Вешки. Трагедия русской деревни
- -
- 100%
- +
Корректор Таня Станчиц
Фотограф Таня Станчиц
© Александр Кованов, 2023
© Таня Станчиц, фотографии, 2023
ISBN 978-5-4496-3901-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие автора
Вешки…
Наверное, прочитав поэму, житель деревни скажет: «Ух, ты! Как про мою деревню написано. Только название другое…»
Всё может быть.
Вешки – собирательный образ. Может, и было когда-то такое село на необъятных просторах Родины.
Вешки – маленькие вехи огромных исторических событий и потрясений, которые произошли в нашей стране за последние сто лет.
Было такое село. Богатое и шумное.
Было, да сплыло…
Заросло бурьяном и берёзовым подлеском, скрывающим в себе догнивающие срубы домов да остатки печных труб, в которых завывает ветер.
Пусто и дико.
Вон – на пригорке, в высоченной лебеде да лопухах поскрипывают калитки заржавленных оградок деревенского погоста.
Здесь когда-то жило много людей…
Молодёжь уехала в большие города за счастьем. Перекочевали в иные места их родители. Остались, в основном, старики, решившие дожить свои дни там, где веками жили их предки.
Крепкие старики. Кряжистые, как вековые деревья, с огромными мозолистыми руками и взглядом… Взглядом, похожим на тот, с каким взирал когда-то Господь Вседержитель из-под купола храма.
Крепкие и мудрые старики… Соль земли и её первооснова. Краеугольный камень, на котором держалось и держится государство русское из века в век.
Крепкие и трудолюбивые старики… Над которыми государство измывалось и проводило всяческие эксперименты. Благодарило за труд и хлеб, и тут же, нещадно грабило. Потому что у русского крестьянина всегда есть что отнять.
Всепрощающа и многотерпелива русская деревня.
Смотрит она на нас, и ждёт.
Ждёт, когда мы начнём относиться к ней по-человечески – с должным уважением и почтением.
Кованову Федулу Павловичу
Гудко Марко Даниловичу
Ковановой Анне Игнатьевне
Гудко Евфимии Васильевне
Кованову Ивану Федуловичу
Ковановой Марии Марковне
Ковановой Анне Ивановне
Соколову Ивану Никаноровичу
Соколовой (Станчиц) Ольге Андреевне
и всему русскому крестьянству
П О С В Я Щ А Е Т С Я
КовановАлександр Николаевич(февраль 2019 г.)Пролог
Вешки
Сёла – как сёстры в России:единокровны земле.Вечно в мозолях, босые,хлеб да вода на столе.Только на праздник престольныйломятся в хатах столы.Кабы не звон колокольный,так бы не вышли из мглы.Вешки в семнадцатом векебарин один заложилтам, где сливаются реки……Сам он в них толком не жил,а заезжал за оброком,да на своих вороных,порку считая урокомлучшим для всех крепостных.Триста дворов, улиц – восемь,храм Покрова на бугре.Жителям знамо, что осень —лучшее время в селе.Летом – работа, работа…То сенокос, то пастьба…С запахом крови и потаела хлеба голытьба.Как только царь Манифестомсделал свободными всех,Вешки попёрли, как тесто…К тем, кто трудился, успехбыстро пришёл… Не скупиласьнаша земля за труды…Если бы, вдруг, не случилосьв мире нежданной беды…Смута волной покатилась:свергли царя, и войнаследом за этим… Свершилосьто, что пророчили! …Снав избах не стало впомине —ждали беду за бедой.Кровушка в жилушках стынет…Каждый второй, молодой,либо калекой вернулся,либо в окопах пропал……Зверь кровожадный проснулсяс тысячей огненных жал…(октябрь 2017 г. СПб)Богоборцы, ликбез и продразвёрстка
(1918 – 1921 г.г.)
1
А после залпа «Авроры»люди с умишек сошли:всё о политике спорывместо работы вели.Кто за царя и за веру,кто-то держал как секреттягу к лояльным эсерам…Но большинство – за Декрет,землю российским крестьянампообещавший навек.…Слишком доверчив к смутьянамрусский простой человек…Свято уверовав в чудо,имя одно, словно клич,стало знамением людям —ЛЕНИН ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ.2
Всё хорошо поначалубыло у нас на селе.Новая власть размещалановую весть о землев виде «Декрета» повсюду.А комиссар объяснялвсем обездоленным людямкак документ изменялв лучшую сторону сразужителей Вешек уклад…Дескать, согласно указубудет земельный раскладделаться всем по иному:поровну землю делитьдали приказ агроному.…Люди, конечно, хвалитьначали эту затею:«Вот, красотища-то, брат!Хватит жалеть богатеев,нас обобравших стократ!»…Видел я хмурые лицатех, кто работать умелне собираясь делитьсяс теми, кто в небо свистел.Но… Пригрозили наганом,и припугнули тюрьмой…Землю отняли для рвани,что побиралась с сумойи не хотела ни разупалец о палец – тук-тук…– Всё же похерят, заразы!Им же неведом ни плуг,ни борона, ни лопата…Люди! Зачем им надел?!Правят могилы горбатых!– Ленин вот так захотел…3
В осень пришли комиссарыБога из Вешек изгнать.Кто не согласен – на нары,кто недопонял – согнатьк церкви и вместе устроитьздесь показательный суд.…Батюшка – Тихон Петрович —проклял на месте иуд,и был расстрелян в приделевместе с детьми и женой…Красные быстро хотеливеру разрушить. ВинойБогу вменялось, что вера —опиум прошлых времён.Значит, и высшая мераздесь применима! …И Он,Бог наш, за нас же распятый,стал вне закона теперь.Самой невинной расплатой —Господа выгнать за дверьбыло бы очень уместно,чтобы людей не винить.– Было бы знать интересно:кем нам Его заменить?!– Кем заменить? А ликбезом!– Чой-то, скажи-ка, за бес?Мы не якшаемся с бесом!!!Тьфу ты, на ентот ликбез!!!Тут комиссары заржалитак, что звенело стеклов раме библейской скрижали:– Вот же ты темень! Село!Грамота Бога заменит…Ты, вот, умеешь читать?Или, по собственной лени,хочешь как прежде витатьв мраке бесплодного дела?Где всемогущий твой Спас,если попа от расстрелаон почему-то не спас?!Грамота… Это так важно!Чтобы любой понимал,чтобы прочувствовал каждый —есть поважней идеал:Равенство, Братство, Свобода!Выбор здесь ясен и прост.Это важней для народа,чем одурманивать мозг…– Мы же веками молились!Как это – Господа нет?!– Вы бы сейчас удивились,если бы с неба ответтут же раздался…Не слы-шу…Боже, ты там?Или нет?Может, и был…Но весь вышел.Вот вам, крестьяне, ответ!После бойцы из отрядацерковь за час разнесли…Всюду сорвали оклады,утварь и ткани снесли,и загрузили обозом,чтобы отправить в уезд.…Слышали люди угрозы:«Если кто двинется с мест —сразу же пулю схлопочет!Голову шашка снесёт!Если Иисус ваш захочет,может, от смерти спасёт!»Колокол сбросили наземь.В кучу иконы снеслии подожгли…Не наказанбогоотступник!В пылимироточила иконаМатери Божьей…Смотри!Бог на Руси вне закона?!Нет!Он остался внутрикаждого сердца живого…Бог для крестьянства – Отец,вместе с которым готовылюди терновый венецвзять и на душу примерить…Так, чтобы кровь по венцу!…Разве не могут не веритьдети родному отцу?!4
Год или два были радылюди, не ведая зла…Новая власть с продотрядомв Вешки однажды пришла.Всем голодающим людибыли готовы помочь:«Делимся! С нас не убудет!Пусть убирается прочьголод от братьев-рабочих!Что мы, не люди? Дадимхлеба и мяса, и прочейснеди… Даёшь, как один!»Разве добру протестуют?…Но продразвёрстки метластала мести подчистуюиз погребов, со стола.Чисто мела по амбарам,и по сусекам скребла…То, что не отдано даром,силой закона брала.Выпив всю водку и брагу,и покуражившись всласть,всех несогласных к оврагувыгнала новая власть.Сытого, даже отчасти,разве голодный поймёт?…Тех,кто восстал против власти,вмигуравнял пулемёт…(октябрь 2017 г. + февраль 2019 г. СПб)Вешки вздохнули…
(1922 – 1927 г.г.)
После Гражданской зажилизаново Вешки…С душой…Раны на сердце зажили…С чувством и верой большойлюди наделы пахали,стали село возрождать……Только, вот…Бога отняли…пообещав благодатьравенства, мира и братствав новой огромной стране,распределявшей богатствавсем по труду… По веснелюди сбивались в артели,вместе хозяйство вели.По-человечьи хотелижить на просторах земли…Щедрой земли на отдачутем, кто трудился на нейсам по себе, не батрача……Стало застолье сытнейи накопились запасы…Люд на селе богател,став не безликою массой,именно тем, кем хотел —нужным Отчизне народом,крепким кормильцем для всех.Чтобы затем, год за годом,множить крестьянский успех.Поздно, попавши в трясину,хрупкую слегу корить……Понял народ, что с грузиномкаши ему не сварить…(октябрь 2017 г. СПб)Коллективизация
(1927 – 1932 г.г.)
Дело испортить благое —много не надо ума.Пахаря сделать изгоембыло желающих тьма…Кто на земле не трудился,грыжи сохой не нажил —тот на добро покусилсятех, кто по праведе жил.Тем, кто на митингах глоткидрал за права бедноты,стали колхозы находкойи воплощеньем мечтыкак, ничего не имея,ни за душой, ни в хлеву,разбогатеть, и сильнеесделаться враз наяву.В двадцать седьмом, на XVсъезде решён был вопрос:«Для трудового крестьянствалучшее место – колхоз!»И, как всегда, без условий,сверху назначен был враг,в бедах народа виновный —вор и грабитель – «кулак»!…И понеслась по просторамслухов надуманных рябь:«Бей негодяя и вора!То, что награблено – грабь!»«Контрой отъявленной» сталите, кто с дубьём и ружьёмпротив решения встали,чтобы стоять на своём.Контра, не контра? Рассудят.может, потомки за нас?Трудолюбивые людиили грабительский класс?Те, кто имели хоть что-то —избу, коров, лошадей —названы были «оплотомгнойных кулацких идей».Их, как и тех, что сражалисьза урожай и за скот,по лагерям не сажали,а отправляли «в расход».Евших из глиняных мисокмясо, ни свет ни заря,тех, в «подкулачников» списоки, прямиком – в лагеря……Грабили сёла нещадно…По «окладному листу»,брали картошку и рядно……Выдрали доски в мосту,чтоб не угнали скотинупо хуторам и в тайгу……Даже сапог за полтинуне оставляли «врагу»…Старых и малых сбивали,словно баранов, и… в путь.Косо взглянул? Убивали……Самую русскую суть,самую сильную силу…Без уточненья виныбыстро согнали в могилулучших кормильцев страны.Люди шептались: «Вступайте!Сами вступайте! Не тоскажут и вам – «прощевайте»…Вы, дескать, тоже – «никто».И на собраньях колхозныхвласть выбирала во властьтех бестолковых, бесхозных;тех, что умеют украстьвместо того, чтобы с миромземлю родную пахать……Петька, вон, стал бригадиром.То, что алкаш он – начхать!В Вешках теперь председательТимка Макеев – «Калач».Люди гутарят: предательи дезертир, и палач.Сам он к германцам метнулся,сам же своих убивал.А в 18-м вернулся,и лошадей воровал,и продавал их цыганам…В петлю загнал свою мать…После припёрся с наганомхлеб у своих отнимать.Парочка – Тимка да Петька —«хлебный» сварганили дом,хрен отличая от редькис очень великим трудом.Вовремя сеять не стали —высохло в поле зерно.…Щурился с карточки Сталин,словно кричал им: «Г..но!»Ферма, что начали строить,в зиму сгорела дотла……Кроет Тимошенька, кроетматом Петрушу-«козла»…Сено осталось в покосах,грянули скоро дожди.Копны подгнившие в осеньтолько свезли… Впереди —зимние стужа и вьюга,а у начальства – кутёж.…Начал косить всю округуполуголодный падёж…Вскоре приехал на «эмке»к нам из губернии «зам»……Петьку поставили к «стенке».Тимка повесился сам.Стал председателем «пришлый»из городских… Приказалвспять поворачивать дышло,всех на кукан нанизал.Зорко следил, чтобы людив поле, с темна до темна,вместе корячились… «Будетс хлебом родная страна!»Люди галдят: «По приказув поле хлеба не взойдут!»Он им: «На вас-то, заразы,быстро управу найдут!Пообленились, заразы!Сталин вам, что – не указ?!»…Но громогласьем приказаон, к сожаленью, не спасВешки от голодоморав тридцать втором… Не сумел…Сам же расстрелян был скоро —плюнуть в Наркома посмел…(октябрь 2017 г. СПб)Кабала
(1932 г.)
План на озимые далибольше в два раза, чем был.Вешки тихонько роптали:«Уж-то, нас Бог позабыл,что насылает нам муки?Что нам, подохнуть совсем?Где же отыщутся руки,чтобы осилить посев?Вся молодёжь разбежаласьв город за лучшей судьбой…Самая малость осталасьтех, кто в работе любойможет себя со сноровкойнужной всегда проявить —сладить с конём и коровкой,сноп, так как надобно, свить.Уж-то, там, сверху, не знаютто, что гутарит народ?В будущий год выпадаетснова к беде поворот.Бабки по верным приметамопределили – грядёт…Нет!Не скончание света!Голод и мор…Недород…»Но исполкомовец Раскиндал однозначный ответ:«Всё это – бабкины сказки.Бога, товарищи, нет!А, что касаемо беглых,тех, кто покинул село —всех возвернём…И оседлостьправилом, беглым назло,станет законом железным:Паспорт имеешь? Живив городе…Будешь полезным?То и к тебе —по любви…Стало быть, сельскому людупаспорт не нужен совсем.Беглых в деревне не будет!Ясно, товарищи, всем?»Ропотом площадь накрыло:«Что ж так, крестьян-то родных?И при царе так же было…Что мы, опять в «крепостных»?Как же нам в гости?В больницу?Как нам на рынок попасть?Даже во сне не приснитсято, что придумала власть…»«Дело решаемо, братцы!» —Раскин прикрикнул в ответ —«Надо на рынок собраться?Сразу ступай в сельсовет,и получай по законусправку с печатью о том,что ты отпущен из дому,и возвращаешься в дом».«Раскин! Ответь для проформы,или ступай себе на…Трижды нам подняли нормыпо госзакупкам зерна!» —выкрикнул кто-то, скрываясьгде-то в серёдке толпы —«Я вон, пашу, надрываясь.Баба, вон, вяжет снопы…Как же нам выполнить этот,трижды завышенный план?!…Или опять от Советов —кукиш, брехня и обман?!Вновь продразвёрстка? Ответь-ка!Снова придёт продотряди, как при Тимке и Петьке,будет нас драть всех подряд?!»«Кто это свару затеял?!Кто это воду мутит?!Кто там, о шкуре радея,прячась за спины, вопит?!» —Раскин, скрипя желваками,взглядом буравит народ —«Снова от вас «кулаками»и «подкулачником» прёт?!»Глякось, как распетушился!Нас на «ура» не возьмёшь!» —выкрикнуть кто-то решился —«Что ж, ты никак не поймёшь,что не осилить нам плана.Нету в запасе семян!Или рождён ты по-пьяни,или же, попросту, пьян?Или ты, Раскин, зараза,ночь перепутал и свет?Хлеб не растёт по приказу!!!Вот тебе Вешек ответ…»(октябрь 2017 г. СПб)Голодомор
(1932 – 1933 г.г.)
1
В осень дожди зарядили…Сеяли в грязь, как могли.Люди по полю ходилив жиже, не чуя земли.А в октябре потеплело,словно по-летнему, вновь…Вырвалось, зазеленеловсё, что посеяли… В кровьбыли истоптаны ноги…Вешки свалил ревматизм…Люди, конечно, не богино, проявив героизм,сами решили засеятьземлю зерном яровым……Чтобы жила мать-Расеяхлебушком не дармовым…Сделали доброе дело —тут же ударил мороз.Всё, что взошло – почернело……Люди жалели до слёзто, что зазря погубили,следуя воле ЦК,столько зерна… Подрубиливласти тогда мужикатем, что, не зная порядка,гнали скорее пахать…Сеять? Лишь по разнарядке…А на природу – начхать!Снега почти не видалиэтой зимою поля…Люди почти что рыдали —мёрзнет родная землявместе с зерном, что весноюбыло б залогом того,что им не станет виноюсамоуправство… Егобольше всего и боялись…Раскин узнает – каюк!И, однозначно, не жалясь,быстро отправит на юг…Нет!Не России…Таймыра!Заступ вострить в мерзлоте……Даже лихие задирыразом заткнулись… А те,кто против воли районасеял весенний запас,дома сундук похоронныйперебирали не раз…2
Влаги полям не хватило.Всюду проплешины пруттам, где зерно не всходило.…Попусту траченный трудстал основанием чёткиморганам НКВД —Вешки принять в разработкупо саботажу… Везде,в каждой избе и сараешорох такой навели……Дескать, крестьяне скрываютхлеб у себя… Как моглилюди, спасаясь, бежали —кто в города, кто в леса.Тех, кто остался, прижалитак, что полезли глаза…Тридцать расстрелянных… Сорок —на эшелон, и в КарЛАГ.…И, никаких оговорок!Всех припечатали – «враг»!На яровые прислалив Вешки худое зерно…Где его, черти, держали?Было подгнившим оно…Сеяли и материлисьв поле тогда мужики:«Всё! До портков разорились!Всё! Ни кормов, ни муки!»Засуха грянула разом…Пекло такое пришло —хуже чумы и проказы……Словно всемирное зловырвалось скопом из ада…«Где Ты, Господь? Отзовись!Дождика! Дождика надо!Господи, Боже, явисьи пожалей нас, убогих,сгорбленных в тяжком труде……И позабывших о Богев этой нежданной беде…Господи! Ты ж, милосерден!Видишь страданье людей!Сохнут и небо, и тверди…Дай же нам, Боже, дождей!»…Небо немое молчало,солнце палило хлеба…Это и стало началомголода… «Видно судьбанам подыхать… А, селяне?» —люд потихоньку ворчит —«Кто нас схоронит? Помянет?Что же, район-то, молчит?»Но не явилась подмогак жителям Вешек тогда…Ни от уснувшего Бога,ни от властей… А беда,знамо, одна не приходит —люди не зря говорят.Был уж октябрь на исходе…В Вешки пришёл продотрядв сопровождении ротывооружённых солдат. … Остановили работы,и предъявили мандат:«Каждому жителю Вешексдать по три пуда зерна!»Всем… Невиновным и грешным,стало быть, братцы, хана!Люди кричали: «ПобойтесьБога! Откуда зерно?Надо – ищите и ройтесь!Но не найти все равновам трёхпудовых запасовни в закромах, ни внутрибрюха… Народные массывсе истощали… Смотри!»Тщательно, долго искали,но ничего не нашли…А, как устали фискалить,в ход кулачищи пошли,и сапоги, и приклады,и матюги заодно:«Где же вы прячете, гады,мать вашу, это зерно,что продотрядцам умелымсроду его не сыскать?По уголовному делу,всех – под статью, вашу мать!»И, как урок, для острастки,чтоб дурака не валялбольше народ, лично Раскинв гневе троих расстрелял.3
Все поначалу бодрились,думали: «Сладим с бедой!»…за зиму съесть умудрилисьвсё, что казалось едой:клей, ремешки, и коренья,что накопали, траву……к Сретенью вспухла деревня……и побрела наявубледная Смерть по подворьями просторам земли……и на погост, на угорьеполупокойники шли……шли, и ложились к могилам —головы к предкам склонить…У голодающих силыне было, чтоб хоронитьтех, кто сподобился Богудушу тихонько отдать…«Сколько же ждать нам подмогу?Сколько ещё голодать?»Голос народного стонавесь воедино собралШолохов… С тихого ДонаСталину лично писал.Сталин ответил: «Напрасновы так волнуетесь. Тамголода нет. Всё прекрасно.Меры приняв по местам,мы разберёмся суровос теми, кто слух распустил…Будьте, товарищ, здоровы!Добрых свершений и сил»Тех, кто нашёл хоть немногов поле худых колосков,Раскин наказывал строго.А приговор был таков:«Три колоска? На три годатрудлагерей по суду».…Так «помогали» народув эту лихую беду…Беглых ловили повсюдуи, по этапу – в КарЛАГ.Сколько погублено людук тридцать четвёртому… Враг,к нам приходивший с войною,столько за раз не губил……Что сотворил со страноютот, кто людей не любил —стало огромным секретомвека двадцатого… Но…Но перед Богом ответане избежать все равнони палачам безымянным,ни палачу-усачус бандой его окаянной……Плачу…Молюсь и молчу…Сгублено голодоморомради высоких идейэтой проклятою своройсемь миллионов людей…Волей «отца всех народов»(чтоб ему в пекле гореть!),Вешки в голодные годывымерли разом на треть…(октябрь 2017 г. СПб)Большой террор
(1935 – 1939 г.г.)
1
Так, на подорванной вере,Вешки воскресли… Селовыжило, по крайней мере,и не пропало… Смоглозаново силой собраться,как и бывало всегда…Где ж мужику расслабляться?Пахота, сев и страда —Троица жизни крестьянской,голод – двоюродный брат…Вешкам, как помощь, германскийтрактор прислали… Не радбыл только мёртвый, пожалуй,этой машине в селе.…Так грохотал, что дрожалосамоё сердце в Земле…Улицы Вешек оделив праздничный яркий кумач.На колокольню воздели«символ» – сусальный калач.Двинул на митинге Раскинречь о совместном труде,жизнь превращающем в сказкус техникой новой везде.Что заживётся крестьянамв индустриальной страневесело, сыто и пьяно,будто бы в сказочном сне.Будут машины работать:землю пахать и доить.Смогут рубаху заштопать,и молоком напоитьмалых детей в колыбели…Бороды даже побрить!Что это всё, в самом деле,Сталин сумеет внедрить.Бабки шептались: «НародуСталин в беде не помог…Это не сбудется сроду!Снова надуть под шумок,видимо, тужится Раскин…Только старается зря…Мы разуверились в сказках.В тех, где восходит зарясветлых времён над Отчизной,мачехой ставшей для масс…Нет! Не бывать коммунизму!А, если… То не для нас…»2
Киров убит… И в народеснова волненье и страх:«Только наладилось, вродежизнь на колхозных паях…»Вновь надоедливый Раскинстал на собраньях селапеть об «особой окраске»нового, страшного зла.Дескать, троцкистские гады,скрывшись под ликом «своих»,сеют раздор… Значит, надобыстренько выявить их.И, как на грех, среди люда,что испокон проживалздесь… отыскались «иуды»(помнил бы, точно б назвалвсех поимённо… но времястёрло, увы, имена…) —подлое, гнусное племя…Тех, кого наша странамного и часто рожала,как незаконный приплод……На поводке их держалавласть, как надёжный оплот —бывших всегда наготовевыразить гнев, осудить,чтоб на законной основе,в лагерь «врага» засадить.«Правда» писала, что Сталинбыл недоволен весьматем, что «двурушники» сталисеять в народных умахмысли негодные, вражьи,вредные новому дню.И, что обязан их каждыйуничтожать на корню.Чтоб изничтожить прослойкиновых идейных врагов,он «чрезвычайные тройки»,первым из важных шагов,сделал для чистки от скверны,корни пустившей везде…С помощью славных и верныхорганов НКВД.И становился суровейкаждый кремлёвский указ…Это, для жаждущих крови,стало командою: «Фас!»И понеслось… Без разбора…Всех, кто виновен и прав,грызла голодная свора,честь и законы поправ.3
Осенью тридцать седьмогогоре до Вешек дошло.Ниткою тракта прямого,к людям нагрянуло зло…С виду-то, парень как парень,много таких наяву.В кожанке новенькой – Харин —«опер» из ОГПУ.Молод, красив и подтянут,выбрит всегда и холён.Образ, который обманетс первого взгляда… Силён!Мышцы под формой играют,ладно ушитой… Идёт,девки вокруг обмирают…Бровью слегка поведёт,зыркнет на них, улыбнётся,ручкой поманит – «Иди!» —девичье сердце взметнётсяптицей крылатой в груди…Только вот, этот красавец,как тут душой не криви,стал палачом… Он, мерзавец,Вешки утопит в кровии наведёт в них порядоккрепкой рукою… Держись!…В самой серёдочке Адалегче покажется жизнь……Видимо, этого парнядьявол в кармане таскал…Тут же он в книге амбарной«скрытую контру» сыскал:Рыков, Зиновьев, Бухарин —трое простых мужиков……Только увидел в них Харинветочки от корешковчёрной, троцкистской заразы…Тут же их в список занёс,и поутру, по приказу,их привели на допрос.Каждый был накрепко связан.Харин пытался узнатьправду о родственных связях —может, отец или мать,или двоюродный дядька«контрам московским» родня?…Тихо допрашивал, гладкопервую треть ото дня…Что мужики бормотали?Дали ли нужный ответ?Или молчаньем достали?…Вытащил Харин кастет,чтоб убедить поскорееих подписать протокол…Может, мозги просветлеют?…Только случился прокол —Не сознавались, заразы,в родственных связях с «врагом»!…Рыкову зубы, все сразу,выбил палач сапогом.И, призывая к ответу,двух мужиков молодыхбил он кастетом…Кастетом —в голову,в рёбра,под дых…Сутки прошли? Или двое?Время утратило ход…Всё подписали… Все трое…Этой же ночью «в расход»были отправлены сразу.…Харин народу сказал:«Долго скрывались, заразы!Но я вину доказал!»4
Помнится, нынешним летомвосемь мальчишек-ЗКк нам возвратились… К ответуих привлекли по УКза колоски, что собралив поле они матерям…А по закону – украли!Суд пригвоздил к лагерям.Сроки мальчишки отбыли.Каждый своё отмотал.Видно, вину искупили……Харин иначе считал…Обыск провёл так, «как надо»,даже на крышу залез.Сам же подкинул для «гадов»пачку листовок, обрез,два револьвера и чистый,штампом заверенный, листсправки на выезд… И быстроХарин клеймо «террорист»каждому в дело впечатал…«Тройки» недолог был суд,и приговорец с печатью……Мамки уже не спасуттех восьмерых, что старалисьсемьи от смерти спасти,взяв колоски… Упирались,и не хотели идтидети в расстрельную яму.Но, под штыками пошли…Людям кричали упрямо:«Что ж это?! Крайних нашли?!Это не наше! Смотрите,как «доказуху» нарылХарин…» …Истошные крикизалп из винтовок накрыл…5
Снова пришла директива:«Нужно привлечь беднякови, создавая активы,выявить сеть кулаков,что расплодились в колхознойнашей, советской среде.Всех их, пока что не поздно,быстро искать и везде.И наказать их сурово,и на корню разорить«гнёзда осиные»… С кровью,вытравив их, подаритьрадость свободы народу,радость победы – ЦК.Чтоб не бывало уродовв наших колхозах, рукабить их должна беспощадно,не предавая земле!…Чтобы светло и отраднолюдям жилось на селе…»Слышал я, бабки судачат(наш-то народец речист):«Первым попал под раздачупервый в селе тракторист —Фрол Тимофеев… Трудяга,коих немало в селе…Первым, под ленинским стягом,он проложил по землепервую борозду в поле,первым закончил страду……Трудолюбивее болевряд ли в селе я найду…»За трудовые успехиорден вручили в Кремле……Это не стало помехойХарину, навеселе,вызвать его к сельсовету,и принародно спросить:«Как умудрился ты, это,крышу железом накрыть?Дом пятикомнатный… Ладный…Деньги откуда, подлец?»Фрол отвечает: «Да, ладно,уж то тебе, молодец,люди ещё не сказали,что мне, впридачу, в Кремлепремию крупную дали…Вот и стоит на земледомик мой новый… Завидно?Я-то, работал, а ты…»…Харину стало обидно…И «комитет бедноты»тут же признал тракториставором, который влекомжадностью… Был активистом —сделался, вдруг, «кулаком»…Фрола держали в подвалеровно неделю… К немуновых и новых сажалиодносельчан… Не пойму,как исхитрялся увидетьХарин в крестьянах врага?Как умудрялся предвидеть,через четыре шага,что, дескать, этот колхозник,вроде, ещё не «кулак»,станет им, рано иль поздно…Значит его, если так,нужно немедленно, сразутак давануть, чтоб пищал.Чтобы кулацкой заразойдобрых людей не смущал…Утро холодное… Осень…Лишь горизонт посерел,Фрола, и с ним – двадцать восемьодносельчан, на расстрелвывели. И под конвоем,к яме погнали, в лесок…Бабы царапали с воемсопровождавших бойцов,в ноги бросались, кричали,что невиновны мужья…Тут же ответ получалив душу – прикладом ружья…Кратко, спокойно и чёткоХарин прочёл приговори приказал, чтобы тёткивстали вон там – на бугор.Быстро прошёлся вдоль строя,веточку поднял с земли,выпятил грудь и, героем,сухо скомандовал: «Пли!»…Бабы просили: «Позволь намнаших мужей схоронить…»Он им ответил: «Довольнобудет землёй их прикрытьтам же, на месте расстрела.Так – по закону! А то,быстро сварганю я дело,если задумает ктовыкрасть расстрелянных гадов,и втихаря закопать…Надо, товарищи, надо!Надо закон соблюдать!»Вечером бабы кидализемлю лопатами вниз…Солоно-горько рыдали…Видят – живой тракторист!Чиркнула пуля, залилсякровью висок… С головой —полный порядок! Дивился,Фролушка сам, что живой…Харин в людей, для контроля,всё же забыл пострелять…Спрятали бабоньки Фролатак, что его не сыскать!С ним – Никодима. Он тожевыжил, хотя был тяжёл…«К Сталину необходимо» —как-то поведал им Фрол —«К Сталину надо! ИначеХарин угробит село!Сталин же вождь! Это значит,примет героя, и злобудет наказано свыше…И не сносить головыХарину…» Молвил, и вышелправду искать…До Москвы…Люди потом говорили,что до Кремля он дошёл.Там мужика накормили.Жалобу принял на стол —что вы?Не Сталин!Куда там!Наши ли беды видны…? —принял к себе делегатастароста нашей страны… …Выслушав Фрола, Калининдолго рассказывал само продвижении линийпартии к нашим умам.И сожалел: «Перегибыместо имеют в селе…Вы, как крестьянин, могли бынам помогать на землестроить открыто и честноновую жизнь для людей…Харина сразу на местовместе поставим… Идеймного у власти, так скажем…Нужно их все воплощать!Харина крепко накажем!Это могу обещать!»Вышел Калинин… И тут жечетверо в штатском вошли:«Вас приглашает на ужинСталин… Вставай, и пошли…»Фрол растерялся: «Да, как же…Мне тут, Калинин сказал…»«Быстренько», – вымолвил старший —«Сталин позвать приказал…»…Фрол торопился, и топалбыстро, не чувствуя ног,но, бедолага, прохлопал —ждал у ворот «воронок»…Быстро его отрубилимощным ударом в висок……А на Лубянке добили…Вывезли ночью в лесок,и прикопали… И скоровышел в газетах отчёт:«Взяли бандита и вора.Только один недочёт —«враг» был убит… Он готовилкрупный теракт под Москвой.Выстрел его успокоил……Сталин, конечно, живой!