- -
- 100%
- +
Вместо эпиграфа…
Теперь, много лет спустя, я вспоминаю всё произошедшее со мной тогда с той же щемящей болью, и мной снова начинает овладевать та же одержимость, что и тогда. Что послужило причиной того, что моя жизнь вдруг резко и внезапно понеслась под откос? И тогда и теперь, я знал один лишь ответ —
тому виной
глаза-небеса,
любимой моей глаза…
Я думал, если это любовь,
то что же тогда жестокость?
Владимир Маяковский
Пролог. Циничное пари
«Женщина прекрасная и добродетельная
является миражом»
Жюль Ренар
Гибкое точёное тело танцовщицы стриптиза извивалось в такт медленной чувственной музыке. Девушка метнула лукавый призывный взгляд в сторону двух молодых мужчин, сидевших за ближайшим к сцене столиком. Один из них, с готовностью поймав её взгляд, довольно улыбнулся, а второй никак не отреагировал, продолжая бесстрастно смотреть серыми холодными глазами. Тот, что улыбнулся стриптизёрше, сделал глубокую затяжку и, выдохнув густую струйку дыма, лениво произнёс:
– Никогда не женюсь на актрисе. Из них получаются никудышные жёны. Быть мужем актрисы – это всё равно, что позволять своей женщине работать стриптизёршей.
– Ты преувеличиваешь, Митя, – отозвался сероглазый мужчина.
– Нисколько, – усмехнулся Дмитрий Батахов, взял низкую бутылку, разлил водку по стаканам и продолжил, – Все актрисы – продажные дешёвки. Все. Любая готова лечь хоть под чёрта рогатого, хоть под дядьку лысого, пузатого. Лишь бы получить роль в полнометражке.
Сероглазый мужчина рассмеялся.
– Нет, Егор, зря ты не веришь, – с неожиданным упорством произнёс Дмитрий, – Я режиссёр, я видел столько актрис, и по-настоящему талантливых, и бездарных. Но все они ведут себя одинаково – готовы не то, что родину, душу дьяволу продать за роль.
– Не все, – опять возразил Егор.
– Что, думаешь, твоя Полина другая? – с вызовом, мерцая пьяным шальным взглядом, повысил голос Дмитрий.
– Полина другая, – спокойно продолжил Егор.
– А вот и нет. Такая же! Все они шлюхи. Поверь, Егор. Все! И я тебе это докажу. Хочешь?
– Интересно как? – с таким же загоревшемся блеском в серых глазах спросил Егор.
– Да просто, Егор. Просто! Я ей пообещаю роль в своём новом сериале. Главную. Кстати, я и так планировал её взять на съёмки. Но выдвину ей условие. Она должна будет дать мне. Разрешить мне трахнуть её.
– Ты чего… – Егор сжал кулак, лицо его мгновенно побледнело, – Ты чего говоришь, а?! Сам не понимаешь?
– Егор, не кипятись. Ну что ты как спичка загораешься? Она согласится. Я уверен. Даже больше – она согласится на любые извращения. И трахать разрешит себя во все дырки всеми способами. Они все одинаковы, Егор. Тебе не надо идеализировать её. Не надо суетиться вокруг неё – что ты хочешь, Полиночка, то или это? Ты же принцесса, Полиночка, – Дмитрий смотрел на друга не мигая, выдерживая его тяжёлый взгляд, – Давай поспорим. Если не веришь, проверим. Я предложу ей роль, взамен потребую явиться ко мне в назначенное время, где будешь ждать её ты. Она будет уверена, что идёт ко мне, а встретишь её ты. В моей квартире, например. Послезавтра в десять вечера. Она придёт в платье, с макияжем и будет готова выполнить всё, даже извращённые грубые желания. Если она не придёт, то твоя Полина – честная чистая и преданная девушка, а я возьму свои слова обратно. Спорим? Или ты боишься разочароваться в ней? Смелости не достаёт узнать правду? – подначивает Дмитрий друга.
– Не боюсь. Спорим. Она не придёт, – уверенно возражает Егор.
– Ну, ну, это мы и проверим, – примирительно кивнул Дмитрий.
Егор поднёс стакан ко рту, одним резким глотком выпил его содержимое. Водка обожгла внутренности как пламя, адское пламя, но он даже не поморщился, а упрямо повторил:
– Полина не придёт. Не может прийти.
Юная актриса
Себя до последнего стука в груди,
как на свиданье, простаивая,
прислушиваюсь:
любовь загудит —
человеческая, простая.
Ураган, огонь, вода
подступают в ропоте.
Кто сумеет совладать?
Можете? Попробуйте…
Владимир Маяковский
Я ещё не изведала горя,
Я ещё молода и резва,
И живу я у самого моря —
Предо мной, надо мной – синева!
Я ещё никого не любила,
Никого не теряла, любя…
Я росла для тебя…
Я ребёнком играла с волнами,
С золотым побережным песком.
От песка этих кос позолота,
И от волн синева этих глаз.
Говорят, на спине кашалота
Приплыла я в полуденный час.
Это смуглое гибкое тело,
Как жемчужину, я берегла…
Так ему я сказать бы хотела,
Если б заново жить начала.
Ларисса Андерсон
Тёплый день в середине августа, когда последние краски лета были особенно красивыми, а небо пронзительно ярким. Ветер шелестел листвой огромных тополей, когда Полина проходила под их тенью. Девушка шла лёгкой походкой, её невесомая синяя юбка разлеталась при внезапных порывах ветра. Белая блузка из кружев придавала юной девушке праздничный вид. Как хорошо и легко на душе, когда тебе только-только исполнилось восемнадцать, а ты уже оканчиваешь театральное училище! Сегодня в Медовый спас день её рождения. Девушка всегда по-особенному любила август, его уходящую прощальную летнюю радость. Полина уже почти прошла сквер и направилась в библиотеку, как заметила на скамейке возле здания училища, которое ей предстояло пройти, несколько парней. Выглядели они взросло, скорее всего, не студенты. Они громко смеялись над какой-то шуткой. Полина проходила мимо, когда один из парней обратил на неё внимание и произнёс серьёзно, без доли шутки в голосе:
– Девушка, вам говорили, что вы красивая?
Полина взглянула на парня. Высокий, темноволосый, серые глаза пристально смотрели на неё. Обычно, в подобных ситуациях Полина отвечала шуткой, улыбалась или смеялась, но вдруг, неожиданно для себя, она почувствовала сильное смущение и отвернулась, ощущая, как её щёки вспыхивают румянцем. Она почти пробежала по тропинке. Её сердце отчаянно громко стучало. С чего бы это она так разволновалась из-за жадно-тяжёлого взгляда сероглазого парня? Было в нём что-то такое… В его взгляде и в том, как он обращался к ней – что-то лишающее её воли, заставляющее покоряться его силе и напору, которые сразу чувствовались в нём. Прищур тёмно-серых глаз был хоть и слегка насмешливым, но в то же время чуть отстранённым, холодным, пытливым. Полина внезапно представила, что если бы она столкнулась в дремучем лесу с волком, то хищное животное смотрело бы таким же взглядом. Девушка поёжилась, стараясь побыстрее забыть этот взгляд и эту встречу.
Вскоре начались занятия. Полина больше не встречалась с сероглазым парнем. Зато в её жизни появился Кирилл. Они учились в одной группе и часто оказывались партнёрами, когда нужно было разыграть этюд или сценку. Кирилл нравился Полине. Он был весёлый, лёгкий в общении, и сразу обратил внимание на Полину. У них начали выстраиваться близкие отношения, и девушка была уверена в том, что это любовь. Они вместе сидели на лекциях, ходили после занятий в кафе, в кино, репетировали роли. Естественно, что первым парнем, с которым у Полины была близость, стал Кирилл. Но отношения с Кириллом не продлились больше месяца, потому что на очередной студенческой вечеринке в общежитии Полина случайно застала выпившего Кирилла в постели с другой девушкой. Объяснений Полина слушать не стала, быстро выбежав во двор и поймав такси, она уехала домой. В сердце появилась боль, она обжигала и мешала смотреть на мир трезво. На телефонные звонки Кирилла девушка не отвечала, а когда он вылавливал Полину во время занятий, клялся в любви, умолял простить за его пьяную выходку, она не хотела слушать бывшего возлюбленного.
Зайдя в студенческое кафе, Полина опять столкнулась с Кириллом. Он схватил девушку под локоть, не давая ей возможность уйти, и с отчаянием произнёс:
– Полина, послушай, давай поговорим. Ну, выслушай же меня, наконец!
Девушка попыталась выдернуть руку, нервно ответила:
– Кирилл, оставь меня! Я не хочу!
Внезапно, бросив взгляд в глубину зала, Полина увидела того сероглазого парня. Он сидел за столиком, их взгляды встретились. Не отдавая себе отчёта в том, что делает, Полина резко произнесла:
– У меня здесь встреча. Мне некогда, извини, меня ждут.
Девушка направилась к столику, за которым сидел парень. Подойдя к нему, она села рядом, наблюдая, как Кирилл со злостью во взгляде разворачивается и выходит из кафе. Сероглазый молодой мужчина насмешливо спросил:
– Твой парень?
Полина повернулась к своему соседу по столику. Он пил кофе, перед ним на столе лежала развёрнутая газета. Без сомнений, он слышал её перепалку с Кириллом.
– Уже нет, – холодно ответила Полина. – Извините, я вам помешала, я сейчас пересяду. Просто, понимаете, иначе я бы не смогла избавиться от него.
– Нет, что вы! Оставайтесь. Я давно хотел сам подойти к вам, познакомиться и угостить чашечкой кофе. – Он улыбнулся, протянул ей руку и представился. – Егор Вольский. А ваше имя я знаю, Полина.
Девушка улыбнулась в ответ и протянула ладонь, почувствовав его рукопожатие, бережное и одновременно уверенное и крепкое.
– Тогда перейдём на ты? – вопросительно посмотрел на неё Егор.
Полина кивнула, соглашаясь. Так они познакомились. Егор рассказал, что он работает звукооператором на местном телевидении, а в училище часто подрабатывает, когда выпускники ставят зачётные спектакли. К тому же преподаватель выпускного курса Батахов ещё по совместительству режиссёр местного театра и его друг.
– Ты знаешь, Полина, – сказал Егор. – Батахов ставит спектакль в театре, но актрису, которая исполняет главную роль, вчера увезли в больницу с приступом аппендицита. Нужно срочно найти замену. Полина, я хочу порекомендовать Батахову тебя. К тому же он сам обратил на тебя внимание, сказал, что разглядел в тебе характерную актрису.
– Во мне? – с сомнением переспросила Полина.
– Да, он хочет рискнуть и позвать неопытную дебютантку. Я поговорю с ним. Он возьмёт тебя, – уверено пообещал Егор.
Так Полина получила свою первую роль. Батахов сразу выделил её, Полину Левину, старательную, серьёзную, вдумчивую и восприимчивую к искусству студентку. Начались репетиции, на которых Полина опять увидела сероглазого Егора. Когда она читала роль, то часто ловила на себе его внимательный цепкий взгляд. После репетиции Егор пригласил девушку в кафе, где они пили кофе и лакомились вкуснейшим пирожным. С этого вечера Егор стал относиться к Полине как к своей девушке. Он провожал её до дому после репетиций, приглашал на выходных в кафе и кино, но при этом не пытался прикоснуться к девушке или обнять её. Он не приставал, как Кирилл, относился к Полине уважительно, придерживаясь определённой дистанции. Егор звонил ей вечерами и спрашивал, как она провела день. Если девушка пропускала занятия, он это сразу же узнавал и приезжал к ней, интересуясь, что у неё случилось.
После того, как студенческий спектакль был поставлен, Егор сообщил Полине, что уезжает в Карелию снимать цикл передач о природе Русского Севера. Полина поняла, что эта новость её огорчила. Она привыкла к заботе и вниманию Егора, и расставаться с ним ей было жаль. Но, поскольку Егор был старше на шесть лет, и у него была взрослая незнакомая Полине жизнь, да к тому же он никогда не делал даже намёка на что-то большее, то девушка решила, что он относится к ней просто как к другу, что считает её недостаточно взрослой для более серьёзных отношений. Полине хотелось большего, но, видимо, Егор считал, что она ещё не готова к этому.
Полина на какое-то время осталась одна, без парня. И тут, как будто специально поджидая подходящего момента, Кирилл вновь возобновил попытки сблизиться с Полиной. Он пытался во всём угодить девушке, задаривал её цветами и подарками, повсюду сопровождал её. И Полина сдалась, уступила. Егор был далеко, у него была своя взрослая жизнь. Он даже в последнее время ей перестал звонить, объяснив, что там, где он будет работать, очень плохая сотовая связь. А Кирилл был рядом, такой заботливый, пытающийся сгладить свою вину. Старые чувства вспыхнули вновь. И опять начался их прерванный роман. Свои сомнения Полина разгоняла мыслью, что неизвестно, вернётся ли Егор к ней. Ведь ни он ей ничего не обещал, ни она ему. Только Батахов, проводя практические занятия, бросал на Полину и Кирилла осуждающий взгляд.
Именно он и был первым, кто сказал вернувшемуся к концу декабря Егору, что Полина опять встречается со своим бывшим. На репетиции рождественского спектакля Полина неожиданно для себя увидела Егора. Её сразу стало понятно, что он всё знает. Егор не подходил к ней, словом не обмолвился. Просто не замечал её. Но они всё-таки столкнулись в коридоре, когда Кирилл ждал Полину после репетиции. Кирилл обнял девушку и поцеловал, когда в коридоре появился Егор. Полина встретилась с ним взглядом и похолодела от страха. В его серых глазах пылал огонь ненависти. С такой неприкрытой сильной неприязнью, направленной на неё, Полина ещё не встречалась. Она поспешила отстраниться от Кирилла и выбежать на улицу.
На следующий день звукооператор, никого не предупредив, не вышел на работу. Батахов названивал Егору через каждые десять минут, но тот не отвечал на звонки. Надя, приятельница Полины и её напарница в спектакле, обратилась при всех к Полине:
– Полина, узнай, что с Егором.
– Почему я? – изумилась девушка.
– Вы же друзья. Ты знаешь его домашний адрес. Сходи к нему, пожалуйста, узнай, что с ним.
– Да, Поля, иди. Я тебя отпускаю на сегодня, – разрешил Батахов.
Девушке ничего не оставалось делать, как надеть пальто и уйти с репетиции. Батахов и Надя правы, нужно узнать, что с Егором. Но, вспомнив его жгучий ненавистью взгляд, Полина засомневалась. Она стояла на автобусной остановке, как ей позвонил Батахов и сказал:
– Поля, умоляю, сходи к Егору. Я без него, как без рук. Сам бы сходил, но, во-первых, мне нужно проводить репетицию, хоть и без звукового сопровождения, а во-вторых, он и, правда, был тебе другом. Так нельзя, Поля друзьями пренебрегать.
– Хорошо, – заставила себя согласиться девушка. – Я схожу, Дмитрий Сергеевич, не переживайте.
– Я верю, девочка, что ты меня не подведёшь, – сказал Батахов.
Слова её преподавателя заставили девушку почувствовать вину, и Полина пошла к Егору. Уже стемнело, когда она дошла до подъезда его дома. Егор открыл дверь, и Полина заметила, как он не смог скрыть удивление. Парень присвистнул и усмехнулся:
– Надо же! Какая краля сама ко мне пришла!
Егор, чуть качаясь, прошел в комнату. Полина поняла, что парень сильно пьян. Это всё объясняло.
– Егор, ты что, не вышел на работу, потому что запил? – изумлённо спросила Полина. Она скинула пальто, но сапоги снимать не стала. Сразу прошла за ним в комнату и увидела пустую бутылку из под водки на письменном столике.
– Тебе есть до этого дело? – усмехнулся Егор и посмотрел девушке в глаза. Его взгляд снова обжигал, в нём было презрение.
– Егор, ты не можешь вот так … – договорить Полина не успела. Парень обхватил её руками и прижал к стене, возбуждённо произнёс:
– Как хорошо, что ты пришла, Полина. Значит, ты всё-таки вспомнила обо мне? Я для тебя что-то значу …. – хриплым голосом произнёс Егор.
Полина почувствовала его горячие губы на своей шее, его пальцы начали торопливо расстёгивать пуговицы на платье.
– Егор, прекрати! – отбивалась Полина. Она уже поняла, что было ошибкой прийти к нему в дом. Молодой мужчина её не слушал. Чем сильнее девушка отбивалась, тем больше раззадоривала его. Девушка почувствовала, как настойчивые руки Егора проникли под бюстгальтер, его горячие ладони обхватили её груди. Парень хрипло произнёс:
– Как мне нравятся твои сиськи, как же я хотел их потискать. Такие большие для такой маленькой девочки.
Его прерывистое горячее дыхание обожгло шею девушки. Полина чувствовала, как его пальцы больно мяли её груди.
– Отпусти меня! Отпусти! – умоляла с отчаянием девушка. На её глазах появились слёзы. Но Егор не обращал внимания на её мольбы, он грубо задрал подол платья и начал стягивать трусики.
– Не надо! – продолжала отчаянно отбиваться девушка. – Прекрати! Мне больно! Я не хочу!
– Не хочешь? – зло усмехнулся Егор. – А разве не ты сама ко мне пришла за этим?
– Нет! Не за этим! Я не знала, что ты способен изнасиловать девушку, которая тебе доверяла!
Егор ослабил хватку и пытливо взглянул Полине в глаза, произнеся:
– Ты сама этого хочешь. Тебе понравится.
Девушка, воспользовавшись тем, что Егор чуть отстранился, вырвалась из его рук и выбежала в коридор. Она дёрнула за ручку входной двери, но та не поддалась. Егор появился в проёме дверей и сказал, наблюдая за тщетными попытками Полины выйти из его квартиры:
– Не изображай из себя недотрогу. Я обращался с тобой как с принцессой, даже дотронуться до тебя боялся. И в этом моя ошибка. Надо было сразу тебя отодрать, как ты и хотела.
Полина заметила, что на кухне чуть приоткрыто окно. « Второй этаж, не очень высоко» – промелькнуло в её охваченном паникой сознании. И не отдавая себе отчёта в том, что она делает, девушка метнулась на кухню. Егор не разгадал её план, но интуитивно последовал за ней. Полина уже забиралась на подоконник и распахивала раму, когда парень грубо схватил её за талию и стащил с подоконника. Он крепко схватил девушку за плечи и прислонил к стене. Его глаза полыхали злостью, когда он произнёс:
– Что ты делаешь, дурёха?! Решила, что лучше стать калекой, чем быть со мной?
Внезапно Егор отпустил девушку и сказал чуть тише, голосом, полным презрения:
– Уходи! Как я мог так ошибаться насчет тебя?! Видел в тебе милую девочку! А ты… пустая, глупая потаскушка. Дешёвка. Уходи, я тебя видеть больше не хочу!
И парень прошёл в прихожую и распахнул дверь. Полина, сдерживая слёзы, схватила пальто и сумочку и выбежала в коридор. Она не помнила, как спустилась по лестнице, как оказалась на детской площадке, где на лавочке закрыла лицо ладонями и отчаянно разрыдалась. Её всю трясло, на теле горели следы его прикосновений, а в голове звенели его последние сказанные ей слова: «Пустая, глупая потаскушка!». Полина пришла в себя только когда окончательно замёрзла. Тогда она подобрала упавшее на снег пальто, надела его и, не торопясь, словно пьяная, пошла по заиндевевшему тротуару.
Парень с холодным взглядом серых глаз
Только согревшись окончательно, понимаешь,
как холодно тебе было прежде.
Карен Мейтленд. Маскарад лжецов
У него глаза такие,
Что запомнить каждый должен.
Мне же лучше, осторожной,
В них и вовсе не глядеть.
Анна Ахматова
Те же слова звучали в её сознании, когда Полина ложилась спать. И проснувшись утром после тяжёлого сна, не принёсшего ей отдыха, девушка заметила, что её подушка мокрая от слёз. Полина плакала во сне. Такое с ней было впервые. Нужно было вставать и начинать новый день. Но девушка не могла найти в себе силы, ей никого не хотелось сейчас видеть. Сама перспектива видеть кого-нибудь вызывала страх. Ещё никто и никогда не называл её такими грубыми словами, как вчера это сделал Егор. Полина вспомнила вновь в сотый раз злой презрительный взгляд Егора, его жестокие резкие слова. Неужели он так сильно её ненавидит?! Неужели она чем-то заслужила его ненависть, грубость и презрение?
Полина встала, заставила себя принять душ и одеться, хотя в голове мелькнула малодушная мысль: « А если сегодня не прийти, заболеть? Ведь я вчера достаточно долго просидела на холоде без верхней одежды». Но девушка сразу же отдёрнула себя. Это будет действительно трусость и малодушие. Егор всё поймёт. И так он презирает её, а этот поступок заставит его презирать её ещё больше. « Нет, пойду. Пусть будет, что будет», – решилась Полина.
На кухне бабушка уже приготовила завтрак и с тревогой взглянула на Полину, спросив:
– Что с тобой, Полечка? Уж не заболела ли? Глаза опухшие, бледная. Ты не простудилась, внученька? Где ты вчера так долго была? И так поздно пришла…
Если бы спросил посторонний человек, если бы в голосе бабушки не было столько тепла, ласки и участия, то Полина смогла бы сдержать эмоции, взять себя в руки. Но искренняя забота, направленная на неё, сломила девушку. Полина села за стол, закрыла лицо ладонями и разрыдалась.
– Полечка, ну, что ты?! Что случилось? Расскажи. Давай-ка выпей чаю. Я свежий чай заварила, со смородиновым листом. Оладушек испекла. Поешь-ка, внученька. Ну, не плачь! Не стоит оно того! Поешь и расскажи всё, кто обидел тебя.
– Он… Он не обидел …. Я сама… Я сама так виновата перед ним! – и девушка разрыдалась опять.
– Полечка, но ведь всё можно исправить.
– Нет, он не простит. Он презирает меня.
– Кто? – бабушка удивлённо посмотрела на внучку
– Егор … – всхлипнула Полина.
Бабушка помолчала, о чём-то подумав, потом произнесла:
– Что у тебя с ним случилось? Расскажи. Я не верю, что ты могла сделать что-то, за что тебя можно презирать.
– Я встречалась с Егором, но как с другом. Между нами ничего такого не было. А когда он уехал, я думала, что как девушка я ему не нравлюсь, только как друг. И Кирилл… мы с ним… А Егор вернулся, узнал. Увидел нас вместе и … – сбивчиво говорила девушка. – Я не знаю, как я могла забыть его измену и опять встречаться с ним. Я же тогда к Егору подошла, чтобы заставить Кирилла ревновать.
– Полечка, пей чай, успокаивайся. И не реви, пойдёшь с заплаканными глазами, – бабушка придвинула внучке чашку чаю и тарелку с оладьями. – Как я поняла, ты стала встречаться с Егором назло Кириллу? А теперь тебе стыдно за это перед Егором?
Полина кивнула. Бабушка продолжила:
– Ты вчера с Егором была?
– Откуда ты знаешь? – вздрогнула Полина.
– Ну, это же разговор с Егором тебя так сильно расстроил, не с Кириллом. Вот что, Полечка, – бабушка погладила руку девушки. – То, что тебе стыдно перед этим молодым человеком, – это хорошо. Это говорит о твоей порядочности.
– Но он же об этом не знает! И так не считает! – в отчаянии произнесла Полина.
– Он всё поймёт со временем, если он относится к тебе серьёзно. И если ты с ним себя правильно вести будешь.
– А как правильно? – насторожилась девушка.
– Сначала реши, кто из них тебе нужен. Если тебя так расстроило то, что Егор тебе сказал, значит, ты выбрала Егора? Если так, тогда прекрати встречаться с Кириллом.
– А если Егор так и не простит?
– Пока ты рассматриваешь Кирилла как запасной вариант, точно не простит. Ты должна показать ему, что ты серьёзная девушка, а не вертихвостка. Всё, внучка, завтракай быстрее, а то опоздаешь на свои занятия.
После разговора с бабушкой стало легче. Полина пошла на занятия. Вечером в театре опять была репетиция. На этот раз Егор был на рабочем месте. Он сделал вид, что между ними вчера ничего не произошло, холодно поздоровался с ней и всё. Полина ощутила боль внутри, поэтому самозабвенно вжилась в роль. Она вдруг почувствовала её настолько пронзительно, что Батахов не мог не заметить этого. Он восхищённо похвалил девушку после репетиции. Полина смутилась, встретившись взглядом со звукооператором, она ещё и покраснела. Ещё перед началом репетиции Полина позвонила Кириллу и попросила его не приходить за ней. Так что из театра девушка вышла одна, и Егор это заметил. Все последующие дни Полина отвечала отказом на все приглашения Кирилла, ссылаясь на занятость. Он больше не встречал её у входа. Полина и в самом деле была занята. Чтобы отвлечься от того, что было так мучительно для неё, девушка проводила много времени в библиотеке, готовясь к семинарам, учила сценарий и отдавала все свои душевные силы в исполнение своей роли. Батахов был очарован, он восторженно говорил, что Полина раскрылась, в ней появился надлом, который делал её игру на сцене выразительной, ярко эмоциональной, драматичной. Полина старалась не искать взглядом Егора, но всё же она замечала, что он, как и прежде, внимательно наблюдает за ней, с восхищением смотрит на то, как она исполняет роль. Но Егор старался не сталкиваться с Полиной даже случайно.
Так прошла неделя. Мучительная неделя одиночества. В понедельник Полина готовилась к зачёту в библиотеке. Она сидела за столом, разложив книги перед собой, и увлечённо читала про театр времён Возрождения. Пьесы Шекспира настолько увлекли её, что Полина не заметила, как к ней подошёл Егор и сел напротив. Только тогда девушка оторвалась от книги.