- -
- 100%
- +
© Modest Kozlovsky, 2025
ISBN 978-5-0067-4697-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Обложка
Розовая Витальность
События, описанные в произведении, являются художественным вымыслом. Любые совпадения случайны. Любые случайности закономерны
«Данная книга является художественным произведением, не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет и не пропагандирует их. Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий. Автор осуждает употребление наркотиков, алкоголя и сигарет. Пожалуйста, обратитесь к врачу для получения помощи и борьбы с зависимостью».
Сноска
+_+ = знак начала сцены
Сцена секса, ограниченная цензурой (18+)
– _— = знак конца сцены
*_* = знак начала сцены
Сцена употребления запрещенных ПАВ
Х_Х = знак конца сцены
Наркотики вредят здоровью
данные сцены удалены из произведения
[+] – знак начала сцены
*Flashback* – сцена воспоминаний, отсылающих в прошлое
[—] – знак конца сцены
Деление Мира:
– Федерация (В прошлом: Красный Союз – Белая Империя). Делится на области – Место действия событий.
– Альянс Запада. Делится на свободные страны: западного, восточного, северного, южного и центрального (в прошлом «Рейх») объединения.
– Соединенные Штаты Независимости. Делится на независимые штаты (те же области).
– Эмиратами Ближневосточного Объединенного Блока. Делится на независимые эмираты—страны.
– * Указаны только упоминаемые в произведении.
Оглавление
Глава I – «Становление»
Эпизод 1 (светлый)
Год ХХ15
Парень, лет 17, с длинным носом, ярко выраженными глазами—хамелеонами, заметно меняющими свой оттенок при разном освещении, от светло—карего, до почти серого. Волосы его слегка волнистые, темно—русые, длинною до уровня блеклых губ, из—за чего длинными локонами эта прическа развивается на ветру и периодически сползает на глаза, потому часто приходится рукой зачесывать их назад. Ростом около 188—193 см. Многие называют его высоким и стройным. Походка его непринужденная, но двигается он быстро и уверенно, даже несколько, по холерический, резко. Одежда его не очень дорогая, но довольно стильно подходящая по фасону: приталенная, расправленная ярко—красная рубашка, зауженные черные джинсы с ремнем—автоматом, на пряжке которого очень изящно изгибается изображение змеи и, ставшие своего рода «классическими», темные кеды с белым, как и шнурки, лого известного производителя «Лэнс». Из аксессуаров у него были только фирменные импортные часы фирмы «Player», с кожаным ремешком, подаренные ему от состоятельного деда. Сверху было легкое, облегающее демисезонное пальто, очень тонко сочетающееся по оттенку с джинсами.
Не обращая внимания на окружение и не замечая желтые оттенки природы, Илларион увлеченно погружен в собственные мысли: «На улице осень, конец сентября. А это значит, что наступил последний год старшей школы, после которого ждут экзамены, выпускной и поступление… Куда? Институт? Универ? На кого и где? Забавно… похоже все эти вопросы свойственны каждому человеку, в моем положении. Любому школьнику. Но в особенности такие размышления свойственны подростку нашего, технически—прогрессивного поколения. Думаю, многие сверстники задаются тем же… Столько возможностей и примеров успеха, которого добились люди, в ново—открывшихся нишах. Куча подражателей..
Могу ли я стать одним из таких? Привлекает ли меня это?
Черт, слишком сложно определиться и делать выбор. Ощущение, словно меня вынуждают его сделать. Возможности попробовать всего по немного и понять главную суть каждого профессионального направления попросту нет. Однако…»
Его размышления прервал вид знакомого двора – «Почти пришел». Свернув с главной городской улицы внутрь, сразу же стало заметно как сменилась «атмосфера».
Обойдя, по ровному тротуару шлагбаум, миновав пристройку с секьюрити, Иллар вошел словно в другой мини—мирок. Архитектура у 12—ти этажных домов была другой, под стать архитектуре, свойственной странам Альянса Запада, но никак не городской. Да и в целом, от общегородского вида, это место отличали детали: двор был необычайно чист, у каждого подъезда стояли урны и клумбы с редкими, для здешних широт, цветами, в центре, среди газона, стояла беседка, чуть поодаль была детская площадка. Общая атмосфера уюта и безопасности этого места окутывала сразу. Это было единственный такое место в городе, оформленное на манер западного стиля, не считая некоторых отдельных домов частного сектора.
Еще пару шагов, внутри элитного спального района, и он у двери. Звонок в домофон. Знакомый и знаковый голос, открывающий входную дверь. Быстро поднявшись по лестнице, Илларион видит в проходе Наташу. Она улыбается ему… В голове Иллара, как сокращенно звали его друзья, в этот момент проскользает мысль:
«Она так по наивному рада меня видеть, а ведь мне совсем нет до нее дела»
Осознав это, он тут же старается переключиться, ведь подобное рассуждение вызывает в нем странное неприятное чувство (Чувство, которое он так упорно игнорирует, расфокусируя его в своем сознании, каждый раз.).
Подходя ближе, на его лице появляется ухмылка, которую вероятно, девушка воспримет как добрый жест, не догадываясь про мысли Иллара, и он это знал.
– Привет – нежно произнесла Наташа
Молча подойдя к ней, парень, положил руку на талию и легким движением притянув к себе, слегка поцеловал ее в розовую, вероятно от волнения, щеку.
– Ну чего ты так ухмыляешься? – робко хихикая спросила Наташа отводя взгляд в пол и опустив руки, соединив их в замок – не пялься на меня с таким выражением.
– Тебя это смущает? – игриво спросил Иллар.
– Проходи уже!
Наташа, девушка лет 16, стройная, с длинными белесыми волосами, распущенными вдоль плеч. Ее кожа было бледной и чистой, такой, что можно было четко различить, когда она смущенно краснеет, глядя на ее округлое лицо, с большими синими, небесными глазами. Она была без макияжа, так как не любила его использовать, да и самому Иллару казалось, что он ей совсем не нужен. Для нее естественный вид был самым обаятельным. Ее обтягивающие джинсы—скинни выделяли все очертания прямых ровных ног, что в очередной раз приковало взгляд героя, когда она повернулась к нему спиной, чтобы закрыть дверь. Зеленый домашний свитер был в шерсти: «Видимо недавно возилась со своим котом» – подумал герой. Этот кот, рос вместе с Наташей с самого ее детства и сейчас был уже очень стар, но девушка по—прежнему проводила с ним много времени и ухаживала.
В квартире у нее было прибрано, как и в ее комнате. Родителей не было, они часто оставляли девочку одну, сетуя на ее правильное строгое воспитание и уверенность, что дочь никого не приведет без спроса. Порядок всюду подчеркивал в ней дисциплину и повадки «отличника». К тому же, в своей школе она и правда училась почти на одни пятерки. Сев вместе с Илларом на заправленную кровать, достав плед и положив себе на колени, она спросила парня голоден ли он. Тот же, чувствуя это проявление истинной заботы, которое умиляло его, сказал Наташе…
– Я не отказался бы от… цитрусовых и от… Хмм… – сделав вид, словно задумался он неожиданно запустил руку под плед, положив девушке на ляшку. Было ощутимо как она вздрогнула, явно не заметив такого маневра и резко двумя руками схватила его руку поверх пледа.
– Ну куда ты лезешь – хихикая, смущенно спросила она.
– Знаешь, давай Натали, пока ты ходишь, я найду на ноуте фильм – отсек Иллар, чуть сильнее сжав ладонь. Ему нравилось наблюдать как она краснеет и отводит глаза. Для него это было что—то вроде предварительных ласк, только на эмоциональном уровне. Он не отводил от нее взгляд, из—за чего тот казался очень проникновенным и даже тяжелым. Казалось, его никто не сможет переиграть в гляделки.
– Ну все, отпускаааай – протянула «Натали» – и извернувшись, все же встала и неловко пошла в другую комнату, обернувшись перед тем, как скрыться из виду.
Здесь Илларион снова задумался. Она казалась ему очень милой, милее чем истеричная Олеся, и тем паче, во всем лучше скучной, зацикленной на себе Светы. Возможно, когда он переспит и с ними, то по итогу, попробует даже остаться с Наташей…
Его мысли прервало всплывшее в телефоне сообщение из месседжера «WhatsUp».
Как раз писала Олеся. За одним сообщением, почти тут же последовала и череда других так, что, особо не вчитываясь в то, что именно она пишет, за неимением интереса, Иллар понял одно: она в очередной раз в истерике и написывает ему, чтобы тот скорее пришел к ней. Вот он, удачный момент добиться еще большего доверия у этой девочки. Став еще чуть ближе к ней, сократив расстояния до момента соприкосновения… Иллар быстро собрался и, пройдя в коридор, начал надевать обувь, встретил у порога уже идущую с тарелкой апельсинов Наташу. Парень очень спешно объяснил ей, что ему срочно нужно идти помочь родственникам. Было видно как лицо Наташи стало понурым, но Иллар чуть заметив это, больше не смотрел на нее.
– Ну, тогда в другой раз?.. – тихо спросила девушка.
– Извини, Наташка—милашка – обнял ее Илларион и прошептал на ухо – тот раз был первым, но далеко не единственным – напомнил герой об их первом сексе и, вообще первом для Наташи – У нас впереди еще уйма времени, вся жизнь – отпустив ее, он увидел как губы девушки слегка приподнялись в улыбке.
– Пиши, как освободишься… – робко успела обронить девочка.
Выйдя из подъезда, Иллар тут же написал сообщение Олесе, что будет у нее через 20—30 минут. Она жила на другом конце города и, для Героя это было важным, чтобы его девушки не только не знали друг друга и не имели общих знакомых, но и жили по разные стороны, дабы, когда он прогуливается с одной, ненароком случайно не наткнуться на другую.
До ближайшей остановки было минут 15 ходьбы, так, что герой решил сократить путь дворами. Только—только выйдя из спального района Наташи в сторону от центра города, невозможно было не заметить тот контраст, который образует открывшийся вид города. Вернее сказать, его окраины. Большинство домов были пятиэтажными, стены их были обшарпаны, на первых этажах стояли решетки. Общий вид такой постройки, указывал на то, что последний раз какой—либо ремонт делался здесь полвека назад.
Иллар обратил внимание на 4—ех парнишек, лет 10—12, которые лазили по ржавым гаражам. На самой детском площадке были какие – то изделия из шин, давно сломанная горка и железные турники, на которых сушилась одежда. Периферией зрения Герой заметил, как нему подходит дедушка, одетый в одежду, которую носили люди еще во времена Красного Союза.
– Здравствуй сынок, выручишь монеткой пенсионера?
Иллар задумался. Ранее, когда к нему подходили нищие, то он их брезгливо отшивал жестом руки, либо ускорял шаг и проходил мимо. От них неприятно пахло, да и смотреть на них было невыносимо мерзко. Ему казалось, что те сами виноваты, в своих бедах. А потому, не достойны, не то, что помощи, но даже взгляда. Но этот старик не был похож на них. Было видно, что он не такой. Одежда из прошлого века, в виде клетчато—пиджачного костюма, хоть и была выцветшей, но не рваной, хоть и имела, едва заметные, но аккуратные заплатки. Было видно, что дедушка носил ее долго и аккуратно, он следил за ней, как и за своим внешним видом. Подойдя чуть ближе, Иллар остановился и уловил легкие нотки тройного одеколона. Ему было очень комфортно находиться так близко к этому человеку. Глаза деда были глубокими, добрыми, иссиня—серыми, волосы седыми, но без залысин. Осанка слегка сутулая. Неимоверная печаль охватила Иллариона. Он молча достал свой паспорт, в много—карманном чехле которого у него были наличные и протянул пару купюр среднего номинала. Старик жестом ладони вперед, показал отказ и уже было хотел заговорить, но парень опередил его, резво протянув руку к наружному карману пиджака и легким движением задвинув туда деньги. После чего, так же быстро отвернулся и, обычным для себя, быстрым шагом продолжил свой маршрут. Позади, были слышны звуки всхлипывания, словно дед хотел что—то сказать ему вслед, но не мог выговорить, будто ему мешают нахлынувшие эмоции.
Приехав на место и только выйдя из автобуса, он тут же увидел стоящую возле своего частного дома Олесю. Девушку лет 18, уже совершеннолетнюю, по законам Федерации, учившуюся в городском колледже. Она была в шафранновом платье, темных чулках и на открытых бежевых каблуках. Волосы у нее темно—рыжие, слегка волнистые, глаза мутно—зеленые, широкие, лицо овальное, светлое, лоб прямой. Руки ее были скрещены на груди и левая нога оттопырена в сторону. Она разглядывала свои, под стать стилю, янтарно—лакированные ногти и, только завидев Иллариона, не дожидаясь пока тот подойдет поближе, громко начала:
– Ну скоооолько можно ждать тебя, ты же сказал, что двадцать минут, а сам ехал целый час – явно недовольно обозначила особа.
– Ну извините, «Ваше Вреднячество», я пытался сказать водителю—южанину, чтобы тот ехал быстрее. Не уверен, что он меня точно понял – мягко и саркастично, почти смеясь ответил Иллар.
На Олесю подействовал такой прием и было видно как та изменилась в лице, немного «подтаяв».
– Ну ладно, слуга – попробовала нарочито непринужденно подыграть пассия.
Иллар очень хорошо видел и знал, что сейчас она будет выкабениваться, потому подойдя вплотную точно так же закрепил руки на груди, слегка оставив ногу, как бы пародируя поведение своей подружки. Не сразу заметив это, Олеся выдержав паузу все же звонко спросила:
– Ты еще и издеваешься, вместо того чтобы обнять? Мне и так плохо – старалась она выдерживать соответствующие ее словам угрюмый тон голоса.
– Но я же вижу, что тебе лучше – закатив глаза Иллар хотел было продолжить, но почувствовал, как Олеся неожиданно повисла на нем и резко впилась в губы плотным поцелуем. Это слегка обескуражило парня, но тут же он в очередной раз смог убедиться, что как раз за такие непредсказуемые моменты страсти она ему и нравится. Поцелуй был долгий, несколько раз девочка игриво дотронулась своим языком до языка своего, как ей казалось, парня.
– Соскучилась – тихо и медленно, удовлетворенным тоном, произнесла Олеся, наконец прервав касание. После чего потащила юношу к себе в комнату, мимо гостиного зала, через длинный коридор, увешанный различными картинами, вверх по винтовой лестнице, на второй этаж. Дом был действительно внушительного размера, с 8—ю жилыми комнатами, во многие из которых Иллар, за все время месячного знакомства, так и не заходил.
После продолжительного, истеричного рассказа, сопровождающегося перепадами в голосе и активной жестикуляцией, о причинах своего недовольства Иллару, делавшему вид активно слушающего собеседника, Олеся уселась у парня на коленках и продолжила то, что начала на улице.
«Наконец—то этот бессмысленный мозговой штурм закончился. Гораздо интереснее с ней целоваться, чем слушать тривиальные, вторичные девичьи „проблемы“ и сплетни» – подумал Илларион. После чего, встав с кресла—мешка, где он сидел и подняв легкую худющую Олесю, он понес ее к двуспальной кровати, на которой та спала одна. Уложив подружку и устроившись рядом, сверху наседая в пол тела, он опустил одну руку по талии к ее бедру. Девушка вздохнула и закинула руки за шею к парню, обхватила ее и снова притянула его к своим губам, совсем не препятствуя тому делать снизу то, что он хочет.
+_+
– Такой напористый, дааа? – кокетно спросила Олеся.
– Когда, ты говоришь, можно будет остаться у тебя? – глядя ей в глаза, уверенно произнес парень.
– Нууууу, я даже не знааааааююююю – затянула было Олеся, но тут же ощутила, как пальцы Иллара, сквозь колготки дотронулись до ее клитора – ММММ, вот как значит?
– Я жду ответа – еще плотнее притеснив свои пальцы к киске, настойчиво произнес Герой.
– Ну, так же нельзяяя, это неее чеееестнооооо, пустиии – взмолила кокетка и стала ножками отталкивать себя назад, но уперлась в спинку кровати, поднявшись по ней, слегка отринув от Иллара. Тот, в свою очередь, видя, что девочка загнана в угол, пододвинулся к ней, прижав еще сильнее и впившись в ее тонкую шею.
– Ммм, но… хватит… дай сказать – прерывисто, довольным тоном начала девочка. Почувствовав, что она обмякла, Иллар мягко поднял руку на живот Олеси за уровень колготок, а затем неожиданно запустил ее под них, поверх мокрых трусиков, снова наведя два пальца на нужное место.
– ДА ММММ —застонала Олеся, но тут же ее губы были заткнуты поцелуем, не дающим говорить и сбивавшим участившееся дыхание, от чего она двумя руками схватила запястье Иллара и попыталась увести его от промежности, но ее тонкие бледные ручки, не обладали, даже в половину, достаточной силой. Илларион, уже пальцами отодвинув ткань, напрямую касаясь «очага стонов», став теребить его.
– В ВЫХОДНЫЕ! – задыхаясь, выкрикнула в потолок Олеся – в следующие выходные… приходи в субботу… а сейчас, не заводи меня… родителей тогда не будет, а сейчас они… скоро вернуться – отдышиваясь стала объяснять девушка.
– Так бы сразу – томно произнес Иллар, доставая руку и медленно подняв ее по телу вымученной, заведенной Олеси, взял ту за шею. Девочка закрыла глаза, она тяжело дышала и было видно, что она хочет не меньше самого парня. Иллар большим пальцем отодвинул подбородок Олеси чуть в сторону, мягко поцеловав ту в щеку. Когда она повернулась лицом к герою, темно—малахитовые глаза были прищурены, а рот слегка открыт. Она жадно смотрела на Иллара, в очередной раз переведя руки за шею. Притянувшись телами друг к другу, они продолжили целоваться.
– _—
Неожиданно Олеся переменилась в лице.
– Иллар, что это?.. – она потянулась к его плечу и сняла с него длинный белесый волос – Ну—ка сядь! – приказным тоном сказала она. Еще немного покрутив его на свету, она спросила:
– Что это такое?
У Героя быстро пронеслось в голове: «Сказать о том, что этот волос мой, можно было попытаться, если бы я вернулся от Светы. Это было бы похоже на правду, потому что у нее они были каштановые, близкие по оттенку и длина этого была примерно такой же, как и у меня, пусть и сам волос тоньше.» Но это был волос Наташи. Паниковать было нельзя, но и медлить тоже.
– Ну, чего ты молчишь?! – нетерпеливо вопрошала рыжая фурия.
– Ты сейчас это серьезно, да? – пренебрежительно, не спеша произнес Иллар
– Илларион! – перейдя уже на крик – Какого хрена?!!
– Послушай, когда я ехал в автобусе, возле меня в плотную стояла сероволосая девочка. Вероятно, это все объясняет – искусно делая вид, словно он вспомнил это и пребывает сейчас в недоумении, за что Олеся так взъелась на него. Хоть и на самом деле внутри у него была абсолютная паника и морально он уже готовил себя быть выставленным за дверь:
«Я был так близко, еще бы неделька…»
– Ты меня за дуру держишь что—ли?! – не могла угомониться девушка – А еще это объясняет, почему ты «задержался».
«Мда, и самое забавное тут то, что здесь я сказал правду, ведь действительно долго ждал автобус, а потом, когда тот доедет. И это обстоятельство навело на меня еще большее подозрение. Если из—за этого она меня выведет на чистую воду… Иронично» – думал про себя Герой.
– Ты сама подумай, мы живем в одном небольшом городе. Если бы я встречался еще с кем—то здесь, меня могли бы заметить твои подружки или знакомые, к тому же, за все время нашего знакомства я ни разу не давал повода меня подозревать в том, о чем ты сейчас думаешь.
После этих слов Олеся склонила голову. Еще немного покрутив в руках волос, она откинула его прочь.
– Не убедительно, Илларион…
– Ну лисичка, чего ты сама себя накручиваешь? Давай, угомонисссс – шутливо сказал Иллар и взял в свою руку ее ладонь – Фыр—фыр—фыр?.
Олеся слегка улыбнулась.
– Ну ладно, я подумаю… что с тобой сделать – чуть взбодрившись сказала она – но если я только узнаю, что у тебя есть другая, я тебя так отделаю, что ты потом имя мое будешь в ужасе вспоминать.
Эпизод 2 (светлый)
Когда Иллар вышел из дома Олеси, на улице уже были сумерки. Олеся предложила вызвать ему такси, но Герой хотел пройтись пешком, а потому отказался. Выйдя на площадку перед домом девушки, Иллар закурил и размеренным, медленным шагом пошел в сторону своего дома.
«Здесь, на окраине города не так много искусственного света фонарей, а потому должны быть видны звезды»
И действительно, на ночном небе появлялись первые огоньки, ледяного далекого света. Это завораживало Иллариона. Он любил смотреть на звезды с самого детства. Ему виделось в них что—то тянущее к себе. Необычайное чувство такой мечтательной печали, словно уносило его сознание сквозь пространство, абсолютно беззвучное из—за вакуума. [Данная сцена, либо конкретный текст: описание, фраза, слово — скрыты, по причинам несоответствия морально-общественным нормам и/или законодательству Российской Федерации]…
*Flashback* (лиловый) [+]
Год ХХ14
8 мая – День Рождения Иллариона
Вернувшись из школы, по пути встретившись со своим другом Кирияном, только ставший 16—илетним Иллар, раздевшись и оставив сумку у входа, сразу же прошел вместе со спутником в свою комнату, где стоял компьютер. Ему было стыдно перед гостями, за то, как выглядит его квартира. Уже войдя в коридор, можно было понять, что здесь живут люди крайне нечистоплотные. Две из трех жилых комнат, кроме той, где жил Иллар, были загажены различным мусором и бутылками из—под алкоголя. Ванная и туалет выглядели относительно презентабельно, Герой, будучи достаточно брезгливым, часто мыл их. В две другие комнаты: гостиную и спальню матери, Илларион старался даже не заходить, зная, что не пройдет и пары дней, как его родитель опять устроит срач. Кухню, не трогал, потому как готовил еду и ел в своей комнате. Самым страшным во всей этой ситуации было то, что в доме, помимо не полной семьи, были еще и животные: вполне милый пес, которого парню тем не менее нужно было выгуливать и вездесущий проныра—кот, что гадил во все места квартиры, несмотря на то, что Иллар вычищал его лоток. Иногда этого кота хотелось проучить, но Герой не знал «как?». Перевоспитывать это чудовище было заведомо пустой тратой времени. Сама мысль, чтобы поднять руку или просто применить хоть какую—нибудь силу к животному, Иллару казалась мерзкой и абсолютно не правильной. Тут стоит отметить, что в случае с людьми, он так же придерживался мнения, что насилие – инструмент варвара, однако, если бы на него напали, он бы смог ответить, как уже было пару раз в средней школе.
Несмотря на всю гнетущую атмосферу, друзьям и знакомые Иллара ничего по этому поводу ему не говорили, ведь общался он только с сознательными. Тем более они понимали, что Герой не виноват в этом, к тому же у многих и самих ситуация в семье была не без изъяна. Такова была ситуация в Федерации: кризис социальной сферы и полная… разруха… с близким к абсолюту падением института семьи и брака.
Усевшись за компьютер, подростки стали смотреть различные видео на популярном видео—хостинге «UTube» и обсуждать актуальные для них темы: школа, оценки, игры. Подходил к концу 9 класс средней школы, после которого давался аттестат об основном общем образовании. В случае Иллариона, учившемся на одни 5—ки, он должен был стать красным. И, не смотря, на то, что впереди, в конце мая, ждали экзамены, сегодня можно было расслабиться, ведь День Рождения бывает не каждый день. К тому же, скоро должен был прийти их общий друг Клайд, который учился вместе с Героем в одном классе, но уже около недели не появлявшийся в школе, будучи в другом городе. Однако, тем не менее, не пропадая из виду, тот периодически списывался с Илларом по анонимному, зашифрованному месседжеру «Телеграff» и обещал сегодня принести «особый» подарок. Иллар знал, что Клайд связан с ПАВ—продажей и является одним из модераторов на соответствующей интернет—площадке в даркнете, от чего у него была редкая возможность получить товар по скидке, не переживая за нюансы: ненаход, либо «принималово1».