Элуры (Клинок Наулавы)

© Юрий Ковецкий, 2022

ISBN 978-5-0059-0572-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЭЛУРЫ

ПЕРВЫЙ ШАГ

Эльф Джей шёл по лесу уже третий день, направляясь в самое сердце живого леса. Там, как говорилось в древних преданиях, в центре этой труднопроходимой чащи, должен был быть курган с захоронением древней расы, когда-то жившей в этих местах.

Этот лес никем так и не был заселен, все из-за того, что он всегда отвоёвывает свое место обратно. Эльфы пытались не раз прорубить прямую дорогу в империю чтобы не двигаться по пустыне вокруг леса, но участок просеки, который прорубался днём, за ночь прорастал молодыми саженцами, стоящими еще плотнее друг к другу, чем до этого. Когда срубали и эти саженцы, то наутро они прорастали еще более плотным ковром, а за неделю молодые деревья вырастали в свой полный рост и становились обычными деревьями. Эльфийские маги, да и не только они, никакой магии не смогли обнаружить, но приостановить рост деревьев не могли.  Аиноир,

Из-за этих сложностей пробиться через деревья и кустарники было особенно трудно. За весь день Джей пробрался не так далеко, да еще смутное сомнение, что он заблудился, никак не покидало его. Переночевав, Джей упорно двинулся дальше. Поругавшись из-за пустяка с родными, эльф решил отправиться в небольшое путешествие. Он даже не попрощался, а просто оставил записку. К концу пятого дня своего пути он совсем выбился из сил, пробиваться сквозь лес, конечно, стало легче, но не намного. Самое обидное, оглянешься по сторонам, а везде по-прежнему густой лес. Вроде бы несколько раз даже просматривались звериные тропы, по которым идти было бы куда легче. Но каждый раз, когда Джей пытался пролезть к ней, там оказывалась та же самая непроходимая чаща. Уже не пытаясь искать легкий путь, Джей вышел на небольшую поляну, первую за всё пребывание в лесу, на ней протекал ручеёк. Джей умылся, попил, наполнил флягу, поужинал и лёг спать. Эту ночь он провёл с комфортом, спал на мягкой траве, а не на жёстком кустарнике. Утром, проснувшись, он увидел, что лес вокруг затянуло плотным туманом. Эльф подумал подождать немного, пока туман не рассеется, потом передумал и решил отправиться дальше. Теперь единственной проблемой был туман, так как лес становился всё реже. До вечера туман так и не рассеялся, и Джей в темноте вышел на ту же поляну. Осмотрелся, нашёл смятую траву в том месте, где спал, и, ничуть не расстроившись, устроился на ночлег, а утром образовался такой же туман. Джей понял: для того чтобы ему двигаться дальше, надо как-то обхитрить этот туман. Он решил не идти напрямик в центр леса, а сделать небольшую спираль, и повернул строго на север. К полудню туман развеялся. По кольцу вокруг предполагаемого центра леса он шёл уже несколько дней, лес был без буреломов, часто встречались обычные лесные звери. Джею даже иногда казалось, что это обычный лес. Каждый раз, когда эльф сворачивал к центру, опускался туман, не дожидаясь, пока он сгустится, Джей сворачивал и шел по спирали. Так прошел еще один день. Утром с твердым решением идти прямо к центру леса Джей собрался и двинулся в путь. На удивление никакого тумана не было. К обеду стало ясно, что в центре леса нет ничего: ни кургана, ни даже холмика, а уходить несолоно хлебавши не хотелось. Еще один день он потратит на поиски кургана – результат оказался тот же. Лес умел хранить свои секреты. На ночлег была выбрана ничем не приметная поляна, какие ему встречались часто за последние дни. Переночевав, Джей решил отправиться восвояси, да и тётушка, наверное, уже переживает, хотя и привыкла к частым исчезновениям любимого племянника. Джей не раз уходил из дома на долгий срок, но тогда его посылал со своими поручениями. Оглядевшись по сторонам, чтобы определить в какой стороне дом, Джей вдруг увидел в десяти шагах от себя искомый курган. Такого Джей не ожидал. Не раздумывая ни секунды, эльф подошел к кургану, который был футов двадцать в высоту и пятьдесят в ширину, и стал подыматься по нему наверх, но через десять шагов Джей заметил, что вершина не приближается. Эльф обернулся назад и обнаружил, что стоит у подножья, тогда он резко рванул с места и побежал. Вершина стала медленно приближаться, а деревья по краям кургана стали увеличиваться с каждым шагом. Через полчаса непрерывного бега деревья стали огромными, а вершина приблизилась всего на немного. Повернувшись, Джей увидел, что он уже очень далеко от подножья. Перейдя на шаг, он двинулся дальше. К обеду деревья превратились в гигантские, а на вершине кургана стоял камень, казалось, до него всего час ходьбы. К камню Джей подошел, когда солнце было в зените. Обернувшись назад, он увидел огромный курган, по которому взбирался полдня, а вокруг огромные деревья, закрывающие его со всех сторон. Урчание в животе подсказало, что не надо было оставлять припасы внизу. Вот и камень. Сделав шаг к нему, Джея окатило водой с ног до головы. Резко вдохнув, Джей стал себя ощупывать: сухой. «Опять морок», – подумал Джей, заметив, что деревья приобрели свой обычный размер. Посмотрев по сторонам, увидел, что он стоит на невысоком кургане, а недалеко от подножья лежат его вещи. Тряхнул головой и устремил своё внимание на камень. Тот был со стороны, повернутой к Джею, гладко отполирован, на нем были выгравированы какие-то руны. Прочесть их он не смог, но прихваченная с собой бумага и карандаш пригодились. Джей стал аккуратно перерисовывать руны и заметил, что часть надписи спрятана в земле. Джей отложил бумагу с карандашом и стал откапывать надпись. После надписи следовала карта леса, на которой в центре был указан курган, а на юго-западе от него башня, от кургана к башне вела стрелочка. Дорисовав оставшееся на бумагу, эльф присыпал камень, как и было до него. Обойдя камень и осмотрев внимательнее, Джей не нашел больше ничего и решил спуститься вниз. Обратная дорога заняла всего пару минут. Перекусив, Джей осмотрел перерисованную карту, собрался и направился в сторону, куда указывала стрелка. К вечеру, когда почти стемнело, дошел до развалин башни, стоящих на небольшом возвышении, окруженных рвом и стенами, тоже частично разрушенными. Перейдя по мостику внутрь, развел костер у уцелевшей стены, поел и устроился спать. Азурданиус 

***

Гном по имени Бугуран пребывал в глубоком похмелье уже четвертый день, он застрял в богом забытом селении и вдобавок проиграл все свои деньги. Но остался еще перстень, не раз его выручавший, чтобы отыграться хоть немного. С этим намерением Бугуран подошел к бармену и сел у стойки.

– Уважаемый, налейте мне пива.

– А чем будем платить? Ты ведь все вчера просадил.

– Вот – гляди, – он выложил на стойку перстень.

Бармен подошел поближе и стал его рассматривать. Перстень был белого цвета и блестел, как снег на солнце. Из какого материала он был сделан, не знал ни Бугуран, ни его отец, из чьих рук он его получил с наставлениями: «Этот перстень потерять нельзя, только вручить старшему сыну, как мне когда-то сделал отец, а теперь и я его вручаю тебе. Каким бы образом ты его ни лишился, он всегда вернется к тебе, не заставляя ждать себя. Он дарен Бугурану, одному из наших предков, в подарок за хорошую службу, а тебя назвали в его честь. Одно точно: это кольцо дано нам на сохранение, хоть и само себя неплохо хранит. Носи его на шее, как носил я, перстень поможет тебе. Его носителю сопутствует удача». В перстне был камень, ничем не примечательный. Бугур не замечал за перстнем особых волшебных свойств, кроме как если он пытался отыграть последнее и ставил его на кон, то всегда отыгрывался и больше не играл. Применял он этот способ редко и всегда думал одно и то же: что, наверное, так с этим перстнем не поступал ни один из его предков, что только сейчас немного отыграется и больше никогда его ставить не будет.

– Можно его в руках подержу и приценюсь? – протянул руку бармен.

– Бери.

Тот его взял и стал рассматривать, пробовать на зуб, царапать ногтем. Все вначале думают, что это деревянное покрашенное кольцо, потому что очень легкое для металла и камня в нем. И, убедившись, что это точно не дерево и не краска, бармен вернул его обратно.

– Этот перстень, наверное, стоил бы каких-то приличных денег, если бы не был изуродован этим камнем. Я дам тебе за него несколько монет, завтрак и пиво.

– Ладно, но я тебе его не продам, а дам в залог. Я его или выиграю, (на что гном надеялся в очередной раз, как он себе говорил – последний), или выкуплю, идет?

– Идет, если не отыграешь, я буду ждать выкупа только неделю. Не выкупишь перстень, он мой и я что хочу, то с ним и сделаю.

– Ладно, я только похмелюсь, чтобы руки не дрожали, и поиграем.

Гном похмелился, голова еще немного гудела, но руки не тряслись.

Последние несколько лет Бугур передвигался от селения к селению, предлагая свои услуги кузнеца. Одним словом, мирно сосуществовал. Скрасить скуку помогали пиво и кости, куда и уходил его невеликий заработок. Возвращаться в родные пещеры не торопился. Не так давно стали доноситься слухи, что что-то творится на севере, хотя конкретно ничего ясно не было, да и слухи мутные. Но всё же гном решил для начала проведать дальнюю родню в  горах и сейчас находился от них не так далеко, но торопиться отчего-то не стал. А тут еще решил расслабиться и проиграл все. Середонских

Позавтракав, Бугур полностью пришел в себя и позвал бармена отыграться. Тот долго не приходил, чем испытывал терпение гнома, который в принципе не умел и терпеть не мог ждать. Когда бармен пришел, гном сам себя довел до нужной бармену кондиции.

– Чего так долго?

– Пиво за мой счет за то, что вам, уважаемый, пришлось меня ждать.

Гном терпеть не мог высокопарные выражения в свой адрес, но кружка пива смягчила его гнев, хоть раздражительность никуда и не делась. Бугур решил растянуть напускную улыбку в предвкушении выигрыша.

Игра закончилась полным фиаско, гном не верил своим глазам и чуть было не поставил свою секиру, но вовремя обернулся и увидел хищную улыбку бармена.

Возникло жуткое желание разрубить его пополам.

– Уважаемый, будете делать ставку? Топорик ваш ничего, из гномьей стали, сразу видно, добротный.

Гном покрепче сжал топорище, по лицу все сразу стало ясно.

– Бугур, я предлагаю повременить с игрой, пиво и закуска за мой счет, отыграться вы потом сможете, – договаривал тот, уже почти убегая. Проверять на прочность нервы и топор гнома бармен не хотел, да и понял, что еще пару секунд, и он взорвется. А следовало в этот момент быть подальше от топора.

Официантка принесла ему пиво и немного перекусить, бармена долго не было видно, только ближе к вечеру он вышел и старался не смотреть в сторону гнома. Тот все еще сидел, уставившись глазами в тарелку с едой. Когда стемнело, все же вышел из ступора и позвал официантку:

– Девочка, поменяй мне снадобье, это варево уже остыло, и принеси свежего пива. – Она не заставила себя ждать, подгоняемая барменом.

На следующий день гном отправился в селение на поиски заработка, но его попытки оказались тщетны, он ничего не нашел. Еще несколько дней он искал заработок, но безуспешно. Бармен за еду и жилье деньги не требовал, а когда гном заговорил об этом, тот, косясь на секиру, нервно улыбался и говорил, что потом, сейчас не к спеху. В очередной раз гном заказал еды, кружку пива и сел один у камина.

***

 сидел на поляне у костра. Уже смеркалось, он перекусил и теперь ждал, пока закипит его котелок с плавающими в воде кусочками листьев, трав и немного сухофруктов. Этот отвар был неприятен запахом и вкусом всем, кроме  кем и был Ибин. Он собирался налить отвар в небольшую фляжку, которую уже вымыл. А фляжку надо было обязательно тщательно вымывать каждый раз, не то отвар бродил и становился настолько отвратительным, что даже малюки с их, казалось бы, лужеными желудками могли получить легкое отравление. Как и было однажды с Ибином, он был немного ленив, так вот взял фляжку и не принюхался. Только малюки с их очень чутким обонянием могли отличить среди двух воняющих субстанций нормальный «» от прокисшего. Выпил пару глотков залпом, но было уже поздно. Хоть его и сразу вырвало, да и потом остаток дня он сидел в кустах и жалобно скулил от боли в животе, но отравиться он все же успел. Ибин думал, что умрет. Так мучились все, кроме малюков, кто по неосторожности набирал в рот отвар, но тут же выплевывал, так как проглотить эту гадость никто не мог. Таких неосторожных на памяти Ибина было немного, и он сидел, смотрел в костер, вспоминая, как и кого выворачивало. Его улыбка освещалась переливами костра, а мордочка с острыми ушами, покрытая густыми короткими волосами, была похожа на хищника. Но в действительности он был добрый, шутливый и порой бескорыстный, понятной лишь только их племени бескорыстностью: в крупном он мог проявить бескорыстие и помочь за так, а за мелочи требовал возмещения и наоборот. Ибин малюков, фрит

Закипел котелок, он наполнил фляжку и сразу закрыл ее, а остатки вылил в кружку, стал дуть на отвар и пить небольшими глотками. Когда в кружке осталось немного на дне, послышались шаги. На полянку вышел старичок на вид лет семидесяти, в сером плаще с капюшоном, с густой седой шевелюрой и короткой бородой.

– Здравствуй, путник, – сказал старик.

– Здорова.

– Позволь возле твоего костра переночевать, ты ведь тоже на ночь остановился?

– Да, вдвоем веселее будет.

Старик присел, достал из заплечной сумки лепешку, кусок вяленого мяса, фляжку, один в один похожую на фляжку Ибина.

– Не желаете разделить со мной трапезу?

– Нет, спасибо, я только что поел.

Старик начал есть и запивать из фляжки. По запаху малюк узнал, что это вино.

– Старик, не нальешь мне немного вина? – Ибин захотел попробовать вина, уж больно ему запах приглянулся, хотя раньше вино никогда не нравилось, но ему стало любопытно, какое это на вкус. Он протянул кружку к старику, но забыл, что там, на донышке, осталось немного фритта.

– Да-да, конечно, – старик засуетился, чуть не уронил хлеб, покряхтел немного, привстал, протянул фляжку Ибину, – налей, а то я со своей неуклюжестью могу и разлить.

Ибин взял фляжку, посмотрел на нее, затем на свою – одинаковые. Хмыкнул, налил немного в кружку и поставил возле своей. Хотел было отпить, но, увидев смотревшего на него старика, опомнился и отдал фляжку, нечаянно перепутав со своей. А в это время в кружке стало немного бурлить вино, вступив в реакцию с отваром, поднялась пена и тут же осела. Старик взял фляжку, убрал в сумку, туда же стал складывать и остальное.

– Дорогой малюк, если я не ошибаюсь, вы куда путь держите? Может, нам по пути. Я иду на север к Змеиным горам.

– Мерзкое место. Мне хоть особо и некуда идти, но туда я точно не пойду.

– Да, место там неспокойное. А что ты вина не пробуешь? Если понравится, я еще налью.

Малюк опрокинул содержимое кружки.

– Как вино? Отменное? Я сам его делал. Налить еще?

– Нет, спасибо. – Вкус ему немного не понравился. «Наверное, оно прокисло, – подумал Ибин, – и почему-то немного отдает моим отваром».

– Старик, а ты чего туда идешь?

– Меня зовут . А вас как, малюк? Алакин

– Меня Ибин. Так чего ты туда идешь, Алакин?

– Понимаешь, там живет мой давний приятель, а когда я узнал, что там творится неладное, решил его проведать.

– Чего там такое творится? Я слыхал разное, но ничего конкретного.

– Смута поднимается, мой маленький друг. Говорят, там видали ярко-алых драконов. Небо над пиком  стало темно-синим, а сам пик густо окутан туманом. Некогда в недрах этого пика жил темный маг, хотел огнем и мечом пройтись по Даиру в поисках чего-то очень важного. Но его остановили, увели по ложному следу далеко за пределы нашего  и за ним захлопнули дверь. Правда, и сами остались там заперты. Вот я и подумал: «Неужто это он нашел-таки лазейку и вернулся в свой дом»? Кроула мира

– А кто его увел? И как звали того магика? Чего с ними там произошло, когда тот понял, что попал в ловушку?

Старик усмехнулся:

– Во-первых, это старая сказка, во-вторых, как звали его, не знаю, а в-третьих, что с ним приключилось, и сам хотел бы знать.

– Так ты на разведку все-таки идешь? – спросил Ибин и раззевался так, что вот-вот рот разорвет.

– Да нет, просто стараюсь выполнить обещание, данное старому другу.

– А где вы эту сказку слышали? Я такую ни разу не слышал.

– Много путешествую, много что слышал, а где и от кого про это услышал, уже и не вспомню, – Алакин говорил, глядя в костер, и ковырялся палкой. Мысли его блуждали далеко отсюда. Когда он договорил последнее слово, то услышал сопение с негромким похрюкиванием вперемежку. Поднял взгляд и увидел, что малюк так сидя и уснул, опустив голову и подергивая ею в такт похрюкиванию. Подошел к Ибину, попытался его положить, а тот в ответ стал трепыхаться, отбрыкиваться и бубнить. Алакин уложил сопротивляющегося малюка, тот тут же свернулся калачиком и тихо, ровно засопел. Старик тоже устроился на ночлег.

Ибин проснулся, когда уже высоко стояло солнце. Жутко болела голова, он обхватил ее руками. Показалось, что она вибрировала как колокол, в который ударили, да и звон в ушах был такой же. Он попытался приподняться, руки и ноги слушались, но с каким трудом. Ибин встал, огляделся. Ну конечно, старика и след простыл. «Чем же он меня напоил?» Увидел свою фляжку рядом с собой и подумал: «Надо для бодрости своего отварчика хлебнуть, он меня на ноги поставит». Ибин взял фляжку, открыл ее, запрокинул голову и стал выливать содержимое фляжки в рот. На третьем глотке убрал фляжку, широко распахнул глаза и резко выплюнул ту малость, что оставалась во рту. Поднес горлышко фляжки к носу и понюхал. Во фляжке оказался не его отвар, а пойло старика. Ибин повнимательнее рассмотрел фляжку, вернее, попытался это сделать, напряг глаза, чтобы ее рассмотреть, но его голова, и без того гудевшая как колокол, чуть не лопнула от натуги и стала трещать, как сухие ветки, которые ломают. Да, похоже, это была фляжка старика, они нечаянно поменялись. Ибин сел на бревно и приготовился опять вырубиться, но прошло немного времени, а результат оказался другим, вместо того чтобы уснуть, у него немного утихла боль в голове. Сделал еще пару глотков, затем еще. Вино ему определенно нравилось. Успокоился он тогда, когда фляжка опустела, а он совсем опьянел.

– Ну что, – сказал он вслух, – надо идти дальше, сколько можно сидеть на месте? – шатаясь, он собрал вещи, водрузил их на себя, взял в руки трость и пошел по кривой в направлении дороги.

Пройдя, как ему казалось, очень много, он сел на пенек отдохнуть и стал размышлять: «Дорога была рядом. Почему я до нее дойти не могу? Наверно, пошел не туда. Но я точно помню, она в этой стороне». Покрутив головой и посмотрев назад, он увидел, что от полянки, где он ночевал, отошел всего на пару десятков шагов. «Да, видать, вино было покрепче, чем я думал». Посидев еще немного, он отправился дальше в свой непростой путь. Малюк добрался до дороги, когда стало уже темнеть, присел у обочины и услышал треск веток и небольшой шум. Он перебрался на противоположную сторону и спрятался в кустах. Просидев там немного, увидел, как на дорогу вышло два орка в сопровождении человека в черном плаще и надвинутом капюшоне, так что нельзя было разглядеть его лица. Человек в черном им что-то говорил и при этом угрожал кулаком, те кивали и урчали что-то на своем. Закончив разговор, человек в плаще развернулся и пошел в лес. Орки еще немного постояли, посмотрели вправо, влево, побурчали на своем. Через пару минут они скрылись в той стороне, где и человек. Хоть Ибин и не знал их наречия и ничего не понял из их беседы, но одно было ясно: наверняка это была засада. Но на кого? Он захотел узнать. Любопытство было не самой лучшей его чертой и порой доводило его до плачевного состояния. Так случилось и в этот раз. Ведомый любопытством Ибин побрел за орками, не забывая, конечно, о скрытности. Как ему казалось, он превзошел себя в скрытной слежке. Перебегая от куста к кусту, кувыркаясь, ползая, Ибин настолько увлекся самой слежкой, что забыл об осторожности. Ему повезло с оппонентами. Орки туповаты, им и в голову не могло прийти, что за ними кто-то может наблюдать. Отойдя немного от дороги, они уселись у костра, где ночевал Ибин. Тот тоже присел и стал ждать. Два орка сидели у костра и время от времени что-то бубнили друг другу. Ибина разморило, и он уснул, особо даже не замаскировавшись.

Два орка сидели в засаде, куда поставил их помощник хозяина. Они должны были ловить любого эльфа, проходящего по дороге. Самого эльфа они могли и съесть, но то, что он несет, должны доставить хозяину. С того места, где они сидели, им плохо, но все же было видно, кто идет по дороге, а их, естественно, не было видно. Прошло полчаса наблюдений, и они услышали невдалеке из кустов тихое щебетание.

– Гой, сходи посмотри, чего там такое.

– Сам иди.

– Нет, ты иди, меня хозяин поставил главным.

– Какой ты главный, я тебя старше. Ты и иди, а то я тебе шею намну.

– Я хозяину пожалуюсь, он с тебя шкуру снимет.

– Стукач.

– Сам стукач, я помню, как ты Горга сдал и его высекли.

– Он сам виноват, пьет и не делится.

– Ладно, давай вдвоем пойдем.

– Но хозяин велел пост не покидать.

– А вдруг это облава и нас наградят, если мы не только эльфа поймаем.

– Ладно.

Проверив кусты, они нашли маленькое мохнатое хвостатое существо, мирно спавшее, свернувшись в клубочек.

– Вот и ужин, – сказал старший орк, стукнув Ибина по голове. Тот успел только открыть глаза, и они у него тут же закатились. Связав малюка, принесли к костру, вытряхнули все карманы, сняли сумочки и сложили все в кучу. Затем стали разводить костер посильнее, приволокли котел, заранее припрятанный рядом, набрали воды из ручья, поставили на костер и стали ждать, когда закипит. Тем временем Ибин пришел в себя, оценил плачевность обстановки, дернулся и понял, что узлы хорошо завязаны. Оркам стало скучно и невтерпеж ждать, пока закипит вода.

– Может, сразу его туда кинем?

– Да ты чё, помнишь прошлый раз: того костлявого? Пока вода не закипела, четыре раза костер тушил и почти всю воду вылил, а потом пригорел и, кроме костей, жрать было нечего. А от этого пусть хоть бульон будет.

– Но бульон без специй невкусный, а они в пещере.

– Тогда ты иди за специями, заодно и барахло отнесешь.

– Почему мне идти? Старший я, ты иди!

– А я больше и сильнее.

– А я пожалуюсь хозяину.

– А я скажу, что ты пост оставить мне приказал!

– Тогда бульон будет без специй.

Тем временем стало совсем темно.

– Ладно, простой бульон несытный, пойдем вдвоем.

– Ладно, но ты несешь барахло мелкого.

– Ты опять наезжаешь, раз идем вместе, то и барахло несем вместе. Тут до пещеры рядом, мы быстро туда и обратно.

Взяв вещи, проверив, как связан Ибин, они пошли в пещеру. Ибин из всего того, что они говорили, понял, что речь идет о пещере. Подождав, пока они уйдут подальше, стал вопить, причитать и звать на помощь, хоть в спасение и не верил.

ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД

Джей проснулся ранним утром. Только начало светать, туман опустился легкой дымкой. Костёр уже погас, угли не дымились. Рядом стоял котелок. Джей развел костер и, когда тот немного разгорелся, поставил разогревать остатки вчерашней похлебки.

Эту ночь он провёл в руинах старой башни. Она стояла на холмике посреди густого леса. Вокруг башни был некогда глубокий ров, теперь он полностью зарос кустарником и травой. В башню вёл каменный мост. Во время разрушения башни мост устоял, только кое-где обвалились невысокие перила. Воротная арка также была цела, а опускная решетка заклинила на половине и вся покрылась мхом. Стены вокруг башни местами были проломлены, а целые были не менее трех метров высотой. Устоял лишь небольшой участок башенной стены высотой примерно в пять метров. Именно под ней и устроился молодой эльф.

Джей позавтракал и собрал свой нехитрый скарб. Лук пристроил удобнее за спиной, взял меч и, когда было уже собрался идти, услышал из центра развалин женское пение. Огляделся вокруг, никого нет. И тут обломки стали плавно подниматься вверх, Джей кинулся бежать прочь от этого места, но песня на непонятном ему языке почему-то остановила его на мосту. Обернувшись, эльф увидел, как из обломков собирается башня. Не прошло и минуты, когда последний камень встал на своё место и перед его взором стояло необыкновенное строение. Круглая в основании, она поднималась высоко вверх, не было видно ни одного шва, казалось, она вырезана из одного монолитного камня, точнее сказать, из скалы. Башня была покрыта изящной резьбой. Нижний ряд окон располагался высоко от земли, их было немного. На самом верху четыре каменные пики. Башня поражала своей красотой. Джей залюбовался строением и не заметил, как из ворот с полностью поднятой решеткой к нему вышла девушка. Её длинные темно-каштановые волосы плавными волнами лежали на белоснежном плаще, который почти касался земли. Из-под него выглядывали серебристые носики туфлей. В руках она держала длинный посох с шаром в навершии, который переливался перламутром. Личико было настолько красивое, будто вырезано из мрамора талантливым скульптором. Она улыбалась и смотрела на эльфа своими изумрудными глазами. Джей услышал тот же голос, что и пел песню.