Любовь и другие неприятности

Двадцать пять лет назад

В роскошно обставленной спальне в багровых тонах сегодня было не протолкнуться. В самом центре комнаты на огромном белоснежном ложе лежала жгучая как ночь брюнетка лет тридцати и предавалась разврату. Пожалуй, это было самое точное определение, если бы кто-то из посторонних посмел заглянуть сегодня сюда. Любовные пиршества были любимым развлечением хозяйки полуденных земель. Поучаствовать мечтали многие и лишь единицы из благородных рэсс получали приглашения.

Протяжно застонав, брюнетка схватила за волосы раба, чтобы тот активнее работал языком. Второй раб посасывал аппетитную грудь, иногда сжимая сосок зубами.

— Достаточно, — грубо оттолкнув того, что устроился между ног демоницы, рэсса Диеса Ангрэм приподнялась на локтях и жадно втянула чужое возбуждение, с интересом посматривая на окруживших её мужчин.

Сегодня подруг она не приглашала, не захотев делиться неожиданным пополнением. Рэсс Торелин Эдиль, хозяин полуночных земель был настолько счастлив рождению наследника, что подарил Диесе четырёх своих лучших воинов. Они стояли на коленях у дальней стены, голые, но не сломленные. Противиться врождённому дару демоницы не мог никто и сейчас жемчужные капельки медленно стекали с головок членов и падали на отполированный до блеска пол.

«Наследницы», — с предвкушением будущей реакции «папаши» подумала Диеса.

На то, что сделает разъярённый демон с новорождённым ребёнком, ей было плевать. В конце концов, рождение наследницы — прямая угроза правления Диесы. Когда-то же маленькая демоница вырастет и войдёт в полную силу. И лучше бы Торелин свернул хрупкую шею до этого момента. Диеса и сама бы так поступила, если бы не мешала магическая клятва. Всё же не за просто так демоница пообещала выносить сильное дитя, а за очень приличный кусок земли, ну и партию новых рабов из соседнего мира.

— Ты, — она ткнула пальцем с заострённым ногтем в сторону красноволосого демона.

Тот медленно поднялся с пола, зная, что печать подчинения всё равно притащит его к новой хозяйке, но будет в разы больнее и, стиснув зубы, подошёл. Возбуждение было, а вот желания брать женщину, упивающуюся чужой слабостью, не было. К его счастью, дверь распахнулась, оттягивая неизбежный момент. Красноволосый украдкой бросил взгляд на прибывшего и в глазах загорелся огонь ненависти. Тот, кому он приносил клятву верности, предал его и растоптал, подарил самой жестокой демонице полуденных земель.

— Торелин, милый, вижу, ты уже успел познакомиться, — пропела Диеса, не скрывая своего злорадства. И бросив взгляд на свёрток в его руках, как можно безмятежнее спросила: — Убивать сейчас будешь?

Высокий, широкоплечий демон с синими, как грозовое небо глазами, оскалился, сдерживая бешенство из последних сил. Убить младенца хотелось сильно, но отомстить той, что специально выпила зелье, определяющее пол ребёнка, ещё сильнее.

— Что ты, дорогая Ди, я с удовольствием подожду, когда она вырастет и займёт твой трон, — медленно, выделяя каждое слово, отчеканил он. — И позабочусь о том, чтобы до неё не дотянулись твои руки.

Глаза хозяйки полуденных земель вспыхнули гневом и она оттолкнула второго раба от своей груди.

— Тогда зачем явился? — холодно спросила она.

— Забрать то, что тебе не принадлежит.

— Земли мои! — прорычала Диеса, вскакивая с кровати и в одно мгновение оказываясь рядом с Торелином.

— Земли — да, — чуть скривился мужчина. — Их ты получила за то, что разделила со мной ночь. А вот демоны мои, — злорадно выдал хозяин полуночных земель и припечатал: — Я дарил их тебе за наследника. Но раз нет наследника, то нет и подарка.

— Это мелочно, Торелин.

— О нет, дорогая, это справедливо. Я знаю, как сильно ты хотела пополнить свой гарем моими воинами. Не удивлюсь, если так же сильно, как я хотел наследника! Так что будет справедливо, если эти воины будут принадлежать девчонке. Как и всё, что пока ещё принадлежит тебе!

И не успел вздрогнувший красноволосый и те, трое, что остались стоять на коленях у стены, шокировано выдохнуть, как печати подчинения на их теле ожили, изменяясь и признавая новую хозяйку.

— Развлекайся, дорогая... пока можешь.

Наши дни

Юлия

С остервенением вгрызаясь в пирожок, я вглядывалась в хмурое небо. Лето в этом году не радовало. Свинцовые тучи висели над головой, грозя обрушиться проливным дождём. В кармане тоскливо позвякивала мелочь и от этого становилось совсем паршиво. Маршрутка прошла битком, и я сомневалась, что в следующей будет свободнее. До дома всего три остановки и я наивно понадеялась, что успею.

Не повезло. А потом ещё раз, когда какой-то урод окатил из лужи. Вообще, в другое время я бы вызвала такси, но последние две недели старалась не тратиться на ерунду.

Ерундой было всё, кроме еды. Постоянный голод сводил с ума. Я даже из-за стола выходила голодной. Врачи разводили руками, а я продолжала бесполезные попытки себя накормить. Даже тест на беременность сделала от отчаяния, хоть и не верила в непорочное зачатие, и на паразитов всяких обследовалась. Ну должна же быть причина! И не надо говорить мне, что это стресс. Нет у меня повода для волнений. Прекрасная жизнь для той, кто вырос в детском доме и мог рассчитывать только на себя. Я вполне неплохо устроилась по сравнению с теми, кто тратил время на гулянки и мелкие кражи. Впрочем, сегодня я планировала к ним присоединиться. Ради бесплатной еды можно было и потерпеть сомнительную компанию.

С «нашими» я виделась редко, интересы не пересекались, но общение поддерживала, хоть и слыла белой вороной. Никогда не знаешь, когда придётся обратиться за помощью и к кому. Был у меня как-то случай, показалось, что за мною следят. Неделю «под охраной» ходила. Правда, ребята никого не обнаружили и к моим «странностям» добавили ещё один пункт. А может, правда, нервы?

Такси вызвать всё же пришлось, сходка была на окраине города. Там, где никого не смутят громкая музыка и всякий сброд. И даже оделась по случаю в кожаную юбку и короткий топ, чтобы уж не сильно отличаться от остальных. И не прогадала. На меня не обратили никакого внимания, что позволило быстро пробраться к столам и наложить первую тарелку. Пахло одуряюще и я жадно втянула носом воздух. Сегодня меня даже трахающиеся парочки не смущали.

— Какие люди, — раздалось над ухом и я медленно обернулась.

Денис. Высокий, широкоплечий верзила, которому я чуть ли в пупок не дышала, смотрел на меня и ухмылялся. Попытался стащить с моей тарелки тарталетку, за что тут же получил по рукам.

— Снова только посмотреть? — он поиграл бровями, намекая... Да, как всегда, намекая на секс с ним.

Парень он был неплохой, не считая того, что собирал деньги с попрошаек. Если бы не его идея фикс. Я же считала, что лучше не спать ни с кем, чем с тем, кто прославился жёстким сексом. Не хотелось лишаться девственности, а потом восстанавливаться чёрт-те сколько. Других претендентов, к сожалению, не было. Стоило появиться хоть одному, как Денис об этом узнавал, ну и... В общем, не стоят ухаживания за мной переломанных конечностей.

— Отстань, а? — вполне миролюбиво попросила я.

То ли еда здесь была особенная, то ли я дошла до критической отметки, но голод потихоньку отступал впервые за две недели.

— Юль, чё ты такая зануда? Как была заучкой-недотрогой, так и осталась. Я ж и силой могу.

— Свои не поймут, — пожала плечами.

И пусть посторонние назвали бы эту компанию отбросами, но я с ними выросла и прекрасно знала, что честь у них всё же была. Своеобразная. Некое уважение друг к другу имелось.

— Если сопротивляться будешь, — он хохотнул и протянул мне стакан апельсинового сока. Любимого.

— Буду, — заверила со всей серьёзностью.

— Посмотрим, — Денис подмигнул и, к моей радости, отстал.

Как же я ошибалась! Не было никакой чести у этого урода.

Даже не поняла, в какой момент я «поплыла». Казалось, только моргнула, а уже лежу в постели и смотрю в ухмыляющуюся рожу Дениса. Он медленно провёл костяшками пальцев по моей щеке, а у меня из груди вырвался чёртов стон! Тело не слушалось, шевелиться не получалось, разве что чуть повернуть голову и скосить глаза в сторону.

— Устал ждать, Юленька, — горячо зашептал он, задирая мне юбку и разрывая чулки. — Ну ничего. Сейчас ты отдашь мне всё, что задолжала за эти годы, а утром даже не вспомнишь об этом.

Лихорадочные поцелуи-укусы жалили везде. Послышался треск и топ пал смертью храбрых, следом за ним отправился лифчик.

Я не хотела так. Не хотела.

Это всё страшный сон. Кошмар, в котором я наконец утолила голод и расплатилась за это телом. По щеке скатилась одинокая слеза и единственное, что удерживало меня в сознании, был всё тот же запах. Вкусный, сладкий, за такой и жизнь отдать можно. Как наркоманка я дышала им и становилось легче.

Правда, легче! Даже пальцами пошевелить смогла. Но вскочить и убежать, чтобы не видеть, как Денис медленно раздевается, не сводя с меня плотоядного взгляда, не могла. Как и закричать, чтобы позвать на помощь. И возбуждение против воли просыпалось. Медленно, запоздало. Совершенно новое чувство. Наконец-то поняла, что именно было в соке, и разревелась сильнее. Не хочу желать этого подонка!

Помощь пришла сама.

Четверо здоровых мужиков появились словно из воздуха. Новенькие какие-то, раньше я их в этой компании не видела. Двое брюнетов, блондин и красноволосый. Они играючи ударами перешвыривали Дениса между собой. Манящий аромат пропал, оставляя острое чувство разочарования где-то в груди. Зато возбуждение нарастало, заставляя тело плавиться от нетерпения. Стоны слетали с губ как у дешёвой шлюхи в порнушке. Перед глазами снова поплыло, замутило. Даже показалось, что парю в невесомости.

Чей-то громкий крик «куда» и меня больно приложило спиной об пол.

«Точно сплю, — решила я, окончательно теряя смысл происходящего. — Простыла под дождём. Уснула, поднялась температура, поэтому тело горит».

Потому что... да этот блокбастер продолжился! Я лежала на полу в углу мрачного зала, а в другом углу, недалеко от двери лежала тётка с ножом в груди. Ну как тётка, немного старше меня. Лет на пять. Вот она со стоном выдернула нож, перевернулась и поползла, оставляя кровавый след. Я проследила взглядом, куда она ползёт и ахнула. В центре зала на высокой подставке сиял красный кристалл. И всё бы ничего, но он был размером с футбольный мяч. Тётка с таким отчаянием к нему ползла, что я решила помочь.

Бред конечно, но мы не выбираем сны. Тело слушалось немного лучше, к тому же это занятие отвлекало от бушующего во мне пожара. И я ползла, не обращая внимания на пыхтение и шипение «соседки». Кажется, моей помощи она была не рада. Ну и ладно! Просто сниму с подставки и отдам. Как она с такой раной вставать думает?

Я оказалась быстрее. На то, чтобы подняться, цепляясь за подставку, ушли последние силы. Возбуждению, похоже, надоело пытаться до меня достучаться и оно ударило с новой силой. Я сжала ноги, пытаясь хоть как-то унять это чувство, и протянула руку.

Коснулась кристалла.

Яркая вспышка ударила по глазам, в ладонь будто тысячи иголок воткнулись.

Больно настолько, что уже не спишешь на сон или галлюцинацию! И руку отдёрнуть не получается.

— Ненави...жу, — прохрипела тётка.

Посмотрела на неё и чуть не задохнулась от ужаса. Женщина прямо на моих глазах превращалась в камень. Мгновение и «живая» статуя рассыпалась.

— Госпожа, — сзади меня раздался низкий рокочущий голос. Резко обернулась. Вдруг за тётку меня того? Я-то точно ничьей госпожой не была. Знакомый светловолосый незнакомец медленно опускался на колени, не сводя с меня обеспокоенного взгляда. — Верните сердце твердыне, пожалуйста.

Опять словно из воздуха появились остальные «защитнички».

Видимо, я уже ничего не соображала, потому что и вправду показалось, словно в руке что-то пульсирует. Со вскриком разжала ладонь, уронив кристалл назад на подставку. И благополучно потеряла сознание.

Жаль ненадолго.

Под щекой громко и отрывисто стучало чьё-то сердце. Манящий сладкий аромат заполнял лёгкие, кружил голову и сводил с ума. Зудящие чувство неудовлетворённости полыхало внутри, кипятило кровь, превращая её в лавовые реки. Низ живота сводило от желания. Отрывками звучали чьи-то фразы. Говорили про какую-то полную силу, про недостаток энергии и что-то ещё, несомненно, важное, но похожее на бред. Губ коснулось что-то мягкое, приятное и аромат усилился. Я застонала, приоткрыла рот, и чей-то юркий язык скользнул внутрь.

Боже, это было так восхитительно-приятно, что даже мутный туман в голове отступал. Распахнула глаза и одновременно с этим кто-то наглый одним рывком оторвал от меня «лечебные» губы.

На руках меня держал блондин. Видимо, первым успел поймать, когда я начала отключаться. Остальная компашка находилась рядом. Разве что брюнеты стояли чуть в стороне. Один из них прижимал ладонь к разбитой губе и смотрел на меня шальным взглядом, полным желания и тоски.

— Поцелуй, — выдохнула я.

В мозгу настойчиво стучала какая-то мысль, пыталась пробиться через толстый мутный слой желания, но всего одно движение хвоста, скользнувшего по ногам блондина и она пропала. Жадно втянула одуряющий воздух, прикрывая глаза от наслаждения. Плевать, откуда взялся хвост, главное, что он бесстыдно лапает блондина, и мне это нравится.

— Грег примет любое ваше наказание, госпожа, — обречённо простонал блондин, и меня обдало новой волной жара.

Не знаю, чем накачал меня Денис, но эта дрянь не отпускает. Как и мысль о том, что единственный способ от неё избавиться, мне известен.

— Поцелуй, — уже настойчивее прошептала я. А после и вовсе требовательно добавила, когда губ не коснулись чужие губы: — Целуй уже!

Брюнет с мягкими губами далеко, а блондин рядом, даже руку протягивать не надо. Что-то мелькнуло во взгляде мужчины, но сейчас меня это не волновало. Я вообще была на себя непохожа, зато твёрдо знала, чего я хочу - мужского тела, страсти и утолить наконец это сводящее с ума желание.

Чужое горячее дыхание коснулось губ, а потом... Я потерялась в ощущениях от поцелуя, словно наконец научилась дышать полной грудью. И откуда только силы взялись, чтобы развернуться в руках блондина и обхватить его ногами за талию, повиснуть как обезьянка, прижаться сильнее и почувствовать большой бугор в мужских штанах. Чужой язык касался нёба, переплетался с моим языком и ласкал всё настойчивее.

— Если посмеешь навредить ей... — угрожающе прорычали над нами. На что блондин только прижал к себе крепче, словно боялся, что меня сейчас отнимут, и усилил напор.

Поцелуй стал требовательнее, более жадным и быстрым. Мне оставалось только подчиниться и позволить себя вести. Мелькнула мысль, что я набросилась на совершенно незнакомого мужика.

«Зато никто ему конечности не ломает и он сбегать не собирается!»

— Может позвать кого-то из гарема? — внёс кто-то предложение и блондин оторвался от меня.

Зарычал, напугав совершенно невменяемым взглядом, заострившимися скулами и алыми как зарево глазами. Сердце забилось сильно-сильно, а гормоны, будь они неладны, только облизнулись, призывая не останавливаться.

— Рискни, — отозвался кто-то. И многозначительно добавил: — Двадцать пять лет слишком большой срок... тем более для него.

Блондин решил, что с него хватит чужих разговоров, и я его всецело поддержала, откликнувшись на новый поцелуй. Кажется, мы куда-то шли, открывать глаза больше не хотелось. Я чувствовала себя пьяной и счастливой. А ещё пропало поднадоевшее чувство голода и только за это я готова была уйти с блондином хоть на край света. Не понадобилось. Мужчина ограничился какой-то спальней, уронив меня на кровать и накрыв сверху своим телом.

И сумасшедшие поцелуи продолжились. Блондин целовал всё, до чего мог дотянуться: лицо, шея, ключицы и дальше вниз к груди. Стоило бы, наверное, поблагодарить Дениса, сломав ему нос, за то, что избавил меня от одежды. Вчера бы я в панике отползала на кровати, заливаясь краской смущения, но сегодня, видимо, во мне что-то сломалось и я позволила себе всё, о чём даже мечтать не могла. Сложно мечтать, когда с противоположным полом тебе ничего не светит. Блондин накрыл ртом один сосок, а второй зажал между пальцами и я застонала с новой силой. Невероятные ощущения, больше похожие на сказочный сон, чем на правду. Может, и вправду сплю? Боль от прикосновения к кристаллу казалась такой далёкой, что вновь приносила сомнения. Потому что в моей жизни не может быть столь умелого любовника, чутко реагирующего на все мои желания. Тогда чего тянуть? Хоть во сне узнаю, какого это.

Снова закинула ноги на спину мужчине и провокационно потёрлась. И выдержка мужчину покинула. Немного приспустив штаны, он вошёл одним плавным движением, а меня кольнуло острое чувство разочарование. Не больно! Мне было не больно, а значит, чёрт возьми, это всё сон!

Не знаю, что почувствовала моя эротическая фантазия, но блондин замер, вглядываясь в мои глаза.

— Госпожа, мне остановиться? Вам не нравится? — и столько растерянности в его голосе было, что я молча потянулась к его губам, требуя поцелуй.

Всё мне нравится, кроме того, что проснусь одна в своей комнате в общежитии, скорее всего, буду хлюпать заложенным носом и с тоской вспоминать эротический сон. Потом заведу себе вечно голодную и орущую стаю кошек и буду таскать у них "Вискас", потому что чувство сытости мне тоже приснилось. И умру старой девой, на радость Денису.

Блондин не двигался, давал возможность привыкнуть и оценить чувство наполненности. Правильно, чтобы потом было о чём вспоминать. Зато целовал мягко, даря нежность и какое-то щемящее чувство в груди. Что ни говори, а этот блондин из сказок умел одним поцелуем помочь забыть обо всём на свете. А уж когда в ход пошли пальцы, кружащие вокруг чувствительного бугорка и новый толчок, я окончательно выкинула из головы все мысли и странности, просто наслаждаясь мужчиной.

Такой острый, яркий... сон. Не знала, что такие бывают, но была безумно рада познать новые грани удовольствий. Мои пальцы давно впились в спину мужчину, оставляя глубокие царапины, стоны слетали с губ всё чаще, а напряжение внизу живота достигло бешеных размеров. Я вся была как натянутая пружина, готовая порваться в любую секунду. Блондин словно чувствовал, то замедлялся, то, наоборот, ускорял темп, продолжая эту чувственную пытку. И когда я рассыпалась на множество мелких осколков, содрогаясь в невероятном оргазме, он отпустил себя, делая всего несколько резких толчков, догоняя и падая вместе со мной в пучину блаженства.

Глава 2

Просыпаться не хотелось. Казалось, открой я глаза и расслабленная нега слетит, оставив после себя голод, простуду и все остальные неприятности. А так, пока лежала с закрытыми глазами, я могла наслаждаться ощущением сытости, ароматом любимого кофе со свежеиспечёнными булочками и мягкостью шелковых простыней. Я была уверена, что сон продолжается - шёлку в моей комнатушке взяться неоткуда, кофе из дорогущего кафе я позволяла себе раз в месяц и сегодня точно не тот день. Но всё же пришлось распахнуть глаза... и завизжать на одной высокой ноте, пугая всех ворон в округе, если они, конечно, здесь имеются.

Где это «здесь», я сама ещё не поняла.

Дверь распахнулась, явив печально знакомую четвёрку.

Твою мать!

Грозные как боги войны с оружием наперевес, они быстро осмотрелись и медленно опустились на колени.

— Доброе утро, госпожа, — поздоровались нестройным хором. А блондин ещё и взгляд от пола оторвал, посмотрев мне прямо в глаза и послав ослепительную улыбку.

Видели когда-нибудь стремительно краснеющую рыбу, выброшенную на берег, и хлопающую открытым ртом? Вот и я не видела, но чую именно её сейчас изображала. Даже испуг отошёл на второй план, сметённый смущением и осознанием.

Было! Чёрт возьми, ночью всё было!

То ли радоваться, что девственницей не умру, то ли кричать «караул, маньяки похитили».

Даже завывание ветра в голове услышала, так мысли разбежались. Только одеяло подтянуть догадалась, чтобы голым задом не светить.

— Вы кто? — наконец выдала я минут через пять, кое-как взяв себя в руки. А ведь когда-то считала, что у меня крепкая психика и я готова ко всему!

— Ваши рабы, госпожа, — снова улыбнулся блондин.

Ага. Поняла.

— Простите, ребята, — картинно развела руками. — Наручники и плётки - не моя тема, но могу подсказать адресок клуба любителей. Рада была познакомиться, но мне пора.

И осторожно, не поворачиваясь спиной к четвёрке, пошла в сторону выхода. Не могу сказать, что я боялась ролевиков. Всё же от Дениса защитили, в кровать отдохнуть уложили, кхе...если детали не вспоминать. А то, что слежкой попахивает, это так... нервишки, стресс, паранойя. Нужно было соглашаться на таблеточки.

Но как-то же они попали вслед за мной!

Шиза какая-то!

И голод прошёл, стоило заглючить, что в пространстве переместилась, хвост отрастила.

Вдох-выдох.

Во-первых, хвоста у меня нет - проверила. Во-вторых, могла просто отключиться, когда меня сюда переносили и ничего сверхъестественного здесь нет.

Ролевики-маньяки-похитители все так же стояли на коленях на полу, не предпринимая попыток меня остановить. А я, между прочим, уже около двери была. Даже поверила, что получится домой добраться без последствий. Наивная.

На ощупь нашла ручку, открыла дверь, пятясь, вышла и...

Визг повторился.

Я голосила на одной ноте даже тогда, когда меня за талию втянули назад в спальню.

Блондин прижал меня к своей каменной груди, в которой быстро-быстро стучало сердце, и успокаивающе погладил по спине.

— Тшш, всё хорошо, Юля. Тебя никто не тронет. Обещаю.

Замотала головой, отказываясь верить. Верните меня домой. Хочу умереть девственницей в компании орущих кошек! Э-э-э... первое уже неактуально.

— Там... там... Секта мутантов-извращенцев!

— Ваш гарем, госпожа, — подал голос красноволосый.

— Да вы издеваетесь?! Какая я вам госпожа? Какой гарем! Верните меня домой и я никогда никому не расскажу, что здесь видела.

— А я предлагал не строить из себя элитных рабов, — потёршись носом об мою макушку, простонал блондин. — Нужно было сразу всё объяснить Юлии, знаете же какая она впечатлительная.

Откуда?

— Не паранойя, да? — обречённо поняла я. — Вы за мной следили?

Готовились, собирали информацию. Поняли, что меня никто искать не будет, и спёрли!

— Охраняли, — педантично отозвался брюнет.

Не, не тот, что целовал. Другой. А вот первый... он смотрел так, словно сожрать меня хочет. Мне даже почудилось, что от него пахнуть стало как-то сладко. Приятно, вкусно. И внизу живота потяжелело. Афродизиак?

Что-то коснулось ног.

Не заорала только потому, что блондин вовремя зажал мне рот. И правильно, если так дело пойдёт, скоро сипеть буду.

— Тшш, Юленька. Это просто хвост. Красивый, пушистый, соблазнительный - весь в тебя, — горячо зашептал блондин и коснулся того самого места, откуда хвост вылез.

Меня как молнией прошибло. Ноги задрожали, дыхание сбилось. Брюнет, надушившийся афродизиаком, стал пахнуть ещё сильнее. И не только он. Сладкий аромат, обволакивающий сознание, проник в лёгкие, подогрел кровь.

— Ч-что это?

— Твоя защитная реакция. Пока не научишься контролировать вторую форму, будет проявляться при сильных эмоциях.

Скорее, потрясениях!

— А подробнее можно? — жалобно попросила я, готовясь... да ко всему.

Я - демон. С ума сойти! Они действительно думают, что я в это поверю? Но обо всём по порядку. Блондинистого прЫнца без коня звали Кассиан и я постоянно на нём залипала, рассматривая, то широкий разворот плеч, то густые, длинные волосы, рассыпавшиеся по плечам. Голубые глаза затягивали в омут порока, обещая такое, что внизу живота всё сводило от желания. Он сидел слишком близко, держа меня за руку и иногда проводя языком по губам, словно во рту пересохло. Пытался успокоить, поглаживая руку и не давая сбежать. А мне хотелось! Как-то быстро для бывшей девственницы гормоны взяли верх, убеждая, что ночью я была не в себе, слишком плохо всё запомнила и надо бы повторить. Убедиться, что Кассиану осталось, чем меня удивить.

Неужели вот это чудо с литыми мышцами сегодня принадлежал мне? Сама себе завидую. Впрочем, остальные мужчины недалеко от блондина ушли.

Брюнет, своровавший мой поцелуй, оказался Грегом и контролировал себя хуже остальных. Если хоть на секундочку предположить, что четвёрка не врёт и я действительно отношусь к демонам, которые питаются возбуждением противоположного пола, то от моего присутствия у брюнета сносит крышу. Зелёные глаза Грега смотрели с мольбой, обещая исполнить любые желания, разреши я к себе прикоснуться. Пухлые губы приоткрылись, словно он собирается что-то сказать. На шее пульсировала напряжённая жилка, а кадык то и дело дёргался, когда мужчина шумно сглатывал.