Гриф "ОДЧ" (Опасно для человечества)

– А-а... А так и не поняли, что случилось?

Я... Честно говоря, я зомби боюсь. Страх, как боюсь. Но не таких, как в гало показывают, а настоящих, вроде этой Хелен. Не-ет, зомби – это не ожившие мертвецы. То есть такие бывают, но это что, это ерунда. Настоящий зомби – это человек, у которого бокор душу украл. И страх-то не в том, что тут вот такое вот… ходит, не живое и не мёртвое по-настоящему, а в том, что где-то у бокора человеческая душа в ловушке томится. А страшнее всего думать, что из тебя самого могут зомби сделать... Так что Тим меня здорово ошарашил. Да и то, что он про Терру заговорил... У нас половина народу считала, что это сказки всё, а Планета Предков – Гаити, и вроде как лет сто назад кто-то её даже искать отправился. Большой толпой скинулись, наняли корабль или что-то в этом духе, и улетели. Как я думала? Да никак, если честно. Мне что Гаити, что Терра – всё едино. Есть они, нет их – мне-то что? Ну, то есть я знала про Терру, конечно. Чтобы пилот – да не знал, но… Она же далеко, и вряд ли я когда туда попаду. Что я там забыла?

– Так и не поняли. До сих пор гадают, наверное. А если поняли, так не скажут никому. Но тогда по всей планете стали вылезать мёртвые. Хорошо хоть, не все разом.

– И как их... того... обратно упокоили?

Тим плечами пожал:

– Говорят, стали церкви строить. Не знаю, это лет двести назад было. Сам я не видел, читал только.

Он вроде как задумался, и дальше до дома мы молчали. А дома... Ну, это уж точно никого не касается.

«Путеводитель по Вселенной для

начинающих путешественников»

(выдержки)

Издание 24-е, стереотипное.

Терра.

Те наши читатели, которые кое-что знают об истории колонизации, слышали или читали о проекте «Терра №» и о Потерянных экспедициях, неминуемо зададут вопрос: а как же те, кто отправился в Космос через обычное пространство? Как получилось, что те же «Северные экспедиции», которые по всем расчётам ещё должны лететь, уже давно достигли Сангуса и Замка́, и обосновались на них? Как была заселена система Аль Рами и откуда взялись колонии Тёмных миров?

Ответ прост. Сейчас мало кто помнит, но именно «Потерянные экспедиции» внесли основной вклад в создание гиперпривода.

Меньше чем за полвека после Зари Терра полностью восстановила свою научно-техническую и промышленную базу и начала активно развиваться. На основе изучения остатков захваченной техники ма́нтисов и новых разработок был совершён качественный скачок в науке и технике, в представлении о физике Космоса. Перед человечеством встал вопрос расширения своих владений. Это не был праздный интерес или тяга к неограниченной экспансии. Это была необходимость. Нашествие мантисов показало, как мы уязвимы. Если бы к моменту появлению флота вторжения человечество всё ещё оставалось в пределах Терры, то с большой вероятностью закончилась бы не только история нашей цивилизации, но и история биологического вида Homo sapiens.

С 240 по 312 год стартовало пятнадцать кораблей программы «Терра №» с прямоточным приводом – огромные сооружения, больше всего похожие на обычный бокал для вина. Сам «бокал» был ловушкой для космического вещества, а в роли «основания бокала» выступал отражатель. В «ножке» бокала располагался экипаж и груз. Как оказалось, антивещества – в основном, позитронов, – в открытом космосе гораздо больше, чем предполагали наши предки, и поступающие в прямоточный двигатель элементарные частицы и пыль посредством магнитного поля делились на два потока и аннигилировали в зоне отражателя. Именно поэтому такие корабли называются прямоточными.

За кораблями проекта «Терра №» велось наблюдение. Первое, что было создано в процессе восстановления после Сумерек – станции дальнего обнаружения и контроля Пространства на орбите Плутона. И рано или поздно сигнатуры кораблей пропадали. Поначалу это списывали на сверхдальние расстояния: как-никак, корабли к этому времени набирали околосветовую скорость. Однако уже в 60-х годах было организовано постоянное наблюдение за полётом экспедиций. Регулярно сбрасывались автономные буи, которые передавали данные о состоянии корабля и всех процессах на нём, происходящих в автономном режиме. Более того, буи проводили дальнейший мониторинг полёта, пока на это хватало ресурсов. Таким образом, по пути следования корабля возникала цепочка автоматических станций, которые исправно передавали информацию на Терру, пусть и с серьёзной задержкой. И во всех случаях вскоре после достижения околосветовых скоростей – а корабли шли с постоянным ускорением – корабли исчезали. И не было никаких явных признаков внезапной катастрофы, сбоя в работе оборудования или ещё каких-то аномалий.

После анализа поступившей информации учёные выдвинули воистину революционную гипотезу. Они предположили, что на околосветовой скорости по пути следования корабля – вернее в его заборнике вещества – формируется искусственная кротовая нора. В которую корабль и «проваливается». Как и почему формировались кротовые норы перед кораблями, учёные до сих пор не дали ответа. Скорее всего, это происходило в результате какого-то системного технологического сбоя в работе заборника. Тем не менее, как часто случается, это оказалось так называемой «положительной ошибкой», которая привела к появлению современных гиперприводов. И уже 312 год стал годом перелома в истории освоения Космоса. Весной стартовал последний прямоточный корабль-колонизатор с управляемым процессом образования кротовой норы, а спустя всего полгода – первый корабль с полноценным гиперприводом. И спустя восемь месяцев он вернулся на Терру с делегацией Теллура на борту.

К сожалению, из стартовавших на прямоточниках экспедиций быстро удалось обнаружить только три: две «Северные» и «Путь Востока». До сих пор неизвестно, почему большая часть случайных финиш-точек кротовых нор формировалась вблизи Туманности Шнайдера, но в результате колонисты оказались отрезанными от материнской планеты на века. К тому моменту, как эти колонии были обнаружены, среди большинства из них закрепилось мнение, что Терра их бросила. Разумеется, это не так. После того, как возникло понимание происходящего, было принято решение заморозить старты прямоточников, но экспедиции, спонсированные инициативными группами государств, продолжались. Только проект «Терра №» включал пятнадцать экспедиций, и ещё столько же отправились в «частном» порядке. Именно эти экспедиции породили большую часть миров, которые сейчас называют «Тёмными».

Здесь стоит отметить, что понятие «Темные Миры» (ТМ) и «Дикие Миры» (ДМ) не синонимы, хотя в прессе их часто употребляют, как попало. ТМ – это миры, по каким-либо причинам не присоединившиеся к Торговому Союзу. ДМ – часть Тёмных миров, близких к Туманности. Именно Дикие Миры считаются основным поставщиком пиратов и наёмников самого низкого пошиба.

Причём Тёмные Миры вовсе не обязательно представляют собой технически отсталые планеты. Системное объединение Дантей, уже давно претендующее на то, чтобы стать лидером Тёмных – высокоразвитый технологический мир. Он даже принимает туристов из Торгового Союза. Но мы настоятельно рекомендуем вам не посещать эту систему. Обзор планет, любую из которых вы можете выбрать в качестве стартовой точки для своего путешествия, вы найдёте во второй части нашего путеводителя.

Тим Тим Найденов

Следующее утро было просто отличным, и я вовсе не о погоде, тем более что с этим-то у нас всё тип-топ. Чай, не Тёмные миры, дожди зимой только по расписанию. Ну да, сейчас у нас зима, и если погодный контроль вырубить, то ливни города не смоют, конечно, но мало никому не покажется. А летом за погодой не следят: читал где-то, что это необходимо, типа, какой-то баланс надо соблюдать. Короче, проснулся по привычке, рано, в теле приятная расслабленность, Инге под боком сопит, хорошо... Но и странно как-то – словно не хватает чего-то, как будто что-то неправильное происходит, но ПРАВИЛЬНО неправильное, если вы меня понимаете. А потом до меня дошло, что мне сон обычный не приснился.

Он, сон этот, каждый раз мне снился, как пересплю с кем-то. Кошмар? Да не сказал бы. Я вообще управлять снами умею, но этим никогда не получалось. Он разным мог быть, но кончался всегда... В этом сне я с девушкой, с одной и той же. Вспомнить, как выглядела, не могу. Небольшая, очень весёлая, заводная и вёрткая. Когда мы сексом занимались, когда просто что-то делали, не спрашивайте, что, не вспомню – это же сон. Так вот, всё бы ничего, но заканчивался он всегда одинаково. Девушка, МОЯ девушка, погибала. Чаще всего она сгорала. А утром такая тоска наваливалась, хоть вешайся. Ну и после этого я обычно удалял контакт любовницы из комма и больше ей не звонил. И сон этот забывал, пока снова девушку не находил. И вчера про него вспомнил, только когда засыпал уже. Заранее тошно стало, ан нет – уснул, как убитый, а если и снилось что, так не запомнилось.

Так что я не сон вспоминал, а вчерашний вечер. И не пальбу эту дурацкую, а какие глаза у Инге были, когда мы танцевали. И что совсем вечером было, тоже вспоминал. И так вспомнил, что надо было или прекращать это дело, или Инге будить. Убрал я тихонечко её руку, встал и пошёл в ванную, а потом завтрак готовить.

Долго рылся в холодильнике и на столе, выискивая, что бы соорудить. Ну и бардак мы вчера оставили!.. Сам-то я неприхотливый, пока служил, привык есть, что дают, армия наша разносолами солдат не баловала, а вот Инге... А, с другой стороны, что Инге? Она про себя рассказывала, всю жизнь или в шахтах, или в космосе, и сомневаюсь я, что там кормят лучше, чем в нашей армейской столовке. Успокоил себя этим и стал готовить из того, что со вчерашнего вечера осталось. Да так увлёкся, что не заметил, как Инге проснулась и пришла ко мне на кухню: у меня-то не студия, а нормальная хата. И пришла, как водится, в моей рубахе. Вот не знаю, похоже, это у каждой девушки в подкорку вписано: утром после хорошей ночи в мужскую рубашку залезать. А у нас – девушками в наших рубахах восхищаться. Моя на Инге как платье была, причём совсем не мини, обидно. Ну почему я такой большой? Нет, рубаха у меня правильная, светло-серая, шёлковая, сам я её вообще никогда не надевал... А молодец продавщица! Я тогда костюм себе присматривал, к ганге, так она вцепилась в меня клещами и всё-таки всучила эту рубаху. Мол, я её ещё потом вспомню добрым словом. Вспомнил, не соврала. Потому что после душа, в тонкой светлой рубашке, местами здорово промокшей – с волос-колбасок натекло – Инге выглядела очень... вкусно. У меня, конечно, есть кой-какие дела на сегодня, но их и отложить можно.

Уселось это мокрое чудо у стола, улыбается тихонько, чуть не мурлычет, как кошка довольная – знаете же, наверное, как кошки мурчат и на солнышко жмурятся? И понятно уже, что её-то номер я из комма не удалю, и уезжать неохота, но надо.

– У меня тут пара дел есть. На час или два. Так что придётся тебя оставить ненадолго.

– Ага, принято, – кивнула и смотрит своими глазищами, а в них чертенята прыгают.

– А потом готов побыть гидом для столь очаровательного тюленя, как ты, – улыбаюсь и завтрак собираю. Вроде даже неплохо получилось.

– Тюленя? – она глазами захлопала.

– Ну да. Так инопланетников называют, по-моему, везде, – она что, вообще, что ли, нигде не была? А Инге нахмурилась смешно и спрашивает:

– Это вроде зверь какой-то?

– Ага, неповоротливый и ленивый.

Она растерялась вроде, а потом прищурилась, улыбнулась медленно, с угрозой даже:

– Значит, это я – неповоротливая и ленивая? – и как-то так одним движением перетекла – по-другому и не скажешь – ко мне на колени.

Разговор, как вы понимаете, мы продолжили спустя некоторое время, а завтрак пришлось снова разогревать. Но я тут вовсе не в обиде, даже наоборот. Я бы вообще не пошёл никуда, но с Флином ещё вчера договорились, не отменить. Так что по делам метнуться всё-таки пришлось, а заодно я Инге до дома добросил, благо, тут рядом совсем. Я ей предложил было у меня подождать, но она сказала – «домой». И знаете, зачем? Я и думать забыл, а она помнила, что собиралась галовизор починить. Я тогда ещё прикинул, что предложу ей мастерскую открыть, это уж всяко лучше, чем по клубам работать.

Короче, осталась она с техникой ковыряться, а я к Флину поехал. Не, не в офис, в баре пересеклись – не люблю я официозы эти, хотя кабинет свой в Пик-Центре у меня есть. Флин красавчик, всегда в цивильном, то бишь в костюме, при галстуке. Правда, тоже цепь таскать начал, прямо поверх рубахи, под галстуком. Перетёрли с Флином о делах наших бренных, пропустили по кружечке, а потом он и спрашивает:

– А что за тюлениху с тобой вчера ребята видели?

– Слышь, братко, ты на моих женщин глаз не клади.

– И в мыслях не было. Только ты ведь фигура приближенная… – он и глазом не моргнул. Да и прав он, что озаботился. Уж больно Инге на наших девушек непохожая, а задавать вопросы – так работа у Флина такая.

– Ладно, проехали. Квартирантка моя. Только прилетела из Тёмных миров. Вчера с ней чуть под пули не угодили в «ЧеКа».

– Прям так – чуть не угодили? Ещё скажи, она и спасла.

– Да не. Это вообще подстава оказалась. На танцорше Дина ганга хорошая была, –не стану же я говорить, что её в решето уделали! – Когда стрелка скрутили, она снова танцевать вышла. Шоу знатное было, правда, половина народу едва не обделалось. Мастерски всё организовали. Грегори сказал, что каждый ствол пасли, чтобы палить не начали.

– Ганга, говоришь… – нет, мне-то Флин верит, но вот точно не верит всей этой истории с подставой.

– Стреляли бы из гаусса, сам бы не поверил. Но это простой автомат был, заряд ослабить – плёвое дело. Грег потом извинялся.

– Ладно. На, держи, всё, что накопать смог, – он сунул мне кристалл и ушёл. Деловой он, Флин. Чересчур местами.

Я раскрыл комм и стал изучать, что он мне приволок. Не, я и сам мог достать свежие сводки полиции, да и не только свежие. Но, во-первых, это не по понятиям, Флин обиделся бы, а во-вторых, это были бы просто сводки, без комментариев следаков, описания предпринятых мер и тому подобного. По всему выходило, что я прав и системы нет. Вернее, она, конечно, есть, но пока её никто не видел, в том числе и я. Общим во всех случаях, кроме вчерашнего, было то, что все стрелки – из благополучных семей, самой младшей – пятнадцать, старшему – двадцать, и все они сходили с ума резко, сразу и одинаково. И что с этим делать – непонятно. А это плохо. Это... Поймите. Да, мы бандиты, если называть всё своими именами, но беспредел не нужен никому, причём нам, крупным... компаниям, в первую очередь. Мы за Тирану пасть порвём кому угодно, так что с копами мы в этом деле на одной стороне. Не со всеми, конечно, но с мистером Шоттом точно.

Короче, помозговал я над записями и поехал к Инге. Обязательные дела на этом пока закончились, а там видно будет. Захожу в общий холл в моей секции, а там картина: сидит моя тюлениха на диване перед этим самым галовизором, а рядом – двое парней из местных, этажом выше живут. Ну как, рядом? Один в кресле, в сторонке, а другой уже на спинку дивана облокотился, но дистанцию пока держит. Мутные ребята, у меня прям кулаки зачесались, а Инге увидела меня, вскочила – и этих двоих как ветром сдуло. Потому что уж не знаю, как у неё это получилось, но всем вокруг стало понятно, что она – МОЯ. А со мной связываться здесь никто не захочет.

Повисла она у меня на шее, в щеку чмокнула, отстранилась – и словно изнутри светится вся. Я даже и не помню, чтобы на меня девушки так смотрели. И так тепло на душе стало...

– Ну что, – говорю, – собирайся. Поедем из одного очень ловкого и неленивого тюленя человека делать.

– Да почему тюлень-то? – Инге это обозначение непонятно. Тюленей она, наверное, отродясь не видела, даже на гало. Я вот не помню, видел или нет вживую, но суть сразу уловил, как сказали.

– Ну... Инопланетник, он себя ведёт, как тюлень на суше. Тюлень – животина морская, в воде всё больше живёт. А на сушу только иногда вылазит, и там очень неповоротливый. Прям как инопланетник. В общем собирайся.

– Принято! – она с дивана пояс с инструментами подхватила – хороший пояс, профессиональный, и дека у неё, как я заметил, мощная – и помчалась собираться.

– Тебе достопримечательности или по сектору экскурсию провести? Где что показать, и куда нос совать не стоит? – спрашиваю вдогонку.

– Это было бы круто, а то не хочется влететь по глупости куда-нибудь... – это она уже от дверей крикнула. И дверь закрыла – я услышал, как замок щёлкнул.

Сел я перед починенным галовизором её ждать. Сижу и улыбаюсь, потому что понял, зачем она дверь заперла: пойди я за ней следом – и никуда бы мы не поехали.

А молодец девчонка, с понятиями. Сколько тут тюленей свой конец нашли, страшно подумать. Наверное, на Дантее чужаков гибнет меньше. Почему? Не, в натуре не догоняете? Вот потому и гибнут, как лохи. Ладно, объясню попроще, как тюленю, на примере. Вот если вы на Сахай полетите, что брать с собой будете? Верно, броню, излучатель или гаусс, да побрякушек побольше, сахай их любят очень. Ещё клинок хороший возьмёте: сахай на вопросах чести задвинутые, так что дуэль вполне возможна. А если победителем выйдете, то и броня с пушками пригодятся. А если на тот же Теллур?.. Верно, дробовик и деньги. Дробовик – от пиявок ихних отстреливаться, а деньги для казино, скачек, боёв… ну, или в бизнес вложить. Дантей? Это же помойка. Туда нормальный человек не полетит, а тот, кто полетит, заранее готов шмальнуть, не думая, и всегда на стрёме будет. А у нас – цивилизация вроде как. Даже в секторе вас сразу убивать не станут. Присмотрятся сначала, котлы тиснут или лопатник. А дальше что? А вот что. Любой тюлень в цивилизованном мире сразу к копам побежит, только вот у нас он с большими шансами не добежит. Мы очень трепетно относимся к спокойствию копов, зачем людям лишнюю работу подбрасывать? Так что, сами понимаете, места в коллекторах у нас много. Да и чистят их регулярно. Сначала крысы, потом роботы. К чему я все это? А к тому, что подход Инге мне очень понравился.

Решил я провезти её по сектору, показать, что, где и как. Где можно покушать, не боясь, что накормят какой-нибудь дрянью, где пива попить без добавок, где одеться, опять же, добротно и недорого. А одеть Инге надо. Может, на её колонии так принято, но у нас могут понять неправильно. А в Центр в таком виде сунется –вообще арестуют запросто. За... как это у них называется-то... аморальное поведение, во.

Пока летели и она вертела головой, рассматривая город при свете дня, как-то само собой получилось, что о вчерашнем заговорили. О клубе, в смысле.

Дин-то раньше, до всей этой истории, в Центре режиссёром был, шоу ставил, гало снимал. Мистер Харт его не столько деньгами заманил, сколько идеей. Сделать клуб, чтобы туда из Центра люди приезжали. И у него получилось. «Дракон» круче «Луны» был, а уж про «Галактику» я вообще молчу... Ну да, по-моему, на любой уважающей себя планете есть такой клуб, в смысле, с таким названием. Обычно пафосный, унылый и дорогой. А ещё – гостиница и казино, как же без этого?.. У Дина была культурная программа, были девочки – на любой вкус, от соплюх до толстух преклонного возраста, и мальчики, если надо, были, и всегда можно было найти дозу чего-нибудь не очень запрещённого, можно было и поговорить серьёзно в отдельных апартаментах, короче, лафа. Мы и сами там, бывало, отвисали с братвой.

Так вот, у Дина работали жрицы Любви, собственно, они шоу и делали. А потом эти сучки ценник задрали. Да какой там, они захотели процент с доходов. Дин в позу и встал. Не, Дин чувак правильный, капнул мне, я мистеру Харту, устроили встречу. Ну, Дин и заявил:

– Налоги я плачу только государству и мистеру Харту. Государству за то, что оно даёт мне сбыт, мистеру Харту – за безопасность. А тем, кто работает у меня, я плачу зарплату, причём втрое больше, чем в любом другом клубе. Ваши девочки не обделены вниманием и чаевыми, я с них тоже беру меньше, чем все. Так, что...

– Вы пойдёте на наши условия, – закончила фразу жрица. Да ещё так, словно ей и в голову не пришло, что там какое-то другое продолжение может быть. Помнится, я еле удержался тогда. Нет, она красавица, очень призывная, я бы сказал, и, наверное, где-то умная. Но надо же и уважение иметь! Я женщин не бью, как правило, но, если бы со мной так говорили, точно накатил бы. Дин тогда на мистера Харта посмотрел, и тот только кивнул – мол, я на твоей стороне.

– Нет. Меня ваши условия не устраивают.

– Что?!

Дин молодчина и был, и есть. Смог-таки достать эту сучку, и стала она на секунду такой некрасивой и смешной, что я прыснул. Ох, как она на меня зыркнула в тот момент! До сих пор вспоминать приятно.

– Мистер Харт?!

– Вы слышали мистера Дина. Это его заведение, и пока он исправно платит налоги, я не вправе ему указывать. Что касается моего мнения, то вы, мисс, зарвались.

Короче, жрицы получили по сопатке и ушли, облитые помоями с ног до головы. Редко они так огребали, ой, редко. Только вот ни Дину, ни мистеру Харту они этого не простили. Мистера Харта им не достать, а вот клуб Дина захирел. Меня тоже пробовали наказать, я так понимаю, больше за компанию – да ещё за то, что я над этой курицей посмеялся. Даже послали пару бугаев, отметелить хорошенько, ну да с этим я разобрался просто. Парням руки-ноги переломал, а той суке, что их ко мне отправила, гранату кинул во флаер, когда она из торгового центра выходила. Жаба длинноногая всё правильно поняла, хотя её даже ошмётками её «мустанга» не задело, и больше хлопот не доставляла. А Дин… Мистер Харт правильный босс, Дина он не трогал и даже сделал ему эту... амнистию налоговую, дань брать перестал, короче. Но дела у «Жёлтого Дракона» катились под гору. А недавно пришёл к нему кто-то. Шоу нормальное сделал, девок выдрессировал. Тогда же там и Хелен эта нарисовалась вроде бы. И клуб начал вставать на ноги. А месяц назад Дин снова налоги стал платить. Сам причём, никто не напоминал. Он чувак правильный. Мистер Харт сказал тогда: «Я в нём не ошибся». Знаете, что это значит? Это уважение мистера Харта, а это значит не бычить и не наезжать. Все разборки только с разрешения меня, Флина или самого мистера Харта. Уважение мистера Харта – это очень и очень немало. Короче, Дин снова поднялся, мистер Харт к нему пару раз заходил, что немедленно стало известно, и в клуб пошли уважаемые люди. А совсем недавно Дин ещё и ремонт замутил. Ну и мы туда... Сходили.

А Грега я и до этого знал. Я тогда ещё служил в военном флоте Торгового Союза, в пехоте. Вот нас как-то прижали, да так крепко, что нам тогда командиры с барского плеча Террянскую МП перебросили. Мобильную пехоту, в смысле. Но и их покосили, хотя не так быстро, как нас. Вот тогда Грегори себя показал: и нас вытащил, и своих ребят, кто остался. А кого не осталось, они потом уже забрали. МП своих не бросает...

Да уж. Помыкался я тогда. Нет, грех жаловаться, я в регенераторе меньше всех времени проводил. Что? Наивные вы люди. Это только кажется, что мир вокруг да спокойствие. А пехота воюет всегда. То на границе Тёмных миров что-то случится, то Сахай бучу устроит, то нойры. Вы вообще в курсе, что они тогда вместе были? И что это не «локальный конфликт» и не «операция» была, а полноценная война? Где вы вообще видели полицейскую операцию такой продолжительности и размаха?! Нет, я не ставлю под сомнение их необходимость, но… мне разборки и стрелки в натуре ближе, честнее они, чем ваши эти политические раз… простите, трения. Что меня так разъярило? Да мистер Харт, чего там Харт, даже больной на всю голову Псы честнее со своими бычками, чем наш генерал со своими офицерами был. Скажи он своим командирам, что нойры до этого вампиров со всей галактики к себе за любые деньги нанимали, у каждого бы в частях к лучемёту или гауссу был бы станнер присобачен. Хоть на болтах, хоть изолентой, а прикрепили бы. И сам Далтон жив бы остался, и ребят бы в разы меньше положили... Я после этой истории и ушёл. Потому что здесь – уж если разборка, то каждый знает, что да как, зачем и за что свою башку бритую под биту подставляет. А история эта, с Сахай... Прикиньте, уже почти десять лет прошло, а никто из нас, из тех, кто эту «полицейскую операцию» на своём горбу вытянул, так и не знает, из-за чего всё началось, и что там делили на самом деле.

А потом Грег объявился здесь. Вроде у него родня дальняя тут жила, тётка какая-то троюродная, он наследство получил и решил остаться. Бизнесом занялся, было дело, даже ребят наших прессанул пару раз. Мистер Харт трогать его не велел. А потом Грег спиваться начал: бизнес его прогорел – и понеслось. Я пытался помочь, бабки-то у меня есть, а он всё или пропивал, или спускал в каких-то безумных прожектах, и от расстройства пил ещё сильнее. Потом вообще пропал куда-то. А теперь, гляжу, опять на человека похож стал.