Следователь Такаяма. Загадка запертой комнаты

– Не может быть!

– Да ладно, шучу, – Хаяши рассмеялся.

Такаяма посмотрел на него и тоже улыбнулся, чувствуя, как спадает напряжение.

– Ну хорошо, я, пожалуй, пойду домой и посплю, – сказал Хаяши.

– Так вы с командировки сразу сюда?

– Да, хотел сначала написать рапорт, – сказал Хаяши, пряча зевок ладонью.

– Конечно идите домой. Рири будет рада.

– Я и сам соскучился, – улыбнулся Хаяши, думая о своей трех-летней дочери. Она у них с женой – поздний ребенок, и поэтому они в ней души не чают. К сожалению, работа в полиции не оставляет много свободного времени для семьи.

– Она, должно быть, повзрослела с нашей предыдущей встречи.

– Еще как! И теперь перечит нам во всем, причем в ее словах всегда присутствует логика, так что спорить с ней бесполезно. И от кого только научилась…

Такаяма посмотрел на Хаяши с таким выражением на лице, как будто хотел сказать:

“Серьезно, не знаешь от кого?”

Оба засмеялись.

– Ну а ты как? Всю жизнь собираешься быть холостяком?

– Ну не то, чтобы я прямо планирую, но…

– Поторопись! Найди хорошую жену, заведи детей. Будешь полноценным человеком!

Такаяма только улыбнулся.

Хаяши слегка ударил его по плечу, потом помахал рукой и покинул комнату, а Такаяма начал писать рапорт. Однако, дело совершенно никуда не двигалось. Стоило ему только подумать о событиях последней ночи, как в голове сразу возникал образ Юкико.

Зазвонил телефон.

– Да, Такаяма.

На том конце провода он услышал знакомый звонкий голос.

– Ало, Хироши, это я.

Такаяма тяжело вздохнул. Ему намного приятней было думать о Юкико, чем о том, о чем, как он предполагал, пойдет разговор.

– Здравствуй, тетушка, – в голосе Такаямы не звучало особого энтузиазма.

– Давно не виделись. Как ты там? Почему не звонишь?

– М-м-м… – пробормотал Такаяма. Он знал, что это все риторические вопросы. Он опасался продолжения.

– Я хотела бы поговорить с тобой кое о чем. Ты свободен сегодня в районе обеда?

– Ну как сказать, у меня тут…

– Занят? Можешь отменить?

– Не в этом дело. Домой собирался скоро.

– Что случилось? Не заболел ли?

– Нет, не заболел. Но сегодня воскресенье, выходной.

– Ах, да, действительно, ха-ха-ха.

Такаяма, оглушенный звонким смехом своей тети, отодвинул трубку телефона от уха. Даже в десяти сантиментах, ее голос все еще пронзал его барабанную перепонку.

– Ну что ж, отлично, давай встретимся! Я как раз уже в пути. Помнишь то кафе, где мы виделись в прошлый раз? Кажется, Рики-тики?

– Ты имеешь в виду – Ренуар?

– А, совершенно верно! Пожалуйста, жди меня там, я скоро буду.

– А что за дело?

– Это пока секрет. Расскажу при встрече, – снова рассмеялась тетушка. Для нее это все казалось забавным, тогда как Такаяма мечтал только о том, чтобы пойти домой и хорошо выспаться.

Мики Кошима, его тетя, была профессиональной сводницей с навязчивой идеей поженить своего племянника. Она звонила ему регулярно раз в три месяца и вызывала только одно желание – сбежать на Луну.

– Что ж… Отчет, похоже, откладывается, – Такаяма еще не решил, какое из зол было меньшим.

***

– Да-а, такого я не ожидал, – сказал Морисаки с улыбкой.

– Ты не представляешь, как я сейчас разозлена, – Юкико скрестила руки на груди и поджала губы. – Ты разве не можешь его уволить?

– Я не настолько всемогущ. Кроме того, он любимчик лектора.

– Лучше бы он упал прошлой ночью.

– Ну, что случилось, то случилось. И, похоже, наш мистер полицейский тебя спас.

– Это да. Я вообще удивлена тому, насколько он правильный и, как будто, старомодный что-ли…

Юкико сказала это, как комплимент, но если бы Такаяма услышал ее слова, он вряд ли был бы счастлив.

Было воскресенье. Юкико и Морисаки сидели на диване в гостиной комнате в квартире декана. Они слушали “Тоску” Пуччини через колонки стерео системы, встроенной в стену. Такая музыка делала их больше, чем просто профессором и студенткой. Юкико всегда нравилась классическая музыка и когда она пожаловалась Морисаки, что не может слушать ее громко в своем общежитие, тот пригласил ее к себе. У него не было никаких особых намерений по отношению к девушке, и первые ее два визита они действительно просто слушали музыку и разговаривали. Когда же их губы встретились первый раз, комната была наполнена звуками произведения Штрауса.

– Так что ты о нем думаешь? Случайно не подумываешь влюбиться?

– Хм-м, – притворно задумалась Юкико, – может быть, может быть… может быть и нет.

– Я, наверное, даже не буду ревновать. Он такой чистый и невинный. Почему бы тебе не пригласить его на свидание?

– Ты говоришь странные вещи, – она перестала шутить и посмотрела на Морисаки. На лице у нее появилась тревога. – Что случилось?

Морисаки достал из кармана кардигана небольшой сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его Юкико.

– Что это?

Она развернула лист и нахмурила брови. Это было похоже на анонимное письмо с наклеенными словами, вырезанными из газеты.

– “Останови расследование или пожалеешь.”

Она посмотрена на Морисаки немного испуганно.

– Письмо с угрозой? Откуда это?

– Я нашел его в почтовом ящике сегодня утром.

– Ты заявил в полицию?

– Я еще не уверен, стоит ли это делать.

– Но…

– Пока я не вижу особо ничего страшного. Просто, похоже, что весь университет теперь знает, что я вызвал следователя.

– Ты думаешь, это из за случаев проституции?

– Нет, думаю, что-то другое. У меня пока нет никаких доказательств того, что это происходит, поэтому присылать подобное письмо фактически было бы признанием вины.

– Да, наверное ты прав. Пожалуйста, будь осторожен.

– Не волнуйся, – Морисаки обнял Юкико и погладил ее по спине. Она немного отстранилась, посмотрела ему в глаза и поцеловала.

На фоне лились звуки “Поцелуя Тоски”, что было красиво и горько, потому что это означало смерть главного героя…

Кто-то позвонил в дверь.

– Это еще кто?.. – Морисаки открыл дверь и увидел старика Комине.

– Мы можем поговорить? – он выглядел смущенным.

– Проходите.

Комине вошел в комнату и улыбнулся, когда увидел Юкико.

– Мистер Комине, что случилось? – сразу перешел к делу Морисаки.

– Эм-м, это насчет прошлой ночи.

– Ах, – Морисаки улыбнулся и кивнул. Он уже слышал, что прошлой ночью Комине напился и уснул, несмотря на то, что условием его трудоустройства в общежитие университета был запрет на алкоголь на рабочем месте.

– Что ж, что случилось, того не исправишь. Мистер Комине, пожалуйста, больше такого не допускайте.

– Извините, – Комине пристыжено почесал голову, – больше такого не повторится, я обещаю.

– Я в свою очередь прошу прощения за то, что не предупредил вас заранее о том, что за общежитием будет наблюдать полицейский.

– Ах, это пустое, я даже об этом не думал, – к старику возвращалась его обычная энергичность. – Но, раз уж вы заговорили об этом, – тот молодой человек смотрел на меня, как на сумасшедшего. Это меня немного разозлило.

– Что вы имеете в виду, дедушка Комине? – Юкико раскрыла рот от удивления.

– Он насмехался над тем, что мне нравится та красотка.

– Красотка? – теперь уже удивился Морисаки.

– Ах, это вы про строительный кран? – Юкико знала эту странность Комине.

– Да, о ней! Такую красотку еще поискать, – Комине мечтательно улыбнулся, уйдя в свои мысли.

На лице Морисаки же отчетливо читалось выражение неприязни.

– Вы имеет в виду ту громадную железяку? Я тоже не совсем понимаю, как вы можете поклоняться ей как живому существу.

С лица Комине сползла улыбка, ему не нравились слова Морисаки, но он как мог старался себя контролировать.

В конечном итоге он удалился, кое как успокоенный обещанием Морисаки не рассказывать никому об инциденте с алкоголем.

– Похоже, ты уколол его в самое сердце, – Юкико наклонила голову и хитро улыбнулась.

– Похоже. Но я действительно не могу подыгрывать ему с этой “красоткой”. Звучит, как расстройство психики.

– Бука, – Юкико поднялась с дивана и обняла Морисаки. – Итак…

– Что?

– Чем мы будем заниматься?

– Ну, уже полдень.

– И что плохого в том, что сейчас полдень? – она прижалась к нему всем телом.

– Кто сказал что-то про то, что это плохо? – он обхватил ее за талию.

В это время в комнату тихо зашел Шерлок. Похоже, он собирался напомнить о том, что сейчас уже время обеда, но, увидев целующуюся пару, он развернулся, подрагивая хвостом, и покинул комнату с выражением недовольства на морде.

***

– Как тебе эта девушка? Немного высокая, но сейчас молодые девушки почти все высокие.

Такаяма, с выражением вселенской скорби на лице, наблюдал, как его тетушка, подобно фокуснику, выкладывала перед ним одну фотографию за другой. Они расположились в углу кафе Ренуар, за столом для четверых, и судя по тому, как быстро заполнялась поверхность стола, скоро не останется места для чашек кофе, которые стаяли на самом краю.

– Какой у нее рост? – спросил он, исключительно потому, что чувствовал себя обязанным это сделать. Все ради спокойствия тети Мики.

– Метр… сколько там?..

Мики Кошима надела очки в позолоченной оправе и быстро начала ворошить гору бумаг с записями, лежащей на ее коленях.

“Один метр – это ничего. Главное, чтобы не два,” – подумал Такаяма, зная, что его тетушка обязательно убедит его, что любой недостаток – это, на самом деле, полезное для семьи достоинство.

– Ах, вот, метр семьдесят восемь.

– Почти с меня ростом. А если еще и каблуки наденет, то как то…

– Это очень хорошая девушка, – тоном, не терпящим возражений, произнесла тетя.

Такаяма вздохнул.

– Тетушка, я очень ценю все то, что ты для меня делаешь, и то, что ты обо мне волнуешься, но…

– Даже не начинай! – прервала его Мики. – Сегодня ты обязан выбрать кого-то! Я собрала для тебя всех самых лучших кандидаток. Это просто невозможно, чтобы тебе не понравилась хотя бы одна их них. Не-воз-мож-но! – заключила она.

У Такаямы сложилось впечатление, что он в торговом центре и продавец выкладывает перед ним лучшие образцы коллекции этого сезона.

– Я не смогу спать спокойно, пока мой любимый племянник Хироши не поженится.

– Но я – полицейский. У меня маленькая зарплата, ненормированный график и практически никаких выходных, да и просто опасная работа. Со мной никто не захочет иметь дела, – продолжал делать слабые попытки отвертеться Такаяма.

– Не говори глупостей! Сейчас кризис, даже на полицейских есть спрос. Ты же государственный служащий, поэтому твоя работа достаточно стабильна. А женщины именно этого и хотят.

– Ну… все равно, полицейский – это опасная профессия. – Такаяма сделал серьезное лицо. – Каждый день я сталкиваюсь с криминальными элементами, которые могут убить меня в любой момент. Я не хочу, чтобы моя жена и дети пострадали от этого.

– Ты слишком много волнуешься, Хироши. У меня есть подруга, которая тоже вышла замуж за полицейского. Так вот, его убили, когда они были еще молодыми, она получила за него страховку и теперь живет припеваючи.

Такаяма смотрел на тетю с открытым ртом и не знал, что сказать. Он покачал головой и сник, чувствуя полное поражение.