Уроки искушения, или Пылающие сердца драконов

Глава 4

Лейла Мариотт

Он смотрел мне прямо в глаза – и несколько мгновений не двигался и ничего не говорил. Вот только и я тоже не могла пошевелиться, словно под гипнозом этого взгляда. Но долго так продолжаться не могло. Поэтому я сделала короткий вдох и сказала:

— Вы ведь эт…

Но договорить не успела, резкое движение выбило весь воздух из лёгких – и уже в следующий момент я лежала спиной на кровати, и руки мои были скованы над головой металлическими цепями.

— Какого днища ты вытворяешь?! – прошипел склонившийся надо мной дракон.

Я с трудом сглотнула. Он был настолько больше меня, что, казалось, мог бы просто раздавить, устроившись сверху. Его каменное лицо в этот раз изменилось, исказившись в хищном оскале.

— Это вы что вытворяете, – проговорила я дрожащим голосом. Потом собрала силу в руках и разорвала цепи одним коротким импульсом.

— Играть со мной удумала, – прорычал дракон, и его длинные жилистые пальцы сомкнулись на моей шее.

— А разве вы не этого добивались с самого начала? – я храбро встретила его взгляд, чувствуя, как цепи снова смыкаются на моих руках. И на этот раз я не смогла бы разорвать их так просто: куратор установил какую-то защиту, считать которую я в таком положении не могла.

Должно быть, я сошла с ума, потому что тело буквально горело, несмотря на прохладный ветер от окна и полностью обнажённое тело. Моя грудь коротко вздымалась на каждый вдох, и кончиками сосков я чувствовала лёгкие прикосновения к его коже. И всё же, не отводила взгляда. Пусть видит, что я не боюсь.

— Ты понятия не имеешь, чего я добивался. Ты вообще ничего не знаешь ни обо мне, ни о моей жизни, ни о моих планах.

— А разве не вы подстроили всё это? Моё поступление, переезд в ваши апартаменты – всё ради этого момента, да?

— Ты вообще слышишь что несёшь, адептка?! – процедил дракон, и из его расширившихся ноздрей потекли струйки дыма. Моего носа коснулся аромат дыма, металла и морозной свежести. Это означало, что он – волей или неволей – собирал магию внутри, будто готовился нанести удар на поражение.

— Попытайтесь меня переубедить, – прохрипела я, потому что дышать стало совсем трудно. Осознав это, дракон разомкнул пальцы на моей шее, и я судорожно вдохнула.

Его лицо было в опасной близости, как и наши тела – от них исходил жар, а моё сердце стучало так сильно и тяжело, что даже я слышала его, а о драконе и говорить нечего.

— Я думал, у тебя хоть какие-то мозги есть, – выдохнул он хрипло.

— Вы разочарованы?

Он резко вскинул одну ногу – и я оказалась под ним, всем телом прижатая к постели. Руки болели от натяжения цепей, когда я инстинктивно пыталась высвободиться. Бёдра дракона прижались к моим, и я животом отчётливо чувствовала его возбуждение. Что же его всё ещё сдерживало? Воспитание? Врождённая вежливость? Я даже усмехнулась своим мыслям. Нет, должно быть, ему просто нравилось играть со мной, как сытой кошке – с мышью, прежде чем неминуемо её сожрать.

Его глаза сузились, и зрачки из круглых стали вытянутыми. Выглядело это жутковато, и моя улыбка мгновенно померкла.

— Ты даже не потрудилась подумать, прежде чем ворваться в мою постель. Голая. Слабая. Неужели ты так наивна и считаешь, что тебе ничего за это не будет?

— А что будет? – почти в отчаянии прошептала я. – Вы уже контролируете каждый мой шаг и управляете моими решениями. Куда хуже-то? Вы сами заставили меня прийти сюда!

— В самом деле? Силой затащил в постель?

— К чёрту вас, – почти выплюнула я. – Думала, если вам так неймётся, то пусть, возьмёте то, чего так желали – и отстанете от меня. Но нет, вы решили меня помучить…

Он замер. На мгновение я подумала, что сейчас разговоры закончатся, и придёт время расплаты. Но вместо этого дракон вдруг отстранился и с подозрительным прищуром осмотрел меня, потом тяжело вздохнул и сел ко мне спиной, опустив ноги с края кровати.

— С каждым словом вы только подтверждаете, что вам нет места не только в моей постели, но в моём доме и даже в академии.

Резкий переход на “вы” словно выбил из меня последнее дыхание. Я медленно поднялась, опустила взгляд на сковывавшие меня цепи и прошептала:

— Тогда зачем это всё?

— Вы серьёзно думаете, что если бы я мог просто воспользоваться адепткой в своих целях, вас бы сюда поселили? – он скосил на меня взгляд через плечо. – Отношения между учащимися и профессорами у нас хоть и не запрещены, но не поощряются. Если бы вы добились своего, у нас обоих возникли бы проблемы.

Я молчала. Голова кружилась, дыхание стало тяжёлым, и я почувствовала, как по виску покатилась капелька пота. Всё моё внимание было направлено на то, чтобы удерживать вертикальное положение и не упасть обратно на кровать.

— Ступайте к себе, – спокойно проговорил куратор. – Должно быть, вы попали под действие источника. Или ударились головой, когда упали. Утром я вызову вам врача.

Я не смогла ответить. Перед глазами всё плыло и, когда дракон обернулся ко мне, я не удержала равновесия и повалилась вперёд. Глаза при этом сами собой закатились, а когда открылись вновь – я лежала головой на сильном плече, прижавшись грудью к телу куратора.

— Адептка Мариотт, у вас жар, – проговорил он где-то над моим ухом. – Я сейчас отнесу вас в кровать и схожу за доктором.

Я не то что ответить была не в состоянии, но даже осознать смысл сказанных им слов. Дракон подхватил меня на руки, бережно прижав к себе, и понёс в соседнюю комнату. А когда моя голова коснулась подушки, мир окончательно померк.

— …В лучшем случае, за пару дней. Восстановительные способности её организма на хорошем уровне, но всё ещё ограничены человеческой физиологией.

Это были первые слова, которые я услышала, придя в себя. Было жарко. Очень жарко. Так жарко, что хотелось сорвать с себя то единственное, что отделяло мою кожу от свежего воздуха – тонкую влажную простыню.

При попытке открыть глаза виски пробило болью, и я застонала, повернув голову набок.

— Может, всё-таки переместить её в больничный корпус?

— Не стоит её беспокоить, пусть спит. Сегодня всё равно отменены все занятия. Я за ней присмотрю.

— Следи, чтобы температура не поднималась. Если лекарство не действует, обтирай тёплой водой. У тебя есть базовые навыки целительства?

— Обижаешь.

— В таком случае, вызывай, если состояние начнёт ухудшаться. Пусть пьёт больше воды, обогащённой минералами, и спит.

— Конечно, Макс. Спасибо, что пришёл так быстро.

— Если бы не пришёл, ты бы меня силой приволок.

Раздался тяжёлый вздох, зевок, потом смех и звонкое рукопожатие, и, наконец, меня оставили одну. Я медленно подняла веки. За глазами всё ещё чувствовалась боль и давление, но они стремительно отступали.

Комната, в которой я проснулась, была залита мягким янтарным светом: солнце за окном давно встало, но плотные оранжевые шторы пропускали лишь малую часть света, делая его медовым. Я провела тыльной стороной ладони по лбу. Он был чуть влажным, но не липким, словно кто-то бережно смыл с меня пот влажным полотенцем. Подняв перед собой руку, я осмотрела её на фоне занавешенного окна, отчасти считая всё происходящее – сном или бредом.

— Так вы не спите? – раздался мужской голос. Вздрогнув, я повернула голову – и её снова пронзила боль.

Поморщилась.

Всё тот же Артас сидел на стуле возле моей кровати. На нём был форменный мундир саргоновской полиции с эмблемой в виде всполоха огня. Под мундиром не было ничего. Короткие волосы – встрёпаны, а глубоко посаженные глаза, казалось, провалились ещё глубже, будто он не спал уже третьи сутки.

— Я потеряла сознание?

— Скорее уснула. Это нормально, с таким-то жаром. Вы, люди, такие слабые и хрупкие.

Я закрыла глаза, игнорируя это замечание, хотя больше всего хотелось ответить. Что-нибудь вроде: “А вы, драконы, самонадеянные придурки!” Но место и время для этого явно было неподходящее.

— Простите меня за всё это. Должно быть, из-за жара я начала бредить.

— Это уж точно, адептка Мариотт. Надеюсь, больше подобного не повторится.

Я поморщилась от очередного приступа боли. И снова посмотрела на дракона. Что-то не сходилось у меня в голове. Откуда такая перемена? Из-за плохого самочувствия, сразу я не обратила внимание на то, насколько сильно изменился этот офицер с момента нашей первой встречи. Нет той дерзкой улыбки, нет фамильярного прищура и странной лёгкости в движениях. Сейчас он был холодным, отстранённым, настолько чужим, словно прибыл с другого конца межмирового пространства.

На долю секунды я даже подумала, что, возможно, ошиблась, и это вовсе не тот полицейский, которого я встречала. Но Марго говорила, что Артасы редко идут на службу к Саргонам. И остальное: ямочка на подбородке, широкие брови вразлёт, нависающие над глубоко посаженными глазами – всё было точно таким же.

Таких совпадений не бывает. И от этого становилось жутко.

— Вы голодны? – спросил он, когда я снова закрыла глаза.

— А вы как думаете?

— Думаю, что вам нужно поспать.

— Это сложно делать под надзором.

Дракон встал, подошёл к кровати и положил на тумбочку какой-то маленький предмет, который я, едва приоткрыв один глаз, не смогла рассмотреть.

— Это колокольчики, передают сигнал мне напрямую. Радиус действия – около мили. Если вам что-то понадобится, просто тряхните хорошенько. На собрание вы не идёте. Я обо всём позабочусь сам. А когда вам станет лучше, мы займёмся вашей академической подготовкой.

— Вы даже сейчас говорите об учёбе?

— Это моя работа. Пока вы – адпетка академии под моим руководством, я буду относиться к этому вопросу со всей ответственностью.

— Зачем это вам? – я приподнялась на локте, и простыня соскользнула, повиснув чуть выше моих сосков. Но я предпочла не обратить на это внимания. – Вы решили стать моей наседкой? Сделать из меня лучшего адепта курса? Почему?

— А вы не догадываетесь? – он скрестил руки на груди, скрыв эмблему полиции. Стоял над кроватью, нависнув надо мной каменной башней.

— Увы, нет. Должно быть, я всё ещё плохо соображаю, так что потрудитесь объяснить. Не то от тяжёлых раздумий мне станет хуже.

— Потому что я зачислил вас без вступительного испытания, без документов – в обход всех правил. И если вы не покажете себя достойно, тень падёт не на вашу репутацию, а в первую очередь – на мою.

Он склонился, заглянув мне в глаза, и его зрачки налились металлическим блеском.

— Пока я здесь, вы – не просто адептка, мисс Мариотт. Вы – моя рабыня. Только вместо простых заданий вроде уборки и готовки вы будете овладевать искусством артефакторики.

Глава 5

Лейла Мариотт

Тонкая полоска солнечного света, пробившись сквозь щель между шторами, светила мне в глаза, заставляя, наконец, признать, что я проснулась. Я со стоном ощупала голову: кожа была липкой, волосы — спутанными и грязными, будто я ночью купала в болоте. Протерев глаза, я приоткрыла их и посмотрела прямо перед собой. Потолок был белым, с лепниной вдоль края. Среди вылепленных цветов виднелись фигуры драконов.

Я не сразу вспомнила всё, что случилось ночью. Слишком много всего произошло. Прорыв спонтанно пробудившегося тёмного источника, потом падение с высоты третьего этажа, и ещё…

И ещё он. Стальной дракон с холодными глазами жидкого серебра. Хмурый, мрачный, немногословный — совсем не такой, каким я его запомнила. Марго говорила, что в их клане всегда ценилась такая отстранённость в характере мужчин, и что многие нарочно ведут себя подобным образом, особенно когда хотят произвести впечатление на окружающих. Но Рикард мне не показался тем, кто станет что-то из себя изображать.

И всё же, перемена в нём была столь разительна, что я на мгновение подумала: в самом деле, не пытался ли он?..

Нет.

Я мотнула головой, отгоняя странные мысли. Если бы он хотел затащить меня в постель, то воспользовался бы моментом, когда я сама пришла в его спальню. Но вместо этого он меня только отчитал. А ведь я определённо чувствовала, что его тело было бы не против…

Я решительно встала с постели, потому что мысли упорно уходили не в ту сторону. Голова немного закружилась, я покачнулась и схватилась за край стола. Самочувствие было не очень, но хотя бы от мыслей о похабных намерениях дракона я ненадолго отвлеклась.

На мне всё ещё не было никакой одежды. Поэтому первым делом я прошла к платяному шкафу и распахнула его. Внутри, к моему большому удивлению, оказалась новенькая учебная форма, состоявшая из белой блузы, юбки, которая спереди открывала ноги, и однотонных чулок. Всё это — в бело-чёрно-серебряных цветах, отражавших моё отношение к клану стальных драконов.

Однако для дома эта одежда мало подходила. Пошарив ещё, я нашла чёрную мужскую рубашку из тонкого, нежного материала. Она была мне настолько велика, что рукава, подвёрнутые до середины, почти закрывали мои пальцы, а нижний край доходил ниже колен. Чтобы скрыть её ширину, я повязала поверх пояс, который вытянула из юбки.

— Терпимо, — пробормотала я, глядя на себя в зеркало.

Оставалось только надеяться, что дракона не разозлит то, что я позаимствовала его одежду.

Выглянув за дверь, я прислушалась. В доме было тихо. Часы где-то внизу пробили полдень. Должно быть, дракон ушёл по своим профессорским делам, — решила я и на носочках проскользнула в ванную комнату.

Хорошенько помывшись и высушив волосы прикосновением магии, я посмотрела на себя в зеркало. Последние месяцы вымотали меня, и под глазами появились синяки. Или это из-за болезни? Как бы то ни было, выглядела я изрядно помятой.

Нет, вряд ли я была интересна дракону как девушка. Во-первых, я ведь человечка, а не дракон. И хотя у меня был хороший, развитый дар, вряд ли он остался бы удовлетворён.

Я слышала, впрочем, что драконы порой покупали девственность, надеясь таким образом увеличить потенциал своего магического резерва. Насколько это работает, мне не было известно. Но девственность драконы могли учуять по одному только запаху.

— В этом, что ли, дело? — пробормотрала я, пристально глядя себе в глаза. — Но если так, то почему он остановил меня…

На этот раз от размышлений меня отвлёк громкий переливчатый звук — кто-то звонил в калитку. Я вздрогнула, обернулась на дверь ванной, словно могла таким образом увидеть неожиданного гостя. Замерла, прислушиваясь.

Может, гости просто уйдут, если я не открою?

Но звонок повторился ещё раз. И ещё.

Крадучись, я выскользнула из ванной и спустилась по лестнице, чтобы подойти к окну, которое выходило на передний двор. За калиткой кто-то стоял, но яблоня загораживала мне обзор. После очередного звонка гость отошёл в сторону, разглядывая двор. Вернее, гостья.

Облегчённо выдохнув, я побежала к двери.

— Хвала Праматери, ты в порядке! — обняла меня Марго, когда я, босиком выбежав из дома, открыла ей калитку. — Я как узнала, что тебя к куратору поселили, думала, всё. Не увижу уже!

— Это почему ещё? — удивилась я, запирая калитку.

— Так ты же утром на собрание не пришла! А он пришёл. Ой, ты бы знала, что я только не успела подумать за это время!

— Что он меня похитил и съел? — сощурилась я. — А ведь в некоторых мирах считается, что драконы — страшные и жестокие животные, ворующие принцесс!

— Тогда я тоже могу украсть тебя, моя принцесса! — рассмеялась Марго, и мы вместе вошли в дом.

На кухне было так же чисто и убрано, как ночью, вот только по центру стола, явно привлекая внимание, стояло что-то накрытое белым полотенцем. Подняв его, я обнаружила несколько тарелок с закусками, кувшин сока и записку. На ней значилось:

“Адептка, Мариотт.

Не знаю, когда я смогу сегодня освободиться.

Позавтракайте, если сможете.

Не выходите из дома, вам прописан постельный режим.

На тумбочке у кровати — микстура, выпейте две чайных ложки после еды.

Постарайтесь поспать.

Вернусь со свежей птицей и приготовлю для вас суп.

Куратор Артас.”

Написано было так, словно он отчитывался о проделанной работе. Я поморгала, качнула головой и спрятала записку в нагрудный карман рубашки. Для меня, впрочем, он был вполне обычным и находился скорее в районе пояса.

Марго тем временем поставила на стул сумку, которую принесла, и раскрыла её, показывая содержимое.

— Я принесла твои вещи, — сказала она. — Здесь одежда, тетради, содержимое твоей тумбочки. Остальное доставят позже, пока только основное.

— Это уже больше, чем ничего, — обрадовалась я и быстро осмотрела содержимое сумки. — Спасибо, дорогая! У меня ночью резко поднялась температура, и я только сейчас смогла встать на ноги. Так что пришлось прогулять общее собрание. Говорили что-нибудь важное?

— Да ничего особенного, — отмахнулась Марго и отошла к плите, чтобы поставить чайник. — Немного про этот источник, про то, что всем строго-настрого запрещено прикасаться к нему… Хотя как я могу это сделать, если его потоки заблокировали и пустили по крытым каналам?

— Не думаю, что это быстро делается, — проговорила я, тоскливо глядя на еду и понимая, что кусок в горло не лезет. — На нейтрализацию уйдет некоторое время.

— Но ведь потоки не сразу возникают. Сначала он просто бьёт фонтаном вверх.

— А как насчёт эффекта всплеска? Наверняка если подойти достаточно близко, можно прикоснуться к источнику.

— Там всё оцепила полиция, — проворчала Марго и села рядом со мной за стол. — Не подпускают на пушечный выстрел. Ребятам из соседней общаги теперь приходится пользоваться чёрным выходом, он дальше от эпицентра.

— Что поделать, — вздохнула я и взяла кусочек хлеба, намазанный маслом. Он был прохладный, будто всё это время не простоял в тёплой кухне, а хранился в холодильнике. Я с любопытством окинула взглядом салфетку — и в самом деле, в ней виднелись тонкие линии плетения сил воды и огня, которые давали охлаждающий эффект.

— Как так вышло, что тебя здесь поселили? — подалась ко мне Марго. — Меня, например, отправили третьей в комнату с двумя Лоранками. Третьей! Ты представляешь? Где такое видано вообще, чтобы в комнату селили по трое!

— Дефицит мест.

— А ты? Не спишь же ты в постели с куратором? — Марго хищно улыбнулась и подалась ко мне. — Наверняка за его холодностью кроется пожар.

— О чём ты? — немного смутилась и даже возмутилась я. — Нет! У меня отдельная спальня!

— А чего ты так напрягла-ась? — проворковала подруга. — Уже думаешь, как оказаться в его комнате?

— Вы, драконы, только о сексе и думаете, — проворчала я и откусила кусочек бутерброда, демонстрируя, что больше мне по этому поводу сказать нечего. Но Марго на этом не угомонилась. Она склонила голову набок, изучающе глядя на меня, и медленно проговорила:

— У тебя ещё не было мужчины? Я думала, что мне показалось, но…

— Был, — отрезала я и сделала глоток сока. — Но… до дела не дошло.

— Как это?

— Ну, у нас всё не так, как у вас, понимаешь? Нет этого внутреннего голоса, который постоянно требует слияния сил.

— Ты про дракона? Не то чтобы он что-то говорил. Это ведь просто ипостась, а не вторая личность. Или ты нас всех считаешь сумасшедшими?

— Богиня, нет, конечно! Что ты! — я немного испугалась, что Марго может обидеться, и даже замахала руками. — Ни в коем случае! Просто у вас всё это… иначе. Я сама знаю только по книжкам, поэтому не могу толком объяснить. Для человека секс — это больше про любовь, про единение, чем про взаимодействие магии. Поэтому мы не так торопимся и не так…

— Озабочены? — прыснула Марго, а потом похлопала меня по ладошке: — Ладно тебе, не переживай! Я прекрасно понимаю, о чём ты говоришь. Хотя интересно было бы побывать в твоей шкуре и на себе почувствовать, каково это — быть человеком и не испытывать постоянной жажды до любви.