Ты это сможешь! Спасение (часть вторая)

Глава 1

Лейтенант Доус

Руслана почувствовала изменение окружающей ее обстановки и вдруг увидела большой зал, залитый искусственным освещением, какого-то странного человека, по всей вероятности здесь главного, который что-то говорил, собравшимся людям. Она напрягла мозг и стала понимать, что это военные с разных галактик, которые решают судьбу планеты Земля. Руслана еще раз посмотрела на виртуальную большую звездную карту, которая висела на видном месте. Ошибки нет, в этом секторе действительно находится Млечный путь, вот Солнечная система, и планета Земля. Члены Главного Галактического командования принялись голосовать, и голоса разделились пополам. Все посмотрели на воздержавшуюся Руслану в теле богини Хаоса и Беспорядка, то есть Венды Доус.

– Лейтенант Доус, я заметил, что вы воздержались. Вам пора решать судьбу этой планеты. Вам известно, сколько зла и несправедливости происходит на ней, сколько войн и смертей. Ее надо ликвидировать.

– Да генерал Хо, так и есть, – перед глазами Русланы пронесся этот чудовищный, злой мир, откуда она сама родом, все обиды и унижения, которые терпела многие годы от людей.

– Какой ваш ответ, лейтенант Доус?

Руслана вздрогнула, и по лицу пробежал нервный тик.

– Вы плачете?

– Да, генерал, но не о себе.

– Вам жаль эту планету?

– Нет, генерал Хо, вернее да.

– Так какой же ваш ответ?

– Мне надо подумать, я думаю, что…

– Я тоже думаю, и думаю вот что: я хочу забрать свой голос назад за спасение планеты, – резко оборвал Руслану щуплый лейтенантик, с гладко выбритым подбородком и до блеска начищенными сапогами. – Сколько можно мямлить? Вы кто, лейтенант Доус, военный или подросток?

Руслана как будто очнулась от крепкого сна.

– Позвольте мне сообщить уважаемому собранию доблестных офицеров, на каком основании данный космический объект, который удостоен вашему вниманию, необходимо уничтожить?

– Люди этой планеты смертельно поражены болезнью, которая заразна для нашего космического сообщества, – к ней подошла ярко накрашенная, ухоженная блондинка. Несмотря на свое звание, она пришла в розовом вечернем платье. – Это болезнь проявляется многогранно, – продолжила она, – но можно дать ей обобщающее название: порок. Как колдовской паутиной все человечество этой планеты окутали такие пороки, как лень, стяжательство, эгоизм, хамство, ложь, вымогательство, жадность, манипуляция другими людьми, равнодушие, ненависть, неуважение к другим, неверность, подхалимство и другое. Ну, что скажите на это, лейтенант Доус? Вся планета «горит» от вспышек насилия, войн, терактов, – продолжила она, близко подходя к Руслане и впилась в ее глаза стальным взглядом. – И это еще не все, посмотрите, во что они превратили природу, ведь она умирает.

– А вы что, лейтенант Доус, разве не присутствовали на всех собраниях? – спросил

генерал Хо.

– Нет, не была. Видите ли, генерал Хо, эта информация, что вы нам озвучили сейчас, получена вами от третьих лиц. Я сама родом из этой планеты. И что я увидела на месте, проживая долгие годы. Да, не все так благополучно у нас, но только земляне умеют сильно, преданно и бескорыстно любить. Я была свидетелем того, как один человек боготворил свою жену все тридцать пять лет, пока не умер, оставаясь ей верным и преданным, всегда прощал ей измены, ложь, безразличие и предательство. Удочерил ее ребенка и воспитал, как свою дочь. Я видела, как смерть разбивала любящие сердца. Я видела слезы на грубом мужском лице: слезы любви и слезы потери любимой. Я видела, как мать отдавала своим детям последнее, чтобы они могли выжить. Я многое видела хорошего, но и плохого тоже.

В зале раздалось чье-то всхлипывание. Это блондинка в розовом вытирала слезы, скатившиеся на нежные щечки.

– Лейтенант, хватит с нас ваших рассказов о незаконном проживании на чужой территории. Вы тут еще суровых офицеров доведете до слез, – оборвал ее генерал. Мы вас отстраняем от голосования и вынуждены вас заключить в одиночную камеру для осужденных на неопределенное время, на какое, это решит суд.

– Слушаюсь, генерал Хо, но мне хотелось бы быть в курсе событий и знать о судьбе планеты Земля.

– Вам это уже ни к чему, вы до слез довели только одного офицера Эливерс, но остальные члены союза остались при своем мнении.

– Насколько я понимаю, опять проголосовало пятьдесят на пятьдесят? – спросила Руслана.

– Это уже не ваше дело.

– Я смею вас, генерал Хо заверить, что это уже мое…

Но, не дав договорить, ее уже вела стража, надев на ее руки наручники.

– Я буду жаловаться в Верховный суд. Это произвол! – уже за дверями донеслись крики Русланы.

Глава 2

Тюрьма

Жуткие серые-серые стены и навязчивое капание воды сверху, откуда-то сверху, на грязный пол. Руслана старалась не обращать внимания на монотонный стук падающих капель. Ее больше волновала судьба Земли.

Она лежала на шконке, вспоминая самые яркие и значимые эпизоды из своей жизни. Она все думала о судьбе своих детей, о матери.

Монотонный стук капель воды снова прорвался извне в сознание Русланы. По коже пробежали мурашки от холода и сырости.

«Неужели это все. Неужели это конец. Здесь, сидя в камере, чем я могу помочь Земле? – подумала женщина.– Надо писать в Верховный суд. Я вижу, что здесь, в этом мире, на этой планете, все так же, как и у нас и это упрощает задачу, и в тоже время усложняет. Меня не дослушали, вернее не услышали, как бывает на Земле. Можно многого добиться и в моем положении, только лишь бы не было зря, лишь бы не опоздать!»

Она постучала в дверь камеры, и у дневального попросила ручку и лист бумаги, сообщив, что эти принадлежности нужны для составления заявления.

– Что же, пожалуй, у нас не возбраняется, – равнодушно пожал плечами дневальный-бородач, мужчина средних лет, невысокого крепкого телосложения.

– И еще вопрос, – Руслана замялась, – каким образом я смогу быть в курсе окончательного решения съезда о судьбе планеты Земля? Как часто проходят эти заседания?

– Раз в неделю.

– Тогда я могу не успеть.

– Успеете, все успеете, – и крепыш захлопнул перед ней тяжелую дверь и закрыл на ключ.

Руслана в задумчивости села у маленького окошка, из которого как вор просачивался тусклый свет искусственного светила, так как солнце в этой системе уже не справлялось со своими «обязанностями». Тени, дикие тени перемешивались с нейлоновым светом, как бы играя с ним в чехарду. Неприятный запах после последних «жильцов» не хотел прощаться с маленькой комнатушкой.

«Тут что, бомжей держали?» – подумала женщина, – я уверенна, что даже в таком «райском уголке» найдутся люди «второго сорта». А еще хотят уничтожить Землю. Кто им, вообще, дал право вершить судьбы других цивилизаций. А вспомнила, они же боги! – с иронией подумала Руслана, – теперь понятно, в какие игры они играют, и меня от всего этого тошнит.

Руслана, склонив милую головку набок, стала писать под последними лучами уходящего дня планеты Заверлак. Эта планета была на несколько порядков крупнее нашей планеты, она имела неизменную орбиту вокруг голубой звезды Дико, галактики Млечный путь. День здесь длился неделю, но почему-то разница во времени не ощущалась, наверное, потому что тело Доус, рожденное на этой планете, было адоптировано к этим условиям, а дух Русланы гармонично влился в новую систему восприятия времени. Цифровые технологии были несомненно сильнее наших, ведь заверльчане могли перемещаться в Пси-пространстве, за счет умения трансформировать трехмерное пространство, огромное, космическое пространство, такое опасное и огромное, которое, чтобы преодолеть не хватит даже сотни жизней, передвигаясь со скоростью света. В пси-пространстве время не существует, не существует и трехмерное пространство, и перемещается не тело, а только твоя душа, твое информационное тело. Это успешно применяла Богиня Хаоса и Беспорядка, как она сама себя называла или просто лейтенант Венда Доус, в теле, которой сейчас и находилась Руслана. А затем, уже из информационного поля модулировалась плоть.

При перемещении в Пси-пространство, можно было и не обмениваться телами. Генерал Венда Доус легко общалась с Русланой и без своего физического тела, но ее возможности ограничивались в другом, например, кто выдаст привидению заграничный паспорт и вид на жительство. Да не каждый смертный при ярком дневном освещении заметит вас. Такое пребывание вне тела было рентабельно, как короткий визит во времени в вечернее или ночное время (если вы только хотели бы быть замеченным во всем телесном совершенстве).

Были и другие ценные достижения высокой транстехнологии Зеверлака. Жители этой замечательной планеты перестали болеть, стареть, а самое главное умирать. Вот почему они себя возомнили богами.

Дело в том, что еще сорок веков назад одним известным ученым Заверлака, в честь которого была названа планета, был открыт гормон вечной молодости, который до этого времени постоянно находился в спящем состоянии. Вот его и удалось ученым «разбудить». Теперь, даже смертельные раны мгновенно стали заживляться, очень быстро восстанавливались потерянные конечности. Эта активная регенерация тканей позволила никогда не стареть, и стать по сути бессмертным.

Но вернемся в камеру Весенской тюрьмы, где писала заявление в Верховный суд Руслана. Она дописала заявление, поставила последнюю точку и прочитала вслух.

Высшему Суду Заверлак

От Родионовой Р. А.

Проживающей на планете Земля, но ныне находящейся в Весенской тюрьме планеты Заверлак созвездия Гончие псы.

Заявление:

Я Ванда Доус, а вернее Руслана Арсеньевна Родионова, находящаяся в теле Ванды Доус заверяю вас, что планета Земля находится в смертельной опасности и нуждается в защите от правосудия офицерского сообщества, которое незаконно решает вопросы существования планет, а в частности планеты Земля, находящейся в ведомости галактики Млечного Пути. Прошу принять меры! Родионова Р. А. (Венда Доус).

Дата…. Подпись….

Затем снова постучала в дверь камеры.

Дневальный не сразу открыл ее. Наконец, в открытых дверях появилась недовольная физиономия, жующая пирожок.

– Приятного аппетита, господин дневальный, – и не дожидаясь от него незамысловатого ответа, сунула ему в руки лист бумаги.

– Угу, – промычал тот и захлопнул дверь.

Руслана села опять на шконку, положила тонкие кисти рук на круглые коленки и задумалась.

Ночь опускалась к ее ногам тихо, как мягкое покрывало. В маленьком окошке сверкали изумрудом незнакомые звезды.

Очень хотелось провести первую ночь на этой незнакомой ей планете где-нибудь в другом месте, но она встретила гостью недоброжелательно.

«Интересно, с какой я все-таки планеты, есть ли место во вселенной, где мне были бы рады?» – подумала она. Затем ясно представила себе, как бежит и падает в объятия Черного моря, как разговаривает с ним, как со своим другом: « Привет! Вот я опять к тебе приехала, я живу далеко, поэтому редко бываю у тебя в гостях. Я очень тебя люблю, и встреча для меня с тобой была долгожданной. Море искриться, переливается всеми цветами радуги. Хочется петь, ликовать и танцевать. Руслана очень любит не просто плавать в море, но и танцевать в воде, где человеческое тело, ее душа и вода становятся единым целым. Это единение трех стихий, когда душа и есть ничем иным, как огнем, тело олицетворяет землю, а волны не только являются стихией воды, но и движением души, которое изящно подчеркивает пластичные и ритмичные движения девушки.

Руслана очень тонко чувствовала и понимала природу. Все, от камушка до травинки, было для нее живым. Она бережно относилась ко всему, чего касалась его рука: если она собиралась рвать лист мяты на поле, то спрашивала у нее разрешение, обещая в знак благодарности, что польет ее водицей. Если это была кошка, то она окружала ее заботой, и понимала, что кошке нужна не только еда и ласка, но и общение.

В людях она тоже видела друзей, и не хотела в них видеть только злость, упрямство и эгоизм. Хотя некоторым особям удавалось ее довести до гнева, но она вскоре все им прощала.

Руслана открыла глаза и опять посмотрела в окошко через решетку. Торжество праздника ночной природы было в разгаре. Она увидела на ярком небе три спутника: красный – Нефолб, зеленый – Хок и желтый – Цото.

Это были естественные спутники планеты, которые дарили ночному Заверлаку многоцветное и хорошее освещение. Но теперь небосвод горел и от многочисленных комет, которые расчертили своими пышными хвостами все небо.

– Вот тебе и салют, и кино не надо, – подумала Руслана.

Было очень интересно и забавно смотреть за этим представлением, и девушка просидела за эти занятием, как созерцатель, два часа.

«Наверное, миллион влюбленных пар этой забавной планеты наблюдают сейчас за необычной картиной. Жаль, что мои дети не смогут это увидеть, – и ей стало очень тоскливо.– Нет, надо взять себя в руки. Беспокойство и страх заберут у меня последние силы. Пока Земля жива, я не позволю себе раскисать. А сейчас надо отдохнуть. Она резко встала, одним движением сняла с себя одежду и легла спать.

Сон был беспокойным. К ней пришли все ее умершие родственники и что-то, перекрикивая друг друга, пытались ей сказать.

Но тут вышел вперед отец и крикнул: « Буду говорить я».

Покойники в раз умолкли.

– Папа, говори, что ты хочешь сказать?

– Сохрани наших потомков, – ответил он.

– Я, папа, и пытаюсь это сделать.

– Сохрани. Землю приговорили. Никому не доверяй, только Реви. Скажи, что хочешь с ним поговорить.

– Кто такой Реви? Он военный?

– Да, офицер, и он тебя любит уже давно.

И вдруг папа и остальные предки в один миг исчезли.

– Реви, Реви…, кто такой Реви? – она оглянулась и проснулась.

Перед ней стоял толстоватый мужчина. По нему было видно, что его мама дома налила ему теплого молочка, потому что это полезно для здоровья, а в тарелочке подала сладкие, воздушные и очень аппетитные куски кекса.. Затем она принесла из комнаты его портфель, поцеловала в лобик, и Васенька в сандалиях на босу ногу двинулся на работу. По его толстым щекам было видно, что кроме своей сытой жизни его никто и ничто уже давно не интересует.

– Госпожа Венда Доус, я ваш адвокат. Уже десять часов утра, и вы пропустили завтрак, но нельзя пропустить встречу со мной.

– Да, вы пожалуй правы, господин…

– Господин Лиза, – подсказал свое имя адвокат.

– Как-как, я не ослышалась?

– Господин Лиза Шитти.

– Слава Богу я ослышалась. Можно я буду вас называть просто Шитти?

– Нет, нельзя, это не официально.

– Почему?

– Потому что Шитти, это мое имя.

– А мама, как вас называет?

– Это не имеет никакого значения к данному делу. Вам надо не об этом сейчас беспокоиться, – немного смутившись, ответил мужчина.

– Я думаю, что господин Лиза, я тоже вас не могу называть, потому что у нас на родине «Лиза» – это уменьшительно-ласкательное женское имя.

– Я думаю, что вам, госпожа, лучше подыскать другого адвоката и платного. Пишите расписку, что вы отказываетесь от моих услуг.

– Нет, напротив, я просто горю от нетерпения увидеть, как вы, господин Лиза, провалите мое дело на суде при первом же его рассмотрении.

Лиза Шити вдруг как будто онемел, по его телу прошлась мелкая дрожь. Затем он нахмурил густые, рыжие брови и сказал:

– Действительно, встретимся в суде, – и поспешил к выходу.

Руслана сделала глубокий выдох.

– Ух ты, как на меня действует тело хозяйки! Я такая стала дерзкая, мне даже понравилось!

Немного придя в себя, она решила вызвать на свидание таинственного Реви.

«Интересно, кто это такой? – стала рассуждать затворница, – а вдруг это старый и мудрый заверличанин? А может молодой, но очень грамотный и пробивной адвокат, и мне сможет помочь? Пожди-ка, папа говорил, что он меня любит. Может это старый друг или одноклассник Венды? Скорее это так. Интересно, а я ему говорила, что я люблю его, и было ли у нас с ним что-нибудь? Боже, сколько мыслей, голова сейчас треснет.

Глава 3

Перерождение в другом мире.

Роженица потеряла сознание. Высокое давление отключило хрупкую, молодую женщину. Сил у нее на роды не хватило, и врачи решили не делать ей кесарево сечение, а вытащить ребенка щипцами. Большое давление от щипцов напугало плод, ему стало казаться, что он умирает. Но надо было жить, воздух закончился, и будущая жизнь стала задыхаться, но продолжала бороться из последних сил. Впереди был свет, его величество свет, и значит надежда на жизнь.

Давление на череп малыша возрастало, страх, безумный страх парализовал будущего ребенка, но надо было бороться, надо было выжить. Вздох, бессмысленный вздох, в котором не было воздуха, только ужас наполнял каждую клетку. Но стальные щипцы сделали свое дело, смело и настойчиво.

И вот новорожденный увидел свет, дивный, земной, пронизанный золотыми лучами свет, облегченно вздохнул и радостно закричал, повествуя Вселенную о своем рождении.

Мир с интересом наклонился, чтобы разглядеть, кто родился.

Маленькая девочка, всего лишь маленькая девочка, весом кило восемьсот, которая появилась на свет лютой, сибирской зимой, побеспокоила вечное, и невозмутимое, ледяное мироздание.

Слетелись к окну черные, замерзшие, остервенелые вороны, сели на ветки старого дуба и, переглядываясь между собой, о чем-то стали совещаться, поглядывая в окно родильного дома. Затем поднялись в воздухе, и стали медленно и величественно разлетаться.

Мир разделился на добро и зло, но рождение девочки ни осталось не замеченным ни на физическом, ни на ментальном уровне.

Наступило утро, и тьма расступилась медленно, но заметно и неотвратимо.

Маленькая Венда лежала в детской кроватке и тихо посапывала. Молодая мать прикрыла младенца мягким, детским одеяльцем и улыбнулась, а затем тихо произнесла: «Сладких снов тебе, доченька».

Лунный свет упал на лицо девочки, и женщина еще раз убедилась в том, как дочь похожа на нее.

Призрачные тени медленно перемещались по стенам, мир казался таинственным и странным, и блаженный покой охватил Ниночку. Она величественно встала, с осознанием того, какую великую миссию она успела выполнить, родив ребенка, и легкой поступью, несмотря на располневшую фигуру, отправилась спать.

Дочь подрастала, взаимоотношения с мужем не складывались, да и со свекровью тоже. Мать осталась далеко на юге, и единственным близким и родным человеком оставалась дочурка. Нина часто ее фотографировала, наряжала как куклу, но девочке это явно не нравилось. Она плакала, капризничала и предпочитала общению с матерью, общение с домовым. Мать удивлялась, что у дочери есть новые, воображаемые друзья, но психолог пояснил, что в этом возрасте для детей это нормально.

Время шло. Ребенок молодую мать сильно ограничивал во всем, и женщина решила дочь отдать в интернат, который находился на краю города, возле леса. В этом детском заведении были плохие санитарные условия, и ребенок переболел три раза дизентерией. Девочка несколько раз была при смерти, но это обстоятельство не послужило поводом, чтобы родные забрали ее домой. А мать тем временем устраивала свою личную жизнь.

Но однажды, маленькая Венда исчезла.

Ее искали всем коллективом и в здании, и в лесу, но девочка как в воду канула.

Возникло напряженное положение, но в милицию пока заявление подавать не стали. Время шло медленно. Заведующая и воспитатели не находили себе места от страха перед неизвестностью, но самое страшное, что могло произойти, воспитатели даже боялись представить в своем воображении.

Наконец, Эмма Валерьяновна, заведующая интернатом, набрала всем хорошо известный, короткий номер, ноль-два.

– Отделение городской милиции на связи, – услышала она в ответ холодный, женский голос.

– С вами говорит Эмма Валерьевна Говорухина, заведующая детского интерната №17. Три дня назад у нас пропал ребенок, – сухо из себя выдавила бедная женщина.

– Минуточку, – услышала она в ответ на другом конце провода, – назовите адрес вашей организации. К вам скоро приедет бригада с собаками-поисковиками.

У заведующей затряслись руки от волнения, и она зашептала молитвы, какие только знала: «Господи, иже еси на небеси, да святится имя Твое, да прибудет Царствие твое, как на небе так и на земли… Хоть бы девочку нашли живой. Господи помилуй меня грешную, – и она перекрестилась…

Глава 4

Встреча с офицером Реви.

Перед Русланой сидел все тот же адвокат, с нелепой фамилией Лиза.

– Я бы и не пришел к вам, но мне платят хоть и небольшую, но зарплату, поэтому я вас должен был, посетить вновь, хоть мне это весьма неприятно.

– Отнюдь, а я рада вас видеть. Вы, я думаю, не такой уж и плохой адвокат, раз здесь, в таком серьезном заведение работаете.

Мужчина покраснел, как девушка, и в смущении опустил глаза.

– У меня к вам есть просьба, – продолжила девушка, – в офицерском Совете есть некий Реви. Прощу вас очень, организуйте с ним и со мной встречу один на один. Это личное.

– Хорошо, госпожа Доус. Это в моей компетентности. Больше у вас не будет просьб?

– Нет, адвокат Лиза.

– Можно просто Шитти.

Руслана кивнула головой в знак согласия, и вдруг встрепенулась:

– Минуточку, еще пару минут, что известно насчет планеты Земля? Каково окончательное решение Совета?

– Земле осталось существовать недолго, максимум две недели. Уже готовится космическая боевая станция.

Руслана охнула и села, по побелевшему лицу потекли горькие слезы.

– И если все-таки не секрет, почему вы так переживаете за эту планету на конце галактики, где живут одни дикари.

– Это моя родина.

Адвокат присвистнул от удивления.

– О, Шитти, оставьте меня, можно я побуду одна?

– Хорошо, я ухожу, – и заверличанин постучал в дверь:

– Откройте, я уже ухожу.

Молодой человек с правильными чертами лица и хорошей военной выправкой стоял перед адвокатом. Они долго разговаривали между собой. Это был диалог молодых людей одной эпохи, одной цивилизации, но так непохожих друг на друга. Но их объединила одна самая главная и благородная цель: помочь Руслане, а значит и планете Земля.