Идеальная семейка. «Двойное предательство», «Отпусти меня…", «Беги!», «Новогодняя снежинка»

Часть 12

Катя была, и правда, очень решительно настроена на развод. На следующий день, как она и говорила Лизе, она уже подала необходимые документы в суд. Владимир даже не попытался ее отговорить. Он и сам уже устал от этого брака и постоянного лицемерия.

Естественно, для Татьяны Валентиновны, которая последней из семьи об этом узнала, такая новость стала шоком. Ведь об истинных причинах такого решения знала только Елизавета, а она пообещала никому об этом не рассказывать.

Татьяна пыталась убедить дочь отказаться от развода, но Катя была непреклонна. Сама Татьяна, пока супруг был в больнице, тоже очень много думала о том, как ей быть дальше. Несмотря ни на что, она любила своего мужа и уже не представляла без него своей жизни.

Вот как она будет одна, без него? Ну, оступился он когда-то, есть у него внучка, ну и что с того? Все совершают ошибки. Она тоже не святая. Татьяна решила для себя, что сможет с этим смириться и простить мужа.

Только вот проблема теперь в том, что он сам, кажется, мириться совсем не желает. Слишком уж его задели слова о том, что Лиза ему может быть не родной дочерью. Петр Алексеевич до сих пор не мог понять наверняка, правда это, или нет.

После выписки из больницы, вопреки ожиданиям супруги, он домой не вернулся. Петр Алексеевич решил пожить немного у Кати. Владимир там теперь не появлялся, Петр считал, что Кате необходима помощь с детьми, хоть это и было не так.

Екатерина прекрасно сама со всем справлялась, ведь почти уже бывший муж и так ей особо ни в чем не помогал. Но отцу в его этой просьбе Катя не смогла отказать. Она надеялась на то, что, когда они больше времени проведут вместе, ей удастся убедить его помириться с матерью.

Петр Алексеевич чувствовал себя хорошо, уже вернулся к работе. С Татьяной Валентиновной не общался, но и на развод не подавал. Он, вообще, не говорил еще пока о том, что собирается делать дальше, хоть этот вопрос, естественно, напрашивался сам собой.

Не станет же он постоянно с Катей жить. Ее это не совсем устраивало. Получается, что только что освободившись от мужа, она поселила у себя дома еще одного контролера за порядком в квартире и в ее жизни.

Петр Алексеевич не мог не давать советов, которые касались не только воспитания детей, но и, собственно, быта, что Екатерину через несколько дней начало раздражать. Она хотела, чтобы отец поскорее вернулся к себе домой, но тот, кажется, не торопился этого делать.

Он отвергал все разговоры, касающиеся Татьяны, сразу их прерывал и менял тему. По сути, после случившегося они так и не поговорили ни разу. Взрослые люди, а ведут себя хуже подростков. Катя решила это исправить и устроить им очную ставку.

Она уже знала, что мать к примирению готова, и что простила отца за его давнюю измену. Татьяна даже готова была познакомиться с внучкой Петра и к тому, что муж будет с ней постоянно общаться, что будет ей помогать во всем.

Она понимала, что супруг испытывает по отношению к этой девочке чувство вины. Он ведь так и не узнал ее отца, никогда не помогал своему ребенку, не участвовал в его жизни и воспитании. Ему, примерному семьянину, наверняка, это было очень тяжело.

Во-первых, он, вообще, в принципе, обожал детей, о чем говорила его профессия, а, во-вторых, безусловно, ему невероятно сложно было хранить все это в тайне, потому что он привык всем делиться с женой, даже мелочами. А тут такое.

Наверняка, его мучило, изводило чувство вины за то, что он вынужден врать для того, чтобы сохранить свою семью с Татьяной. Хоть тогда и сохранять-то особо было нечего. В этом он был прав, их брак трещал по швам. Тем не менее, он выбрал ее и их тогда еще единственную дочь.

Конечно, Татьяна не могла полностью оправдать эту измену, но она могла понять и простить. Она очень много думала об этом, представляла себе разные варианты развития событий. Она представила, а что бы было, если бы Петр сразу рассказал бы ей правду?

Приехал бы тогда от друга домой и заявил бы, что у него был роман с другой женщиной. Она, что, разве простила бы его тогда? Конечно, нет. Она бы тут же подала на развод и оставила свою дочь без отца, а Лиза, вообще бы не родилась.

А, если бы Петр позже сообщил ей о том, что другая женщина родила от него ребенка? Как бы она на такое отреагировала? Даже, если бы они и не развелись, это сжигало бы ее изнутри всю жизнь, и, в результате, рано или поздно, это все равно, привело бы к расставанию. Только это расставание случилось бы через ужасную боль.

А сейчас, когда прошло уже столько лет, когда он прожили, надо сказать, счастливую и долгую совместную жизнь, она, конечно, разозлилась, наговорила всякого, но смогла, все-таки, простить, потому что уже не представляла своей жизни без Петра.

Как ни крути, они вместе вырастили прекрасных дочерей, у них есть совместные внуки, их уважают в обществе и ставят в пример другим. Разве Татьяна смогла бы стать той, кем является сейчас, без поддержки мужа?

Когда Катя по просьбе отца приехала к матери за очередной партией его вещей, Татьяна окончательно поняла, что что-то нужно предпринимать для того, чтобы сохранить свой брак. Только вот она понятия не имела, что именно.

— Кать, ну поговори ты с ним. Пусть он домой возвращается. — попросила она дочь.

— Мам, ты что, думаешь, я не разговаривала с ним? Не пыталась? Он категорически отказывается это обсуждать. Как баран упертый. Как только речь заходит о тебе, он тут же меняет тему или уходит от разговора. Я и сама не в восторге, если честно, от того, что он у нас поселился. Он еще хлеще Володи. Тот хоть не лез в мои домашние дела, а папе все не так, да все не то.

— Что же делать? Конечно, ему все не так, потому что он привык к тому, как я веду хозяйство, как я все делаю.

— Вот именно. Поступим так. Завтра же приедешь к нам домой, пока он будет на работе. Я поведу детей развлекаться куда-нибудь и не выпущу Вас из квартиры до тех пор, пока Вы не помиритесь. Дверь он не сможет открыть, в окно не выпрыгнет, девятый этаж. Поговорите, объяснитесь, может к чему-то и придете. Хватит уже. Ваша ссора слишком уж затянулась.

— Думаешь, из этого что-то получится?

— А это уже от Вас двоих зависит. Мам, не отказывайся. Все равно, другого варианта я не вижу. А то Вы так еще сто лет будете ходить вокруг, да около. А я так больше не могу. Я хочу в своем доме быть хозяйкой, а не плясать под очередную дудку. Пусть домой возвращается.

— Хорошо. Я согласна. Только пусть он не знает о том, что я была в курсе.

— Договорились. — ответила Катя довольно.

Часть 13

По дороге домой Катя позвонила Лизе и рассказала о своем коварном плане по примирению родителей. Ей нужна была помощь сестры. Кто-то должен был закрыть их в квартире, а кого еще просить, как не Лизу?

Услышав о том, что задумала сестра, Лиза с радостью согласилась. Она тоже очень хотела, чтобы мать и отец поскорее помирились. На следующий день Катя сказала отцу, что заедет за детьми и они будут ждать его дома, как обычно, тот даже ничего не заподозрил.

К тому времени, когда он вернулся домой, там уже была Татьяна Валентиновна. Она тихонько сидела в комнате и ждала Петра. Как только Петр Алексеевич зашел в квартиру, Лиза, поджидавшая его на лестничной клетке десятого этажа, закрыла за ним дверь на замок, который невозможно было открыть изнутри, а сама отправилась в развлекательный центр неподалеку от дома, где уже были Катя и племянники.

— Я дома! Что-то тихо. — сказал Петр Алексеевич, раздеваясь, он даже не заподозрил, что дверь уже заперта, не услышал, как Лиза ее закрыла.

К его огромному удивлению вместо внуков из комнаты вышла жена.

— Татьяна? Что ты здесь делаешь? — возмутился Петр.

— Как, что? К внукам приехала. Где они? — делала Татьяна вид, что тоже не подозревает о планах дочери.

— Я думал, что они дома. Наверное, Катя решила в магазин забежать по дороге домой. Пойду их встречу. — не хотел оставаться наедине с супругой Петр и попытался открыть дверь, которая, естественно, не поддалась.

— Петь, не уходи. Давай поговорим.

— Нам не о чем разговаривать. Да что ж такое! — не понимал он, в чем дело, безуспешно пытаясь открыть дверь.

— Петь, успокойся. Чего ты так разнервничался? — опасалась Татьяна повторения ситуации с сердцем.

Почему-то, запирая их в квартире, об этом никто не подумал, хотя, следовало бы. Ведь, если у него снова случится приступ, врачи скорой не смогут проникнуть в квартиру. Подумав об этом, Татьяне, вдруг, стало страшно.

— Да что с этой дверью? Где Катя? Я сейчас ей позвоню. — достал Петр телефон и набрал Катин номер.

— Слушаю тебя, папуль. — ответила Екатерина тут же.

— Кать, ты где? Что за шум? Здесь с дверью какая-то ерунда. Она не открывается. Ты знаешь, в чем может быть дело?

— Знаю, папуль. Она заперта.

— Что? — обалдел Петр Алексеевич.

— Мы с детьми в развлекательном центре, и не вернемся домой до тех пор, пока Вы с мамой нормально не поговорите и не придете к какому-то решению. Хватит уже ерундой страдать. Раз Вы ведете себя, как дети, значит так с Вами и надо обращаться.

— Так это ты, что, специально все устроила? — все еще был удивлен Петр Алексеевич, он не ожидал от своей любимой Катеньки такого подвоха.

— Специально, специально. Приятного общения. Пока. — посмеиваясь, ответила Катя и завершила разговор.

— Это ловушка. — констатировал Петр.

— В каком это смысле? — все еще делала вид Татьяна, что не понимает, о чем речь.

— Это дети нас специально закрыли, чтобы мы с тобой поговорили, наконец.

— Вот, дают! — сделала Татьяна удивленный вид.

— Зачем? О чем нам разговаривать? Все и так ясно.

— Что тебе ясно, Петенька? Мне вот, ничего не ясно.

— Ясно, что мы друг друга никогда не простим. Стоит ли пытаться? Мучиться?

— Ты ошибаешься, Петя. Я уже давно тебя простила. И ты меня прости, за то, что не сдержалась и наговорила тебе всякого. Я, правда, никогда тебе не изменяла, а сказала это от злости и от обиды.

— Простила? — как-то растерянно спросил Петр.

— Простила. А как иначе? Я поняла, что ты молчал столько лет, чтобы сохранить нашу семью, боялся признаться. А то, что изменил… И это простила. Значит, не серьезно там было, раз ко мне вернулся. А то, что внучка есть. Что ж, я не буду мешать Вам общаться. Как ни крути, родная кровь. — говорила Татьяна, а Петр слушал ее и не верил своим ушам.

Он был уверен в том, что Татьяна никогда не сможет его простить, никогда не поймет. Поэтому даже и пытаться не хотел мириться, не хотел в очередной раз унижаться и испытывать боль от отказа. Да еще и не до конца был уверен в ее верности после всего ей сказанного.

— Спасибо. — сказал Петр с каким-то облегчением.

— А ты мне веришь? Ты веришь в то, что я была тебе верна? Я хочу, чтобы мы с тобой больше никогда к этому вопросу не возвращались. Ты готов закрыть эту тему навсегда?

— Готов, Танечка, готов. — радостно ответил Петр и обнял, наконец, свою супругу.

— Петенька, возвращайся домой. — прошептала она.

— Да, любимая. Я так соскучился. — ответил Петр.

Теперь они не торопились выйти из этой квартиры, им и так было хорошо. Они еще долго беседовали, обсуждали семейные дела, перемены, которые происходят, строил планы совсем, как раньше, до того, как все произошло.

Лиза и Катя так и не дождались звонка от родителей, а возвращаться домой уже было нужно, поэтому, они решили вернуться без предупреждения. У дверей квартиры они прислушались.

— Что-то тихо. Может быть они уже поубивали друг друга? — прошептала Лиза.

— Да ну тебя! — ответила Катя и открыла дверь.

У порога стояли собранные сумки с вещами Петра Алексеевича, а родители сидели на кухне и пили чай.

— Мам, пап, все в порядке? — спросила Катя, довольно глядя на них.

— Все в порядке. Нам пора ехать домой. — ответил Петр Алексеевич, не сводя глаз с супруги, которая светилась от счастья.

— Я Вас подвезу. — сказала Лиза, тоже с радостью понимая, что Катин план сработал.

С этого дня жизнь семьи снова наладилась, за исключением, конечно, Катиного развода. Она так и не отказалась от него. Она по-прежнему считала это самым верным решением и ругала себя за то, что не развелась с Владимиром еще раньше.

Все равно, отцом он был никудышным, а после развода стал с детьми времени проводить даже больше, чем до этого. На квартиру он претендовать не стал, алименты исправно платил, а, главное, что он оставил Катю в покое и дал ей жить своей жизнью, так, как она хочет.

А хотела Катя многого. Она планировала идти вверх по карьерной лестнице и, однажды, занять папино место. В личной жизни она тоже крест на себе не поставила, ходила иногда на свидания и не исключала того, что повторно выйдет замуж, если встретит подходящего мужчину.

Спустя какое-то время после примирения, Петр Алексеевич познакомил свою внучку с супругой. Татьяна Валентиновна отнеслась к этому спокойно, сама, конечно, близко так и не стала общаться с девочкой, но мужу не запрещала этого делать, что всех устраивало.

В Лизиной жизни тоже все было замечательно. Она много работала, теперь еще и в компании Юлии, которую она устроила в тот же ресторан на должность кондитера, они стали настоящими подружками.

С личной жизнью тоже все было в порядке, но теперь замуж она не торопилась, боялась снова совершить ошибку. Что же касается ситуации с признанием матери, хоть и липовым, Лиза, все-таки, сделала тест ДНК втихушку, так, на всякий случай.

Он, конечно же, показал положительный результат. Петр Алексеевич, действительно, был ее родным отцом. Но, зная теперь свою идеальную семейку, ничему не приходится удивляться. В тихом омуте, как говорится…

ДВОЙНОЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВО