Ну не люблю я тебя! Обреченный брак. За все нужно платить. Измена. Забытая любовь – позднее счастье
- -
- 100%
- +
— Нет, нет, что ты. У него было больное сердце. Но ты же знаешь его, он никогда не обращался к врачам, все храбрился и откладывал. Вот и дотянул. Ой, доченька, что теперь будет? — плача говорила женщина.
— Мамочка, мамочка, милая моя. Что за напасть на нашу семью? — Настя тоже тихо заплакала.
Женщины сидели, обнявшись некоторое время и плакали. Вопреки ожиданиям врачей и самой Антонины, Настя приняла эту новость достойно. Никакого нервного срыва и истерики у нее не случилось. То ли сыграли роль успокоительные, которые ей давали ранее, то ли она просто пришла в себя.
Она понимала теперь, что если начнет истерить и убиваться, то сделает своей маме еще больнее. Этого она не хотела. Теперь мама — это единственный родной человек на всем белом свете.
— Мама, что нужно делать? Я выпишусь.
— Нет, Стас всем займется. Он должен уже приехать. Доченька, тебе нужно еще здесь побыть, нужно заняться здоровьем. Не волнуйся.
— Мам, ну как же ты без меня?
— Ничего, все в порядке. Ко мне сестра приедет, не переживай. Подумай сейчас о себе.
— Хорошо, мамочка. Но, пообещай мне, что ты тоже о себе позаботишься.
Антонина Сергеевна еще долго сидела с Настей. Женщины горевали вместе, вдвоем было не так страшно принять это горе.
Стас же, после того, как узнал о кончине тестя чуть не запрыгал от радости. В его голове созрел план. Он понимал, что Настя теперь сможет с ним беспрепятственно развестись, поэтому нужно было принять меры для того, чтобы это не произошло. А, так же, он понимал, что на наследство жены он не имеет никаких прав, поэтому, чтобы не потерять свое завидное положение, а тем более, стать полноправным владельцем всего этого, ему нужно постараться.
Своей истерикой и нестабильным эмоциональным состоянием Настя сама дала ему подсказку. Он решил, что единственный выход — это довести жену до сумасшествия. Тогда он сможет объявить ее недееспособной и, как законный супруг, сможет распоряжаться тем, что ей принадлежит. «А там еще и до тещи дело дойдет, она же тоже не вечная!» — думал он про себя с улыбкой.
Уже почувствовав себя хозяином, Стас раздал указания на работе и помчался в больницу, чтобы самому, как можно жёстче сообщить супруге новость о смерти отца, в надежде, что у нее снова случится истерика и она тронется рассудком от горя. Поэтому, первым делом, он залетел в палату к жене.
Когда он увидел, что Настя и Антонина Сергеевна сидят, обнявшись и плачут, он понял, что опоздал. План провалился. «Но ничего, не все еще потеряно!» — подумал он про себя.
— Стас, ты уже был у главврача? — спросила Антонина Сергеевна, увидев зятя.
— Нет еще, я сначала хотел проведать Настю. Ну как Вы?
— Мама, я хочу, чтобы он ушел. — громко сказала Настя.
— Стас, пожалуйста, сделай то, о чем я тебя попросила. — строго сказала Антонина Сергеевна, совсем не в свойственной ей манере.
Стас молча вышел из палаты. Он даже ощутил какую-то угрозу от тещи. До него стало доходить, что эта женщина не такая безвольная и покладистая, как он думал раньше. Не зря же Степан Евгеньевич любил ее всю жизнь, ни за пироги же, значит у нее все-таки есть характер. И в данной ситуации для Стаса это не очень удачный поворот.
Часть 13
Еще день Настя провела в больнице. Нет, она не смирилась со своей бедой, по-прежнему тяжело переживала потерю ребенка, но кончина отца заставила ее взять себя в руки. Теперь она переживала больше за убитую горем мать, и понимала, что просто не имеет права расклеиваться в этот момент.
Она сразу вернулась в родительский дом, в котором все изменилось. Все, конечно же, было на своих местах, мебель, растения, даже папино любимое кресло было на месте, но казалось, что из дома ушла душа. Дом, как будто выдохнул и остался без воздуха, с замершем состоянии, а занавешенные зеркала придавали ему мрачности и, как будто, кричали о боли, которая осталась в этом доме с его обитательницей.
Стойко державшаяся в больнице Антонина только дома окончательно осознала весь ужас произошедшего, и казалось, была совершенно безутешна. Когда приехала Настя и обняла мать, ей стало немного легче, потому что родственники, приехавшие по такому печальному случаю, так и не смогли дать ей поддержки. В такие моменты только самые родные могут облегчить страдания.
На следующий день были похороны. Они прошли, как и полагается для людей такого масштаба, на высшем уровне. Все сливки города отметили своим присутствием это мероприятие. Все выражали соболезнования вдове и дочке, а в глазах у всех читался один единственный вопрос: «Что будет дальше?».
Всем было интересно, как наследники станут распоряжаться тем, что осталось после Степана Евгеньевича. Он, конечно, был глыбой, большим человеком, все это прекрасно понимали, а теперь как? Кто займет его место?
Многие делали ставку на Стаса, который уже практически чувствовал себя хозяином этого города. Он не стесняясь пожимал руки самым важным людям, обещал им такие же условия сотрудничества, как и при жизни тестя. Только кое-кто сомневался в состоятельности этих обещаний и скептически относился к его возможной, безграничной власти.
После того, как все разошлись, и в доме остались только самые близкие, Стас решил начать действовать. Он понимал, что ему необходимо вернуть доверие жены, поэтому стал звать Настю домой.
— Я не поеду, Стас. Я не оставлю маму.
— Настя, но у нас своя семья, а ты — моя законная жена. Или ты забыла об этом? О твоей маме позаботятся.
— Ты не понял? Я с тобой никуда не поеду! — резко ответила Настя.
— Ты что, опять на конфликт нарываешься? — шипел Стас, схватив жену за руку.
— Я просто не хочу тебя видеть. Я с тобой развожусь! — крикнула Настя и вырвалась.
— Ну это уж вряд ли! Теперь ты точно этого не сделаешь!
— А в чем дело? Ты же сам хотел этого развода. А теперь нам ничто не мешает.
— Ну конечно, размечталась! — рассмеялся Стас.
— Ты же не любишь меня. И я тебя не люблю.
— При чем здесь любовь? Дура! Теперь я с тобой никогда не разведусь, богатая ты моя наследница!
— Дело в наследстве?
— А ты что подумала, глупышка. — все еще смеясь, нагло, говорил Стас.
— Здесь тебе не светит. Я все равно подам на развод.
— А теперь послушай меня, женушка! Если ты хоть шаг сделаешь в сторону ЗАГСа, я тебе устрою такую веселую жизнь! А если понадобится, запихну тебя в психушку. Еще никто не забыл, какие ты умеешь устраивать истерики. Да и склонности к суициду как раз кстати придутся. Не глупи! Будешь вести себя тихо, все останутся довольны. — серьезным и угрожающим тоном говорил Стас.
— Ты мне угрожаешь? — смело ответила Настя.
— Так и есть. И на этот раз я советую тебе прислушаться.
— Убирайся из этого дома.
— Я то уйду, а ты подумай. Теперь у тебя нет защитника. Даю тебе несколько дней оплакать папеньку, а потом, чтобы дома была и улыбалась. Теперь я твой хозяин! И смотри мне, без глупостей! У меня руки длинные, сама знаешь, тем более сейчас.
Стас ушел, а Настя, до этого момента державшаяся, рухнула на диван и расплакалась. К ней вышла Антонина Сергеевна, которая слышала весь их разговор от начала до конца. Она тихонько стояла за дверью и решила не вмешиваться. Ей нужно было окончательно все понять про зятя. Теперь у нее уже совершенно не осталось сомнений на счет этого мерзавца.
Часть 14
Антонина тихонько подошла к Насте и стала гладить ее по голове.
— Тихо, тихо, девочка моя, успокойся. — ласково говорила она.
— Мама, Стас…
— Я все слышала.
— Мне жаль, что ты слышала. Я не хотела тебя беспокоить.
— Ничего, я давно уже догадывалась, что не все у Вас гладко. Говорила я отцу, не по-людски это, выдавать дочь абы за кого, без любви. Но ты знаешь папу, разве он послушает, один бизнес на уме, чтоб он провалился… Всю жизнь тебе испортил.
— Да ладно, мама. Я тоже хороша, он же не силой меня выдавал, я сама согласилась. Думала, поживем, он меня полюбит, появятся дети… — и Настя расплакалась еще сильнее.
— Ничего, дочка, мы справимся. Все равно у нас выхода другого нет.
— Что мне делать, мама?
— Разводиться, конечно же.
— Но ты же слышала его!
— Да что он сделает, этот твой Стас. Так, одни слова!
— А наследство?
— Я видела папино завещание. Там только наши имена.
— Ну и что. Он же мой муж.
— Это пока. Тебе нужно проконсультироваться с юристом. Я в этом не сильна, но даже я понимаю, что он ничего не будет иметь после развода. Вот поэтому так и трясется, боится все потерять. Только с тактикой он прогадал.
— Да, ты права, нужен юрист. Только так, чтобы он ничего не узнал. Я предполагаю, что теперь он будет за каждым моим шагом следить.
— Так и есть. А как же твой Сашка? Он же юридический, вроде, заканчивал?
— Правда, мама! Как я о нем не подумала? Совсем ничего не соображаю уже. Я ему сейчас же позвоню!
— Вот и займись этим, если не хочешь всю жизнь с нелюбимым маяться. — сказала Антонина и пошла отдыхать.
Настя не стала терять времени и тут же позвонила другу.
— Саш, привет.
— Привет, Настюш, прими мои соболезнования. Извини, что не был на похоронах. Подумал, что я там не к месту.
— Это ничего. Спасибо тебе. Сашка, мне нужна твоя помощь.
— Что нужно сделать? Говори, ты знаешь, я все для тебя…
— Ты мне сейчас нужен как юрист, ну и как друг…
— В чем проблема? Что-то с завещанием?
— Нет. Давай встретимся, и я все тебе расскажу. Ты сможешь приехать к нам домой?
— Куда именно?
— А да, в родительский дом. — уточнила Настя, вспомнив, что у нее теперь два адреса.
— Конечно. Только давай завтра с утра?
— Хорошо. Я буду тебя ждать. Спасибо тебе!
— Пока не за что. Я приеду обязательно, разберемся. Вы как там вообще, держитесь? Как Антонина Сергеевна?
— Все эти события доконали ее. Сначала я, потом папа… Да еще и все в раз.
— Да, я о тебе тоже слышал, мне очень жаль.
— Мне тоже. Но ничего, мы стараемся держаться.
— Ладно, не раскисай там, завтра поговорим.
— Пока.
Настя положила трубку и ей на секунду показалось, что все проблемы скоро исчезнут. Даже минимальное общение с Сашкой возвращало мысленно ее в те безмятежные, счастливые и беззаботные времена их детства, когда они твердо стояли друг за друга. С ним она всегда чувствовала себя спокойно и уверенно, она была настоящей.
Ночь далась Насте тяжело. Она то и дело просыпалась. Ей снился Стас, его смех, снилось, что он душит то ее саму, то ее маму. К утру, окончательно поняв, что выспаться не удастся, Настя стала готовиться к приезду Сашки.
Она подошла к зеркалу и поняла, что сейчас выглядит даже хуже, чем обычно. Махнув на это рукой, она пошла на кухню, где встретилась с мамой.
— Ты чего так рано поднялась? — встревоженно спросила Антонина.
— Не смогла больше уснуть. А ты? Тебе плохо?
— Нет, нет, все в порядке. Только тоже не спится. Да и какой тут сон… — грустно сказала она.
— Мам, может нам уехать куда-нибудь?
— Может и уехать. — равнодушно ответила Антонина.
— Я серьезно. Давай съездим куда-нибудь. Подальше от всего этого. Хоть на время. А?
— Давай, сначала решишь все свои дела, а там посмотрим. Что Саша, он поможет тебе?
— Сказал поможет. Только он же не практикует. Ну, в любом случае, ему можно доверять, если что, посоветует кого-нибудь.
— Ну да. — сказала Антонина и принялась готовить завтрак, по сложившийся за много лет привычке.
Часть 15
Сашка не заставил себя долго ждать. Он приехал даже раньше, чем предполагала Настя. Она его встретила и пригласила позавтракать.
— В чем дело? Колись. — говорил Сашка, прихлебывая ароматный кофе.
— Я хочу развестись! — гордо объявила Настя.
— Созрела все-таки. В чем проблема?
— Проблема в том, что Стас не даст мне развод.
— В смысле, не даст развод? Его несогласие на развод не имеет значения.
— Как это?
— Я понимаю, что замуж ты выходила, как в каменном веке. Но сейчас, открою тебе секрет, в современном обществе, не нужно всю жизнь маяться с нелюбимым мужем и терпеть его до конца дней своих. — со смехом сказал Сашка.
— Саш, я серьезно. Мне не до шуток.
— Я тоже. Процедура проста. Подаешь заявление, Вам дают время на примирение, оно истекает, Вы не примиряетесь, брак расторгают. Все. Будет сложнее, если у Вас есть споры, например имущественные. Но, зная Степана Евгеньевича, я так полагаю, что все, что у Вас есть, было записано на тебя еще до брака? На наследство твое он так же претендовать не может. Общих детей у Вас нет. Извини. — прервался Сашка, понимая, что невзначай задел больную тему.
— Ничего. Продолжай.
— Да на этом и все. Единственное неудобство — это затраченное время. А так, все просто.
— Это хорошо. — задумчиво сказала Настя.
— Ты мне, кажется, не все сказала.
— Понимаешь, я его боюсь… — несмело призналась Настя.
— Что он сделал? — тут же взорвался Сашка.
— Пока только угрожал. Он сказал, что запихнет меня в психушку, если я подам на развод, оформит на до мной опеку и будет жить припеваючи.
— Вот гад! Да уж, интересно, как он собирается это сделать?
— Когда я узнала, что потеряла ребенка, я очень бурно отреагировала, даже слишком. Кричала, что не хочу жить, все такое. В общем, он хочет этим воспользоваться, якобы, я могу причинить себе вред.
— Он пудрит тебе мозги. Не слушай ты его. Мало ли кто что кричал в состоянии стресса и горя?
— Еще он намекал, что может и маме вред причинить, якобы, она не вечная.
— Ну, а это уже серьезнее. Если он напрямую угрожает ее жизни, это уже статья.
— Да в том то и дело, что он ничего не говорил напрямую, но было понятно, что нам стоит опасаться.
— Да уж.
— Я боюсь.
— А ты не бойся, мы что-нибудь придумаем.
— Он сказал, чтобы я вернулась домой через несколько дней.
— Идеальный вариант, конечно, было бы его изолировать, чтобы он глаза не мозолил и нервы не трепал.
— Как? Он теперь чувствует себя хозяином всего этого и намерен всем завладеть на самом деле.
— Настя, ну ты же взрослая, умная. Ты же понимаешь, что это только его мечты. Каким образом он завладеет?
— А если он правда что-нибудь сделает?
— Если бы у него были мозги, он бы без предупреждения, сделал и все. А так — это пустой треп. Зачем предупреждать жертву преступления о том, что ты собираешься совершить? Чтобы встретить большее сопротивление? Ты сама подумай. Он просто хочет внушить тебе страх. Чтобы ты добровольно подняла лапки и все ему сама отдала.
— И ему это почти удалось. Вот сейчас слушаю тебя и понимаю, какая я дура.
— Ты не дура, ты просто расстроенная и напуганная женщина. — с нежной улыбкой сказал Сашка.
— Спасибо тебе. Что бы я без тебя делала?
— Да ладно. С документами я тебе помогу, остальное — дело техники.
— А если он придет за мной и… — не могла подобрать слова Настя.
— Драться что ли с тобой начнет?
— Ну да.
— Сразу вызывай полицию. Всегда держи наготове диктофон, на случай угроз или других откровений, мало ли. Я что-то не увидел в доме охраны. Где все?
— Мама всех отпустила.
— Ну совсем бдительность то не теряйте. Горе горем, конечно. Да хоть от того же Стаса, но защитят.
— Ты прав.
Их разговор прервала Антонина Сергеевна, которая вышла поздороваться с Александром. Она очень давно его не видела и даже удивилась, в какого взрослого и статного мужчину он превратился.
— Здравствуй, Саша. Как у тебя дела?
— Все хорошо, Антонина Сергеевна, примите мои соболезнования.
— Спасибо. А что Вы здесь сидите? Шли бы в сад, там так хорошо сегодня. — обратилась она к друзьям.
Настя и Саша послушались и пошли в сад. Они еще хотели поговорить, нужно было обсудить конкретные действия и меры, на случай агрессии от Стаса.
Часть 16
Друзья уселись на лавочке в саду. На той самой, на которой сидели еще в детстве, делились своими мыслями и мечтами.
— Какая красота! Здесь ничего не изменилось. — сказал Саша, глядя на Настю.
— Да, только мы теперь взрослые, и у нас куча проблем. — грустно ответила она.
— Ты не переживай. Это все решаемо. Не бойся, ничего он тебе не сделает. Ты его просто не пускай в дом, не общайся с ним. Настя, он поднимал на тебя руку?
— Это не важно.
— Как это не важно? В общем, можешь не отвечать. Не зря ты так напугалась. Хочешь, я поговорю с ним по-мужски?
— Нет, не вздумай, защитник! — заулыбалась Настя.
— Ну да, это тоже не выход. Но я бы его разорвал! Будем действовать в правовом поле. Квартира, в которой Вы живете записана на тебя до брака?
— Да.
— Отлично, значит она и останется твоей. После развода ты сможешь его выселить оттуда. А на фирме твоего отца он, я так понимаю, сейчас управляет всем?
— Не совсем так. Мама говорила, что сейчас там главный Георгий Петрович. У Стаса, конечно, тоже весомая должность, но папа не допускал его к управлению.
— Это уже лучше. Хорошо бы его вообще убрать оттуда, потому что рано или поздно он поймет, что останется ни с чем, он может начать вредить.
— Это верно. Он непременно так и будет делать. Да и вообще, я так поняла, что папа в последнее время не очень был доволен его работой.
— Тем более, значит Георгий Петрович должен быть в курсе. Нужно, чтобы ты или мама с ним поговорили.
— Я боюсь, что он придет мстить нам. Он такой жестокий человек.
— Не бойся. Делай так, как я тебе сказал. Диктофон, камеры. Если объявится, и ты почувствуешь угрозу, сразу звони мне. Ничего, мы избавимся от него. А если он перегнет палку, то сядет.
— Главное, чтобы не было поздно…
— Про охрану не забудьте.
— Сегодня я поговорю обо всем с мамой. Мы решим этот вопрос. До сих пор не понимаю, почему ты не работаешь по профессии. Зачем тебе это сельское хозяйство? Ты же классный юрист!
— Ты же знаешь, что мама очень хотела, чтобы я получил юридическое образование. Она так много для этого трудилась, что я просто не мог ей отказать. А сельское хозяйство, фермерство — это моя стихия. Я столько всего узнал, сколькому научился. У меня появилась мечта, к которой я потихоньку иду. А юрист я так себе, если честно, обычный, не выдающийся.
— Да ладно. — засмеялась Настя самокритике Сашки. — А что за мечта? Ты мне не рассказывал.
— Я мечтаю иметь собственную ферму. Хочу разводить там животных, выращивать растения. Мечтаю иметь там красивый дом.
— С красивым забором и садом?
— Да. А рядом чтобы непременно был пруд, в котором я со своим сыном буду рыбачить по утрам.
— Ты и сына намечтал! А жена с дочкой будут выращивать цветочки и кормить Вас всякой вкуснятиной? И огород должен быть, да?
— Конечно! Как в деревне без огорода?
— Какая классная мечта! А вокруг тишина, простор. Я бы тоже мечтала так жить!
— Ты представляешь, я даже нашел подходящее место, где можно будет все это осуществить…
— Так в чем проблема?
— Все банально. Как и всегда — в деньгах. Да и не встретил я еще такую, которая готова бы была переехать в деревню, трудиться вместе со мной, разделить все тяготы. Говорю, как в книжках! — рассмеялся Сашка сам над собой.
— Я бы поехала.
— Настя, не шути так. Ты же знаешь, что я бы об этом только мечтал. Если бы у нас был хоть один шанс, я бы им непременно воспользовался. Но твои родители…
— Все меняется. Мы с тобой вернемся к этому разговору, когда все закончится. — улыбнулась Настя.
— Я запомнил! — серьезно сказал Саша.
— А что с деньгами? Почему ты раньше не сказал? Я бы давно тебе помогла.
— Ты что, женщина, с дуба рухнула?
— В смысле?
— Я что, по-твоему, сам не в состоянии? Я почти уже скопил нужную сумму. Еще возьму кредит, инвестора найду или компаньона.
— Я не хотела тебя обидеть.
— Еще несколько месяцев и все наладится. Маму перевезу на свежий воздух. Все будет хорошо!
— Замечательно. Я желаю тебе в этом нелегком деле успехов.
— Но не забудь, что ты обещала вернуться к нашему вопросу.
— Я не забуду. — смущаясь, наверное, впервые в жизни при разговоре с Сашкой, ответила Настя.
Часть 17
После того, как Настя распрощалась с Сашей, Антонина Сергеевна вызвала ее на разговор. Она была задумчивая и мрачная, судя по всему намечалась серьезная беседа.
— Ну как, Настя, Саша поможет тебе?
— Да, мама, он все уладит. Он мне объяснил, что все не так страшно.
— Я хотела поговорить с тобой о твоем муже.
— А что о нем говорить? Скоро он исчезнет из моей жизни.
— Вот именно об этом и хотела поговорить. Я приняла решение. Нужно уволить его. Я не хочу, чтобы он приближался к делам фирмы.
— Я тоже хотела тебя попросить, чтобы ты поговорила с Георгием Петровичем.
— Я уже имела с ним разговор. Стас натворил там дел. Отец был очень им недоволен. Но раз ты решилась на развод, больше нет смысла держать его там. Он вредит. А нам это ни к чему. Фирма и так почти на грани.
— Что? Мы разорены? Это все из-за Стаса?
— Нет, нет. Все плохо, но не критично. Ты сама знаешь, что это дело мы начинали с отцом еще в молодости, и кое-что я тоже понимаю, но я не способна управлять им. Для меня это слишком сложно. Единственный человек, которому я могу доверять в данной ситуации — это Георгий Петрович, но, дочь, всех деньги меняют. Кто может дать гарантию, что и он нас не предаст?
— К чему ты клонишь, мам?
— Я хочу продать бизнес.
— Продать? Это Ваша с папой жизнь!
— Папы больше нет, а для нас с тобой это будет лучше и безопаснее. Ни ты, ни я не справимся, а доверив дела чужому человеку, даже самому преданному, мы все быстро потеряем.
— Ты права. Но что же делать?
— Отцу еще при жизни предлагали продать завод. Я думаю, что, когда мы с тобой вступим в наследство, мы так и сделаем, если ты не против. А пока нужно решить вопрос со Стасом. А то через полгода и продавать уже нечего будет.
— Ты права, мама.
— Я уже дала распоряжение. Сегодня ему объявят о том, что он уволен.
— Да уж, я представляю, как он будет зол. Мама, нам нужно срочно вернуть охрану. И еще, Сашка сказал, что на всякий случай нужно бы установить несколько камер и записывать наши разговоры. Если он будет угрожать или предпримет другие действия… Ну ты поняла… В таком случае, мы сможем привлечь его к ответственности и тогда уже точно от него избавимся.
— А это хорошая идея.
— Ты что задумала? Ты собираешься его спровоцировать специально? Нет, мама. Мы не будем этого делать!
— А по-другому он тебе жизни не даст.
— Он, конечно, мерзавец. Но это не честно.
— Конечно, посидим, подождем, когда он сам придет нас убивать. Такие как он не останавливаются. Это его единственный шанс всем завладеть. Мы должны себя обезопасить.
— Ты думаешь, что охрана не справится? Мы же не в боевике живем, это не фильм. Что он сможет сделать?
— Ох, доченька. Ты даже не представляешь, чего в молодости я перевидала, когда начинался этот бизнес. Сколько раз отцу угрожали, сколько разборок было, раньше не церемонились. Ты даже не представляешь, на что способен человек в погоне за большими деньгами.
— Мы предпримем все меры. Мне кажется, ты переоцениваешь ситуацию. Сейчас и времена не те.
— Да уж. Бандюги переоделись в дорогие костюмы, вот и вся разница.