Крылатая удача Мэррила

Пролог

“Джонни, я нашла тебе невесту. Такая девочка хорошая!”

Именно с этих слов жизнь Джонатана Мэррила изменилась до неузнаваемости.

Он не собирался жениться. Он был женат трижды, и все три раза браки продлились недолго. Его первая жена всеми силами пыталась запустить свои тоненькие пальчики в состояние Мэррилов, даже не догадываясь, что основной контроль над всеми счетами был не у Джонатана – главы семьи, а у его сестры Анны. Когда выяснилось, что молодая миссис Мэррил не может даже купить себе бриллиантовый гарнитур без одобрения некой мисс Анны (а одобрения она не дала), брак распался чрезвычайно быстро.

Вторую жену Джонатан нашел в горах, а точнее, спас ее. Она была такой же авантюристкой, любила высоту, походы, скалы, неплохо летала на параплане. Джо влюбился как мальчишка, да и как не влюбиться в красивую девушку, которую ты вытащил из пропасти, а потом несколько километров тащил на руках до ближайшего населенного пункта? А она, такая маленькая, такая хрупкая, даже не пикнула, хотя нога у нее была сломана очень нехорошо, а первую помощь Джонатан еще не очень умел оказывать.

После этой судьбоносной встречи они, конечно, поженились, а Джо прошел медицинские курсы. Несколько лет они вместе покоряли вершины и моря, а потом миссис Мэррил предложила Джонатану сделать вазэктомию.

– Я не хочу иметь детей, это глупо, – сказал белокурый ангел. – Мир и без того переполнен. Но ты очень внезапен, мы часто забываем о предохранении. А делать аборты – вредно для женского организма.

– И много ты сделала абортов? – ошарашенно спросил Джонатан.

– Три.

На этот раз Джонатану потребовалось чуть больше времени, чтобы разобраться в своих чувствах. Но все же он развелся – и его можно было понять. Он любил свою жену, но ложь ей простить не смог.

Третий раз вышел настолько глупый, что даже не стоил упоминания. Джонатан решил, что брак – это не для него, но однажды знатно напился в почти незнакомой компании, а потом обнаружил, что они все полетели в Вегас и переженились. Жену он видел наутро во второй раз в жизни. Не сказать, что она ему не понравилась. Но семьи, разумеется, не вышло, о чем Джонатан не слишком печалился. Тем не менее именно третий брак продлился дольше всего: Мэррилу было удобно иметь статус женатого человека. К нему не так рьяно приставали охотницы за его состоянием, да и на семейных вечерах стало меньше вопросов. Третья жена оказалась неплохой актрисой и за небольшие деньги отлично отыгрывала свою роль на светских мероприятиях. Но потом она влюбилась и попросила развода. Джо ее отпустил не без сожаления.

Все это время мать Джонатана не делала ни малейшей попытки вмешаться в его жизнь. Она любезно общалась со всеми тремя невестками, исправно поздравляла их с рождеством и не требовала внуков.

Какого крылатого демона она сейчас отправила сыну такое странное послание, не мог понять никто.

Глава 1. Новые реалии

– Мир другой, а люди такие же придурошные, – ворчала Элен, с подозрением разглядывая серые каменные стены. – Но мы не привередливые, поживем и тут. К тому же море есть море.

Еще вчера она пила шампанское на императорской тусовке, а сегодня стояла посередине огромного гулкого холла. Она нахамила самому императору и, признаться, совершенно об этом не жалела. В конце концов, она всего лишь спросила, где ее дочь, точнее, падчерица, пусть грубовато, в своем стиле, но зачем же было обижаться? Какой-то нервный в Эйлеране император, ему бы к психологу походить или таблеточки какие попить. Чуть что – и сразу в ссылку. Разве так должны вести себя императоры?

Элен считала, что с ней поступили несправедливо. А уж как расстроились обитатели замка Шанаторов, когда в их замке появилась толстая тетка в мятом спортивном костюме и со странной прической!

– Здрасьте, – бодро сказала Элен. – Я к вам в гости. Обед скоро?

Два высоких и тощих молодых человека с нервными лицами только открывали рот – чисто как голодные птенцы. Элен разглядывала их с любопытством орнитолога.

– А вы, собственно, кто? – наконец чирикнул тот, что казался старшим.

– Мэррил, – исчерпывающе пояснила Элен.

На лицах “птенцов” отразился ужас, смешанный с презрением.

– Настоящий Мэррил? – уточнил с надеждой младший. – Потомок Эдварда? Из Пустого мира?

– Нет, не совсем, – успокоила его женщина. – Я жена настоящего Мэррила, точнее, вдова. И мать настоящего Мэррила тоже.

– Бескрылая? – кивнул старший, сразу теряя к ней интерес. – И зачем вы здесь?

– Понятия не имею, – честно призналась Элен. – Кажется, меня направили к вам в гости. До весны, наверное, – и добавила осторожно: – Прямое распоряжение Белокрылого.

– Шпионка, – выплюнул старший отворачиваясь. – И когда нас оставят в покое?

– Думаю, никогда, – вздохнул младший. – Не жизнь, а каторга. Добро пожаловать, что ли, ненастоящий Мэррил. Располагайтесь сами, выбирайте себе комнату. Только имейте в виду, нянек у нас нет, горничных тоже. И денег нет совсем.

– А еда есть? – уточнила Элен.

– В кухне. Кухня на первом этаже в правом крыле.

Элен осталась в гулком холодном холле в гордом одиночестве. Что ж, это все прекрасно и замечательно. Настоящий замок – и весь в ее распоряжении.

Как устроены замки, Элен знала. Сама жила в подобном почти тридцать лет. У ее мужа тоже был замок, хоть и в другом мире. Более ухоженный, конечно, не такой старый, без залежей вековой пыли и паутины по углам, но тоже большой и неуютный.

– Полы грязные, – отметила Элен. – Фу, подошвы прилипают. У них что, рук нет? Или мальчики слишком мальчики? Если меня прислали сюда в качестве бесплатной прислуги, они глубоко просчитались.

В замке царила унылая запущенность и полутьма. Окна тут не мыли лет пятьдесят, а стены – и того больше. Пока Элен искала кухню, несколько раз она споткнулась о какую-то рухлядь. В конце концов, женщина просто заглядывала в каждую комнату правого крыла, где были открыты двери.

Кухня, впрочем, нашлась быстро, и выглядела она не менее грязной, чем остальное. Из мебели там стоял покосившийся буфет с одной дверцей, большой деревянный стол и дровяная плита, возле которой аккуратной стопочкой лежали дрова. Ну, еще два камина, но их мебелью считать нельзя.

А места здесь было очень много: наверное, в былые времена на этой кухне работали не мешая друг другу десяток поваров.

– Так, – сказала Элен. – А водопровод тут есть, интересно? А посуда?

В буфете нашлось несколько щербатых чашек и десяток некогда роскошных тарелок. Сейчас же позолота облезла, эмаль потрескалась, а сам фарфор пожелтел и покрылся пятнами.

В нижнем ящике нашлись две кастрюли с обугленными ручками и без крышек, закоптелая кривобокая сковорода, коробка со столовыми приборами, почерневшими от времени, и большая, очень красивая супница. Негусто.

– Бомжатник, а не замок. А где хранятся продукты? Ну погреб-то здесь должен быть?

– С чего вы взяли, тааннет, что тут есть продукты? – густой бас за спиной заставил Элен подпрыгнуть. Она повернулась и снова… удивилась.

– Вы вообще кто? – спросила она у мужчины с роскошной рыжеватой бородой и внимательными черными глазами.

– Мажордом, – насмешливо ответил тот. – Что, не похож?

– Если подстричь и приодеть, вполне.

Мужчина ухмыльнулся, а потом протянул Элен руку – чистую, между прочим, с ухоженными ногтями. Женщина ее пожала, разглядывая незнакомца.

Судя по седым вискам и морщинкам вокруг глаз, возраст у него приличный. Все шестьсот, если крылатый, а то и больше. А то, что он крылатый, она поняла как-то сразу. Во-первых, по одежде: уж очень она выглядела старомодной. Элен больше месяца провела при императорском дворе и видела, что молодежь предпочитает разноцветные рубашки и широкие брюки из немнущихся тканей. И кроссовки. И местный аналог джинсов, непременно с накладными карманами. Конечно, на приемы они надевают фраки и галстуки, но то официальные мероприятия. А в повседневной жизни главное – это удобство.

Этот человек был одет в сюртук и рубашку с шейным платком. И узкие брюки, лоснящиеся на коленях. И невысокие потертые сапоги. А еще его волосы были длиннее, чем принято. Он завязал их в хвост.

Элен вздохнула. Ей всегда нравились вот такие: коренастые, с бородой и волосами. И ретро-стиль ее тоже весьма привлекал.

– Меня зовут Элен Мэррил, – представилась она.

– Мое почтение, тааннет. Я Теодор. Просто Теодор, не Шанатор, не думайте. Сторож Холодного замка.

– То есть мажордом и есть?

– Нет. Именно что сторож. Мажордому нужны слуги. И жалование. А сторожу достаточно крыши над головой.

– Звучит грустненько. Так что же, просто Теодор, есть тут погреб? И хоть что-то съестное? Хозяева же чем-то питаются.

– Эти бакланы ходят обедать в деревню, – поморщился Теодор. – Наши тааннеты слишком высокого происхождения, чтобы пачкать свои перышки.

– Так, а тут еще девочка должна быть? – вспомнила инструктаж Элен. – Она тоже в деревню ходит?

– Девочке недолго осталось, – вздохнул бородатый. – Помрет она к весне, это уж точно. Да в этом замке кто угодно помрет, если уж говорить откровенно.

Элен глубоко вздохнула и отчеканила:

– Пока я тут, никто не помрет. Так, господин сторож, мне нужно мясо. И овощи. Масло, мука, яйца, молоко, сметана. В отличие от тааннетов, я умею готовить.

– А платить чем будете? В деревне больше не отпускают в кредит Шанаторам. Пока Агатка была на ногах, она закрывала долги, но она ж лежит, и давно.

– У меня есть вот это, – Элен повертела перед носом Теодора золотой жетон. – Я Мэррил, а не какой-то там бомж.

– Ладно, – сказал мужчина, немного подумав. – Овощи и яйца я могу принести хоть сейчас. У меня есть, я тут огород развел и курочек. А дальше – будем смотреть.

– Очень хорошо, – царственно кивнула Элен. – Неси продукты. А пока – где там ваша больная?

Подъем в башню Элен понравился ничуть не больше, чем обстановка в целом. Перила липли к рукам, прикасаться к ним стоило только в перчатках. На лестнице она видела крысу – вполне живую. Ступеньки скрипели и трещали.

И кто догадался поместить больную на такую высоту? Совсем из ума выжили.

И только распахнув дверь в комнату, Элен поняла, почему здесь. Возле огромного окна стояла постель. На ней лежала девушка: хрупкая, бледная, с изможденным видом, и смотрела на море. Только ради этого вида стоило тут построить нелепый и никому не нужный замок.

– Агата? – мягко спросила женщина. – Агата Шанатор?

Девушка с трудом повернула голову. Внимательно оглядела гостью.

– Вы – новая сиделка? – хрипло спросила она. – Я так рада…

– Ага, – согласилась Элен. – Меня прислали вам помогать.

– Как хорошо. Без женских рук сложно. Дамьен и Серж стараются, но есть же правила приличия. Может быть, вы поможете мне помыться?

Судя по горящим глазам хрупкой девочки, оправдывать ожидания и помирать в ближайшие дни она не собиралась.

– Тааннет Агата, – Элен с любопытством оглядывала комнату, отмечая, что здесь гораздо чище, чем в остальном замке. – Вы обедали? Или хотя бы завтракали?

– Да, Серж меня кормил. Он очень заботлив.

– Это замечательно. Не желаете ли пересесть в кресло?

И, не дожидаясь позволения, Элен откинула с девушки одеяло и подхватила ее за плечи, сначала усаживая на постели, а потом поднимая на ноги. На Агате была бесформенная ночная сорочка до пят из плотной фланели. Отвратительное одеяние, которому место только посреди огорода – ворон пугать. Молодые девушки, пусть даже и больные, такое носить не должны ни при каких обстоятельствах.

Агата пошатнулась, еще больше побледнев и закусив губу. На висках у нее появилась испарина. Элен усадила ее в пыльное кресло, укутала одеялом, а потом распахнула створку окна. В комнату мгновенно ворвался ледяной вихрь, наполняя пространство запахом моря.

– Я поменяю вам постель, – сообщила Элен. – Не холодно?

– Нет. Хорошо. Свежо.

Агата закрыла глаза и откинула голову. Спутанные тусклые волосы рассыпались по плечам. Проклятье, и как давно она принимала ванну?

Комната была обжитой, наполненной хоть и старой, но красивой добротной мебелью. На нижней полке большого шкафа с резными дверцами нашлись относительно свежие простыни и наволочки со смешными рюшами. Постельное белье было не новым, кое-где – протертым почти до прозрачности, но хотя бы сухим и пахнущим какими-то цветами.

Грязное белье Элен сбросила в угол. Подушки взбила, перестелила простыни.

– Интересно, крылатые набивают подушки своими перьями? Было бы забавно, этакий бонус.

– Нет, это искусственный пух, – хихикнула Агата. – Я давно уже сожгла старые перьевые подушки. Ненавижу их, тяжелые, вонючие. Современные материалы куда приятнее, и их постирать можно.

На лестнице послышались шаги и сдавленные ругательства. Дверь распахнулась, в комнату бочком протиснулся старший из хозяев с подносом в руках.

– Агатка, я обед принес, – торжественно объявил он.

А потом увидел распахнутое окно и зашипел, как змея. С грохотом опустив поднос на столик в углу, бросился затворять створку.

– Мэррил, вы рехнулись? Хотите, чтобы она заболела? Ей совсем нельзя простужаться! Или в этом и есть ваш план?

– Мэррил? – эхом повторила Агата.

– Ой, только не нужно истерик, – фыркнула Элен. – Свежий воздух еще никому не повредил. Тут такая духота стояла, что дышать нечем. Солнце в окна, комната быстро нагреется. А Агата в одеяле.

– Это правда, Дэм, мне сразу стало легче. Ветер такой вкусный.

– И все равно не нужно было. Что вы вообще здесь забыли, Мэррил?

Он сознательно выделял ее имя, зная, что Агате не понравится присутствие чужачки.

– Постель перестилаю, разве не заметно? А потом покормлю вашу сестру и искупаю ее.

– Вы не должны…

– И чо?

Грубый ответ явно поставил Дамьена в тупик. Агата наблюдала из-под ресниц, больше не вмешиваясь.

– Я прошу вас уйти.

– Попробуй меня выгони.

Глава 2. Обитатели Холодного замка

Молодой человек побагровел, прищурился и начал вертеть кистью. Элен с любопытством вытаращила глаза. Настоящей боевой магии она пока в Эйлеране не видела. Как далеко способен зайти этот несчастный птенчик?

– Пусть она останется, – тихо сказала Агата. – Мне с ней хорошо.

Дамьен сдулся и пробормотал что-то про глупых женщин, а Элен собрала грязное белье и спросила:

– Стиралка есть?

– А?

– Машинка стиральная?

– Артефакт в прачечной. Но вы все равно не сможете его включить, вы бескрылая. Да куда вы потащили белье? В ванной комнате есть люк.

– Может, и горячая вода есть? – обрадовалась Элен.

– В башне нет. Но есть внизу в купальне. А так трубы давно проржавели, напора нет.

Элен кивнула и ногой открыла дверь, за которой, как она и предполагала, находилась уборная. Люк в стене нашелся быстро, женщина заглянула в черную дыру, дна не увидела и решила, что хозяевам виднее, куда складывать грязное белье. Кинула туда всю охапку, а следом – несвежие полотенца с крючка и пахнущий затхлостью махровый халат небесно-голубого цвета. Артефакт, говорите? Разберемся.

В целом ванная комната выглядела вполне современно. Унитаз был похож на унитаз, разве что рядом стояло полное ведро воды. Ванна ржавая, грязная. Краны и рычаги покрыты пылью. Элен покрутила медный вентиль над раковиной, послушала утробное урчание в трубе и кивнула. Острое безденежье, вот чем болен этот замок.

Когда она вернулась в комнату, Дамьен сидел возле Агаты и кормил ее с ложечки какой-то кашей. Элен тут же сунула нос в тарелку и покачала головой: дрянь несъедобная. Такой разве что больных кормить. Впрочем, девочка и есть больная.

– Я зайду попозже, – пообещала Элен. – Тоже хотелось бы пообедать.

Она спустилась в кухню, ругая про себя и архитекторов, которые проектируют слишком крутые лестницы, и хозяев, допустивших подобное запустение, и Агату, забравшуюся в самую высокую башню. Нашлась тут принцесса! Что ж, рыцаря не обещаем, а дракон у вас теперь есть.

Больше всего на свете Элен не любила несправедливость, а сейчас она была уверена: в замке Шанаторов справедливостью и не пахнет.

По пути Мэррил присмотрела себе комнату на первом этаже. Себе и Агате. Потому что нечего девочке делать в башне – у Элен колени не железные, чтобы сто раз на дню бегать вверх и вниз. Да, тут явно располагались помещения для прислуги: с небольшими окнами, низкими потолками и каменными стенами, но хороший ремонт творит чудеса. Главное, в каждой комнате была печка. Да и те самые купальни недалеко, проход в них Элен нашла без труда.

– Я разжег плиту, – сообщил Элен сторож. – Вы вряд ли умеете.

– Ой, да что тут уметь-то, – отмахнулась женщина. – Сунуть дрова и чиркнуть спичкой. И почему это в кухне нет мойки?

– Артефакт был очищающий. Продали.

– Ну разумеется. А как вымыть сковороду?

– Зачем ее мыть? Тряпкой протереть и достаточно.

Элен взвесила в руке сковороду и прикинула, какой будет звук, если она ударит этого неряху по лбу. Теодор как-то сразу все понял и ухмыльнулся:

– Я попробую что-нибудь сделать, тааннет. Но не обещаю, что результат вас устроит.

– Что ж, попробуйте. И принесите ведро воды и тряпки. Готовить в таком свинарнике – прямой путь к пищевым расстройствам.

Дед внимательно посмотрел на Элен, потом на пыльный стол, моргнул и провел ладонью над поверхностью. Женщина только рот открыла: стол вдруг побелел на глазах. Казалось, что слой вековой грязи сняли с него, точно скатерть.

– Вы что же, совсем не владеете бытовой магией, тааннет?

– А я бескрылая, – отмахнулась Элен. – А сковородку вот так можно? И плиту, пожалуйста.

– На сковородку сил хватит, а дальше уже ведро и тряпки, – признался Теодор. – Дар у меня невелик.

– Скажите, а вы женаты? – голос у Элен прозвучал вкрадчиво и соблазнительно. Теодор вздрогнул и покосился на нее с подозрением.

– Вдовец. А что?

– Жениться не хотите? Я, между прочим, Мэррил. У меня приданое хорошее. А вы такой полезный в хозяйстве мужчина!

Сторож расхохотался.

– У тааннет отличное чувство юмора. Не переживайте, я помогу вам с обедом. Необязательно брать меня в мужья. Скажите только, что нужно делать.

Элен подумала, что она вроде бы и не шутила. Ну а что, свободный мужчина с магическим даром. Сковородки умеет чистить, столы мыть. Борода опять же, ногти чистые. Почему бы и не попробовать?

Жизнь-то короткая, и большую ее часть Элен уже прожила. Упускать такой шанс она была не намерена.

– О, картошка. Яйца. Капуста. Неплохо, – проинспектировала она корзину возле стола. – Лук, морковь. А это что? – она достала банку с зелеными стручками в масле.

– Медвежий лук! – горделиво ответил Теодор. – Я сам мариновал.

– Это можно есть?

– Это вкусно!

– Ладно. Тогда на обед у нас жареная картошка с вашим луком.

– С медвежьим.

– Вот именно.

– А воды и тряпку все же принесите, я полы протру и пыль уберу. Невозможно же так жить.

Теодор чистил картошку. Потом жарил ее на плите, с интересом поглядывая на женщину, которая, ползая на коленях, мыла пол. Последний раз на его памяти здесь прибиралась Агата, но это было давно. Малышка окончила университет, потом устроилась на неплохую работу – и в родительский замок совершенно не рвалась. Прилетала раз в год, привозила деньги двум оболтусам Шанаторам, наводила хоть какой-то порядок и улетала вновь. Ее кузены не утруждали себя подобной ерундой. Обедали они в деревне – благо, что оба были крылаты, а лететь до нее не больше четверти часа. Вещи кое-как стирали сами, с помощью стирального артефакта в купальнях. Невелика сложность закинуть грязное белье, а потом развесить его для просушки.

Младший из кузенов, кстати, был совсем не дурак. Он даже ухитрялся зарабатывать какие-то небольшие деньги, занимаясь реставрацией старинных книг. Древние языки давались ему без труда, материалов в библиотеке имелось предостаточно: и бумаги, и перьев, и чернил. Все хранилось с незапамятных времен. Ему присылали поврежденные тома из государственных и частных библиотек, и Серж восстанавливал рваные страницы, подшивал переплеты, чинил обложки и снимал копии с ветхих экземпляров. Работа кропотливая и небыстрая.

Если б не эти заказы, Шанаторы бы вовсе померли с голоду, потому что других источников существования у них не было. После того как слегла Агата, стало совсем туго.

Странная тааннет Теодора заинтересовала. Впервые он видел женщину с мужской стрижкой, татуировками и в столь нелепом наряде, но даже не это важно. Мало ли какая мода нынче в столицах! Сам-то он сначала просидел за решеткой почти двести лет, а потом благоразумно не отходил далеко от замка. Крылатые живут долго, врагов у него немало. Да и за замком нужен присмотр, пока эти бакланы не развалили его по камушку.

Женщина была из Мэррилов, это Теодор подслушал. Эдварда он помнил, славный был птиц, предприимчивый. Если перед ним – одна из его стаи, то с ней лишний раз хвост пушить не нужно. Вырвет перья, набьет ими подушку и продаст, Мэррилы – они такие.

И все ее поведение красноречиво свидетельствовало: сильная. Умная. Уверенная в себе. Не боящаяся ни ветра, ни соленой воды, ни грязи и пыли. Чтобы знатная тааннет и с тряпкой ползала – это дорогого стоит. И Теодор твердо решил не высовываться и непрошенных советов не давать, а поглядеть, как Мэррил в очередной раз поджарит пятки Шанаторам.

Глава 3. Не так уж все и запущено

Готовил старик Теодор очень даже неплохо. И жареная картошка, и этот его маринованный лук Элен понравились. Вкусно. Но для фигуры, конечно, ужасно вредно.

У Элен был лишний вес, и он ее весьма расстраивал, хоть она и шутила порой, что большинству Мэррилову мир тесен в плечах, а ей – в районе бедер. Зато она твердо стояла на ногах благодаря смещенному центру тяжести.

Элен вообще была неисправимой оптимисткой. Она и в шестьдесят вела себя как восторженный ребенок, глядя на мир широко распахнутыми глазами. Вся ее жизнь была сплошной чередой праздников. Ей повезло найти родственную душу, выйти замуж за любимого человека и родить от него сына. Потом муж погиб, но оставил ей настоящее сокровище – свою большую семью. Элен никогда больше не была одинока, это ли не счастье?

А еще у нее имелись деньги. Много денег. Ровно столько, чтобы не было нужды торчать в офисе с девяти до восемнадцати, предварительно упаковав себя в строгий костюм. Элен не работала ни дня. А вырастив детей, эта замечательная женщина натянула на свой лишний вес тесные кожаные штаны, побрила виски, оседлала мотоцикл и умчалась в путешествие по американскому континенту.

Фразу “Чудеса случаются с теми, кто в них верит” Элен набила на ключице еще в семнадцать лет. Каждый день ее жизни подтверждал истинность этого афоризма.

И когда в один замечательный день ей предложили авантюру, подобной которой она и представить себе не могла, Элен и не подумала отказаться. Другой мир, полный магии и приключений – что могло быть прекраснее? Она без раздумий шагнула в портал вместе со всеми. Жалела она лишь об одном: мотоцикл взять с собой не разрешили.

И когда ее вежливо попросили пожить немного в замке Шанаторов, она тоже не стала отказываться, хотя, наверное, могла. Но зачем? Ведь ей обещали море!

И оно здесь было. Холодное, злое, угрюмое… и невероятно прекрасное. Вот наведет она порядок в замке и непременно сходит на берег поздороваться.

Разумеется, она еще не сошла с ума отмывать все вручную. Замечательный мужчина Теодор владеет бытовой магией – нужно будет грамотно распределить его ресурсы. Какие-то умения есть и у птенчиков. Несмотря на то что по всем подсчетам выходило, что они старше Элен раз в пять, а то и больше, выглядели хозяева замка совсем еще желторотыми мальчишками, а это значит, что можно и нужно пристроить их к делу.

Холодному замку не хватает не только денег. У него нет настоящего хозяина – это гораздо печальнее.

В том замке, где жила когда-то Элен, хозяйкой была ее падчерица Анна. Замечательная девушка, крайне благоразумная и талантливая. Тоже, конечно, Мэррил, но разве ж это недостаток? Только кто ее вырастил, эту Анну? Кто научил ее вести дела? Кто воспитывал, оберегал, кто делал с ней уроки и учил держать в руках иголку с ниткой? То-то и оно, что Элен.

***

После обеда Мэррил отправилась исследовать замок дальше. Теперь ее интересовали купальни. Проход в них она видела еще тогда, когда спускалась из башни. Широкий светлый коридор был украшен затейливой мозаикой, изображавшей морские пейзажи. А еще оттуда неуловимо тянуло влагой и солью. Элен с изумлением и восторгом разглядывала украшения на стенах. Удивительная точность изображений, яркие кусочки разноцветных камней с годами не потускнели, не истерлись. Человек, сотворивший это, был гением. Камни, море, птицы, брызги воды, даже ветер, гоняющий по бледному небу тучи, – вот что видела Мэррил. Впору было водить сюда экскурсии.