Осколки. Школа элементов

– Хм… – прервал их беседу Жерар. – Мы с друзьями думали о нашем с вами вчерашнем разговоре. Увы, у нас нет никаких идей насчет гибели миров. Но, возможно, с живыми стихийными сущностями что-то да получится.

– Что они вообще такое? – спросил Кристиан. – Я довольно смутно себе это представляю.

– А никто не знает. Ходят легенды, что их приносят в астрал загадочные существа с первичного стихийного плана, а потом сущности сами расходятся по разным мирам. Это может быть неугасимый огонек, или вечнозеленое растение, не привязанное к почве, или даже крошечное элементальное существо. Их сразу чувствуешь, они даруют душе особое состояние мира и покоя. – Черные с синим отсветом глаза Жерара засияли, словно он уже ощущал рядом с собой частичку живого волшебства. – Эти сущности почти неуловимы. Но я точно знаю – их можно призвать. Каким именно способом – не угадаешь заранее. Видимо, понадобятся фантазия и вдохновение. У нас живые сущности есть, кстати, но они уже стали частью нашего мира. Побудьте здесь с нами. Отличная школа. Небольшая, но самая лучшая в мультивселенной, – полуэльф счастливо улыбнулся. – Вы это почувствуете. И, может быть, получите, что хотите.

– Я хочу остаться, – сказала Кайя.

– Я тоже, – кивнул Кристиан.

– Прекрасно. Желаете прямо сейчас осмотреть некоторые острова?

– Я очень хочу увидеть огненный остров! – подпрыгнул прямо в воздухе Игнис.

– Спасибо за приглашение, – сказала Аэлисса Жерару. – Может быть, нам разделиться? Здесь много всего интересного, правда? Потом бы мы обменялись впечатлениями.

– Я лечу к огню, лечу к огню, – пропел пылающий фэй. – Я сам найду дорогу.

И он упорхнул яркой искрой.

– Веселый малыш, – Жерар помахал ему вслед. – Что ж, смотрите, мы перемещаемся между островами на парящих платформах. Это быстро и безопасно.

– А если оступишься? – поинтересовался Кристиан.

– Вниз не свалитесь, не бойтесь. Здесь все на магии. Сама атмосфера спружинит – и вас вернет назад. А потом, можно же просто не падать. Кристиан, хотите со мной на остров Холмов? Там у нас отделение магии земли.

– Хочу.

– А у меня сейчас занятие на острове Водопадов, – вступил в разговор Льюис.

– Магия воды? – тут же отозвалась Кайя. – Можно мне с вами?

– Да, конечно.

– Аэлисса, остались вы и я. Куда отправимся? Позвольте… – музыкальный голос Доминика прозвучал еще чище и нежнее, и он без разрешения ухватил девушку под локоть.

Она не стала отстраняться, только окинула самоуверенного красавца удивленным взглядом. Почему-то все так и норовят схватить ее без спроса. Ее платье само собой поменяло цвет – сделалось из черного бордовым и украсилось парой розочек.

– Куда пожелаете, – заявила она решительно.

– Мы с вами, можно сказать, коллеги, – продолжил Доминик. – Я тоже, как и вы, капитан астрального корабля. Хотите взглянуть на мою Осу?

– А она живая?

– О нет. Но все равно прекрасна. Хотя что-то такое в ней все-таки есть… не совсем мертвое.

– Конечно! Это очень интересно.

– Тогда вот сюда, пожалуйста.

Демонстрируя изящество в каждом движении, он помог девушке сойти с берега парящего острова на легкую белоснежную платформу.

Льюис молча протянул руку Кайе.

Скоро все платформы тронулись с места и с изумительной скоростью понеслись по светлому небу, пронизанному золотистыми лучами.

***

Кристиану очень хотелось, чтобы здешние леса были хоть чуть-чуть синими – как его родной лес, уничтоженный огнем. Но они оказались пестрыми – красные деревья, желтые кустарники, заросли голубых пузырчатых цветов… Да и холмы словно кто-то ярко раскрасил. Один порос лиловыми колокольчиками, другой – белым вереском, третий был весь в травах густого темно-зеленого цвета…

Земля, там, где ее не покрывали растения, также щеголяла обилием оттенков – бурых, желтых, серых… Ее тонкий запах смешивался с травяными ароматами – пряными, сладкими, горьковатыми. И звуки… бесконечные птичьи трели и пересвисты, заглушающие шорохи в кустах и таинственный шепот растений.

– Здесь хорошо, – Кристиан рассматривал все это почти с жадностью. – Здесь очень хорошо! И эфир в атмосфере, который ощущаешь, лишь когда вдохнешь, все это так… знакомо. И все же мой остров Деревьев был совсем другим. Куда скромнее этого великолепия.

Жерар вновь ответил улыбкой.

– А мне сразу понравилось, что все здесь такое… яркое, пышное и грандиозное. Этот мир Доминик нашел во время своих астральных странствий. Мир свежий, как цветок, едва распустившийся. С самого начала наш Лорилэй был полон природных красот, но мы не встретили здесь ни одного разумного существа. Мы – это наша тройка и жена Льюиса, Арлль. Она, к несчастью, уже умерла. Чудесная, светлая была девушка. Отличный маг воздуха. Пять лет прошло, а как будто вчера… но не будем об этом. Смотрите, – он указал зонтиком на холм, который предстал перед ними за поворотом.

К отраде Кристиана, холм оказался синим. Что-то отделилось от него, поплыло в золотисто-белое небо. Потом еще… и еще… В воздухе величаво парили деревья. Их зеленовато-белая листва была подобна маленьким крыльям, а длинные тонкие корни сплетались в странные узоры.

– Крылатые деревья, – пояснил Жерар. – Их можно вырастить за несколько секунд. Очень красивая высокая магия.

– Я бы хотел такому научиться, – тихо произнес Кристиан, завороженно любуясь чужим волшебством.

– Что же мешает попробовать?

– Я теперь довольно слабый маг земли.

Полуэльф понимающе кивнул, сияние его улыбки поутихло.

– Иногда ради силы волшебства приходится идти на жертвы. Но, надеюсь, не в вашем случае. Как бы то ни было, вы же хотите получить живую сущность земли? Надо пробовать. Будем пробовать?

– Будем, – охотно отозвался Кристиан.

– Чудесно. Значит, у меня теперь появился новый ученик.

***

Астральный корабль и правда выглядел как гигантская золотистая оса. В окружении цветущего клевера дивное насекомое стояло мирно и неподвижно, словно погруженное в дремоту.

– Неужели не живая? – тихо спросила Аэлисса. – Мне кажется, она спит.

Псионик по-прежнему закрывал сознание, но девушка ощутила, как его аура будто загустела. Странно… в ней пробилось нечто похожее на нежность.

– Оса не такая, как ваш кит. Но кто-то создал для нее особый разум. Я могу управлять им. Я, и никто другой.

Доминик вновь учтиво протянул девушке руку. Помог подняться на Осу по длинному узкому крылу, а потом – спуститься внутрь корабля.

Они оказались в странном затемненном помещении. Слабый свет загадочно мерцал, исходя прямо из воздуха… Пол и округлые стены – мягкие, словно резиновые. Аэлисса осторожно приложила ладонь к стене – приятно-прохладная.

– Сколько же здесь помещений?

– Не так много. Но мне хватает. А самое интересное – в головной части.

– Там центр управления?

– Именно! Пойдемте, я покажу.

Доминик был созвучен окружающей обстановке – так казалось Аэлиссе. Такой же прохладный, затемненный, загадочный… и зрачки ярко блестят в полумраке. Гордости за свой корабль юноша не скрывал. Вел гостью за собой, словно король шествовал к трону.

Вот и круглая комнатка. Здесь ощутимо светлее. Через огромные глаза Осы можно любоваться клеверным островком, служащим для нее стоянкой, и другими, невесомо парящими в отдалении…

Множество необычных приспособлений еще сильнее раздразнили любопытство девушки.

– Вы управляете Осой с помощью всего вот этого?

– Да.

– Как интересно! А могла бы я научиться?

– Не сомневаюсь, если бы я дал вам доступ. Но Оса слушается только меня. Я сам ее на себя настроил. А теперь смотрите…

Доминик нажал несколько кнопок на панели, расположенной под левым глазом Осы. Та, еле слышно загудев – и как будто задышав! – стала плавно подниматься вверх. Почти прильнув к глазу-иллюминатору, Аэлисса наблюдала знакомую картину. Она уже видела это изнутри Сальватора. Четыре обширных куска суши, недвижимые в молочно-белом пространстве, пронизанном светом четырех солнц. Основа Лорилэя – стихийные острова. Их окружают другие, многоцветные, значительно меньше. Некоторые даже неспешно вращаются вокруг больших.

Покажет ли Доминик ей что-то еще? Аэлиссе этого хотелось. И в то же время – вернулись опасения. Оса поднималась все выше. Вот уже даже главные острова сделались крошечными. Вот они исчезли в золотящейся белизне… И астральный корабль резко взмыл вверх.

Аэлисса встрепенулась.

– Что происходит?

– Я настроил Осу на определенную точку в астрале, и она летит сама – видите?

– Я не об этом! Какая астральная точка? Что вы творите?

Псионик вдруг засмеялся тихим, звонким, как колокольчик, смехом.

– Сам не знаю. Может быть, похищаю вас?

– Это шутка?

– Почему сразу шутка? Могу ведь я увезти шикарную розу на подобающую ей планету?

– Доминик, прекратите.

– Не хочу.

Оса, словно повинуясь словам капитана, полетела еще быстрее. Невероятно быстро. Притормозила. Мягко, словно в вату, вошла в желтовато-светлую оболочку, которая окутывала мир Лорилэй, защищая его от опасностей астрала. И резко вырвалась в междумирье.

– Аэлисса… Не говорите, что вам это не нравится.

Снаружи мирок, заключающий в себе Школу элементов, выглядел уютным белым шаром. Его окружало бархатисто-синее, местами почти черное астральное пространство. Оно то и дело вспыхивало тонкими разноцветными узорами. Аэлисса знала: скоро картина сменится на другую, еще более красочную. Астрал прекрасен и непредсказуем. Она любила его – так сильно, как только может любить пилот, ведущий корабль навстречу опасным и чарующим тайнам. И Доминик… Доминик, судя по смягчившемуся взгляду, чувствует то же самое.

Но… он и в самом деле везет ее на какую-то неведомую планету?

Что же делать? В сознание этого парня не пробиться. Усилием воли девушка заставила себя не бояться – уже всякое повидала. А вот узнать бы, чего боится он… Навскидку сотворила иллюзию – заслонила себя громадной женской головой с длинными шевелящимися волосами. Огромные глаза сомкнуты, а рот, напротив, словно в изумлении распахнут буквой «о». Получилось немного похоже на реальный страх, пережитый Аэлиссой, – безумную богиню Амминасу.

Доминик широко раскрыл глаза – от удивления.

– Какая прелесть… – прошептал он. – Что это? Иллюзия. Да вы просто чудо, моя дорогая.

Аэлисса вспыхнула:

– Не смейте фамильярничать!

Слегка шевельнула кистью. Диковатое лицо высунуло длинный тонкий язык. Тот метнулся вперед стремительной змеей, ударил острым кончиком Доминика в висок, будто намеревался насквозь пробить его голову. Юноша сильно вздрогнул. Иллюзорное прикосновение не равнялось настоящему – Аэлисса пока еще не стала мастером ментальной магии, но неприятные чувства все-таки вызвало.

Так вот чего мы боимся! Того, что кто-то все-таки вторгнется в наше сознание? Неудивительно… Аэлисса усмехнулась. Почему-то она была уверена, что поняла все правильно. А потом, увидев в призрачном свете астрала как покрылось болезненной бледностью и без того белое лицо Доминика, подумала: а не причинил ли ему кто-то сильную боль таким вторжением?

– В шахматы играете? – тихо спросил псионик.

– Бывает.

– Тогда мне шах. Продолжать не будем.

Он вновь что-то понажимал на панели управления, ласково проговорив: «Давай разверну тебя, моя милая». Оса медленно полетела назад в Лорилэй.

– И что это было? – укоризненно спросила девушка, развеивая иллюзию.

– Сам не знаю. Может, и правда шутка.

– Странные шуточки у вас, капитан. Хотели меня напугать?

– Возможно. И рад, что мне это хоть чуть-чуть да удалось. Чем примитивней существо, тем меньше оно боится. Чем разум лучше развит, тем больше всяких страхов в нем гнездится. Все-таки вы испугались – и это прекрасно… Знаете… Знаешь, Аэлисса, сам я себе казался лишенным страхов. Я не боюсь боли и смерти, так что же еще остается? А вчера вот понял – есть кое-что…

Впервые в его певуче-бесстрастном голосе что-то дрогнуло.

– Чья это была идея, капитан призрачного кита? Прилететь в наш мир? Впрочем, неважно. Ты здесь со своей командой. Что ж… пусть будет так.

Оса уже была внутри Лорилэя и неторопливо подлетала к острову-стоянке.

– Подожди… – Аэлисса призадумалась. – Ты правда хотел меня похитить? Чтобы Сальватор помчался вдогонку за Осой и больше сюда не возвращался?

– И такое возможно. Я очень не люблю чужаков, которых мы не зовем, которые пытаются вторгнуться к нам сами. Лорилэй – только наш мир. Но знаешь… ты интересная.

Девушка глазом моргнуть не успела, а он уже обводил пальцем овал ее лица. И это прикосновение оказалось на удивление приятным. Опять какая-то немыслимая псионика? Но нет. Она-то уж знала: это ощущение настоящее.

– Твоя иллюзия, близкая к материализовавшейся, сделала мне больно, Аэлисса. Тебе нравится причинять боль?

– Нет.

– Правда?

Девушка невольно задумалась.

– Не нравится. Но иногда боль может послужить оружием.

– Это верно. Сама по себе боль малоинтересна. Но хорошо, что я могу причинить ее кому угодно, когда угодно, и без особых усилий. Даже тебе, хотя пробить твою псионическую защиту мне не под силу. Пока что не под силу. Но…

Неожиданно красавец-капитан приблизил свое лицо так близко к лицу Аэлиссы, что девушка невольно отпрянула. Но он сам сделал шаг назад.

– Ты ведь понимаешь? Умение причинять боль – хорошая защитная способность. Главное – не увлекаться…

Она жестко усмехнулась.

– А ты увлекаешься?

– А ты?

– В первую очередь – я экзорцист… – Аэлиссе не хотелось признаваться, что она пока еще не умеет наносить ментальные удары. Но да. Понимала, о чем он… О, как хорошо она его сейчас понимала!

– Но все, мы снова на островке. – Доминик галантно поклонился. – Прошу прощения, прекрасная дама, за неподобающее поведение. Я бы очень хотел, чтобы это маленькое недоразумение не испортило наши отношения. Раз уж ты собрались тут гостить с командой и с кораблем… Я бы хотел показать тебе другие острова Лорилэя. Больше никаких неприятных сюрпризов, обещаю.

– Хорошо, – слишком легко согласилась Аэлисса. Пожалуй, она ему поверит. На сегодня. Странный парень непонятной расы. Но почему же с ним так интересно?

***

Остров Водопадов оправдывал свое название в полной мере. Несмолкаемые потоки громогласно о чем-то болтали, ослепительно низвергались со скал. Впадали в озеро и реки, а потом, поутихнув, грациозно стекали в окружающее остров пространство и тихо растворялись в нем с призрачным светом.

Льюис Тэйлор привел Кайю к опушке единственного маленького леса в этом царстве воды. Лес был сплошь хвойным, живописно усеянным шишками. Сосновый дух сливался с чистым воздухом, насыщенным влагой и таинственным эфиром.

Было прохладно. Кайе это нравилось, а вот две девушки, сидевшие рядом на бревнышке, зябко поеживались. Одна из них была существом, уже знакомым по прежним приключениям – человеко-ящерицей. Вторая же, рыжая и большеглазая, могла оказаться кем угодно, но выглядела как человек, причем, весьма энергичный. Тут же рядом развалился в траве симпатичный полный мальчишка с хохолком зеленых волос, обряженный в живописные лохмотья, которые при ближайшем рассмотрении оказались переплетением водорослей. Кайя выделила его из десятка других учеников самых разных видов, ощутив исходящую силу стихии – он явно был каким-то волшебным морским существом.

Уютное местечко ограждали кусты черной смородины. Кайя подумала, что их здесь высадили, наверное, нарочно. Льюис сорвал листок с куста, растер его в длинных пальцах и поднес к носу, вдыхая запах. Потом надел перчатки, чем очень удивил девушку – зачем?

– Кайя, пожалуйста, присаживайтесь куда захотите, – пригласил маг. – Простите, предложить стул или кресло не могу, здесь у нас все по-простому.

Сам он прислонился спиной к стволу высокой сосны, сложил руки на груди и обвел всех внимательным взглядом.

– Здесь прекрасно, – девушка с удовольствием опустилась на мягкий теплый мох, словно прогреваемый изнутри.

– Профессор, вы обещали вчера показать высшую магию! – выпалила ящерка. Небесный свет играл на блестящей ткани ее обтягивающего красного платья и на золотистых чешуйках.

– Я помню. Хотите сейчас?

Все закивали. Кайя не сводила с мага любопытных глаз. Зачем перчатки? Как он собрался в них колдовать? Неужели бесконтактная магия? Сестра рассказывала, что это или большой дар, или отлично отточенное мастерство. Обычно стихийная магия концентрируется внутри и вырывается наружу – зримо или нет – из кончиков пальцев. Но можно сразу перенаправить ее куда-то вне своего тела. Это не только эффектно, но иногда и очень удобно.

– Высшая магия не всегда самая мощная, – негромко произнес Льюис. – Иногда она бывает просто красивой.

Он приподнял руку ладонью кверху. Действительно, не касаясь перчатки, над ней словно сами собой появились капельки воды. Идеально круглые отражения мира, искрящиеся в свете четырех солнц. Эти же искры Кайя увидела в глазах Льюиса, чьи губы дрогнули в легкой улыбке.

Переливчато блестя, капли росли, сливались, словно в задорной игре. Сами собой сплелись в две фигурки дельфинов – и свободно разлетелись в стороны. «Ожившие ледяные скульптуры, – подумала Кайя. – Только очень прозрачные, пропитанные солнцем. Идеально».

Дельфины ныряли как в море в насыщенный эфиром воздух, забавлялись и танцевали причудливый танец. Потом подплыли к ученикам, покрутились у них над головами и пролились легким прохладным дождем.

Несколько капель упали Кайе на лицо, но ей не захотелось их вытирать. Она смотрела на Льюиса и видела, как отражение внутреннего света скрашивает бледность его худого лица. Как же хорош он был сейчас, озаренный собственным волшебством, как не похож на сдержанного молодого человека, настороженно приветствовавшего их вчера…

Ученики захлопали в ладоши. Кайя присоединилась к ним, хотя немного неуверенно, ей все еще было непривычно яркое выражение эмоций. Льюис ответил полупоклоном. Некоторое время он молчал. Его радостное волнение утихало, и девушке показалось, что теперь его что-то беспокоит. Он закусил губу, словно человек, пытающийся сдержать боль. Потом глубоко вздохнул, поправил волосы и наконец обратился к ученикам:

– Давайте вспомним, о чем шла речь на прошлом занятии.

– Вода как оружие, – подсказал мальчишка с хохолком.

Льюис кивнул.

– Верно. Об этом нелегко говорить. Вода – самая ясная и целебная из четырех стихий. Ничто так не склоняет к созерцаю. Ничто так не питает саму жизнь. Но, к великому сожалению, в астрале среди дивных красот и ярких открытий вас, несомненно, будут подстерегать опасности. И даже вы, наделенные силой самой мирной стихии, должны научиться давать отпор.

Кайя вновь разволновалась. Вода как оружие! Она подняла взгляд и увидела, что теперь Льюис сам смотрит на нее.

– Я хочу повторить сейчас то, что мои ученики уже знают, – произнес он с присущей ему мягкой сдержанностью. – Повторить для вас, Кайя. Здесь, в Лорилэе собираются те, кто решил связать жизнь с астральными путешествиями. Кто не хочет возвращаться в свой мир… или кому некуда возвращаться. Магия вселенных бесконечно разнообразна и далеко не всегда взаимозаменяема. В одном мире ваши умения могут вам помочь, в другом же – попросту заблокируются. Здесь же мы учим самым универсальным стихийным заклинаниям, которые пригодятся во время долгих странствий между мирами и, как я уже сказал, в борьбе с неизбежными опасностями…

Его глаза, серые как позднее небо Лорилэя, встретились с глазами Кайи – тоже серыми, но будто подернутыми тенью изнутри. Он сорвал еще один лист черной смородины, покрутил его в пальцах.

– Кто-нибудь из вас, дорогие ученики, покажет заклинание, которое можно обозначить как боевое? Филли?

Мальчишка в водорослях резво вскочил на ноги. Сложил вместе пухлые ладони. Его пальцы мгновенно окутались влагой. Словно вскипев, она ринулась ввысь шипящими струями, и те, переплетясь между собой, ударили в ветку высокой ели. Вернее, должны были ударить, но в последний миг как своенравные змеи вывернулись в сторону. Филли не совладал с направлением заклинания. Льюис успел взмахом ладони нейтрализовать его силу, но все же мага прилично окатило водой.

– Ой, – сказал Филли.

Все замерли. Еще слышнее стал рокот неумолкающих водопадов, доносящийся отовсюду.

А потом рыжая девушка живо вскочила на ноги.

– Я помогу! – заявила она и в пару прыжков преодолела небольшое расстояние, отделяющее ее от учителя. Короткая юбочка, похожая на салатовый бутон, взметнулась, приоткрыв стройные смуглые ножки. Встав на цыпочки, девушка воздела руки над головой Льюиса. От них исходило приятное тепло.

– Спасибо, Одиль, – он вежливо улыбнулся. – Правда, мне не совсем понятно, почему вы, будучи огненным магом, прогуливаете уроки профессора Лилли. Она была бы очень довольна, если бы вы продемонстрировали это заклинание именно ей. Впрочем, я вам весьма признателен за заботу.

Одиль бодро проскакала обратно на место. Она казалась ничуть не смущенной замечанием, и все же досадливо поморщилась, когда подруга-ящерка показала ей язык. Огонь в глазах помог ей скрыть все неприятные чувства.

– Простите, – наконец-то пробормотал Филли.

– Ничего страшного. Вы молодец. Мощное заклинание, хороший сильный удар, только над техникой надо немного поработать.

Маг достал идеально чистый носовой платок, промокнул им лицо, отвел ото лба прилипшие к нему пряди непослушных черных волос.

– Хочет ли кто-нибудь еще продемонстрировать нам боевую мощь?

Кайя вскинула голову. И удивилась, услышав собственный голос:

– Я.

Кажется, ей не показалось – глаза Льюиса зажглись неподдельным интересом.

– Прошу вас.

Она не стала вставать с места. Крепко сжав одной рукой колено, туго обтянутое черной брючной тканью, вторую чуть приподняла ладонью вверх. Длинная острая льдинка, живописно рассыпающая снежинки, взметнулась от пальцев ввысь, к той самой еловой ветке, в которую чуть не попал Филли, и сбила с нее шишку.

– Ого! Здорово! – зашумели ученики.

– Как красиво, – тихо вздохнула девушка-рептилия.

– Снегурочка в черном, – расплылся в добродушной улыбке Филли.

– Действительно красиво и очень действенно, – молодой профессор одобрительно кивнул. – Практически безупречно. Кайя, пожалуйста, расскажите, а что вы еще умеете?

Девушка задержала дыхание, прежде чем произнести вслух позорное «ничего». Вновь подняла выразительные глаза на мага, и тот, что-то прочтя в ее лице, кивнул.

– Хорошо, это после. Мы, друзья мои, еще вернемся к этой теме – мгновенное преобразование водной стихии в ледяную и использование этого умения ради самообороны. На данном этапе нашего обучения это заклинание покажется вам немного сложным. А вот то, что продемонстрировал нам Филли, вполне приемлемо, и сейчас мы все вместе попрактикуемся. Начнем с одной струи…

Кайя с интересом наблюдала за юными магами воды. Одиль едва смогла создать тонкую струйку, одиноко плясавшую у нее на ладони хилым фонтанчиком, зато ее чешуйчатая подруга по имени Тен наколдовала две и даже смогла красиво их переплести. Филли вполне успешно на этот раз сотворил свое заклинание. Льюис терпеливо указывал ученикам на ошибки и побуждал их повторять снова и снова. И наконец произнес:

– Спасибо, на сегодня это все.

Он нагнулся к кустам черной смородины, быстро сорвал несколько ягод и бросил в рот.

– До завтра, друзья мои. Кайя, пойдемте со мной. Покажу вам остров.

Одиль болезненно скривилась. Тен вздохнула и выразительно воздела руки к небесам, ее круглые глаза светились озорством.

***

Кайя поднялась с травы и пошла вслед за Льюисом, который углублялся в хвойный лес. Когда она поравнялась с молодым человеком, он улыбнулся ей.

– Хорошие у меня ученики, правда? Я рад, что вы побывали на моем уроке. А теперь я могу показать вам что-нибудь интересное на острове Волопадов. Но сначала переоденусь, за восемь лет никак не усвою простейшую истину – на свои уроки необходимо надевать непромокаемый плащ. Если бы еще мне нравились плащи…

Девушка была удивлена. Вчера еще такой молчаливый и недоступный, сейчас он разговаривал с ней о пустяках, как мог бы это делать его друг Жерар Иммераль.

Сзади послышался хруст веток. Оглянувшись, Кайя увидела, что по широкой тропинке, петлявшей между сосен, за ними следуют, стараясь держаться в отдалении, Тен и Одиль.

– Дорогие мои ученицы, – громко сказал маг. – На сегодня занятия окончены, вы можете быть свободны.

Возразить было нечего – начинающие чародейки развернулись и понуро побрели прочь.

Кайя внимательно за ними наблюдала.

– Они, кажется, не хотят расставаться с вами?

– Как-то так, да. Идеализируют меня, и я ничего не могу с этим поделать.

– Но если они вас так любят…

– Они любят не меня. Того, другого «я», думаю, не существует.