Уроки подчинения, или Это приличная академия!

– Строение восемь, центральная комната, – басом проговорил кладовщик после того, как я подписалась под каждым пунктом, и бросил на стол тяжёлый ключ. – Карта в подарок.

Он забрал подписанные бумаги и вместо них сунул мне в руки сложенную вчетверо карту территории академии. Затем проделал то же самое с близнецами:

– Строение восемь, западная комната. Карта в подарок, – это Элу.

– Строение восемь, восточная комната. Карта в подарок, – это Ною.

– У вас удивительные навыки общения, – ехидно заметил Ной, взяв свои вещи. – Научите? Мне кажется, вы должны провести мастер-класс по лаконичности выражения собственных мыслей.

Кладовщик грозно глянул на Ноя из-под кустистых бровей и поднял голос:

– Следующий.

Совершенно счастливый Эл помахал картой над головой:

– Мы с госпожой ещё и соседи! – радостно воскликнул он и тут же обнял меня за плечи: – Готов исполнить любые твои ночные желания, госпожа.

– Во-первых, – я скинула его руку с плеча, – рабам не давали права трогать своих господ. Во-вторых, ночное желание у меня, несомненно, будет: приготовь мне к третьему звону завтрак из орехов кечу с акаразом и яйцом-мешочком на свежей длинной булке. Они должны быть приготовлены тобой лично, а булку придётся купить утром у мистера Сандерса на площади Упокоения. И поторопись, чтобы она не успела остыть.

Эл так и застыл с высоко поднятыми бровями и слабой, глуповатой улыбкой на лице, провожая меня озадаченным взглядом. Ной держался не дольше трёх секунд, прежде чем расхохотаться.

– Кажется, госпожа входит во вкус, – заметил он, когда братья догнали меня и пошли по обе руки, как одноликие стражи.

– Учти, – я подняла указательный палец в сторону Эла. – Если хоть один пункт не будет выполнен, как я велела, мне об этом будет известно.

– У неё везде глаза и уши, – заговорщицки добавил Ной.

Эл деланно посерьёзнел, задумчиво поджал губы и некоторое время шёл с таким видом, будто решает в уме сложную химическую задачу. Я же в это время прикидывала, сколько у меня ещё осталось зелья невидимости и могу ли позволить себе понаблюдать за тем, как Эл, явно не привыкший хоть что-то делать своими руками, старательно готовит завтрак для госпожи. Ну, или обманывает госпожу, за что обязательно будет наказан.

– Не беспокойтесь, мисс, я прослежу, – проговорил Ной, бросая на брата ехидные взгляды.

– Предатель, – пробурчал тот и раскрыл карту, сверяясь с направлением, потому что мы как раз подошли к развилке. – Налево через парк, там будет три маленьких домика, красных вроде. Наш крайний правый будет.

По эту сторону от академии мне бывать не приходилось. Внутренние территории на моей памяти всегда открывались только по специальному пропуску. Вход к ним открывается только через холл главного здания или через ворота, которые всегда были закрытыми, поэтому сейчас я во все глаза смотрела по сторонам и млела от странной смеси восторга, успокоения и тревожности.

Вокруг царило лето и особая, летняя гармония. Журчали фонтаны, выложенные из белого камня, возвышались исполинские деревья, огромными кронами закрывающие идущих по тропинке людей от палящего солнца. Шелестела листва в набегающем ветре, и лёгкие наполнялись ароматом сладких цветов. Время от времени нам попадались садовники, и среди них намётанный глаз легко отслеживал драконов. Не все, конечно. Должен же кто-то выполнять простую грязную работу. Однако, цветы неспроста раскрывались перед нами во всей своей природной красоте, несмотря на приближение осени, драконы умело подпитывали их силой жизни, в которой растения нуждались не меньше, чем в воде, кислороде и солнце.

– А тут миленько, – заметил Эл, когда мы вышли на небольшую полянку. Здесь в ряд стояли три одинаковых небольших дома с покатыми крышами и яркой черепицей. В каждом доме было по два этажа, верхний из которых расположился под самой крышей, и большие окна были встроены прямо в ней. – Нам сюда.

Дом номер восемь действительно оказался справа и упирался прямо в лес. У двери оказалось шесть кнопок и рядом с каждой из них – надпись с именем и фамилией жильца.

– Судя по расположению звонков, нам выделили второй этаж, – я указала на то, что наши имена расположились в верхнем ряду. Причём, моё – посередине.

Ной кивнул:

– Они создают нам условия, очевидно же.

Я раздражённо выдохнула и сказала то, что давно крутилось на языке:

– Похоже, нас заставили заключить этот спор. Специально всё подстроили, с самого начала.

Ной усмехнулся и, положив руку мне на плечо, проникновенно произнёс:

– Не надо искать злого умысла в простом совпадении. Вряд ли кто-то стал бы так сильно заморачиваться, чтобы подстроить ту историю со снотворным и дальнейшее ограбление двух бедных драконов.

Я фыркнула в ответ и, вставив свой ключ в замочную скважину, дважды провернула его, после чего дверь легко открылась.

Оказавшись внутри, Эл присвистнул.

– Похоже, это были хоромы для особо важных персон.

– Эти дома построены для чистокровных, – пояснил Ной, ступая по лестнице. – Но пока ни один ещё не дорос до того, чтобы поступать в академию, они в основном пустуют.

У меня же просто отвисла челюсть. Поспешно закрыв рот, я медленно пошла следом за парнями, озираясь во все глаза. Пол был устлан однотонным ковром, который хоть и не имел вычурного узора, выглядел настолько качественным и дорогим, что наступать было страшно. Наощупь он оказался мягким, словно идёшь по резине, а пальцами ощущался как бархат. Заметив, что я щупаю пол, Эл сказал:

– Готов дать крылья на отсечение, что он ещё и не пачкается.

– Это смотря чем пачкать, – протянул Ной, присев на корточки. – Но действительно, похоже на Динайский ковёр.

Перилла вдоль лестницы были резными и изображали длинную драконью лапу с поджатыми когтями, под потолком тянулась тонкая вязь с мотивами Писания, а освещался дом не лампами, а живым огнём, который зажигался по нажатию на выключатель.

– Несгорающие свечи, – прокомментировал Эл мой обращённый к люстре взгляд. – На самом деле, они не сгорают, потому что пламя холодное.

– Обычный артефакт Саргонов, но они не ставили их производство на поток, а значит, эти свечи заказаны специально для дома.

В общем коридоре стояли кресла и столики, а в центральную стену оказался вмонтирован большой красивый камин.

Мне вспомнился день знакомства с близнецами: тогда я чувствовала себя чужеродно в дорогом отеле, но тогда я даже подумать не могла, что окажусь в ещё более богатом помещении. И хотя теперь мой наряд куда больше соответствовал, комфортнее мне от этого не стало.

На втором этаже наши комнаты также были подписаны табличками. Двери располагались достаточно близко, чтобы можно было легко заметить: братьев поселили по обе стороны от меня.

– Даже здесь они соблюдают структуру дракон-человек-дракон, – произнесла я, толкая среднюю дверь и заглядывая в комнату. Чемодан уже ждал меня внутри.

– А куда приходит почта? – спросила я. – Внутрь ведь почтальон зайти не сможет. Он даже на территорию общежитий не попадёт.

– У академии есть свой почтальон, – отозвался Ной. Его голос глухо доносился из правой комнаты. – Шесть факультетов, несколько тысяч учащихся, сотни преподавателей. Этого более чем достаточно, чтобы полностью загрузить почтальона.

Я подошла к двери, ведущей в комнату Ноя, и с любопытством заглянула внутрь. Выглядела она, впрочем, так же, как и моя: богато, но безлико, и первым делом дракон-полукровка принялся вешать на стену плакаты, используя для этого живоклёпки. На плакатах были изображены девушки. В основном, знаменитые певицы и в основном – раздетые.

– Х-хорошо, – проговорила я, наблюдая, как из вставленной в стену крошечной живоклёпки вырастает лоза и обхватывает приложенный к поверхности плакат. – А где мне почту забирать?

– Посмотри на улице, либо возле входа, либо прямо в двери должны быть ящики, – сдавленно ответил Ной.

– Откуда ты столько знаешь вообще? – подозрительно сощурилась я, и дракон обернулся:

– У нас тут дядя работает профессором. А я в своё время проводил с ним много времени.

– Только ты? А Эл? Он не блещет таким количеством познаний об устройстве академии.

– А Эл отлынивал, когда дядя Блейн просил нас помочь с делами, – усмехнулся Ной. – Как раз в то время у него появилась большая любовь по имени Розалинда…

– А по яйцам?! – раздался крик Эла с противоположного конца этажа. Ной тихо рассмеялся и, понизив голос, заговорщицки сообщил:

– Эту историю он ото всех скрывает, но если госпожа прикажет, я расскажу.

Я задумчиво приложила палец к губам и, сделав вид, что сомневаюсь, уточнила:

– А её можно будет использовать для манипуляций?

– Ещё как, – выразительно подмигнул Ной.

– В таком случае, прибереги её до того момента, когда Эла не будет рядом…

– Ной, падла! – близнец вломился в комнату, чуть не сорвав дверь с петель. – Думаешь, я не знаю, чего вы тут притихли?! Перед госпожой выслужиться пытаешься, а?!

– Он ничего мне не говорил, – честно сказала я, похлопав раскрасневшегося от злости дракона по плечу. – Можешь убедиться в этом.

И подняла взгляд к его глазам, позволяя проникнуть чуть глубже в собственное сознание. Мне неподвластно это искусство, сколько ни старалась, поэтому понять природу их проникновения в мысли мне так и не удалось. Но одно я знала точно: зрительный контакт при этом играет большую роль.

Эл несколько секунд мрачно смотрел мне в глаза, потом буркнул что-то неразборчивое и ушёл к себе, а я пошла на улицу – поискать почтовый ящик. И действительно, стоило мне выглянуть из дома, как обнаружилась целая стойка с именными почтовыми ящиками. Она расположилась возле центрального дома, в который как раз входил Даниэль.

– Привет, – я помахала ему рукой, и тот дежурно кивнул. – Тебя тоже поселили на один этаж с партнёршами?

Он снова кивнул.

Я в это время отыскала почтовый ящик со своим именем и озадаченно посмотрела на ключ от дома. Дополнительных нам не выдали.

– Ты не знаешь, как почтовый ящик открыть?

Даниэль вздохнул, молча взял мой ключ, развернул его обратной стороной и вставил её в прорезь на ящике. Тот со щелчком открылся.

– О… – уважительно протянула я. – Спасибо.

Даниэль собрался было войти в дом, но я перехватила его за рукав, останавливая, и понизила голос.

– Слушай, – оглянулась, никого вокруг не обнаружила, но всё равно придвинулась ближе к сокурснику. – А тебя объединяет с твоими драконицами какая-нибудь история?

Он буднично пожал плечами.

– Ну, что-то же между вами было? Вы где-то уже успели познакомиться?

Даниэль некоторое время смотрел на меня и, наконец, ответил:

– Они перед учебным годом остановились в гостинице, где я работал.

– А-а-а, – разочарованно протянула я. О том, что Даниэль весь последний год работал в гостинице, чтобы в случае провала поступить в морскую академию, знали, кажется, все на курсе. – Тебя приставили к их комнатам?

Даниэль кивнул.

– Им нужна была помощь, я и помогал.

Я уже было отмахнулась и, потеряв интерес к истории, собралась вернуться домой, но Даниэль меня остановил:

– Письмо не будешь забирать?

– Какое письмо?

– Которое в твоём ящике лежит.

Решив, что узнаю что-нибудь пикантное про прошлое взаимодействие Даниэля и его дракониц, я захлопнула дверцу, даже не заглянув внутрь, а там действительно оказалось письмо на моё имя.

Взяв его, я некоторое время крутила письмо в руках и, когда Даниэль уже вошёл в дом, окликнула его:

– А чем ты им помогал-то?

Он выглянул из-за косяка:

– Дорога долгая была, а напряжение снять им было не с кем. Вот и… попросили.

Я озадаченно посмотрела на Даниэля. Потом перевела взгляд на окна второго этажа своего дома, где сейчас должны были находиться близнецы.

– К-какое напряжение? – уточнила внезапно севшим голосом.

– Сексуальное, – ответил Даниэль и захлопнул дверь.

Поднявшись к себе, я села на край кровати, не оценив даже толком ни её размеров, ни балдахина над головой, ни позолоченных деревянных опор. Рассеянно крутила в руках конверт со своим именем и думала о том, что я не одна связана со своими партнёрами по учёбе тем, о чём не принято говорить в приличном обществе, по крайней мере, среди людей. Даниэль вообще прямым текстом сказал, что спал со своими драконицами. У нас до дела не дошло, но всё же кое-какой контакт был. Что же, интересно, с Алеком и Линдой тоже случилось что-то подобного рода? Представив себе Алека в одной постели с двумя кокетливыми драконицами, я почувствовала, что начала краснеть, и не столько от смущения, сколько от досады. К тому же, они так на него смотрели!

– Нашла почту? – в дверном проёме появился Ной, и я помахала конвертом. – Ого, уже!

Датой заселения значится сегодняшнее число, потому я не удивилась, что почту уже перенаправили, но реакция дракона заставила меня усомниться в том, что счёт за электричество мог так быстро прийти именно сюда. Поэтому, вскинув бровь, вскрыла конверт.

– О, приглашение в клуб, – пробормотала я, пробегаясь глазами по строчкам.

– Клуб? – это уже Эл заглянул в комнату.

– Дай-ка сюда, – Ной бесцеремонно вырвал из моих рук конверт и, несмотря на мой возмущённый вопль, прочитал короткий текст приглашения. После чего поднял письмо высоко над головой, чтобы я не достала.

– Верни! – я подпрыгнула, пытаясь дотянуться, но драконы всегда славились высоким ростом, и руки у них были соответствующей длины.

– Не смейте даже думать об этом клубе, – с неожиданной строгостью сказал Ной.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

– Что?.. Ты… Да как!.. Да что ты себе позволяешь, раб!

– Это то, о чём я думаю? – мрачно поинтересовался Эл, который стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди.

– Ага, – подтвердил Ной.

– А ну пошли вон из моей комнаты! – рявкнула я, указывая на дверь. – Оба!

Ной фыркнул, ловким движением бросил письмо в мусорку, после чего братья в самом деле скрылись за дверью.

Подбежав к мусорке, которая была встроена прямо в стену, я заглянула в округлое отверстие и разочарованно выдохнула: письмо провалилось глубоко вниз, в непроглядную тьму подвала.