глобус немного привлекал внимание посетителей и персонала, но мне было плевать. Сделав быстрый заказ напитка, вновь прокрутила перед собой наклоненный на 23 градуса глобус. Прекрасно видя, что Дубай действительно освещается солнцем на 30 минут раньше, чем Москва. А на деле же с учетом часового пояса, солнышко запаздывает на 1 час 14 минут, если ориентироваться на официальные данные по восходу… Где оно шастает, солнце-то. Ведь 1 час 14 минут на 25 градусах северной широты это порядка 1000 км…

Растирая виски, взяла телефон и проведя пальцем по параллели, пересекающей Москву, остановилась на Мекке… Один часовой пояс. Идеально!

Прокрутив глобус, оценила результат. Восход в Мекке позже, чем в Москве, почти на час. Даже чуть меньше. 30-40 минут. Заглянув в поисковик, уточнила реальные цифры… Восход в 5.48, а в Москве в 3.46… Один часовой пояс. А разница в два часа… По глобусу же эта разница не должна быть более, чем один час.

Спустив палец вниз по меридиану Москвы и Мекки, остановилась на Найроби. Один часовой пояс. Вновь прокрутив перед глазами глобус, наклоненный ко мне под углом 23 градуса, провела расчеты. Первым выскочил Дубай, второй Москва, третьей Найроби и последней Мекка.

Нарисовав таблицу, внимательно в нее всматривалась. Закат Найроби и в Дубае на глобусе происходит одновременно… В 19.46. А по факту закат в Найроби раньше на почти 50 минут… Закат же в Мекке по глобусу позже, чем в Найроби, а по факту – раньше… Настоящая путаница!

Надоело! Что за чушь?! Нет! Пусть идет к черту этот Сильвестр Андреевич! Зачем он мне вообще сказал об этом? Почему цифры не соответствуют действительности, тому, что показывает глобус?

Отодвинув от себя этот фальшивый атрибут реальности, смотрела раздраженно на листок, вырванный из записной, на котором корявым почерком нарисовала эти цифры, что никак не укладывались в голове.

– Ой, какой красивый! – подбежала ко мне девочка с другого столика.

– Привет, – улыбнулась ей.

– Ирочка, – сразу же рядом оказалась, видимо, ее мама. – Не нужно мешать людям! – начала причитать.

– Она не мешает! Все в порядке.

Девчушка крутанул глобус, глядя на него горящими глазами.

– Я смотрела видео на Ютубе. Это Земля! Она такая красивая! А где мы находимся?

Закусив губу, не знала, что ответить. Где мы находимся, теперь и я не понимала.

– Вот, – пальцем указала на точку на глобусе с пометкой «Москва».

На моих глазах почему-то были слезы. Всегда считала себя чайлдфри, не любила детей, но эта девочка меня очаровала. Не хотелось ей лгать или не договаривать. Но что я могла ей сказать? Что глобус совсем не отображает реальную форму земли? А какая она «реальная», я и сама не представляю… Потому геоид тем более не подходит под «образец».

– Хочешь? – подвинула глобус к девочке.

Она захлопала слегка подкрашенными ресницами. Вручив девочке «подарок», посмотрела на ее мать, которая, явно, сублимировала в ребенке все свои мечты…

Положив несколько купюр на стол за недопитый кофе, встала и пошла в офис. Оставлю эту ситуацию с «непонятками» насчет формы Земли. Мне сейчас важно другое. У меня инструктаж…

Сердечко стучало в ушах. Сейчас у меня начнется подготовка к заданию, какого ранее никогда не было. Обычно я летала в поисках артефактов, удачно совмещая работу стюардессой и археологом. Все складывалось прекрасно, пока я не решила уйти со службы. Денег заработала достаточно, да и мы с моим женихом приняли решение, что с авантюризмом мне пора завязывать, пора остепениться, обрасти корнями. Только вот мой хитрый начальник смог-таки заманить меня на новое, теперь уже завершающее задание. Антарктида…

Кто не мечтал побывать на самом загадочном континенте? Кто не грезил о таких приключениях? Уж в подростковые годы многие смотрели мультфильмы или фильмы об Антарктиде. Ее таинственность и недоступность манила, словно, запретный плод. Только вот одним лишь желанием там побывать не обойтись. Нужна еще и приличная сумма денег хотя бы на обычную туристическую поездку, не говоря уж об специализированной экспедиции.

Да и Антарктида это особая территория, по которой, как я слышала, есть заключенный договор между рядом государств, членов-участниц ООН. Впрочем, чтобы знать, что можно, а что нельзя – достаточно прочитать этот самый договор, который в свободном доступе в сети Интернет.

Подойдя к переговорной, была остановлена молоденькой девушкой-секретарем.

– Положите, пожалуйста, телефон в эту коробку, – произнесла она, держа в руках металлический короб, явно, слишком тяжелый для ее хрупких рук.

Понимая, что это все для защиты от прослушки, без споров и пререканий отправила свой телефон в «эту коробку». Девушка закрыла крышку и, нажав несколько цифр, заблокировала ее. Зайдя в переговорную, оставила короб на одном из столов, коих было ровно девять.

Семь столов были заняты другими людьми, один – свободный, явно, предназначенный для меня. Усевшись за него, увидела на нем бутылку воды, ручку и лист бумаги.

Еще через секунду в помещение вошел крупный мужчина под «сорокет».

– Здравия желаю! – начал он. – Начнем.

Приосанившись, смотрела на него, еле сдерживая улыбку. Натуральный хипстер… Рельефная фигура, ухоженная борода. Ассоциации с «вояками», но такие мужчины сейчас скорее нежные «инфантилы», чем способные ударить кулаком по столу и построить всех в шеренгу.

– Прежде, чем начинать посвящать вас в суть задания, я бы хотел услышать ваши имена и род деятельности. Давайте познакомимся.

Глава 3

– Вы! – указал на мужчину, сидящего за столом у самой стены слева.

– Меня зовут Ростислав. Я пилот военных вертолетов и самолетов. Налетал свыше пяти тысяч часов.

– Вы! – указал на миловидную рыжую женщину.

– Я хирург высшей квалификации. Меня зовут Татьяна.

– Вы! – планомерно «вояка», имени которого мы даже не знали, знакомился с каждым.

– Я Кирилл. Профессиональный военный, участвовал в боевых действиях.

Кинув взор на мужчину чуть старше тридцати пяти лет, закусила губу. А что я могу о себе сказать?! Из троих трое люди, которые заслуживают, если не уважения, то почтения. Пилот, хирург, военный… Профессии, требующие высокой квалификации…

– Вы! – главный указал на молодую девушку, не старше 25 лет.

– Я Нина. Программист, – очень «просто» ответила она, но за этим «просто», явно, скрывалось что-то куда большее…

– Вы! – «вояка» указал на меня.

Сглотнув ком в горле, пыталась унять нервную дрожь. Волнительно, эмоционально, захватывающе…

– Я Кристина. Археолог, – улыбнулась, почти не дыша.

Дядька отвел взгляд от меня на другого парня.

– Я Олег. Инженер-механик.

– Самый важный человек в экспедиции! – кивнул ему.

Все разом взглянули на паренька с необычной внешностью.

– Вы! – указал на последнего мужчину в нашей команде.

– Я Мирлан, химик.

– Вы! – указал на девушку.

Она скромно улыбнулась, не решаясь ответить. Видно, как и я, не чувствовала, что в такой команде профессионалов может быть полезной.

– Я Эльвира. Экстрасенс.

Открыв от удивления рот, посмотрела на нее. Моему примеру последовали и остальные. Что делать экстрасенсу в экспедиции? Тем более экстрасенсов-то не существует. Это все выдумки, манипуляции на доверии людей!

– Прекрасно! Рад с вами всеми познакомиться. А я Рюрик, военный, командир этой экспедиции, – «вояка» переключил внимание на себя. – Сегодня вечером вылетаем обычным гражданским рейсом в Сантьяго, Чили. Рейс с пересадкой в Лондоне, прямого сообщения у городов нет. Только через Европу или Арабские Эмираты. Оттуда едем на двух грузовиках с частью оборудования. На юге Огненной Земли нас ждет корабль, уже оснащенный всем, что может понадобиться. На борту есть и вертолет, – кивнул в сторону пилота. – Наша экспедиция рассчитана на две недели. Но запас провизии, топлива – на три месяца. То есть мы едем не налегке, а с приличным запасом. У каждого члена экспедиции своя роль.

– Да? А зачем в экспедиции экстрасенс? – хирург Татьяна недобро посмотрела на Эльвиру.

– Ее опыт и квалификация поможет найти артефакт, – сухо ответил Рюрик.

– Не доверяю я экстрасенсам, они ободрали как липку мою маму! – прищурила она глаза.

– Сейчас речь не о вашей матери, а об экспедиции. Пожалуйста, свой негатив оставьте за этой дверью. Включайтесь в работу!

Татьяна, явно, хотела что-то еще сказать, но, видно, решила повременить. Отвернувшись от Эльвиры, тяжело вздохнула.

– Что вы знаете об Антарктиде? – «вояка» посмотрел на «химика».

– Самый суровый континент, средняя температура колеблется от минус 10 до минус 30. Сильные ветра. Она находится на возвышенности. Территория никому не принадлежит и есть особый договор стран, членов ООН, регламентирующий принципы взаимодействия касательно Антарктиды.

– Все верно. Кто читал этот договор?

В зале наступила гробовая тишина. Никто не читал… Да и кому он нужен? Верно?!

– Я так и думал, – засмеялся Рюрик. – Смотрите, договор регламентирует вот что. Территория Антарктиды разрешена к посещению только для научных экспедиций, список членов которых определяют только страны, подписавшие договор. Если на территорию вторгаются люди, цели которых отличны от целей договора, то страны-участницы делают все возможное, чтобы присечь их деятельность. А это вплоть до военных действий. Статья 10 договора об этом и говорит, – приподняв распечатанный на листах А4 документ, прошитый и соединенный воедино, передал его в руки «военного» Кирилла, который сидел к нему ближе всех.

В глаза сразу бросился логотип ООН на первой странице. Мне показалось, или он действительно выглядит как-то странно…

Кирилл пролистав договор, зачитал названную «воякой» статью.

– Каждая из Договаривающихся Сторон обязуется прилагать соответствующие усилия, совместимые с Уставом Организации Объединенных Наций, с тем чтобы в Антарктике не проводилось какой-либо деятельности, противоречащей принципам или целям настоящего Договора… Да, это говорит о том, что они могут применять военные действия… А какие принципы и цели договора? – пролистал в самое начало.

Статья 1:

«1. Антарктика используется только в мирных целях. Запрещаются, в частности, любые мероприятия военного характера, такие как создание военных баз и укреплений, проведение военных маневров, а также испытания любых видов оружия.

2. Настоящий Договор не препятствует использованию военного персонала или оснащения для научных исследований или для любых других мирных целей.»

Статья 3:

«1. Для содействия международному сотрудничеству в научных исследованиях в Антарктике, как это предусмотрено в статье II настоящего Договора, Договаривающиеся Стороны соглашаются, что в максимально возможной и практически осуществимой степени:

а) производится обмен информацией относительно планов научных работ в Антарктике с тем, чтобы обеспечить максимальную экономию средств и эффективность работ;

b) производится обмен научным персоналом в Антарктике между экспедициями и станциями;

с) производится обмен данными и результатами научных наблюдений в Антарктике и обеспечивается свободный доступ к ним.»

Статья 7:

«Для содействия достижению целей и для обеспечения соблюдения положений настоящего Договора каждая Договаривающаяся Сторона, представители которой имеют право участвовать в совещаниях, предусмотренных в статье IX настоящего Договора, имеет право назначать наблюдателей для проведения любой инспекции, предусмотренной настоящей статьей. Наблюдатели должны быть гражданами тех Договаривающихся Сторон, которые их назначают. Фамилии наблюдателей сообщаются каждой из Договаривающихся сторон, имеющей право назначать наблюдателей; подобное сообщение делается и об окончании срока их назначения.»

– Подытожив, можно сказать, что официально целями государств является научная деятельность, членов экспедиций и инспекторов назначают правительства стран-участниц договора. Если туда проскакивает какой-то чужак, то они могут применять военные действия в отношении нарушителя. У вас есть разрешение от правительства России? – прищурившись, спросил Кирилл.

– Нет, разрешения у нас нет. Что касается трактовки договора, то вы абсолютно правы.

– То есть мы поедем в Антарктиду без разрешения, а за это нас еще и убить могут? – спросила «хакер» Нина.

– Да, – кивнул Рюрик.

– Погодите! Что за чушь?! – вскинула бровью «хирург» Татьяна. – А как же туристические поездки в Антарктиду? Я сама их видела в рекламе агентств!

Глава 4

– Туры в Антарктиду только в разрешенные места. Зайти вглубь континента вам никто не позволит, – сухо ответил «вояка». – Еще вопросы есть?

– Что мы будем искать? – спросил «механик».

– Хороший вопрос! Мы ищем старинный артефакт, выполненный из метеорита. Как он выглядит, неизвестно. Где точно находится, тоже не ясно. Есть три научные станции, в одной из них скорее всего есть документальное подтверждение местонахождения артефакта.

– То есть мы не знаем, что ищем и где? – усмехнулся «пилот».

– Не совсем так. Мы знаем, что объект небольшой. Размером с две ладони, сам материал прозрачный, голубого оттенка.

– Как кристалл? – вырвалось у меня.

– Может быть. Кроме того, сведения о месторождении мы найдем на компьютерах одной из станций. Так что, не все так сложно и невыполнимо.