Талисман этого места. Девушка с зелеными волосами

Глава 1

Летом, после долгого перерыва, мы приехали в маленький городок на Балтике.

Власти дружно постаралисьпривлечь как можно больше туристов, незадумываясь о последствиях. И последствияне заставили себя ждать. Орда полуголых,голодных и усталых людей заполонилалюбимый курорт. Они вели себя каквременщики-захватчики, да собственноони и приехали на короткое время. Отпрежнего очарования не осталось следа,старый шик королевского курорта,развеялся как ветхая столетняя вуаль.Город превратился в «летнюю дачу».

Каждая новая волнаприехавших требовала своей долиоплаченных развлечений и услуг. Наглавной улице только кафе и сувенирныемагазины. По набережной не пройти. Кучимусора на каждом углу. Бесконечна воньжаренной рыбы, подпалившихся шашлыкови сахарной ваты. Загаженный мазутомпесок. Избыток громких мамаш с маленькимизамученными детьми.

Местные жители, поначалувозликовавшие от увеличения доходов,оказались не готовы к тому, что все онидолжны стать безропотным обслуживающимперсоналом и научиться угождать.Оказались не готовы к подобной резкойперемене и мы... пережитый отпуск нельзябыло назвать приятным событием.

Внезапно появившаясявозможность приехать осенью на взморьеоказалась более чем кстати...

Я вошла через тяжелоскрипящую калитку. Придерживаяподпрыгивающий на брусчатке чемоданомпо краю замощённого дворика обошлафонтан с безупречными скульптурами. Вэтот момент в ворота влетел странныйгрязно-белый фургон.

Охрана появиласьмгновенно. Два круглых дядечки резвопроскочили несколько шагов до машиныи стали что-то тихо обсуждать с водителем.Тот, обернувшись назад, махнул рукой, бортафургона со всех сторон резко взлетеливверх. И началосьмассовое нашествие. Откуда ни возьмисьпоявились люди в камуфляжной форме. Какшустрые муравьи они тащили стремянки,какие-то плоские белые доски, огромныекофры, софиты... Киногруппа!

Последние нескольколет киношники прочно оккупироваликурортные города Куршской косы. Летомодновременно снимали сериал и триполнометражных фильма. Везде требоваласьмассовка. Со всех городов примчалисьдевицы, снимали вскладчину комнаты иквартиры, нанимались посменно официантками,горничными. Но главное – все время участвовалив кастингах.

Каждый день летом можнобыло видеть короткие объявления– такого-точисла, в такой-то час требуются девушкидля съёмки сцены на пляже, на дискотеке,в офисе, в кафе и т.п., параметры девушек,форма одежды. Съёмки происходилиранним утром, чтобы гуляющий народ немешал. Но бывали и вечерние сцены,собирающие толпы отдыхающих. Перекрываливсю набережную – ещёбы, такое развлечение...

– Ваш ключ. Приятногоотдыха. Надо ли вам помочь доставитьчемодан до номера?

– Нет, спасибо, ясама. А что за нашествие у вас во дворе?Опять кино?

– Ой, я же вас забылапредупредить. Мы думали, что успеютзакончить, но какие-то сцены, говорятне пошли и ещё пару дней с Вамипососедствуют. Сериал поснимают. Обещалисильно не шуметь и снимать только довосьми вечера.

– Очень близкоесоседство?

– Сняли люкс, он у васза стенкой. Ещё немного в коридореразместились ненадолго. Они вам непомешают, тихо себя ведут.

Кажется, везеньезакончилось. Представляю себе этутворческую орду в коридоре возле номера.Отворачиваясь от смущённой девушки –администратора Алины я скользнулаглазами по краю стойки и увиделасимпатичную каменную пирамидку, сложеннуюиз разных камешков. Вроде той, что мыбессознательно на пляже складываем,если камешки под руку попадаются.

Пирамидка явно вызываласимпатию у всех, кому попадалась наглаза. Два почти одинаковых плоских,размером не более куриного яйца,желтоватых камня с сероватыми вкраплениями,скорее всего, яшма, разделены, а, скорее,соединены идеально округлым с пятирублёвуюмонету светло-серым базальтом. Сверху,на втором жёлтом «блинчике», устроилсяярко красный с разноцветными прожилкамималенький камешек-галька. Он сильнопоходил либо на клоунский нос, либо напомпончик на берете. Не улыбнуться былоневозможно.

– Вы что-то ещёжелаете?

Алина стояла возлепирамидки и внимательно разглядываламеня.

– Нет, спасибо.Залюбовалась камешками вашими, забавные.Вы сами их сложили?

– Не я, у нас тутдевушка недавно работает. Она обычнораз в неделю складывает. Говорит, вбизнесе помогать должно. Они у нас тутпо всему отелю есть. Никто не возражает.Гостям нравится, современная инсталляция.

Лифт, сияя синим светом,бесшумно доставил меня на третий этаж.Через десяток шагов пришлось притормозить.Коридор уходил вправо и влево, в неуютнуютемноту. Я точно знала, что сработаютсенсорные датчики и свет включитьсяпри первом же движении. Но почему-тострашно не хотелось делать этот первыйшаг.

Свет вспыхнулмгновенно, но не сверху. В конце длинногокоридора, покрытого тёмно-синим ковромс крупными золотыми звёздами сиял жёлтымсветом фонарь-маяк. «Тяжёлый цветКуртейна» в чистом виде.

Храбро двинуласьнавстречу слепящему глаза источникусвета и тут же запнулась. Чемодан застрялна чем-то упрямом и твёрдом, а я, потерявравновесие, полетела вперёд...

Ребра и грудь чувствоваличьи-то коленки, их было несколько. Пахлогрязными джинсами, табаком, остаткамиеды. На щиколотки намоталось нечто упругое,резиновое. Свет зажёгся одновременнос длинной матерной фразой.

По середине коридораразместились коробки разной величины.Слева, на всю длину стены, устроен «стол»из таких же коробок. На нём вплотную кдруг другу стояли мониторы.

Меня подняли в несколькорук, подали чемодан. Выдохнув несколькораз я ненавистью уставилась на первогосидящего дяденьку. Заговорили мы разоми на очень повышенных тонах.

– Вы тут обалдели,что ли?

– Да вы чуть техникудорогую не разбили!

– Весь коридор занятьв темноте!

– Вы съёмку срываете!

– Да, какого черта,это мой номер!

Собранный из коробокстол взгромоздили впритык к двери моегономера. На неё опирался товарищ невзрачнойнаружности в турецком свитере с ромбами– привет из 90-хгодов! Чуть дальше по коридору, за егоспиной открылась дверь и кто-то оченьпохожий на очень известного актёраспокойно спросил:

– Ещё дубль?

Оттолкнув любителятурецких свитеров, я быстро открыладверь ввалилась вместе с чемоданом вномер.

Пришлось некотороевремя посидеть и успокоится. Номерстандартный, но светлый, чистый, террасканебольшая. Зато вид! Вся набережная какна ладони и закаты тут будут потрясающие...Отправила мужу пару снимков, подтверждающихмоё успешное прибытие, разложила вещи,постояла под душем.

Все это время за дверьюбыло очень тихо.

Включила и выключилателевизор, немного просто посидела втишине.

Чего я стесняюсь, в концеконцов ? Я же к морю приехала и кофехочу...

За дверью в коридореникого и ничего не оказалось.

Сумерки первого отпускногоосеннего дня, совсемсерые. Море, песок, небо – всеодинакового стального серого цвета. Новолны ласково шумели и чуть слышношелестели осоки, морской воздух будоражил,влажный песок легко пружинил под ногами.Лицо охлаждала тонкая маска из водяныхкапелек, лёгкий вкус соли на губах... Вномер я вернулась часа через три, когдасовсем стемнело.

В отеле и на этажеоказалось удивительно тихо.

В день приезда ужинатьв номере было бы обидно и я спустиласьв ресторан отеля. Основной зал пуст, внём все столики предназначалисьтолько для утреннего завтрака. Затозастеклённая терраса, где десятилетиеназад мы с мужем провели столько милыхвечеров, нередко единственными гостями,забита почти под завязку.

Свободным оказалсятолько один стол. Второй от входа. Возлепанорамного окна, но с одним большимнедостатком – всоседях та самая киногруппа, с которойя так «близко» познакомилась. Господаявно очень сильно устали и к моемуприходу активно восстанавливали силыпри помощи водки и томатного сока.Вливали в себя рюмку за рюмкой не ослабляятемпа. Так упорно и методично, будтозабивали сваи.

Наплевав на приличия,я неспешно рассматривала тех двоих, чтосидели лицом ко мне.

Господин в турецкомсвитере (даже к ужину не переоделся!)по-прежнему имел крайне неприятныйвид. Череплысоватый, плотно обтянут сухой, почтипергаментной, кожей. Уши круглые,небольшие, но очень привлекают к себевнимание...

В этот момент он поднялглаза. Светло-серые. Взглядвнимательный и такой безотрадный, какесли бы человек уже исчерпал свой лимитна счастье, и ждёт его только горелютое...

Аж сердце сжалось отнехорошего предчувствия.

Я быстренько уставиласьна его соседа. Этот персонаж был гораздоживее и, на фоне первого, безусловнопривлекательнее. Одет, правда, не посезону, в яркую полосатую футболку спальмами. Зато лицо румяное, и, несмотряна солидные мешки под глазами, довольное,динамичное. Он все стремился вовлечьсидящих за столом в обсуждение какого-топрофессионального события дня.Сотрапезники вяло кивали, а его соседникак не реагировал.

Наконец официант принёсбокал белого вина и, ожидая пока приготовятлосось по-велингтонски, я продолжалаглазеть по сторонам. Нанизком узком подоконнике возле моегостола устроились мои новые «знакомцы»– маленькиепирамидки в три камушка. В основаниитёмный, но скорее серый, чем чёрный,широкий, как пластина, средний объёмный,как яйцо, и светло–серый,верхний – маленькаягалька серый с желтоватыми вкраплениями...

Позже, устраивая тёплоегнездо из четырёх подушек и двух одеяли решительно оставляя окно на ночьоткрытым, я все размышляла о количествекаменных пирамидок. О предпочтительномвыборе серого цвета. Ведь это явно былине просто инсталляции...Если отнестисьсерьёзно к этим каменным мини – сооружениям,то можно подумать, что по отелю кто-тоочень настойчивый разместил немалоечисло амулетов.

И почему камни не падали,чем они скреплены?

Шум моря мягко убаюкалменя, изгоняя глупые мысли.

Утро выдалось такимясным и ярким, как с только что отпечатанногорекламного плаката. Небо насыщенноголубое, море шумливое и с разнымиоттенками зелёного, «барашки»пушисто-белые. И только внешний видвездесущих утренних бегунов на набережнойне позволял полностью поверить прекраснойпогоде – господаи дамы натянули капюшоны и закуталисьв шарфы. Многие в перчатках. Дикторместных новостей бодро проинформировал,что утренняя температура не более трёхградусов тепла, но днём разогреется допривычных летних показателей.

В ресторане, поедаяпышный омлет, я все изучала официантокновой смены, пытаясь определить, кто изних так сильно увлёкся магическимиритуалами.

Преимущественнонизкорослые и плотненькие, в белыхблузках, длинных чёрных юбках, бордовыхфартуках. На голове плотно прилегающиечёрные шапочки, так, что не разглядетьволос. На лице обязательные в этот годмедицинские маски – словом,никаких отличительных черт. Просто неза что зацепиться. Они толпились возлевыхода, демонстрируя друг другу что-тов своих телефонах, негромко, но активнообсуждая. При появлении администраторамгновенно рассыпались по залу, деловитособирая посуду. Работы у них былодостаточно...

В номере вовсю трудилисьцелых три горничных. И, сидя на широкомподоконнике в коридоре напротив открытойдвери в номер, я получила массу полезнойи не очень полезной информации.

Да, ночи и утренникистали уже очень холодными, но днём такжарко, что многие ещё загорают, еслипойдёте на «сковородку»,то можно исгореть...

В городе много чегопонастроили, а сегодня начинаетсяосенний праздник и на неделю, соревноватьсябудут на лучшую композицию с тыквами– весь городзанят тыквами и цветами, туристам оченьнравится, в очередь стоят сфоткаться...

Кино в этот раз снимаюттихое, не то что летом, сплошные сериалыпро убийства, даже смотреть обидно было– не курорт, акриминальная дыра, да ещё места какиегрязные показывают – игде они их только находят... Сейчас вгороде целых пять фильмов снимают, восновном опять про полицию, а один– спортивный,что ли...

Нет, в соседнем люксетоже что-то детективное, да уж третийраз заезжают, не ладится у них – всекадры не те, ругаются сильно, убирать вномере не разрешают, только санузелмоем. Они на неделю записались, номерпотом не отмыть... Хорошо хоть не живут,а только серию свою снимают, сегодня собеда начнут, поэтому мы в вашем крылепораньше и уборку делаем, обычно-топосле двух приходим...

Камни у нас ктораскладывает? Да это Дина, официантка,она у нас одна такая, остальные всёПолины, да Алины, начальство путается.Почти каждый день работает, ей деньгиочень нужны, приехала с полгода как, унашей Любаши комнату снимает за железнойдорогой. Вы её не видали сегодня? Легкоузнать можно – одеватьсялюбит поярче и зелёных прядей себепонаделала. Все надеется, что для кинотакой вид привлекательней, они тут всевзбесились, бегают по кастингам,ненормальные, если кого в массовкувозьмут постоять, так визгу и рассказовна несколько дней, всем фотки свои суютпосмотреть...

Зачем камни ставит?Да кто её знает, не спрашивали, начальствунравится, гости в блогах своих выкладывают,для рекламы полезно, так пусть и стоят,не мешают. Вы на Косу если пойдёте, тактам тоже пирамид таких немало из камнейпобольше...

Да вы идите, погуляйте,вон погода какая, повезло вам, до октябрятепло и солнце обещают, а то весь августзаливало...

Три дня подряд я безустали следовала совету горничной.Ровно в одиннадцать, с заходом в магазинза фруктами и вином, и в маленькую кафешкуна граничной черте города за кофием исвежайшими, но очень калорийнымиюмриками, я быстрым шагом пересекалапарк, часть леса за дюнами и вылетала кморю. Такой темп для меня выдерживатьуже было тяжеловато. Приходилось искатьсвободное брёвнышко, посидеть иотдышаться. Вокруг немедленно собиралисьчайки и в ожидании подачки парили надголовой или, совершенно непугливо,топтались возле самых ног.

Присевших на брёвнышконе оставляли вниманием и городскиелюбимцы – коты.

В городе для котовсозданы условия для спокойного уличногопроживания и они, устав от бесконечногосюсюканья проходящих туристов и детей,либо полностью игнорируют человека,либо усаживаются в малодоступном месте.

На Косе эти хвостатыетираны вели себя совершенно по иному.Им не нужна была еда, тем более, чтогуляющие по берегу с собой подходящейдля котов еды и не брали. Кошки требоваливнимания – какдань за краткий отдых.

Особенно настырной былапятнистая рыже-черно-белая кошмарина.Она, наверняка, сидела в засаде где-нибудьпоблизости и радостным завываниемнеслась с присевшему отдохнуть. Немедленноначинала тереться о ноги, забираласьна руки, плечи, лезла целоваться.Сталкивать бесполезно. Спасти «страдальца»могло только появление новой жертвы. Взоне такого пристального вниманияименно этой кошки находилось три-четыребревна. Следующий ареал был «закреплён»за крупным, но немного облезлым бело-жёлтымкотом. Этот был либо более ленив, либоболее тактичен. Он подходил неспешно итолько тёрся о ноги. Такое вниманиевыдержать значительно легче, при условии,что вы спокойно относитесь к светлойкошачьей шерсти на своих штанах...

Чем дальшепо берегу уходишьот города, тем спокойнее становится надуше. Гуляющих почти нет, шум морясмешивается с шелестом листвы, и ветер,словно переводчик с морского и лесногоязыков, наговаривает старыелегенды, скидывая с твоей головы капюшони настойчиво вороша волосы.

Неуклюжая длинная теньсалютует бутылкой и глоток вина помогаетлучше понять о чем идёт разговор междудеревьями и волнами. Каждая четвёртаяволна норовит дотянуться до твоихкроссовок и смыть всю суету и ерунду,что заполняли жизнь. Красота и силаБалтики исцеляет лучше любого врача,вне зависимости от природы недуга.

Чем дальше я уходила отгородского пляжа, тем чаще попадались каменныепирамиды. Разговорчивая горничнаяоказалась права. Некоторые были сложеныиз очень крупных пяти и даже семи камней.Несмотря на сильный ветер, держалисьпрочно.

На первый взгляд, любойотдыхающий, увидев на своём пути такуюпирамидку, мог затем без всякой целисложить и свою, как получиться... Но я неверю в бесцельность подобных композиций.Подсознание человека всегда в действии,пытается посредствомдоступных элементов выразить невысказанныеощущения, вызвать нужные ассоциации ипомочь найти адекватное решение.

Конечно, я не удержаласьи взобралась на дюну. По своим размерамона уступала тем, известным, ради которыхприезжают туристы, но поверьте, дюнабыла огромна. И залесённый склонане мешала оценить её мощь.

Колотящееся сердце,тяжёлое дыхание и дрожащие коленкивоспринимались полной ерундой посравнению с открывшимися видами. Насамой вершине, выбравместечко возле нескольких старыхберёз, я поудобнее устроилась, усевшиськ одной из них спиной, и полностьюотрешилась от суеты.

Через какое-то время,осознав, что сегодня больше не могувпитать в себя ни единой капли великолепияэтого мира, я уже собралась спускатьсявниз, к морю, когда вдруг заметилаочередную сложенную каменную пирамиду.Про эту уж точно нельзя было сказать,что она стала творением скучающегогулёны-туриста.

На самом верху песчанойгоры не было не найти ни один дажемаленький камешек, только чистый тихонькошуршащий на ветру песок. Чтобы сложитьпирамиду из пяти камней, подобранных кдруг другу по размеру и по последовательностиоттенков, нужно было специально поискатьпо берегу и притащить наверх. Из пустогобаловства такие вещи не делают, подниматьсяпо склону непросто даже без нагрузки.

Руки тянулись к верхнемукамню, но я твёрдо помнила урок моейтёти, бабушкиной сестры. Трогатьчужое, специальносотворённое, нив коем случае нельзя. Как говорится, нетобой положено, не тобою взято. Нарушитьможно только свой талисман и только втом случае, если сделал его для удалениянегатива. Разрушать желательно неприкасаясь руками, иначе «вывод»горя-беды может не сработать.

Бабушка и тетяДуся были, поистине, ходячимиэнциклопедиями правильного поведенияна все случаи жизни. Ба настоящий бытовой «маг». Безо всякихнынешних кухонных и стиральных механизмовона все успевала, квартира всегда сиялачистотой, миллион разных рецептов,которые каждый день легко воплощалисьв вкуснейшую еду. В укромном месте стоялорасписное блюдечко с золотой каёмочкойс угощением для домового. Она точнознала как правильно смахнуть крошки состола, в каком направлении подметать имыть пол, в какой день какого цветатарелки и еда должны быть, как добитьсяидеального пурпурного цвета яиц наПасху, как украсить мережкой самуютривиальную наволочку так, что онастановилась произведением искусства...Аноски! Бабушка вязала их с необыкновеннойскоростью по вечерам перед телевизором,толстые и тонкие на все случаи жизни.

Тётя менее интересоваласьхозяйством, зато она была настоящей«природницей». Сейчас её бы точно считалилесной феей, не меньше. На даче она простотыкала пальцем в землю, укладывалалуковицу или зёрнышко и легко выравниваларукой. Через две-три недели, вырасталисамые обильно цветущие клематисы.Нарциссы, тюльпаны и ирисы заполонялине маленький участок как сорняки,цветущие шапки пионов таких размеров,что в вазу достаточно было поставитьвсего один цветок. По осеннему лесу тётяпроносилась как стрела и казалось, чтогрибы сами запрыгивают к ней в корзину.Заблудиться с ней было невозможно впринципе. Если захочешь пить – воттебе, пожалуйста, родник со сладкойводой или весёлый чистейший ручей. Еслив лесу заставал дождь – всегдарядом «по щучьему велению, по моемухотению» высокая разлапистая ёлка, подкоторой совершенно сухо и ни однакапелька не упадёт тебе за шиворот...

Как извернулась тропинка,наклон травы, сочетание цветов в полеили на лугу, громкость песни, что исполняликузнечики или жужжали лесные пчёлы– все имело своёзначение и переплеталось в единый узор,который тётя легко читала. И, главное,камни – какие,где и почему они так разместились, какиеможно взять в руки и унести домой, илибросить в пруд, или просто полюбоватьсяи положить на место, а какие не трогать,лучше обойти стороной.

Не знаю, верила ли тётяв Бога, мы с ней никогда на религиозныетемы не говорили, но бабушка верила. Иза нас Бога молила, особенно когда мыбыли в отъезде, а не у неё на глазах. Нокроме бабушкиной ограждающей от бедымолитвы во всех поездках у нас всегдабыли с собой обереги-хранители: носкис особым узором, носовые платочки,вышитые по углам, связанная крючкоммаленькая куколка и, конечно же, положенныйтётей в кармашек камушек, насчастье...Почему-то у нас было принятов семье провожать уезжающего всемскопом, с объятиями и пожеланиями, «посидетьна дорожку» иобязательно «совать что-нибудь надорожку»...

Женщины в нашем родупридавали большое значение цвету, егооттенкам и сочетаниям. Наиболее мощнымпо энергетическому воздействию считалицветовое сочетание камней. Бабушка,правда, совсем не допускала нахождениекамней в жилище и даже все привозимыемною с моря камушки ссыпала в пакетик,заворачивала в красную тряпочку ипрятала.

И вот теперь не вершинепесчаной горы, возвышаясь над морем илесом, вне зависимости от своего желанияя, почти автоматически «считывала»послание неизвестного мне человека. Сложившегоморские камни в определённойпоследовательности. Сложившего таккамни от отчаяния.

Первый нижний камень– самый большой– всегда означает,что называется, существующую ситуацию,то положение и состояние, в которомчеловек находится... В этом сооружениион был пёстрый, фон грязно-коричневыйс чёрными или очень тёмными вкраплениями.Общее впечатление было не очень приятным.На берегу, среди других окатанных морембульников на него и внимание не обратишь,просто скользнёшь глазами. Но здесь, вкачестве основания специально сложеннойпирамидки, онприобретал вес и значение. Видимо текущаяжизненная ситуация у человека не самойсвоей лучшей фазе, совсем никакая инастолько скучная, что никого непривлекает.

Следующий камень,объясняющий суть проблемы. Вниманиесвои видом как раз привлекал. Плоскаяхорошо окатанная морскими волнамичёрная блестящая, словно отполированная,яшма разделённая по середине неровнойизломанной белой полосой – этакаястилизованная молния...И что это значит?Разбитое сердце, перелом в жизни, гореи страдание, разделившие жизнь на двесовсем не светлые части?

Средний, третий камень,должен был объяснить желание, а за ним,четвёртый – способего достижения. Оба камня были совершенноодинаковые. Интересно, они рядом лежалина берегу или пришлось побегать впоисках? Каменные пирамидки древнийинструмент влияния на энергетикуокружающего мира. Обычно их составляютиз трёх камней. Заговорные пирамидки –тяжёлый труд. Малоосознать свою потребность и подобратькамень, принимающий на себя проблему.Устанавливая камни на свои места нельзянечаянно или по незнанию перепутатьпоследовательность третьего и четвёртогокамня, иначе выполнения желания обернётсявспять или даже привнесёт нежелательноевлияние на ближайшее окружение.

Пятый – камень-вызов,обращение к будущему и ожидание будущего.Как результат всего, что сложено.Обкатанный до состояния гальки весёлыйоранжевый кусочек кирпича размеров неболее яйца маленькой птички – неожиданнаяконцовка... Оранжевый цвет главенствовал надвсей каменной массой. Зовудачи, отрыв от нынешнего существующегобытия.

Каждый камень содержалсвоё собственное послание в «эфир»,каждый был выбран специально. Собранныевместе в переходной зоне между морем,небом и сушей, на самой вершине дюны,камни работали как мощный, в данномслучае явно очищающий, инструмент.Настойчивая просьба о помощи и находитсяв этом месте долго было все же нежелательно.

Пора возвращаться, тем более, что начало темнеть.

Глава 2

Утро следующего дня по-прежнему сияло. Погода радовала, но не меня. Мышцы болели даже там,где их сроду не было. Но в самом ужасномсостоянии пребывало моё лицо. Это был один сплошнойожог интенсивного малинового цвета.Хвалёный дорогущий крем с УФ-защитойне спас даже от осеннего солнца. Хорошохоть очки периодически снимала, а топоходила бы на красную панду.

На фоне бледненькойшейки красная физиономия выгляделаочень комично. Но так пылало и щипало,что мне было совсем не смешно. Хорошо вчемодане в кармашке, ещё с лета, осталисьнесколько пакетиков ромашки и всегдас собой аспирин. Замотав почти половинулица белым шифоновым шарфом, я с опаскойвыглянула из номера.