Непокорная Русь

Больно. Горю! Спасите!

Жар изнутри – во мне.

Тело мое остудите!

Прошу, утопите в воде!

Боль. Нестерпимо жарко!

Уснуть не могу днем…

Я засыпаю? Давка!

В груди все пылает огнем!

Вдох. Воздух где? Выдох.

Вдох. Не могу вздохнуть!

Бежать? Лишь один рывок!

Стоит ли?.. Может, уснуть?

Жизнь прожита… Горю!

Но горевать? Нет!

Если… то в Ад попаду?

Красный огонь в ответ.

Огонь изнутри. Боль!

Огонь отовсюду – я!

Может, актера роль

В горячке – то для меня?

Воздуха нет. Огонь!

Огонь все съедает. Я – раб.

Должна я ползти. Должна!

Вокруг никого. Я – царь!

Должна я ползти. Свет!

Должна я воспрянуть. Вновь!

Схватила счастливый билет!

Я выживу! Я – Герой!

Ползу. Только сил нет.

Лежу. Только надо встать.

Устала я жить? Нет!

Больше и думать не сметь!

Немного. Чуть-чуть! Спасите!

Я ранена! В сердце! Стрелой!

Вот руки – за них держите!

Не дайте почить золой!

Последняя птица – я:

Огнем не убить – спасусь!

И руки за мной – крыла:

Я к небу вновь вознесусь!

Огонь изнутри. Рвусь!

Огонь – это я! Жива!

И я – непокорная Русь!

Я – Феникс! Я буду всегда!

Глава 2.

Когда-то была я сильной…

Когда? Не помню уже.

Еще не была Россией,

А Русью – девицей в душе.

Я меч доставала из ножен —

Не подходи ко мне!

И враг был уничтожен

Дыханьем моим в огне.

Не знала ни сна, ни покоя.

Я всюду. Всегда. И везде.

И титул носила Героя,

Побеждая в каждой войне.

Сынов моих, храбрости сердца,

Ни стрелам, ни пулям не взять.

И миллион – единица,

Когда нападают на Мать.

Я помню лихие годины,

Когда супостат приходил.

Но, к счастью, сейчас седины

Не видят таких картин.

Но помню. И всякую нечисть

Сыны уничтожат – идут

За бравую долю чести,

За Родину, за мечту!

Рот вражий давно гнилой:

Он знает, когда укусить

И свой язык без костей

В грязную ложь пустить.

Я Мать всех славян. Русь.

Сильна и горда… стара!

Но коль на ногах держусь —

Не сломлена и жива!

Вы говорите: плоха?

А разве старость – порок?

Волхвы уверяли: «Века!

Века стой! Не выйдет срок!»

Не лучше других я? Разве?

А хуже тогда кого?

Бывают огрехи, как же?

Без них – победы ничто!

Бывало, не уследила,

И детям глотать кровь:

Между собой допустила

По глупости жать нелюбовь.

Сама – любовь посадила

И ею кормлю вас!

Дети, сыны России,

Вставайте! Вперед! Атас!

Пусть мирно бескрайнее небо,

И нет ни ворон, ни вражды,

Но чуть что – кометой

Скинет народ путы!

И каждая слабость – сила!

Мы сможем! Вперед! Не зевай!

Я с вами! Я – Мать! Россия!

Пожмите любви урожай!

Глава 3.

Холод. Сквозь кроны деревьев

Ветер нещадно бьет.

Ужель пригласил вороньёв

Новый злосчастный зов?

Готовы сразиться?.. Куда вы?

Закройте! Укройте от пуль!

Зачем опустели заставы?

Спасите! Не прятайтесь в куль!

Холодно. Ветер сильный

Все кроны деревьев пригнул.

Не чувствую тела. Спасите!

Враг дальше границ скользнул!

На мне только снег. Мокро.

Холодом веет закат.

Над дочкой-Москвой скоро

Встанет вражеский флаг.

Дети! Сыны! К бою!

Не дайте во мраке уснуть!

Прошу, навалитесь гурьбою!

Дайте врагу повернуть!

Красные блики. Закат.

Холодно. Голод в кольце.

Залпы. Осколки свистят.

Враги уж почти на крыльце!

В прицеле! Поймали! Враг!

Стреляй! Не жалей! Спаси!

Нажми скорей на рычаг

И мать свою защити!

Пал. И у ног завился.

Но рядом с тобой он…

Я плачу: напрасно явился

Мой сын на кровавый бой.

Рубиновая слеза

Упала на вас двоих,

И оба легли врага

Под одним из крылов моих.

Плачут толпы девчат -

Вдовы они сейчас.

И к чему салюту звучат,

Если праздник – покойников глас?

Земля опустела без вас -

Вы утонули в рубинах.

Но то – пророческий глас:

Там и я полегла в руинах…

Глава 4.

А дальше что? Как обычно.

Но как – невозможно понять.

Смогу ли остаться великой

И любящей всех детей мать?

А хватит ли сил подняться?

Уж ноги не Руси – России.

Смогу ли как прежде гоняться

За счастья незримого силой?

А будут ли дети в достатке?

А внуки? А внуков сыны?

Смогу ли зажечь свет во мраке,

Чтоб осветить пути?

Стара. Но еще удалая.

Седа. Но все так же мудра.

Усталая. Но боевая!

Добра. Но к чужим – строга.

Еще возгорится пламя,

И жизнь потечет ручьем!

Крепко держите знамя,

Пока не взялись за ружье!

Бог – Он над всеми нами;

И Мать его – мне сестра.

Не по крови, правами:

Страдала и я у креста.

Она тоже великая Мать:

Богородица – Свет Иисусе.

И лико ее, и стать

Обращены к Руси.

Покрова ее – чернозем;

Слезы – лечебный ключ.

Это все не дается в наем!

Это дар сквозь невзгоды туч.

И ум, и смекалка, и сила: —

Это будет, но дальше, потом.

Ведь не зря я зовусь Россией —

Воспряну и под кнутом!

Глава 5.

Враг у подножья. Опять?

Хочет без стука войти?

Хочет наше отнять

И в наши дары сойти?

Пламенем дышит зверь —

Норовит все живое убить

Прирученный летающий змей,

Небо желает затмить!

Пролетел он уже полземли,

Истоптал и врагов, и друзей.

Под ним многие полегли:

Новый макет – Колизей.

Все норовит сожрать!

Всех норовит убить!

Сильнее его умерщвлять —

Спасение заслужить.

Но страшен не столько зверь,

Сколько язык врага.

Больше от слов потерь:

Все утонули в долгах.

И нет никакой чумы,

Что стала бы равной ему!

И нет большей вражды,

Что сеют слуги его!

Не сломит его болезнь!

Ружье не убьет! А зря.

Государство сие – жизнь,

Не смотрящая на царя.

Не имеющий тело бич,

Подчиняющий всех детей.

И сколько назад не кличь -

Ушли, не вернуться теперь.

Анархия всюду. Везде!

Она и в умах, и в сердцах.

Приравняв свободу к нужде,

Она не сменяет лица.

И дети идут за ней,

Как бы ни был далек их путь.

И в бытие змей

Не могут уже свернуть.

Уходят сыны. Куда?

Зачем? Почему? За кем?

Куда их зовет звезда?

В чем счастье – быть никем?

Неужели теперь терпеть?

Больше терпеть не стану!

Вот бы только успеть,

Пока не гноятся раны…

Глава 6.

Если алмаз – это уголь,

Но теперь я в алмазе. Вся.

Поперек я полна. И вдоль.

Без края богата земля!

И нефти теперь – много,

И злата, и серебра.

Все собрано с недр родного,

Любимого края – Алтай!

А как же Кубань: чернозема

И рожи, пшеницы полна!

И много, и много народов

Видела там сама.

Челябинск восстал. Вновь.

Из пепла, совсем как мать!

Сын мой теперь – герой!

И больше его не сломать!

Все также парит Орел,

И так же горда стать.

Но пахнет сильнее хлеб —

Не может никто устоять!

Спасибо скажу Иркутску

За золото полный карман.

За силу и мощь – Петербургу:

Не разу ведь не был сдан!

Сургуту, Нарьяну спасибо

За нефть я всегда говорю.

И каждый мне дорог особо,

Я каждого сердцем люблю!

Не важно: Камчатка, Ростов,

У моря, реки иль болота.

Вы – гордость моих хлевов!

И старости в счастье ворота…

Глава 7.

На мира арене к звездам

И на полосе земли

Совью своим детям гнёзда

Без боли и пустоты.

Чтобы они летали

По жизни, не зная нужды

И лихими годами

Не портили благость души.

Бог в них вселяет веру,

Матерь велит идти.

А я, как в свою премьеру,

Пытаюсь на трон взойти.

Только теперь – иначе

Я легче иду, смелей.

И тело в божественном платье

На трон приземлится ловчей.

Пусть прибегают с окраин!

Пусть смотрят везде! Пускай!

Я миру теперь – Хозяин,

Всем странам помочь? Давай!

Вот только, потом что будет?

Я выведу всех из беды,

Никто никогда не забудет,

Как вновь избежали «Чумы».

Но мировое господство -

Лишь шаткая, ветхая вещь.

Может, престол, благородство -

Всего лишь назойливый клещ?

Тогда как свое, что не чуждо,

Всегда в своем сердце храним.

А потому мне не нужно

Вражды в руки брать гранит.

Может, вновь стать единой,

Только теперь – для всех!

Ведь были прекрасны годины,

Что объединили людей.

И мир тогда будет кроток,

Он будет силен, но мил.

И люди пойдут стойко,

Не страшась моих новых крыл.

Мое будущее – Грааль,

Все миры готовый собрать!

И его влекущий хрусталь

Богом дан, потому – не отнять.