Игра в куклу

Предсказание синеглазой цыганки

«Гадание – всего лишь способ открыть то,

что тебе уже известно».

Джоанн Харрис «Шоколад»

Вокзальная площадь. Юная красивая цыганка Зара очень внимательным взглядом синих глаз рассматривает толпу приезжих. Из поезда дальнего следования, только что прибывшего на перрон, высыпала разноцветная толпа пассажиров. Зара насторожилась, подобралась, мысленно вычисляя в этой толпе незнакомых людей тех, кто пойдёт на контакт. Несмотря на юный возраст, всего семнадцать лет, Зара обладала безошибочным чутьём, которое к другим людям приходит только с жизненным опытом.

Вот, пожалуй, эта женщина средних лет, идёт одна, немного растеряна. Сразу ясно, что приехала из деревни, городская площадь для неё место непривычное. Поэтому женщина внутренне и неспокойна, тревожится. Но одета прилично, даже не бедно. Значит, и деньги есть.

Зара равнодушно пропускает группку молоденьких девушек, юных, наивных и беспечных. Такие девушки легко, с охотой идут на контакт, да и внушить им можно, что угодно. Нужно только на миг завладеть вниманием жертвы, на пару секунд привлечь, а дальше уже навязчиво удержать внимание, монотонным движением-покачиванием яркого браслета на руке ввести человека в транс. И тогда его воля принадлежит Заре. Но Зара не подходит к девушкам в весёлой компании, энергичных и шумных людей вводить в транс тяжелее. А вот эту женщину за несколько минут цыганка заставит добровольно достать кошелёк и отдать из него все деньги. Зара уже направляется к своей будущей жертве, как что-то останавливает её, требует внимания.

Зара чувствует тревогу, вздрагивает. Так бывает, только когда она встречает чью-то волю, которая сильнее её собственной. Юная цыганка оборачивается и видит, как по перрону навстречу ей идёт молодой парень, не больше двадцати лет. И на первый поверхностный взгляд в нём нет ничего особенного – в солдатской гимнастёрке, с десантским рюкзаком за плечом, в армейских штанах и ботинках. Сразу видно, даже не только проницательной цыганке, что парень вернулся из армии, отслужил. Он идёт неспеша, по сторонам не смотрит, но замечает всё. Зара чувствует, что денег у него сейчас нет, но неведомая сила тянет её к нему. «Зара, зачем? Он опасен. Я чувствую, что он опасен», – девушка слышит голос внутри себя. Но уже знает, что за таким вот мужчиной она пошла бы, куда он скажет…

Зара встаёт на его пути, призывно окрикивает:

– Хочешь, погадаю, красавчик? Всю правду расскажу. Всё как есть, не сомневайся!

Парень поднимает взгляд. Чёрные цыганские, как южная ночь, глаза серьёзно и внимательно смотрят на неё. Но одновременно где-то в их тёмной порочной и опасной глубине зарождается насмешка. Вдруг Зара теряется. Она чувствует притягательную силу этих глаз, волю их обладателя.

– Женщины от тебя без ума, – нахально произносит Зара, пытаясь скрыть охватившую её непривычную, несвойственную ей робость.

Уголки его губ растягиваются в насмешке, когда он отвечает:

– Меня такие предсказания не интересуют, синеглазка.

– А зря… – глаза цыганки вспыхивают синим огнём, – Женщина у тебя отнимет всё, чего ты с трудом добьёшься.

– Да разве? Жена, что ли, мою получку всю растратит? – он смотрит на неё снисходительно, как на ребёнка.

– Добьёшься ты всего, чего захочешь. И денег, и власти, и уважения. Люди тебя бояться будут. Бояться и угождать. Карьера у тебя быстро вверх пойдёт. Вижу, ты из бедной семьи. Но всего-всего сам добьёшься в скором времени. И от всего этого добровольно сам откажешься из-за женщины. Она отнимет у тебя всё, чего ты достигнешь. Остерегайся женщины.

– Бред какой-то, – не поверил парень, – Синеглазая, ты всем тут это говоришь? Ты точно цыганка? У тебя глазищи-то синие, не цыганские, – уже в открытую засмеялся парень, не сдерживаясь, – А хочешь, пойдём со мной, синеглазка? Не обижу.

Зара вздрогнула.

– Нельзя мне с тобой. Хочу, но нельзя! Погубишь. Не для меня ты. У той, кто в тебя влюбится, ты душу на изнанку всю вымешь, безвольной куклой сделаешь. А я не могу, не хочу стать куклой! Я свою волю иметь хочу.

– Если не хочешь идти, так и скажи, ерунду не придумывай, – снисходительно посмотрел на неё парень, улыбнулся. И в этой его улыбке тоже было снисхождение. А потом повернулся и направился дальше. Зара крикнула ему:

– А глаза у неё будут такие же синие, как у меня! Остерегайся синеглазую женщину!

Но парень даже не оглянулся. Цыганка задумчиво смотрела ему вослед. Но недолго. Она быстро спохватилась и устремилась дальше навстречу молодой женщине, которая катила большую дорожную сумку на колёсиках, а второй рукой держала за руку маленького ребёнка.

ПРОЛОГ. Тремя месяцами позже…

Предательство – это удар, которого не ждёшь.

Пауло Коэльо

Дверь хлопнула, и Яна отскочила от окна. В комнату ворвался бывший парень её сестры. И как она могла забыть, что у него до сих пор ключи от их квартиры. Квартиры, которую они с сестрой делили на двоих, пока Вероника не уехала.

– Где эта сука? – первое, чем поинтересовался Тимур, войдя в комнату, – Где эта грёбаная сука твоя сестра?

– Ники здесь нет… – растерянно произнесла Яна.

– Знаю, что нет. Я тебя спрашиваю, где она!

– Она уехала, ты же знаешь… – девушка отходит от окна, сторонится, стараясь увернуться от захвата его рук. Но Тимур хватает Яну за запястье и крепко сжимает. Его тёмные глаза горят злобой, от него отдаёт запахом алкоголя. «Да он пьян!» – догадывается девушка в бессмысленной попытке вырваться из его захвата.

– Куда? Говори, куда она уехала, или я с тебя всю душу вытрясу!

– Она… Она не одна уехала. С Максимом… – в страхе лепечет девушка.

Тимур резко отбрасывает её руку, смотрит застывшим взглядом в её лицо, а затем поднимает руку, замахиваясь на девушку. Яна в ужасе закрывает глаза, вжимается в стену, но парень ударил не её, а стену, возле которой девушка стояла.

– Потаскуха! – кричит он не в себе, – Все вы дешёвые потаскухи!

– Успокойся… Ну пожалуйста! – умоляет Яна, забившись в угол. Парень нависает над ней, опирается руками о стену, смотрит в её лицо горящим ненавистью взглядом.

– Если её нет, ты будешь вместо неё, – вдруг неожиданно говорит он, подхватывает девушку на руки и несёт в спальню. Она кричит и отбивается, но он сильный, намного сильнее её. Тимур бросает девушку на кровать лицом вниз, придавливает её своим телом, какое-то время они просто лежат без движения – Яна, напуганная и прижатая его тяжёлым телом, и Тимур, тяжело дыша. Вдруг он проводит ладонью по её растрепавшимся волосам, и прикосновение его нежное. Яна чувствует его горячие губы на своей шее, тихо вздыхает и всхлипывает. Она, затаив дыхание, следит за движением его сильной горячей ладони, которая проникает под подол её платья, поглаживает ажурные трусики. Девушке становится душно, сердце её стучит в испуге, и вместе с тем она напряжена от предвкушения того, что сейчас между ними произойдёт. Она ещё раз жалобно всхлипывает, но уже не сопротивляется. Наоборот, расслабленно ждёт его ласк.

Тимур слышит жалобный всхлип девушки, рука его замирает на нежной бархатистой коже. Он вдруг ясно понимает, что не хочет так. Да, ему нравится брать девушку жёстко, но не силой! Парень убирает ладонь с её ягодицы и отстраняется, переворачивается спиной на диван, закрывает глаза и произносит:

– Яна, прости. Прости, что хотел выместить свою злость на тебе.

Девушка удивлённо смотрит на Тимура, в глазах её недоумение. Она не понимает, почему он вдруг остановился.

– Почему она уехала? – парень открывает глаза и смотрит в потолок, – Она любит его?

– Он богатый и влиятельный, – безжалостно отвечает Яна, – Он может дать ей многое.

– Да, наверное… – тихо соглашается Тимур, про себя добавляя, что сам он не богатый и не влиятельный. Кто он по сравнению с Максимом Давыдовым? Деревенский мальчишка, который пару месяцев назад пришёл из армии, и перебивается случайными заработками в большом городе. Тимур медленно поднимается с дивана, роется в карманах брюк, находит бумажник, достаёт несколько денежных купюр и кладёт на прикроватный столик.

– Прости, Яна, – ещё раз повторяет он и направляется к выходу. Но голос девушки внезапно останавливает его.

– Тимур! Не уходи! Останься, – зовёт она его. Он поворачивается, пару долгих минут смотрит на красивую соблазнительную девушку, лежащую на кровати, затем качает головой и произносит:

– Как мучительно быть бедным и любить женщину.

– Тимур, что ты такое говоришь? – мягко протестует Яна.

– Это не я, это Ремарк. И он прав. В следующий раз моя девушка не уйдёт от меня по этой причине. Потому что я избавлюсь от этой причины, – Тимур достаёт из кармана брюк ключ от квартиры, кладёт его рядом с деньгами, бросает прощальный взгляд на девушку и выходит из комнаты. А когда за ним хлопает дверь, Яна вскакивает с кровати, хватает смартфон и набирает номер сестры.

– Ника! Только что у меня был твой бывший парень. Да успокойся ты! Я ему не сказала, куда ты с Максом уехала. Но он был очень зол. Он захотел тебе отомстить и изнасиловал меня. Что? Да что слышала! Твой бывший только что взял меня силой, и я требую от тебя денежной компенсации. Почему за твой поступок должна страдать я?! Ты за это заплатишь, Ника! Откуда мне знать, где ты возьмёшь деньги? У Максима, конечно же. Иначе я скажу Тимуру, где вы.

Глава первая. Шесть лет спустя. Друг детства

«Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры.

Поэтому хочет он женщины как самой опасной игрушки»

Фридрих Ницше

Зазвенел будильник, его монотонное пиликанье вырывало насильно из сладких объятий сна. Лера протянула руку и нажала на кнопку, раздражающий звук исчез. На часах без пяти шесть. Нужно вставать. Лера с неохотой поднялась с постели, быстро взглянув на спящего рядом мужа. Андрей лежал, развалившись почти поперёк кровати, оставив Лере совсем немного места у самого края. Прошлёпав босыми ногами по холодному деревянному полу, молодая женщина остановилась возле зеркала, пригладила длинные пряди волос, одним ловким и привычным движением собрала их в узел и закрепила заколкой, накинула лёгкий халатик и поспешила на кухню.

Когда проснулся Андрей, на столе уже стояла широкая тарелка, на которой горкой возвышались ажурные тонкие блинчики. Сама Лера уже давно позавтракала, накормила кашей Ванечку и теперь собирала его в садик.

– Панамку не забудь, – говорит она четырёхлетнему сыну, – Когда пойдёте гулять, обязательно надень панамку, хорошо?

– Хорошо, – соглашается Ванечка, сжимая в руках игрушечную машинку.

– Андрюш, ты тут сам чай пей, завтракай, а мы пошли, – Лера хватает на бегу сумочку, берёт сына за руку, и они уходят.

В садике Ванечка направляется к своей кабинке, сам переобувается, присев на скамеечку, а Лера тем временем успевает чуть подкрасить губы неяркой розовой помадой и нанести тушь на ресницы, пристроившись напротив зеркала над детскими кабинками. Она быстро целует сына в тёплую пухлую щеку и бежит дальше на почту. Вот – вот придёт машина, и её нужно принять. Заведующая уехала сегодня в город и поручила Лере принять почту. В небольшом сквере на скамеечке под высокими тополями уже пристроились старушки, пришли рано и ждут. Лера вспоминает, что сегодня ещё и пенсию выдавать. Пожилые женщины с оживлением здороваются с Лерой, а она роется в сумочке и ищет ключ. Наконец, находит его, открывает тяжёлую железную дверь и заходит внутрь.

Дальше день идёт по обычному расписанию. Приняв почту с машины, Лера отправляет почтальонку разносить квитанции, газеты и пенсию тем пожилым людям, которым самим уже трудно ходить на почту. Лера отсчитывает деньги и сверяет сумму с ведомостью сосредоточенно и внимательно, не обращая внимания на громкие разговоры пожилых людей, стоящих в очереди за пенсией.

Наконец, когда наступает время обеда, и пенсия выдана, Лера закрывает дверь и бежит в пекарню за хлебом. Нужно успеть взять хлеб, пока его не разобрали. Продавщица Рита Смагина всегда оставляет ей булку хлеба, а сегодня ещё и горячие аппетитные булочки.

– Возьмёшь? Специально тебе отложила, – говорит Рита.

– Возьму, – соглашается молодая женщина, – Сама бы постряпала, да в огороде сейчас много работы.

Лера благодарит Риту, берёт пакет с выпечкой и уходит. За время обеденного перерыва нужно успеть натаскать воду из колодца, чтобы она за день успела прогреться для вечерней поливки. Наспех выпив чай с молоком и булочкой, Лера спешит обратно на работу.

Уже ближе к пяти вечера, когда Лера закрывает рабочий день на компьютере, к ней забегает Олеся Петрова, работающая секретаршей на прииске, который расположен неподалёку от посёлка.

– Лерка! Документы срочно нужно отправить, – выкрикивает она с порога.

– Так машина уже ушла, теперь только послезавтра, – отвечает Лера, выключив компьютер.

– Да? Что ж делать-то? Семён Борисыч сказал, чтобы срочно… – теряется девушка, – Может, в город успею съездить и там отправить?

– А смысл? – пожимает плечами Лера, – И в городе машина только послезавтра, не раньше. Оставь их здесь, я завтра оформлю их ценной бандеролью, а послезавтра отправлю.

– Да? Ну хорошо, – Олеся отдаёт папки с документами, но не уходит, а прислонившись к стойке, начинает делиться новостями с прииска, – У нас в пятницу заседание акционеров, все ждут решения Семёна Борисыча. Он назначит нового зама. И ты знаешь, кого он хочет назначить замом?

– Наверно, одного из своих родственников, – не раздумывая, отвечает Лера.

– А вот и нет. Семён Борисыч на это не смотрит. Он своего племянника снял с начальников участка, когда тот напился. И перевёл его в простые рабочие, а ещё предупредил, что в следующий раз вообще уволит. Семён Борисыч вообще не любит брать на работу родственников. А своим замом тем более не будет назначать ни зятя, ни брата.

– А кого же тогда? – спросила Лера, чтобы только поддержать вежливый разговор. Ни прииск, ни его руководство её совершенно не интересовали. Напротив, она выразительно поглядывала на большие настенные часы, висящие над входной дверью. Нужно забирать Ванечку из садика.

– Ты не поверишь. Новый зам -Тимур Крушинский, – произносит Олеся и следит за реакцией Леры. Но молодая женщина остаётся спокойной.

– Не знаю его, – отвечает она.

– Как? Не помнишь?! – в голосе Олеси звучит недоумение, – Твой муж Андрюшка в школе с ним дружил. Из соседней деревни, из Петровки, мальчишка приехал к нам в школу, у него ещё и отец, и брат – оба по пьянки погибли.

– Нет. Не помню, Олеся. А сколько ему лет?

– Мы в десятом учились, он в шестом. Сейчас ему лет двадцать шесть, не больше.

– И ты хочешь сказать, Андрей с ним дружил, когда был десятиклассником?! – удивляется Лера.

– Да, потому что они были соседями. Его отец пил и сильно буянил, бил жену, выгонял детей из дома, а потом замёрз пьяный в тайге, а год спустя старшего брата, тоже в пьяном состоянии, сбила машина. Так, говорят, мать на похоронах не плакала, ни у сына, ни у мужа.

– Олеся, какая-то жуткая история, но я об этом действительно ничего не знаю. Я не дружила в школе с Андреем, поэтому ничего не знаю о его соседях.

– Спроси о нём у Андрея, он тебе расскажет, – Олеся что-то ещё хотела сказать, но в это время шофёр, ожидающий её в служебной машине во дворе, громко и протяжно просигналил, – Ну всё! Пора! На выходных забегу, поговорим.

И когда за Олесей закрылась дверь, Лера вздохнула с облегчением – теперь можно, наконец-то, возвращаться домой.

Дома первым делом нужно искупать Ванечку и переодеть. Лера наливает в большой эмалированный таз воду из старого глиняного кувшина. Вода нагрелась за день на солнцепёке и сейчас тёплая как парное молоко. Ванечка протягивает руку к тяжёлым головкам шафрана, растущим вдоль изгороди.

– Ванечка, осторожно! В цветочках могут быть осы, – предупреждает молодая женщина, подхватывает сынишку на руки и ставит его ножками в таз. Ванечка плещется и смеётся, капли воды брызгами летят на дощатый настил. После купания Лера стирает одежду сына и вешает её сушить на верёвку над грядкой с луком. Ей нравится стирать в огороде, в тени черёмух и пряных цветочных запахов. Лера босиком возвращается в дом. Деревянные доски горячие, приятно согревают ступни. Во дворе тишина, лишь только слабое дуновение ветерка колышет на верёвке только что постиранное бельё, но не приносит прохлады. Лера смотрит на безоблачное голубое-голубое небо, где на горизонте виднеется совсем маленькое облачко-барашек. Наверно, к ночи, всё-таки, напарит грозу.

В доме прохладно и свежо, в открытые окна влетает запах скошенной травы, где-то поблизости у соседей косят траву. Лера подогревает молоко и булочку в микроволновке, кормит Ванечку и разрешает ему немного посмотреть мультики, пока его друзья не позвали его играть на улицу.

После восьми вечера возвращается с работы Андрей, и Лера накрывает на стол. Она уже успела нажарить котлет и сделать картофельное пюре. Муж ест и рассказывает новости.

– Ты не поверишь, Лерка, кто будет теперь моим начальством. Тимка Крушинский. Теперь он Тимур Алексеевич, по имени-отчеству. А я так и остался Андрюхой, хоть он и младше меня на пять лет.

– Мне сегодня об этом говорила Олеся, когда заходила на почту. Расскажи мне о нём. Вы были друзья? – молодая женщина садится напротив мужа и смотрит, как он ест.

– И друзья, и соседи. Голь перекатная. За домом у них даже изгороди не имелось, а одежду им люди отдавали донашивать. Всегда в обносках ходил, после армии в городе остался, а потом всё-таки вернулся, устроился к Семёну Борисовичу шофёром. Год проработал его личным водителем, выслужился, его на учёбу отправили, а потом на «Сосенское», перспективный участок, где золото килограммами намывали. Он там поработал, опыта понабрался и попросил перевести его на дальние участки, которые возле Хайлаги. А там с начальником беда, мужик бестолковый и пьющий, золото не идёт. Когда сезон закончился, оказалось, что участки рядом с Хайлагой больше других намыли, даже больше «Сосенского». Ну, Борисыч его на радостях начальником Хайлаги поставил, потом – больше. Крушинский уже и «Сосенское» курирует. Вот так, выслужился, и за пять лет дошёл до зама. Так и Борисыча подсидит.

Лера слушала очень внимательно, а потом задала вопрос:

– Андрюш, ты же говорил, вы друзья?

– Ну да…

– А почему за эти пять лет ты ничего о нём не рассказывал?

– Да он же на дальних участках всё время, а я здесь, на базе. Да и резона пересекаться с ним не было. После армии мы и не общались почти. А теперь, вот значит, надо с ним опять дружбу заводить.

Лера ничего не ответила. Ей, по большому счёту, всё равно, кто у мужа начальник. Её мужские дела не касаются.

Но оказалось, что к делам мужа она всё-таки волей-неволей причастна. В пятницу Андрей вернулся с работы и сообщил, что Крушинский официально назначен замом. Андрей просит жену приготовить праздничный обед на следующий день.

– Вот и повод будет снова с ним сблизиться. Я первым его поздравлю с назначением. Готовь, Лера, обед, да постарайся, не подведи.

– А что он любит? – интересуется молодая женщина.

– Вот сейчас – не знаю. А раньше всё трескал, что соседи давали, ничем не брезговал. Ни он, ни его брат с мамашей, – последовал ответ.

И Лера решила запечь курицу в соевом соусе с приправами, а на гарнир сделать салаты и отварной свежий картофель, как раз первый картофель – скороспелку уже вчера Лера накопала с полведра. С укропчиком и маслом будет самое то. Андрей заранее купил две бутылки дорогой водки и поставил в холодильник охлаждать.

Чтобы как-то приготовиться самой к приходу гостя Лера не успела подумать. С утра – готовка у плиты, после быстро отвела Ванечку к маме, вернулась, помыла полы в доме и накрыла на стол. И только когда к околице подъехал тёмно-серый внедорожник и посигналил, Лера встрепенулась и побежала в комнату переодевать старый домашний халат на новое ситцевое летнее платье. Хоть и простое, платье было пёстрым и очень ей шло – рукава-фонарики, имитация корсажа на груди, чуть расклешённая юбка, легкомысленно-девчачий стиль очень шёл Лере. Молодая женщина переоделась, наспех причесалась и подобрала волосы в пучок на затылке, но когда вышла навстречу гостю, вдруг спохватилась, что не обулась. Так и стояла босая на крыльце, смущённо посматривая на нового начальника мужа. И его давнего друга…

Мужчины встретились шумно, со смехом переговариваясь, зашли во двор, и тут Тимур Крушинский повернулся в сторону Леры. Его тёмные, почти чёрные глаза, немного по-восточному раскосые, внимательно посмотрели на неё.

– Знакомься, Тимур Алексеевич, моя жена Лера, – представил Андрей.

– Я помню вас ещё со школы, – вдруг неожиданно произнёс молодой мужчина, – Вы учились в десятом классе вместе с Андреем. И уже тогда были нереально красивой.

Лера вспыхнула от смущения, а Андрей рассмеялся:

– Если тебе так нравилась Лерка, то почему ты к ней ни разу не подошёл?

– Андрей, ты забываешь, я был младше вас почти на пять лет. Для Леры я тогда был ребёнок, – ответил Тимур, ни капли не смутившись.

– А сейчас, значит нет? – продолжал в шутливом тоне Андрей.

– А сейчас – нет. Я для Леры уж точно не ребёнок, – сказал Тимур и оглядел Леру внимательно. Лере вдруг стало неловко за то, что стоит босая. Но Андрей позвал друга в дом, приглашая к столу, на ходу крикнув:

– Лера, подогрей курицу и подавай на стол.

– Подожди, Андрей, чуть не забыл, – остановился Тимур, – Сходи к моей машине, возьми в багажнике пакет. Там вино и шампанское.

– Да зачем? У нас всё есть, – возразил Андрей.

– Это для твоей жены. Она же не будет с нами пить водку, – объяснил парень.

Лера смутилась ещё больше. Никто раньше из друзей мужа, приходя к ним в дом, не вспоминал, что Лера тоже может сесть за стол и захотеть выпить. Она метнулась в сторону кухни подогревать курицу, а когда вернулась с подносом, мужчины уже сидели за столом и выпивали. Охлаждённая запатевшая бутылка водки была открыта. Лера поставила поднос на стол и хотела опять выйти, как Тимур остановил её:

– Лера, что вам налить, шампанское или вино? И куда вы опять убегаете?

– Мне нужно обуться, – созналась Лера, смутившись.

– Но зачем? – удивился парень, – Вы у себя дома и можете ходить, как вам удобно.

– Я дома, да… Но вы мой гость, – смущённо возразила женщина, – И налейте то, что сами захотите.

Она быстро скрылась в комнате, Андрей довольно заметил:

– Моя жена никогда не мешает мне выпивать с друзьями, всё приготовит и исчезнет, а потом всё уберёт и всё. Она не вмешивается в мои дела.

– Мне бы хотелось, чтобы Лера посидела немного с нами, – возразил Тимур, – Я хочу познакомиться с твоей семьёй.

Через пару минут вернулась Лера. Она осторожно прошла к столу в туфлях на высоком каблуке и села ближе к краю стола.

– Что-то я раньше не видел, чтобы ты на каблуках ходила, Лерка, – усмехнулся Андрей. Его жена ничего не ответила, взяла протянутый Тимуром бокал белого вина и чуть отпила. Рядом с Тимуром она чувствовала себя неловко и уже миллион раз пожалела, что не сделала причёску, макияж и маникюр. Ей стало стыдно своих неухоженных рук, простого платья, наспех прибранных волос и отсутствия косметики на лице. Парень сидел напротив и не сводил с неё чёрных внимательных глаз. Андрей налил в стопки ещё водки, а потом сразу перешёл к делу:

– Кого будешь ставить начальником на участки вместо себя?

– У меня есть проверенная надёжная команда людей. На Хайлагу определю Влада Горина, мы с ним с первых дней там работаем.

– А на «Сосенское»?

Тимур минуту думал, прежде чем ответить, а Лера настороженно наблюдала за обоими мужчинами.

– На Хайлаге трудно, Андрей, – наконец, произнёс парень, – С одной стороны хорошо – начальства нет. А с другой стороны – плохо. Это расслабляет. Там чаще всего происходят нарушения трудовой дисциплины и воровство. Поэтому там нужен человек опытный, не первый год там работающий. И это Горин. С «Сосенским» немного проще. Там всё давно организованно и стабильно, но нужно поддерживать порядок. На этот участок я могу назначить тебя.