Лу за гранью свободы

Глава 1. Отказ

– Я подавала заявку на беременность. Луиза Эльвис. Номер заявки 2723.

– Да, минутку. Сейчас гляну. Ох. Отказ.

– Опять? Седьмой раз?

– К сожалению.

– А в этот раз почему?

– Вы действительно хотите это знать?

– Черт возьми, а зачем бы я спрашивала?

Рослая девушка в ярко-желтой пластиковой куртке, подбоченившись, гневно уставилась на блондинку в строгой серой форме социальной службы.

– Сейчас взгляну. О! У вас три строгих замечания.

– Откуда три?

– Нарушение скоростного режима, разворот в неположенном месте, непристойные ругательства в общественном месте. И одно увольнение с работы.

– Послушайте, но ведь все три замечания с меня сняли! Там была определенная ситуация… я преступника преследовала! Да у меня даже благодарность есть!

– Сожалею, мадемуазель Эльвис, ваша благодарность не аннулирует замечания.

– Да вы издеваетесь! Я весь год вела себя как святоша! Не ругалась, не нарушала правил дорожного движения, ни разу не опоздала на работу… Кстати, о работе: я же нашла новую за неделю, какого черта вообще?

– Я понимаю вашу обеспокоенность, мадемуазель Эльвис. Записала вас на занятия по психологической помощи.

– Что? Не нужно! У меня все в порядке с головой!

– Три посещения, срок – месяц. И не забудьте посетить врача, срок годности вашего импланта заканчивается через четыре месяца.

Лу, сверкнув глазами, схватила со стойки свою социальную карту и выскочила из прозрачной кабинки, пока ей не навешали ещё каких-то строго обязательных занятий. Форменное издевательство! Седьмой отказ!

Она взрослая, совершенно здоровая женщина с собственным жильём и вполне приличной работой! Да, одиночка, но в нынешнее время это проблемой не является. А время идёт, Лу уже двадцать восемь. Ни она, ни ее репродуктивная система не молодеют.

В принципе, «систему» можно понять. Человечество сделало огромный рывок в медицине, научившись не просто лечить больные органы, а заменять их клонированными из родных клеток. Порок сердца? Неделя – и тебе вырастят новое, бесплатно, по социальной страховке. Рак кишечника? Почистят, заменят, обновят. Инсульт? И мозг можно заменить, правда, лишь частично. Особенно удобно с зубами. Стоматологи давно уже зубы не лечат, а заменяют. Разумеется, и продолжительность жизни резко увеличилась – до 120, порой даже 150 лет. И чтобы предотвратить перенаселение планеты, вопрос рождаемости взят под строгий контроль. Для того, чтобы получить разрешение родить ребёнка, недостаточно уже здоровой генетики, высокого интеллекта и образцового поведения. Нужно, наверное, чудо.

Лу не обольщалась: она такая не одна. Очень многие из ее знакомых так и не смогли получить вожделенную отметку в социальной карте. Это у неё семь отказов, а у кого-то – двадцать семь. Рожать разрешалось до сорока пяти, реже – по разрешению от врача – до пятидесяти. Запрос можно подать раз в год. Вот и выходило с двадцати до пятидесяти ровно тридцать запросов.

Ей хотелось плакать. Идеальный год, просто идеальный! Лу была такой паинькой, что даже самой тошно. Не хамила пассажирам, не превышала скорость, не участвовала в гонках и не играла в тотализатор. Домой возвращалась строго в одиннадцать, по сомнительным барам не шлялась, хотя ребята и звали.

И все зря. Год утек, как вода сквозь пальцы, и ничего из него она не запомнила, кроме, пожалуй, недавней погони.

Девушка вышла из здания социального департамента, жмурясь от яркого солнца и уверяя себя, что глаза щиплет именно от этого. Подумаешь, ребенок! Не сказать, чтобы он ей был так уж нужен. И вообще, это лишь расчет: женщинам с детьми полагалось куда больше льгот. Можно было бы пойти учиться… И поменять квартиру… И пособия опять же. Ну и ничего, она сама всего добьется.

Противное жужжание в браслете ее немного взбодрило. Видеть никого не хотелось, поэтому видеосвязь Лу устанавливать не стала. Достаточно аудио. Тронула ухо, где встроенный наушник тут же послушно ответил голосом Рэма.

– Ну ты как там, Мотылек? Сходила?

– Да, сходила.

– Не слышу радостных визгов. Отказ?

– Угу.

– Теперь-то пить можно?

– Теперь можно.

– Тогда вечером в Железной розе? Как всегда? Я могу Мари взять?

– Бери кого хочешь. Буду в девять после смены.

Лу, вздохнув, отключила связь. Ну да, теперь нет смысла вести себя прилично. Если уж в этом году не вышло, дальше тем более не получится. Все было зря.

Катер такси стоял там, где она его и оставила: на втором ярусе парковки. Лу надела желтую фуражку и запрыгнула на переднее сиденье. Ткнула пальцем в экран, где тут же высветился ряд вызовов. Удачно, конечно, здесь всегда полно народу, кому нужно такси. Приняла заказ и спустилась вниз, к выходу.

Клиенткой была прехорошенькая девушка в кружевном белом платье, легком пальто и с распущенными волосами. Она вся сияла.

Усевшись на пассажирское место, девушка широко улыбнулась и прощебетала:

– Мне дали разрешение на ребёнка, представляете? Невероятно! Всего со второй попытки! В прошлом году сказали, что я ещё слишком молода и не закончила учёбу, а в этом году разрешили!

– И сколько вам лет? – мрачно спросила Лу, пытаясь не злиться.

– Двадцать два.

– Замужем?

– Зачем? У меня родители есть, ещё совсем не старые, я живу с ними. Свой дом, сад и все такое. Будут помогать во всем. Я им уже позвонила, они такие счастливые!

Лу стиснула зубы. Ей даже не удалось выжать из себя поздравление. Конечно, именно таким и дают разрешения! Красивым, обеспеченным, с родителями и образованием. Дом с садом у неё, вы поглядите! Ну да, Лу – нищебродка. У неё маленькая квартирка в «человейнике». Спасибо бабушке, она помогла деньгами в своё время. Чем уж могла. Если б не эта помощь, Лу и вовсе осталась бы в социальном общежитии.

Высадив пассажирку в одном из престижных районов города, девушка с презрением заметила, что будущая мамочка поставила ей три звезды из пяти – за «неприветливость». Ну и пошла она… Вероятно, Лу должна была всю дорогу рассыпаться в восторгах, а не сидеть с кислой рожей. Ещё вчера так бы и случилось… но теперь Лу было плевать.

***

– Ты пойми, рыбья башка, тебе вовсе не нужен ребёнок! Что ты с ним будешь делать? – Рэм, когда выпивал, становился громогласен и смел, благо, в стране давно уже не сажали за критику властей. – Это всего лишь гормоны! Инстинкт продолжения рода, если хочешь! А государство держит всех вас, баб, за это самое место!

– За матку, – хихикая, подсказала Мари, его девушка.

Лу молча опрокинула в себя стакан голубого пойла. Все он верно говорил, но…

– Сама смотри: для того, чтобы получить разрешение, нужно своё жильё. И определённый уровень доходов. Поэтому те девки, у которых нет богатых родителей, после школы не продолжают обучение, а бегут скорее работать. Конечно, на низкоквалифицированные вакансии: уборщицами, сортировщицами мусора, рабочими на заводах…

– Таксистами, – поддакнула Лу мрачно.

– Вот-вот. И заметь, работают хорошо, иначе – вожделенное материнство отодвигается на неопределённый срок. Сечешь, как ловко власти убивают двух зайцев! А ведь высшее образование у нас бесплатно…

– Относительно бесплатно, – напомнила Мари. – Отработать потом все равно придётся.

– Ну, всяко лучше, чем кредит.

– Это да.

– Вот я и говорю: Лу, тебе не нужен ребёнок. Живи для себя. Зачем тебе ребёнок, ну вот скажи?

– Низачем.

Лу не знала, как объяснить мужчине свои мечты. Ребёнок – это… нечто, что останется после тебя. Живое, прекрасное, нежное. Ей хотелось любить.

– Просто заведи себе собаку или ящерицу какую, – Рэм был безжалостен. – И этого достаточно.

– Или мужика, – задумчиво пробормотала Мари. – Их тоже нужно кормить, будить, выбирать с ними одежду… Учить всякому…

Рэм фыркнул и влюблённо поглядел на подругу. Ему явно хотелось уточнить, чему такому всякому она хочет его научить, но при Лу было неловко.

Ей же было откровенно тошно: и от разговора, и от неприкрытой влюбленности этих двоих. Она совершенно не понимала подобных отношений.

И не сказать, чтобы Лу была некрасива или непривлекательна для противоположного пола, нет. Она была хоть и крупной, но стройной и длинноногой. В школе занималась плаванием и бегом, пару раз даже выигрывала призы на соревнованиях. Светлая кожа, серые глаза, русые волосы – она обычная, как все. Ей даже пару раз предлагали официальный союз, но Лу не готова была к партнерским отношениям. Да и сложно это: решать вопросы с жильём, с работой, с домашними обязанностями. Лу хозяйкой была никакой: еду заказывала или обедала в кафе, дома разве что чаю могла выпить. Полы не мыла, для этого есть робот. Окна… окна и все остальное ей соседка мыла раз в месяц за отдельную плату. Собственно, все, что ещё нужно?

Как ни странно, к своей рабочей лошадке девушка относилась гораздо бережнее. Утром и вечером загоняла на мойку, регулярно заказывала чистку салона, очень внимательно прислушивалась к малейшим неполадкам. Но это и понятно: Лу не просто любила свою работу. Она ей жила.

Уже давно в стране была установлена четырёхдневная рабочая неделя; правда, не менее четырёх часов полагалось при этом отработать на общественных работах, волонтером или ещё как-то. Но Лу была таксисткой, ей проще: можно было просто брать социальные заказы или помогать медицинским организациям. Они охотно делали ей отметку в личном деле, избавляя от подрезки кустов в парке или визитов в дом престарелых.

Сегодня у Лу вроде как официальный выходной, но отдыхать ей было ни к чему. Она не устала, да и делать ей дома было нечего. Работа в выходные дни хоть и оплачивалась по обычному окладу, но Лу полагались двойные социальные баллы. А чем больше она наберёт баллов, тем меньше платить на следующий год за разрешение на работу. Давнее происшествие с погоней за грабителем здорово пополнило социальную карту Лу… жаль, что никакими социальными баллами нельзя купить ребёнка.

– Лу, подвезёшь? – Рэм был уже сильно пьян и никак не соображал, что подруге за руль нельзя. Она тоже пила.

– Вызови такси.

– Ты и есть такси.

Мари толкнула своего парня в бок и виновато улыбнулась. Лу кивнула: она все понимала. Ей снова захотелось остаться одной, но в баре уже было довольно шумно. Как только Рэм уйдёт, сразу начнутся подкаты от парней, а Лу совсем не хотелось ни с кем разговаривать. Ну его… лучше лечь спать пораньше и утром снова выйти на работу. Ещё пару заказов от медиков или полиции – и неделя будет закрыта.

– Мы едем домой, – Мари мягко, но настойчиво увлекала Рэма к выходу.

Лу кивнула бармену, расплатилась картой за свою долю выпитого и побрела к выходу следом за друзьями. Сюда она пришла пешком, благо погода стояла вполне сносная. И домой тоже девушка хотела пойти пешком, как раз и проветрится. Но не вышло.

Возле бара ее ждали люди в строгих черных костюмах. Трое.

– Луиза Эльвис?

– Да, это я, – отрицать бессмысленно, все равно найдут рано или поздно. Да еще и соцбаллы снимут за обман.

– Вам придется пройти с нами.

– Это арест? – мрачно спросила Лу, не понимая, что им от нее нужно. Она чиста как стеклышко! Ну… в этом году. А вот в прошлом… всякое бывало. – Кто вы такие вообще?

Не боялась: возле бара было полно народу. При всех копы не рискнут ее избивать или угрожать ей, им не нужны потом видео в соцсетях и показательные выговоры.

Высокий мужчина в очках, отливавших зеленым, предъявил свою карточку: ОСП, отдел стабильности пространства. Ловят всяких… залетных и инопланетных. Но при чем здесь Лу?

– Это не арест, – сказала миловидная женщина с оливковой кожей и раскосыми черными глазами. – И не задержание. Скорее, просьба.

Вот только отказываться от такой просьбы нельзя. А! Наверное, это по тому случаю с погоней? Ее ведь предупреждали, что, возможно, вызовут в полицию еще раз. Что ж, выбора у Лу все равно не было. Она молча кивнула, зябко запахнула свою эффектную пластиковую куртку и полезла в черный полицейский катер.

Глава 2. ОСП

Место, куда привезли Лу, было не похоже на обычный полицейский участок. Скорее уж, это была комната отдыха. Комфортные синтетические диваны бежевого цвета, темно-синие стены, низкий столик с напитками. Лу послушно опустилась на один из диванов, оглядываясь и ища источник света. Напрасно: ламп тут не было, а достаточно яркий свет излучал сам потолок. Круто, ей бы такое в квартире! И наверняка уровень освещения регулируется голосовыми командами.

– Итак, мадемуазель Луиза Эльвис. Во-первых, спасибо, что согласились приехать…

Лу сдержанно кивнула. А что она еще скажет?

– У нас к вам несколько вопросов.

Беседу вел тот высокий в зеленых очках. Видимо, главный. Женщина явно вела запись разговора и наблюдала. Третий мужчина подхватил со стола чайник и стремительно исчез.

– Марджори Эльвис кем вам приходится?

– Это моя мать, – насторожилась девушка.

– Вы знаете, где она сейчас?

– Нет. Она пропала… двадцать два года назад. Мне было тогда шесть лет. Предположительно – погибла при крушении аэроэкспресса.

– Да, все верно. А Женева Эльвис?

– Моя бабушка. Умерла три года назад, инфаркт. Поздно нашли, мозг уже умер.

– Да. Нам это известно. Знаете ли вы, что ваша бабушка работала в ОСП?

– Нет, – честно ответила Лу. – Откуда? Она родила мою маму очень поздно, почти в пятьдесят, а когда я родилась, и вовсе была уже на пенсии.

– У вашей бабушки был очень ценный дар. И у вашей мамы тоже.

Лу стиснула зубы. Вот оно что! Кто бы мог подумать…

– Вы знаете, наверное, из школьных учебников, что иногда… очень редко… в нашем мире возникает разрыв пространства. Так называемые “тонкие места”. Миров много, но пересекаться им совсем нельзя, это может привести к катастрофе. Именно так погибла ваша мать, Луиза. Аэроэкспресс, на котором она летела, столкнулся с аномалией. Какой – мы так и не смогли выяснить. Вероятнее всего, в какой-то момент в небе появился так называемый попаданец. Что-то крупное. Возможно, дракон. Возможно, какая-то большая птица. Может быть, даже летательный аппарат. Аэроэкспресс буквально разорвало на части. Причем большая часть осколков и, простите, тел, по-видимому, оказалась в другом мире.

– Для чего вы мне это рассказываете? – резко спросила Лу. – Разве это не секретная информация?

– Разумеется, секретная, – безмятежно согласился с ней мужчина. – Но вы все равно не сможете ей воспользоваться. Никто вам не поверит.

Девушка прикусила губу. Происходящее ей не нравилось все больше.

– Скажите, Луиза, 13 апреля вы работали?

– Да, – обречённо кивнула Лу. – Работала.

– На углу Красной 42-й и Зелёной 20-й что произошло?

– Обычное ограбление, – угрюмо ответила девушка. – Какой-то мужик в чёрной коже с заклёпками напал на женщину, ударил ее и отобрал сумку и игрун, в смысле устройство типа ИГР. Попытался срыть. Тетка начала орать. Я была рядом и без заказа. Развернулась с нарушением правил, превысила скорость. Догнала и удерживала парня до появления полиции.

– Зачем вы это сделали?

– В смысле? Он ограбил женщину. Я должна была молча проехать мимо?

– То есть вы сделали это из чувства социальной справедливости? Или думали о том, что это хороший поступок? Хотели помочь обществу?

– Я просто… – Лу поморщилась. – Ни о чем я не думала! Оно как-то само вышло!

– Ну хорошо, допустим. Не показался ли мужчина вам странным?

– Нет. Мужик как мужик. Две руки, две ноги, грязный рот. Матерился громко и изощрённо, в общественном, между прочим, месте.

– А одежда? Обувь?

– Ботинки не разглядывала, извиняйте. А одежда… да всяких придурков полно. Я вот вчера парня в пижаме везла. Шёлковой, в полосочку. И тапочках. А тут кожанка, штаны тоже кожаные. Был бы без штанов, я бы удивилась. В общем, обычный. Ни о чем.

– А откуда он взялся, вы заметили?

– Нет. Я видела только, как он тетку оттолкнул и на ее игруне поехал. Видимо, не запаролен был и без привязки. Так часто бывает, женщина уже немолодая была, наверное, просто не разобралась.

– Да, так и было. Самокат модели ИГР-3 был без пароля, поэтому преступник и смог на нем уехать.

Лу тихо выдохнула. Все-таки преступник, не ошиблась она. А то мало ли, оказалось бы – чей-то родственник или вообще полицейский агент.

– Скажите, вы ничего странного не почувствовали в тот момент? Когда увидели ограбление, когда догоняли? Это очень серьёзный вопрос, Луиза. Подумайте хорошенько. Любая мелочь важна.

Лу почесала нос, вспоминая. К счастью, на память она не жаловалась.

– Для апреля было холодно, – наконец сказала она. – Лёд на самокатной дорожке и проезжей части. Я ещё испугалась, что может занести. Тот парень ехал по земле, и мне пришлось по земле, на колёсах. Сами ведь понимаете, безопасная высота полёта в городе – не меньше двух с половиной метров. Нельзя так просто взять и лететь в полуметре над дорогой. Пришлось ехать. Скользко, режим у меня уже летний стоял, некогда переключать было. И ещё… тот парень вроде как был неместный. Можно ведь через забор махнуть на игруне-то, он же вполне способен метра на три подниматься. Или в подворотню куда заскочить, где на катере не развернуться. Любой опытный грабитель ушёл бы. Этот не смог.

– Вы очень наблюдательны, Луиза.

– Это был «попаданец»? – наконец, сообразила Лу. – Ну нихрена себе! Я-то думала, в центре города это невозможно просто!

– Не то чтобы невозможно. Просто это был спонтанный разрыв. Очень сложно его прогнозировать. Наша служба ожидала этот момент, но радиус был известен очень приблизительно. Благодаря вашей самоотверженности последствия были устранены очень быстро. Ничего серьезного не случилось. Ещё один вопрос, мадемуазель Эльвис. Что вы делали в том месте?

– Ждала заказ. А что, это запрещено? Остановилась просто… там удобный карман на втором ярусе.

– В нужное время. В нужном месте. Мы хотели бы предложить вам пройти небольшой тест.

– Что будет, если я откажусь?

– Ничего. Вам занесут благодарность в социальную карту и отвезут домой.

– Оке-е-ей, – протянула Лу. – А что будет, если я соглашусь?

– Возможны два варианта: если вы завалите тест, то просто отправитесь домой. А если пройдёте… то возможно, вам предложат новую работу. Интересную и хорошо оплачиваемую.

– Я согласна.

Лу прекрасно помнила, что, во-первых, государственным служащим (а ОСП, несомненно, был государственным отделом) полагается отличный соцпакет и повышенная пенсия, а во-вторых, у них льготы. И разрешение на рождение ребёнка даётся «бюджетникам» чаще, чем таксисткам, это уж точно.

– Послушайте, а я ведь после бара, – забеспокоилась Лу. – Немного… эээ… выпила. В допустимых пределах, но…

– Это неважно. На результат повлиять не должно, – успокоил ее высокий. – Наоборот, мы специально пригласили вас вечером после рабочего дня. Хотим быть уверены, что усталость не помешает вам… ну, увидите.

Интересно. Лу поднялась за мужчиной, который, кстати, так и не представился, и вышла следом за ним. Короткий коридор, лифт, стремительный полёт вниз.

Про свои вероятные способности Лу знала, бабушка рассказывала. На практике проверять не доводилось, но что-то она помнила. Тонкие места – точки соприкосновения миров – иногда возникали спонтанно, иногда были стационарными. Бермудский треугольник, например, или некоторые пещеры в горах, или мосты. Во все века находились люди, которые умели общаться с теми, кто там, в другом мире. Появлялись и исчезали «попаданцы», отыскивали странные непонятные предметы, слышали голоса и видели НЛО.

Внеземных цивилизаций земляне так и не нашли. Космос был пуст, как сковородка после яичницы (да, Лу проголодалась), ну, или у инопланетян было достаточно мозгов, чтобы не связываться с этой планетой.

А бабушка и мать Лу были из тех, кого раньше называли медиумами. У самой Лу каких-то способностей не наблюдалось, во всяком случае, она не видела, не слышала и не чувствовала того, о чем ей рассказывала бабушка. Но провериться и в самом деле будет неплохо, упускать свой шанс девушка не собиралась. Вряд ли ей второй раз предложат действительно хорошую работу.

Место, куда привёл Лу высокий мужчина, походило на огромную подземную парковку. Катера, кстати, тут тоже были, и устаревшие, и современные, и даже какие-то иноземные, которых Лу не видела даже на картинках. А ещё стояли огромные металлические на вид ящики величиной с небольшой дом. Освещение было скудным, под потолком болтались самые обычные диодные лампы, почти не разгонявшие мрак возле катеров и за ящиками. Было холодно.

– Ну, иди, – сказал высокий. Женщина с оливковой кожей нервно усмехнулась и продемонстрировала небольшую наладонную камеру.

Помимо их троих, здесь были ещё мужчины: в пластиковых комбинезонах грузчиков и в белоснежных тефлоновых халатах. Все они бросили свою работу и радостно уставились на Лу.

– Куда идти? – не поняла девушка.

– Вперёд. Вправо. Влево. Куда хочешь. Если что-то покажется необычным, говори. И не бойся ошибаться. Это всего лишь тест.

Лу затравленно огляделась. Ей внезапно стало страшно и зябко. На миг мелькнуло желание отказаться от этого фарса, поехать домой и забыть обо всем, но она не позволила себе раскиснуть. Подумаешь, склад! Что тут может быть опасного? К тому же столько народу вокруг, вряд ли все они – смертники.

Она шагнула вперёд, к одному из контейнеров. Высокий и женщина с камерой пошли за ней. Значит, точно безопасно.

Девушка переходила от одного ящика к другому, ничего не понимая и все больше разочаровываясь в себе. Пустышка! Ничего не умеет! Так и проработает всю жизнь таксисткой.

У одной из машин, абсолютно обычной на вид, она невольно остановилась. Почему? Стандартная модель, старая, но, кажется, даже на ходу. Колеса есть, обшивка в порядке. Коснулась рукой чёрной лаковой двери, прислушалась к себе.

– Что-то не так? – не выдержал высокий.

– Все так. Но она мне не нравится.

– Почему?

– Не знаю. Просто… холодная. Но не по температуре, а в целом. Ой, неважно. Мне показалось.

Тихий свист и легкое движение воздуха вдруг привлекли внимание Лу. Она пошла на звук, ее словно тянуло к нему магнитом. У тёмной стены не было ничего, но Лу остановилась и уверенно заявила:

– Здесь прямо фонит. Вы слышите?

– Нет, – сказала женщина с камерой. – Здесь ничего нет. Просто стена.

– А звук? А воздух? Он словно другой, более плотный. Как вы это сделали?

– Мы ничего не делали, это просто стена.

Лу кивнула. Теперь она знала, что искать. Три контейнера «фонили и звучали». Один инородный катер по-особому блестел. Та машина, которая не понравилась ей в первый раз, сильно пахла пылью и снегом. Лу не помнила, как пахнет снег, но ассоциация была именно такой. А гараж все никак не заканчивался.

– Я устала, – сказала девушка высокому мужчине. – Три недели без выходных, встала рано, голодная. С ног валюсь.

У неё действительно уже разболелась голова и загудели ноги.

– Я думаю, и вправду достаточно. – Довольным он почему-то не выглядел. – Мы свяжемся с вами завтра. Прошу вас не выходить на работу, вас вызовут.

– Меня отвезут домой? – окончательно обнаглела Лу. – Ночь уже. Общественный транспорт не ходит, такси по двойному тарифу. Дорого. К тому же я редко бываю в этом районе.

Конечно, она лгала. Лу отлично знала весь город – все же девять лет за рулём. Каждый день, из года в год. Сначала курьером на ИГРуне, с ранцем за плечами, теперь вот – на машине. Но добираться отсюда действительно было далеко, долго и дорого. Наверное, дешевле снять бокс в ближайшем хостеле.

– Отвезут, – сухо ответил высокий. – И завтра пришлют машину.

– А мне точно перезвонят?

– Однозначно.

Больше он ничего не сказал, отвернулся. Лу пожала плечами: она слишком устала, чтобы быть любопытной.

Глава 3. Бабушкина внучка

Машина у ОСП была комфорт-класса. Лу на таких раньше никогда не каталась, даже рядом парковаться опасалась. Когда ее сюда везли, она была слишком напугана и взволнована, чтобы что-то понять, но зато на обратном пути она бессовестно наслаждалась. За рулём был третий, невысокий крепкий мужчина с белой кожей, очень светлыми волосами и бледно-серыми глазами. В отличие от высокого, он даже представился.

– Серж Панкратов. Вам где привычнее, спереди или сзади?

– За рулём, – неуклюже пошутила Лу, открывая переднюю дверь.

– Всенепременно, но не сегодня, – Серж улыбнулся тепло и приветливо. – Я знаю, куда ехать, не беспокойтесь.

Она и не беспокоилась, с детским восторгом оглядываясь по сторонам, трогая обивку сидений, глазея на сияющий дисплей и разноцветные кнопки.