Адмирал моего сердца, или Жена по договору

Глава 7

Мне снилось, как лёгкий и игривый ветер постепенно нарастает, превращаясь в свирепый шёпот, а затем становится всё сильнее и сильнее, чтобы перерасти в яростный крик. Этот крик оглушил. Причинил много боли. Захлестнул безжалостными волнами. И превратился в… пожар. Огонь возник повсюду. Он окружал. Подступал. Ближе. И ближе. Со всех сторон. И не было из него выхода. Вокруг горела даже вода. Точно так же, как спальня дочери герцога Рэйес превратилась в мёртвый серый пепел. Всё вокруг вспыхивало искрами, взрывалось тлеющими углями и источало едкий дым, вдохнув который, я начала захлёбываться.

— Нет! Пожалуйста, хватит! — взмолилась.

И… проснулась. Захлёбываясь в реальности уже собственным криком.

Кого именно я умоляла и звала? К кому обращалась в поисках освобождения? Не запомнила. Сам кошмар быстро стёрся из разума, оставив после себя только тяжёлый осадок, бешеное биение сердца, да вдох, застрявший в горле комом безысходности, когда я резко уселась на постели, угодив в сильные мужские руки, прижавшие меня к твёрдой груди. Они принесли облегчение. Крепкие и надёжные, словно маяк для корабля среди бушующих штормовых вод, в которых я чуть не погибла.

— Это просто сон, — тихий шёпот Аэдана Каина раздался у самого виска, а его ладонь провела по моим волосам в успокаивающем жесте. — Сон, Сиенна. Тебе приснилось. Всё хорошо.

Уверенность в его голосе звучала непоколебимая и твёрдая. Как не поверить? И я поверила. Сумела нормально вдохнуть.

— Просто приснилось, — повторила послушно.

Наконец, открыла глаза. И поняла, что мир — множество разрозненных осколков, никак не желающих собираться воедино. Очень знакомое ощущение. Точно такое же, как тогда, когда я только очнулась в своём новом теле. Пришлось опять крепко жмуриться и повторять всё с самого начала ещё несколько раз, прежде чем зрение наконец сфокусировалось в единую картинку. И первое, что я увидела — окно, за которым давно наступил день. Солнце на ясном безоблачном небе стояло высоко над линией горизонта. Шторм давно закончился. Адмирал Арвейн сидел вместе со мной на постели в его каюте. И если моё платье исчезло, а прикрытием служило лишь одеяло, в которое мужчина самым джентльменским образом укутал меня, то сам он был всё в той же белой и уже заметно мятой рубашке и брюках. Тёмные волосы в лёгком беспорядке, а на щеках сильнее проявилась щетина.

Он не спал всё это время?

Сидел около меня…

И сколько это «всё время»?

Вопросов возникло много, но ни одного из них я не задала. Адмирал спросил первым:

— Тебе лучше?

Кивнула, а он мягко улыбнулся. И я тоже улыбнулась ему в ответ.

— Что последнее ты помнишь?

Я помнила всё. Начиная от его милого шока, когда я засунула ему в рот вилку с рагу, заканчивая моим глупым порывом вернуть поднос с посудой. А заодно и всё то, что вытекало из этого поступка, включая спасение жизни младшего офицера Леджера, который закрыл меня своей спиной от жуткого крылатого монстра.

И самое главное…

— Ты меня поцеловал. — Я подтянула соскользнувшее с плеча одеяло, призадумавшись.

Меня ведь память не подводила? Я спасла жизнь Леджера, а адмирал на это очень разозлился и… поцеловал меня. Ладно, это определённо был не просто поцелуй, учитывая, что именно это действие с его стороны помогло мне снова дышать, прежде чем я отключилась от усталости после своей спонтанной целительской деятельности. Ну и что это тогда было? Я не знала. А узнать хотелось. Хотя, возможно, стоило быть более конкретной в своих домыслах, поскольку мужчина воспринял мои слова по-своему.

— Ты только это запомнила? — усмехнулся, а направленный на меня взгляд приобрёл оттенок насмешки.

Собственно, именно из-за последнего мне стало настолько неловко, что в ответ я возьми да ляпни нервно:

— Ты не подумай, не то чтоб мне не понравилось…

— А тебе не понравилось? — заинтересовался Аэдан Каин, чуть отодвинув меня от себя, разглядывая так, будто впервые увидел.

Объятия превратились в полуобъятия, а он поддел сгибом указательного пальца мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову, очевидно, чтобы я смотрела ему в глаза и не думала отворачиваться. Встречный взгляд адмирала был предельно внимательным и оценивающим. Словно собирался вот-вот поймать меня на вранье. Лгать я не собиралась, так что никакой проблемы в этом не возникло. Возникло в другом.

— Сложно сказать… — призналась честно.

Хотела добавить, что это ведь не просто поцелуй был, а затем наконец узнать, что за всем этим крылось, но тут мужчина подался вперёд, откровенно застигнув меня врасплох. Отклониться назад — скорее рефлекс, чем нечто действительно осознанное. Чем и заслужила тронувшую мужские губы снисходительную ухмылку. А вот то, что он собирался сказать мне в ответ, так и осталось неизвестным. Раздался тихий и деликатный стук в дверь, на который адмирал Арвейн шумно выдохнул и на мгновение прикрыл глаза, а затем ровным тоном сообщил и уже не мне:

— Говори.

Как по мне, общаться через дверь было не совсем удобно, но решала тут вовсе не я.

— Трап спущен, ювелир прибыл в точности со всеми вашими распоряжениями, — произнёс приглушённый мужской голос с той стороны. — Господин Рудберг также дожидается вас на первой палубе. Сказал, это срочно, вопрос связан с... кхм… леди Эсмой.

С… кем? И что за пауза в словах такая неловкая? То, как напряглись плечи Аэдана Каина при упоминании женского имени, лишь усилило смятение в моих мыслях. Но вслух озвучить ни одну из них язык не повернулся, хотя разум буквально заклинило.

Эсма.

Он сказал «Эсма».

И линкор назывался так же.

Совпадение?

Вот уж вряд ли!

Мой супруг тем временем снова шумно выдохнул. Вновь прикрыл глаза. Какое-то время не шевелился вовсе, то ли обдумывал услышанное, то ли возвращал себе привычное самообладание. А стоило мне попытаться отодвинуться, как вдруг вновь прижал к себе, коснулся губами макушки, чуть задержался в подобии поцелуя. Но и в таком положении мы пробыли недолго. В изножье постели лежал тёплый мягкий халат. Я заметила его, как только Аэдан Каин потянулся к нему, чтобы бережно накрыть мои плечи прямо поверх одеяла.

— Сможешь встать? — поинтересовался тихо.

Чуть подумав и прислушавшись к собственным ощущениям, я сдвинулась ближе к краю кровати.

— Да. Думаю, да. Я в порядке, — улыбнулась ему.

На этот раз с благодарностью за предусмотрительность. И халат. Он и правда оказался очень мягким и тёплым. А я смогла без смущения выпутаться из одеяла, затянув широкий пояс потуже. Халат определённо был мужской, судя по размеру, но мне понравилось и это.

— Не спеши, — произнес адмирал Арвейн, первым вставая на ноги. — Аккуратно.

Он подал мне руку, и я за неё схватилась, хотя реальной необходимости, если честно, в этом не было. Но так посчитала лишь я одна. Стоило заикнуться о том, что всё в порядке, как в ответ я получила мрачное и немного резкое замечание:

— Ты чуть не умерла позавчера, Сиенна. Четыре моих адъютанта до сих пор в лазарете и не очнулись. Так что можешь говорить что угодно, но ты точно не в порядке. И впредь больше не лги мне. Поскольку ты теперь моя жена, я могу простить многое, но не потерплю лжи.

Лжи? Какой лжи? О чём он? От неожиданного обвинения, да ещё и в таком тоне, я так опешила, что со словами не сразу нашлась.

— Четыре твоих адъютанта? — переспросила растерянно, аккуратно отнимая ладонь от мужской руки. — Позавчера?

Так вот сколько я проспала!

Больше суток, получалось. Почти два дня.

А свою руку из его ладони я так и не выдернула, едва шевельнулась, как мужские пальцы сжали мои крепче прежнего. Ещё секунда, и я оказалась вновь вплотную притянута к адмиралу.

— Мне пришлось забрать по четверти жизненных сил у каждого из них, чтобы вернуть тебя, — ответил всё в том же резком и нетерпимом тоне Аэдан Каин. — Так что не говори мне снова, что ты не… — Он вдруг замолчал и шумно выдохнул, замер в таком положении на долю мгновения, а последующие слова прозвучали гораздо тише и мягче, с ноткой задумчивости: — Ты действительно не понимаешь, что произошло, да?

— Ты ведь сейчас уже не о поцелуях? — уточнила нервно, вздохнула, помолчала немного, а затем добавила прямо: — А что именно произошло? Я спасла младшего офицера Леджера. Его ранили. Он умирал.

На мгновение хватка мужских пальцев усилилась настолько, что причинила боль. Но супруг быстро опомнился и всё исправил.

— Да, спасла. И не просто спасла. Вернула его к жизни, — улыбнулся мне, ласково коснувшись своей большой ладонью моих волос.

Вот только улыбнулся как-то очень уж невесело. Словно и не рад был, что младший офицер Леджер остался жив.

— Это что, проблема? — озвучила свои мысли.

И тут же прикусила язык.

Конечно, это стало проблемой! Если четыре адъютанты теперь в лазарете из-за меня!

Потому и поспешила добавить:

— Я сделала что-то не так, да? — Нахмурилась. — Просто кроме меня ему больше некому было помочь, я звала, но никто не откликнулся, а ждать возможности уже не было, — оправдалась я. — С ним ведь всё хорошо? Как срослись рёбра? Их придётся снова ломать или всё не настолько плохо? Я знаю, что целитель из меня посредственный, но всё же, подумала, что лучше так, чем… — умолкла с очередным вздохом.

Кажется, меня куда-то совсем не туда понесло. И вообще следовало бы умолкнуть. Ещё после самой первой сказанной фразы. Тем более что мой собеседник как раз ничего говорить не спешил. Просто стоял и опять долго и пристально смотрел на меня, думая о чём-то своём. А потом вдруг склонился и… прижался губами к моим губам. Сказала бы, поцеловал. Но нет. Просто прикоснулся. Оставив на моих губах тёплый след с привкусом чего-то медового. И почти сразу отстранился.

— Ты не посредственный целитель, Сиенна. Ты вообще не целитель. Целители исцеляют. Живое. Мёртвое исцелить невозможно. Целители именно исцеляют. Не вдыхают жизнь туда, где её уже нет. Ты не исцеляла Леджера. Леджер был мёртв. Ты вернула его к жизни.

Звучало так, будто я какой-нибудь некромант. Но, если бы Сиенна Анабель умела прям воскрешать мёртвых, наверное, я бы запомнила, нет?

— Что это значит? — посмотрела я на мужчину.

А он вновь улыбнулся. И вновь не особо радостно.

— Ты маг жизни, Сиенна, — произнёс адмирал, помолчал немного, а затем добавил гораздо более твёрдо и бескомпромиссно: — И точно так же, как посол Рэйес не желал, чтобы ты пользовалась этой своей силой, не желаю этого я. Никогда так больше не делай. Я запрещаю.

Я зависла с приоткрытым ртом, далеко не сразу справившись со своим удивлением.

— Запрещаешь? — единственное, с чем в итоге нашлась.

Я ведь не ослышалась?

Супруг шумно выдохнул.

— Мне нужно идти. Меня ждут. Если тебе и правда лучше, одевайся и тоже выходи. Я буду ждать на главной палубе. Позавтракаем вместе, а после спокойно обсудим всё остальное, — велел он, прежде чем отстранился.

Хотя и тогда немного задержался рядом, чтобы удостовериться, что я точно в силах самостоятельно стоять на ногах. Только потом отошёл от меня. Больше ничего не сказал. Быстро умылся холодной водой. Сменил рубашку. Накинул мундир на плечи и ушёл. А вот я, какое-то время бестолково простояв в полнейшей растерянности, собиралась гораздо дольше. Стоило добраться до зеркала, как увидела в качестве собственного отражения нечто бледное и откровенно жалкое, со здоровенными синяками под глазами. Расчёски у меня не было, пришлось разбирать спутавшиеся волосы пальцами. Оставила их распущенными, потому что не смогла найти, куда подевались заколки, прежде фиксирующие мои тёмные локоны в собранном виде. Зато с одеждой всё обстояло гораздо проще. Моё платье было на вешалке прямо на дверце шкафа, очевидно, чтоб не помялось. И ни единого следа на нём от всего произошедшего не осталось. Белый наряд, подаренный мне монахиней, выглядел как новый.

Очевидно, кто-то очень хорошо постарался.

Дальше задерживаться уже не было никакой необходимости. Но я всё равно задержалась. Полностью собравшись, застыла в шаге перед дверью. Вероятно, потому что выходить было… страшно, ведь в памяти слишком свежо сохранилось всё то, что произошло, когда я переступила этот порог в прошлый раз, вот и оттягивала момент насколько возможно. Наверное, глупость полнейшая, однако пришлось сделать над собой довольно большое усилие, чтобы взяться за дверную ручку и отворить.

Оказалось, в коридоре меня ожидало сопровождение. Незнакомый молодой мужчина в синем мундире приветливо кивнул и вежливо уведомил:

— Я провожу вас, леди Арвейн.

И хорошо, что я пошла не одна. Всё-таки адмирал оказался прав. Не так уж много сил у меня имелось в запасе. Если по каюте я передвигалась без сложностей, то теперь, стоило преодолеть немногим больше, чем пара сотен шагов, и выйти на верхнюю палубу, как ноги предательски дали слабину, а голова закружилась. Вцепившись в перила, я глубоко втянула в себя воздух и… так и застыла, только сейчас осознав, что перед моими глазами вовсе не бескрайние волны, сливающиеся с линией горизонта. Корабль стоял в порту.

И каким же был этот порт!

— Ого, — невольно сорвалось с моих губ.

С третьей палубы открывался настолько завораживающий вид, аж дух захватывало. Где-то шуршали канаты, гремели корабельные блоки, а в воздухе витал аромат свежего солёного ветра, смешивающийся с запахом рыбы и моря. Вдали виднелся величественный маяк, гордо стоящий на скале, указывая путь в безопасную гавань. И всё это на фоне живописного острова, окруженного бирюзовыми водами, которые переливались на солнце, создавая волны света. Его зелёные холмы плавно переходили в белоснежные пляжи, где пенные волны нежно накатывали на берег, словно пытаясь обнять его. Высокие раскидистые деревья, качаясь на ветру, рисовали изящные силуэты на фоне небесной синевы, а в их тени прятались аллеи. В порту было так многолюдно, что мой взгляд откровенно потерялся. Я хотела смотреть дальше, но…

— Леди Арвейн, вам плохо? Позвать адмирала? — встревожился сопровождающий меня офицер.

— Нет, всё хорошо, — заверила и почти не соврала, отпрянув от перил, возобновив свой путь, решив, что поглазеть на окрестности могу и позже.

Хотя всё равно не удержалась от вопроса:

— Как называется это место?

— Крез-д'Ор, леди Арвейн. Родина нашего адмирала.

Я кивнула, пытаясь найти в закромах памяти Сиенны Анабель хоть что-то об острове Крез-д'Ор, но, похоже, предыдущая хозяйка моего нового тела тоже ничего не знала об этом месте, нам обеим оно было в новинку. Впрочем, об этом я тут же позабыла, едва спустилась на главную палубу, заметив, что там, где ещё ночь назад бесновались крылатые монстры, а адмирал Арвейн стоял, раскинув руки и выпустив свой смертоносный дар, теперь совершенно ничего не напоминало о произошедшем. Разве что особенно глубокий отпечаток когтей на одной из ступеней, по которым я ступала. У последней я и замерла, поскольку снова требовалась небольшая передышка из-за усилившейся слабости в ногах. Мне оставалось дойти ещё шагов тридцать. Там меня ожидал выставленный прямоугольный стол, украшенный белоснежной скатертью. Его торопливо сервировали и уставляли самыми разными блюдами. А я, проследив за этим, посмотрела в сторону, на адмирала Арвейна. Он стоял ко мне спиной, сцепив руки в замок, и не видел моего появления, тихо что-то высказывая находящемуся рядом с ним мужчине. Его я видела впервые. Он был старше пятидесяти пяти, с короткой бородой медного оттенка, одетый в строгий сюртук в антрацитовой гамме, и то и дело поправлял на переносице свои круглые очки из прозрачного стекла, внимательно слушая и кивая каждому слову адмирала. Именно он и заметил моё появление первым, после чего вовсе снял очки, с приоткрытым ртом уставившись на меня в… немом изумлении. Его реакция не осталась незамеченной. Аэдан обернулся.

Пришлось заканчивать с передышкой и идти навстречу, чтобы не выглядело ещё более странно.

— Сиенна, познакомься, это господин Рудберг. Управляющий. Он координирует весь гражданский персонал, работающий в поместье Крез-д'Ор, ведёт отчётность по хозяйственным расходам нашей семьи и следит за исправностью инженерных систем всего острова.

Я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее, что, честно говоря, давалось непросто. Под чужим изучающим взглядом становилось откровенно не по себе. Очень уж придирчиво мужчина меня рассматривал, словно глазам своим никак не мог поверить. Хотя надо отдать должное, справился он с эмоциями довольно быстро.

— Меня зовут Жиральд. Буду рад, если станете обращаться ко мне по имени, леди Арвейн, — тоже улыбнулся мне и протянул руку в качестве приветствия. — Даже не представляете, как я счастлив познакомиться с вами. Герцог Марселус Рэйес был великим человеком. Нам всем будет очень его не хватать, — добавил гораздо тише.

Ах, вот оно что!

Он был знаком с послом.

— Приятно познакомиться, Жиральд, — улыбнулась я шире и уже гораздо более расслабленно.

Но до руки так и не дотянулась. Просто потому, что не успела. Собралась пожать протянутую ладонь, но управляющий почему-то внезапно передумал. Всего один короткий взгляд на третьего из нас, и он отдёрнул пальцы, целиком и полностью сосредоточившись на Аэдане Каине.

— Думаю, вам уже пора, господин Рудберг, — сухо произнёс мой муж. — Вам ещё нужно успеть уладить немало дел на сегодня, — добавил явно с намёком.

Не связано ли это с леди Эсмой, из-за чего господин Рудберг и прибыл сюда?

Сдавалось мне, что именно так. Но вслух я, разумеется, ни о чём таком не спросила. Как только управляющий вежливо попрощался с нами и покинул линкор, а адмирал положил мою руку на свой согнутый локоть, чтобы сопроводить дальше, я заговорила о другом:

— Ты сказал, поместье Крез-д'Ор. Поместье называется так же, как остров? — посмотрела на мужчину.

— Верно. Нашей семье принадлежит и поместье, и сам остров, поэтому Зои посчитала, что название будет уместно, — усмехнулся он добродушно.

Черты лица сгладились, стали мягче на контрасте с тем, каким напряжённым адмирал был ещё пять минут назад, пока общался с господином Рудбергом.

— Зои — твоя младшая сестра? — догадалась.

Аэдан Каин согласно кивнул.

— А леди Эсма? — уточнила я следом.

Ну, раз уж мы тут о женщинах его семьи разговариваем, чего бы не спросить? А то, если я и дальше буду сдерживаться, лопну от распирающего любопытства. Да, чудесное оправдание.

— Леди Эсма — твоя свекровь.

И так мне полегчало!

Кто бы знал!

На секундочку. В следующую я осознала, что с этой самой свекровью мне предстоит в скором времени встретиться и познакомиться. Со свекровью, в честь которой назвали аж целый линкор, одержавший не одну победу в военных действиях против врагов империи.

Глава 8

С сервировкой стола ещё не закончили, поэтому мы тихим, прогулочным шагом направились дальше по палубе.

Или на самом деле была и другая причина?

Но это я не сразу поняла. Немного позже. Сейчас же мой разум занимал гораздо больше шальной ветер, который по-хулигански забирался мне в волосы, и приходилось жмуриться, когда в глаза швыряло пряди. По крайней мере, до тех пор, пока до меня не дошло, что можно не только цепляться за мужской локоть для поддержки, но и спрятать лицо на адмиральском мундире. Так малодушно и сделала, заметив улыбку моего сопровождающего.

— Вы живёте все вместе? В одном поместье? — вспомнила последнее, что мы с ним обсуждали. — Ты, твоя мама и младшая сестра Зои.

— Большая часть моих дней проходит здесь, — обвёл рукой окружающее пространство Аэдан Каин. — Но в целом, да. Так и есть. Других родственников у нас нет. Отец возглавлял имперский флот. Именно он, кстати, назвал этот линкор в честь мамы. Он погиб в битве с Ньердами, когда мне было девять. Зои тогда только родилась. С тех пор мама и сестра — моя ответственность.

— Понятно, — кивнула.

И заметила, что в той части палубы, куда мы направлялись, установлено два деревянных кресла с высокими спинками, а также небольшой диван. Мебель смотрелась тут совершенно неуместно, ещё позавчера её здесь точно не было, но даже не это несоответствие окружающей обстановке зацепило моё внимание. На диванчике сидел старичок, одетый на манер господина Рудберга. Только он был старше. Намного старше. Его аккуратно подстриженная борода выглядела полностью седой, а на правом глазу поблескивала линза. Кажется, такая штуковина называлась монокуляр, ими пользовались часовщики и аптекари, а ещё… ювелиры, точно. Аэдан Каин вышел из каюты, после того как ему сообщили о прибытии господина Рудберга и ювелира. Мою теорию подтверждало и то, что за спиной седого старичка стояли два молодых паренька, похожих на подмастерьев.

— Посол Рэйес много лет не возвращался в Гард, ты выросла на территории чужих государств, поэтому не привыкла к нашим обычаям, но один из них, думаю, тебе понравится, — прокомментировал супруг, заметив мой интерес к ювелиру.

— Что за обычай? — полюбопытствовала невольно.

Ответа не получила. Вместо слов супруг мягко улыбнулся и довёл меня до ювелира, который торопливо подскочил на ноги, здороваясь с адмиралом первым.

— Добрый день, — поздоровалась и я.

А затем оказалась усажена в одно из кресел. И получила громадный бриллиант прямоугольной огранки с усеченными углами, в оправе, внешне напоминающей корону. Драгоценность села на безымянный палец правой руки как влитая. Несмотря на массивность, вблизи кольцо показалось очень даже изящным, с завораживающими бликами чистого, как слеза, камня.

Хм…

Не так уж и не знакома я была с подобными традициями. Но мне однозначно всё нравилось.

Кому ж не понравится такая красота?

— Да, идеально подошло, — оценил собственную заслугу вслух и ювелир.

Адмирал согласно кивнул. И взял у старичка ещё одно кольцо.

— По нашим традициям в день церемонии бракосочетания невеста должна быть одета в специальный наряд, подаренный ей будущей свекровью и родственниками жениха. Эту традицию мы вынужденно нарушили. — Тут он явно преувеличил, потому что лично я всё ещё помнила про подаренные им ромашки, а они тоже вполне считались. — И с этим ничего не поделаешь, но мы можем соблюсти другую, — произнёс Аэдан Каин, присоединяя к первому кольцу на моём пальце второе. — Также неотъемлемой частью этого события является традиционное украшение. — Он аккуратно сжал мою заметно потяжелевшую ладошку. — Выбирай.

Э-э-э… То есть то, что у меня теперь появилось — это ещё не совсем их традиция?

По всему выходило, именно так. Здоровенный камень на моём безымянном — только начало. И оказалось, не такой уж он и реально большой. А вот те, что сплетались грациозной и одновременно величественной паутиной, образуя ювелирные комплекты из браслетов, драгоценных лент для волос и колье с серьгами, в самом деле выглядели более чем массивно и весьма внушительно.

И чего только не было тут разложено на специальных бархатных подставках!

Неудивительно, что я растерялась.

— А это обязательная традиция? — уточнила тихонько, засомневавшись в итоге, а надо ли оно мне.