Ребёнок от Бывшего-Босса. Новая встреча

Глава 12

АФИНА

– Вам не кажется, что логичнее было бы сегодня отвезти их в гостиницу, а завтра уж полноценно отдаться работе?

Вот что он за человек?! Вечно у него все перевернуто с ног на голову!

Но на мой осторожный шепот Георгий не реагирует никак. Он спокойно выдерживает добродушный взгляд Джона Эферсона – сутулого седовласого мужчины в старомодном сером полосатом костюме. Эферсон главный в команде из трех прибывших мужчин с цепкими проницательными взорами.

Когда иностранцы тихонько начинают переговариваться, ослабляя свое внимание, Георгий едва заметно морщится и наклоняется ко мне:

– Если бы я так сделал, они бы с интересом осмотрели здесь все, а после – отказали. Для них важна производительность. И прямо сейчас мы демонстрируем, что каждую минуту рабочего времени используем по назначению с максимальной эффективностью.

Георгий снова выпрямляется, в терпеливом ожидании заводит сложенные в замок руки за спину.

Ладно. Беру свои слова назад.

В беседе мужчины затрагивают разные вопросы – от погоды до производственных мощностей. Часа два уходит у нас на экскурсию, и я, право слово, поражена тем, насколько Георгий знаток своего дела. Я привыкла относиться к нему как к абсолютнейшему раздолбаю и прохвосту. Да я привыкла вообще никак к нему не относиться! А тут… гости смотрят на него с уважением, внимательно ловят каждое его слово. У них, кстати, свой переводчик. Так и работаем…

– Сейчас в ресторан. Едем как ехали. Ты со мной, они – на второй машине.

И все вроде бы ничего, и переговоры проходят вполне себе успешно. Но в ресторане после сытного ужина их переводчик вальяжно ко мне подсаживается, демонстрируя шикарные познания нашего языка.

– Я раньше никогда не бывал у вас на севере. Больше в столице, в крупных гостеприимных городах.

– Я здесь тоже впервые.

– Нравится?

– Не было времени осмотреться. Работа… – пожимаю плечами, а сама внутренне содрогаюсь. Этот лисий взгляд короля жизни…Отшить бы, но мягко и красиво. Чтоб без претензий.

– А может, прогуляемся, как все разойдутся? Поболтаем. Составите компанию?

Вот зачем эти шашни в такой ответственный момент?! Мужики, а!

– Простите, уверена, что вы потрясающий собеседник, – смягчаю отказ как могу, – но у меня расписание. Пока не до прогулок…

ГЕОРГИЙ

Я же просил! Ну просил же по-человечески! Сидит обтекает под взглядом это хлыща! Хоть бы отодвинулась от него! И, главное, все вокруг это видят!

Афина наконец ловит мой разъяренный взгляд и непонимающе вскидывает брови. Отлично! Она еще и сути невысказанных претензий не схватывает!

Кивком указываю ей на выход, и когда она молчаливо переспрашивает, пальцами изображая бегущего человечка, я недовольно киваю.

– Что-то не так? – дивится она, видя мою красную от возмущения рожу.

– Ты можешь просто ответить ему «нет»? – закипаю внутри, но снаружи пока держусь прилично.

– Я и ответила.

– То есть ты не отрицаешь, что он клинья подбивает?

– Мы договорились с вами не упасть в грязь лицом. Ваш моральный облик остался чистым. Не волнуйтесь.

– Хоть это радует.

– Зато мой – нет.

– В каком плане?

– Он уверен, что я ему отказала, потому как мой вечер занят вами. Открыто сказал об этом.

– А ты что?

– Отрицала, естественно.

– Зря. Надо было подтвердить.

– Зачем?! – она распахивает глаза.

– Он бы отстал сразу.

– Это вы называете высокоморальным обликом?!

– Ладно-ладно, не шуми. Но при случае можешь пользоваться, мне не жалко.

– Какая неслыханная щедрость! Вы меня в штат когда оформите?

– Тебя когда в номер отправить?

– Как можно быстрее.

– Хорошо. Потерпи еще минут пятнадцать, и я всех раскидаю по норам.

Как я и обещал, через четверть часа иностранные делегаты, довольные и уставшие, уже мчались в гостиницу.

Измученную Афину я отправил на такси, радуясь, что все прошло по плану. Почти по плану. Не считая инцидента с пролитым пойлом.

Ну все. Пока можно вздохнуть полной грудью и наконец-то почувствовать вечернюю прохладу.

Только я об этом думаю, как мне приходит смс из банка. Она перевела деньги! С припиской: «Спасибо, что выручили».

То, что Афина теперь обращается ко мне на «вы», реально вымораживает. Как нескончаемая подколка. Но с другой стороны, так ведь и должно быть… Это логично.

Я все ж перезваниваю, трубку она берет не сразу. И как только слышу ответ, накидываюсь мгновенно:

– Не понял, что за деньги?

– За юбку. Спасибо, что выручили. Я была очень расстроена и не собрана. Забыла сразу вернуть.

– За юбку?! Ты серьезно сейчас?!

Ну офигеваю реально!

– Абсолютно.

– Забери деньги и не стыди меня.

– Ни в коем случае! Вы не должны за меня платить, я сама виновата!

Я, естественно, отдаю себе отчет, что с любым другим подчиненным не вел бы себя столь раскованно и фамильярно. Но Афина для меня не любой подчиненный… пора бы уже это признать. И сегодняшнее испытание она прошла вполне себе достойно.

– Афина, – снисходительно заключаю, – я многое могу себе позволить, в том числе и это. Все. Спать ложись. Завтра утром разбужу тебя.

– Но…

– Спаа-ать.

Отключаюсь и кидаю бабки обратно. Зачем-то еще округляю в большую сторону.

Не объяснить этого, но я жду хоть какого-то ответа. Хоть чего-то, отвлеченного от работы. Замшелого «спасибо». Или «ок».

Но ничего, конечно, не дожидаюсь.

Когда экран телефона озаряется внутренней подсветкой, я втайне надеюсь, что это она, торопливо бросаюсь ответить.

Но…

Кристина.

Да ё..!

Разочарованно сбрасываю вызов и усаживаюсь в машину.

Ну действительно. С чего бы она мне позвонила?

Глава 13

АФИНА

Еще один день промчался, я даже моргнуть не успела.

Гоша вновь ходит смурной: собран, сосредоточен, в своих мыслях. Но ко мне уже не столь рьяно придирается.

Я очень жду, когда мы наконец вернемся и я увижу свою малышку. Мама говорит, что Лина уже скоро пойдет на поправку: пик болезни прошел.

Созваниваться особо некогда, сама себе я становлюсь предоставлена только к глубокому вечеру. Несколько раз сегодня звонила Соня – мы до сих пор дружим и стараемся если не видеться, то хотя бы созваниваться чаще. В этот раз ее вызовы пришлось проигнорировать, лишь торопливо черкануть в извинительной смс, что я в командировке и у меня время расписано по минутам.

Но теперь… выдыхаю. Все.

– Ну что, – ловлю совсем рядом расслабленное уточнение. Георгий, отнимая телефон от лица, разваливается на заднем сиденье, поворачивает голову в мою сторону. – Как впечатления от поездки?

– Было очень познавательно.

– Не надумаешь сбежать? А то мне понадобится время на поиски нового переводчика.

Нахальная улыбка уже не производит на меня такого глубокого впечатления, как раньше.

– Можете со спокойным сердцем тратить свое время на нечто более значимое.

На пару секунд цепляю вежливую улыбку на все случаи жизни и отворачиваюсь к окну.

– Договорились. Вернемся – подпишешь документы о вступлении в должность.

– Подпишу, – соглашаюсь с царственным спокойствием, а у самой взрыв внутри!

– На сегодня все. Завтра пришлю за тобой машину, чтоб до аэропорта сама не добиралась. Я задержусь тут еще ненадолго. День тебе на прийти в себя. Послезавтра выходишь. Вопросы?

– Все ясно.

– Отлично. Кстати, – как бы между делом бросает он. – Здесь довольно красиво. И климат в это время года приятный. Я вечером планирую прогуляться. Если хочешь взглянуть на достопримечательности – присоединяйся.

Тихий вздох тонет в неуемном потрясении. Я заставляю себя прикрыть рот.

– Нет. Мне нужно собираться. Но спасибо за приглашение.

– Да успеешь еще. Заодно и поужинаем. Отметим успешные переговоры.

– Простите, Георгий Александрович. Я не отмечать приехала. У меня еще куча дел.

– Понимаю, – ни чуточки не расстраивается он. – Тогда на созвоне. Машина завтра с меня.

– Мне комфортно и на такси…

Но руководитель непреклонен:

– Нет, поедешь с Виталием.

Он кивает на водителя, и вскоре мы подъезжаем к гостинице.

Когда выхожу из машины, я неосмотрительно роняю взгляд на его руку. Он так и не носит кольцо. Все неудобно ему…

***

– Георгий Александрович, вызывали?

– Заходи, Афин.

Мне показалось, или он и правда задержался взглядом на моих ногах?

Немного скованно прохожу в кабинет руководителя и сразу прячу коленки под стол. И руки туда же. Почему-то трясутся. Волнуюсь.

– Как дела? – осведомляется Георгий Александрович, копошась в компьютере.

– Прекрасно.

– И у меня прекрасно, – роняет он задумчиво. Ищет что-то, читает с экрана. С моего места не видно.

Смешной такой. Как будто мне дело есть до того, как у него там…

– Рада слышать.

– А я рад, что нам ответили с Ассоциации производителей топлива и нефтехимической продукции. Садись сюда. Переведи письмо.

Он подвигает соседний стул, пригласительным жестом указывая рядом с собой.

Я игнорирую и вместо этого приближаюсь так, чтобы был виден экран.

По мере чтения начинаю улыбаться. Это письмо от Джона Эферсона. Он сообщает, что был бесконечно рад побывать гостем на заводе, которым так грамотно управляет мистер Георгий Сац, и еще более рад начать сотрудничество. Отмечает высокий профессионализм всей нашей команды. Господин Эферсон с нетерпением ждет ответа и дальнейших предложений.

– Йес! Просто отлично!

– Поздравляю, – приподнимаю уголки губ. – Письменный перевод нужен?

– Да, обязательно.

– Вы могли бы сразу прислать мне его на почту.

– Мне не терпелось поскорее. Ты во сколько обед? – с улыбкой от уха до уха интересуется руководитель.

– Да собственно… во сколько… и все.

– Тогда погнали в кафе. Обсудим и время сэкономим.

– Давайте я после обеда вам позвоню, и мы переговорим. Я не планировала…

– Это не приглашение. Марш собираться.

– Но…

– Без разговоров, Афина!

Мне жуть как не хочется, но… идти приходится.

Без разговоров так без разговоров. И все вроде бы ничего, да только на выходе из здания мы сталкиваемся с брюнеткой, которая клещами вцепляется в управляющего.

– Гоша! Привет, мой дорогой!

Она бросается на него с объятиями, целует в щеку. Фамильярность какая!

– Не понял. А ты чего здесь? – роняет он челюсть и на девушку смотрит волком, хоть и приобнимает немного, тут же отстраняясь.

– Так мы ж договаривались, – светится она. И тут взгляд ее перемещается на меня. Меркнет. – Здравствуйте. А… вы куда-то уходите?

Подозрение в ее голосе вызывает усмешку.

– Как видишь. Мы идем работать.

– Из офиса? Я думала, обычно работают там.

– Кристин, мы в кафе. Мое время не резиновое. Афине тоже пришлось отложить дела.

– Хм… Афине… ну и что будем делать? Я ведь уже приехала!

Кольца нет и у нее. Любовница. Несомненно. Гоша держит марку. И на работе гулять не боится.

– Так, ладно. Планы меняются. Афин, ты сама на обед. Я позвоню позже.

Кажется, девушка сейчас слюной захлебнется. Еще бы! Такой вот мужской экземпляр далеко от себя отпускать нельзя. Ни одной юбки не пропустит.

– Как скажете, Георгий Александрович.

Разворачиваюсь и ухожу. И мне вообще наплевать, сколько у него этих Кристин.

Глава 14

ГЕОРГИЙ

Даже разочарованно посмотреть Афине вслед не успеваю: Кристина берет меня за руку, осторожно, но планомерно перетягивая мое внимание.

Знает же, что я терпеть эти девичьи сопли не могу.

Отнимаю руку.

– Ну и зачем приехала? – вяло потираю я глаза: устали от экрана. Мне нужно больше времени проводить вне работы, не вперившись в монитор или телефон.

– Хотела сделать сюрприз.

– Сделала, – недовольно киваю я. Совсем не вовремя она явилась.

– Гош. Ты когда начнешь смотреть вокруг?

– Солнце, асфальт, бордюры, шлагбаум. Я и так все вижу.

– Я не об этом же, ну!

– А о чем?

– О том, что пора замечать главное. Кроме твоей работы есть много чего еще. Посмотри внимательно.

Я едва сдерживаю порыв обернуться к выходу. Афина точно ушла? И нет, мне не все равно, очень бы не хотелось, чтобы она видела меня с Кристиной. Это сложно объективно себе растолковать, но как есть.

Сую руки в карманы. Начинаю горячиться.

– Я обедать шел. Ты планировала составить мне компанию?

– Я бы с радостью.

А я вот что-то не очень… но вместо этого выдавливаю короткое:

– Тогда пошли.

– Гош, – Кристина дипломатично влезает не в свое дело, настороженно ожидая ответа. С места не двигается. – А эта девочка… новенькая? Я от тебя про нее никогда не слышала.

Если положить руку на сердце, мне жаль каждую секунду ускользающего времени. Но от Кристины вот так просто отмахнуться тоже не могу.

– Да. Теперь мы можем идти?

– Конечно. А вы… вы часто ходите вместе на обед?

– Кристин, это допрос?

– Нет. Но я не могу не поинтересоваться. Прекрасно осведомлена о том, как проходит твой обед. Либо у компьютера быстрый перекус, либо с нужными людьми переговоры, где еда занимает не первое и даже не второе место по необходимости. А сейчас… с сотрудницей?

Что мне на это ответить? Она права на все сто.

– Мне есть что с ней обсудить. На этом все?

– Ладно, не заводись, пойдем.

С Кристиной мы вместе около года. Она сильная. Разумная. Правильная. Умеет сглаживать острые углы. Очень мало моментов было, когда эта независимая женщина меня раздражала. Но сейчас – именно такой.

В ресторан мы приезжаем быстро. С заказом тоже не медлим.

– Гоша, – начинает Кристина, когда официант оставляет нас наедине. – Ты последнее время вечно на взводе. Устал. Возьми ты отпуск. Неделя-полторы. Ничего с заводом не случится. Ян тебя подстрахует.

– В его обязанности это не входит.

– В твои тоже много чего не входит, но ты…

– Кристин, – обрываю ее резко. С нажимом. – Я разберусь.

Она поджимает губы. Недовольна.

– Так нельзя.

– У всех своя работа.

– Гош, – продолжает она уже мягче, накрывая ладонью мои сцепленные в замок пальцы, – может быть, работы в твоей жизни потому и много, что чему-то другому в ней попросту не хватает места?

– На что ты намекаешь?

Открыто она не скажет. Она знает, что я ее не держу. Она знает, что я никого не держу. Единственная женщина в моей жизни, которую я пытался заставить хоть немного задержаться, в конечном итоге ушла. Теперь я пасс. Далось оно мне все.

– Давай ты возьмешь выходные. Нормальные. Полноценные. Съездим куда-нибудь.

– Нет.

Тяжкий вздох раздражает меня еще больше.

– Почему?

– Давай каждый из нас сам будет решать, когда ему брать выходные и как их проводить. Я же тебя не уговариваю. Не настаиваю.

Эта дистанция нужна нам обоим.

– А я бы не расстроилась…

Мой подозрительный взгляд цепко хватается за яркую надежду на благородном лице. Неужели? Теперь эта дистанция нужна только мне?

– Когда мы познакомились, ты поставила условие. Никаких обязательств. Никаких чувств. Не лезем друг в другу в душу. Соблюдаю я. Соблюдай и ты.

– Ты не чужой мне человек, чтобы бесконечно смотреть, как ты закапываешься работой и света белого не видишь. Рано или поздно это на тебе скажется.

– Я привык решать проблемы по мере их поступления.

– Ты даже сейчас нервный.

Возможно. Потому как я рассчитывал не с Кристиной вести светскую беседу.

– Что поделать.

– Тебе не нравится, что я здесь?

– Ты знаешь ответ.

Заказанные блюда приносят как нельзя вовремя. У Кристины есть шанс съехать с неприятной для нее темы, а я вполне могу предоставить ей такую возможность.

Эта женщина потрясающая. До кончиков ногтей. Эффектная, привлекающая внимание. Рациональная и вдумчивая. Она сама себя сделала. Но Кристина слишком… привыкла командовать. Делает это искусно, только в последнее время слишком уж упорствует. И меня это раздражает. Ее в моей жизни становится слишком много, а я предпочитаю умеренность.

На телефон приходит оповещение с почты. От Афины! Ух. Она уже сбросила мне перевод. А вроде должна была идти обедать.

Сложно себе признаться, но я ищу встречи с ней. Звонок, письмо. Любая возможность контактировать. Использую что угодно. Она же, как назло, абсолютно все встречает с лютым спокойствием.

А что? Я разве надеялся, что будет как-то иначе? Что она жалела? Что не забыла? Да чушь же собачья!

И я забыл. Совершенно.

И то, какая она очаровательная. И волосы ее, так откровенно путающиеся в кулаке, и испепеляющий взгляд. Глаза бездонные. Искренние. Чистые. Доверчивость и наивность. И то самое ощущение, когда хочется все ради нее.

Да забыл давно уже!

И слова ее, те самые, что жалят похлеще колючей проволоки. Про пустышку. Эгоиста. Про то, что она ошиблась во мне. Про то, что разглядела нечто большее, чем есть на самом деле. Все это я уже забыл.

Только имя ее отчего-то въелось в подкорку, запомнилось. Обожгло в свое время так, что заживало долго. И даже до сих пор острым разочарованием как-то немного царапает. А остальное – нет. Да и что там за месяц запомнить можно? Колдовские глаза черные, как у колдуньи? Как смотрела с нежностью? Отрезвление зыбкое? Губы податливые, на которых имя мое дрожит? Талию осиную? Запястья тонкие? И хрупкая вся такая, маленькая. Прижать так к себе хотелось покрепче, а раздавить страшно было. Моя ручища – как ее голова.

А в остальном… там и помнить-то нечего.

Она не единственная девственница, что мне встретилась.

Правда, остальных даже имена смазались. А этой же… занозы… запомнилось.

– Мне кажется, ты меня не слышишь.

Воспоминания разбиваются о недовольство в женском голосе, и я поднимаю голову.

– Что?

– Я предложила съездить в субботу к моим друзьям. Загород. Бассейн. Теплый уютный вечер. Все как ты любишь.

Да я, собственно, такое и не любил никогда особо. Я больше по шумным энергичным вечеринкам был. Сейчас и правда как-то устал. Хочется книгу в зубы и головой на подушку. И чтоб тонуть во взгляде, полном нежности. Уютном. Чистом. Искреннем.

Ловлю женский взор, полный неудовольствия и протеста. И незамаскированного ожидания. Ну и надежда где-то там мелькает на дне зрачков. А глубины-то нет. Так, чтоб засасывало. Чтоб тонуть, чтоб остатки кислорода, как осколки, впивались в легкие, рассекая грудь. А ведь у меня такое было. Однажды. Только однажды. И я же точно знаю, что такое бывает. Как зацепило рикошетом – не ясно.

– Если ты приехала только для этого, то я мог и по телефону тебе ответить. Не пришлось бы время тратить. У меня другие планы. Извини, я не смогу.

– Хорошо. Я могу тоже не ехать. Тогда нам нужно попросту согласовать наши планы. Просто скажи, ты именно со мной провести выходной не хочешь, или причина в чем-то другом?

Пожалуй, я слишком привык к кому, что она рядом: с ней удобно, беспроблемно, ровно.

Она мне нравилась, очень нравилась вначале. Красивая, ухоженная. Все мужики штабелями в ее сторону. Познакомились через ее отца.

Букеты, подарки, заранее обговоренные встречи, многообещающие улыбки… все было прекрасно.

Но сейчас хочется вызвать ей такси и отправить куда подальше. Потому что самому куда-то с ней рыпаться уже неохота, только она и сама на машине. А время… время смог бы найти при бешеном желании. Но ведь в глазах ее нет того самого задора. Не такие они черные. Не такие колдовские.

Так что ехать ей на своей новенькой бэхе придется самой. Куда желание появится.

– Кристин. Давай открыто. У меня, когда желание есть… и возможность, я озвучиваю. Сейчас озвучил? – пользуюсь многозначительной говорящей паузой и логично продолжаю: – Значит, их нет.

Она подозрительно прищуривается:

– В тебе что-то изменилось.

– В тебе тоже. Раньше ты меньше обо мне беспокоилась. Любила проводить время с подругами. Была менее настойчивой.

– Мы с тобой больше года вместе. Для тебя это хоть что-то значит?

– Кристин. Я тебя бесконечно уважаю. Но это лишнее. Давай не станем съезжать в эту сторону.

Она отводит взгляд. Неприятно, понимаю. Но а что я сделаю? Наши отношения построены на честности. С самого начала. Никто никому ничего не предъявлял. А теперь я вдруг что-то должен? Нет уж, простите. Я не подписывался.

Неожиданно Кристина хмурится и решительно предлагает, пряча руки под стол:

– Тогда, может, возьмем тайм-аут? Есть моменты, которые меня больше не устраивают.

Она кусает нижнюю губу, ожидая моего ответа.

Жестом прошу официанта подойти и, когда он приближается, прошу счет.

– Я согласен, – киваю Кристине, переводя на нее равнодушный взгляд. Не дожидаясь официанта, вынимаю из портмоне несколько купюр, вальяжно укладываю их на стол и поднимаюсь. – Пойду. У меня еще целый список невыполненных дел. Рад был увидеться, – по привычке кидаю дежурную фразу, совершенно не задумываясь, как она звучит, и направляюсь к выходу.

По пути в офис торможу, отвечая на звонок. Потом еще на один. Затем еще Ян позвонил. Прорвало всех там, что ли?

В кабинет не хочу, мне бы пройтись немного. Нормально пообедать так и не вышло. Обхожу знание, задумчиво смотрю в загазованную даль. И вдруг… резко подаюсь вперед:

– Что с тобой?!

Лишние эмоции в моем голосе активируются сами собой. Афине не удается проковылять мимо из-за моей резко выброшенной руки.

– Все нормально, Георгий Александрович. Пустяки.

Она прячет взгляд, полный слез. Нога ее разодрана на колене, колготки больше непригодны. Туфли поцарапаны на носке.

Я начинаю злиться.

– Вот это ты называешь нормально?!

Я обвинительно указываю на ее рану.

– Да я сейчас… до кабинета дойду…

– Куда ты там дойдешь?! – нависаю над ней. – Это обработать нужно!

Как ребенок маленький, а!

– Я возьму в аптечке…

– Пошли!

– Куда?!

Без пояснений беру ее на руки. Как пушинка! Какая была, такая и осталась.