По Живому

Глава 1 " Городская легенда"

У каждой женщины есть вечер, о котором она не рассказывает даже себе.

Бас долбил из колонок так, что дрожали не только стёкла в панорамных окнах, но и что-то у меня в грудной клетке, будто кто-то методично простукивал рёбра басовым ключом. Пентхаус Димона гудел, светился и вибрировал: целый этаж стекла и понтов над городом. Город внизу, наверное, думал, что здесь происходит что-то важное. Ничего важного здесь не происходило. Просто очередной способ мужика с деньгами напомнить всем, что он всё ещё существует. На террасе кто-то ржал. Не смеялся, а именно ржал, по-лошадиному, взахлёб. Звенели бутылки, падал лёд в бокалы, воздух был густой, как гремучий коктейль: чужие духи, травка и деньги. Много денег. Димон полгода мотался по Европе и вернулся так, будто не просадил там всё до копейки, а лично обчистил Монако. Встречайте, блудный сын, фанфары, шампанское!

Я стояла у барной стойки и гоняла соломинкой тёплый «Апероль» — тот самый момент, когда напиток уже противный, а новый брать лень. Женя в очередной раз что-то доказывал лысому продюсеру с солидным списком помощи молодым и очень талантливым девушкам. Благотворительность красит любого мужчину, особенно если нуждающиеся получали выгодный контракт и парочку украшений.

— Стримы — это не просто игры, понимаешь? — брат размахивал руками. — Это искусство! Это, блин, новый театр!

— Театр, ага, — лысый кивал с лицом человека, который ищет у собеседника кнопку «отцепись по-хорошему».

Братец был в своём репертуаре: худи с надписью «Не твой уровень» и джинсы с дыркой на колене, причём не от Balenciaga, а от старости. Хоть деньги на нормальную одежду у него были. «Имидж человека из народа», — объяснял он с важным видом. Рядом с ним молчаливой тенью торчал Илья Романов. Не танцевал и не пил. В бокале у него что-то прозрачное, а раз этот тип не употреблял алкоголь, методом исключения выходила вода. Не пытался никому понравиться, что в этой обители разврата выглядело почти вызывающе. Одна рука в кармане тёмных брюк, во второй бокал, и лёд в нём он изучал, как отдельное явление природы. Меня его спокойствие то ли успокаивало, то ли настораживало. Такие люди обычно оказываются тёмными лошадками, и дорожку им лучше не переходить.

— Соколова, — раздалось над ухом, и челюсть у меня свело сама собой. Не слышала этого тона шесть месяцев. — Решила почтить нас присутствием? А я думал, ты уже сдохла от скуки в приёмной моей сестрицы!

Даже и забылось, что он именно такой. Я обернулась. Димон стоял слишком близко, как всегда: личное пространство для него было чем-то из философии, а философией он не интересовался. Приставучий парфюм, сигары и та самая харизма самца, который на женщин действовала, как валерьянка на кота. На меня он действовал, как укачивание в маршрутке. Лицо, надо признать, красивое: выбритые скулы, наглая ухмылка, которую хочется стереть чем-нибудь тяжёлым, рубашка расстёгнута ровно настолько, чтобы все успели оценить и татуировку, и крест на цепи, и загар. А в глазах что-то, что я всегда читала как расчёт. Взгляд кота, который четвёртый год караулит одну и ту же птичку и почему-то не теряет надежды, что она сама к нему прыгнет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.