Иная. Выбор

Виталина Мерц

Ура! Я дома! На родной Земле!

Влетев в комнату в общежитии, бросила рюкзак у порога, хлопнула в ладоши, зажигая свет, и на радостях запрыгала бешеным тушканчиком. Как мало для счастья надо – всего лишь оказаться дома!

– Привет, пушистик! Привет, бодик! Привет, мои любимые айлинии! Я вернулась!

Марс, безусловно, прекрасен. И Дархар тоже. Мой неземной друг, подаривший три незабываемых дня и миллион потрясающих воспоминаний!

– Я тебе бесконечно благодарна, Дархар, – прошептала я, кружась по комнате со счастливой улыбкой на губах.

Эх! В гостях хорошо, но дома все-таки лучше!

«Приветик! Я вернулась, соскучилась безумно. Люблю, целую. Хумайя», – отправила короткое сообщение Тимуру.

«Приветик! Я тоже соскучился! Готовь подробный рассказ, завтра заскочу. Черный волк», – получила незамедлительный ответ.

Вот же, желтые подсолнухи, запомнил ведь! Это он еще не знает, что сущностью Дамира является белый тигр. Интересная такая компания подобралась: черный волк, белый тигр и красный дракон. У Ильдара, к сожалению, сущность бесформенная и слишком дырявая, распознать не удалось. А жаль. И паренька тоже жаль. Ладно, унывать не рекомендуется. При случае посмотрю, что можно с этим сделать, и обязательно попытаюсь помочь. Я ведь птица счастья как-никак. У меня даже крылья есть! У-ху!

Мурлыкая под нос веселую песенку, подлетела к подоконнику и замерла, увидев послание Айштару, оставленное три дня назад. У двух маленьких сердечек, держащихся за руки, появились веселые улыбки. И короткая надпись снизу: «Буду ждать».

Я улыбнулась, а по щекам покатились слезы…

Мой маленький принц, мой черноглазый босоногий мальчуган, если бы ты только знал, как много значат для меня твои слова! Такие простые, но такие необходимые. Бесконечно важные, дающие силы и наполняющие жизнь смыслом. Дорогого стоит осознание, что ты кому-то нужен, что тебя любят и ждут.

Всхлипывая от счастья, приняла душ, вымыла голову, выпила чашку горячего какао и улеглась в постель. Завтра увижу своих мальчишек. Затискаю, зажмякаю, заобнимаю. Я ведь так соскучилась! И мне хочется столько всего им рассказать!

Мысли ненавязчиво вернулись к событиям последних трех дней. А я не стала их останавливать, позволив ярким картинкам воспоминаний погрузить сознание в сладкую ностальгию…

Первое впечатление от великолепия Красной планеты, улетные прыжки, апельсиновые цветы у-йю, огненный дракон, изумительной красоты замок, невероятный город с семнадцатью абсолютно разными кварталами, фантастический бал, непостижимые сущности марсиан, библиотека с древними письменами и загадками, вечерняя прогулка с Дархаром под звездами, встреча двух лун, нереальной красоты марсианское небо, песня Вселенной, энергетический поединок за лейду, мой спасеныш – белоснежный медвежонок с фиолетовыми глазками. И каждую минуту рядом гостеприимный и заботливый марсианин с ослепительной улыбкой и красивым именем Дархар. Представитель древнего правящего рода Джи Тан, нагло подсматривающий мои мысли. Ну да ладно, я совсем не обижаюсь – привыкла. Да и скрывать мне вроде как нечего.

Дархар. Такой обходительный, такой замечательный, такой… особенный.

– Надеюсь, ты не сможешь забыть мою планету, Виталина, – сказал он на прощание, поцеловав мою руку.

– Не смогу, – прошептала я, ныряя в черные глаза-омуты, в которых плескалась неподдельная тоска, и мысленно добавила: – Ни твою планету, ни тебя. Эти три дня останутся в моем сердце навсегда. Спасибо тебе. За все.

В ту же секунду эмоции Дархара вырвались из-под его неустанного контроля и окружили меня осязаемым туманом. Грусть, сожаление, безнадежность, волнение, нежность, симпатия, увлеченность. Свои эмоции я тоже скрыть не смогла, да и не хотела. Я расплакалась, обнимая марсианина. А он прижал меня к себе и тихо-тихо прошептал своим бархатным голосом:

– Не плачь, моя землянка. Все будет хорошо. Верь мне, просто верь.

И я верю. Всем сердцем верю в то, что все будет хорошо. Обязательно.

Я долго не могла уснуть, витая в приятных воспоминаниях. Пила чай, зеленый, с пустырником и еще с какими-то травками. Сколько чашек? Три, кажется. А может и больше.

Как уснула, не помню, как проснулась – тем более. Нет, ну разбудило меня пушистое синеглазое чудище – это факт, а вот то, что было дальше, покрыто мраком, припорошено слоем многовековой пыли и опутано плотным коконом паутины. Не помню, в общем. Совсем.

Частично очнулась я только к обеду, когда на пороге появился Карим, сначала сияющий, потом удивленный.

– Знаю, я неотразим, – хмыкнул блондинистый красавчик после того, как я с полминуты молча на него пялилась в попытке сфокусироваться, потом чмокнул в щеку. – Тебе привет от ректора.

Привет в виде поцелуя?

Возмутиться я не успела, поскольку в этот момент нарисовалась Доминика, веселая и счастливая. Она не удивлялась, только глянула на меня, потом на количество чашек на столике, которые я забыла в приемный отсек пищеблока забросить, принюхалась и с улыбкой произнесла:

– Класс!

А потом появились Тимур, Дамир, Ильдар и Святослав. Высокие, сильные, мускулистые и потрясающе красивые!

Я подпрыгнула от радости, поздоровалась со всеми и повисла на шее у Тимура, а через минуту уже с комфортом устроилась у него на коленях, прижалась щекой к теплой груди и расслабилась, лениво наблюдая за происходящим.

Маленькая комната, заполненная друзьями, выглядела презабавно. На кровати полулежа расположились Святослав и Ильдар. Абсолютно разные, но одинаково бледнолицые. На диванчике, слева от Тимура, ну и меня у него на коленях, разместились Дамир и Доминика. Одинаково голубоглазые. А кресло-трансформер у стола занял Карим, лучистое золотоволосое чудо эльфийской наружности. Так и есть, красавчик-эльф. Даже ушки вытягиваются, если прищуриться и потормошить воображение.

Неспешная беседа, шуточки парней, звонкий смех Доминики, шепот Тимура – все казалось домашним, уютным и теплым. А еще каким-то нереальным. И как бы со стороны.

Когда я окончательно пришла в себя, чуть не разревелась от накативших эмоций. Во-первых, я в полной мере осознала, что безумно рада видеть собравшихся вместе друзей. Во-вторых, остро почувствовала эмоции каждого и поняла, что все они рады видеть друг друга. В-третьих…

Да какая разница, что «в-третьих», если уже есть «во-первых» и «во-вторых»?!

Но с этого все только началось. Сгорая от нетерпения поделиться результатами внеземного путешествия, я приготовилась восторженно рассказывать. Однако меня ждал сюрприз. Ага, на том самом блюдечке с голубой каемочкой.

При любой попытке поведать что-нибудь из того, что я видела, мозг вытворял такое… Мертвые петли, двойные сальто, тройные кульбиты с переворотом, прыжки с переподвыподвертом и так далее и тому подобное. В общем, сосредоточиться и рассказать что-либо внятное и понятное я не смогла. Восхищенные возгласы вроде «Волшебный замок, как в сказке!» или «Звездное небо, днем, представляете?!» не считаются. И вот что интересно: все помню, картинки в голове вижу, мыслю здраво и четко, а высказать вслух не могу!

Впрочем, Карим и Доминика тоже недалеко от меня ушли. Они долго и упорно фонтанировали эмоциями и мыслями, то по очереди, то наперебой, однако создавалось впечатление, что в их памяти остался лишь минимальный набор воспоминаний. Безусловно, ярких и приятных, но не менее безусловно обрывочных и бессвязных. Сообразив, что к чему, я слушала и тихонько посмеивалась.

Доминика. Так вот, прыгали мы выше своего роста! Серьезно! А кругом – красный песок и розовое небо со звездами. И лето! Красота!

Карим. Видели город для инопланетных гостей. Потрясный город, парни. Для каждой расы – отдельный квартал, в котором все тщательно продумано и учтено: особенности расы, предпочтения, рацион питания, транспортные средства. Все.

Доминика. Точно! А еще мы побывали в подземном городе марсиан. Необычно, минималистично, но вполне комфортно. Правда, Карим? Только вот про пресную воду забыла у Дархара спросить. Карим, ты спрашивал? Витошка? И как это мы так, а?

Карим. И кстати, я не видел нормальных растений. Какие-то зачмуревшие коряги на поверхности были, конечно, но их сложно назвать растительностью. Животных и птиц тоже не видел. Стоп. Чет я не понял, а что марсиане едят? Воздухом питаются, что ли? Хотя нет, нас угощали марсианскими фруктами и обалденным фруктовым соком. Значит, что-то где-то растет. Наверное, где-нибудь на краю планеты.

Доминика. Нет, ну марсианские деревья мы видели. Они совсем не похожи на земные. Высохшие или как будто обуглившиеся до черноты стволы с корнями на поверхности. Без кроны и листьев, на них сочные фрукты не вырастут, это точно. Под землей участков для огородничества и садоводства тоже не наблюдалось. В самом деле, интересно… Дархар ничего не рассказывал об этом, а мы спросить не додумались. Неопытные мы путешественники, однако. Артемий будет разочарован.

Карим. Все путем, не переживай. Почитаем парочку учебников по космографии и перескажем в лучшем виде. Ну классно ведь погуляли, да?

Доминика. Классно не то слово. А жили мы в замке! В огромной комнате с потрясающим камином!

– Втроем в одной комнате? – решил уточнить Тимур, покосившись на меня и вопросительно изогнув бровь.

– Все в рамках приличия, ничего такого, – на губах Карима заиграла озорная улыбка. – А если что и было, то лично я не помню, значит, не было.

– Карим, у тебя что, лишние зубы выросли? – поинтересовался Дамир, показательно разминая пальцы рук.

– Медвежонок, Карим шутит, – залилась звонким смехом Доминика и чмокнула парня в щеку. – Мы просто решили, что на чужой планете ночевать всем в одной комнате безопаснее. Мы с Витошкой спали на огромной кровати с балдахином, а Карим – на диванчике у стены. Так что все было чин-чинарем!

– Ага, и по взаимному согласию, – не удержался от реплики Карим и посмотрел на Дамира невинными глазками.

Еще и ресницами похлопал для убедительности. Расхохотались все. Кроме Святослава и Ильдара, естественно.

– Не знаю, что едят марсиане, но нас они кормили отлично, – Доминика решила повернуть тему разговора в другое русло. – И не только марсианскими фруктами. Продукты для нас доставили с Земли и прямо на кухне замка готовили земные блюда. Потрясающе готовили. А десерты так вообще… м-м-м, пальчики оближешь. Признаюсь, несколько раз ловила себя на мысли взять парочку уроков у марсиан. Не знаю, откуда у них такие тонкие познания в инопланетной кулинарии, но это было божественно.

– Стол накрывали… марсиане, – Карим запнулся лишь на долю секунды, так что, кроме меня, никто на это не обратил внимания. – С безупречной сервировкой, между прочим.

– Кстати, насчет гипноза, – Доминика слегка прищурилась, будто что-то припоминая. – Я ничего такого не заметила. Пробовала выяснить у Дархара, но на все расспросы он только загадочно улыбался. На просьбы продемонстрировать – снова улыбался. Так что доказательств нет. А вот мысли они читать могут, проверено.

– Найом после твоих проверок месяц в себя приходить будет, – расплылся Карим в широченной улыбке. – И еще столько же рыться в толковых словарях Земли.

– Он достойный собеседник и моментально схватывает приемы психологических техник, – улыбнулась Доминика. – А еще умело пользуется марсианской особенностью скрывать эмоции. На лице не отражалось ничего, в глазах тоже. Чтобы в этом убедиться, пришлось поэкспериментировать.

В общем, ничего нового узнать парням так и не удалось. Дархар не шутил, когда предупреждал о том, что как только я покину Марс, то забуду почти все, что видела или слышала. А если что-то и останется в моем подсознании, то озвучить это или изобразить я все равно не смогу. И никто не сможет. Никогда, никому, ни при каких обстоятельствах. Все получилось именно так. Хорошо, хоть какие-то воспоминания остались.

– Карим, – с ехидной улыбкой спросил Дамир, – а марсианок ты хоть видел? Как они?

– Так кто ж их знает? – ответил Карим, причем уверенно и совершенно искренне. – Марсиане были в трансформированном виде. Может, среди них и были особи женского пола, я не проверял.

То есть как это? Врунишка! А приставленные к нам марсианки? А бал? Там ведь были девушки… Кажется…

Я попыталась вспомнить бал и марсианок в красивых платьях, но… марсианок как раз и не вспомнила! Бал был, точно помню. Музыка была. Танцы. Кружащиеся в танцах пары. Вот только… Как выглядели марсианки?

Я усиленно тормошила серое вещество, но вместо того, чтобы проясниться, кадры воспоминаний смешались, перепутались, поплыли и стали исчезать. Закружилась голова, к горлу подступила тошнота.

Как же так? Я не хочу забывать, я хочу помнить!

Уткнувшись носом в темно-синюю футболку Тимура, попыталась успокоиться и справиться с нахлынувшим волнением.

Не могло же мне все это присниться? Не могло. Все было наяву. Огромный холл с мраморным полом, приятное освещение, создаваемое канделябрами на стенах, свежие фруктовые запахи, тихая музыка, я в ярко-желтом бальном платье, дыхание Дархара над моим ухом. А еще танцующие пары марсиан и оболочки их матриц. Красивые платья, сияющие глаза. Я помню детали и ощущения. Это не могло быть сном!

Погрузившись в атмосферу прошлых событий, я расслабилась, и яркие картинки воспоминаний вернулись. То-то же.

Хм, матрицы. А ведь у меня есть одно архиважное дельце. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сейчас?

Переключила зрение с обычного на энергетическое, присмотрелась и… на глаза навернулись слезы. В аурах Ильдара и Святослава отсутствовали прозрачные капельки, что могло означать только одно: они неживорожденные. Значит, я не смогу им помочь. Не смогу изменить их статусы. Никогда.

Я чуть не разревелась. Прошло всего полдня, а уже столько потрясений. Слишком много для одной маленькой меня.

Так, нужно взять себя в руки, причем срочно. Не хватало еще парней напугать своей безудержно всхлипывающей экспрессией! Я ведь могу и ошибаться, тем более в таком состоянии.

Все-таки чай с травками на ночь – не самая лучшая идея. Нет, идея неплохая, но явно не в таких количествах. Для СЭЛ подобная авантюра чревата последствиями. Откат очень уж неприятный в виде эмоциональных качелей и самозабвенных прогулок по внутреннему миру. Ушла в себя. Вышла из себя. Пришла в себя. Потерялась. Нашлась. Все, больше никуда не пойду. Нагулялась уже. Хватит.

Глубокий вдох и выдох, несколько раз. Так-то лучше. Сложностями и непонятностями с капельками займусь позже.

Задумавшись, снова переключила зрение на энергетическое и увидела радугу! Яркую радугу между сердцами Дамира и Доминики! С золотистой пульсацией и розовым свечением! Точь-в-точь такую, какой я ее представляла по описанию Айштара! Очуметь!

Несколько минут, затаив дыхание, я разглядывала тонкое, но уже достаточно крепкое переплетение эмоциональных нитей, соединяющих воркующую парочку. Радуга мерцала и искрилась, а когда небесного цвета взгляды встречались и застывали друг на друге, она вспыхивала розовым светом.

– Так вот ты какая, настоящая любовь, – прошептала я, искренне радуясь за друзей.

– Думаешь о том же, о чем и я? – шепнул мне на ухо Тимур. – Кстати, какие сущности у нашей парочки?

– Белый тигр и ведьма, – с тихим смешком выпалила я, возвращая себе обычное зрение.

– Неожиданно, – в карих глазах заплясали веселые искорки. – А радугу ты видишь?

– А то, – хмыкнула я и довольно улыбнулась, глядя на счастливое лицо подруги.

– Что, правда?

Я уверенно кивнула.

– Я рад за них.

– Я тоже.

Тимур прижал меня крепче и неожиданно громко спросил:

– Витошка, а марсианин твой прилично себя вел? Не приставал?

– Нет, – я хихикнула. – Я ведь не марсианка. Да и вообще, они совсем другие. Порядочные, гостеприимные, предельно вежливые. Жаль только, что не удалось увидеть их в истинном облике. Интересно все-таки, как выглядят обитатели Красной планеты на самом деле.

– Витошка права, – задумчиво протянула Доминика, разглядывая корзинку с айлиниями. – Марсиане другие. Сложно по первому впечатлению сформулировать особенности расы в целом, но что точно отличает марсиан от землян, так это безупречное воспитание. С точки зрения земных представлений, конечно.

Тимур хмыкнул. А я перевела взгляд на Святослава. Красивый. Очень красивый. Сильный. Мужественный. Притягательный… И хейт. Надеюсь, я ошибаюсь и он все-таки живорожденный.

Я легко считала эмоции, шальными волнами исходившие от хейта. Досада, отчаяние, боль, ревность, решительность, сопротивление, страсть. Интересно, о чем он думает при таком насыщенном коктейле чувств?

От размышлений отвлек шепот Тимура:

– Айштар сегодня заглянет?

– Думаю, да.

– Передавай мелкому привет и скажи, что я не забыл, как он меня перехитрил.

– Ладно. Вот же… мальчишки.

Я улыбнулась, и в этот момент Святослав посмотрел на меня.

Порой взгляд бывает красноречивее всех известных во Вселенной слов. Это был именно такой взгляд. Проникновенный, требовательный, уверенный, властный, обжигающий, жаркий. Желание обладать мной фонтанировало с такой силой, что не почувствовать его было невозможно. И перепутать с чем-то другим тоже. Несмотря на то, что опыта в этом вопросе у меня нет.

От хейта исходила сильнейшая энергия, горячими волнами разливаясь по моему телу. Я чувствовала, как кружится голова, как сердце пропускает удары, как меня тянет к нему. Тянет с такой невероятной силой, что я отказывалась сопротивляться. Я…

– Витошка, – рука Тимура с силой сжала мое запястье, возвращая в реальность, а тихий шепот горячим дыханием опалил ухо, – не искушай Свята. Хейту сложно контролировать инстинкты.

– Я… не хотела, – заливаясь румянцем, выдохнула я, оторвавшись наконец от созерцания красных глаз, стремительно меняющих цвет от светлого к темному и обратно.

– Знаю, – Тимур провел рукой по моим волосам, заложив выбившуюся прядь за ухо. – Просто пожалей парня, ладно?

Кивнув, я виновато потупилась и отчетливо ощутила, что боюсь. Боюсь того, что испытываю к хейту. Даже думать об этом боюсь. Этот парень для меня под запретом, иначе придется мириться с болью. С сильной, невыносимой болью, к которой я не готова. И вообще, у меня другие планы на жизнь. Совсем другие. А он всего лишь хейт: мистическое обаяние у него в крови.

– Кстати, птичка, – Тимур прищурился и полушутя-полусерьезно спросил, склонившись к самому моему уху, – а ты можешь сделать из Свята человека? Как меня?

– Нет, – обреченно выдохнула я, прикрыв глаза, чтобы сдержать подступившие слезы горечи и бессилия. – Не могу. Он неживорожденный, мой Дар не подействует. И на Ильдара тоже.

– Вот как, – беззвучно прошептал Тимур, снова сжав мое запястье.

Тимур надеялся. Так же, как и я. Но я не всесильна, увы.

– Я ведь не ошиблась? – с затаенной надеждой спросила, чувствуя, как дрогнуло сердце.

– Не ошиблась, – прошептал Тимур, разбивая вдребезги последнюю искорку надежды. – Они инкубиты.

– Может, сходим прогуляемся? – звонкий голос Доминики ворвался в мое пытающееся свалиться в затяжную депрессию сознание. – Ребята, вы как?

– Мы за! – ответил за всех Дамир, подхватил Доминику на руки и направился к выходу, на ходу снимая с вешалки вишневого цвета полупальтишко с пушистой меховой отделкой и черную кожаную куртку. – Догоняйте.

Карим подскочил было ко мне с намерением повторить маневр Дамира, но Тимур любезным жестом дал ему понять, что сегодня рыцарь может отдохнуть: за дамой есть кому поухаживать. Выражение лица Карима надо было видеть! В нем было столько всего! Но перечить он не стал, лишь намеренно глубоко вздохнул и, опустив голову, поплелся вслед за ребятами.

Гуляли мы недолго, поскольку очень скоро замерзли. Снегопад, начавшийся еще ночью, не прекращался ни на минуту. Снег падал крупными хлопьями, укрывая пушистым белым покрывалом серую землю. Красиво, но холодно.

В очередной раз согрев мои заледеневшие ладошки своим дыханием, Тимур легонько щелкнул меня по носу и сказал:

– Беги греться, Красный Нос Синие Уши, Карим тебя проводит. И не забудь про следующее воскресенье. Встречаемся у тебя в 10.00. Все, беги.

Я кивнула и, помахав друзьям на прощание, припустила к Академии, благо она находилась совсем рядом. Карим на ходу схватил меня за руку и не отпускал до самой моей комнаты.

– До завтра, – я старательно пыталась из мерзлых губ сотворить улыбку, стоя на пороге и стуча зубами.

– Хочешь, помогу тебе согреться? – неожиданно спросил Карим, подойдя вплотную и наклонившись к самому моему лицу.

– Карим, – я недовольно покачала головой и сделала шаг назад, не понимая, шутит он или говорит серьезно.

– Обними меня, – тихо попросил парень, глядя мне прямо в глаза.

Да что это с ним такое? С чего это вечно улыбающееся и вкусно пахнущее радостью солнышко вдруг поникло и загрустило? Так нельзя, это нужно исправить!

Я приблизилась, провела рукой по золотистым локонам, пропуская мягкие пряди сквозь пальцы, потом аккуратно обхватила Карима за талию, положила голову ему на грудь и прикрыла глаза. Меня обняли и крепко, но осторожно прижали к своему телу.

Тихонько вздохнув, я постаралась расслабиться. Однако несмотря на то, что обнимались мы уже много раз, отчего-то именно в этот момент мне стало очень неловко. Кажется, только сейчас я по-настоящему поняла, что за бесконечными шуточками и бесшабашным поведением Карим прячет свои истинные чувства. И только сейчас я задумалась о том, что он ведь тоже может быть не только веселым и озорным, но и переживающим, уставшим, нуждающимся в понимании, ревнующим…

– Могу я пригласить тебя на чай? – неуверенно, словно чего-то опасаясь, спросила я.

– Не откажусь, – шепотом ответил Карим и поцеловал меня в макушку.

Карим Шульц

Не выдержал, признаю. Уже столько времени прошло, а она видит во мне только друга. Тимур тоже друг, но с ним она ведет себя иначе: взбирается на колени, прижимается к груди, обнимает, что-то шепчет на ухо. К нему я не ревную, но откровенно завидую.

А вот Святослав вызывает недоумение и злость. Я даже несколько раз зубы сжимал, чтобы не сорваться и не съездить по бледной физиономии. Он так смотрит на малышку, будто она уже принадлежит ему и априори никому другому принадлежать не может. Но он же хейт, ромбоид меня побери! Очень умный хейт к тому же! Он не может не понимать, что Виталина никогда не станет его девушкой!

– До завтра, – дрожа от холода, произнесла малышка и попыталась улыбнуться.

– Хочешь, помогу тебе согреться? – слова сами сорвались с губ, а я еле сдержался, чтобы не схватить ее в охапку и не усадить к себе на колени так, как это час назад делал Тимур.

Знаю, глупо, но в этот момент мне до нервного тика захотелось почувствовать, что Виталина доверяет мне так же, как своему другу детства. Что любит меня так же, как его. Пусть всего лишь как друга, но все же.

– Карим, – малышка отступила назад, глядя на меня удивленно и немного испуганно.

Черт! Кажется, она не так поняла мои слова. Мои желания гораздо скромнее.

– Обними меня, – неожиданно для самого себя озвучил мысль вслух.

Снова не то. Я мгновенно это понял, но было поздно что-то менять. Что сказано, то сказано, и, если сейчас меня прогонят, я сам буду в этом виноват.

Сердце остановилось.

Не сразу смог осознать, что прогонять меня малышка не собирается. Она приблизилась, провела рукой по моим волосам, потом несмело обняла.

– Могу я пригласить тебя на чай? – тихий шепот пробудил в душе радость вселенского масштаба.

– Не откажусь, – поцеловал мягкие волосы, старательно пряча довольную улыбку.

– Тогда, может, зайдем в комнату? – на меня уставились внимательные глаза.

– Согласен, – мурлыкнул я, не спеша выпускать малышку из объятий. – Тебе какао и бутерброд с сыром?

– Все-то ты знаешь, – хмыкнула зеленоглазая прелесть и потащила меня за собой.

Как только с незапланированным перекусом было покончено, я нагло подхватил Витошку на руки, отнес к дивану и усадил к себе на колени. Она пыталась пыхтеть и вырываться, но я безапелляционно заявил:

– Можешь возмущаться, ругаться, царапаться и даже кусаться, но я тебя не отпущу. Почему Тимуру можно, а мне нельзя?

Она на секунду притихла, потом спросила:

– Эй, ты что, ревнуешь к Тимуру?

– Нет, – честно ответил я, – обидно просто.

– На обиженных воду возят, – хмыкнула малышка и прижалась щекой к моей груди. – Я люблю вас обоих. Всеми фибрами души. Со знаком бесконечности.

Я ничего не сказал, только крепче обнял это невинное создание. Медленно скользнул взглядом по офигенной фигуре, одетой в простую черную футболку и черные облегающие штаны, на мгновение задержался на волнующем изгибе бедер и тихо вздохнул, машинально запустив руку в слегка растрепанные волосы. Виталина вздрогнула, но не отстранилась. Еще бы! Я давно успел заметить и учесть, что она не меньше меня балдеет от прикосновений к волосам. И да, я нахал, наглец и излишне самоуверенный засранец в одном лице, потому что упускать подвернувшуюся возможность не собирался.