На грани развода

Глава 1

– Будем разводиться, – жестокие слова мужа хлещут невидимой плетью.

Перевожу оторопелый взгляд с родного лица на чемодан у входа. И обратно.

– Разводиться? – непонимающе повторяю.

– Да, Кать. Я долго думал и принял решение. Наш брак мне теперь в тягость.

Даже дышать свободно не получается. Как это в тягость?!

– И давно?

– Прилично.

Шагаю назад, опираюсь о стену.

– Ты бросаешь нас с сыном?

– Не с сыном. Я ухожу от тебя. Хотя ты, наверное, даже и не заметишь.

Последняя фраза сбивает с толку окончательно.

– И что тебя не устраивает? – сжимаю руки в кулаки, не осознавая, что ногтями впиваюсь в ладони.

– Многое.

– Например?

– Например, я у тебя всегда на последнем месте. Как будто лишний в семье. Ты раньше выглядела по-другому: ярко, маняще. А сейчас носишь только спортивную одежду и балахоны. Ты перестала для меня прихорашиваться, как только наступает вечер, ты сразу спать. Даже волосы распущенные перестала носить.

В недоумении оглядываю короткий шёлковый чёрный халатик… Красиво же смотрится…

Про сон просто снос головы.

А ничего, что я встаю в пять утра?! Наощупь перехватываю пряди резинкой, а потом еле продираю глаза и к плите, завтрак ему готовить?! Уже почти выплевываю эти слова, но нечто необъяснимое заставляет меня сдержаться.

– Что-то ещё? – поджимаю губы. Очень больно все это слышать.

– Да куча всего, Кать! Обсуждаем только… Кирюхины успехи на футболе! Да то, что ты опять что-то на работе не успела, поэтому придётся снова тебе сесть на телефон вечером!

А ничего, что мне Кирилла из сада забрать надо?! Естественно, я все дела подстраиваю под это. И приходится дома ещё наверстывать!

– Слушаю тебя внимательно, продолжай, – бросаю разрешение с барского плеча, складывая руки на груди.

– Я собирал вещи, ты даже не заметила. Ну я мужик, Кать. А не машина по перемалыванию завтрака. Хочется хоть какой-то лёгкости от тебя, – давай, мужик, не стесняйся, я готова выслушать, – игривости, инициативы. Внимания в конце концов! А не то, как у нас последний год! Раньше по-другому все было.

Воздух напряженно просачивается в легкие. Раньше – это когда я дома в декрете сидела…

– А поговорить об этом нельзя было? По-нормальному? А может быть, у тебя и другая женщина уже появилась?

– Катюш, иногда очень хотелось, чтобы появилась, – муж заглядывает в глаза уверенно. – Но нет.

Мне хочется закричать от бесстрастного выражения его лица. Встряхнуть Женю немного. Потому что происходящее кажется нереальным. Но внутри что-то переламывается, и я вдруг резко цепляю резинку и стягиваю ее с волос. Отбрасываю в сторону и даже не смотрю, куда она приземлилась. Немного нервно поправляю длинные пряди. И начинаю улыбаться.

В меня вселяется бес. Иначе не объяснить те слова, что я произношу в состоянии аффекта от заявления мужа.

– Ты прав, Жень. Наша жизнь давно превратилась в рутину. Я рада, что мы друг друга правильно понимаем.

– Правильно понимаем? – его брови мгновенно взлетают вверх.

– Да. Меня это все тоже достало. Ты стал такой скучный, что мне даже не хочется для тебя, – как он это сказал… ах да! – прихорашиваться.

Женя молча моргает. Неверяще пилит взглядом.

– Ты это серьезно? – челюсть его отваливается.

– Ну да. Остальные вещи когда заберёшь?

– То есть тебя даже не волнует, где я буду ночевать?

– Жень, – беззаботно пожимаю плечами и заставляю свой голос стать медовым, с ноткой иронии, – ну это же твое мужское решение. Разберёшься по ходу дела.

Муж потрясенно оглядывает меня с ног до головы. Как будто видит впервые. А я словно случайно стараюсь немного ослабить пояс, и полы халата чуть-чуть, но раздвигаются.

– Раз мы поговорили и все выяснили… Мне ещё Кирюше сырники жарить, ты не мог бы поскорее… – серьезно киваю на дверь.

– Кать, я не понял, – шокированно и очень эмоционально тянет муж, – у тебя мужик, что ли, появился?!

А я понимаю, что все сделала правильно. Потому что его глаза в эту секунду загораются от возмущения. Беззаботности и равнодушию в них вдруг не стало места.

– Жень. Ты же разводиться со мной собрался. Значит, мы теперь чужие люди. А я личную жизнь с посторонними не обсуждаю.

– Ты что, мне изменяешь?! Катя!

Женя резко подаётся вперёд и хватает меня за руку.

– Ну что ты, Женя, я замужняя женщина, мне принципы не позволяли.

Пытаюсь увернуться.

– То есть предложения были?!

Широкий разлет плеч, ярость в карих глазах, стильная аккуратная щетина… Мой муж привлекательный мужчина. Но в эту минуту я не чувствую былого притяжения. Его слова ранили слишком сильно.

Освобождаю руку и отодвигаюсь назад.

– Кстати, насчёт сына, – роняю тихонько, внимательно изучая ногти с отросшим розовым покрытием. – Ты же не против, да, если он будет жить со мной? – и тут же округляю глаза, поднимая «сконфуженный» взор, – ты только не подумай ничего. Видеться можете в любое время!

Сердце грохочет в груди. Я не верю в то, что сейчас происходит. И ещё меньше в то, что я сейчас делаю.

– А ну-ка пошли поговорим, – хватает за талию, резко притягивая к себе.

Я… кажется, сейчас совершенно не готова его слушать дальше. Мне необходимо слегка отдышаться.

– Нет, погоди, – упираюсь в широкую грудь, но муж не пускает. – Поговорили уже. Ты хотел уйти? Вперёд. Чемодан не забудь.

Больше не чувствую тяжести сильных рук. Горячих ладоней…

– Вот так, значит? – его подбородок выезжает вперёд. На скулах ходят желваки.

– Да. Так. Ты ведь уже все решил. Дверь за спиной.

Глава 2

– Да сто процентов у него баба есть! – подначивает подруга. – Но я снимаю шляпу. Последнее бы отдала, чтобы увидеть Женькино выражение лица, когда ты сказала, что он тебя достал!

Моя жизнь рушится, а ей смешно.

Обхватив колени руками, уныло оглядываю букетик из кустистых роз.

– Зачем ты его вообще приперла? – киваю на нежные лепесточки.

– А затем! – Маша в ярости сверкает глазами. – Когда твой ненаглядный явится в следующий раз с сыночком увидеться, заметит цветы! Это тебе для легенды! Пусть думает, что ухажеры подарили!

– Какой легенды, Маша?! От меня муж уходит. У меня развод на носу, а ты…

– Вот именно, Кать! Вот именно! Пусть Женька локти кусает, что его жену кто-то другой обхаживает! И мечтает в постель утянуть! А то смотри-ка на него, скучно ему стало, балахоны ему не нравятся!

Мы с ней обе знаем, что я работаю с клиентами и всегда выгляжу прилично. Безразмерную одежду я не ношу. Всегда все чисто, опрятно, ну да, не слишком раскованно, зато максимально удобно… а домой прихожу, и хочется от усталости коньки отбросить, но надо ещё к плите… и волосы правда удобнее в пучок собирать или, на худой конец, в хвост. Не думала, что это такое преступление. Да и дома я хожу… ну… по-обычному… в простой домашней одежде. С чего Женя мне столько высказал, я не понимаю…

– Маш, хватит! И так тошно, – фыркаю.

– Я только начала. А ну быстро к шкафу!

– Чего?..

– Быстрее, говорю!

Тянет за руку. Я нехотя поднимаюсь.

– Это отдать, – на пол летит старое желтое платье. Когда-то я его носила… ещё до декрета. – Это тоже, – Маша продолжает выбрасывать из шкафа мою одежду. – Это только в мусорку!

Округляю глаза и мгновенно выхватываю из наманикюренных пальчиков чёрный свёрток.

– Обычная водолазка! Ты что?!

– Свитер модный себе купишь! Приятного оттенка! Который освежает! Тебе не на похороны идти.

– Ну это уже слишком! Я в ток-шоу «Модый приговор» не записывалась. Не надо мои вещи выбрасывать.

– А вот это уже ничего… – игнорируя мои слова, снимает с плечиков летящее белое платье. Разрез до середины бедра. V-образный вырез. На талии красиво смотрится… – Новое?

– Да, полгода назад покупала, – роняю кисло.

– Ну и, конечно, ни разу не надетое, – Маша обвиняющее крутит в руках ещё пришитую бирку.

– Да особо некуда было, маркое же… – глупо оправдываюсь.

Телефон мой оживает. Женя звонит…

– Катюш, ответь ему, – подруга решительно протягивает мне телефон.

– Не буду.

– Отвечай, кому говорю!

– Да не хочу я с ним общаться!

Машка со школы любила наглеть. И сейчас не постеснялась, вскинув брови, принять вызов и включить громкую связь. Мой яростный протест руками уже не поможет. В итоге я вымученно выдавливаю в трубку:

– Алло.

– Привет. Я сейчас заеду на полчаса, с Кириллом посидеть. Заодно кое-что из вещей заберу.

– Кирилл у моих родителей сегодня, – тяну неуверенно, а Маша активно мотает головой. И я добавляю твёрдости в голос: – можешь в другой день заехать. Мне сейчас некогда.

– Я тебя не сильно потревожу. Через пять минут буду.

И отключается.

Наши с подругой взгляды скрещиваются.

– Нормально так, – тяну с сомнением.

– Ты сама-то чего хочешь? – выдаёт Машка.

– Чтоб пожалел. И очень сильно, – проговариваю уверенно. – Захотел вернуться. А я уж подумаю, стоит ли.

– Ну что ты сидишь тогда? – подскакивает. – Платье натягивай! Волосы распускай!

– А это не слишком…

– Не слишком!

– Черт… – на мои руки опускается тонкая белая ткань. И в крови уже бурлит азарт. Черт с ним, если все это не принесёт плоды, но я вдруг почувствовала себя… живой. Задор, энергия, огонёк. Мне так этого не хватало в последнее время. Упаханная с работы в детский сад за Кирюхой, потом бытовуха засасывает, дай бог ещё на завтра собраться вовремя. Обязательно кто-то позвонит из клиентов. Ну «очень срочно»! Сейчас понимаю, что я что-то делала совсем не так.

– Давай-давай, ну же, – подначивает Машка.

Как можно скорее переодеваюсь. Быстренько устраняю в спальне следы недавнего погрома. Швыряю вещи в шкаф, захлопываю дверцу. Наспех провожу расчёской по мягким пепельным прядям.

– Помаду возьми! – суёт мне в руки чёрный тюбик. Снимаю крышку. Протяжный стон тут же срывается с губ. О боже!

– Ты с ума сошла?! Я такой яркой в жизни не пользовалась!

– Ну вот, пришло время начать! Давай скорее!

– Ладно.

Пара аккуратных движений, и вуаля!

– Иди закрой за мной, – подгоняет Маша, – без меня эффектнее будет! Только мириться сегодня не вздумай!

Я лишь фыркаю в ответ. Какой там уже мириться…

Спустя четыре минуты любуюсь своим отражением в зеркале. Платье подчёркивает фигуру, придает хрупкости. Разрез вообще огонь. Сразу и не заметен, а при ходьбе… Кроваво-алые губы притягивают взгляд. Вообще-то мне очень идёт, не могу не признать. Но чувствую себя уязвимо..

Только я успеваю об этом подумать, ключ в замке поворачивается два раза.

Пулей бегу на кухню!

Сердцебиение учащается. Не дыша стою. Жду. Удастся маленькая хитрость или нет…

– Привет, Жень! – воодушевленно кричу мужу в коридор. – Кофе нальёшь сам, ладно? Я убегаю.

В дверях сталкиваемся. Ловлю на себе горящий потрясённый взгляд. Супруг настороженно оглядывает меня с ног до головы. И его взор в итоге приземляется на мои губы.

– Привет… А ты куда?

– У меня встреча. Закроешь, окей?

Обхожу его и, стараясь выдавить максимально искреннюю улыбку, иду в коридор. Со мной творится что-то невероятное. Чувствую себя восемнадцатилетней безбашенной девчонкой. С колотящимся сердцем. В ожидании чуда.

– С клиентами встречаешься? – Женя идёт за мной по пятам.

– Эмммм… – влезаю в бежевые лодочки. Не люблю их, натирают. Так и не разносила. Но ради подобного представления можно и потерпеть! Цепляю сумочку. – Можно и так сказать.

И тут взгляд супруга натыкается на свежий букет на комоде. Вот Машка! Вытащила его из вазы и положила на самое видно место. Спасибище тебе!

– Кать! – машет перед моим лицом этой прелестью. – Это че такое?!

– Ох ты ж… – в порыве наигранного веселья прикрываю рот рукой, – вот я забывашка. Не поставила в вазу. Ты не мог бы…

– Нет, не мог бы! Что это вообще такое?! Кто его тебе ПОДАРИЛ?!!!

– Жень, ну я ж не лезу к тебе с неуместными вопросами. Не спрашиваю, кто тебе так плохо рубашку выгладил. Зачем приехал… мы сегодня не договаривались, между прочим.

– Если что – тут мои вещи!!! – кипит супруг. – И мой сын!!!

– Ну я даже не знаю… – задумчиво растягиваю слова, – заранее как-то надо согласовывать…

Резкая хватка обжигает запястье. Муж твердо дёргает на себя так, что я бы ощутимо впечаталась носом в его грудь, если бы не каблуки. Теперь мы с Женей одного роста.

– У тебя что, любовник появился?! – цедит в ярости.

– А ты за собой теперь следи, за мной не надо.

Выдёргиваю руку, не глядя хватаю с крючка первую куртку, что попадается под руку. Хорошо хоть моя, не Кирилла.

С громким хлопком закрываю дверь.

Ну надо же, а? Он ещё претензии предъявляет!

Машка уже строчит СМС: «Ну что там?!»

Я: «Все отлично. Ты далеко уехала? Пошли хоть кофе выпьем. Дебют красной помады пропускать нельзя».

Машка: «:)))»

Глава 3

Скашивая глаза на часы, выбегаю из салона красоты. Ух и невеста досталась! Нет, я свою работу очень люблю, обожаю личные встречи и обсуждения. Но люди попадаются разные, а сидеть с кислой миной не вариант. И своим раздражением заливать тоже.

Жаловаться не привыкла, но иногда смотрю на девушек, и мне заранее женихов жаль, сочувствую ребятам. А эта дамочка очень уж своеобразная. В кафе на обсуждение тратить время она не хочет. По телефону ей неудобно, приехать ко мне в офис – упаси бог! Где это видано, чтобы барыня сама к крепостным ездила?!

Пришлось мне лететь в салон. И пока будущая мадам соизволила ногти красить-с, я перед ее носом листала на планшете варианты оформления зала. Ну а что? Ей же на досуге самой просмотреть сброшенные мной материалы некогда. Она уже четыре раза передумала насчет места проведения церемонии. Дважды отменяли бронь.

Как треснула бы ей этим самым планшетном по голове! Но нельзя – БАРЫНЯ же…

Вообще с утра весь день наперекосяк: планы неумолимо сдвигаются, а я продолжаю мечтать о том, чтобы в сутках появилось ещё хоть полчасика.

Одно радует: Женя сегодня в кои-то веки обещал забрать Кира из сада и отвезти на тренировку. Это прям вау! Я даже слегка переживаю: сады-то наш горе-папаша не перепутает?

Вообще, мысли о Жене навевают уныние и режут самооценку под корень. Но я стараюсь отстраниться от безрадостных дум. Решил – пусть валит на все четыре стороны. Получить такой удар от родного человека, ну это уж простите! Я в ожидании следующего идти супругу навстречу не намерена. Да и почти смогла уговорить себя, что у него все же есть другая женщина. И давно. И плевать, что он отрицает.

И только где-то в глубине души раздается тихий настойчивый шепот: «Кого ты обманываешь? Не знаешь, как жить дальше без него»….

Самый мой вопиющий страх – это признаться Киру, что папа теперь будет жить отдельно. Не представляю, как сын отреагирует. Паника внутри дезориентирует.

Вновь гляжу на время. Хм… В принципе, если Женя немного погуляет с Киром после тренировки, то я, в общем-то, и совсем не опаздываю.

– Алло, – не глядя отвечаю на вибрирующий телефон.

– Кать, – голос мужа бодро льётся из динамиков. – У меня завал. Начальство пожаловало с проверками. Я никак Кирюху не заберу. Давай завтра, ладно?

Торможу резко, каблуки впиваются в асфальт. Вздох отчаяния срывается с губ. Ну что?! Как?! Время уже! Да блин!!!

– А раньше предупредить никак нельзя было?

– Ну извини, форс-мажор.

– Шикарно, что сказать.

Надо замочек дома поменять, а потом выдать: «ну извини, форс-мажор».

Отключаюсь, не слушая продолжения. Мгновенно перекраиваю планы.

В сад, естественно, опаздываю.

Сын тут же начинает возмущаться, что папа обещал забрать его сам.

– Кир, у папы на работе форс-мажор. Только сейчас выяснилось, – кратко проясняю и тут же переключаю тему, передавая сыну толстовку.

– А что такое форс-мажор?

– Это когда все идёт не по плану, – вот как у меня сейчас!

– Ааа, понял, – тянет разочарованно.

– Поэтому мы сейчас пулей летим на тренировку, потом по мороженому, – и тут же строго добавляю, – после ужина.

– Ну он же обещал! – Кирилл со злостью натягивает толстовку, лениво обувается. А я бессмысленно отсчитываю в голове уплывающие секунды.

– Форму взял?

– Забыл, – виновато вздыхает.

– В рюкзаке. Забывашка.

– Ну мам, – ноет сын уже на выходе, – ну папа хоть после футбола приедет?

– Нет, он будет поздно ночью. Когда приедет, обнимет тебя, договорились?

Заобнимает аж! Как же.

Кир расстроенно цыкает и тяжело вздыхает. А я чувствую себя обманщицей. Но пока не знаю, как лучше признаться. Кирилл очень любит отца. Каждой минуте, проведённой вместе с Женей, он радуется, как чуду.

В спорткомплекс летим на всех парах. Переодеваемся, не сбавляя чемпионского темпа. Мы и тут припоздали, потому что в раздевалке ни одного мальчика из команды сына.

– Давай-давай! – подталкиваю моего футболиста.

– Мам, а вещи?!

– Я сама сложу. Пошли!

Прохладный металл под ладонью слабо покусывает кожу. Дверь здесь тугая, каждый раз приходится налегать. «Ничего, подкачаюсь», – самокритично добиваю себя в мыслях.

Черт, надо как-то взбодриться!

Просачиваемся… и замираем. Орет музыка, раздаются взрывы мужского хохота. Четверо амбалов меняют оградительную сетку. На поле никого, только два мужика разминаются с мячом.

Ну здравствуйте. Приехали.

– Мам, а где все? – Кир указывает ладошкой на это безобразие.

– Ну как где? – начинаю не вовремя ёрничать. – Разошлись. Не дождались тебя ребята. Отменили тренировку…

И тут голова резко дёргается, а я чувствую острую пробирающую боль в скуле. Осекаюсь, не понимая, что происходит.

На пару мгновений теряю ориентацию и равновесие, на автомате закрывая лицо руками. Все. Искры из глаз точно повалили. Так больно мне в жизни ни разу не было!

Взбодрилась на все сто!

Рядом валяется виновник происшествия. Охренительно. Мячом по скуле заехали.

Осталось только чье-нибудь торжество запортачить, и все. Своё дно за неделю я скоро пробью.

Перевожу пришибленный взгляд на подбегающего парнишку. Да-да. Того самого, который с мячом на поле гонял. Я так понимаю, это его рук дело. Точнее, ног.

– Простите! Не видел вас!

– Почему-то другого и не ожидала.

Даже не смотрю на него.

– Вас здесь быть не должно, – подходит вплотную. Он что, тут главный? Следом за ним ещё двое взволнованных.

– Сейчас у пятилеток тренировка. Вы вроде как переросли, – сердито.

– Ее отменили вчера с заморозкой занятия. В чате сообщение было.

Я мгновенно сдуваюсь. Какое, к черту, сообщение?! Не видела ничего!

Подошедшие мужчины предлагают сопроводить до администратора. А меня сокрушает мысль: «Все сразу пойдут?»

Я демонстративно лезу в сумку, не сводя разъярённого взора с голубых омутов. Ни разу в жизни таких ярких глаз не встречала. Еще и в обрамлении светлых нереально пушистых ресниц. Вот зачем мужикам такие ресницы?!

Разблокирую телефон, лезу в чат.

Листаю вверх сообщения и меняюсь в лице.

«Отмена тренировки! У Александра Юрьевича соревнования! Подменный тренер присутствовать не сможет, он на больничном!»

Ну и дальше про заморозку абонемента на одно занятие.

Поднимаю сконфуженный взгляд.

Кажется, я ошиблась. Дно уже пробито.

– А пока сетку меняют, – уверенно проговаривает незнакомец. – Давно уже было пора.

– Ладно, извините. Я проглядела сообщение в общем чате, – отворачиваюсь. – Пошли, Кир.

Вновь эта дурацкая дверь! Ну же! Поддаётся она на удивление легко. А я не сразу понимаю, что голубоглазый незнакомец помог мне ее открыть.

– Пойдёмте к администраторам. У них есть лёд.

Вымученно шагаю вперёд. Лицо болит страшно. Кир льёт масло в огонь, не стесняясь:

– Мам, а тебе очень больно?

Чувство, что с меня скальп снимают.

– Да нет, конечно, чепуха, – улыбаюсь сыну. Надеюсь, получилось правдоподобно.

– Но холод приложить нужно, – морщится парень. Виновато косится на ушиб. – Ларис, – обращается к девушке на ресепшн, – дай «снежок».

– Ох, ключи от ящика у Ани, она вышла. Срочно? – хлопает ресницами и поправляет длинные белые волосы.

«Бля-яядь», – одними губами тянет парень и закатывает глаза. На его лице страдальческое выражение.

– Все нормально, я обойдусь. Кир, идём.

Ну вот, даже вещи не пришлось складывать.

Шикарный денёк, ага.

– А про мороженое ты не забыла? – с надеждой уточняет сын уже в раздевалке.

Я прикрываю глаза и медленно выдыхаю. Ещё крохотная искорка, и я взорвусь.

– Нет, родной, зайдём в магазин возле дома.

Кирилл оживляется и начинает быстрее переодеваться.

Из здания выходим уже минут через пять и бодрым шагом устремляемся вперёд.

– Девушка! – громкий окрик заставляет обеспокоенно оглянуться. К нам мчится тот самый парень, который не допросился льда у администратора.

В руках его полупрозрачный пакет.

– Погодите! Нужно обязательно холод приложить! Иначе разбарабанит лицо, – шагает вплотную.

Теперь он стоит так близко, что я улавливаю его запах – слабый пряный аромат. В парфюме я, к своему стыду, разбираюсь плохо и с ходу не смогу определить ни название духов, ни базовые нотки. Но присутствие фруктового сладковатого оттенка чувствую абсолютно точно. Есть запахи, которые взывают у меня неприятие: они тяжёлые, резкие, ужасно горькие, так и хочется зажать нос. А этот аромат тёплый, вызывает ощущение защищённости.

– Я к машине гонял, у меня в аптечке есть.

Вздрагиваю, как только холод начинает покусывать кожу под глазом. А тёплая широкая ладонь обжигает затылок непоколебимостью.

– Ну вот. Уже мне спокойнее. Очень болит, да?

Обеспокоенно заглядывает в мои глаза. Господи, в природе разве встречается такой невообразимо яркий голубой цвет?

– Что? Совсем плохо? Может, в травму сгоняем? Я оплачу, – выдаёт торопливо.

– Да нет. Вроде не настолько все плохо.

Это такое острое ощущение… боль притупляется, а пробирающий холод скользит по скуле. И ещё этот небесный взгляд держит в плену.

– Спасибо. Мне легче, – отрезаю.

– Жуть как стыдно. Я даже близок к тому, чтобы приехать на следующую тренировку к ребятам и удостовериться, что с вами все в порядке.

Улыбка выходит скованной. А Кир возмущённо отжигает:

– Ага! Чтоб ещё раз маме мячом заехать?! Не надо приезжать! Александр Юрьевич проверит!

Глава 4

Сижу на трибуне, корректируя распечатанный тайминг свадебного дня, добавляя нового подрядчика. Вбиваю время обеда декораторам.

Мелким почерком вписываю строчку:

«Длительность танца молодоженов???»

И подчеркиваю ее двумя линиями.

И кстати, меня, вообще-то, пиротехник Вася должен был набрать. Уже час назад. Ну все, Васек, кранты тебе, как дозвонюсь.

Уже совсем скоро со второй половины октября и до декабря начнётся свадебное затишье. Организовывать свадьбы кажется лёгким занятием только со стороны. А на самом деле куча нервов, стрессов и седых волос. Все лето, начиная с мая, я постоянно в бегах и на связи практически 24/7. Согласна, в летний период дома в приподнятом расположении духа я бываю крайне редко. А в день торжества вообще приезжаю домой под утро. С площадки ухожу самая последняя, выжатая как лимон, а потом отсыпаюсь ещё минимум день. Так что все выходные, можно сказать, вылетают из моей семейной жизни.

Именно это стало камнем преткновения?

Мне работу нужно поменять, чтобы Женя успокоился?

Уныло опускаю голову. Я понимаю, что в последнее время внимание всем уделяю редко. Но я всегда стараюсь вписывать в своё расписание семейные праздники, особые случаи, тренировки Кира, каждый день забираю его из сада.

Да, я могу подтасовать своё присутствие, но я все равно обязана быть на связи!

Тяжело вздыхаю. Это я разрушила семью? Тем, что выбрала такую работу? Но она мне по душе, я заряжаюсь эмоциями и энергией, когда закрываю каждый новый проект! Да и комиссию за свои услуги беру нехилую.

Именно это Женю достало?

Беру в руки телефон.

От клиентов четыре непрочитанных сообщения.

Разберусь по пути домой.

Поднимаю голову.

Сегодня весь день как по маслу. Если не считать, что от меня уходит муж…

Женя обещал заехать вечером, забрать Кира на улицу. И сказать ему, что у папы новая работа на другом конце города. И теперь он станет часто к нам приезжать в гости. А жить будет в другом месте.

Потрясная новость для ребёнка, который и так родителей видит редко…