Фарватер

7 глава. Порталы и чудовища

Я открыла глаза, с трудом подавляя тошноту после перехода. Это был странный каменный мир. Вокруг царили холодные скалы, вздымавшиеся острыми гранями. Через камни вились тонкие тропки, пригодные разве что для горных коз, поэтому Беляка мы не взяли. От портала до нужного места предстояло пройти несколько километров вертикально вверх по неприступным скалам.

Пальцы тряслись и покрылись мелкими царапинами. Приходилось постоянно хвататься за любой выступающий камень и не смотреть вниз. Там клубился сизый туман, а сквозь него прорывались всполохи лавы. Раскалённые породы готовы принять в свои смертельные объятия любого путника, который посмеет оступиться.

Санрай иногда оглядывался на меня и ободряюще покрикивал. Лави шла первой, ловко лавируя на горной тропе. Да и Санрай от неё не отставал. Я слышала женский голос:

– Девочку надо было оставить. Слаба она для таких подвигов.

– Нет, она крепко держит Фарватер.

– Ну, тогда ладно…

Меня гнало вперёд только упрямство. Докажу, что я не маленькая! И так вчера весь вечер ловила презрительный взгляд рыжей красотки. Перед ней нельзя показать себя слабачкой!

Путь закончился возле пещеры. Поднимался ледяной ветер, выдувая остатки тепла из-под серого платья. Я поёжилась. Лоцманы переглянулись. Лави сказала:

– Мил-ла, оставайся тут, держи Фарватеры.

Руки сами схватили провода. Ладони резали острые грани. На этот раз я догадалась обернуть их куском ткани, найденным в хозяйстве Лави. Хоть какое-то подспорье. Я кивнула. Теперь от меня зависела жизнь двух Лоцманов. В груди поселился ледяной ком, но отступать некуда — позади обрыв и судьба родных.

Лоцманы ушли вперёд, уверенно разматывая Фарватеры. Их силуэты скрылись во мраке пещеры, но я ещё долго видела отблески молний чёрных загадочных коробок. Каждый нёс свой прибор. Почему они не могут без них? Какая тайна скрывается в этих устройствах? Может быть, это и есть секрет их вечного перерождения?

Ожидание продлилось недолго. Лави и Санрай вернулись очень быстро, тяжело дыша и постоянно оглядываясь. Кроме коробок в руках ничего не было.

– А где молодильное?..

– Не бойся, у меня в кармане. Пошли быстрее! – Санрай говорил быстро и отрывисто.

Они побежали вниз. Я как коза на привязи поскакала за ними. Намотанные на руку Фарватеры не давали отстать. Мелькнула ехидная мысль – теперь не страшно свалиться, вытащат.

За спиной нарастал гул. Потом что-то громыхнуло и над головой пронесся огненный вихрь. Я в ужасе подняла голову. Из пещеры выглянула зубастая пасть неведомого серого чудища. Оно выставило длинный подвижный нос, явно принюхиваясь в поисках воришек. Затем показалась огромная костлявая лапа со множеством когтей. Кроме когтей на ней красовалось большое количество мелких крючков, словно вылитых из металла.

Санрай оглянулся и побледнел. Лави нетерпеливо дернула его за локоть:

– Торопись! Портал близко!

Змеиное тело постепенно вытягивалось из сумрака пещеры. Показалась вторая лапа, третья, четвёртая На втором десятке я сбилась со счёта. Натянутые провода напомнили о том, что нужно бежать, а не стоять столбом. Гигантская многоножка вновь пыхнула огнём и заметила нас.

Я чётко увидела, как на нас сфокусировался зелёный выпуклый глаз. Потом навёлся и второй. Пасть раскрылась в оглушающем вое, и чудище ринулось вниз. Оно сметало тысячелетние камни, превращая их в пыль и щебень. Скалы расступались перед ним, признавая хозяина.

Мы бежали и кричали от ужаса. Но древний кошмар был намного быстрее, несмотря на размеры. Расстояние неудержимо сокращалось. Внезапно Санрай остановился.

– Держи крепко! – он сунул мне синий камешек, который ярко сверкнул ослепительно чистыми гранями. – Отнесешь...

Лоцман вырвал из моих оцепеневших рук Фарватер Лави и кинул ей.

– Нет, – девушка подняла руки. – Я помогу...

– Не время! Помоги Мил-ле, – он оттолкнул ее вперед, а сам повернулся к чудовищу. В его руках появилась странная металлическая палка, из которой вырвался длинный луч. Он срезал многоножке несколько лап, но тело рассеяло луч. У паразита была очень крепкая броня. Так вот чем Лоцманы отражают Атаки! Я никогда и не задумывалась, какое у них оружие.

Прозвучали последние слова:

– Мил-ла! Держи крепче…

8 Глава. Неизвестность

Сжимая в онемевшем кулаке синий камень и обрывок Фарватера, я без сил упала на траву очередного незнакомого мира среди огромных елей. Взрыв отшвырнул меня и Лави, открыл порталы, расколол реальность и разбросал нас по разным сторонам.

Санрай... Он не выжил: провод порвался. Я не справилась, Милка Неумеха... Лави хотела его спасти, но было так опасно, что Санрай ушёл вперёд, отвлекая монстра. Я знала — он спасал любимую. Последняя жертва рыцаря за даму, с которой они не могли быть вместе из-за проклятого долга охранять порталы. Как бы я хотела встретить такую любовь. Глупая девчонка... Осталась одна.

Пока я плакала у края соснового бора, меня окружили незнакомцы с бронзовыми лицами и перьями в волосах. Их гортанный язык был мне непонятен. Я могла только размахивать руками и пытаться объяснить, кто я и откуда. Они переглянулись. Самый старший ткнул копьём в сторону леса. Я пригляделся. Где-то там, за соснами, едва заметно поднимался дымок. Его плохо видно на ярком солнце, зато благодаря ему стало понятно: за лесом кто-то живёт и разжигает костры.

Я послушно пошла за ними. В тот момент было всё равно, куда идти и что случится дальше. В душе царили тоска и печаль. Я даже забыла про синий камень, ведьму и свой погибающий мир. А ещё... так и не успела узнать, как найти дорогу домой.

Меня посадили рядом с самым большим шатром. Это была странная деревня: люди жили в шатрах из палок и пятнистых шкур. У некоторых «домов» стояли шесты с черепами. Многие подозрительно похожи на человеческие.

Постепенно вокруг гостьи из другого мира собиралась толпа. Люди показывали на меня и на Фарватер, оживлённо споря. Потом ко мне подошла старуха. За морщинами почти не виднелись глаза. Она громко что-то сказала — толпа загудела. Старуха схватила меня за руку и с нечеловеческой силой потащила на край поселения.

Она грубо затолкнула меня в очередной шатёр. Там было жарко и светло от очага посередине. Я встала у входа, механически завязывая обрывок провода вокруг пояса. Камень спрятала в кармашек за пазухой.

На окрик старухи из вороха шкур выползла черноволосая девушка с бронзовым лицом. Недовольно выслушав старуху, она подошла ко мне, оглядела израненные локти и предплечья. Кровь уже свернулась, но кожи не осталось: Фарватер ободрал руки до мяса. Девушка охнула. Её взгляд резко потеплел. Она сочувственно что-то проговорила и крикнула. Из другого угла из очередного вороха шкур выполз паренёк, похожий на неё. Брат и сестра? Интересно, сколько же всего жильцов вот так спряталось в шатре?

Он выслушал девушку и старуху, кивнул, ответил. У них вышел жаркий спор. Потом паренёк фыркнул и ушёл. Эх, ещё бы понимать, что происходит. Вернулся быстро и принёс кувшин с молоком. Старуха сунула мне под нос пучок сухих душистых трав. От них приятно закружилась голова: запах снимал боль и усталость. Я даже не помню, как выпила жирное молоко и легла спать. Есть не могла — не получалось взять ложку, а от помощи девушки гордо отказалась.

Когда проснулась, обнаружила, что честные хозяева не тронули ни провод, ни камень. Хотя какой прок от того, чем я не умею пользоваться?.. Сон продлился долго, но облегчения не принёс: лишь кошмары, где за нами гнались чудовища, вспыхивало и гасло солнце, тело обжигала боль.

Девушка очень обрадовалась моему пробуждению и с увлечением начала учить со мной их язык. Я запомнила только её имя — Салиши. Парня звали Чимакум, а бабку — Акокуло. Они смеялись над моим именем и кивали в сторону козы, которая забежала в шатёр. Как потом узнала, в их языке «Милка» — это старая коза.

Акокуло оказалась милой и приятной старушкой. Она бережно поменяла повязки на моих руках. Раны подживали быстро: местный народ хорошо разбирался в лечении травами. Только вот поесть удалось лишь с помощью Салиши — она трогательно покормила меня с ложечки. И мне так хотелось горячей похлёбки, что было всё равно, как я выгляжу со стороны.

Вечером к нашему шатру пришли люди. Собралась толпа, скандировала что-то неразборчивое. Мои защитники кричали им в ответ. Даже без знания языка было понятно — разгорелся конфликт из-за моего присутствия. Я стояла перед входом, нервно теребя край шкуры и переминаясь с ноги на ногу. Руки предательски потели, голос дрожал, а слёзы так и норовили пролиться горестным плачем. Похоже, меня хотели выгнать. А куда мне потом деваться?

Чимакум не выдержал, резко крикнул и скрылся внутри. Вынес красивую пёструю шкуру и накинул мне на плечи. Толпа затихла. Салиши и Акокуло застыли в изумлении. Я где-то читала, что таким образом принимают в семью. Если это спасёт жизнь — я готова смириться с новыми родичами: жить в шатре, готовить на костре нехитрую еду из дичи и трав.

Я радостно закивала и обняла спасителя. Толпа загудела. Кто-то кинул под ноги красный цветок с тонкими лепестками. Хотела подобрать, но Салиши ловко его перехватила и, радостно повизгивая, убежала внутрь. Люди начали расходиться, а потом вернулись с подарками. Вскоре у входа скопились шкуры всех размеров, глиняная посуда и пара козлят. Акокуло села у даров, скрестив колени, и величаво их перебирала, одобрительно цокая языком.

Когда поток визитёров иссяк, Чимакум потянул меня в дом. Салиши уже вплела в волосы цветок и расстелила у очага прямо на полу чистую узорчатую скатерть. Здесь не было столов и стульев. Даже кровати заменяли шкуры. Что ж, похоже, мне тут предстоит остаться надолго — надо привыкать к отсутствию мебели.

Я села у скатерти и лишь протянула руку к куску вяленого мяса, как заметила, что Салиши вышла. Акокуло тоже осталась за порогом.

Я всё поняла: замужество — это тоже способ быть принятой в семью. Только оно в мои планы не входило. Но сейчас было всё равно. Меня словно продуло в портале, оставив только пустоту. Да и сердце так болело... Санрай...

Как же меня угораздило влюбиться в того, кто даже отдалённо человеком не является?! Хотя удивляться нечему: сильный, уверенный, красивый Девчонке и этого хватит.

Я посмотрела на Чимакума и покачала головой. Он улыбнулся и махнул рукой. Я показала пальцем на Фарватер, сиротливо свернувшийся на поясе. Потом подняла палец вверх и потрясла ладонями, изображая взрыв. Для убедительности погудела и пошипела.

Чимакум хмурился и кивал. Показал на провод, помахал рукой, будто арканит корову. Я насторожилась — похожим жестом Фарватер забрасывают в портал. Кивнула, следила за реакцией собеседника. И тут меня осенило: а что, если здесь тоже есть Лоцман?

Парень показал на шкуры, подложил ладони под голову и пошевелил двумя пальцами, будто идёт человек. Ага, он предложил подождать до утра и куда-то сходить. Похоже, дело сдвигается с мёртвой точки. Я кивнула и улыбнулась.

9 Глава. Открытие

Рано утром Чимакум отвёл меня к краю деревни, где стоял огромный сарай с лошадьми внутри. Я никогда не видела их вживую — только читала о них в книгах. Парень рассмеялся, увидев искренний восторг свалившейся ему на голову незваной жены. Я пищала от радости и гладила мягкие носы лошадей. Они добродушно фыркали и тыкались в ладони.Ч

имакум вывел двух гнедых коней, почистил жёсткой тряпкой и взнуздал. Ловко сел верхом и выжидающе посмотрел на меня. Чтобы подогнать, приглашающим жестом показал на второго коня, но я пожала плечами. Не умею ездить верхом. Этот факт явно озадачил парня. Он слез, подумал, потом принёс плотную попону, укрыл спину животного и закрепил ремнями под животом. Подвёл его к поваленному дереву и жестом показал, что можно сесть с такой вот подножки.

Я для уверенности потрогала Фарватер, выдохнула, одной ногой наступила на ствол, схватилась за гриву, вторую ногу кое-как перекинула через спину коня. Вроде села. Поёрзала, устраиваясь удобнее. Чимакум сунул в руки поводья, показывая, как правильно перехватывать.

Когда мы двинулись, поняла: учиться ездить верхом надо с детства. Жёсткая конская спина натирала ягодицы даже через плотную шкуру. От тряски заболели ноги и поясница. Чимакум же сидел в седле как влитой.

Поездка длилась долго — по крайней мере, мне так показалось. Луга кончились, начался тёмный ельник. У каменной церкви с целыми золотыми куполами на земле сидел бородатый высокий мужчина. Рядом жевала траву огромная черепаха, очень похожая на ту, что осталась в моём родном мире.

Лоцман поднялся и сразу обратил внимание на меня. Произнёс на моём родном языке:

— Здравствуй, дитя! Как ты сюда попала? Где твой Лоцман?

Гулкий голос отдавался в верхушках елей, напугав парочку ворон. Они улетели, возмущённо каркнув напоследок. Чимакум спрыгнул с коня и что-то произнёс на своём гортанном языке. Лоцман повернулся к нему и ответил. Местный парень остолбенел и с трепетом помог мне спуститься. Неловко поцеловал руку и отступил с поклоном.

— Здравствуй, Лоцман! Что ты ему сказал?

— Правду. Судя по Фарватеру, ты была помощницей своего Лоцмана, а таких здесь почитают. Хотя местные народы боятся пришельцев из иных миров и убивают их. В чём-то они правы: порой из волн порталов выпрыгивают ужасные чудовища. Здесь их слишком много, я не успеваю со всеми справиться. Тебе повезло, что тебя не убили. Так что же случилось с твоим Лоцманом и почему оборван Фарватер?

Внезапно его прервал Чимакум. Он выступил вперёд и выдал целую речь — крайне непочтительную и требовательную. Лоцман внимательно выслушал, вздохнул и скрылся в недрах церкви.

Вскоре вышел оттуда с круглой коробкой из чёрного металла. Неизвестный предмет гудел и цокал. Лоцман навёл его на меня и тряхнул. В голову словно ударила молния. Я отшатнулась, пытаясь не потерять остатки сознания. Лоб разрывали мелкие разряды.Сквозь пелену я услышала понятные слова Чимакума:

— Ей больно?! Что ты делаешь?.. Эй, Мил-ла, ты как? Варайс, я не просил её убиват

— Мне нормально, — чужие слова рвали горло и ломали язык. — Всё хорошо.

— Слава предкам! Наконец-то ты говоришь на моём языке, — Чимакум облегчённо вздохнул. Он уже стоял рядом и держал меня за руку, тревожно взглядываясь в глаза. Потом отвернулся и важно сказал:

— А теперь, Варайс, можешь её спрашивать. Я разрешаю.

— Разрешаешь? — мужик расхохотался и спросил у меня:

— Девочка моя, ты сама-то поняла, что ты его жена? Чимакум, она из других мест и явно не понимала местных обрядов. Или...

— Я догадалась... Он меня спасал от толпы. Только я не сразу всё поняла Но Спасибо тебе, — я повернулась к Чимакуму. — Я очень рада, что могу тебе это сказать.

Бронзовое лицо потеряло невозмутимую чеканку. Парень широко улыбнулся, показав ровные белые зубы.

— А теперь мы внимательно тебя слушаем, — сказал Лоцман и скрестил руки на груди. Мы сели втроём кружком возле церкви. Я начала рассказ.

Мне попались очень чуткие слушатели. В итоге Варайс печально покачал косматой головой и сказал:

— Жаль Санрая. Отличный был друг И солдат. Что ж, тебя надо вернуть домой. Ты не против, муженёк? — в его голосе я уловила насмешку.

Чимакум же невозмутимо ответил:

— Я просто спасал. Мои родичи могли её убить. Мы не любим чужаков.

— Мне надо на родину! Купол вот-вот рухнет.

— Да, Мил-ла, я помогу Мы поможем, — Чимакум прищурился.

Варайс кивнул:

— Не бойся, у нас есть оружие и Фарватер. Правда, я совершенно не помню, в каком мире остался Санрай. Но можно попробовать отыскать Лави. Лоцманы оставляют яркий след, когда путешествуют через порталы. Она-то точно знает!

— Надо собрать припасы — и можно выступать в путь, — подытожил Чимакум.

К горлу подступил ком, на глаза навернулись слёзы. Незнакомые люди прониклись чужой бедой и были готовы бескорыстно отправиться в опасный путь. Наверное, поэтому колонисты и выжили: они умели объединяться, несмотря на различие языков и цвета кожи. Теперь я понимала — когда у тебя есть опора, ты становишься смелее.

10 Глава. Сквозь волны порталов

Наш поход начался со слёз Акокуло. Она подвывала и собирала вещи сына в дорогу. Видя мою растерянность, Чимакум шепнул, что так принято: перед ответственным делом родственники должны своими причитаниями достучаться до предков — тогда они помогут потомкам справиться.

Салиши обрадовалась моему внезапному знанию их языка, но особо не удивилась. Девушка мило улыбалась и щебетала обо всём на свете, перебирая мои волосы. Попробовала заплести косы, но я отказалась.

Деловитая Салиши тоже собралась с нами. Очень хотела посмотреть другие миры, а на все возражения брата ответила без слов: взяла лук, вышла во двор и уложила пять стрел подряд в череп у соседних ворот. Брат замолчал — аргументы кончились.

Мы ушли пешком. Чимакума я начала побаиваться. Он хорошо умел ориентироваться в чужих мирах и уверенно пользовался Фарватером. Лоцман лишь изредка его поправлял. У Чимакума за поясом красовалось оружие Лоцманов. Оказывается, Варайс подарил его из своих запасов. Вот какое доверие он смог завоевать! Я позавидовала.

Оружие называлось лазерным пистолетом. Вы наверняка такие видели! Для освоения новых миров использовали пистолеты, умеющие накапливать энергию. Серебристые пластины на рукояти ловили даже минимальный проблеск солнца и превращали его силу в тонкий смертельно опасный луч. Таким Санрай пытался отбить атаку той многоножки, но тогда я не понимала, что вижу. Не всесильное оружие, но хотя бы шанс на спасение. И этого шанса было крайне мало...

Постепенно все переходы смешались. На сон мы останавливались только там, где были деревья и вода. Пустынные миры наш отряд проскакивал почти не глядя. Лави нигде не было... Она потерялась на просторах неведомого океана, который окружал миры. Порталы создавали временные проколы, которые тут же закрывались, как только последний из нас переступал невидимый порог.

Когда в одном из них на нас двинулись живые камни, Чимакум не растерялся: оттолкнул сестру в сторону, меня закрыл собой и гаркнул так сильно, что неведомые создания поползли обратно. В мире, где нас окружили красивые светлячки, Чимакум нахмурился и попросил поторопиться. После перехода рассказал: это ядовитые создания. От укуса можно увидеть предков, а опьянение длится часами.

Один из встреченных нами миров удивил холодом. У нас сразу замёрзли носы и руки. Мы достали из котомок шкуры и обмотались ими буквально с ног до головы, став похожими на меховые шары. Мороз всё равно пытался пробраться через любую щель. Глаза слезились, а слёзы застывали сразу, царапая веки острыми гранями кристаллов. Дышать можно было лишь через тряпки, но и они застывали от влаги.

Варайс хмурился и кружил по пятачку возле скал, заметённых снегом. Чим внимательно слушал морозный воздух и раздражённо цокал языком. Портала не было. Из расщелины выскочил маленький паучок с красными ногами. Салиши завизжала и в секунду заложила стрелу на тетиву. Я схватила её за руки:

— Стой! Это не тот Посмотри! Он не похож!

Паук совершенно не обращал на нас внимания. Шустро перебирал длинными лапками и собирал жвалами снег. Получившийся снежок неведомая тварь подбросила вверх и побежала за ним — как собака играет с мячиком. В азарте погони скрылся в расщелинах холодных скал.

— Что это было? Варайс! Ты такое раньше видел? — я не могла удержаться от вопросов.

— Не совсем... Это предок тех тварей, которые устраивают Атаки. Когда-то они так и выглядели! Умные и безобидные насекомые. Кто-то из наших даже приручил подобного паука... Мил-ла! Холодно! Давай потом поговорим, — взмолился Лоцман.

В этот момент Чим что-то услышал и вскинул голову:

— Тут! — он пошёл вниз, к расщелине. — Где-то здесь следующий вход!

Закинул Фарватер точно над пропастью. Разноцветный шнур загорелся медным цветом и пробил пространство.

— Придётся прыгать — растерянно сказал Чим и посмотрел на нас с Салиши. — Девчонки, справитесь?

— Где наша не пропадала. Да и Мил-ла не трусиха. Верно?! — Салиши с силой хлопнула меня по плечу.

Не трусиха?! Я в тот миг готова была остаться здесь жить. А что? Обзаведусь паучками, буду играть с ними в снежки. До первого и последнего обморожения.

Вслух, конечно, я этого не сказала. Воля нехотя собиралась в кулак, сопротивляясь мелкому страху. Он нашёптывал страшные слова и рисовал моё распластанное тело на ледяном покрове. А над ним завывают ветры и проносятся тысячи острых снежинок. Красиво... Но надо идти дальше! Кто, если не я, принесёт домой спасительный молодильный камень?

Я кивнула и собралась уже прыгать, но Чим схватил меня за руку и притормозил:

— Подожди! Здесь нужно разогнаться и прыгнуть! А это лучше делать без меховой брони! Ребята, раздеваемся, собираемся — и по одному вперёд!

Первым ушёл Варайс. За ним прыгнула Салиши. У них получилось грациозно, словно каждый день сигают в невидимый портал, раскрывший пасть над огромной пропастью. Я опасливо посмотрела вниз.

— Мил-ла! Давай быстрее, пожалуйста! — взмолился Чим. — У меня руки стынут...

Оглянулась. В тот момент поняла, что такое стойкость духа: его ладони на морозе стали почти чёрного цвета. Видимо, кровь уже остановилась, а парень продолжал упорно держать путеводную нить. Он знал — так нужно, так правильно. Тогда я потеряла страх. Мне было с кого брать пример! Разбежалась и прыгнула, забыв о хищной пасти расщелины с острыми скалами внизу.

В первые мгновения возникло чувство промаха. Я падала вниз А потом ноги больно ударились о землю. Покатилась по пригорку и уткнулась в бок Салиши. Она методично растирала Варайсу лодыжку. Лоцман, вопреки подготовке, сильно подвернул ногу при падении. А может быть, и притворялся — уж слишком довольная улыбка скрывалась за косматой бородой.

Чимакум приземлился изящно, упав на четыре конечности, словно кот. Я сразу кинулась к нему:

— Что у тебя с руками?!

— Обморожение... Нормально всё будет, сейчас жиром смажем. Салиши! Где у нас медвежий жир?

Он храбрился и не показывал вида, но я знала: ему было больно. Ещё неделю Фарватером пользовался только Лоцман, а Чим лишь ходил и высматривал порталы.

11 Глава. Приземление

В одну из ночёвок мне не спалось. Чимакум остался на страже и сидел у костра. Отблески огня играли причудливый танец на бронзовом лице с хищным орлиным профилем. Лоцман храпел на все лады. Салиши тихонько посапывала, свернувшись клубочком у его бока. Она сильно обиделась на меня. Накануне опять хотела заплести косы по бокам, как полагалось замужней женщине её рода, но я снова отказалась. Мне был милее непритязательный хвост, стянутый синей потёртой ленточкой. Когда-то её подарила Ирма Как вы там, мои хорошие?..