Вопреки. Часть 1. Элли: Любовь или Дружба?

Глава 11

Настоящая дружба не имеет прошедшего времени.

Фабрицио на всех парах мчался к любимой из командировки. Прилетев из Германии, он, как всегда, привез Элли подарок. Дорогие часы изящно смотрелись на ее нежном запястье.

– Фабрицио, не стоило, – засмущалась Элли столь дорогому подарку. Фабрицио не скупился и каждый раз привозил Элли что-то особенное. Количество дорогих вещей и украшений у девушки, стремительно увеличивалось.

– Ты должна сегодня затмить всех, – Фабрицио с нежностью смотрел на Элли, – Надеюсь, ты помнишь? У нас сегодня не просто выставка. Этот вечер очень важен для меня и моей школы. Сегодня будет уйма богатых людей, чьи кошельки можно изрядно потрясти во благо нашего благотворительного фонда.

– Конечно помню, – улыбаясь, ответила Элли, – Спасибо. Часы просто великолепны. Я скоро буду готова.

Команда Фабрицио всегда тщательно готовилась к проводимым мероприятиям. Вот и в этот вечер, художник рассчитывал на успех. Войдя в зал, он даже слегка смутился количеству уже собравшихся людей. Среди них он заметил гостей особой важности, о появлении которых не мог себе и вообразить. А ведь каждому нужно уделить особое внимание. Представиться самому, запомнить тех, с кем в дальнейшем возможно получиться сотрудничать. Быть может, кто-то из сегодняшних гостей, поспособствует развитию его школы и творчества. Приятное волнение переполняло Фабрицио. Предстоял не легкий, но однозначно запоминающийся и полный сюрпризов вечер.

Первым сюрпризом вечера стала встреча подруг детства. Как только Элли с Фабрицио вошли в зал, все гости переключили свое внимание на них. В том числе, акцентировала свое внимание, не столько на именитом художнике, сколько на его спутнице, молодая особа по имени Сьюзен.

После окончания факультета искусств и наук Гарвардского университета Сьюзен переехала в Нью-Йорк и открыла собственную галерею. Ее визит в Италию был не случайным. Она искала нечто новое в художественном мире, что могло бы скрасить залы ее галереи. Сьюзен не могла пройти мимо выставки всемирно известного итальянского художника Фабрицио Риччи.

Художник произнес речь, представил Элли парочке гостей, и увлекся беседой с ними. Элли вежливо откланялась и отправилась в дамскую комнату. Позади себя она услышала знакомый голос.

– Элизабет Стейтон! – воскликнула Сьюзан подходя к Элли, уже распахнув руки для жарких объятий, – Глазам своим не верю, мая дорогая Элли!

Сьюзен прижала Элли к себе и судорожно дрожала от неожиданной, но столь приятной встречи.

– Сьюзен, как я рада тебя видеть! – отвечала Элли, прижимаясь сильнее к подруге.

– Господи Элли, сколько лет…Я поверить не могу, что это ты, – Сьюзен захлебывалась от переполнявших ее собственных эмоций. – Я заметила, ты вошла в сопровождении с Фабрицио. Прости, за мое любопытство, но, кто он тебе?

– Мой жених, – гордо произнесла Элли, приподнимая руку, чтоб показать на безымянном пальце красовавшееся обручальное кольцо с огромным бриллиантом.

– Жених? Фабрицио Риччи твой жених?! – продолжала удивляться Сьюзен, разглядывая драгоценный камень невероятных размеров. Она цепко подхватила Элли под руку, и они, беседуя, пошли прогуливаться по полному залу людей. – Еще один сюрприз за сегодня, – продолжала Сьюзен, не давая Элли вставить и слова. – Ты не представишь нас друг другу? Я просто с ума схожу от его творчества. Не могла пропустить такое событие. Похоже, весь бомонд Нью-Йорка приехал в Европу и собрался сегодня здесь. Видишь, вон там, – Сьюзен указала на дальний угол зала, где находились шикарно одетые женщины, словно пришли на бал к английской королеве, – Это жены дипломатов. Скучные дамы до ужаса. Насколько я их успела узнать, их вовсе не интересует искусство. К сожалению, многие из присутствующих явились лишь для того, чтоб соблюсти приличия светский персон: «мол не могли же мы пропустить такое событие». Ну, а кто-то решили себя лишний раз перед знатной публикой показать, а сами сидят и на часы поглядывают, – мимика Сьюзен была очень богата. Она в одно мгновение могла прищурить глаз, затем удивленное выражение лица сменялось восторгом и в этот момент ее глаза становились огромными, как фарфоровые блюдца. В общем, каждая клеточка на ее лице участвовала в своем собственно спектакле. Этим она была – очаровательно прекрасна.

– А ты не слишком резко о них высказываешься? – удивилась Элли резкости подруги. Для той Сьюзен, которую она знала в школьные годы, подобные выражения были вовсе не свойственны. Она всегда отличалась мягкостью и деликатностью.

– Познакомишься с ними поближе, сама поймешь почему я так говорю. – ответила Сьюзен. Проходя мимо тех самых дамам, о которых минуту назад она так нелестно высказывалась, Сьюзен улыбнулась и учтиво наклонила голову в знак приветствия.

– Ты здесь с супругом или одна? – решила поинтересоваться Элли.

– Одна, – с грустью в голосе ответила Сьюзен, – Скоро годовщина нашей свадьбы, но, давай не будем о грустном, – явно не желая продолжать разговор о своей личной жизни сказала Сьюзен.

– О грустном? Что-то не так? – встревоженно спросила Элли, будто и не замечая, что Сьюзен не желала вдаваться в подробности.

– Я предлагаю поговорить об этом в другой обстановке, – уклончиво продолжила Сьюзен, – Кстати, ты на выходных не сильно занята? Мы могли бы встретиться.

– В воскресенье я полностью свободна.

Девушки еще долго гуляли по залам. Элли познакомила подругу с Фабрицио, от чего Сьюзен была безмерно счастлива и это знакомство несказанно скрасило ей вечер.

Наконец выходные, а значит, запланированная встреча подруг детства совсем скоро. К половине шестого к дому Элли подъехала дорогая иномарка. И в этот самый момент раздался телефонный звонок.

– Привет, подруга! Спускайся, карета подана.

Сьюзен заехала за Элли, и они отправились в ресторан.

– Я год в Италии, а здесь не была ни разу, – изумленно сказала Элли оглядываясь по сторонам ресторана.

Стены, потолок с люстрами, пол, столы и стулья на нем, все вокруг было белоснежным и благодаря встроенной подсветке сияло изнутри. Необычные внутренние перегородки ресторана, выполненные в виде странных узоров, визуально увеличивали пространство. Белый цвет интерьера подчеркивал его изысканность и наполнял помещение фантастической атмосферой. Сьюзен, как истинный ценитель современного искусства, попав сюда впервые, сразу влюбилась в ресторан, больше напоминающий космический корабль.

Заказав бутылку ароматного шампанского, девушки разговорились.

– Советую взять цыпленка, у них он невероятно нежный. А их тирамису, просто бомба, – советовала Сьюзен.

– Ничего себе, откуда такие познания здешней кухни? – удивилась Элли.

– Мы с мужем, часто отдыхали в Италии, это был наш любимый ресторан, – слегка взгрустив, ответила Сьюзен. Затем взяла Элли за руки, и пожимая ее ладошки продолжила, – Ну, рассказывай, как ты? Не верится, что мы не виделись целых шесть лет.

– Да-а-а…а такое ощущение, будто вечность прошла, – подхватила Элли вспомнив мельком все, что ей пришлось пережить в Нью-Йорке.

– Я искала тебя. Звонила твоим родителям. Они сказали, что дома ты не появляешься и почти не выходишь на связь, только отправляешь им ежемесячно деньги. Я сама предлагала денег твоим родителям, когда узнала, что твой отец в больнице. Они отказались принимать помощь. Пришлось отправить в больницу чек, чтоб за ним был хороший уход, и он не в чем не нуждался.

– Так это была ты? Мама рассказывала, что больница взяла на себя все расходы по реабилитации. Я еще удивилась, откуда такая щедрость?

– Да, я. Мне пришлось сделать это анонимно. Тебе-то я могу рассказать. Как я рада, что мы вновь вместе. Жаль, что столько времени тебя не было рядом. – Сьюзен не отлипала от Элли. После каждой фразы она прижималась к ней. – Неужели это не сон? – девушка прибывала в восторге и все еще не верила, что перед ней сидит подруга детства.

– Не хочу оправдываться за то, что меня не было рядом с тобой столько лет. Я пыталась наладить свою жизнь. Мне, наверное, было необходимо остаться наедине с собой. Сначала колледж, его пришлось совмещать с работой, чтоб хоть как-то помогать семье. Потом… – Элли на секунду умолкла и продолжила, – и еще столько всего потом-потом-потом.

– Я вовсе не сержусь. Главное, что тебе это пошло на пользу, – призналась Сьюзен.

– Кстати, расскажи мне о том счастливчике, который стал мужем моей подруги.

– Жаль, но похоже мой муж иного мнения, чем ты.

– Я что-то не то спросила? – встревожилась Элли, боясь обидеть Сьюзен.

– Нет-нет. Знаешь, мы пытались родить ребенка, наблюдались в лучшей клинике, оба здоровы, но у нас практически нет шансов. И похоже, это уже не важно, скорее всего у моего мужа есть другая женщина, – спокойно говорила Сьюзен.

– О, Сьюзен, не может быть, – сопереживала Элли.

– После свадьбы он сразу изменился. Стал часто задерживаться на работе. Постоянные командировки. Я больше так не могу. Где-то в подсознании я уже его отпустила, но сама себе боюсь в этом признаться.

– Может вам стоит поговорить друг с другом, – Элли выглядела озабоченно.

– Мне страшно, – призналась Сьюзен, – Вдруг я не права. Тогда я буду выглядеть смешно. Он решит, что я ревнивая дура. А если я окажусь права? Где гарантии, что он скажет мне правду? Даже не знаю, что в этой ситуации хуже, а что лучше, – Сьюзен нервно рассмеялась. Она прятала за смехом свои истинные переживания.

Элли не могла понять, что произошло с ее подругой, которая всегда была тихой и смиренной. Что случилось, с той сострадательной девчонкой из Кингстона, всегда спешащей на помощь другим, и так истязающей себя в этот момент.

– Но так ты себя лишь изводишь. Жить догадками, куда хуже, нежели знать правду. Вам обязательно нужно поговорить. Молчанием ты точно ничего не добьёшься, – пыталась помочь Элли.

– Ты, наверное, права. Я так и сделаю. Как только вернусь в Нью-Йорк, сама приготовлю романтический ужин при свечах. А затем устрою допрос с пристрастием, – после этих слов девушки громко рассмеялись и подняли бокалы, – Как же я рада, что встретила тебя Элли, – глаза Сьюзен были наполнены нежностью и искренним теплом от долгожданной встречи с подругой.

– Я тоже очень рада.

От переполняющих эмоций девушки вновь обнялись.

– Помнишь, наш выпускной? – решила податься воспоминаниям Сьюзен.

– Помню…Чудесный был вечер, – подхватила Элли.

Ее взгляд стал задумчивым. Она вспомнила приятные беззаботные дни в родном городе. Дни, от которых тогда ей хотелось сбежать прочь. Дни, в которые сейчас, она с радостью бы вернулась.

– Сьюзен, ты встречалась с кем-нибудь из наших? – спросила Элли.

– Катрин осталась в Кингстоне. Работает в местной школе. Преподает музыку. Не понимаю, как она ладит с детьми, с ее-то несносным характером. – лицо Сьюзен выражало дикое удивление.

– А Том? Где он, что с ним? Тебе что-то известно? В школе вы были прекрасной парой, – продолжала интересоваться своими бывшими одноклассниками Элли.

– Нет. Том исчез с радаров сразу после выпускного. Он сложно переживал наше расставание и не выходил со мной на связь, – ответила Сьюзен, будто сожалея об этом.

Подруги общались словно и не было шесть лет разлуки. Когда-то Элли смогла себя убедить в том, что детская дружба обречена и у них со Сьюзен более нет ничего общего. Вступив во взрослую жизнь их дороги разошлись, а значит и дружбе пришел конец. Как же тогда она ошибалась. Только сейчас, Элли поняла, как сильно ей не хватало Сьюзен. Она в очередной раз, была безгранично благодарна судьбе, за встречу с подругой. Элли дала себе обещание больше не терять с ней связь.

Вдоволь наговорившись и допив вторую бутылку с шампанским, было принято решение: разойтись по домам.

Глава 12

Не имеет значения, было предательство запланированным или случайным, оно всегда останется предательством.

Сьюзен улетела в Нью-Йорк. По прилету, в этот же вечер, она решила: разговору с супругом, быть. Девушка, как и планировала, сама приготовила ужин, накрыла стол и стала дожидаться мужа. Прошел час в ожидании, второй, третий, а его все не было. Сьюзен открыть бутылку вина, предназначенную специально для ужина, и бокал за бокалом начала распивать ее. Полностью обессилив от ожидания, она прошла в гостиную и прилегла на диван. Опустошив последний бокал, уснула перед включенным телевизором.

Когда супруг девушки вернулся домой, Сьюзен уже крепко спала. За это время свечи догорели дотла, ужин остыл. Он решил не тревожить спящую жену. Убрал бутылку с бокалом, валяющиеся на полу у дивана. Накрыл Сьюзен пледом, и ушел в свой рабочий кабинет. Сидя в кабинете, мужчина налил себе рюмку виски. Сон обходил его стороной, беспокойные мысли не давали покоя.

«Так больше не может продолжаться», – говорил сам с собой Джексон Долтон.

Как бы в это не хотелось верить, Сьюзен и Элли были влюблены в одного и того же человека. Ни одна, ни вторая девушка, и не подозревали об этом. Впрочем, как и сам Джексон, понятия не имел, что его супруга и Элли, были не просто знакомы, но являлись лучшими подругами с самого детства.

Джексон просидел в кабинете, распивая виски до самого рассвета. Он вовсе не торопился на работу и нарочно задержался, для разговора с супругой. Обманывать ее и себя больше не было сил. Сьюзен проснулась без настроения. От выпитой бутылки вина жутко раскалывалась голова. Оба желали разговора, но никто не решался начать первым.

Джексон намеревался признаться, что былые чувства к жене остыли, и жутко переживал, что после сказанного, Сьюзен его возненавидит. Он не мог подобрать нужных слов. Ему не хотелось причинять боль девушке, которая находилась рядом, целых шесть лет. Вычеркнуть в раз эти годы оказалось не простой задачей.

Сьюзен молчала от страха, что все ее подозрения могут оказаться правдой, и по причине невыносимой головной боли. Выйдя из кабинета, Джексон отправился на кухню и заварил кофе. Такой властный, сильный мужчина, который управлял не одной сотней людей, сейчас стоял в полной растерянности. Ночь раздумий вовсе не помогла, а даже помешала ему сосредоточиться. Продолжать молчать было бессмысленно.

– Сьюзен, ты бы не могла подойти? Нам нужно поговорить, – наконец начал Джексон. По его тону было понятно, ничего хорошего от этого разговора ждать не стоит.

– Джексон, у меня жутко болит голова. Подойди сам, – ухватившись за голову произнесла девушка. Джексон прошел в гостиную. Супруга сидела на диване, он расположился в кресле, напротив. – Прости, я ждала тебя вчера, и по-видимому, уснула, – продолжила Сьюзен и подняла тяжелый взгляд на Джексона.

– Ничего, не переживай за это. Я все равно пришел очень поздно, и успел поужинать с партнерами в ресторане.

– Партнеры, в такое время суток? Наверное, была о-о-очень важная сделка, – так громко усмехнулась Сьюзен, что у самой зазвенело в ушах. Она вновь схватилась за голову.

– Пожалуйста, не перебивай меня. Мне, итак, не легко, – Джексон был полон решимости.

– Интересно, что же ты собираешься мне сказать? – уже на взводе продолжала Сьюзен. Она прекрасно понимала, что разговор не в ее пользу. Самые страшные опасения охватили Сьюзен с новой силой.

– Ты ведь видишь, в последнее время, у нас все как-то не клеится, – продолжал Джексон, подбирая каждое слово.

– То есть, до сих пор все клеилось, а сейчас нет? Это что же так? Если у нас с тобой не клеится, возможно потому, что у тебя нет этого желания! Ты думаешь я ничего не вижу? Твои постоянные задержки на работе, партнеры, клиенты, инвесторы. Как я от всего этого устала. Выходя за тебя замуж, я не о такой жизни мечтала Джексон, – Сьюзен высказала все, что было на душе последние полгода.

– Я знаю. Поэтому, не смею более тебя мучить, – виновато говорил Джексон. Облокотившись на колени, он потупил взгляд в пол.

– Так не мучай, Джексон! К чему ты клонишь? – Сьюзен поняла, чего хотел Джексон, но не осмеливался сказать. – Ты хочешь, чтоб мы расстались? Тебе нужен развод?

– Да, – сказал уверенно Джексон.

– Значит все таки развод. Знаешь, я ожидала от тебя чего угодно, но… Спустя год брака и шесть лет отношений, развода? Вот так легко…– каждое предложение давалось Сьюзен с трудом. Глаза наполнились слезами. – Если ты меня хоть капельку уважаешь, я могу узнать истинную причину? Почему ты так остыл ко мне? После свадьбы тебя будто подменили. Исчез игривый взгляд, забота, которой ты всегда меня окутывал, словно одеялом. Неужели во всем виновата эта чертова свадьба? Или быть может я?

– Нет, что ты. Ты ни в чем не виновата. Пойми же, причина вовсе не в тебе. Любой мужчина был бы счастлив быть рядом с тобой. – Оправдывался Джексон. Он взял Сьюзен за руки и держал их в своих ладонях.

– Но не ты, не так ли? – Сьюзен внимательно смотрела на Джексона.

– И я безумно был счастлив с тобой. И хочу сказать тебе спасибо за все. За то время, которое мы были вместе. Ведь у нас было много хорошего. – Он говорил и гладил руки супруги, словно желая загладить свою вину перед ней.

– Возможно не стоит обрубать все? Может попробовать обновить наши отношения? – тихо говорила Сьюзен.

– Я уже пробовал. Ничего не вышло. Думаю, больше нет никакого смысла пытаться, – в голосе Джексона слышалось сожаление. Он вновь виновато опустил глаза.

– Почему ты так уверен в этом, Джексон?

Сьюзен присела на пол у ног Джексона. Держась за руки, она хотела посмотреть ему в глаза. Еще ни разу она не видела его столь слабым. Он всегда четко знал, чего хочет. Уверенно и стойко шел к поставленным целям. Всегда добивался своего при любых обстоятельствах. Любой мужчина мог этому позавидовать. Сейчас Сьюзен увидела его мягким и ранимым. Оставался лишь один вопрос: «что сделало его таким уязвимым?».

– Джексон, ответь честно, ты влюблен? – спокойно спросила Сьюзен, заранее увидев ответ в его глазах.

Зная Джексона, Сьюзен понимала, что пошатнуть его внутренний мир, его дикое спокойствие и твердость духа могло ни что иное, как любовь. Тот мужчина, которого она знала до сих пор, по природе своей ничего не боялся, Джексон, сидевший перед ней, был полностью разбит. Она с сочувствием смотрела на него.

– Я встретил девушку, – коротко ответил Джексон.

– Черт тебя подери, Джексон! – вырвалось у Сьюзен. Раньше она не позволяла себе подобных выражений. Слова будто сами сорвались с ее губ. – Все из-за женщины. Я так и знала. И как давно это у тебя?

Сьюзен не паниковала. Продолжала говорить ровно и спокойно. Она понимала: «с Джексоном все кончено».

– Сьюзен, прошу, не нужно. Я не хочу делать тебе еще больнее.

С самого начала разговор пошел наперекосяк. Сьюзен рыдала, Джексон ненавидел себя. Он встал. От тяжести, переполнявшей его душу, желал разнести все вокруг. Сдерживая нахлынувшие эмоции, Джексон убрал руки в карманы брюк. Подошел к панорамной стене, глядя вглубь сада, всеми силами старался совладать со злостью, одолевшей его разумом. Через стеклянную стену в комнату проходили первые лучи утреннего солнца. В том самом месте, где стоял Джексон, на Рождество, они со Сьюзен наряжали огромную елку, дарили друг другу подарки, загадывали желания.

– Не переживай за мои чувства. Когда ты влюбился, тебе на них было наплевать, – сухо произнесла Сьюзен.

– Это не так. Давай прекратим, – Джексон полностью обессилив, больше не мог спорить, – Ты дашь мне развод?

– Значит, я мешаю вам быть вместе? А какие ты еще видишь варианты, кроме развода? Может ты пригласишь ее к нам в дом, и мы будем жить все вместе? – Сьюзен перевела дух. Слезы продолжали катится с ее глаз, но она не придавала этому значение, стараясь сохранить стойкость и уважение самой к себе. – Конечно, я дам тебе развод. Не собираюсь падать так низко и уговаривать тебя передумать. Я сейчас же уйду. За вещами пришлю кого-нибудь. Не хочу больше оставаться с тобой под одной крышей, – в словах девушки не было высокомерия, но она говорила с дикой брезгливостью и в этот момент даже подскочила на месте, будто испачкалась о что-то.

– Сьюзен, прости меня! – говорил Джексон вдогонку уходящей пока еще супруге.

Она обернулась. В последний раз взглянула ему в глаза, впервые увидев в них слезы. Ей было ужасно больно за собственную жизнь, сердце разрывалось на части. В то же время, Сьюзен стало безумно жаль Джексона.

– А вот этого я тебе не могу обещать. Будь счастлив.

Сложился непростой разговор, но он был необходим обоим. Когда-то, два близких друг другу человека, сейчас стали совсем чужими. Сьюзен села в машину и дала распоряжение водителю тотчас трогаться.

«Другая», – вертелось в ее голове. Она смотрела в окно автомобиля, желая расплакаться в слух. Но с глаз не стекали слезы, они диким ливнем прорвались в сердце, разрывая его на части.

«Жизнь продолжается. Только как теперь, без него? Может не стоило его отпускать? Может нужно было бороться за свое счастье? Я слишком легко сдалась. Есть ли вообще смысл держать возле себя человека, если его сердце принадлежит другой? Стоят ли такие отношения борьбы?», – и еще множество других вопросов беспокоило Сьюзен.

Вопросы- вопросы- вопросы, и все они без ответов. Сьюзен позвонила подруге.

– Элли, я была права, – лишь эту фразу Сьюзен успела вымолвить перед тем, как разрыдалась.

– Сьюзен, что случилось, ты в порядке? – обеспокоенно спросила Элли.

– Нет! Я не в порядке! Мои подозрения оправдались. Он любит другую. Прости, что вываливаю все на тебя, но мне нужно с кем-то поговорить, иначе я сойду с ума. Родителям звонить не хочу. Они налетят на него, и меня замучают расспросами. Я ушла. Не знаю, что было у меня в голове в ту минуту. Зная правду, нет сил оставаться рядом с ним.

– Сьюзен, мне так жаль, – сочувствовала Элли.

– А мне нет, – Сьюзен перестала рыдать и ее голос стал на удивление бодрым. Лишь изредка было слышно, как она все еще всхлипывала. – Наконец-то я больше не буду жить в неизвестности. Ждать его вечерами и гадать, где он и с кем. Честно говоря, после всего этого, сама не могу понять, люблю ли я его. Может это просто привычка, нас давно ничего не связывает.

– Все непременно будет хорошо, – произнесла Элли прощаясь с подругой.

– Спасибо, что выслушала, – ответила Сьюзен напоследок.

Глава 13

Любить вопреки всему на свете: вопреки всем обстоятельствам, вопреки здравому смыслу; просто любить…

Организаторы свадьбы Фабрицио и Элли, настоятельно рекомендовали, устроить небольшую репетицию мероприятия. За два дня до торжества, в огромном особняке будущих молодоженов, собралось несметное количество гостей. Для всех прибывших родственников и друзей, вечером устроили грандиозный ужин, плавно перетекающий в чаепитие.

Начало смеркаться. Большинство гостей разошлись по гостевым комнатам. Фабрицио увлекся беседами с коллегами по цеху. Элли, устав от насыщенного дня, желала побыть в тишине.

– Я пройдусь по саду, – сказала она Фабрицио направляясь к выходу.

– Пойти с тобой? – поинтересовался мужчина.

– Нет. Останься с гостями. Я немного подышу свежим воздухом и мигом вернусь.

Высоко в небе уже виднелась полная луна. Элли вышла. Стоя на тропинке сада, закрыла глаза и сделать глубокий вдох. Медленно вдыхая ночной прохладный воздух, она внезапно открыла глаза. В груди что-то екнуло. На сердце стало не спокойно. Зажмурившись, девушка взглянула вглубь сада. У фонтана смутно виднелась мужская фигура.

– Кто там? Что вам нужно? – спросила Элли у мужчины.

Ее ноги невольно подходили ближе к нему. Мужчина сделал шаг навстречу, и его фигура вышла из тени. Элли узнала до боли знакомого человека. Сердце девушки бешено застучало в груди. Более, она не могла сделать ни шагу вперед. Еще секунда, и ее тело лежало бы в обморочном состоянии посреди двора. В этот момент ее подхватили крепкие руки Джексона.

– Зачем? Зачем ты тут? – тихо произнесла Элли.

Ее глаза ошеломленно бегали по лицу Джексона. Целый год, она старалась его забыть. Элли была уверенна, ее разум взял верх над чувствами, испытываемыми к нему, но это оказалось не так. Родные карие глаза обволакивали ее своим взглядом. Мускулистые руки прижимали тело девушки к груди Джексона. Вокруг все кружилось, земля уходила из-под ног.

– Я и сам не понимаю, – глядя ей в глаза произнес Джексон. Он выглядел не менее растеряно, чем она, будто и в самом деле не понимал, что делает и как тут оказался. – Хотел тебя увидеть. Попросить прощение.

– За что? – не понимала девушка.