Осколки. Призрачный кит

Глава 1. Я – всего лишь отражение

Во вселенной Отражений Черная и Белая королевы играли в живые шахматы. На кону стояли два свеженьких, только что слепленных и пока еще не пробудившихся мира.

Тишина. Ни запахов, ни звуков. Огромное шахматное поле окружено слишком яркими деревьями с круглыми, квадратными, треугольными кронами. В зеленом небе лениво, раз в час, сменяют друг друга белое солнце и черная луна.

Сейчас было время солнца.

Белая королева, возвышаясь над доской на одном из двух тронов, что росли из земли на высоких корнях, сделала резкий жест. Огромная костяная фигура передвинулась ближе к черному королю, угрожая ему.

– Шах.

Темный полупрозрачный шар, в котором был заключен созданный Черной королевой мирок, заметно дрогнул на высокой вычурной подставке.

Итог был уже предрешен. После ответного беспомощного хода Белая королева объявила:

– Мат.

Черный король упал на колени.

Проигравшая сестра усмехнулась.

– В следующий раз я отыграюсь.

Корни, державшие кресло-трон, втянулись в землю, и низ его коснулся аккуратно подстриженной голубой травы. Черная королева легко вскочила на ноги, взяла заранее приготовленный меч и без капли жалости замахнулась им на свое творение…

***

В темном стеклянном шаре было тихо-тихо. Все его обитатели крепко-накрепко спали. Неважно, из чьих искаженных отражений они были созданы. Главное, что сейчас не их черед был пробудиться. И лишь одинокая девушка на заснеженной поляне озиралась растерянно.

А вокруг ничего и не было. Деревья, деревья, снег под ногами. Серый снег… Ледяные кусты. И она, высокая и худая – вся из теней. На ней простая черная рубашка и такие же брюки, темные ботинки на высоких устойчивых каблуках. У нее волнистые пепельные волосы чуть ниже плеч и прелестное нежное личико, но здесь некому им любоваться.

Кажется… да, чей-то тоненький плач донесся из мрачных лесных глубин. Девушка поспешила на этот печальный звук и обнаружила на снегу под елью маленького светловолосого мальчика. Он спал, как и все вокруг. Она присела на корточки, коснулась ледяной рукой его такого же холодного лба.

– Проснись. Ну давай же! Проснись!

– Он не проснется, – раздался голос с внешней стороны тусклой оболочки, заключавшей в себе этот мир. – А вот ты – засыпай! Почему не спишь, девчонка?

Девушка в недоумении пожала плечами.

– Я не знаю.

– Так быть не должно. Ты еще не родилась и не умерла. Так что давай засыпай, непослушное создание. И поскорей.

– Но я не могу!

Девушка отчаянно потерла виски, потом ткнула себя пальцем в лоб.

– Может, я и не родилась пока, но тут уже есть кое-какие знания. Я знаю тебя. Ты Черная королева, наша создательница. И ты хочешь уничтожить этот мир? Тобою же сотворенный? Я… знаю… Ты и Белая королева… берете уже готовые отражения… но это все равно. Ты слепила из них мир, ты сама! И сама же хочешь его… убить?

– Таковы правила. Я проиграла. Но в следующий раз удача будет на моей стороне.

Темно-серые глаза девушки наполнились слезами.

– Почему не могут существовать вместе оба ваших мира?

– Могут. Если мы сыграем вничью.

– Неужели тебе не жаль нас всех… нас… кого ты сама сюда поселила?

– Нет. Мы обе взяли последние отражения, разлетевшиеся по вселенной, и наши миры могут во многом повторять друг друга. Одни и те же образы – даже здесь это уже слишком. И ты – всего лишь отражение. У тебя даже имени нет.

– Я… знаю свое имя, – удивленно возразила девушка. – Я Кайя.

Королева наконец-то рассердилась.

– У тебя не должно быть имени, ты еще не родилась! Не хочешь спать – тебе же хуже. Я развлеклась, а теперь мне скучно. Будь уверена – я всегда играю по правилам.

По щекам у Кайи потекли слезы, но она ничего больше не сказала. Да никто ее уже и не слушал. Черный меч ударил по испуганно вздрагивающему шару. Маленький мир разбился вдребезги. Брызнули осколки, жестоким дождем осыпали Кайю, которую выкинуло в бездну вселенной. Она должна была погибнуть, но почему-то осталась жива. Невесомость удерживала ее в плавном полете между огромными мерцающими зеркалами, вовсе не желавшими отражать то, что еще не родилось…

***

В то же самое время совсем в другой вселенной…

– Ничего, старик, прорвемся.

У хранителя Синего леса, как у всякого сильвана – лесного духа, время от времени принимающего человеческое обличье, – было длинное труднопроизносимое имя. Его легко выговаривали лишь ветер да деревья. Поэтому Крис называл друга просто «старик». Для человека оно, наверное, так и было, но по меркам своего мира сильван был еще очень юн. Поэтому не мог отнестись к происходящему с должным спокойствием, присущим по-настоящему старым и мудрым лесным хранителям. «Смерть – это путь к Древу Жизни», – говорили они. Но что бы они сказали, если б целый мир умирал у них на глазах?

Один из множества стихийных миров в мультивселенной… «Вот только ни один из них не устроен так нелепо», – понял сейчас Крис, астральный путешественник со стажем. Впервые он узнал, что одна стихийная часть мира может с наслаждением уничтожать другую. И как же ему «повезло» получить это знание на собственном опыте!

Остров Пламени ополчился на остров Деревьев. Криса со «стариком» окружали огненные элементали и големы из застывшей лавы. Они брали друзей в кольцо, за котором уже творилось светопреставление.

Темноволосый сильван, в человеческом облике напоминавший, скорее, прекрасного юного эльфа, стоял, прижавшись спиной к синему дереву с чудесной пышной кроной и выпускал одну за другой из ладони опутывающие лозы. Но они не способны были надолго задержать врагов. Другие деревья, высвобождая сокровенные прежде силы и выворачивая корни из земли, уже сами начали наступление. Да только что они могли? Лазерный пистолет Криса был чуточку эффективней, хотя бы против големов, но живому огню его пронзающие лучи были нипочем.

– Да, пробуй прорваться, – ответил сильван. – Беги!

– Вместе! К моему астральному кораблю…

– Смысла нет. Я хранитель и не могу покинуть лес. Даже если захочу…

Крис выпустил еще один луч, и маленький голем развалился на куски.

– Старик!

– Нет… Но ты спасайся, умоляю!

Созданная сильваном-хранителем мощная лоза оторвала голову еще одному лавовому чудищу.

– Нет, Крис, когда мое древо умрет, остров погибнет. Я умру вместе с ним. Таков закон. Такова судьба.

– Нет никакой судьбы! Попробуем… ох…– Крис увернулся от летящего в него огненного шара. – Скажи, старик, а если я здесь концы отдам, моя душа встретится с Ареликой?

– Концы отдам… – Хотя речь Криса, истинного астрального путника, понимали во всех концах мультивселенной, смысл некоторых его фраз доходил до сильвана только после секундных размышлений.

– Да, – наконец ответил лесной дух, грустно наблюдая, как ожившие деревья быстро сдают позиции. – Вы с ней встретитесь.

– Просто я…

Сильван рванул Криса на себя, спасая от новой огненной атаки, а тот вдруг выдал нечто невообразимое:

– Ты же можешь становиться бесплотным духом и вселяться в деревья, животных и все такое? Вселись в меня! Так я попробую дотащить тебя до своего корабля, а там, глядишь, и твоя связь с этим лесом разорвется.

– Это невозможно!

– Попробуй.

– Да уходи ты скорей отсюда!

– Я не бросаю друзей.

– Крис, то, что ты предлагаешь… это может плохо закончиться.

– А что нам терять?

Терять и правда было нечего. Мир хранителя – чудесный и светлый остров Деревьев – доживал последние минуты. Но Крис еще мог спастись, и чтобы заставить его наконец начать прорываться к астральному кораблю, сильван согласился на безумное предложение друга.

В своей безмятежной дотоле жизни, наполненной покоем и созерцанием, хранитель никогда еще не испытывал настолько сильных эмоций. Страх, отчаяние, боль… Прекрасное лицо сильвана стало похожим на неподвижную маску, только губы шевелились, произнося короткую формулу заклинания, а вскоре и вся телесная оболочка лесного духа исчезла. Хранителя – саму его суть! – пронзила такая боль, словно его уже разорвало на куски вместе с островом. А затем нахлынул шквал незнакомых чувств и резануло дикое ощущение чужого тела и второй души в нем. Все-таки негоже лесным духам вселяться в людей…

В ту же самую секунду…

Самое высокое, самое яростное из сражавшихся деревьев схватило одного из големов и могучими ветвями поломало на куски. Крупные осколки застывшей лавы полетели во все стороны, и от одного из них Крис не успел уклониться…

– Да, – он слабо улыбнулся. – Я встречусь с Ареликой. Теперь я знаю…

Мощнейший толчок – и все, что было Крисом, покинуло человеческое тело, тут же изменившееся до неузнаваемости, обновившееся и исцелившееся. Воспринявшее новую душу, укоренившуюся в нем… Все, что было Крисом…. его душа, личность, память, сама его внешность – все это ушло. Отважный и добрый астральный путник отправился к Древу Жизни, надеясь на встречу со своей возлюбленной сильфидой Ареликой с острова Ветров, но его тело осталось здесь. Тело человека приняло облик лесного духа, застрявшего в нем. Кажется, навсегда.

Хранителя закрутил водоворот чего-то непрошенного, незнакомого – странные мысли, непонятные чувства. Он теперь человек. И больше никогда не станет собой. Сильван не перенял память Криса, но в нем отныне жили его знания и умения. Поднял бластер – теперь он знал, как им пользоваться. Впрочем, сжимала оружие по-прежнему его собственная рука – тонкая хрупкая рука лесного духа, но хранитель чувствовал в ней непривычную силу. Не изменившись внешне, он был уже иным. Отныне свободен… Мог покинуть остров… мог повести дальше корабль – который в самом деле выглядел как парусник, но бороздил не простые, а астральные моря… И юноша стал пробиваться к нему.

Из больших темно-синих глаз текли слезы – первые в жизни хранителя. Он совсем как человек плакал над ушедшим другом. Но к боли примешивалась обновленная жажда жизни, и он спешил… Напрасно. Яркая вспышка в той стороне, где Крис оставил корабль, сожгла последнюю надежду на спасение…

Бластер был уже почти бесполезен. К тому же теперь бывший сильван не мог вернуться к своему дереву, чтобы слиться с ним в последнее мгновение. Какой странный конец…

Но… вдруг слегка похолодало. Запах гари растворился в свежести. Хранителя накрыла синяя тень. Может, это уже посмертие? И все же стоны умирающих деревьев доносились до слуха… откуда-то издалека. И бывший сильван увидел, как с неба прямо на него надвигается огромное вытянутое существо с большими плавниками… Знания, доставшиеся от Криса, мгновенно подсказали – это кит! Необычный, серебристо-серый и будто бы слегка размытый… Кит широко раскрыл пасть прямо перед юношей, словно приглашая его внутрь. И хранителю подумалось, что умереть во чреве этого никогда невиданного им животного лучше, чем быть сожженным чудовищами, уничтожившими его маленький мир. Но нет. В глубине души вновь тоненько зазвенел отголосок то ли надежды, то ли предчувствия: а может, это вовсе и не смерть? И бывший сильван решительно нырнул в распахнутую пасть призрачного создания.

***

Темно. Тепло. Голубоватое прохладное сияние – ниоткуда.

Бывший хранитель Синего леса лежал на чем-то мягком и теплом, но все, что он видел – только сгустки странного света.

«Я умер. Почему она такая – смерть?»

«Потому что ты не умер, – раздался в его голове густой бархатный голос. – Это не смерть».

Юноша быстро сел, нервно откинул с лица прядь длинных черных волос.

«Что это? Кто ты?» – произнес он мысленно, не открывая рта. И получил ответ.

«Я – один из трех. Призрачный кит, и сейчас ты находишься внутри меня».

«Почему ты проглотил меня?»

«Чтобы спасти».

«Что это значит?»

«Я создал внутри себя маленький мир. Для тебя и для других, переживших смерть родных миров. Я так хочу. Это мое призвание».

«Подожди-ка… – у бывшего сильвана в груди разрасталось что-то острое и жаркое. Опять надежда? – Ты создал внутри своего чрева что-то вроде карманного плана? И вытянул меня с погибающего острова?»

«Да».

«Где же мы теперь?»

«Летим в астрале».

«Куда?»

«Не знаю. Куда захочешь».

«Ты… что-то вроде живого звездолета?»

«Я не знаю, что такое звездолет».

«Я тоже раньше не знал. Но вообще-то это похожий на тебя астральный корабль…»

«Это я понимаю. Да – я живой астральный корабль. А кто ты?»

«А я сильван… человек… пока точно не знаю».

«Как тебя зовут?»

Хранитель погибшего волшебного древа призадумался на миг. «Крис» – это ведь уменьшительное имя? Друг говорил, что полное его имя…

«Кристиан».

Потом подумал еще немножко и спросил:

«А тебя?»

«У меня нет имени».

«Имя должно быть у всех».

«Тогда назови меня сам».

«Ты этого хочешь? Хорошо, тогда… Ты ведь спас меня. Я буду звать тебя – Сальватор».

«Спасибо».

«Сальватор…»

«Да, Кристиан?»

«А здесь так всегда и будет? Темно, тихо, спокойно. Знаешь, будь я прежним, меня бы все устроило. Но теперь… став человеком… я хочу, чтобы…»

И вдруг нахлынуло разом. Остров Деревьев… Синий лес… Волшебное древо… Сильваны, сильфиды, цветочные феи… Плечи дрогнули, Кристиан прикусил губу, чтобы не разрыдаться. Мир… его родной мир. Эмоции перехлестывались через край. Он не умел пока еще совладать с ними. Слишком новые и яркие. И слишком мучительные. Боль, жажда вернуться и понимание, что вообще-то некуда, и невозможность хоть чуть-чуть предугадать, что будет дальше…

«Позволь мне глубже заглянуть в тебя, – попросил Сальватор. – Я сейчас читаю твои мысли, но лишь для того, чтобы установить связь, ведь ты так растерян. Больше я не буду делать это без спроса. Но ты можешь всегда мысленно обращаться ко мне».

«Да… Спасибо».

В груди что-то мягко защекотало.

«Давай попробуем так».

И Крис оказался в лесу. Не в своем. Незнакомая рощица – пышная, ярко-зеленая, без капли синевы. Синева – только в небе. И солнце – золотистое, веселое. Это лес из мира Криса.

«Нравится такая обстановка?»

«Да. Это очень хорошо. Спасибо за все, Сальватор!»

Трава была мягкой и теплой. Кристиан прилег на нее, чувствуя себя развалиной. Новое тело ощущалось еще таким непривычным…

Над головой сгустились пронизанные светом облака. Юноша приподнялся, потом пересел к пруду – да, вода тут тоже была. Облака отражались в ней. А еще отражалось его лицо. Внешне он не изменился, только почему-то сам себе стал казаться каким-то чужеродным. Человеческое восприятие лица сильвана? Его утонченности, непропорциональности с людской точки зрения, слишком больших глаз и вытянутых ушей. Малахитовый оттенок длинных и прямых черных волос, зрачки глубокого синего цвета… И в глазах нет прежнего покоя. Боль, тревога, нездоровый какой-то блеск…

Кристиан опустил руку в прудик, зачерпнул пригоршню воды, поднес к губам… настоящая. В то же время лес вокруг и небо были очень хорошей иллюзией, насыщавшей взор, осязание и обоняние.

– Сальватор, – позвал Кристиан вслух. Мог бы установить мысленный контакт, но так лучше верилось, что он сейчас здесь не один. – Откуда тут вода? Она же… реальная?

«Это верно, – вновь раздался в голове негромкий бархатный голос. – Я призрачный кит, но не настолько бестелесен, как мысль или мелодия. Я состою из тонкой материи – особой эктоплазмы, которая умеет впитывать воду из астральных морей».

– Ты заглатываешь воду?

– «Назовем это так. Я фильтрую ее. Она очищается, пройдя через призрачную материю и становится пригодной для питья. Ты не умрешь от жажды».

– Спасибо тебе, Сальватор.

Про еду Кристиан решил пока не спрашивать. Он знал, что теперь может есть мясо, но ему претило даже думать об этом. Значит, в душе он по-прежнему лесной дух? Но не утратил ли он свою магию?

Кристиан прислушался к себе. Кажется, нет. Сила деревьев и трав все еще ощущалась в глубине его души. Он попытался вырастить деревце, но оно сразу же увяло и исчезло. Корни отказывались развиваться в иллюзии. Юноша понял – чтобы вырастить настоящее плодовое дерево, нужно что-то органическое. Органическое…. Это было слово из словаря Криса.

Бывший хранитель пошарил в карманах джинсовых брюк и темно-синей кожаной куртки (еще словечки из лексикона друга). На его счастье в одном из карманов обнаружилось яблоко. Да, Крис любил плоды Синего леса и парочку всегда прихватывал с собой. Снова стало не по себе, но на чувства нельзя было отвлекаться – их и так теперь слишком много.

Юноша положил яблоко на траву… Интересно, кстати, как призрачная материя все здесь удерживает? Сплав магии иллюзий и пространственной? Сложно сказать. Крис магом не был, а ставший Кристианом лесной дух с любым волшебством, кроме природного, был знаком в лучшем случае в теории.

Но яркий красный фрукт спокойно лежал в непривычно зеленой иллюзорной траве. Кристиан погладил пальцем блестящую кожуру. Попытка сделать то, что он всегда делал естественно, не задумываясь, причинила новую боль.

«Но творят же магию друиды в других мирах… а они нередко бывают людьми…»

Кристиан сосредоточился, вытягивая из души свою истинную суть… Сколько лет он прожил хранителем главного древа Синего леса… сейчас казалось, что это были долгие-долгие годы. Что бы ни произошло с его телом, нельзя же просто так забыть, разучиться… И он гладил и гладил алое яблоко – единственное, что осталось от его мира.

Как-то все-таки удалось… Тоненький побег зацепился крошечными корнями за фрукт, стал расти и шириться, яблоко превратилось в островок живой земли среди иллюзии. В земле укоренилось деревце, тут же заплодоносившее. Природная магия… магия земли… его магия…

Почему сейчас это ощущается как чудо? Что ж, теперь он человек-волшебник. Надо привыкнуть. Привыкнуть… Но пока не удается.

А что же дальше?

«Сальватор… Куда ты меня несешь?»

«Не знаю. Просто свободно плыву в астрале… так плыл я после того, как мой мир развалился на части».

– Твой мир тоже…

«Да. Это было очень грустно».

Молчание.

– Почему ты спас меня? – снова вслух заговорил Кристиан. – Ты сказал – это твое призвание?

«Да… Мой мир был открытым, без астральной оболочки. Он служил местом отдыха для путешественников по вселенным. Некоторые даже оставались там навсегда. Мы с братьями помогали им. Теперь я вновь делаю все возможное для таких, как ты. Хотя у меня нет больше мира, который я мог бы тебе предложить».

– Для таких, как я?

Астральный путник. Это не про него. Про Криса. И, конечно же, знания об этом сохранились. Непостижимо, но в каждом мире может родиться существо любой расы, способное проникать через астральную оболочку, чем бы она ни была, и существовать в пространстве между вселенными. Называют этих созданий по-разному. Иногда они осознают свое призвание, иногда нет. Но осознав, многие рвутся к бесконечным странствиям…

Крис был астральным путником. А теперь и он, Кристиан, перенял от него эту особенность.

– Сальватор, ты раньше спасал кого-то?

«Бывало. Я чувствую, когда в некой астральной точке рушится мир и кто-то нуждается в помощи, которую я могу оказать. И переношусь туда в мгновение ока».

– А сейчас… – юноша замер, прислушиваясь к тишине, словно тоже хотел что-то ощутить… Где-то кому-то нужна помощь? Глупо… что он может почувствовать? Но тут же родилась новая идея…

– А ты можешь показать, где мы сейчас плывем?

«Да».

Прямо напротив сидящего на траве Кристиана будто раздвинули пространство, образовав идеально круглое окно. Вряд ли призрачный кит сделал в самом себе дырку, скорее, окно – очередная иллюзия, а Сальватор просто дал возможность видеть сквозь себя… воистину это существо обладает потрясающей пространственной магией.

Кристиан заглянул в «дыру» и обомлел. Никогда в жизни не видевший ничего, кроме родного леса, сейчас он созерцал пространство между вселенными. Доставшиеся ему по наследству знания об астрале и на сотую долю не передавали завораживающей красоты – такое надо видеть своими глазами… Брызги ярких красок на черном, мерцающем радужными бликами фоне. Постоянно изменяющиеся причудливые облака. Цвета, плавно перетекающие один в другой. Это было похоже на шикарную, пронзительно-красивую картину-абстракцию, которую художник постоянно и мгновенно перерисовывает… Нет, даже это сравнение, позаимствованное из багажа знаний Криса, было все-таки слишком блеклым.

– Это чудо… – прошептал Кристиан.

«Астрал бывает разным, – охотно пояснил Сальватор. – Иногда он похож на солнечное небо в иных мирах… Иногда – на то, что в некоторых вселенных называют космосом. Мне нравятся астральные моря, в воде которых переливается радуга. Радуга – суть и символ астрала. Хоть каплю ее ты увидишь везде. Да вообще здесь есть на что посмотреть. Великие горы и бархатные леса, на поверку оказывающиеся переменчивыми облаками… Невероятные цветы, тающие как снежинки…»

Это было правдой! Чем больше Кристиан смотрел, тем сильнее росло восхищение… и страх. Дивные картины за «окном» были слишком чужеродными, и наконец-то пришло осознание – он здесь один. Застрял где-то между вселенными в призрачном карманном плане. Его мир… его друзья…

– Мне страшно… – прошептал юноша вслух. Крис был отчаянным парнем, но сам он, сильван с непроизносимым для людей именем, вел очень спокойную жизнь. Привязанный незримыми узами к своему древу, он не ощущал несвободы… Что вообще происходит? Нормально ли то, что творится с ним? Нет, конечно. И все же ему выпал шанс жить…

– Сальватор, а можно прямо сейчас поискать других выживших в крушениях миров?

«Да. Но пока я не найду тебе дом, этот маленький призрачный мирок внутри меня придется делить с ним или с ней».

– Я согласен! – воскликнул Кристиан. Слишком поспешно он согласился. А что удивительного? Сальватор, конечно, с ним, и он живой, но все же… Нужен кто-то здесь, рядом, во чреве кита. Желательно, из плоти и крови. Эх, насколько же по-другому воспринимают такие вещи люди!

***

Странный рывок – и картинка за призрачным оном изменилась. Сальватор мгновенно переместился в пространстве. Теперь вокруг – чернота, и в ней зеркально поблескивает медленно вращающийся вокруг своей оси гигантский многогранник.

«Это вселенная? – кажется, кит, так много повидавший, тоже был способен удивляться. – Что-то здесь не так. Впрочем, вселенные бывают разные. Но лучше нам не пытаться проникнуть внутрь сквозь такую непонятную астральную оболочку».

– Сплошь зеркала…

«Да. А внутри – астральный путник со странной аурой. Попробую призвать его к себе».

Зазвучало нечто мелодичное, непривычное, ирреальное… Кристиан не сразу понял, что призрачный кит запел.

Мелодия прошла сквозь зеркальную грань, потревожив ее и заставив ненадолго исказиться. Сальватор при этом старался держаться подальше от подозрительной конструкции.

«Я не хочу, чтобы зеркала отразили меня, – мысленно пояснил кит. – Не знаю, что тогда произойдет».

В этот миг одна из граней выгнулась, но не треснула, а лишь протолкнула сквозь себя человеческую фигуру – и вернулась к прежнему виду. Девушка в черной одежде с вьющимися пепельными волосами медленно поплыла по астральному пространству, не подавая признаков жизни – прямо в широко раскрытый рот Сальватора.

«Я могу поместить ее в твое убежище, Кристиан?» – спросил кит.

– Конечно же!

Пространство вновь образовало окно, на этот раз достаточное, чтобы впустить внутрь человека. Девушка проплыла по воздуху и мягко опустилась на траву под единственным настоящим плодоносящим деревом, выращенным Кристианом.

Тот присел рядом, отвел мягкую светлую прядь от бледного лица. О… Какая же красавица! Юноша осторожно провел пальцем по бескровной прохладной щеке…

– Что с ней? – спросил он Сальватора.

«Я не знаю…»

Дыхание девушки было слабым. Кристиан пожалел, что у его друга не было никаких врачебных навыков. Он просто сидел рядом с подругой по несчастью, держа ее за руку и пытаясь справиться с наплывом новых мыслей и чувств. И не заметил, как провалился в сон без сновидений.

Разбудил бывшего сильвана тихий стон. Незнакомка лежала на траве с широко раскрытыми глазами – они оказались темно-серыми. А потом прикрыла лицо рукой.

– Слишком ярко, – пробормотала она.

– Ярко? – Кристиан не понял, в чем дело. – Как ты себя чувствуешь? А! Может быть, тебя раздражает солнечный свет?

Девушка ответила не сразу.

– Кто ты? – ее голос звучал очень тихо.

– Я… – И как теперь отвечать на этот вопрос? – Я… друид, наверное. Меня зовут Кристиан.

Эта информация оставила незнакомку равнодушной.

– Сальватор, – попросил юноша кита, – можешь ли ты как-то… хм… уменьшить здесь освещение?

«Могу. Но также я могу поделить между вами этот карманный план, создав для новой жительницы помещение с подходящими ей условиями. Сейчас я попрошу разрешения коснуться ее сознания».