Невеста дракона. Проклятый поцелуй

Невеста дракона. Проклятый поцелуй

Глава 1

Среди ясного сизого неба плыли алые облака. И это первое, что я увидела, открыв глаза после прошедшей новогодней ночи. Удивилась. Немного. Если учесть, что последним запомнившимся мне событием из всего празднества было то, как мы всей нашей многочисленной семьёй вывалились во двор любоваться на салюты, то не так уж и странно. Едва оглушающие залпы стали сыпаться со всех дворов посёлка, по традиции соревнующихся между собой, у кого ярче, выше и громче, дед достал гранату, заявив:

– Тоже сейчас пошумим.

И да, было действительно шумно!

На то граната и шумовая.

Дальше… провал.

И это как раз закономерно!

Я ж алкоголь обычно не употребляю, но дедуля с бабулей таких безалкогольных праздников не понимают, а раз уж я в гостях, то и правила тут не мои, значит, пить всё-таки пришлось. И много. Чтобы никого не обидеть. А мутить меня начало ещё под бой курантов, когда бабуля позвала живущую по соседству гадалку, попросив у неё для меня жениха, да не кого попало, а сразу всем на зависть, не то «…так и помрёт старой девой». С таким мнением я тоже была не согласна, ведь мои двадцать один ещё не приговор, но и тут все возражения оказались бесполезны, так что пришлось смиренно загадывать и записывать нужное желание на клочке бумаги, потом поджигать в пламени чёрной свечи, кидать догорающее желание в бокал с шампанским, а затем пить всю эту гадость, задувать саму свечу и принимать от гадалки соответствующий дар, против судьбы стареющих одиноких дев действие имеющий. В чём именно заключалась суть этого дара, я так и не узнала. Деревянная шкатулка с тончайшей резьбой до сих пор покоилась в моих руках, вероятно, вместе с ней после всех своих подвигов я и вырубилась. Открыла. Внутри оказалось пусто. Закрыла. Опять на плывущие в сизом небе алые облака уставилась. Полежала так ещё немного.

Не помогло.

Облака так и остались алыми. А я начала замерзать. Лежать в сугробе было хоть и удобно, но холодно. Тем более что моя куртка была пригодна скорее для того, чтобы выбежать из подъезда и добраться до машины, где можно включить обогрев, чем для суровой русской зимы.

Вокруг помимо сугробов…

Лес!

И горы, виднеющиеся вдали.

Никакой машины, никаких дворов и посёлка, в котором когда-то жила моя мама, а теперь только бабуля с дедулей, к которым мы изредка приезжаем погостить. Родителей, кстати, как моих, так и маминых, тоже не наблюдалось. Да и вообще никого не наблюдалось.

Это ж как надо похмельем страдать!

– Больше не пью вообще никогда, – вздохнула, поднимаясь из сугроба.

Зажмурилась. Снова открыла глаза и огляделась. Окружающее не изменилось. Зато в отдалении показалось четыре лошадки. Они были не одни, а с наездниками, поэтому первым делом бросилась к ним. Я помнила, что на окраине посёлка находился конный двор, значит, не всё так плохо, можно узнать нужное направление и просто вернуться домой к дедуле с бабулей.

Если повезёт, то и подвезут…

Не повезло.

Наездники вообще странными оказались. Не только внешне, облачённые не по погоде в строгие чёрные костюмы, как у лучников в каком-нибудь фильме про эльфов, даром что уши не острые. Говорили тоже на странном и совершенно непонятном мне языке.

И откуда только взялись такие?

Туристы-ролевики, наверное.

– English? – спросила без надежды.

На английский ни одно услышанное мной слово совсем не походило. На французский – тоже. Других языков я не знала.

– Chinois? – спросила снова, на французском, и на том же английском повторила: – Chinese?

С чего я взяла, что они знают китайский?

Не знаю!

Нервничать я начала. А я когда нервничаю, очень… спонтанной становлюсь. Вот и не подумала сразу о том, что и сама китайский не знаю, даже если бы мне так неимоверно подфартило. Так, слышала лишь пару фраз. Да и на китайцев всадники совсем не были похожи. Как и на азиатов в принципе. Не по местному климату загорелые, пепельноволосые, все как на подбор словно богатыри – широкие и явно сильные. Окружили меня со всех сторон, хмуро рассматривая, едва осознали, что я их не понимаю. И лишь один из них спешился. Подошёл ближе. Сам у меня, судя по интонации, что-то спросил. А когда я не ответила, беспомощно пожав плечами, нахмурился ещё заметнее, затем и вовсе сократил оставшееся между нами расстояние и поддел сгибом указательного пальца мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову, с подозрительным прищуром уставившись в моё лицо сверху вниз, словно нужный ему ответ у меня на лбу написан, при том мелким шрифтом и очень объёмно, оставалось лишь прочитать.

Отшатнулась.

И в сугроб обратно угодила.

Но вновь подняться не рискнула.

Мало того что мужик высоченный и широкий в плечах, как кусок здоровенной скалы, загородивший собой почти весь мир, так ещё и, пока он незримые надписи на моём лбу читал, глаза его алыми всполохами светиться начали, вот и не рискнула.

Нормально, оказывается, в этом сугробе мне прежде лежалось. И почти не холодно уже совсем. Наоборот. Куда более холодно и мрачно смотрел всадник, когда склонился надо мной и подал затянутую в чёрную перчатку ладонь, предлагая помочь подняться. Я отрицательно помотала головой и ещё чуточку подальше от него отодвинулась чисто из инстинкта самосохранения, зарываясь тем самым глубже в сугроб.

Уж лучше подожду, когда они уйдут, и кого-нибудь другого спрошу, как в посёлок вернуться!

Если повезёт, то и сама дорогу найду…

И тут не повезло.

Ни один из них уходить или уезжать не собирался, все до единого остались. А тот, который высоченный и широкоплечий хоть и выпрямился, со скучающим видом уставившись в небо, но не отошёл. Правда, теперь, когда алые всполохи в его тёмных глазах угасли, больше не казался таким уж жутким. Волевой подбородок и правильные, хоть и суровые, черты лица не портила даже лёгкая горбинка на носу, может, даже украшала. Встреться он мне при других условиях, я бы, может, и загляделась. Хотя и сейчас загляделась. То на него, то на облака, которые так и оставались алыми-алыми, как причудившиеся мне всполохи в мужских глазах, так и намекая, что не только в одежде странных мужчин и их поведении кроется моя проблема. В том, что у меня именно проблема, я вскоре убедилась. Стояла и ничего не делала эта четвёрка незнакомцев не просто так. Пара минут прошла, а с той стороны, откуда они появились, потянулась целая процессия.

И не просто процессия!

Всадников было ещё больше. И у каждого здоровенный меч за спиной. С учётом того, что охраняли они не сами себя, а самые что ни на есть настоящие кареты, мечи вполне могли быть настоящими.

Всё-таки не обычные ролевики.

Может, цирк?

С представлениями.

Правда, ни одного животного в клетках тут в помине не наблюдалось.

А жаль…

Жаль, кстати, постепенно стало не только собственную психику, в рамки которой никак не укладывалось видимое, но и всю себя. Очень. Сразу, как только от процессии отделился ещё один всадник, поспешивший в нашу сторону. На нём было схожее одеяние, разве что из-под ворота тёмного сюртука виднелось белоснежное кружево, а на его плечи был накинут отороченный мехом плащ. Им он с самым величественным видом и взмахнул, прежде чем спуститься с коня и встать на ноги.

– Скажи, что ты тут шпрехшталмейстер, – протянула уныло, припомнив наименование того, кто считается самым главным в цирке. – Или хотя бы знаешь китайский, – закончила совсем грустно.

Просто на английский и французский совсем никакой надежды не осталось. Остатки веры в китайский тоже исчерпали себя, едва мужчина в меховом плаще презрительно скривился, скосившись на меня, а затем позабыл о моём существовании, о чём-то очень эмоционально разговаривая с широкоплечим. На беседу двух равных людей не походило. Скорее, на спор и допрос. И допрашивал кружевной воротничок явно не просто так, а по поводу всё ещё пребывающей в сугробе меня.

Зарыться ещё поглубже, что ли?

Жаль, подумала об этом я немного поздновато.

А в руке у незнакомца с кружавчиками появился посох. Самый настоящий. Как в сказке про злых колдунов, которые героинь со свету сживают, ибо им злая королева приказала. Со здоровенным камнем поверху. И материализовался он не откуда-то там, а прям из воздуха!

– А знаете, я, пожалуй, пойду, – ошалело промямлила, округлившимися глазами уставившись на посох.

На циркача кружевной воротничок не тянул уже при любом раскладе. Как и на фокусника. Если только впрямь на злого колдуна, слишком уж явно у него лицо опять перекосило, когда он материализованный из ниоткуда посох в мою сторону направил.

Вспышка!

Ослепляющая.

Вмиг дезориентировала!

Я как начала приподниматься из сугроба, так заново в него и плюхнулась, прикрыв лицо ладонями. А ещё чихать начала. Долго. Аж до слёз. До тех пор, пока сквозь них не различила недовольное:

– Ты меня слышишь вообще или глухая? Кто такая? Что здесь делаешь?

Чихать я перестала. Осторожно раздвинула пальцы, сквозь них посмотрела на того, кто вопросы мне наконец на понятном языке начал задавать.

– Ты меня понимаешь? Кто такая? И что здесь делаешь? – повторился… точно колдун!

Иначе как я его вдруг понимать стала?

Язык-то, на котором он ко мне обращался, так и остался до сих пор неизвестным. Но теперь по непонятной причине более чем понятным. Настолько, что я и сама ему на том же ответила:

– Понимаю. Не глухая, – брякнула и прикусила себе язык.

От неожиданности.

– И? – нетерпеливо и не замечая моего удивления, настаивал на том же самом, что и прежде, обладатель кружевного воротничка. – Кто такая? Откуда? Как зовут? И что здесь делаешь? – Прищурился подозрительно, склонившись надо мной.

Делать нечего. Пришлось действительно зарываться в сугроб поглубже. Но молчать я не стала.

– Злата Сазонова я. На праздничные каникулы к деду с бабулей приехала. А тут… лежу. Отдыхаю. – И развела руками.

Не признаваться же им, что заблудилась?

Они ж ненормальные!

Правда, в ненормальности почему-то не я одна ближнего своего подозревать начала. Кружевной воротничок щуриться не перестал, хотя явно заподозрил меня в той же ненормальности.

– И давно ты тут… отдыхаешь?

А я так подумала: это ведь хорошо даже, если за сумасшедшую сочтут, глядишь, так с болезной и связываться передумают, сами отстанут.

– Не, недавно. Со вчера.

А сама обратно в сизое небо с алыми облаками уставилась. Красивое оно всё-таки. Пусть и необычное. Даже легла поудобнее, чтоб рассмотреть получше. И улыбнулась, когда последовал очередной вопрос:

– И долго ты тут ещё… отдыхать будешь?

Улыбаться я не перестала.

– Да ещё денёчка два, потом домой вернусь, как надоест, – отозвалась охотно.

И только потом поняла, что какой-то он уж больно ласковый стал. Даже щуриться перестал. А меня саму разглядывает с откровенным любопытством.

– А откуда ты, говоришь, девица?

Откуда-откуда…

Так я тебе и сказала!

Ещё телефон мой, все банковские карты и пароли к ним попроси…

Точно!

Телефон!

Тот, которого при мне, к сожалению, не оказалось. Все карманы обшарила, но не нашла. Обладатель кружавчиков между тем всё ждал и ждал моего ответа.

– Она на голову ушибленная, видимо, – прокомментировал все мои текущие действия широкоплечий, который как скала.

Мысленно скривилась. И язык ему показала. Тоже мысленно. Вслух же не стала спорить:

– Может быть.

И сама такой вариант отметать не стала.

Может, я реально, когда в сугроб падала, приложилась сильно? Вот и не помню, как тут очутилась.

Колдун в кружавчиках тем временем стал ещё более ласковым. Тоже улыбнулся мне в ответ. А вот тот, что меня из сугроба поднять пробовал, сделался мрачнее грозовой тучи.

– Нет, арий Вэррис. Мы её с собой брать не будем.

И так он это сурово и бескомпромиссно сказал, аж повозмущаться захотелось, с чего бы это он такой категоричный.

Вот что за мужик из него, если девушку одну в непроходимой глуши бросить собирается?

Возмущаться я, конечно, не стала.

Но напряглась ещё сильнее.

И неспроста.

– А почему, собственно, нет? – невозмутимо отозвался кружевной воротничок. – Ари Катрина выбыла, хотя мы даже до столицы не добрались. Что мы скажем императору, когда он узнает, что отбор ещё не начался, а у него уже на одну невесту меньше, чем задумано? – уставился обвинительно на своего собеседника.

Я, кстати, тоже уставилась. Очень уж интересно стало, как он оправдываться будет. О том, кто у них там император и зачем ему сразу несколько невест одновременно, потом подумаю. Этих ненормальных всё равно понять сложно было, даже после того, как на одном языке разговаривать начали.

– Так и скажем, что её волки сожрали, когда прогуляться вышла, – невозмутимо отозвался между тем широкоплечий.

Вот тут он мне окончательно разонравился.

– В смысле, волки её сожрали, когда прогуляться вышла? – откровенно прифигела я.

Здесь, помимо этих ненормальных, ещё и волки водятся?!

– В самом прямом, – подтвердил, к моему прискорбию, арий Вэррис. – Тут их полно.

И не менее прискорбно вздохнул.

А продолжил уже не для меня:

– Ари Катрина – с Пограничья, триарий Сорен, – то ли оскорбил, то ли извинился на ломаном английском, то ли по имени к нему обратился. – В столице ни разу не была. Никто её в императорском дворце не видел.

Я немного ещё поразмыслила и решила, что всё-таки по имени, если учесть аналогию с «ари» по отношению к женскому полу и «арий» к мужскому. Почему конкретно этот экземпляр аж «три» как «арий», тоже интересно, но никакой возможности уточнить, конечно же, не было.

– Ари Катрина была избрана советом старейшин этого самого Пограничья. И не просто так. А в случае победы весь совет прибудет посмотреть на жену императора. К тому же у ари Катрины были светлые волосы, а у этой тёмные. Она даже отдалённо на неё не похожа. Думаете, раз никто не видел ари Катрину, то и вообще никаких сходств не надо? – не менее обвинительно уставился на колдуна широкоплечий.

Колдун в кружевном воротничке ещё раз тоскливо вздохнул. И посох в меня направил.

Вспышка!

Меня опять ослепило и дезориентировало. На этот раз чихать без остановки не пришлось, и на том спасибо.

– Может, совет старейшин Пограничья и выбрал ари Катрину, зато эта живучая, – заключил флегматично между тем арий Вэррис.

Если учесть наличие волков в округе и моё враньё о том, что я тут со вчера лежу, в его словах определённо имелся смысл. Пусть и циничный. Я в любом случае комментировать не стала. Слишком занята была тем фактом, что мои зеркально прямые каштановые волосы, которыми я так гордилась, теперь совсем иные! Этакий платиновый ультраблонд. Добиться такого чистого цвета порой в дорогом салоне красоты и то не с первого раза возможно, так что деяние оказалось очень даже поразительным. И не менее возмутительным.

– Ты… Ты что же… это… блондинкой меня сделал? – возмутилась я уже вслух.

И мало того, что блондинкой сделал, так ещё и с вьющимися локонами!

Я же теперь как кукла Барби, млин!

– Хм… – оценил и триарий Сорен.

Почти поверила, что всё не так уж и плохо, очень уж заинтересованно он теперь на меня смотрел.

– А брови так и остались тёмными, – выдал он всё так же задумчиво. – Как и ресницы.

Никакой веры не осталось.

А градус моего возмущения моментально повысился!

– Так ослепнуть же может, – тоже призадумался арий Вэррис. – Хотя…

– Не надо! – перебила я его, выставив руки перед собой. – Я вас вообще впервые всех вижу! Сами в свои ролевые игры играйте! А я никакой ари Катриной быть не хочу! И не буду! Я вообще не понимаю, о чём вы и что у вас там происходит! Участвовать точно не собираюсь!

Уж не знаю, насколько это могло мне помочь, но само собой вырвалось. Да и впрямь не помогло.

С посоха сорвалась новая вспышка.

Совсем не такая, как прежде!

Вместе с ней пришла тьма.

А я… банально отключилась.

Глава 2

Мир качало. Подозрительно системно. Из стороны в сторону. С завидным постоянством. И если поначалу я решила, что это из-за головокружения, то потом поняла, что во всём виновата коробка на колёсах, с помощью которой меня, похоже, нагло похищали, если вспомнить всё то, что предшествовало моей отключке.

Стоило открыть глаза, лишь убедилась!

Оказалось, что я полусидела-полулежала на мягком диванчике с деревянной основой, закреплённой к стене, пространства вокруг было не так уж и много, а по бокам висели тошнотворно миленькие розовые шторки с оборочками, прикрывающие небольшие проёмы с замысловатыми вензелями из железа. Этакая девчачья мини-комнатушка, способная к передвижению, она же карета, очень похожая на клетку, пусть и симпатичную. И это ещё ничего. Если под моим задом располагался диван, то под головой вместо подушки… плечо. Твёрдое. Широкое. И явно мужское. Затянутое в знакомый чёрный камзол с высоким воротом. Возвышающаяся над этим воротом голова тоже была уже знакомой. Как и мужская ладонь, затянутая в чёрную перчатку, которая в данный момент почему-то нагло располагалась на моём животе, аккуратно придерживая возмущённую до глубины души такими обстоятельствами меня.

– Вы несколько раз упали во сне, поэтому пришлось принять меры, – невозмутимо произнёс триарий Сорен, заметив, что я пришла в себя.

Руку тут же убрал. А я подумала, с чего бы это вдруг он меня внезапно зауважал, раз теперь обращается на вы?

Выпрямилась в спине, да сразу так, словно деревянную палку в позвоночник вогнали. И с самым благопристойным видом расправила каждую из складочек, собравшихся на пышной юбке.

Стоп!

Юбке?

Нет.

Платье!

Бледно-лимонного оттенка, обнажающее плечи, прикрытые сверху меховой накидкой. А в дополнение ко всему этому туго затянутый корсаж, служивший первопричиной моей новой осанки.

То есть мало того, что вырубили, из родного сугроба забрали, потом ещё и переодели?

Ну и пусть сугроб не совсем родной. Я туда, по крайней мере, уж точно по собственной воле улеглась.

А они…

Похитители!

Извращенцы!

И психи!

А мне, похоже, всё-таки придётся включаться в их представление, по крайней мере, до тех пор, пока не встречу хоть кого-нибудь адекватного. Или не сбегу. Второй вариант даже более предпочтителен, а то первое впечатление порой бывает обманчивым, и неизвестно ещё, кто встретится.

– Ну, так и оставили бы меня там, куда я упала, – съехидничала в сердцах.

– Я бы и оставил. Но арий Вэррис очень переживал, что простудитесь или головой снова ушибётесь.

Вздохнула. Пожелала себе терпения.

– К тому же ваша карета находится в середине процессии, и каждый раз, когда вы падали, приходилось останавливаться вообще всем, чтоб проверить, всё ли с вами в порядке, – добавил этот, который вроде бы трижды мужик, но, как по мне, не факт. – А мы и так из-за вас задержались.

Пожелала себе двойного терпения!

И перешла к более насущному.

– Где моя одежда? – прищурилась я подозрительно.

Он не менее недоверчиво скривился в ответ.

– Сожгли.

А смотреть на меня с сомнением так и не перестал. Взгляд его поначалу казался почти чёрным, а теперь я поняла, что на самом деле он синий-синий, как глубокое озеро. И… о чём это я? Не на том совсем сосредотачиваться стоило бы!

– Что за тряпки, кстати? Очень странные. Не встречал ни одну девушку в чём-то подобном.

Сам ты… странный!

Но надо отдать должное, притворялся очень убедительно для фальшивого полуэльфа-ролевика. Вот и не стала накалять ситуацию.

– В карты проигралась, – беззаботно пожала плечами.

Подозрение в его глазах сменилось откровенным удивлением.

– В карты? – уточнил вкрадчиво.

– Что? – снова пожала плечами. – Ни разу в карты не играли и не знаете, что это такое?

Если и не играл, то точно знал. Иначе бы не усмехнулся каким-то своим сопутствующим мыслям, отстав от меня со своими расспросами. Но то он. Не я. Скучно же на сугробы и бесконечный лес за окном пялиться. Выдержала минут пять, не больше.

– А куда мы едем?

Как спросила, так и пожалела. Мужчина опять уставился на меня так, словно я нечто из разряда вон ляпнула.

– Ну, я ж на голову ушибленная, не особо в курсе, что тут у вас происходит, – добавила спешно.

Триарий Сорен… вздохнул.

Как-то очень уж тоскливо.

– Раз уж вы теперь ари Катрина, – выделил с заметной издёвкой новое обращение ко мне, – то, как и семь других невест императора, едете в столицу для прохождения испытаний. Та, кто пройдёт традиционный отбор, станет женой императора. – И сам от собственных слов скривился.

Императору сочувствует, что ли?

Я бы на его месте точно посочувствовала.

Если учесть, что невест у императора аж восемь!

Да вдобавок среди этих невест я.

Но раз уж я не на его месте, аккуратно уточнила:

– Традиционный… то есть не первый отбор?

Триарий повторно вздохнул.

– Третий.

То есть император в третий раз жениться будет?

Или же…

– А при предыдущих двух отборах что пошло не так?

Вот тут мужчина помрачнел.

– Ни одна из невест не прошла испытания, – сознался неохотно.

От меня вовсе отвернулся. В окно уставился.

– Настолько сложно? – не сдалась я.

– Настолько опасно, – отозвался он.

Вспомнила о том, что до меня ари Катриной считалась какая-то другая девушка. Снова поверила в волков. И призадумалась кое о чём ещё.

– Если это настолько опасно, зачем тогда невесты соглашаются? – озвучила возникшую мысль.

Мало ли, вдруг я тут не одна такая?

Несогласная.

И тогда у меня есть шанс обзавестись сообщницами…

Как понадеялась, так и попрощалась с этой идеей. А всё потому, что мужчина вновь на мне сосредоточился. И всё бы ничего, не в первый раз смотрел, но у него глаза опять сперва потемнели, а затем алыми всполохами светиться начали.

– Кто ж откажется стать женой дракона?

Зажмурилась. Крепко-крепко. С опаской, но открыла глаза. Сиять алым свечением взор напротив не перестал.

Ох ты ж…

Дедуля мой!

Что ж за медовуху ты такую расчудесную варишь?

Если даже на вторые сутки не отпускает…

И как там триарий Сорен сказал?

Стать женой… кого?

Тоже мне, затейники!

Или нет?

Очень уж серьёзным выглядел тот, кто сморозил такую сущую нелепицу.

– Что? Вот прям дракона-дракона? – переспросила ошарашенно. – Дракона? Это который крылатый, летающий, с клыками и весь такой сам из себя здоровенный, как гора, а ещё вечно огнём во всех подряд плюётся? – Для полноты пояснений обвела руками пространство с обеих сторон, имитируя гору.

Не то чтоб я сразу в наличие дракона уверовала, раз сидящий поблизости такой серьёзный и сосредоточенный, но, если у него глаза светиться не перестанут, я не только в дракона поверю, но и во что угодно.

Особенно после того, как…

– Не так уж и вечно, и не так уж во всех подряд, – заметил со снисходительной улыбкой собеседник.

А сквозь железные вензеля в проёмах вдали показался…

Город!

И не просто город. Именно с большой буквы.

Я ничего подобного даже на картинках древней истории не видела, вот и обомлела, как только поняла, что лес заканчивался, а дальше по обе стороны от нас тянулись горные хребты, поверху укрытые снегом, в массиве которых выточены многочисленные дома и улочки, образующие собой серпантины из разных уровней, соединённых с противоположной стороной величественными каменными мостами. Они тянулись так далеко и высоко, что не видно было им конца и края. На первый взгляд. Само моё понятие высоты очень скоро и безвозвратно меркло, едва очертания города становились всё ближе и ближе, а взгляд сумел выцепить то, что возвышалось над всем остальным, словно подпирая собой само небо. Если кому и мог принадлежать столь величественный дворец, то непременно императору, возможно, и в самом деле дракону.

– Ого… – всё, на что меня хватило в моих описаниях.

Сама чуть носом в окно не врезалась, когда подорвалась с места в попытке всё рассмотреть тщательнее и детальнее. Процессия приблизилась к открывающимся воротам такого размера, что открывать их могли лишь великаны. На самом деле никаких великанов там не было, но каким-то загадочным образом венчанные мечами створы гостеприимно пропускали дальше.

– Амарна никого не оставляет равнодушным, – по-своему расценил мой душевный порыв триарий Сорен.

Так я узнала, как называется их столица.

Немного погодя я узнала не только это, но и многое другое. Но сперва, как самое настоящее малое дитя, в полнейшем восторге то и дело озиралась по сторонам и крутила головой, чтобы увидеть и запомнить как можно больше, пусть это и совершенно не вписывалось в моё понимание существования подобного места.