Идеальная семейка. «Двойное предательство», «Отпусти меня…", «Беги!», «Новогодняя снежинка»

Часть 5

— Лиза, что ты задумала? — удивленно спросил Петр Алексеевич.

— Как это, что? Я, вообще, не понимаю, почему ты до сих пор этого не сделал? Папа, извини, конечно, но у тебя, что, что-то с головой? Как ты мог поверить этой женщине вот так, на слово?

— Я же уже объяснил. Слишком много совпадений, деталей.

— Да как ты можешь об этом судить? Мало ли, откуда она все это взяла. Тем более, раз ты говоришь, что столько лет прошло. Тем более, тебе не кажется странным то, что твой родной сын за всю свою жизнь не захотел тебя разыскать, с тобой не общался. А тут, вдруг, его жена взяла и так легко тебя разыскала?

— Да, пап. Я тоже об этом подумала. Что-то здесь не так. — согласилась Катя с сестрой.

— Я же говорил, у нее так сложились обстоятельства. Кроме меня у них больше никого нет. Им нужна была моя помощь.

— И ты решил таким образом свои грехи перед сыном замолить? Перед человеком, которого ты даже не видел никогда?

— А что бы ты сделала на моем месте? — не выдержал Петр Алексеевич.

— Пап, признайся честно, она тебя шантажировала? Она угрожала, что расскажет о твоей измене маме? — спросила Катя.

Петр Алексеевич ничего на это не ответил, просто молчал, опустив голову.

— Ну, вот что. Нужно срочно сделать тест ДНК. Если она соврала, я ее привлеку за мошенничество! — говорила Лиза.

— А, если, нет? — спросила Катя.

— Там уже будет видно. Что мы, племяннице своей не поможем? Кстати, пап, а она, вообще, в курсе, что ты ее дедушка?

— Нет. Настя пока ничего не знает.

— Ну хоть хватило ума не обнадеживать ребенка. — усмехнулась Лиза.

— Девочки, я Вас прошу, маме ничего! Что будет, если она узнает?

— Нет, папа. Это не правильный вопрос. Что будет, не, если она узнает, а, когда? Когда она узнает. Неужели ты думаешь, что тебе удастся это скрывать от нее? Тем более, если эта девочка, действительно, окажется твоей внучкой, что, как по мне, так очень маловероятно. — ответила Лиза.

— Подождите. Давайте не будем делать преждевременных выводов. Нам всем нужно успокоиться и мыслить здраво. Лиза права, тест ДНК сделать необходимо. Давайте договоримся, пока мы не узнаем результат, ничего маме говорить не будем. Зачем ее лишний раз нервировать? А там уже по обстоятельствам. Но мне тоже, кажется, папа, что тебе не удастся долго это скрывать. — сказала Катя.

— Вы правы. — тяжело вздохнув, ответил Петр Алексеевич.

— А я могу сама с ней поговорить? — спросила Лиза.

— С Юлей? Зачем тебе это? Я сам.

— Как это, зачем? Хочу убедиться в том, что она не мошенница.

— Нет, нет. Как ты себе это представляешь?

— Нормально представляю. А что тут такого? Тем более, она одна знала нашего брата, мне интересно, каким он был, чем занимался, что любил?

— Да, я бы тоже хотела бы с ней поговорить. — снова согласилась Катя.

— Ну, я даже не знаю…

— Устрой нам встречу. Если она, действительно, не хочет ничего плохого, не вымогательница, то она не откажется. Мы ведь родные тети ее дочери, получается. Родственницы.

— Хорошо. Я поговорю с Юлей. Только маме ни слова. — сдался отец.

— Конечно. — в голос ответили сестры.

— Мне пора ехать. Я завтра же с ней поговорю и сообщу Вам. — сказал Петр Алексеевич, попрощался и уехал.

— Ну, как тебе такое? — усмехнувшись, спросила Лиза у сестры, когда проводила отца.

— Я в шоке.

— Вот тебе и идеальная семейка! Получается, отец всю жизнь матери врал. Примерный семьянин! — посмеиваясь, говорила Лиза.

Ей, почему-то, это даже нравилось. Не одна она в семье такая неидеальная. Но, несмотря ни на что, она никому не позволит обманывать отца и использовать его в своих целях, она намерена была во всем этом разобраться.

— Мне тоже пора. Вова там, наверное, уже с ума сошел с детьми.

— Да ничего с твоим Володей не случится. Побудет отцом часок. А то ты все на себя свалила. И дом, и детей. Еще и работа. Не надорвешься?

— Не надорвусь, не переживай. Нужно придумать, что ему сказать. Думаю, лучше ему пока тоже не знать правду.

— Скажи, что я с парнем рассталась, а ты меня успокаивала. Лечила мои душевные раны. — сказала Лиза и рассмеялась.

— Отличная идея. Только, поверит ли?

— А ты поубедительнее ври. — продолжала хихикать Лиза.

Ей было абсолютно непонятно и смешно то, что Катя должна перед мужем отчитываться за каждый свой шаг, совершенно никакой свободы в отношениях. Зато Володенька мог себе позволить все, что угодно.

Он мог уехать на все выходные без каких-либо объяснений, оставив Катю одну с маленькими детьми, и считал, что это в порядке вещей, мог задержаться после работы с друзьями или коллегами, даже отдыхать иногда ездил без семьи, и Катя это спокойно проглатывала.

Сама Лиза бы так не смогла. Она слишком ценила свою свободу и свое личное пространство. Нет ничего плохого в том, что Катя натирает полы дома, что заботится так рьяно о детях, старается угодить супругу. Но! Это уместно, если работает в обе стороны.

Если бы Владимир проявлял по отношению к жене такую же заботу, так же ценил бы ее — это совсем другое дело. Но этого никогда не было, и нет. Как будто у Кати и детей своя жизнь, а у Владимира своя, отдельная от них.

Лизе это было совершенно не близко, и она понимала с сожалением, что сестра однажды не выдержит. Рано или поздно эта пружина лопнет. И эта идеальная семья тоже закончит печально. Лучше уж быть не такой идеальной и жить счастливо, чем постоянно стремиться к какому-то идеалу, непонятно ради чего.

Катя тоже попрощалась и уехала. Лизе теперь не терпелось узнать правду и поскорее поговорить с этой Юлией. Перед сном Лиза долго размышляла о том, каким бы мог быть ее брат. И был ли он, вообще, на самом деле.

Кто знает? Может быть у отца и не было никакого сына? Может быть та женщина, с которой у него случился роман, и сама ввела его в заблуждение? Может быть она, если и была беременна после их расставания, то совсем не от него?

А, если это все правда? Что, если эта десятилетняя девочка Настя, действительно, племянница? Что тогда делать? Мать будет в шоке, когда узнает о внебрачном ребенке отца. Это может привести к разводу.

Так нужна ли кому-то эта правда, спустя столько лет? Но, в таком случае, что делать с девочкой? Лиза обожала своих племянников, детей Кати. Наверняка, она сумеет и Настю полюбить всем сердцем, тем более что девочке нужна поддержка, у нее никого нет, кроме матери, если верить Юлиным словам.

На следующий день Лизе позвонил отец и сообщил, что Юля согласна на встречу. Это Лизу, конечно, несколько удивило. Она до последнего думала, что та не решится и, как только поймет, что разоблачение близко, тут же исчезнет.

Часть 6

Перед встречей с Юлией Лиза, почему-то, очень нервничала. Ей пришлось отпроситься с работы на пару часов, для того чтобы прийти на эту встречу, а Кате с разрешения отца директора пришлось отменить несколько уроков.

Юля согласилась встретиться до обеда, пока ее дочь была в школе. Для чистоты эксперимента сестры запретили отцу присутствовать на этой встрече. В назначенное время все трое сидели за одним столиком в кафе неподалеку от школы.

— Юлия, мы не хотим Вас как-то обидеть, но, сами понимаете, мы не можем во все это поверить на слово. Папа сказал, что Вы жена его внебрачного сына, что для нас уже стало огромной неожиданностью.

— Вдова. — поправила Катю Юлия.

— Да, простите. Мы даже не подозревали о том, что у нас где-то есть брат, о том, что он, вообще, существует. Папа никогда об этом не говорил.

— Я понимаю.

— А как Вы узнали об отце? Почему решили его разыскать самостоятельно? Неужели наш брат не хотел этого? Почему он сам этого не сделал? — спросила Лиза.

— Миша узнал о том, что у него есть отец, уже в достаточно взрослом возрасте. Тогда мы уже поженились, и я была беременна. Дело в том, что его воспитывал другой мужчина, которого он всю жизнь считал своим родным отцом. Мать рассказала Мише правду, только когда его отчима не стало. Конечно, это стало для Миши потрясением. Он решил, что, раз он ему не нужен был на протяжении жизни, то и разыскивать его не стоит. Не хотел никому портить жизнь.

— Но Вы, судя по всему, решили иначе. — усмехнулась Лиза.

— Я много разговаривала со свекровью на эту тему. Так как Миша категорически отказался все это обсуждать, а она предчувствовала свой скорый уход, она обо всем мне рассказала. Она думала, что Миша когда-нибудь, все-таки, захочет узнать своего родного отца. Она дала мне имя, сказала, в каком городе живет Петр Алексеевич, рассказала, что тогда он был учителем физики. Я, конечно, запомнила эту информацию, но тоже ничего не стала предпринимать. Я же не могла пойти против своего мужа. Но потом… Потом эта авария… — грустно сказала Юля, ее лицо изменилось, казалось, что она вот-вот расплачется.

— Нам очень жаль. — сказала Екатерина.

— Да. Мне тоже. Понимаете, мы остались с Настей совсем одни. У меня родственников нет, я выросла в детском доме. Мне было очень тяжело… Ситуация становилась безвыходной. Вдобавок ко всему прочему, я потеряла работу. Это окончательно меня подкосило. Кафе, в котором я работала, закрылось, а новое место я долгое время не могла найти. У меня были кредиты, незадолго до гибели Миши мы делали ремонт в квартире, пришлось влезть в долги. Мы ведь не думали, что отдавать их будет так тяжело. В какой-то момент я вспомнила о том, что мне рассказывала свекровь, и решила попробовать разыскать Петра Алексеевича. Он ведь дедушка моей дочери. К моему удивлению, сделать это было совсем не сложно. И вот, теперь мы с Настей здесь. Он поддержал меня, за что я ему очень благодарна. Как только появилась возможность, я продала квартиру там, рассчиталась с долгами, и мы с Настей переехали в этот город. Там все напоминало о плохом… — говорила Юлия.

— Это, конечно, очень грустная история. Мне, правда, искренне, очень Вас жаль, но… — начала Лиза.

— Да я все понимаю. Вы, наверное, думаете, что я какая-нибудь мошенница, что втерлась в доверие к Вашему отцу для того, чтобы тянуть из него деньги. Но я просто хочу лучшей жизни для своего ребенка, я хочу, чтобы у Насти были родные, чтобы у нее была хоть какая-то поддержка в жизни, чтобы был еще кто-то, кроме меня.

— А Вы уверены в том, что Настя его внучка? — не сдавалась Лиза.

— Вы намекаете на то, что нужно сделать тест ДНК? Я не против. Я тоже считаю, что так будет правильно.

— Вот и отлично. Тогда давайте выберем клинику, назначим время и сделаем это. Расставим все точки, для того чтобы понять, как нам всем жить дальше. Если Ваша дочь, действительно, наша племянница, мы бы тоже хотели бы с ней познакомиться. Я стану ей отличной тетей, думаю, мы подружимся. Если Вы, конечно, не против. — сказала Лиза, довольная результатом переговоров.

— Конечно, я не против. Для этого мы и приехали, чтобы у Насти появились родные и близкие люди. — ответила Юлия, на ее лице тоже читалось какое-то облегчение.

— Вы сказали, что работали в кафе. Вы повар? — поинтересовалась Лиза.

— Я кондитер. Сейчас я пока занимаюсь частными заказами, делаю торты, пирожные. Но клиентов пока мало, сами понимаете, новый город, меня здесь еще никто не знает. Но, как только я улажу все текущие дела, буду искать постоянную работу.

— Понятно. — ответила Лиза, подумав о том, что, если все сложится положительно, то она вполне сможет с этим Юле помочь.

Вообще, теперь сестры посмотрели на эту женщину другими глазами. Она как-то располагала к себе. Не производила впечатления какой-то обманщицы или мошенницы. Хотя, никто из мошенников на мошенника не похож. В этом и смысл.

Сестры и Юлия договорились о том, где и когда сделают тест ДНК между Настей и Петром Алексеевичем. Они решили с этим не затягивать. Это было важно для всех. Еще они много говорили о Михаиле.

Юля рассказывала о том, каким он был человеком, чем увлекался, что любил, какие у него были планы на жизнь. К сожалению, на эти разговоры у них было не так много времени, у каждой были свои дела, хоть Лизе и Кате было очень интересно.

Они договорились, что Юля расскажет им еще больше, если тест подтвердит их родство с Настей. В назначенное время они сделали то, что положено. Оставалось только дождаться результата. На всякий случай Юлия пока не стала представлять будущих потенциальных родственников дочери. Мало ли что, всякое может быть. Вдруг, свекровь ошиблась? Этого нельзя было исключать.

А сестры и сам Петр Алексеевич теперь думали о том, как рассказать об этом Татьяне Валентиновне в случае положительного результата. Ведь этот тест ДНК может изменить всю их спокойную и налаженную жизнь.

Сможет ли она найти в себе силы простить эту давнюю измену и принять тот факт, что у ее драгоценного супруга есть внучка на стороне, которой он собирается помогать, с которой хочет общаться?

Татьяна была человеком не самым простым. Она любила, чтобы все было идеально, правильно. Это касалось и работы, и личной жизни. Даже несмотря на свою творческую профессию, а в молодости она сама активно занималась танцами и была частью танцевального коллектива, даже гастролировала в его составе когда-то, она предпочитала прядок во всем, была очень дисциплинированна.

Возможно, благодаря этим качествам своего характера она и сумела стать руководителем. Сможет ли она принять и простить такой проступок мужа? Хоть это и было очень давно, все же, случилось, когда они уже были достаточно продолжительно время в браке.

Часть 7

Наконец, настал день, когда все должно было проясниться. Для того, чтобы избежать лишних вопросов, подозрений и недопонимания в случае чего, сестры, Петр Алексеевич и Юля все вместе отправились в клинику.

Они решили получить результаты исследования на руки в присутствии друг друга. С огромным волнением Петр Алексеевич открыл плотно запечатанный конверт. Его руки дрожали, ведь сейчас, по сути, решалась его дальнейшая судьба.

Конечно, несмотря на результаты, он мог бы и отказаться от внучки, даже если бы этот тест и оказался положительным. Но он был не таким человеком. Он считал своим долгом заботиться о ней, раз в ситуации с сыном смалодушничал и даже не познакомился с ним.

Петр Алексеевич очень об этом жалел. С высоты своих лет он понимал, что поступил нечестно не только по отношению к своей жене, но и к сыну. Конечно, в каком-то смысле повезло, что Мише смог заменить отца другой мужчина, но ведь могло бы и иначе все сложиться, и тогда бы мальчик рос без отца.

От мыслей об этом Петру Алексеевичу становилось горько и стыдно. И он намерен был исправить свой этот проступок, хотя бы по отношению к внучке, он хотел быть для нее настоящим, полноценным дедушкой.

— Ну, папа, что там? — не терпелось Лизе поскорее узнать правду.

— Положительный! Я дед! — объявил Петр Алексеевич, от чего Юля, до этого тоже испытывающая невероятное напряжение, выдохнула с облегчением.

— Невероятно! — воскликнула Катя, она, почему-то, больше всех в этом сомневалась.

В ней говорила сейчас не ревность, ведь ее дети были до этого момента единственными и любимыми внуками Петра Алексеевича. В ней говорил, скорее, здравый смысл. Несмотря на совпадения, эта история казалась ей не очень правдоподобной, она старалась мыслить критически. Но теперь все сомнения отпали.

— Поздравляю нас всех. Ура! У меня есть еще одна племянница! И мне уже не терпится с ней познакомиться! — сказала Лиза, она, кажется, больше всех была рада такому обстоятельству, хоть и понимала, что ее маме теперь будет непросто.

— Сегодня же я все ей расскажу! — радостно ответила Юля.

— Да, поздравляю… — все еще пребывала в растерянности Катя.

— А приходите сегодня все к нам в гости! Я испекла торт, надеялась на то, что все будет хорошо. Настя будет рада. — предложила Юлия.

Ее предложение было принято, конечно, все хотели познакомиться с Настей. Но теперь семейству предстояло решить еще один важнейший вопрос — как представить всю эту ситуацию Татьяне? После знакомства с Настей, которая всех просто очаровала, Петр Алексеевич и дочери отправились домой к Лизе, чтобы посовещаться и решить уже, что делать дальше. Безусловно, теперь они все собирались участвовать в Настиной жизни.

— Ну, пап? Что ты надумал? — спросила Лиза.

— Я понимаю, что я должен во всем признаться. Но я не представляю, как это сделать. Она меня никогда не простит.

— Может и простит. Мама же тебя любит, она понимающая женщина. Мне кажется, она сможет все это принять. — сказала Катя.

— Да? А ты бы своего муженька простила бы за такое? — усмехнулась Лиза.

— Престань! — резко ответила Катя, ее раздражало, что сестра подливает масло в огонь, отец и так весь на нервах.

— Лиза права. Но и скрывать не имеет никакого смысла. Рано или поздно она, все равно, об этом узнает. Тем более, что я, буду тайно с внучкой общаться? Как я девочке это объясню?

— Значит, нужно набраться смелости и все маме спокойно объяснить. Пап, ты не переживай, мы с тобой. Мы тебя поддержим, мы вместе все расскажем.

— Спасибо Вам, родные мои. Я рад, что Вы к этому отнеслись с пониманием. Я, конечно, виноват, и я не снимаю с себя вины, но, раз уж так все получилось, значит, так тому и быть.

— Я предлагаю собраться в субботу у Вас, и все рассказать маме. А сейчас мне пора, я и так уже опаздываю. Поеду. — сказала Катя, попрощалась с родными и уехала.

Петр Алексеевич тоже поехал домой. Его все еще переполняли эмоции. С одной стороны радость от того, что у него появилась еще одна внучка, с другой — страх. Страх потерять супругу, страх того, что она его не простит.

Но, не станет же она разрушать такой крепкий и многолетний брак из-за того, что случилось много лет назад? Тем более, что они всегда считались идеальной семьей, примером для остальных. Вряд ли она захочет портить свой безупречный образ в глазах общественности.

Оставшись дома, Лиза долго размышляла о том, насколько многогранна и непредсказуема жизнь. Еще совсем недавно она считала себя лишней в своей семье, потому что, как будто не дотягивала до их уровня, не была такой идеальной, как все остальные.

А теперь выясняется, что и отец неидеален. Что, и он совершал ошибки. Да еще какие! Лизины выходки по сравнению с этим — детский лепет. Но, все же, Лиза переживала за брак родителей. Несмотря ни на что, ей совсем не хотелось, чтобы они расставались, а это могло случиться.

Она не разделяла Катиного оптимизма, зная свою мать, как человека принципиального. Татьяна Валентиновна, если и простит отца, то не сразу. Им всем будет непросто убедить ее не предпринимать кардинальных мер.

С огромной тревогой Петр Алексеевич ждал предстоящей субботы, когда все тайное должно было стать явным. Татьяна Валентиновна, естественно, была предупреждена о том, что будет семейный ужин.

Она обожала такие семейные вечера, которые в последнее время стали не такими частыми, как бы хотелось, поэтому она была только рада. Катя не хотела, чтобы при этом, практически, интимном разговоре присутствовал ее супруг.

Ей стоило невероятных усилий убедить Владимира остаться дома с детьми. Он и так уже подозревал ее во всевозможных грехах. Ему не нравилась ее таинственность в последнее время, он не понимал, что происходит и все чаще выражал свое недовольство по этому поводу.